Справедливая судебная власть это

Обновлено: 24.02.2024

Первый суд, с которым мы имеем дело, это суд родителей. Наше представление о справедливости зависит от того, насколько справедливо нас судили наши родители.

Все мы рождаемся неразумными эгоистами. Задача родителей - сформировать в нас такие качества, как трудолюбие, разумность и добросовестность. Сделать это можно только на личном примере.

Ученые выяснили, что ребенок бессознательно копирует поведение родителей при помощи зеркальных нейронов

Разумный родитель, столкнувшись с тем, что его ребенок ведет себя не так, как ему хотелось бы, прежде всего спросит себя - какую ошибку он допустил при воспитании. Программист не будет ругать компьютер за выполнение программы, которую он в него загрузил.

Если ребенок видит на примере собственных родителей, что причинять вред людям допустимо, он непременно будет это делать. Если за разбитую чашку ребенка бьют, то несоразмерность этого наказания отразиться на тех приговорах, которые он будет выносить, став судьей.

Уровень физического и психического насилия в семье зависит от правил, по которым воспитывали людей, создавших эту семью. Эти правила утверждает и пропагандирует власть. Она же следит за их исполнением, в том числе при помощи полиции и суда.

От уровня семейного насилия прямо зависит жестокость приговоров и условия содержания заключенных.

Справедливый суд - это суд власти, принимающей на себя ответственность за сознание правонарушителя, а значит и за то, что он сделал.

Именно власть устанавливает правила воспитания, принятые в обществе (Семейный кодекс, Закон об образовании и т.д.). Именно власть готовит воспитателей для детских садов и школьных учителей. Именно власть ответственна за создание эффективной системы борьбы с семейным насилием. Власть ответственна за пропаганду правил воспитания.

В российских школах не преподается психология и даже ее самая важная часть - законы педагогики. Воспитание, как важнейшая часть образовательного процесса, практически отсутствует. Это не мешает детям копировать поведение плохо воспитанных учителей.

До совершения преступлений люди ходят в детский сад, школу, вуз, на работу. Их воспитывают в атмосфере тех ценностей, которые власть посчитала необходимым пропагандировать. Нельзя заснуть добросовестным, а проснуться негодяем.

Система образования, созданная властью, обязана компенсировать недостатки родительского воспитания. Если ребенок не получает примеров надлежащего поведения в своей семье, он должен получить их в образовательных учреждениях.

Власть, жестоко карающая преступников, ставших таковыми в рамках созданной ей системы образования, сравнима с родителем, наказывающим ребенка за то, что не смог его воспитать.

- Справедливый суд - это тот, который может определить, умышленно ли совершено преступление или нет. Я в суды никогда не обращался. И друзей никогда не просил рассудить мои тяжбы с другими людьми. Сам как-то определяю, что справедливо, а что нет. Одним словом, решаю свои проблемы самостоятельно.

Валерий ЛЕВУШКИН, руководитель Театра пародии и эксцентрики "Бим-Бом":

- Вы позвонили, а я только что выехал из Хамовнического суда. Неделю назад я пересек сплошную полосу, не доезжая десяти метров до разрешенного поворота - там пробка была. Инспектор, вместо того чтобы пробку разруливать, меня оштрафовал и отобрал права. А судья сегодня честно и достойно присудила меня лишь к 300 рублям штрафа - права оставила! Так что сегодня суд у меня был справедливый. Я и раньше бывал в судах - в Финляндии, где-то еще за границей. Я так считаю: раз до сих пор на свободе, значит, они были тоже справедливые.

Алексей МАКАРЕВИЧ, продюсер:

- На мой взгляд, суд - это вещь регламентированная. Нужно опираться на тезисы, обозначенные в государственных бумагах. Там ведь все расписано - что и как должно быть, вот это и нужно соблюдать. Ведь правды, как известно, одной не бывает, поэтому нужно опираться на вещи обозначенные, не на эмоции уповать. И, конечно, нужно, чтобы судьями были люди неподкупные, в прямом смысле этого слова. И второе, это должны быть люди с правильной шкалой ценностей.

Владимир ДАШКЕВИЧ, композитор:

- Справедлив такой суд, в котором весь его состав, от судьи до секретарей, имеет возможность следовать только тому, что написано в законе. Он не должен выносить решения по финансовым или карьерным причинам. Вряд ли суд можно называть справедливым или несправедливым, он просто должен выполнять требования закона, хотя он может быть и глупым. В нашей стране пока нет традиции, а главное, потребности защищать свои права, ведь мы привыкли считать, что связываться с судом себе дороже.

Раиса САЕД-ШАХ, певица:

- Наверное, суд можно считать справедливым, когда человек действительно наказан за такой проступок, за который можно лишать свободы. Например, сына моего друга - он из неблагополучной семьи - посадили на много лет за кражу мобильных телефонов. У него теперь нет будущего, испорчена жизнь. А тем временем убийцы гуляют на свободе! У нас большую роль играют связи - люди стараются перевести дело в тот суд, где у них есть знакомые. К сожалению, у нас без денег или связей невозможно ничего доказать. А еще проблема в том, что осталось очень мало профессионалов, причем во всех сферах. Многие ушли на другую работу, поскольку им мало платили. И еще должна быть какая-то система отбора людей в суды, чтобы туда не могли попасть "темные" личности.

Наталья ДУРОВА, народная артистка:

- Для справедливого суда важно не унижать человеческое достоинство и, конечно, чувствовать Правду. Я не так хорошо знаю судебную систему, но знаю систему жизни интеллигентных людей. Главное, не судить, а делать свое дело и желать людям добра. Если же люди не верят в будущее, живут одним днем и только захватывают то, что хочется, - о справедливости не может быть и речи.

Олег ПАНТЕЛЕЕВ, член Совета Федерации:

- Справедливый суд - тот, который работает только в соответствии с Конституцией и другими законами страны. Хотя такой суд может быть, наверное, только в идеале. У нас чем ниже категория суда - тем больше там безобразий. И больше всего предвзятых судей в арбитражных судах.

На судебном корпусе лежит особая ответственность за судьбу страны в сложных условиях одновременного проведения экономической, административной и политической реформы. От эффективности работы судов зависит конституционная стабильность российского общества. Сегодня, когда многие правовые постулаты и принципы подвергаются пересмотру и переоценке перед лицом глобальных вызовов и угроз, суд призван усилить защиту гражданских, социально-экономических и политических прав и обеспечить возможность обществу развиваться дальше в рамках правового поля.

Состояние правосудия надо оценивать в зависимости от его способности решать указанную задачу.

Разделение властей не предполагает отделения суда от общества. Суды и судьи не изолированы от всего того, что происходит вокруг них. В судебных стенах те же проблемы, что и вовне. Суд является частью общества, и нет никаких оснований полагать, что наша судебная система больше неэффективна, больше поражена бюрократизмом, неразберихой и коррупцией, чем любое другое звено государственного механизма. Поэтому общая проблема страны - преодолевать дефекты, которые оказались неизбежны в России: ведь они, конечно же, вызваны не просто индивидуальными качествами тех или иных людей.

Но уровень общественных ожиданий от работы судов неизмеримо выше, чем от работы любого другого государственного органа. Сегодня возник разрыв между реальным состоянием суда, отражающим реальное состояние общества, и повышенными общественными требованиями, которые это же общество предъявляет суду.

Судебная власть в состоянии выполнять свою общественную миссию только при условии сохранения в обществе очень высокой степени доверия как к суду в целом, так и к судьям, в частности.

Распространенное в обществе недоверие к способности судов разрешать споры на основании законов заставляет различные общественные силы либо искать способы неправового давления на суд, которое порой достигает беспрецедентных масштабов, либо прибегать преимущественно к внесудебным путям разрешения конфликтов.

И то и другое чревато губительными последствиями для развития общества, так как делает жизнь в таком обществе непредсказуемой, лишает человека чувства правовой защищенности, правовой, конституционной безопасности и, в конечном счете, превращается в главный тормоз любых позитивных общественных изменений.

При этом не так уж важно, имеет ли массовое недоверие к суду реальные основания, на самом ли деле так сильны его дефекты или это только распространившийся повсеместно миф. Недоверие судебному корпусу подрывает основы правосудия независимо от того, вызвано ли оно реальными или мнимыми причинами, и без его устранения правосудие не сможет нормально осуществляться.

Справедливость - фундамент безопасности

Повышение эффективности правосудия - одно из кардинальных условий развития страны и снятия общественного напряжения.

Это ключевая проблема, от решения которой зависит продвижение по другим направлениям, прежде всего в экономике. Без эффективной судебной системы результаты преобразований в других областях государственной и общественной жизни могут оказаться ничтожными. Только эффективно функционирующее правосудие может дать уверенность активной части населения в том, что их вложения в национальную экономику оправданны и находятся в безопасности.

Следует выделить три основные направления воздействия судебной системы на развитие экономики страны:

а) только доступ к правосудию, возможность обращения в суд является в конечном счете единственным убедительным воздействием на бюрократию; неэффективность суда блокирует проведение административной реформы и борьбу с административным произволом (коррупция, административные барьеры и прочее);

б) только через суд мелкий и средний бизнес, который является необходимой социальной базой демократии, может добиться соблюдения правил честной конкуренции с крупными финансово-промышленными группами; неэффективность суда резко тормозит темпы развития мелкого и среднего бизнеса (тем самым сужается социальная база для проводимого курса на модернизацию);

в) только через суд, как конечную инстанцию в споре о праве, хозяйствующие субъекты могут развивать экономику; неэффективность суда приводит к необходимости решать споры между "хозяйствующими субъектами" преимущественно неформальным путем, что влечет рост влияния криминальных структур на экономику и общество в целом.

Право, свобода и независимый суд - неразделимые понятия. Все это не случайно. Судебная власть - это одна из трех необходимых властей, без которой невозможно обеспечить правовую, конституционную безопасность гражданина, общества и государства. Суд является конечной инстанцией в решении споров о праве. Выше этого нет ничего. Если не вершится правосудие, то в стране наступает произвол и конституционное поле разрушается, а вместо права в ход идут танки и свергается законная власть.

Сильная власть для свободной экономики

Судебная система призвана быть главным рычагом реформ, поэтому от ее состояния напрямую зависит отношение граждан ко всей современной российской правовой политике, уровень доверия ко всей российской власти, как со стороны российского общества, так и со стороны зарубежных партнеров.

Как известно, еще при Александре II судебная реформа должна была стать важнейшим звеном всех его преобразований, проводившихся под лозунгом: "Либеральные меры и сильная власть!". Все это нисколько не утратило своего значения и в наше время. Либеральные меры - по-прежнему задача первого плана, без них немыслимы реформы, прежде всего реформирование экономики. Без сильной власти не только реформы зачахнут, сама Россия распадется! А без независимого суда, без эффективной судебной системы власть превращается в деспотию.

Условия, порождающие неэффективность судебной системы, коренятся зачастую в самих основах организации судебной власти.

Вопросы вызывают различные звенья работы судебной системы, начиная от качества юридического образования, подбора и профессиональной подготовки судей и заканчивая организационными и финансовыми принципами работы судебных учреждений и качеством исполнения высшими судами своей надзорной функции.

Основной проблемой российского правосудия является не столько его "зависимость от власти" (может быть, само государство зависит от олигархических финансовых групп, которые используют его в своих узкокорыстных интересах). Основной проблемой является все еще не состоявшаяся трансформация профессионального правосознания в России, его низкий уровень и связанные с этим правовой нигилизм, все еще низкий профессиональный уровень подготовки юридических кадров, в том числе судей.

Большинство из недостатков судебной системы не могут быть поставлены судьям в вину лично. Судьи сами являются заложниками несовершенной системы. Условия, в которых они работают, существующая нагрузка, организация судебного процесса не оставляют им шанса не только на совершенствование своей квалификации, но просто на нормальное исполнение своих обязанностей в соответствии с имеющимся опытом и сложившимся представлением о служебном долге.

Наиболее остро стоит вопрос об организации деятельности суда. Дефекты в организационных основах судебной системы обусловливают низкое качество правосудия, создавая не вызванную объективными причинами перегрузку судей второстепенной юридической работой, отвлекая их от главного - подготовки судебных решений.

Дешевое правосудие - не всегда доступное правосудие. Если сохранится существующая загруженность работы рядового судьи, ни о каком повышении качества правосудия не может быть и речи. Но, для того чтобы изменить эту нагрузку, необходимо радикально пересмотреть и полномочия судей, и статус, и штат помощников, и место примирительных процедур, и "цену" судебного разбирательства, и многое другое.

Работа российского судьи выстроена таким образом, что он имеет буквально несколько часов, если не минут, на написание решения по делу. При таком лимите времени ни о какой качественной юридической работе не может быть и речи. Это все понимают, и это одна из причин, почему на качество судебных решений высшие судебные инстанции порой обращают недостаточное внимание.

В среднем судье достается вести от 150 до 400 дел в квартал, и эта цифра кажется совершенно нереальной. Однако и в США судья в суде первой инстанции ведет примерно такое же количество дел, но при этом не попадает в цейтнот. Все дело в организации работы. Здесь необходимо, учитывая зарубежный опыт, активно использовать примирительные процедуры, наладить организацию работы помощников.

Формализм до последней буквы

Требуется изменить подход к формированию судебных кадров. Здравый смысл подсказывает, что будущий судья должен в первую очередь владеть самостоятельно основами толкования законодательства, умением правильно применять закон, чему способствует адвокатская практика. Парадокс состоит в том, что в США и Европе карьеру начинают как адвокаты, а заканчивают судьями. У нас, напротив, начинают работать судьями, а заканчивают адвокатами. Нередко источник пополнения судебных кадров - секретари и помощники судей, которые, в свою очередь, являются студентами вечерних и заочных юридических вузов.

Следовательно, развитие института помощников судей, наряду со стимулированием примирительных процедур и изменением финансовых основ правосудия и порядка формирования судебного корпуса, - важнейшие направления улучшения кадрово-организационных основ судебной системы.

В европейском и американском суде после завершения слушаний по делу работа судьи только начинается. Написание решения является основной задачей судьи, отнимающей у него наибольшее количество времени и сил. По сложным делам решения могут писаться несколько месяцев, над их подготовкой работают несколько помощников в статусе адвокатов. Причина такого внимания к судебному акту в том, что только он является доказательством объективного, полноценного и правильного рассмотрения дела, которое будет многократно изучаться судами высших инстанций. Этот документ должен вобрать в себя все доводы каждой из сторон, и каждому должна быть дана оценка. После этого формулируется собственная позиция судьи.

Низкое качество судебных актов открывает широкую дверь для судебного субъективизма и произвола.

Вопрос о качестве судебных актов остро стоит тогда, когда нарушаются процедуры судопроизводства, в том числе когда отсутствует культура ведения протокола судебного заседания и когда все, что реально происходило в зале суда, остается "за рамками" тех судебных актов, которые подлежат проверке.

Безусловный приоритет процедур в судебном процессе, формализм правосудия являются необходимой гарантией объективности правосудия. Суд гарантирует равенство сторон. Способ, которым он это достигает, - предельная формализация правосудия, сведение всего судебного процесса исключительно к логическому состязанию (т.е. формальной процедуре, лишенной всяческого субъективного содержания и допускающей столь же строгую формализованную проверку). В этом - суть юриспруденции, на этом зиждется профессиональное сознание юристов, и это именно то качество, которого все еще не хватает российскому правосудию.

Соблюдение буквы закона обеспечивается, в свою очередь, обязательностью применения строго установленных и единообразных правил толкования закона. Соблюдение процедуры обеспечивается путем обязательной отмены решений, пусть, возможно, правильных по существу, но вынесенных с нарушением установленного порядка.

При несоблюдении принципа формализма применение права становится избирательным, так как под любое заранее оговоренное решение можно подвести необходимую правовую базу таким образом, что внешне решение будет казаться юридически обоснованным.

Именно "деформализация" правосудия, снижение требовательности к качеству судебных актов ведут к размыванию профессионального правосознания судей и лежат в основе всех других недостатков действующей судебной системы. Но если критерии оценки судебных решений ясные и жесткие, если каждый вывод надо детально объяснять, если высший судебный надзор в постоянном режиме осуществляет скрупулезную проверку всех этих актов по указанным критериям следования букве закона и соблюдения процедуры, то возможность для маневра, для юридической "отмазки", резко сужается.

Срок должен быть реальным

В этой связи надо сказать и об изъянах нашего процессуального законодательства. Российские процессуальные кодексы по сравнению с некоторыми зарубежными аналогами прописывают судебные процедуры менее подробно, а порой лишь в самой общей форме. Но именно процессуальные подробности, точность, детальность и скрупулезность процессуальных норм, четкость требований и определенность правил гарантируют равенство сторон в процессе и объективность судебной власти.

Далее, совершенно очевидно, что установленные нашим законодательством процессуальные сроки нереальны. Многие сроки сегодня не соблюдаются и не могут соблюдаться (например, для подготовки протоколов и вынесения решения). Поэтому в привычку входит их игнорирование. Сроки должны быть пересмотрены в сторону их реалистичности, и за их несоблюдение должна следовать ответственность.

Судебная реформа предполагает решение кардинальных проблем, связанных с эффективностью судебной системы, что должно быть предметом первоочередной озабоченности всех властей и судебного корпуса. Поэтому работа по осуществлению судебной реформы должна быть продолжена при активном участии как самого судейского корпуса, так и представителей юридической общественности, предпринимательских кругов, общественных организаций и, конечно, законодательной и исполнительной власти.

Морхат П.М., помощник судьи Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, кандидат юридических наук.

Правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно обеспечивает эффективное восстановление в правах и отвечает требованиям справедливости . Правовой суд - это всегда и при любых условиях лишь справедливый суд. Справедливым правовой суд делает та справедливость, которая воплощена в праве и которую этот суд реализует самой своей деятельностью. От закона право как раз и отличает критерий справедливости. Справедливость - это идеальная ценность, понятие о том, как должно быть .

См., например: Рабцевич О.И. Право на справедливое судебное разбирательство: международное и внутригосударственное правовое регулирование. М.: Лекс-Книга, 2005. 318 с.
Рабцевич О.И. Указ. соч. С. 16.

Государство не придумывает право, оно призвано закрепить сложившиеся в обществе представления о справедливости. Правовое государство должно быть связано не законом (это просто самоограничение, притом недостаточное), а правом, представлениями общества о справедливости.

Однако справедливость - это морально-нравственная оценка судебной деятельности и результатов этой деятельности; справедливость не может не быть и правовой оценкой. Право, правовое предполагают состояние высокой и безупречной нравственности, но и вследствие непосредственного выполнения этой морально-нравственной категорией функции критерия права.

Справедливость определялась русским правоведом С.А. Муромцевым как "присущая в данное время данной общественной среде совокупность субъективных представлений о наиболее совершенном правовом порядке" . Как пишет академик Российской академии наук В.С. Нерсесянц, сторонник точки зрения, что справедливость - категория правовая, "справедливость категория и характеристика правовая, а не внеправовая (не моральная, нравственная, религиозная и т.д.). Более того, только право и справедливо" . Вместе с тем есть ученые, которые полагают, что справедливость - это неюридическая категория, но без нее не может обойтись теория государства и права. "Сущность права, - пишет профессор О.Э. Лейст, - не может быть постигнута ни практическим правоведением, ни даже общей теорией права, если последняя не выйдет за пределы юридических категорий" . Одной из таких неюридических категорий, без которых теория государства и права не может обойтись, и является справедливость.

Муромцев С.А. Определение и основное разделение права. М., 1879. С. 154 - 155.
Нерсесянц В.С. Философия права: Учебник для вузов. М.: Инфра-М-Норма, 1997. С. 28; Рабцевич О.И. Право на судебное разбирательство: международное и внутригосударственное правовое регулирование. М.: Лекс-книга, 2005. С. 13.
Общая теория государства и права: Академический курс: В 2 т. Т. 2 / Под ред. М.Н. Марченко. М., 1998. С. 30.

Таким образом, можно сделать вывод, что трактовка понятия правовой справедливости зависит от выбранного методического подхода к правопониманию. Сторонники юридического позитивизма не относят справедливость к сфере права, и, наоборот, те, кто считают ее правовой категорией, не разделяют понимания права как совокупности норм, а отождествляют его со справедливостью.

Представляется целесообразным придерживаться позиции, что категория "справедливость" является нравственной и правовой. Нравственность выступает в качестве внутреннего саморегулятора поведения индивида, его "осознанного, внутренне мотивированного способа участия в общественных отношениях" . Конечно, мораль - это регулятор, но, по справедливому замечанию С.С. Алексеева: "Функция морали как регулятора сводится к функции критерия, на основе которого определяется оценка событий и поступков под углом зрения таких категорий, как "правильно - неправильно", "правда - неправда", "хорошее - плохое", "доброе - недоброе" . Моральные нормы, имея свои специфические санкции, не обладают такой санкцией правовой нормы, как государственное принуждение в случае неисполнения, а в современном, отнюдь не традиционном, обществе это снижает шансы ее эффективности очень серьезно. По тем же причинам не могут служить эффективным регулятором отношений и религиозные нормы. Кроме того, различные нравственные нормы действуют в различных общностях людей, отличающихся по численности, и привести их в гармоничное единообразие не представляется возможным. Значит, добиться единой справедливости в отношении как можно большего числа людей с их помощью нельзя. Исходя из многообразия моральных норм о том, что есть справедливость в конкретных ситуациях, получается, что "справедливостей" быть не может. Даже само понятие "справедливость" во многих языках не имеет множественного числа. В отличие от моральных и религиозных норм правовые нормы можно гармонизировать, унифицировать, приблизить к идеалу справедливости.

Нерсесянц В.С. Философия права: Учебник для вузов. М.: Инфра-М-Норма, 1997. С. 30.
Алексеев С.С. Самое святое, что есть у Бога на земле. Иммануил Кант и проблемы права в современную эпоху. М.: Норма, 1998. С. 287.

Учитывая, что субъектами общественных отношений выступают не только отдельные индивиды, но и их объединения, и государство, становится ясно, что эти виды отношений могут регулироваться только правом. Если же мы за ним уже заранее отрицаем возможность достижения справедливости и не снабжаем правоприменительную практику таким критерием, как "справедливость", то тем самым соглашаемся, что отношения человека с государством, юридических лиц друг с другом и государством справедливым быть не могут в принципе.

Это позволяет сделать вывод, что если справедливости не достичь или не пытаться достичь при помощи права, для которого, как говорит С.С. Алексеев, "начала равновесности", "равной меры" являются имманентными, органическими качествами" , то более эффективно и с большей вероятностью ее не достичь никак.

Алексеев С.С. Самое святое, что есть у Бога на земле. Иммануил Кант и проблемы права в современную эпоху. М.: Норма, 1998. С. 294.

Известно вместе с тем, что чувство справедливости как категория субъективная варьируется в зависимости от сложившихся в конкретный период в обществе и преобладающих представлений, от унаследованных от прошлого традиций, от социальных носителей этих представлений о справедливом и несправедливом и т.п. Одно и то же событие, явление, действие и поступок могут весьма по-разному оцениваться с позиций справедливости в разных слоях общества, отдельными этническими, религиозными, возрастными, половыми, профессиональными и другими группами населения. Суд же должен руководствоваться единым и устойчивым критерием справедливости. Недостаточно руководствоваться представлением о том, что справедливость заложена в законе, а потому справедливость в деятельности суда - это неукоснительное следование закону. Даже если допустить, что все применяемые судом законы действительно справедливы (а справедливость многих законов в обществе, как правило, оценивается неоднозначно), то и эти справедливые законы суд опять же должен применить справедливо. Справедливость же в действиях и решениях суда может фиксироваться и оцениваться лишь субъективно.

Цельность и единство справедливости с учетом субъективной природы этого понятия обеспечивается устремлением суда, опирающегося на применяемые им материальные и процессуальные нормы закона, на достижение соответствия справедливости в субъективном ее значении - справедливости в значении объективном и, следовательно, истинном.

Такое соответствие обеспечивается целой системой правовых мер и следований, среди них в первую очередь - законностью. Но в условиях демократического гражданского общества и правового государства универсальный принцип судебной справедливости воплощен в правовом суде, в правовом характере деятельности суда. Перельман считает, что каждому - то, что положено по закону, наиболее верно отражает суть понятия "справедливость". С ним соглашается А.Ф. Черданцев, утверждая, что в сфере реализации права в нашем обществе действует в основном формула "каждому то, что положено по закону". Эта формула, по его мнению, фактически сливается с принципом законности: что законно, то и справедливо, а что незаконно, то несправедливо (но не наоборот) . С этим выводом нельзя согласиться, поскольку в соответствии с ним закон не может быть несправедлив. Но случается так, что даже в рамках одних и тех же отношений, которые противоречат друг другу, два противоречащих друг другу закона не могут быть одинаково справедливыми, значит, один из них - несправедлив. Следовательно, закон может быть несправедлив. А это значит, что существует справедливость помимо закона, вне его. Формула "что законно, то и справедливо" отрицает существование этой справедливости, стало быть, она неверна. Правильным, скорее, будет известное утверждение: закон может и должен быть справедливым.

Черданцев А.Ф. Социалистическое право и справедливость // Справедливость и право: Межвузовский сборник научных трудов. Свердловск, 1989. С. 13.

Правовой суд - это свободный и независимый суд, что предполагает наличие у него полномочий по применению им лишь правового законодательства, осуществление всей его деятельности в правовых процессуальных формах и процедурах, в вынесении лишь правовых решений, приговоров, определений, реализацию в конституционно установленных случаях и пределах судебного контроля. Каждое из многообразных правовых средств по достижению правового характера судебной деятельности, по обеспечению принципа справедливости может и должно использоваться, если оно реально отвечает этим целям, а не создает лишь их видимость .

Достижению справедливости должен в идеале отвечать суд отвечать суд присяжных. При вынесении вердикта "виновен" присяжные заседатели вправе изменить обвинение в сторону, благоприятную для подсудимого (ч. 6 ст. 343 УПК РФ), а в том случае, если присяжные заседатели выносят вердикт о невиновности подсудимого, председательствующий на судебном заседании объявляет его оправданным, причем находящийся под стражей подсудимый немедленно освобождается (ч. 1 ст. 346 УПК РФ).

Принято считать, что участие в судебном производстве представителей общества - присяжных заседателей во многом обеспечивает общий уровень демократизма суда, гарантирует справедливость его решений. Однако следует в полной мере учитывать и те факторы, которые судами с участием присяжных заседателей не позволяют следовать подлинным правовым началам и справедливости в реальной практике отправления правосудия.

Начала права у суда присяжных ослаблены уже тем, что само представление о правовом у них лишено всякого юридического смысла. Свой вердикт присяжные заседатели выносят, руководствуясь не правовым законом, а лишь своей совестью. Между тем право не может существовать без юридической составляющей.

См. также: Михайлов П.Л. Суд присяжных во Франции: становление, развитие и трансформация. СПб.: Изд-во "Юрид. центр Пресс", 2004. 523 с.; Петрухин И.Л. Суд присяжных: проблемы и перспективы // Государство и право. 2001. N 3. С. 5 - 15; Попова А.Д. Современный присяжный: кто он? // Социологические исследования. 2004. N 12. С. 113 - 116; Суд присяжных: квалификация преступлений и процедура рассмотрения дел (под ред. А.В. Галаховой). М.: Норма, 2006. 559 с.

Как критерий права ("правового порядка") справедливость носит, конечно, интегративный характер. Справедливая деятельность суда, делающая ее одновременно и правовой, это в том числе и соблюдение конституционного принципа всеобщего равенства перед законом и судом. Несомненно, прав был венгерский ученый А. Шайо, когда писал, что "правовое регулирование призвано держать общество в таком состоянии, чтобы в нем не было ни частного, ни государственного произвола", однако "не стоит преувеличивать возможности права", ибо "правовое регулирование ограничивает свободу проявления власти лишь до степени ее выносимости" .

Шайо А. Самоограничение власти (краткий курс конституционализма). М., 2001. С. 205.

Справедливость как критерий деятельности суда достигается и обеспечивается лишь при том условии, что суд подчинен исключительно праву и решает только вопросы права. Однако лишь в Федеральном конституционном законе от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" в ч. 3 п. 7 ст. 3 говорится о том, что Конституционный Суд РФ "решает исключительно вопросы права". Обращает на себя внимание, что указанное положение принципиального значения не было воспроизведено нигде более в законодательстве, определяющем правовой статус и полномочия судов, образующих единую систему Российской Федерации, в том числе и в Федеральном конституционном законе от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" .

Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. N 13. Ст. 1447.
Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. N 1. Ст. 1.

Неслучайно сегодня многие правоведы поднимают вопрос о том, что положение "судьи Российской Федерации решают исключительно вопросы права" должно найти свое надлежащее конституционное и законодательное закрепление.

В выступлении на торжественном заседании, посвященном 10-летию Конституционного Суда РФ, Президент Российской Федерации В.В. Путин говорил о современном состоянии и деятельности этого важнейшего органа судебной власти: "Сюда обращаются для разрешения многих конфликтов, политических по самой своей природе. Но решаются они только правовыми средствами и в правовой форме" .

См. об этом подробнее публикации в научной периодике: Мельник В. Суд должен быть удобным для общества, а не для юристов // Российская юстиция. 2000. N 1. С. 8 - 10; Поляков С.Б. К вопросу о независимости суда // Государство и право. 2000. N 10. С. 85 - 92; Колоколов Н.А. Судебная власть: природа, сущность, содержание и некоторые проблемы реформирования российской судебной системы // Государственная власть и местное самоуправление. 2000. N 2. С. 40 - 45; Путин В.В. Компетенция суда распространяется на все дела государства // Российская юстиция. 2001. N 1. С. 3 - 4.

Мы используем файлы Cookie. Просматривая сайт, Вы принимаете Пользовательское соглашение и Политику конфиденциальности.

Морхат П.М., помощник судьи Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, кандидат юридических наук.

Свойства права, присущие ему как феномену правового государства, утверждаются во всех формах правоприменительной деятельности, но прежде всего в процессе деятельности судебной власти, осуществления правосудия судами.

Судебная власть, квинтэссенцией которой являются ее возможность и способность принимать и проводить в жизнь не только частные по своему характеру, но и общие, социально значимые решения, будучи одной из ветвей, или разновидностей, государственной власти, своим источником имеет согласно официальной, конституционно закрепленной в России и других странах версии народ. Именно "народ, а не "аристократия", олигархия или клики, кланы, реально во многих странах, включая современную Россию, формирующие и определяющие природу и характер государственной, в том числе судебной власти, в течение ряда последних столетий с момента победы великих буржуазных революций и установления господства демократии, массократии или охлократии, в формально-юридическом плане считается первопричиной и первоосновой всего того, что называется государственной властью вообще и судебной властью в частности" . Что же касается носителя судебной власти, то в качестве такового выступает судебная система, которая применительно к России несколько пространно характеризуется как система судов, состоящая из федеральных органов судебной власти (Конституционный Суд РФ, система федеральных судов общей юрисдикции, система федеральных арбитражных судов) и органов судебной власти субъектов Российской Федерации (конституционные (уставные) суды и мировые судьи, являющиеся судьями общей юрисдикции субъектов Российской Федерации, как отмечает Е.В. Клодий, "судебные учреждения, которые различаются между собой предметной компетенцией и объемом судебной власти, кругом полномочий по отношению к отдельным подразделениям самой системы") .

Марченко М.Н. Судебное правотворчество и судейское право. М.: ТК Велби; Изд-во "Проспект", 2007. С. 21.
Клодий Е.В. Судебная власть в системе государственной власти Российской Федерации. Автореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 2002. С. 10.

В научной литературе существует несколько различных мнений и суждений, касающихся понятия, содержания и функционального предназначения судебной системы как таковой вообще и российской судебной системы в частности.

Некоторыми авторами, например С.В. Бородиным и В.Н. Кудрявцевым, оспаривается тезис о единстве судебной системы России , зафиксированный в ст. 2 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации". Констатируя, что тезис о единстве судебной системы является, безусловно, правильным и заслуживающим скорейшей реализации, поскольку существуют "трудности функционирования всех трех судебных организаций, с одной стороны, разобщенных, а с другой - конкурирующих между собой" в лице Конституционного Суда Российской Федерации и конституционных судов субъектов Федерации, Верховного Суда Российской Федерации с системой нижестоящих судов общей юрисдикции и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации с системой нижестоящих арбитражных судов, авторы в то же время утверждают, что "никакого единства в действительности нет" и что тезис о единстве является не более чем декларацией .

Бородин С.В., Кудрявцев В.Н. О судебной власти в России // Государство и право. 2001. N 10. С. 21 - 27.
Там же.

Противоположного мнения по данному вопросу придерживаются авторы, полагающие, что "отсутствие единого органа, который осуществлял бы судебный надзор за деятельностью всех судов Российской Федерации и вырабатывал бы единообразную практику применения федерального законодательства на всей территории Российской Федерации, не является основанием к установлению этого факта" .

Клодий Е.В. Указ. соч. С. 10.

Единство построения и функционирования судебной системы заключается в "общем подходе к правовому регулированию основ судебной власти, известной унификации источников этого регулирования, в закреплении федеральным законодательством главных условий образования и функционирования судебной системы".

Однако какие бы мнения ни высказывались по поводу понятия, структуры, содержания или иных сторон и аспектов судебной системы, важно отметить лишь, что независимо от того, как понимается судебная система и как воспринимается ее характер, в своем функциональном назначении она никогда не отождествляется с судебной властью; неизменно выступает как ее носитель, но не как сама власть. В этом смысле, несомненно, правы те авторы, которые утверждают, что "судебная власть - это не совокупность (система) судов и не отдельные представители судебного корпуса (суды), ее осуществляющие" , а "функция по реализации деятельности, основанной на полномочиях, которыми она обладает" , и что "нельзя судебную власть сводить к суду, нельзя называть судебной властью должностных лиц судебных учреждений; они только государственные служащие, но не судебная власть" .

Павловский В. Теоретико-правовые основы деятельности судебной власти // Право и жизнь. 2002. N 50. С. 25.
Там же.
Ганиева Т.Н. Правовые вопросы судебной власти и ее осуществления в Кыргызстане. Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2003. С. 16.

Судебная власть реализуется исключительно в сфере правоотношений и касается лишь вопросов права. Осуществляется эта власть посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства в адекватных каждой из этих форм судопроизводства судебных структурах - звеньях единой судебной системы. Ведущей и преобладающей формой судебной власти является правосудие, основывающееся на принципах равноправия участников и состязательности судопроизводства. Правосудие по своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах. При этом судебная власть в пределах процессуальных форм может находить свое проявление и помимо собственно правосудия .

См. об этом подробнее: Барнашов А.М. Очерки конституционного правосудия (сравнительно-правовое исследование законодательства и судебной практики). Томск, 1999; Клеандров М.И. Экономическое правосудие в России: прошлое, настоящее, будущее / Рос. акад. наук, Ин-т государства и права. М.: Волтерс Клувер, 2006; Лебедев В.М. Становление и развитие судебной власти в Российской Федерации. М., 2000; Митюков М.А. Судебная власть / Под ред. И.Л. Петрухина. М., 2003; Самостоятельность и независимость судебной власти Российской Федерации / Под ред. В.В. Ершова. М., 2006. См.: дискуссию об этом в публикациях научной периодики: Колоколов Н.А. Судебная власть: природа, сущность, содержание и некоторые проблемы реформирования российской судебной системы // Государственная власть и местное самоуправление. 2000. N 2. С. 40 - 45; Костров Г.К. Как правосудию стать правосудным? // Журнал российского права. 2004. N 10. С. 3 - 14; Мельник В. Суд должен быть удобным для общества, а не для юристов // Российская юстиция. 2000. N 1. С. 8 - 10; Поляков С.Б. К вопросу о независимости суда // Государство и право. 2000. N 10. С. 85 - 92; Путин В.В. Компетенция суда распространяется на все дела государства // Российская юстиция. 2001. N 1. С. 3 - 4; Смирнов Л.В. Деятельность судов Российской Федерации как источник права // Журнал российского права. 2001. N 3. С. 50 - 54; Фоков А.П. Доступность правосудия в свете концепции судебной реформы // Право и политика. 2001. N 5. С. 123 - 133; Фоков А.П. Формирование и развитие системы правосудия в Российской Федерации в XXI веке: система, институты, правовой механизм // Юрист. 2001. N 5. С. 32 - 39; Фоков А.П. Доступность правосудия в свете концепции судебной реформы // Право и политика. 2001. N 5. С. 123 - 133.

Судебная защита представляет собой самостоятельное направление государственно-властной деятельности, осуществляемое специально созданными для этой цели органами - судами . В сложных условиях реформирования государственности судебная власть обеспечивает такое направление в механизме государства, как разрешение социального и правового конфликта, т.е. основная функциональная нагрузка по достижению социального мира выполняется судом. В самой сущности правосудия как основной функции судебной власти заложена идея разрешения общественных противоречий, достижения социального компромисса на основе права . "Конституционный принцип правового государства, возлагающий на Российскую Федерацию обязанность признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина как высшую ценность, предполагает установление такого правопорядка, который должен гарантировать каждому государственную защиту его прав и свобод", - говорится в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 3 июля 2001 г. N 10-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений подпункта 3 пункта 2 статьи 13 Федерального закона "О реструктуризации кредитных организаций" и пунктов 1 и 2 статьи 26 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" в связи с жалобами ряда граждан" . По этому поводу справедливо высказывание профессора М.А. Митюкова, который отмечает, что "интерпретация Конституционным Судом России права на судебную защиту происходит в результате казуального толкования части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации. Благодаря этому данная норма приобретает не абстрактное значение, а реальное содержание и смысл" .

Адзинова Е.А., Кряжкова О.Н. Право на судебную защиту: регулирование и интерпретация // Конституционное и муниципальное право. 2006. N 7.
Анишина В.И. Функции судов как самостоятельной ветви государственной власти в Российской Федерации // Российский судья. 2006. N 10.
Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. N 29. Ст. 3058; Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 2001. N 6; Российская газета. 2001. 11 июля.
Митюков М.А. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источник парламентского права // Эффективность закона. Методология и конкретные исследования. М., 1997. С. 138, 148.

Без осуществления судебной защиты не может быть и конституционной гарантии прав и свобод человека и гражданина. Любой опасности ограничения прав и свобод, в том числе и при наличии законных к тому оснований, должно противостоять право на судебное обжалование, а также разрешение правовых споров, конфликтов, коллизий, установление правовой истины и правовой справедливости, вынесение воплощающего их общеобязательного, вошедшего в законную силу вердикта (решения, приговора) от имени государства. Важнейшая функция демократического и независимого суда как правоприменителя - и здесь особая роль принадлежит Конституционному Суду Российской Федерации - состоит в том, что он обеспечивает приоритет (господство) права. Без такого суда не могут быть по самой своей сути правовыми ни общество, ни государство . В вопросе о допустимых ограничениях прав и свобод есть много общего в нормах Европейской конвенции и Конституции Российской Федерации. Общее заключается в том, что "ограничение прав и свобод рассматривается как исключение из общего правила о необходимости наиболее полной и эффективной их защиты. Введение ограничений допускается лишь при соблюдении ряда требований и в общественно значимых целях, ради защиты которых допускается ограничение прав человека" .

См. об этом: Зорькин В.Д. Верховенство права и конституционное правосудие // Журнал российского права. 2005. N 12; Зорькин В.Д. Об угрозах конституционному строю в XXI веке и необходимость проведения правовой реформы в России // Журнал российского права. 2004. N 6; Зорькин В.Д. Россия и ее Конституция // Журнал российского права. 2003. N 11.
Зорькин В.Д. Угрозы международной и национальной безопасности и ограничения прав человека в практике конституционного правосудия // Российское правосудие. 2006. N 2. С. 5.

При разрешении любого правового спора или конфликта перед судом в качестве основной цели выступают поиск истины и ее устремление. Подлинно правовое неотделимо от истинного. Не отвечающие реалиям, фиктивные нормы лишь по видимости правовые. По существу, правовыми, отвечающими критериям права, они не являются. Суды, применяющие право, выступающие как органы по реализации права, достигают этой цели, устремляясь к истине.

Судебный процесс устремлен к установлению истины. Без этого нельзя вынести справедливое, законное, обоснованное решение творить акт правосудия. Закон не может применяться к выдуманным и мнимым обстоятельствам. Если выявление истины - задача познания, осуществляемого и судом, то из этого следует, что критерий истинности может быть применен к самому решению (приговору) суда - к квалификации деяния, мере наказания, размеру взыскания и т.п. Такой позиции придерживаются многие юристы, но при этом не учитывается, что акт правосудия - это уже не область познания, а практическая деятельность. Акты государства не могут быть сами по себе истинными или ложными, и относится это не только к правоприменению, но и к самим нормативным установлениям. Истинными или ложными могут быть только основания этих актов, да и то лишь в части, касающейся отражения в сознании законодателя и судьи общественной жизни, ее ситуаций . Еще одна область человеческого бытия, которую нельзя представить в отрыве от правосудия, - область социальной справедливости. Она становится решающим условием доверия к системе руководства обществом, механизму власти, своего рода катализатором общественного прогресса. Если правосудие занимает не формальную, а действенную позицию, роль суда в этой сфере трудно переоценить. Разумеется, правосудие - не единственный фактор утверждения атмосферы справедливости, но непременный. Беспристрастность суда, стремление к истине, равенство перед судом всех заинтересованных лиц, объективность при назначении наказания, внимание к интересам людей - безусловно, важные слагаемые, характеризующие не только облик правосудия, но и степень справедливости в обществе. Однако возможности правосудия, сфера его непосредственного влияния на области социальной справедливости гораздо масштабнее .

См., например: Явич Л.С. Сущность права. Л., 1985. С. 134.
Северин Ю.Д. Организационные основы правосудия. Проблемы и опыт в канун судебной реформы. М.: Белый берег, 2003. С. 13.

Правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно обеспечивает эффективное восстановление в правах и отвечает требованиям справедливости . Правовой суд - это всегда и при любых условиях лишь справедливый суд. Справедливым правовой суд делает та справедливость, которая воплощена в праве и которую этот суд реализует самой своей деятельностью. От закона право как раз и отличает критерий справедливости. Справедливость - это идеальная ценность, понятие о том, как должно быть .

См., например: Рабцевич О.И. Право на справедливое судебное разбирательство: международное и внутригосударственное правовое регулирование. М.: Лекс-Книга, 2005.
Рабцевич О.И. Право на справедливое судебное разбирательство: международное и внутригосударственное правовое регулирование. М.: Лекс-Книга, 2005. С. 16.

Государство не придумывает право, оно призвано закрепить сложившиеся в обществе представления о справедливости. Правовое государство должно быть связано не законом (это просто самоограничение, притом недостаточное), а правом, представлениями общества о справедливости.

Мы используем файлы Cookie. Просматривая сайт, Вы принимаете Пользовательское соглашение и Политику конфиденциальности.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: