Сутью принципа законности в адвокатуре

Обновлено: 16.04.2024

Статья 6. Полномочия адвоката

1. Полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, а также в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.

2. В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности. Никто не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления соглашения об оказании юридической помощи (далее также - соглашение) для вступления адвоката в дело.

3. Адвокат вправе:

1) собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и иных организаций в порядке, предусмотренном статьей 6.1 настоящего Федерального закона. Указанные органы и организации в установленном порядке обязаны выдать адвокату запрошенные им документы или их копии;

(пп. 1 в ред. Федерального закона от 02.06.2016 N 160-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

2) опрашивать с их согласия лиц, предположительно владеющих информацией, относящейся к делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь;

3) собирать и представлять предметы и документы, которые могут быть признаны вещественными и иными доказательствами, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации;

4) привлекать на договорной основе специалистов для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юридической помощи;

5) беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность (в том числе в период его содержания под стражей), без ограничения числа свиданий и их продолжительности;

6) фиксировать (в том числе с помощью технических средств) информацию, содержащуюся в материалах дела, по которому адвокат оказывает юридическую помощь, соблюдая при этом государственную и иную охраняемую законом тайну;

7) совершать иные действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации.

4. Адвокат не вправе:

1) принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случае, если оно имеет заведомо незаконный характер;

2) принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случаях, если он:

имеет самостоятельный интерес по предмету соглашения с доверителем, отличный от интереса данного лица;

участвовал в деле в качестве судьи, третейского судьи или арбитра, посредника, прокурора, следователя, дознавателя, эксперта, специалиста, переводчика, является по данному делу потерпевшим или свидетелем, а также если он являлся должностным лицом, в компетенции которого находилось принятие решения в интересах данного лица;

состоит в родственных или семейных отношениях с должностным лицом, которое принимало или принимает участие в расследовании или рассмотрении дела данного лица;

оказывает юридическую помощь доверителю, интересы которого противоречат интересам данного лица;

3) занимать по делу позицию вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда адвокат убежден в наличии самооговора доверителя;

4) делать публичные заявления о доказанности вины доверителя, если тот ее отрицает;

5) разглашать сведения, сообщенные ему доверителем в связи с оказанием последнему юридической помощи, без согласия доверителя;

6) отказаться от принятой на себя защиты.

5. Негласное сотрудничество адвоката с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, запрещается.

Принцип законности мы все знаем как основополагающий принцип права. Бесспорно то, что адвокат не должен осуществлять чего бы то ни было незаконного ни делом, ни словом – устным или письменным.

Тем грустнее видеть иногда примеры откровенно незаконных действий адвокатов, например, при реализации адвокатами статусных прав.

Однажды мне довелось увидеть, как к растерянно стоящей в коридоре одного из районных судов Москвы группе обычных граждан подошла энергичная дама и сразу же стала давать каждому из них указания: «Так, ты скажи, что он уехал сам. », «Ты скажи, что ему никто не чинил препятствий. » и т.п. Было ясно, что эта дама, скорее всего, – представитель бывшей жены, подавшей иск о признании бывшего мужа утратившим право пользования жилым помещением. В любом случае было очевидно, что она под видом опроса лиц с их согласия откровенно готовит фальсификацию свидетельских показаний по гражданскому делу.

К счастью, большинство адвокатов ведут практику законно.

Но давайте задумаемся над тем, что при всей близкой к абсолюту урегулированности общественных отношений в нашей стране есть много целых сфер или отдельных аспектов, которые пока еще не урегулированы конкретными нормами права. И у адвоката, оказывающего юридическую помощь своему доверителю, в такой ситуации есть соблазн войти в эту сферу и оказать помощь, необходимую доверителю, внутри этого «белого пятна». И вот тут призываю нас с вами к максимальной осторожности: мы привыкли к установке о том, что «разрешено все, что не запрещено законом». Однако, по моему пониманию, принцип законности нужно рассматривать по правилу «разрешено все, что прямо предусмотрено законом». Осознаю, что вызываю непонимание и несогласие высказыванием подобного подхода, но мы одинаково обязаны думать и о наших доверителях, и о себе самих, оказывающих помощь многим доверителям.

И вот тут выскажу тезис, который многим из вас, дорогие коллеги, покажется циничным: адвокат нередко должен осаживать внутри себя человека. Не боюсь такого решительного заявления: иногда бывает, что адвокат всей душой хочет помочь реально очень хорошему человеку, являющемуся его доверителем, оказавшемуся в сложной правовой ситуации (что возможно в любой сфере права), и готов в интересах этого доверителя подойти к краю правового поля, заглянуть за край этого поля или даже вообще пересечь край этого поля. Так вот это – недопустимо, потому что задача адвоката – квалифицированно помогать юридически, а не по-человечески. По моему искреннейшему убеждению, принцип законности в деятельности каждого конкретного адвоката заключается в том, что адвокат должен сделать для доверителя все, что прямо предусмотрено законом.

Мы должны твердо помнить очень важное положение Закона об адвокатуре: адвокат – независимый советник по правовым вопросам. Его задача в первую очередь – советовать (в соответствии с правом), а не делать что-то (на грани права и неправа).

Теперь о принципе независимости.

Когда мы упоминаем в одном предложении независимость и адвокатуру, конечно, мы сразу же представляем все, что связано с независимостью адвокатуры России как организации. Однако вопросы в плоскости этого принципа возникают и применительно к адвокатской деятельности.

Логично предположить, что никто не вправе вмешиваться в оказание адвокатом юридической помощи по каждому делу, находящемуся в его производстве, и давать ему указания, как и что он должен делать. Под «никем» понимаем органы государственной власти, органы местного самоуправления, любые организации, органы адвокатских палат, адвокатские образования (если адвокат состоит членом коллективного адвокатского образования). Только доверитель вправе давать адвокату, оказывающему ему помощь, указания о том, как и что он должен делать.

Позволю себе вновь напомнить норму Закона об адвокатуре о том, что адвокат является независимым советником по правовым вопросам. Кроме того, вполне применима норма ст. 973 ГК РФ, что доверитель вправе давать поверенному указания, и если они являются правомерными, конкретными и осуществимыми, то поверенный обязан выполнить их.

С учетом того, что мы с вами адвокаты и говорим о правилах поведения адвоката, уверенно позволю себе к критерию правомерности (законности) добавить критерий нравственности.

Этот аспект оказывается особенно проблемным для молодых адвокатов, которые не обладают достаточной опытностью / уверенностью / способностью строить общение с доверителем на условиях равной координации (не допуская крайне нежелательного перекоса в субординацию, предполагающего подчинение адвоката доверителю).

Но даже если говорить о требованиях доверителя, не выходящих за рамки законности и нравственности, адвокатам – особенно молодым адвокатам – нужно помнить принцип независимости для того, чтобы всегда критично оценивать любые, даже законные и нравственные, пожелания, требования, настояния и иные проявления воли доверителя.

Мне запомнилась одна ситуация, очевидцем которой я стал: молодая женщина сидела за компьютером и печатала, а рядом стоял мужчина средних лет и диктовал ей, что писать. По их диалогу понял, что молодая женщина – это адвокат, а мужчина – ее доверитель. Согласитесь, есть вероятность того, что под диктовку доверителя адвокат напечатает что-то не совсем подобающее.

Иногда бизнесмен приглашает адвоката лишь для того, чтобы тот грамотно сформулировал и далее озвучивал позицию, уже имеющуюся у такого доверителя, и при этом даже не предполагается правовая оценка этой позиции адвокатом. Это тоже противоречит принципу независимости.

Простите, но еще раз напомню нам: адвокат – независимый советник по правовым вопросам; объективный правовой совет – первое, чего ждет от адвоката доверитель. И в этом совете должно обязательно содержаться аргументированное мнение адвоката о перспективах дела. По моему глубочайшему убеждению, в этом состоит принцип независимости применительно к деятельности каждого конкретного адвоката.

Следующие два принципа – корпоративности и самоуправления – всегда рассматриваю едино; уверен, что они представляют собой две стороны одного глобального принципа. Конечно, эти принципы носят организационный характер, но все же деятельности каждого конкретного адвоката они тоже касаются как минимум тем, что адвокат как член профессиональной корпорации обязан соблюдать весь набор требований, сформулированных и предъявляемых корпорацией к его деятельности.

Однако, помимо указанных тяжких обязанностей, есть и положительные права. Корпорация не только требует, она еще и защищает.

К сожалению, не все наши с вами коллеги знают, что у каждого адвоката есть право в сложной ситуации обратиться в совет своей адвокатской палаты за разъяснением – советом, как ему нужно поступить; ему не может быть отказано в предоставлении такого разъяснения, и если он поступит в соответствии с этим разъяснением, то не может быть привлечен к дисциплинарной ответственности. Это – реальная мера защиты адвоката нашей адвокатской корпорацией, и мы должны в случае необходимости пользоваться этой защитой.

У меня есть опыт подобного обращения в совет нашей Адвокатской палаты Московской области. 12 лет назад в ситуации, когда я оказывал гражданину помощь как ответчику по гражданскому делу на основании соглашения, заключенного со мной организацией как третьим лицом, перед решающим заседанием этот гражданин давал мне одни установки, а организация давала другие установки – прямо противоположные. Рекомендации руководства нашей палаты мне тогда очень помогли правильно поступить в той сложной ситуации.

Наконец, принцип равноправия адвокатов. Вот здесь чрезвычайно важна самокритичность адвоката по отношению к себе: абсолютно уверен, что каждый адвокат должен прежде сам проявлять равноправие, а уж затем требовать его по отношению к себе.

У меня есть прекрасный пример истинного соблюдения принципа равноправия всем нам известным (поистине, всероссийски известным) адвокатом. Много лет назад, приехав во время обеденного перерыва в один из районных судов Москвы перед приемным временем, я увидел в коридоре суда этого адвоката, который, приехав в обеденный перерыв в суд, в ожидании начала приемного времени для подачи исковых заявлений ничуть не стремился получить какие-либо преференции. Это при том, что исходя из его абсолютно заслуженной известности и к тому же заслуживающего уважения возраста он вполне мог бы попросить для себя любые привилегии. Но он не делал этого, а ждал назначенного времени в коридоре суда наряду с простыми адвокатами. Вот это – реальный пример того, как сам адвокат самым надлежащим образом соблюдает принцип равноправия.

Уверен, что нам, российским адвокатам, нужно взращивать в себе чувство самотребовательности, причем самотребовательности жесткой, последовательной и универсальной. Только так мы можем изначально защититься от часто звучащих, но нередко необоснованных претензий к нам.

И поэтому предлагаю подобную самотребовательность рассматривать в качестве одного из необходимых правил адвокатской профессии.

Адвокатура призвана на профессиональной основе обеспечивать защиту прав, свобод и интересов физических и юридических лиц. Это структура гражданского общества, профессиональное объединение адвокатов, созданное на добровольной основе в целях оказания квалифицированной юридической помощи.

Адвокатура в современной правовой системе России играет большую роль в самоограничении государственной власти. Положение адвокатуры является индикатором состояния демократии в обществе. Адвокатура во многом и индикатор «здоровья» самого государства с точки зрения его отношения, прежде всего, к демократии и защите прав личности. Только сильное и мудрое государство может позволить себе независимую адвокатуру в качестве «вечного оппонента» на правовом поле и принципиального партнера в лице института гражданского общества на поле политическом. Избыточный патернализм – недоверчивое, предвзятое, негативное, нетерпимое отношение к адвокатуре – свидетельство недостаточной силы государства.

Адвокатура – единственный на сегодняшний день институт гражданского общества, признанный законодательством.

В свою очередь служение праву как гуманистическому явлению и гражданскому обществу всегда являлось основной стратегической задачей адвокатуры.

Учитывая профессиональный уровень адвокатуры, ее максимальный региональный охват и активную гражданскую позицию многих членов сообщества, ФПА РФ видит одну из своих задач в том, чтобы установить и развивать тесные связи с другими гражданскими институтами.

Максимальное использование механизмов гражданского общества, его инструментов может быть эффективно, в частности, в реформировании законодательства, в борьбе с его нарушениями, в установлении благоприятного климата для становления государства, в котором право будет признано наивысшей ценностью.

Основополагающие принципы организации деятельности адвокатуры – это законность, независимость, самоуправляемость адвокатских образований, корпоративность, принцип равноправия адвокатов. Именно эти принципы провозглашаются в п. 2 ст. 3 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатуре).

Принцип законности закреплен, прежде всего, в Конституции РФ, в ст. 15 которой говорится: органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию РФ и законы.

Применительно к адвокатуре принцип законности выражается в необходимости соблюдения адвокатами законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, которое включает Закон об адвокатуре, другие федеральные законы, нормативные акты Правительства РФ и федеральных органов исполнительной власти, регулирующих указанную деятельность, а также законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации.

Принцип законности – общеправовой, универсальный принцип, его можно рассматривать в качестве принципа всей системы права. Другие принципы организации и деятельности адвокатуры являются условием реализации законности. Каждый из них в отдельности это прямое и непосредственное выражение принципа законности. Нарушение любого из них – отступление от требования законности.

Принцип независимости адвокатуры является основополагающим для характеристики правовой природы и статуса адвокатуры. Адвокатура – институт, относительно независимый от государства, защищенный от государственного вмешательства в свою деятельность.

Ее независимость служит гарантией и необходимым условием независимости самих адвокатов при осуществлении ими адвокатской деятельности. Конечно, как организация публичной власти государство не может обойти своим регулирующим воздействием институт, осуществляющий полномочия по реализации своей функции по защите прав, свобод и интересов физических и юридических лиц. Главное – найти тот баланс, при котором такое воздействие не будет посягать на независимость адвокатуры.

Кроме того, государство обеспечивает ряд организационных аспектов ведения адвокатской деятельности. Например, территориальный орган федерального органа исполнительной власти в области юстиции ведет реестр адвокатов субъекта РФ; федеральный орган юстиции утверждает форму ордера на исполнение поручения адвокатом, выдаваемого в необходимых случаях соответствующим адвокатским образованием.

Помимо органов исполнительной власти, на адвокатуру в рамках своей компетенции оказывают воздействие органы законодательной и судебной власти. Первые, в частности, принимают законодательные акты, которые регулируют вопросы организации и деятельности адвокатуры в России, а судебные акты вторых развивают и толкуют положения законодательства.

Принцип самоуправления адвокатуры вытекает из ее негосударственного характера. Государство не может и не должно осуществлять управление этим институтом гражданского общества, вследствие чего адвокатура строится на принципе самоуправления в решении важнейших вопросов внутренней жизни. В соответствии с п. 2 ст. 35 Закона об адвокатуре органом адвокатского самоуправления в Российской Федерации является Федеральная палата адвокатов. Безусловно, важным элементом корпоративного самоуправления выступают также адвокатские палаты субъектов РФ.

Значение принципа корпоративности определяется тем, что лица, осуществляющие определенный вид деятельности, объединяются в корпорацию, профессиональную организацию. Данная корпорация разрабатывает свои внутренние правила и имеет целью защиту профессиональных интересов входящих в нее членов, повышение престижа профессии, представительство перед иными органами и организациями, в том числе государственными.

В соответствии с принципом равноправия адвокатов все адвокаты равны при осуществлении ими своей профессиональной деятельности.

Равенство адвокатов выражается в том, что:

  • при приобретении статуса адвоката все претенденты должны соответствовать одним и тем же требованиям, установленным законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре;
  • все адвокаты обладают равными правами и обязанностями;
  • относительно всех адвокатов действуют равные гарантии независимости, предусмотренные законодательством;
  • адвокат вне зависимости от того, в реестр какого субъекта РФ внесены сведения о нем, вправе осуществлять адвокатскую деятельность на всей территории РФ без какого-либо дополнительного разрешения и независимо от места жительства или места нахождения доверителя.

Разумеется, правила поведения адвоката не ограничиваются следованием лишь указанным принципам. Лояльность к доверителю, соблюдение адвокатской этики, профессионализм и многие другие – важная составляющая характеристики как адвокатуры в целом, так и ее членов.

Принцип — это основное начало, или, другими словами, исходное положение какой-либо теории.

Принципы адвокатской деятельности можно определить как основы создания и направленности соответствующей деятельности, которые наиболее полно выражают содержание законодательства, регламентирующего организацию и деятельность данного института гражданского общества.

Принципы организации и деятельности адвокатуры перечислены в Законе об адвокатуре и к ним относятся: принципы законности, независимости, самоуправления, корпоративности и равноправия.

Законность — основа нормальной жизнедеятельности цивилизованного общества, равенства граждан перед законом. Признаками законности служат всеобщность, неразрывная связь с правом.

К принципам законности относятся верховенство закона, т. е. главенство закона в системе нормативных актов, точное соблюдение законов всеми без исключения.

Единство означает, что на всей территории Российской Федерации действуют законы, которые не должны противоречить нормам федеральных законов.

Говоря о целесообразности законов, следует сказать, что все они должны отвечать потребностям и степени развития общества.

Реальность закона состоит в том, что при его неисполнении неизбежна ответственность, т. е. наказание.Таким образом, принцип законности является общеправовым принципом и применительно к организации и деятельности адвокатуры содержит следующие положения:

— адвокатура, адвокатские образования создаются в строгом соответствии с действующим законодательством;

— адвокаты в своей деятельности обязаны неукоснительно соблюдать требования законов, правомерные требования государственных органов и должностных лиц, осуществляющих правоприменение; за нарушение положений действующего законодательства адвокаты несут установленную законом ответственность. В зависимости от характера и вида нарушений адвокат может быть подвергнут дисциплинарной, административной или уголовной ответственности.

Принцип независимости адвокатской деятельности. Независимость — это принцип, в соответствии с которым организация и функционирование адвокатских образований, а также профессиональная деятельность адвоката не связана с мнениями, решениями или действиями органов и должностных лиц, не входящих в систему адвокатуры.
Независимость обеспечивается запретом вмешательства в деятельность адвоката, установленным порядком назначения и прекращения полномочий адвоката и другими мерами его правовой защиты.

Согласно этому принципу адвокат самостоятельно принимает решения и осуществляет действия, входящие в круг его профессиональных полномочий. Недопустимы попытки вмешательства в деятельность адвоката со стороны любых лиц.

Принцип самоуправления адвокатской деятельности. Принцип самоуправления организации и деятельности адвокатуры — это совокупность правил, обеспечивающих самостоятельное регулирование отношений, возникающих в адвокатских сообществах. Адвокатское сообщество не входит в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления, однако самоуправление в системе органов адвокатуры является необходимым условием функционирования адвокатуры.

Признаком принципа самоуправления является то, что деятельность адвокатских образований осуществляется на основании решений органов адвокатской палаты.

Высшим органом адвокатской палаты субъекта Российской Федерации является собрание адвокатов.

Принцип корпоративности адвокатской деятельности. Под корпорацией принято понимать общество, союз, группу лиц, объединяемых общностью профессиональных или сословных интересов.

Корпоративность адвокатской деятельности — это принцип, в соответствии с которым адвокатура организована и осуществляет свою деятельность в качестве добровольного союза лиц, объединенных общими интересами и целью обес­печить надлежащую защиту доверителей и их доступ к правосудию.

Принцип равноправия адвокатской деятельности. Согласно ч. 2 ст. 19 Конституции РФ государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств.

Равноправие — это принцип деятельности адвокатов, в соответствии с которым лицо, получившее в установленном законом порядке соответствующий статус, становится полноправным членом адвокатского сообщества.


Принцип законности, по праву, считается основополагающим принципом уголовного процесса. Он распространяет свое действие на все стадии уголовного судопроизводства и пронизывает собой профессиональную деятельность всех его участников. Не умаляя значение иных принципов, как основополагающих идей российского уголовного процесса — принципа равенства всех перед законом и судом, принципа обеспечения права на защиту, презумпции невиновности и прочих, все же отметим особое место принципа законности, сравнив его со своеобразным стержнем, на который нанизываются все стадии уголовного процесса, начиная с возбуждения уголовного дела, заканчивая стадиями обжалования вынесенного приговора суда. Законность — это та цементирующая основа, без которой даст трещину любое решение любого должностного лица в области уголовного судопроизводства.

Но говоря об этом, чаще всего мы ждем соблюдения этого принципа со стороны органов и лиц, принимающих процессуальные решения по делу: со стороны следователей, дознавателей, принимающих решение о возбуждении уголовного дела и уголовном преследовании лиц. Несмотря на своеобразие стадии предварительного расследования, его розыскные, даже инквизиционные черты, мы понимаем, что без законности деятельность органов следствия, дознания сама окажется вне закона, даже если намерения правоохранителей были самыми благими: задержание опасного преступника, получение его показаний по эпизодам преступной деятельности. «Принцип поэтому и считается принципом, что забвение его парализует ум, подавляет волю, ведет к опасным ошибкам, хотя иногда и создает иллюзию успеха. Беспринципность в борьбе с преступностью — источник тяжелейших заблуждений, от которых пострадало немало невиновных», — верно отмечал В. М. Савицкий [3, с. 3]. Прокурор рассматривается нами, как гарант обеспечения законности в уголовном судопроизводстве. Нам известно, что руководствуясь принципом законности, прокурор обязан всеми имеющимися в его распоряжении процессуальными средствами, обеспечить охрану прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве (ст.11 УПК РФ). Говоря о свойствах приговора, мы, в первую очередь, вспоминаем об его законности. Но приговор — это вершина правосудия, а принцип законности — это основа, на которой базируется вся деятельность судьи, начиная с самого раннего этапа — принятия решения по поступившему к нему уголовному делу. Но вот деятельность адвоката редко рассматривается через призму законности. Не то, чтобы кто-либо из ученых-процессуалистов или практиков начал утверждать, что адвокат и принцип законности — понятия недружественные и несовместимые. Но учитывая специфичность деятельности защитника в уголовном судопроизводстве, есть соблазн отграничить адвоката от иных участников, заявив при этом, что он, в большинстве случаев, отнюдь не содействует, а противодействует официальной линии расследования. Значит ли это, что принцип законности получает своеобразное преломление во всем, что делает адвокат в рамках защиты? Другими словами, можно ли сказать, что принцип законности для адвоката — есть нечто совсем иное, чем принцип законности для прокурора, следователя, судьи?

В тексте Хартии основополагающих принципов адвокатской деятельности, принятой на VI Петербургском Международном Юридическом Форуме 19 мая 2016 г., провозглашен принцип законности, как основополагающий принцип оказания юридической помощи [4]. Текст Хартии основан на международных стандартах и правилах адвокатской профессии, но не является ли он на деле пустой декларацией? В этом смысле интересна дискуссия о том, как соотносится принцип законности и воля доверителя в уголовном процессе.

Некоторые представители адвокатского сообщества берут за основу блестящее по силе своей выразительности утверждение А. Ф. Кони, адвокат «не слуга своего клиента и не пособник ему в стремлении уйти от заслуженной кары правосудия. Он друг, он советник человека, который по его искреннему убеждению, невиновен вовсе, или вовсе не так и не в том виновен, как и в чем его обвиняют» [2, с. 116]. Иными словами, принцип законности имеет преимущество над волей доверителя: адвокат не должен делать ничего из того, что противоречило бы закону и совести. Эта точка зрения не потеряла актуальности и в наши дни. Многие представители адвокатской профессии говорят об этом на страницах научных изданий.

Это мнение может казаться вполне симпатичным, тем более что быть «слугой своего клиента» или лакеем, подающим кушанье к столу, никто из представителей гордой адвокатской профессии не хочет. Тем не менее, утверждение блестящего судебного оратора (выдающегося государственного обвинителя, а не адвоката, как ошибочно считают некоторые) не совсем отвечает реалиям сегодняшнего дня. Известно, что закон запрещает адвокату занимать по делу позицию вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда адвокат убежден в наличии самооговора доверителя. Закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» запрещает адвокату делать публичные заявления о доказанности вины доверителя, если тот ее отрицает. Таким образом, действующий закон не предусматривает свободы усмотрения адвоката в части определения линии защиты. Ее определяет клиент, а отнюдь не адвокат. А говорить о том, что клиент, больше всего на свете, заинтересован в установлении подлинных обстоятельств исследуемого события и своей роли в них — это наивное прекраснодушие. Во многих случаях, обвиняемый стремится избежать ответственности или же минимизировать ее, и ждет от адвоката толкового совета: каким образом это сделать. В своем рассуждении А. Ф. Кони берет лишь самые безобидные варианты: адвокат уверен в невиновности своего клиента (ну, или в меньшей виновности, чем думают правоохранители). Указанные варианты легки и приятны сердцу адвоката, не вызывают мучительных сомнений, не требуют компромисса со своей совестью. А как быть в ситуации, когда адвокат уверен в виновности своего подзащитного, а тот не расположен признавать вину, а желает уйти от ответственности?

Из приведенных выше положений закона следует, что адвокат не вправе противопоставить свою волю и свою мораль воле своего доверителя. В этом случае последствия будут трагичны не только для самого адвоката, но и для всех тех решений, которые будут приниматься по делу. Подобное поведение адвоката считается серьезнейшим нарушением права на защиту и влечет за собой отмену всех процессуальных решений по делу, вплоть до приговора суда. К тому же, подобное «отступничество» адвоката чревато для него возбуждением дисциплинарного производства и, чаще всего, лишением его адвокатского статуса. Означает ли это, что закон требует от адвоката поддерживать незаконные интересы клиента?

Разумеется, нет. По мнению А. Д. Бойкова, «стремление обвиняемого защищаться от обвинения всегда законно, поскольку во всех случаях желание обвиняемого уйти от ответственности является его законным интересом, незаконными могут быть лишь те или иные средства защиты» [1, с. 62]. Таким образом, нет смысла говорить о самостоятельности защитника в части определения защитительной позиции по делу (исключение составляют лишь случаи самооговора). Нет смысла говорить и о позиции адвоката, поскольку его позиция по делу — это позиция его клиента. Адвокат вправе лишь советовать, окончательное и определяющее решение принимает доверитель самостоятельно. В этом нет никакой трагедии, умаляющей роль адвокатской профессии. Понятно, что адвокат может не разделять умонастроений клиента: ему могут претить, как сам моральный облик обвиняемого, так и то деяние, которое ему инкриминируется. Но защитник не вправе взять на себя функции государственного обвинителя и осудить своего клиента еще до приговора суда. Это будет противоречить не только законности, но и праву на защиту, а также презумпции невиновности. Свою нравственность адвокат вполне может применить при выборе средств защиты, опираясь именно на законность. Реализуя свои полномочия, как защитника, он должен следовать букве закона, а не пожеланиям клиента. Он не должен уклоняться от явки к следователю или в суд. Он не должен понуждать свидетелей защиты к даче ложных показаний, равно, как не должен неправомерно воздействовать на потерпевшего, если даже об этом просит обвиняемый. Все документы, которые адвокат представляет в органы расследования и суда, должны быть достоверны и получены законным путем. Этот список можно продолжить, но, думается, смысл понятен. Адвокат должен стремиться поддержать линию защиты своего клиента, опровергая обвинение, или же представляя доказательства, смягчающие ответственность подзащитного, используя исключительно законные способы и средства.

Таким образом, принцип законности применим к деятельности адвоката, равно как и к деятельности всех остальных участников уголовного процесса. Проявление этого принципа в деятельности адвоката своеобразно, но отвечает уголовно-процессуальной функции защитника и духу адвокатской профессии.

  1. Бойков А. Д. Этика профессиональной защиты по уголовным делам. М., 1978.
  2. Кони А. Ф. Избранные труды и речи. Тула, 2000.
  3. Ларин А. М., Мельникова Э. Б., Савицкий В. М. Уголовный процесс России. Лекции-очерки/ Под ред. проф. В. М. Савицкого. М.: Издательство БЕК, 1997.
  4. Хартия основополагающих принципов адвокатской деятельности (принята на VI Петербургском Международном Юридическом Форуме) 19.05.2016 г. Текст официально опубликован не был.

Основные термины (генерируются автоматически): принцип законности, адвокат, уголовное судопроизводство, адвокатская профессия, деятельность адвоката, клиент, уголовный процесс, адвокатская деятельность, возбуждение уголовного дела, линия защиты.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: