Прерывание срока предъявления исполнительного документа к исполнению судебная практика
Добавил пользователь Владимир З. Обновлено: 07.09.2024
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по заявлению Лобанова А.В. о прекращении исполнительного производства по кассационной жалобе Лобанова А.В. на определение Заводского районного суда г. Кемерово от 16 июня 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 20 сентября 2016 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Асташова С.В., выслушав представителя ПАО "Сбербанк России" Слободчикова А.С., выступающего по доверенности и возражавшего против удовлетворения жалобы, представителя судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов по Заводскому району г. Кемерово Тимофеевой Е.И. - Сунину Е.И., выступающую по доверенности и оставившую разрешение вопроса об удовлетворении жалобы на усмотрение суда, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
Лобанов А.В. обратился в суд с названным выше заявлением, ссылаясь на то, что заочным решением Центрального районного суда г. Кемерово от 16 ноября 2007 г. удовлетворен иск открытого акционерного общества "Акционерный Коммерческий Сберегательный банк России" (далее - Банк) к Лобанову А.В., Головневу А.С., Морозовой Е.В. и Елькину С.А. о взыскании солидарно задолженности по кредитному договору. Данное решение суда вступило в законную силу 18 декабря 2007 г.
На основании указанного решения суда 24 января 2008 г. взыскателю выдан исполнительный лист, который 18 января 2016 г. предъявлен Банком для исполнения в службу судебных приставов-исполнителей ОСП по Заводскому району г. Кемерово УФССП России по Кемеровской области. 19 января 2016 г. судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства по взысканию с Лобанова А.В. в пользу Банка 517 568,87 руб.
Поскольку исполнительный лист был предъявлен Банком к исполнению за пределами установленного законом трехлетнего срока, то, по мнению заявителя, исполнительное производство подлежит прекращению.
Определением Заводского районного суда г. Кемерово от 16 июня 2016 г. в удовлетворении заявления Лобанова А.В. отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 20 сентября 2016 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.
В кассационной жалобе заявитель просит об отмене указанных выше судебных постановлений.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Асташова С.В. от 20 апреля 2017 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе и в возражения на нее, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.
Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Такие нарушения были допущены судебными инстанциями при рассмотрении данного дела.
Как следует из судебных постановлений и материалов дела, заочным решением Центрального районного суда г. Кемерово от 16 ноября 2007 г. удовлетворен иск Банка к Лобанову А.В., Головневу А.С., Морозовой Е.В. и Елькину С.А. о взыскании солидарно задолженности по кредитному договору. Данное решение суда вступило в законную силу 18 декабря 2007 г. (л.д. 5 - 7).
На основании указанного решения суда 24 января 2008 г. взыскателю выдан исполнительный лист в отношении должника Лобанова А.В. (л.д. 8).
Постановлением судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов-исполнителей по Заводскому району г. Кемерово от 19 февраля 2008 г. возбуждено исполнительное производство в отношении должника Елькина С.А. с указанием на то, что исполнительный лист на данного должника поступил 18 февраля 2008 г. (л.д. 25 - 26).
21 марта 2008 г. судебным приставом-исполнителем межрайонного отдела судебных приставов по Рудничному и Кировскому районам г. Кемерово вынесено постановление об окончании исполнительного производства и возвращении взыскателю исполнительного документа в отношении должника Морозовой Е.В. в связи с отсутствием у должника банковских счетов и имущества, подлежащего описи и аресту (л.д. 28).
В данном постановлении указано, что исполнительный лист в отношении названного должника поступил на исполнение 13 февраля 2008 г.
15 марта 2011 г. в службу судебных приставов-исполнителей ОСП по Заводскому району г. Кемерово УФССП России по Кемеровской области раздельно поступили заявления Банка о возбуждении исполнительного производства в отношении каждого из солидарных должников - Лобанова А.В., Головнева А.С., Морозовой Е.В. и Елькина С.А. о взыскании с них задолженности по кредитному договору и расходов на уплату государственной пошлины в размере 544 380,35 руб. (л.д. 16 - 19).
В заявлениях взыскателя в отношении каждого из солидарных должников названы для сведения остальные солидарные должники.
Постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП по Заводскому району г. Кемерово УФССП России по Кемеровской области от 19 декабря 2013 г. исполнительное производство в отношении Лобанова А.В. было окончено по заявлению взыскателя об окончании исполнительного производства. При этом в постановлении указано, что в ходе исполнительного производства частично взыскана сумма задолженности в размере 56 313,08 руб. (л.д. 24).
15 января 2016 г. Банком в ОСП по Заводскому району г. Кемерово УФССП России по Кемеровской области вновь направлены отдельные заявления о возбуждении исполнительного производства в отношении Лобанова А.В., Головнева А.С., Морозовой Е.В. и Елькина С.А. о взыскании с них задолженности по кредитному договору в размере 517 568,87 руб. (л.д. 20 - 23).
В заявлениях о возбуждении исполнительного производства в отношении каждого из должников в качестве приложения указан исполнительный лист.
19 января 2016 г. судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства по взысканию с Лобанова А.В. в пользу Банка 517 568,87 руб. (л.д. 9).
Постановлениями судебного пристава-исполнителя от 20 и 25 января 2016 г. наложен запрет на совершение регистрационных действий в отношении транспортных средств и недвижимого имущества должника (л.д. 62, 63).
Отказывая в удовлетворении заявления Лобанова А.В. о прекращении исполнительного производства, суд сослался на то, что предъявление исполнительного листа в отношении одного из солидарных должников, а равно частичное исполнение одним из солидарных должников обязанности по выплате денежных сумм прерывает срок предъявления исполнительного документа к исполнению в отношении всех солидарных должников.
С такими выводами суда первой инстанции согласился суд апелляционной инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит указанные выводы судебных инстанций сделанными с существенным нарушением норм права.
Статьей 323 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (пункт 1).
Согласно части 1 статьи 428 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается судом взыскателю после вступления судебного постановления в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, если исполнительный лист выдается немедленно после принятия судебного постановления. Исполнительный лист выдается взыскателю или по его просьбе направляется судом для исполнения.
В соответствии со статьей 429 данного кодекса по каждому решению суда выдается один исполнительный лист. Однако если решение принято в пользу нескольких истцов или против нескольких ответчиков, а также если исполнение должно быть произведено в различных местах, суд по просьбе взыскателя должен выдать несколько исполнительных листов с точным указанием места исполнения или той части решения, которая по данному листу подлежит исполнению (часть 1).
На основании решения или приговора суда о взыскании денежных сумм с солидарных ответчиков по просьбе взыскателя должно быть выдано несколько исполнительных листов, число которых соответствует числу солидарных ответчиков. В каждом исполнительном листе должна быть указана общая сумма взыскания и должны быть указаны все ответчики и их солидарная ответственность (часть 2).
В силу части 1 статьи 21 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, за исключением исполнительных листов, указанных в частях 2, 4 и 7 данной статьи, могут быть предъявлены к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу.
Согласно части 1 статьи 432 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается предъявлением его к исполнению, если федеральным законом не установлено иное, а также частичным исполнением должником судебного постановления.
Также и в статье 22 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" указано, что срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается:
1) предъявлением исполнительного документа к исполнению;
2) частичным исполнением исполнительного документа должником (часть 1).
После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается (часть 2).
Из установленных судом обстоятельств и материалов дела также следует, что исполнительный лист в отношении должника Лобанова А.В. взыскателем с момента вступления решения суда в законную силу (18 декабря 2007 г.) не предъявлялся к исполнению более трех лет - до 15 марта 2011 г.
Из установленных судом обстоятельств и материалов дела следует, что исполнительные листы выданы отдельно в отношении каждого должника, в указанный выше период взыскателем в службу судебных приставов предъявлялись исполнительные листы в отношении должников Елькина С.А. и Морозовой Е.В.
Каких-либо данных о том, что в названный период течения срока предъявления исполнительного листа взыскателем предъявлялся исполнительный лист в отношении Лобанова А.В., либо о том, что Лобановым А.В. произведено частичное исполнение решения, судом не установлено.
Таким образом, в период с 18 декабря 2007 г. по 15 марта 2011 г. судом не установлено обстоятельств, которые в силу закона являлись бы основанием для перерыва течения срока предъявления исполнительного листа в отношении Лобанова А.В. к исполнению.
По общему правилу действия, совершенные по истечении срока, не могут прерывать течение уже оконченного срока.
Ссылаясь на перерыв течения срока предъявления исполнительного листа в отношении Лобанова А.В. его частичным исполнением после предъявления его взыскателем в марте 2011 года, суд не учел, что эти действия были совершены уже после того, как исполнительный лист, как указано выше, не предъявлялся к исполнению более трех лет.
Доводы представителя Банка о том, что к этим отношениям по аналогии подлежит применению положения пункта 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит необоснованными, поскольку данной нормой предусмотрено специальное основание для течения срока исковой давности заново и только при условии признания должником в письменной форме своего долга.
Кроме того, из установленных судом обстоятельств и материалов дела следует, что в декабре 2013 года взыскателем был отозван неисполненный исполнительный лист в отношении Лобанова А.В., в связи с чем исполнительное производство по данному исполнительному листу было окончено, а затем вновь предъявил его к исполнению в январе 2016 года, когда с момента вступления в силу решения суда прошло более 9 лет.
Мотивы, по которым взыскателем был отозван неисполненный исполнительный лист, судебными инстанциями не устанавливались, оценка им не дана.
Между тем постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2016 г. N 7-П "По делу о проверке конституционности части 1 статьи 21, части 2 статьи 22 и части 4 статьи 46 Федерального закона "Об исполнительном производстве" в связи с жалобой гражданина М.Л. Ростовцева" признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 35 (часть 2), 46 (часть 1) и 55 (часть 3), положения части 1 статьи 21, части 2 статьи 22 и части 4 статьи 46 Федерального закона "Об исполнительном производстве" (далее - Закон об исполнительном производстве) в той мере, в какой эти положения в их взаимосвязи позволяют - при неоднократном прерывании срока предъявления исполнительного документа к исполнению предъявлением исполнительного документа к исполнению с последующим возвращением взыскателю на основании его заявления - всякий раз исчислять течение этого срока заново с момента возвращения исполнительного документа по данному основанию взыскателю и продлевать его тем самым на неопределенно длительное время.
Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации, поскольку в каждом случае предъявления исполнительного документа к исполнению после возвращения исполнительного документа взыскателю срок его предъявления к исполнению прерывается, такие действия взыскателя в течение неограниченного времени могут привести к тому, что исполнительное производство не будет окончено исполнением содержащегося в исполнительном документе требования, а должник - при наличии вынесенного в отношении его неисполненного судебного акта - должен бесконечно пребывать под угрозой применения к нему и принадлежащему ему имуществу исполнительных действий и мер принудительного исполнения.
Таким образом, судам первой и апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела следовало учесть приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации и дать оценку действиям взыскателя по отзыву неисполненного исполнительного листа с учетом всех обстоятельств дела.
Не могут служить основанием для отказа в удовлетворении кассационной жалобы доводы о том, что истечение срока предъявления исполнительного листа к исполнению не является основанием для прекращения исполнительного производства, а может лишь служить основанием для оспаривания действий и постановлений судебного пристава-исполнителя.
Оставляя без изменения определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции действительно дополнительно указал, что истечение срока предъявления исполнительного документа к исполнению не относится к основаниям прекращения исполнительного производства.
Между тем оставленным в силе определением суда в удовлетворении заявления Лобанова А.В. отказано не по этому основанию, а с указанием на то, что срок предъявления исполнительного листа в отношении его к исполнению не истек, и на законность возбуждения исполнительного производства в январе 2016 года.
В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Согласно части 2 статьи 209 этого же кодекса после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.
Таким образом, оставление в силе обжалуемых судебных постановлений лишает заявителя возможности в последующем ссылаться на обстоятельства пропуска срока предъявления исполнительного листа к исполнению и на незаконность возбуждения исполнительного производства.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что при рассмотрении настоящего дела судебными инстанциями допущены нарушения норм права, которые являются существенными, непреодолимыми и которые не могут быть устранены без отмены судебного постановления и нового рассмотрения дела.
Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного кодекса.
Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июля 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").
Названные выше требования закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела выполнены не были.
С учетом изложенного, а также принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит нужным отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 20 сентября 2016 г. с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
Суд указал, что если исполнительный документ ранее уже предъявлялся к исполнению, но затем исполнительное производство по нему было окончено в связи с заявлением взыскателя, трехгодичный срок сокращается на период нахождения этого исполнительного листа на исполнении
Один из экспертов «АГ» полагает, что позиция ВС нацелена на пресечение недобросовестной практики взыскателей практически бесконечного цикла отзыва исполнительных листов. Другая отметила, что наличие практики ВС по подобным спорам свидетельствует о том, что нижестоящие суды все еще допускают ошибки в исчислении сроков предъявления исполнительных документов к исполнению. По мнению третьей, определение является очередной шпаргалкой для судов с целью правильного применения норм Закона об исполнительном производстве.
18 января Верховный Суд вынес Определение по делу № 36-КГ21-6-К2, в котором рассмотрел вопрос о том, прерывается ли срок предъявления исполнительного листа к исполнению на период нахождения его у пристава, если затем он был отозван самим взыскателем.
Обстоятельства дела
30 сентября 2014 г. Смоленский районный суд удовлетворил исковые требования АО «Российский Сельскохозяйственный банк» к физическим и юридическим лицам о взыскании задолженности по кредитному договору и об обращении взыскания на предметы залога, в том числе на принадлежащие залогодателям земельные участки. 20 июля 2015 г. в ОСП по Смоленскому, Кардымовскому и Краснинскому районам УФССП России по Смоленской области банком на принудительное исполнение представлены исполнительные листы, выданные на основании решения суда, судебным приставом-исполнителем были возбуждены соответствующие исполнительные производства.
В связи с поступлением от взыскателя 21 мая и 10 августа заявлений о возвращении исполнительных документов без исполнения в отношении должников-залогодателей судебный пристав-исполнитель отозвал с реализации переданное на торги имущество и вынес постановления об окончании исполнительных производств. Исполнительные документы были возвращены взыскателю.
Период нахождения исполнительных документов на исполнении в отношении части должников составил 3 года 20 дней, в отношении других – 2 года 10 месяцев. Повторно исполнительные листы поступили в УФССП по Смоленской области в июле 2019 г., после чего судебным приставом-исполнителем были вновь возбуждены исполнительные производства. В январе и августе 2020 г. в связи с отзывом банком исполнительных листов в отношении должников залоговое имущество вновь было отозвано с реализации. Исполнительные производства были окончены на основании п. 1 ч. 1 ст. 46 Закона об исполнительном производстве, исполнительные листы были возвращены взыскателю. Повторный период нахождения исполнительных документов на исполнении составил в отношении должников от шести месяцев до одного года.
Позднее банк обратился в суд с заявлением об изменении способа и порядка исполнения решения Смоленского районного суда путем изменения начальной продажной цены залогового имущества и взыскания с должников судебных расходов на оплату отчета об оценке. В обоснование заявления банк указал, что решение суда в полной мере не исполнено, основная часть залогового имущества не реализована. Он отметил, что согласно отчету ООО «Бюро по оценке имущества» в настоящее время начальная продажная цена имущества, принадлежащего лицам, значительно превышает рыночную стоимость.
Суды разошлись в оценке обоснованности требований банка
Определением Смоленского районного суда от 30 октября 2020 г. заявление банка было удовлетворено. Начальная продажная цена залогового имущества установлена в заявленных взыскателем размерах. В пользу банка в счет возмещения судебных расходов взыскано 131 тыс. руб. Суд первой инстанции исходил из того, что несоразмерность начальной продажной стоимости земельных участков, переданных в залог, их реальной стоимости на момент рассмотрения заявления влияет на интересы взыскателя по исполнительному производству.
24 марта 2021 г. Смоленский областной суд отменил определение первой инстанции в части удовлетворения заявления банка об изменении порядка и способа исполнения решения суда в отношении установления начальной продажной цены земельных участков и в части взыскания с должников судебных расходов. В названной части принято новое определение, которым в удовлетворении заявления банка было отказано.
Суд апелляционной инстанции указал, что при рассмотрении заявления банка юридически значимыми обстоятельствами являются выяснение вопросов о наличии или утрате возможности принудительного исполнения требований выданных в отношении должников исполнительных документов, о порядке исчисления срока предъявления их к исполнению, о наличии обстоятельств, свидетельствующих о вынужденном характере отзыва исполнительных документов взыскателем.
Руководствуясь п. 1 и 2 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума ВС РФ от 19 июня 2012 г. № 13, областной суд принял в качестве дополнительных доказательств документы исполнительных производств в отношении должников. Апелляционная инстанция установила, что подлежащие вычитанию из общего срока предъявления исполнительного документа к исполнению периоды нахождения исполнительных документов в отношении должников на исполнении, которое окончилось отзывом исполнительных документов взыскателем, по общей продолжительности превышают три года. Кроме того, банк не обращался с ходатайством о восстановлении пропущенного срока предъявления исполнительного документа к исполнению.
Апелляция указала, что на момент рассмотрения заявления взыскателя об изменении порядка и способа исполнения судебного решения возможность принудительного исполнения судебного акта отсутствовала. При этом Смоленский областной суд отметил, что обстоятельств, свидетельствующих о ненадлежащем исполнении обязанностей органами принудительного исполнения, а также о недобросовестности действий должников, вынужденном характере отзыва исполнительного документа, взыскателем не установлено.
Все эксперты особо выделили вывод Суда о том, что владелец переносного ПК вправе защищать личные неимущественные права, нарушенные неправомерным доступом к имеющейся на нем информации, путем требования компенсации морального вреда
Определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 7 июля 2021 г. апелляционное определение в части отмены определения первой инстанции было отменено, в указанной части материал направлен на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. Кассация посчитала, что выводы апелляции основаны на неправильном толковании закона. Проанализировав положения Постановления КС РФ от 10 марта 2016 г. № 7-П, Обзора судебной практики ВС РФ № 2 за 2020 г., суд пришел к выводу о том, что период нахождения исполнительного листа на исполнении удлиняет общий срок предъявления исполнительного листа на период принудительного исполнения. Учитывая изложенное, суд кассационной инстанции отменил апелляционное определение в указанной части, направив материал на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
При повторном рассмотрении 26 августа 2021 г. апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции от 30 октября 2020 г. Вопрос был разрешен по существу: в удовлетворении заявления банка отказано, в остальной части решение оставлено без изменения.
Верховный Суд указал на ошибки нижестоящих судов
С кассационной жалобой в Верховный Суд обратилась одна из должников, она поставила вопрос об отмене определения Второго кассационного суда общей юрисдикции от 7 июля 2021 г. как незаконного. Рассмотрев дело, Судебная коллегия по гражданским делам ВС напомнила, что возможность изменения порядка и способа исполнения судебного решения в целях дальнейшего принудительного исполнения решения суда зависит от наличия или утраты возможности такого принудительного исполнения.
Коллегия отметила: ч. 1 ст. 22 Закона об исполнительном производстве предусмотрено, что исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, за исключением тех, что указаны в ч. 2, 4 и 7 названной статьи, могут быть предъявлены к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу. Она пояснила, что срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается предъявлением исполнительного документа к исполнению, а после перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется, а время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается.
Верховный Суд обратил внимание, что возвращение взыскателю исполнительного документа не является препятствием для повторного предъявления исполнительного документа к исполнению в пределах срока, установленного ст. 21 указанного закона. В соответствии с ч. 3.1 ст. 22 Закона об исполнительном производстве, введенной поправками от 28 мая 2017 г., в случае, если исполнение по ранее предъявленному исполнительному документу было окончено в связи с отзывом взыскателем самого документа либо в связи с совершением взыскателем действий, препятствующих его исполнению, период со дня предъявления данного исполнительного документа к исполнению до дня окончания по нему исполнения по одному из указанных оснований вычитается из соответствующего срока предъявления исполнительного документа к исполнению, установленного федеральным законом.
Согласно разъяснениям, изложенными в Обзоре судебной практики ВС РФ № 2 (2020), при предъявлении исполнительного документа к исполнению срок его предъявления прерывается. Однако в случае возвращения исполнительного документа взыскателю по его заявлению этот срок, исчисляемый заново с момента возвращения исполнительного документа, определяется за вычетом ранее имевшего место одного или нескольких периодов нахождения исполнительного документа на исполнении, который окончился отзывом исполнительного документа взыскателем, разъяснил ВС.
Суд установил, что в случае, если исполнительный документ ранее уже предъявлялся к исполнению, но затем исполнительное производство по нему было окончено в связи с заявлением взыскателя либо в связи с совершением им действий, препятствующих его исполнению, трехгодичный срок сокращается на период нахождения этого исполнительного листа на исполнении. Таким образом, Верховный Суд посчитал, что вывод суда кассационной инстанции о том, что период нахождения исполнительного листа на исполнении вычитается из общего срока его предъявления к исполнению и удлиняет его, сделан в нарушение приведенных норм материального закона.
Кроме того, Судебная коллегия по гражданским делам обратила внимание суда кассационной инстанции на необходимость восстановления производства по гражданскому делу, поскольку по сведениям Смоленского районного суда дело было уничтожено. ВС указал, что все судебные инстанции рассматривали материал по заявлению банка об изменении способа и порядка исполнения решения суда об обращении взыскания на заложенное имущество без исследования самого гражданского дела, анализа его обстоятельств и установления причин, обусловивших неисполнение указанного решения.
С учетом изложенного Верховный Суд отменил определение Второго кассационного суда общей юрисдикции и взаимосвязанное с ним апелляционное определение Смоленского областного суда, направив материал на новое рассмотрение в суд кассационной инстанции.
Эксперты прокомментировали позицию ВС
Старший юрист юридической группы «Плотников и партнеры» Михаил Новоселов отметил, что 28 мая 2017 г. вступили в силу поправки, которые дополнили Закон об исполнительном производстве ч. 3.1. ст. 22 о неприменении положений о перерыве сроков подачи исполнительного документа в случае отзыва взыскателем исполнительного документа. Эксперт подчеркнул, что такой порядок предусмотрен законодателем в целях исполнения Постановления КС РФ от 10 марта 2016 г. № 7-П для пресечения недобросовестной практики взыскателей практически бесконечного цикла отзыва исполнительных листов, предъявления его к исполнению и перерыва срока предъявления.
ВС: Неоднократный отзыв исполнительного листа взыскателем нельзя расценивать как злоупотребление правом
Как счел Суд, Закон об исполнительном производстве дает взыскателю право неоднократного предъявления к исполнению исполнительного документа после его возвращения, а также право неоднократного его отзыва без указания мотивов
По словам Михаила Новоселова, суды до сих пор допускают ошибки в применении этой нормы, что и подтверждает рассматриваемое определение, в котором высшая судебная инстанция очередной раз артикулировала это правило. В то же время он указал, что в Определении № 305-ЭС21-15841 от 6 декабря 2021 г. Верховный Суд защитил право взыскателя в течение этого срока предъявлять и отзывать исполнительный лист неограниченное количество раз. «В случае если все-таки взыскатель по неосмотрительности пропустил срок предъявления исполнительного листа к исполнению, можно рекомендовать использовать механизм восстановления срока, предусмотренный ст. 23 Закона об исполнительном производстве и процессуальными кодексами», – заключил эксперт.
Адвокат МКА «Тимофеев, Фаренвальд и партнеры» Мария Милюкова полагает, что Верховный Суд, устраняя нарушения, допущенные судом кассационной инстанции относительно расчетов сроков предъявления к исполнению исполнительного документа, отозванного по заявлению взыскателя, подтвердил многолетнюю практику судов по аналогичным спорам. Эксперт указала, что согласно обозначенной позиции взыскатель вправе неоднократно предъявлять исполнительный лист после его возвращения. Она подчеркнула, что это нельзя рассматривать как злоупотребление правом. При этом такое право может осуществляться исключительно в пределах, установленных ч. 3.1 ст. 22 Закона об исполнительном производстве.
Эксперт обратила внимание, что само положение было введено в закон еще в 2017 г. и Обзор судебной практики ВС РФ № 2 (2020) скорректировал его, указав на необходимость проверки судом обстоятельств отзыва исполнительного документа, не носил ли отзыв вынужденный характер: «Наличие практики ВС по подобным спорам свидетельствует о том, что нижестоящие суды все еще допускают ошибки в исчислении сроков предъявления исполнительных документов к исполнению».
По ее мнению, в кассационной инстанции возможности проверки фактических обстоятельств дела ограничены, поэтому целесообразно рекомендовать взыскателям при возникновении аналогичных спорных ситуаций уже в первой инстанции представлять соответствующие доказательства. «Например, если должник направлял письма с предложением выплатить долг в добровольном порядке или приставы ненадлежащим образом исполняли свои обязанности. Поэтому отзыв исполнительных документов был вынужденным», – считает Мария Милюкова.
Адвокат АП г. Москвы Анжелика Тамбовская заметила, что суды не всегда учитывают новые изменения в законодательстве. По ее мнению, ВС вновь обратил их внимание на необходимость соблюдения условий баланса интересов взыскателя и должника, исключения возможности продлевать срок предъявления исполнительного документа на неопределенное время. Несоблюдение данных условий может привести к неограниченному по продолжительности принудительному исполнению содержащегося в исполнительном документе требования, к чрезмерно длительному пребыванию должника в состоянии неопределенности относительно своего правового положения, отметила эксперт.
«Неоднократно, в целях единообразия применения судами законодательства при рассмотрении отдельных вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства, Пленум ВС РФ излагал свою позицию в этой части, а потому полагаю, что данное определение ВС является очередной шпаргалкой для судов с целью правильного применения норм Закона об исполнительном производстве», – резюмировала Анжелика Тамбовская.
Суд напомнил, что в случае утраты подлинника исполнительного листа или судебного приказа (исполнительных документов) суд может выдать по заявлению взыскателя или судебного пристава-исполнителя дубликаты таких документов
По мнению одного из экспертов «АГ», в рассматриваемом случае Верховным Судом исправлена тривиальная ошибка, так как никто из судов, кроме него, не удосужился представить в своем решении расчет сроков, который можно было бы проверить. Другой полагает, что определение ВС РФ развивает закрепленный в законе подход к исчислению срока на подачу заявления о выдаче дубликата исполнительного листа и ориентирует суды на более внимательное установление обстоятельств истечения указанного срока с учетом способа направления заявления о выдаче дубликата исполнительного листа. Третий отметил, что в рассматриваемом деле Верховный Суд РФ, разделив позицию взыскателя, сделал акцент лишь на одном доводе, а именно на норме закона о том, что процессуальный срок считается соблюденным стороной по делу при направлении процессуального документа по почте до истечения срока.
Верховный Суд РФ опубликовал Определение от 27 октября 2020 г. по делу № 64-КГ20-6-К9, в котором рассмотрел спор о выдаче цессионарию исполнительного листа по гражданскому делу о взыскании задолженности по кредитному договору, заключенному между цедентом и должником.
В январе 2014 г. суд взыскал с Дмитрия Плотникова свыше 197 млн руб. задолженности по кредитному договору в пользу ПАО «Сбербанк». Спустя несколько месяцев на основании судебного решения было возбуждено исполнительное производство, в рамках которого с должника удалось взыскать 163 тыс. руб. В дальнейшем исполнительное производство завершилось в связи с отсутствием у гражданина имущества, на которое могло быть обращено взыскание.
Впоследствии «Сбербанк» передал ООО «Мегасах» по договору уступки прав требования (цессии) кредитное досье на Дмитрия Плотникова, в котором отсутствовал подлинник исполнительного документа. Хотя замена взыскателя была подтверждена в судебном порядке, служба судебных приставов направила исполнительный лист первоначальному взыскателю в лице банка, о чем она сообщила обществу «Мегасах». Далее общество обратилось в суд с заявлением о выдаче дубликата исполнительного листа в рамках дела по иску банка к Дмитрию Плотникову о расторжении кредитного договора, досрочном взыскании задолженности по кредитному договору, взыскании судебных расходов.
Суд отказал в удовлетворении требования, мотивируя это тем, что срок, в течение которого исполнительный документ мог быть предъявлен к исполнению, истек 6 июля 2019 г. Как пояснила первая инстанция, заявление общества поступило спустя три дня после этой даты (т.е. за пределами установленного трехлетнего срока предъявления исполнительного документа к исполнению), при этом в нем отсутствовала просьба о восстановлении пропущенного срока предъявления исполнительного документа к исполнению. Апелляция согласилась с этими выводами, но указала, что срок предъявления исполнительного документа к исполнению истек 20 апреля 2019 г. Впоследствии кассация оставила в силе решения нижестоящих судов.
В своей кассационной жалобе в Верховный Суд РФ общество «Мегасах» оспорило судебные акты как незаконные.
После изучения материалов дела Судебная коллегия по гражданским делам ВС отметила, что стороны не оспаривали утрату подлинника исполнительного документа. Высшая судебная инстанция напомнила, что в случае утраты подлинника исполнительного листа или судебного приказа (исполнительных документов) суд, принявший решение, вынесший судебный приказ, может выдать по заявлению взыскателя или судебного пристава-исполнителя дубликаты таких документов (ч. 1 ст. 430 ГПК РФ). Заявление о выдаче дубликата исполнительного документа может быть подано в суд до истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению, за исключением случаев, когда такой документ был утрачен судебным приставом-исполнителем или другим осуществляющим исполнение лицом и взыскателю стало об этом известно после истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению.
В этих случаях, пояснил ВС, заявление о выдаче дубликата исполнительного документа может быть подано в суд в течение месяца со дня, когда взыскателю стало известно об утрате исполнительного документа. В свою очередь, исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, в отдельных случаях могут быть предъявлены к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу. Срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается: предъявлением исполнительного документа к исполнению; частичным исполнением исполнительного документа должником. После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется.
Истекшее до прерывания срока время не засчитывается в новый срок (ч. 2 ст. 22 Закона об исполнительном производстве). В случае возврата исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения срок предъявления исполнительного документа к исполнению исчисляется со дня такого возвращения. При возвращении исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения (в том числе частично) течение срока исполнительной давности начинается заново со дня такого возврата.
Верховный Суд также отметил, что процессуальное действие, для совершения которого установлен процессуальный срок, может быть совершено до 24 часов последнего дня срока. Если же жалоба, документы или денежные суммы были сданы в организацию почтовой связи до 24 часов последнего дня срока, срок не считается пропущенным.
Суд заметил, что, как следует из материала и судебных постановлений, заявление о выдаче дубликата исполнительного листа подано обществом через организацию почтовой связи 5 июля 2019 г. С учетом возвращения исполнительного документа взыскателю 6 июля 2016 г. и в соответствии с ч. 3 ст. 22 Закона об исполнительном производстве срок, в течение которого исполнительный документ мог быть предъявлен к исполнению, истекал 6 июля 2019 г. «При таких обстоятельствах выводы судебных инстанций о том, что трехлетний срок на подачу заявления о выдаче дубликата исполнительного листа был пропущен обществом “Мегасах” и истекал 20 апреля 2019 г., являются ошибочными и не основаны на законе», – заключил ВС, отменив судебные акты и вернув дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.
Советник юстиции РФ третьего класса, председатель правления РО МОО «Ассоциация ветеранов Службы судебных приставов» Алексей Шарон полагает, что в рассматриваемом случае Верховным Судом исправлена тривиальная ошибка. «После изучения текстов решений нижестоящих судов можно сделать вывод, что ни один из судов не вник вроде бы в совсем несложные правила исчисления сроков на подачу заявлений о выдаче дубликата исполнительного листа. Причем никто, кроме ВС РФ, не удосужился представить в своем решении расчет сроков, который можно было бы проверить», – отметил он.
По словам эксперта, заявление о выдаче дубликата исполнительного листа можно подать до истечения срока его предъявления для принудительного исполнения. «В этом случае, в связи с тем что исполнительное производство было окончено судебным приставом с актом о невозможности взыскания 6 июля 2016 г., следовательно, срок для его предъявления истекал 6 июля 2019 г. Заявитель подал заявление о выдаче дубликата исполнительного листа в последний день истечения срока – 5 июля 2019 г. Каким образом апелляционный суд пришел к выводам, что такой срок истек 20 апреля 2019 г., в своем судебном акте вторая инстанция не раскрывает», – подчеркнул Алексей Шарон.
Юрист Арбитражной практики юридической фирмы VEGAS LEX Антон Грачев считает, что определение ВС развивает закрепленный в законе подход к исчислению срока на подачу заявления о выдаче дубликата исполнительного листа и ориентирует суды на более внимательное установление обстоятельств истечения указанного срока с учетом способа направления заявления о выдаче дубликата исполнительного листа. «В частности, Верховный Суд РФ указал, что при определении срока на подачу заявления о выдаче дубликата исполнительного листа необходимо принимать во внимание дату направления соответствующего заявления в суд общей юрисдикции (в случае, когда отправка производилась по почте), а не дату поступления указанного заявления в суд», – отметил он.
По словам эксперта, в судебной практике по делам о выдаче дубликата исполнительного листа ч. 3 ст. 108 ГПК РФ, на которую опирается Верховный Суд, используется довольно редко, суды нечасто обращают внимание на дату, когда заявление о выдаче дубликата исполнительного листа было фактически направлено в суд. «Представляется, что позиция, изложенная в рассматриваемом определении ВС РФ, будет способствовать более детальному исследованию данных обстоятельств и предоставит заявителю больше возможностей для реализации своих прав по получению дубликата исполнительного листа», – резюмировал Антон Грачев.
Директор КА «Презумпция» Филипп Шишов полагает, что в рассматриваемом деле Верховный Суд РФ, разделив позицию взыскателя, сделал акцент лишь на одном доводе, а именно на норме закона о том, что процессуальный срок считается соблюденным стороной по делу при направлении процессуального документа по почте до истечения срока (5 июля 2019 г.). «При этом неважно, когда документ получен судом по почте, датой подачи документа в целях исчисления сроков считается именно дата отправки по почте», - подчеркнул он.
По мнению эксперта, после прочтения текста определения ВС РФ возникает ряд вопросов, а именно: по какой причине судебный пристав не возвращал оригинал исполнительного листа взыскателю в течение более трех лет (с момента окончания исполнительного производства 6 июля 2016 г. по 25 июня 2019 г.)? При этом сам взыскатель полагал, что исполнительный лист утрачен и вынужден был обратиться в суд с заявлением о выдаче дубликата исполнительного листа. Данное обстоятельство, в том числе, несвоевременное возвращение исполнительного листа взыскателю службой судебных приставов, несомненно, также должно было быть учтено при рассмотрении дела нижестоящими судами», - убежден Филипп Шишов.
Он добавил, что в комментируемом определении Верховного Суда имеется упоминание о том, что нижестоящие суды посчитали датой истечения срока 20 апреля 2019 г., однако из текста судебного акта высшей судебной инстанции неясно, чем именно руководствовались судебные инстанции при определении этой даты, то есть исчерпывающей оценки данному обстоятельству дано не было. «Пленум Верховного Суда в своем Постановлении о судебном решении № 23 от 19 декабря 2003 г. дал руководящее разъяснение о том, что решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств. Такое постановление Пленума ВС РФ безусловно применимо и к иным судебным актам, помимо решения», - подчеркнул адвокат.
Как счел Суд, Закон об исполнительном производстве дает взыскателю право неоднократного предъявления к исполнению исполнительного документа после его возвращения, а также право неоднократного его отзыва без указания мотивов
По мнению одного эксперта, в рассматриваемом деле Верховный Суд дал два полезных разъяснения, которые далее могут быть использованы в судебной практике для правильной оценки обстоятельств дела и действий участников спора. У другого эксперта вызвал сомнение тот факт, что суды не знали или не понимали того, как правильно рассчитать сроки предъявления исполнительного листа к взысканию.
6 декабря Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС21-15841 по делу № А40-144168/2020 об оспаривании отказа столичного департамента финансов в исполнении исполнительного листа, который ранее неоднократно отзывался взыскателем.
В декабре 2012 г. суд взыскал с правительства Москвы 2,5 млрд руб. убытков в пользу ФГУП «Совхоз им. XXI съезда КПСС» (дело № А40-148674/13). По делу был выдан исполнительный лист, который был предъявлен для исполнения в Департамент финансов г. Москвы. Ведомство частично уплатило основной долг на сумму в 1,5 млрд руб.
В январе 2017 г. на основании заявления совхоза департамент финансов возвратил частично исполненный исполнительный лист взыскателю. В следующем году исполлист был повторно предъявлен в департамент, однако был возвращен последним в связи с поступлением заявления взыскателя об отзыве документа. В январе 2020 г. суд произвел замену взыскателя его правопреемником в лице ГУП «Центр-Сити». В мае организация вновь предъявила исполнительный лист для погашения оставшейся задолженности в размере 1 млрд руб., но спустя месяц департамент возвратил его без исполнения в связи с истечением срока его предъявления к исполнению.
Тогда ГУП обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решения департамента о возврате исполнительного листа. АСГМ отказал в удовлетворении требования, а апелляция и кассация поддержали его решение. Как посчитали суды, если исполнение ранее предъявленного исполнительного листа окончено в связи с отзывом взыскателем исполнительного листа, то срок его предъявления должен исчисляться с учетом периодов со дня возникновения права на принудительное исполнение судебного акта до дня, предшествующего дню возбуждения исполнительного производства, и со дня, следующего за днем окончания исполнительного производства по инициативе взыскателя, до дня повторного обращения за принудительным исполнением.
При этом суды отметили, что срок предъявления исполнительного листа к исполнению начинает исчисляться заново со дня его возвращения взыскателю только в случае, если исполнительный лист возвращен уполномоченным на принудительное исполнение судебных актов органом в связи с невозможностью его исполнения. В свою очередь, неоднократное предъявление взыскателем исполнительного листа к исполнению и его отзыв могут расцениваться как злоупотребление правом и влечь для заявителя последствия, предусмотренные п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса.
«Центр-Сити» обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС отметила, что общее правило о возобновлении течения срока предъявления исполнительного листа к исполнению после его перерыва применяется и к случаям, когда взыскателю в связи с поступившим от него заявлением возвращается исполнительный лист, подлежащий исполнению в предусмотренном бюджетным законодательством порядке. В 2017 г. ст. 321 АПК РФ была дополнена ч. 5, а ст. 22 Закона об исполнительном производстве – ч. 3.1. Этими нормами предусмотрено, что если исполнение по ранее предъявленному исполнительному документу было окончено в связи с отзывом взыскателем исполнительного документа либо в связи с совершением им действий, препятствующих его исполнению, то период со дня предъявления данного исполнительного документа к исполнению до дня окончания по нему исполнения по одному из указанных оснований вычитается из соответствующего срока предъявления исполнительного документа к исполнению, установленного федеральным законом.
Со ссылкой на Определение КС от 25 ноября 2020 г. № 2779-О Верховный Суд указал, что предписание Закона об исполнительном производстве о предъявлении исполнительных листов, выдаваемых на основании судебных актов, к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу применяется в системной связи не только с положениями о перерыве этого срока предъявлением исполнительного документа к исполнению и о возобновлении течения срока предъявления исполнительного документа к исполнению после перерыва, но и с предписаниями о том, что время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается, в случае если исполнение по ранее предъявленному исполнительному документу было окончено в связи с отзывом взыскателем исполнительного документа. Период со дня предъявления данного исполнительного документа к исполнению до дня окончания по нему исполнения по указанному основанию вычитается из соответствующего срока предъявления исполнительного документа к исполнению, установленного федеральным законом. Аналогичная позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда № 2 (2020).
Больше всего их заинтересовало разъяснение о том, что, если арендатор перестал пользоваться имуществом, то отсутствие акта приема-передачи не является основанием для возобновления действия договора аренды на неопределенный срок
«Закон об исполнительном производстве предоставляет взыскателю право неоднократного предъявления к исполнению исполнительного документа после его возвращения, а также право неоднократного отзыва исполнительного документа после возбуждения исполнительного производства, не требуя при этом от взыскателя указания мотивов своего решения, от которых юридическая судьба совершаемого процессуального действия не зависит. Неоднократная реализация данного права сама по себе не может быть квалифицирована как злоупотребление правом, о чем ошибочно указано в обжалуемых судебных актах, каких-либо исключительных обстоятельств для подобного вывода судами не установлено», – подчеркнуто в определении.
Таким образом, ВС отменил судебные акты нижестоящих инстанций и вернул дело на новое рассмотрение. При новом рассмотрении дела АСГМ следует определить, истек ли срок предъявления исполнительного листа к взысканию по состоянию на последнюю дату его предъявления.
Партнер юридического бюро «ОЛИМП» Иван Хорев полагает, что Верховный Суд дал два полезных разъяснения, которые далее могут быть использованы в судебной практике для правильной оценки обстоятельства дела и действий участников спора. «Во-первых, ВС указал на то обстоятельство, что под действие ч. 4 ст. 321 АПК РФ подпадает и случай, когда взыскатель отзывает исполнительный лист, что также может считаться основанием для невозможности его исполнения, соответственно, начинает исчисляться новый срок предъявления исполнительного листа к исполнению. Во-вторых, Верховный Суд “поправил” нижестоящие суды в том, что сами по себе неоднократные действия взыскателя по отзыву исполнительного листа не могут являться основанием для применения ст. 10 ГК РФ о злоупотреблении правом со всеми вытекающими последствиями (отказ в защите права недобросовестного лица)», – отметил он.
По словам эксперта, оба разъяснения важны для судебной практики, поскольку, во-первых, правильное исчисление судами сроков предъявления исполнительных листов к исполнению влияет на стабильность гражданского оборота и при неправильном применении судами положений АПК и Закона об исполнительном производстве может повлечь серьезные последствия в виде невозможности взыскателя получить причитающееся по уже вступившему в законную силу решению суда; право требования в таком случае становится не активно, что может повлечь соответствующие убытки.
«Во-вторых, на сегодняшний день действительно существует зачастую неправильное понимание судами ст. 10 ГК РФ и тех случаев, где она применима, а где нет, поскольку критерии недобросовестного поведения и злоупотребления правом не могут быть установлены законом подробно и исчерпывающим образом. Тем временем применение вышеуказанной статьи должно основываться на очень внимательном и взвешенном исследовании поведения сторон, с тем чтобы отделить явно недобросовестное поведение, направленное на причинение вреда и обход закона, от иных действий сторон, которые таковыми не являются и в основании которых отсутствует какая-либо противоправная цель, хотя они, возможно, и не типичны с точки зрения обычного поведения. Таким образом, полагаю, что выводы Верховного Суда в данном деле могут и будут применяться при рассмотрении аналогичных споров и имеют в силу изложенного важное практическое значение», – подытожил Иван Хорев.
У партнера АБ «КРП» Виктора Глушакова вызвал сомнение тот факт, что суды не знали или не понимали того, как правильно рассчитать сроки предъявления исполнительного листа к взысканию. «Весь пласт правоприменительной практики, равно как и подход КС РФ, изложенный в определении, находятся на поверхности и давно известны правоприменителю. Я мог бы допустить, что этот вопрос просто не получил должного внимания у суда: спор выглядит не очень сложным, ответчиком выступает Департамент финансов г. Москвы, чью позицию можно взять и положить в мотивы решения. Если добавить к этому недобросовестное поведение, которое якобы допустил истец, то вырисовывается идеальный подход для отказа в иске», – отметил он.
По словам эксперта, если вчитаться в решение суда первой инстанции, то в нем будут и оценка позиций КС РФ, и применение специальных правовых норм, равно как будет и скопированный подход департамента к решению вопроса о расчете срока. «Впрочем, “ярче” всего выглядит именно абзац, в котором суд ссылается на необходимость применения ст. 10 ГК РФ, говоря о неоднократном недобросовестном предъявлении исполнительного листа к взысканию. Если быть точным, то эта неоднократность проявилась целых два раза. Чего нет в решении суда первой инстанции, так это расчета сроков по дням, месяцам и годам. Именно того расчета, который и должен был стать мотивом для отказа в иске. Рад, что ВС РФ обратил внимание на данное дело. Разъяснения должны работать ровно так, как и задумывал правоприменитель. Беспокоит лишь то, что на одно такое отменное дело будет несколько подобных вступивших в силу», – предположил Виктор Глушаков.
Автор статьи
![Куприянов Денис Юрьевич Куприянов Денис Юрьевич](/person.jpg)
Читайте также: