Принцип инстанционности в судебной системе

Обновлено: 21.05.2024

Терехова Л.А., кандидат юридических наук, доцент Омского государственного университета, докторант Уральской государственной юридической академии.

Гражданская юрисдикция на современном этапе осуществляется в Российской Федерации двумя самостоятельными судебными системами: системой арбитражных судов и системой судов общей юрисдикции. В рамках последней осуществляется и уголовное судопроизводство. Инстанционное устройство обеих систем в корне различно.

В судах общей юрисдикции инстанций формально три: первая, вторая (апелляция или кассация) и надзорная. Реально же речь идет о пяти инстанциях, поскольку надзорная инстанция представляет собой практически автономную систему из трех звеньев, и конкретное дело может последовательно переходить из одной надзорной инстанции в другую, уровнем выше. Здесь налицо собственная инстанционность и собственная подсудность (ст. 377 ГПК РФ). Одна из причин "вертикального утроения" надзорной инстанции - в неоднородности судов второй инстанции, другая - в правилах так называемой родовой (предметной) подсудности дел судам первой инстанции.

Производство по второй инстанции в судах общей юрисдикции существует двух видов: апелляционное - для пересмотра решений мировых судей и кассационное - для всех остальных судов, рассматривающих дела по первой инстанции. Апелляционной инстанцией для мировых судей стал суд районный. Районный суд к тому же является и первой инстанцией для ряда категорий дел. Для этих дел, а также для дел, рассмотренных по первой инстанции в суде субъекта Федерации и Верховном Суде РФ, существует кассационный тип пересмотра решений. Кассационное рассмотрение, в свою очередь, тоже неоднородно: для районных судов кассационной инстанцией является судебная коллегия по гражданским делам суда субъекта Федерации; для суда субъекта Федерации кассационной инстанцией будет Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ; а для решений Верховного Суда - Кассационная коллегия Верховного Суда РФ. Среди кассационных судов также образовались собственные правила подсудности.

Таким образом, в общей сложности четыре различных по уровню и месту расположения структуры производят пересмотр решений, не вступивших в законную силу. Между тем такой пересмотр требует специализации (как судей, так и судов) и не должен осуществляться наряду с другими функциями. Создаются дополнительные проблемы с формированием состава судей при рассмотрении конкретного дела, поскольку процессуальное законодательство (ст. 17 ГПК) построено по принципу недопустимости контролирования собственных действий или выполнения собственных указаний.

Надзорное производство в системе судов общей юрисдикции осуществляют: президиум суда субъекта Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда и Президиум Верховного Суда. Таким образом, суды субъектов Федерации и Верховный Суд РФ соединяют все виды судебных инстанций: первую, вторую и третью. Уже отмечалось выше, что каждая функция требует специализации. Не должен один и тот же суд и рассматривать дела по существу, и осуществлять пересмотр не вступивших в законную силу судебных актов и надзорное производство. Теряется смысл и назначение инстанционности как последовательного перехода дела из суда нижестоящего в суд вышестоящий. Такой переход предполагает не просто иной состав судей (но в рамках одного профессионального сообщества - конкретного суда), но предполагает иной суд, иное профессиональное сообщество, не связанное корпоративным интересом с нижестоящей инстанцией. Так, соединение в рамках арбитражного суда субъекта Федерации первой и апелляционной инстанций справедливо критиковалось в литературе, и в конечном итоге законодатель пошел на необходимые перемены.

В.В. Ярков в своих замечаниях к проекту ГПК указал на неприемлемость сохранения трех надзорных инстанций в гражданском процессе .

Ярков В.В. К проекту Гражданского процессуального кодекса РФ // Арбитражный и гражданский процесс. 2001. N 3. С. 4.

Апофеозом всех нелепостей, связанных с соединением разных инстанций в одном судебном органе, является ст. 377 ГПК. И дело даже не в том, что правоприменителю (особенно столкнувшемуся с данной нормой впервые) достаточно сложно определиться с подсудностью конкретной надзорной жалобы. Вопрос следует поставить иначе: а ради чего существуют правила подсудности надзорных жалоб? Дают они что-то заявителю в плане защиты его прав, доступности правосудия? Или помогают сделать судебное разбирательство более компетентным?

Ответ на оба вопроса будет однозначно отрицательным. Положения ст. 377 ГПК полностью зависимы от правила о рассмотрении дел по первой инстанции всеми звеньями судебной системы. И мировые судьи, и судьи районных судов, и судьи судов субъектов Федерации, и судьи Верховного Суда РФ среди своих полномочий имеют одно общее: они могут действовать в качестве суда первой инстанции. Поэтому у каждого дела, в зависимости от того, где оно было рассмотрено по первой инстанции, образуется собственная "надстройка" из контролирующих инстанций. Распределение дел, рассматриваемых по первой инстанции, между судами различного уровня производится по правилам родовой подсудности. В этих правилах нам и видится корень проблемы. Пока они существуют, избавиться от соединения несоединяемых функций в одном суде, от нелепой надзорной инстанционности будет невозможно.

Обратимся к сущности и назначению родовой подсудности. Принято считать, что регламентация стадий судопроизводства находится в прямой зависимости от содержания Закона о судебной системе . Е.В. Кузнецова полагает, что "содержание правил ГПК и иных федеральных законов, устанавливающих нормы подсудности, зависит от устройства судебной системы" .

Пилипенко Ю.С., Каримуллин Р.О. Российская судебная система в контексте нового федерального конституционного закона // Журнал российского права. 1998. N 1. С. 23.
Кузнецова Е.В. Институт подсудности в гражданском процессуальном праве РФ: Дис. . канд. юрид. наук. М., 2004. С. 99.

На наш взгляд, напротив, имеет место обратная зависимость: построение системы судов общей юрисдикции зависит от норм родовой подсудности. Именно в правилах родовой подсудности заложена политическая воля. Попробуем это доказать.

Для начала напомним, когда и для чего в составе Верховного Суда РФ была образована кассационная коллегия. Изначально в составе Верховного Суда этот орган не задумывался. Если бы законодатель сначала продумал и создал оптимальную судебную систему, а потом - в соответствии с ней - правила подсудности, то кассационная коллегия была бы образована одновременно с появлением первой категории дел, рассматриваемых Верховным Судом по первой инстанции. Но реально законодатель имел в виду сначала родовую подсудность, а затем "подгонял" под нее судебную систему. Кассационная коллегия в Верховном Суде была создана под давлением правовой позиции Конституционного Суда, последовательно утверждавшего положение о необходимости обеспечить стадию пересмотра решения, не вступившего в законную силу, для всех без исключения дел, рассмотренных по первой инстанции.

Нормы родовой (предметной) подсудности распределены в ст. ст. 23, 24, 26 и 27 ГПК. Название "родовая (предметная)" настолько укоренилось, что возражений не вызывает, вся учебная литература оперирует именно этим термином. Между тем процессуальное законодательство этого термина избегает, причем даже с риском быть ошибочным: достаточно указать на ст. 32 ГПК, где попытка избежать данного термина привела к неопределенности в отношении дел, подсудных мировым судьям.

Нормы ст. 23 (ч. 1), ст. 26 (ч. 1), ст. 27 (ч. 1) сконструированы как перечни.

Перечни не являются исчерпывающими, так как ч. 2 ст. 23, ч. 2 ст. 26 и ч. 2 ст. 27 предусматривают, что федеральными законами к подсудности мировых судей, суда субъекта Федерации и Верховного Суда могут быть отнесены и другие дела. Подобный подход сам по себе вызывает возражения. Процедурные по существу правила позволено устанавливать "иным федеральным законам", т.е. непроцессуальным по характеру и содержанию. Любая корпоративная группа, стоящая за конкретным федеральным законом, может в своих интересах предусмотреть, что интересующие их категории дел будут рассматриваться, к примеру, в Верховном Суде. Какими критериями они при этом руководствовались и насколько были компетентны, установить невозможно. На наш взгляд, это та самая ситуация, которую Конституционный Суд характеризует "произвольно выбранным судом" . Суд избран именно произвольно, несмотря на то, что подсудность дела установлена законом. "Произвольность" как раз в том, что это может быть любой федеральный закон, каких немыслимое множество. Вряд ли специальное (не процессуальное) законодательство способно осмысленно подойти к пониманию сущности и роли подсудности.

Постановление Конституционного Суда от 25.02.2004 по проверке конституционности п. 10 ст. 75 ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ" и ч. 1 ст. 259 ГПК РФ (п. 4 абз. 2).

Ю.А. Попова, рассматривая вопрос о месте норм, регулирующих подсудность дел из избирательных правоотношений, отмечает, что в идеале процессуальные вопросы должны быть прерогативой только процессуального законодательства. Но, полагает она, в реальной действительности необходимы согласованность законодателей межотраслевого регулирования, недопущение подмены либо вмешательства в специфическое отраслевое регулирование .

Попова Ю.А. Защита публично-правовых интересов граждан в судах общей юрисдикции. Краснодар, 2001. С. 120 - 121.

Распыленность действующего законодательства о подсудности по различным федеральным законам, на наш взгляд, находится в противоречии с Конституцией РФ и ГПК. Часто цитируемая ч. 1 ст. 47 Конституции говорит о подсудности, установленной законом. Гарантируя право каждого на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, Конституция не может иметь в виду последующего распыления конституционной гарантии по бесчисленному множеству федеральных законов вплоть до превращения такой гарантии в фикцию. Следует учитывать также и статус ГПК в области регулирования им процессуальных отношений: он является "первым среди равных", имеет в этих вопросах приоритет перед другими федеральными законами (ч. 1 ст. 1 ГПК, ст. 4 Федерального закона "О введении в действие ГПК РФ"). Конституционный Суд РФ на примере уголовно-процессуального законодательства разъяснил, что самостоятельные сферы правового регулирования могут быть максимально унифицированы путем кодификации. Кодифицируя нормы, регулирующие определенную сферу, законодатель вправе установить приоритет кодекса перед иными федеральными законами в регулировании правоотношений в этой сфере. Приоритет кодекса не является безусловным, а ограничен рамками специального предмета регулирования . В нашем случае такой специальный предмет регулирования - это гражданское судопроизводство, и в данной сфере ГПК имеет приоритет перед иными федеральными законами.

Постановление Конституционного Суда от 29.06.2004 по делу о проверке конституционности ст. ст. 7, 15, 107, 234 и 450 УПК РФ (п. п. 2.2 и 2.3).

Изложенное свидетельствует о том, что ГПК в регулировании процессуальных отношений отводится особая роль. Именно ГПК (в полном соответствии с ч. 1 ст. 47 Конституции РФ) должен исчерпывающим образом регулировать правила подсудности. "Интервенция" норм из других федеральных законов в данном вопросе недопустима.

Однако проблемы правил родовой подсудности не исчерпываются произвольным вторжением в процессуальные правила норм других законов. Даже исчерпывающие перечни дел, подсудных мировому судье, районному суду, суду субъекта Федерации и Верховному Суду, не решат проблемы соединения в одном суде различных инстанций. Не может эффективно функционировать система, где границы инстанций до такой степени размыты.

Выше уже отмечалась устойчивость термина "родовая (предметная) подсудность". Считается, что это название происходит от того, что с помощью данных правил разграничение компетенции судов различных звеньев производится в зависимости от рода дел или по предмету спора.

Целесообразность существования таких правил не подвергается сомнению .

См., например: Осокина Г.Л. Гражданский процесс. Общая часть. М., 2003. С. 415; Гражданское процессуальное право / Под ред. М.С. Шакарян. М., 2004. С. 134 (автор главы - Уксусова Е.Е.); Гражданский процесс: Учебник / Под ред. В.В. Яркова. М.: Wolters Kluwer, 2004. С. 167 (автор главы Абушенко Д.Б.); Решетникова И.В., Ярков В.В. Гражданский процесс: Курс лекций. 3-е изд. М.: Норма, 2005. С. 39 - 40.

Действительно ли в основе правил лежит род дела или предмет спора? Отчасти это так: только мировые судьи рассматривают дела о разделе между супругами совместно нажитого имущества (п. 3 ч. 1 ст. 23 ГПК), только Верховный Суд рассматривает дела об оспаривании постановлений о приостановлении или прекращении полномочий судей либо о прекращении их отставки (п. 3 ч. 1 ст. 27 ГПК). Но, с другой стороны, имущественные споры могут быть предметом рассмотрения как у мирового судьи, так и в районном суде - все зависит от цены иска (п. 5 ч. 1 ст. 23 ГПК). Районные судьи примут на себя компетенцию мирового судьи, если, к примеру, дело о разводе сопряжено со спором о детях (п. 2 ч. 1 ст. 23 ГПК). Поэтому сказать, что в основе разграничения компетенции лежит род дел или предмет спора, будет явной натяжкой. Скорее, прослеживается стремление отделить дела, по мнению законодателя, более "простые", менее трудоемкие, не требующие длительного судебного разбирательства и сложной доказательственной деятельности, и поручить их рассмотрение мировому судье. Минусы такого подхода состоят в том, что спрогнозировать заранее сложность дела и объем доказательственной деятельности по нему невозможно или затруднительно.

Что касается распределения компетентности между Верховным Судом, судами субъектов Федерации и районным судом, то в его основе даже близко не усматривается ни предмет спора, ни род дел. Дела об оспаривании нормативно-правовых актов, обжаловании решений избирательных комиссий, о приостановлении деятельности или ликвидации политических партий, дела об оспаривании действий и решений - эти категории дел присутствуют в компетенции всех трех уровней судов.

Значит, в основе правил о родовой подсудности лежит иной критерий, но никак не декларируемый род дел (предмет спора).

Сопоставляя нормы ст. 27 и ст. 26 ГПК, нетрудно заметить основу разграничения: она зависит от уровня субъекта, издавшего акт или принявшего решение, уровня избирательной комиссии, общественного объединения, религиозной организации и т.д. в их собственной (внутренней) иерархической системе. То есть нормы родовой подсудности подчиняются субординации несудебных органов.

Особенно наглядно влияние внешней (по отношению к судебной) иерархической системы проявляется при рассмотрении дел об оспаривании нормативных правовых актов.

Верховный Суд РФ в определениях Судебной коллегии по гражданским делам, обзорах судебной практики, ответах на вопросы последовательно проводит идею о том, что подсудность дел об оспаривании нормативных правовых актов определяется исходя из уровня органа, принявшего нормативно-правовой акт, а также вводит понятие "соответствующий суд" . В Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда (5Г00-16) отмечено: "Противоречие федеральным законам законов субъекта Российской Федерации, а также принятых законодательными (представительными) или исполнительными органами государственной власти субъектов РФ иных нормативных актов устанавливается соответствующими судами. Такими судами могут быть равные, в смысле разделения властей, законодательным (представительным) и исполнительным органам государственной власти субъектов Российской Федерации суды субъектов Российской Федерации" .

БВС РФ. 2004. N 3. С. 28; БВС РФ. 2004. N 1. С. 22; БВС РФ. 2000. N 5. С. 17 - 18; БВС РФ. 2000. N 9. С. 12.
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за I квартал 2000 г. (п. 8) // БВС РФ. 2000. N 9. С. 12.

Мы используем файлы Cookie. Просматривая сайт, Вы принимаете Пользовательское соглашение и Политику конфиденциальности.

Обеспечение защиты нарушенного права независимым судом составляет центральную задачу правосудия, при всех имеющихся различиях в устройстве судебной системы государства. Эффективность выполнения этой задачи во многом обусловлена наличием взаимосвязи институтов судоустройства и судопроизводства. В первую очередь имеется в виду инстанционность. В этом смысле можно утверждать: как устроена судебная система, так и организовано производство по рассматриваемым делам.

Не случайно в системе арбитражных судов их процессуальные функции - суда первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, содержатся в судоустройственном законе.

Таким образом, инстанционность, обусловленная устройством судебной системы, устанавливается национальным законодательством государства. Она не диктуется жестко международно-правовыми нормами. При этом вряд ли будет соответствовать международному праву такая организация судопроизводства, при которой разрешение конкретного дела ограничивается только одной, первой судебной инстанцией.

Применительно к уголовному процессу имеется указание в Протоколе N 7 (22 ноября 1984 г.) к ЕКПЧ на право осужденного за совершение преступления обжаловать приговор, что должно быть предусмотрено законом*(241).

Что касается гражданского и арбитражного процесса, то Конституционный Суд РФ, исходя из толкования Конституции РФ, неоднократно обращал внимание на необходимость предоставления права участвующему в деле лицу требовать проверки судебного акта, затрагивающего его права, вышестоящей судебной инстанцией. На решение Высшего Арбитражного Суда РФ, принятое в качестве суда первой инстанции, может быть подана жалоба с просьбой о его пересмотре в порядке надзора. В системе ВАС РФ ни апелляционной, ни кассационной инстанций нет.

Право на проверку судебного решения, касающегося прав и законных интересов лица, можно рассматривать как важную составную часть права на эффективную защиту в государственном суде, закрепленного в ст. 8 Всеобщей Декларации прав человека и в ст. 13 ЕКПЧ.

Анализ законодательства ряда европейских государств показывает, что применительно к гражданским, в том числе коммерческим, а также административным делам судебная система организуется, как правило, в виде 3 инстанций. При этом если задача суда первой инстанции заключается в разрешении дела по существу, то суды второй и третьей инстанций осуществляют проверку решения суда первой инстанции, будучи наделенными разным объемом полномочий*(242).

В Российской Федерации в судах общей юрисдикции и в арбитражных судах количество судебных инстанций, осуществляющих проверку решений суда первой инстанции, различны. Так, решение мирового судьи может быть обжаловано в апелляционном порядке, и оно будет проверено апелляционной инстанцией, каковой является соответствующий районный или городской суд. Что касается решения районного (городского) суда, оно может быть проверено судебной инстанцией, которая именуется кассационной, по вопросам законности и обоснованности. В качестве этой, второй инстанции выступает судебная коллегия по гражданским делам областного и соответствующего ему суда. Это же решение, но только по вопросам законности может быть проверено в 3 надзорных инстанциях - президиуме областного и приравненного к нему суда, Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ и Президиуме Верховного Суда РФ. Таким образом, решения районного суда могут подвергаться проверке в четырех судебных инстанциях*(243).

По АПК РФ решение арбитражного суда может быть проверено в 3 инстанциях - апелляционной, кассационной и надзорной. Наличие 3 проверочных судебных инстанций предоставляет больше гарантий для сторон, а также обеспечивает повышение качества правосудия. Сложившаяся инстанционность в системе арбитражных судов России доказала свою жизнеспособность. Попытки ее изменения в настоящее время следует признать контрпродуктивными. Многие ученые-правоведы и практикующие юристы склоняются к тому, чтобы, устраняя судоустройственные различия, существующие в судах общей юрисдикции и в арбитражных судах России, воспринять структуру судебных инстанций, действующую в арбитражной судебной системе*(244).

Право на обжалование судебного решения является одним из важнейших прав, которыми обладают участники арбитражного процесса. Возможность проверки решения или иного судебного акта вышестоящей инстанцией является гарантией его законности. В то же время следует отметить, что подавляющее большинство судебных решений (85-87%), как показывает статистика, не обжалуется и не подвергается пересмотру, т.е. перерешению.

Мировой опыт и практика российских судов убедительно подтверждают, что исключить судебные ошибки в деятельности той или иной судебной инстанции практически невозможно. Их исправлению и служат наделенные определенными полномочиями вышестоящие судебные инстанции. В системе арбитражных судов России это апелляционная, кассационная и надзорная инстанции. Они обладают некоторыми общими чертами, но имеют и присущие каждой из них качества.

Судебная система – совокупность судов, построенная в соответствии с их компетенцией и поставленными перед ними задачами и целями.


Звено судебной системы – суды, занимающие одинаковое положение в судебной системе. Это понятие является одной из важнейших характеристик судебной системы.

Гражданские суды общей юрисдикции подразделяются на суды трех звеньев:

· Основное звено – районные суды;

· Среднее звено - верховные суды республик, краевые и областные суды, суды городов, федерального значения, суд автономной области и автономных округов;

· Высшее звено – Верховный Суд РФ.

Военные суды:

· Основное звено – гарнизонные военные суды;

· Среднее звено – окружные (флотские) военные суды;

· Высшее звено – Военная коллегия Верховного Суда РФ.

Подсистема арбитражных судов:

· Основное звено – арбитражные суды субъектов РФ;

· Среднее звено – Арбитражный апелляционный суд.

· Среднее звено – федеральные арбитражные суды округов (10);

· Высшее звено – Высший Арбитражный Суд РФ.

Инстанционность -построение судебной системы в зависимости от судебной инстанции( в связи с этим выделяют суд первой инстанции, апелляционный, кассационный , надзорный)

Суд первой инстанции - суд, который уполномочен принимать решение по существу тех вопросов, которые являются основными для данного дела. В качестве суда первой инстанции может выступать любой суд, в том числе высшие суды.

Суд второй (апелляционной, кассационной инстанции )призван проверять законность и обоснованность приговоров и других судебных решений, не вступивших в законную силу. В системе общих и военных судов в этом качестве могут выступать все суды, кроме судов основного звена.

Апелляция и кассация, имея некоторые общие черты, в то же время существенно различаются между собой. Апелляция отличается от кассации тем, что при апелляционном рассмотрении дела решение принимается не только по письменным материалам дела, а на основе нового, полного или частичного исследования доказательств, бывших предметом рассмотрения судом первой инстанции или вновь представленных сторонами. Существенно отличается и сама процедура рассмотрения дел в суде апелляционной инстанции, которая осуществляется по правилам производства в суде первой инстанции с изъятиями, установленными главой 44 УПК. В отличие от кассации, апелляционное производство может завершаться постановлением приговора, полностью заменяющего приговор мирового судьи

Надзорная инстанция - суды наделенные правом проверять законность и обоснованность приговоров и иных судебных решений, вступивших в законную силу. В системе общих судов в этом качестве могут выступать Президиумы судов среднего звена, а также коллегии и Президиум Верховного Суда РФ, в арбитражных судах - Высший арбитражный суд.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июля 2004 г. № 237-О, право на судебную защиту, закрепленное нормами статьи 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, предполагает наличие конкретных гарантий, которые позволяли бы обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости. Одной из таких гарантий является право обжалования в суд решений и действий (бездействия) органов государственной власти, в том числе судов, чем предопределяется предоставление заинтересованным лицам возможности добиваться исправления допущенных судами ошибок и создание в этих целях процедур проверки вышестоящими судами законности и обоснованности решений, вынесенных нижестоящими судебными инстанциями.

Органы законодательной и исполнительной власти не осуществляют проверочные функции в отношении судебных актов, в связи с чем судебные акты могут подвергаться предметной оценке только вышестоящими судебными инстанциями, а именно, апелляционной, кассационной и надзорной.

Одним из видов обжалования в вышестоящую судебную инстанцию решений, приговоров, определений и постановлений суда, не вступивших в законную силу, является апелляция (от лат. appellatio - «обращение»), также именуемая второй инстанцией.

В Российской Федерации апелляция как форма обжалования восстановлена (после отмены в 1917 году) с принятием Арбитражно-процессуального кодекса Российской Федерации в 1995 году.

Принцип инстанционности, к примеру, отражен в статье 323 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ), в соответствии с которым приговор, постановление мирового судьи о прекращении уголовного дела и иные его постановления могут быть обжалованы в районный суд для рассмотрения в апелляционном порядке.

При этом в отдельных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, итоговый судебный акт может быть отменен судом, его вынесшим. Например, статья 129 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) регулирует такой порядок в отношении судебного приказа. Так, судебный приказ может быть отменен мировым судьей, который ранее его и постановил, если от должника в установленный срок поступят возражения. В настоящее время такой срок составляет десять дней со дня вручения должнику данного судебного акта (статья 128 ГПК РФ).

На современном этапе становления процессуального права апелляцию принято различать на полную и неполную.

При полной апелляции рассмотрение дела состоит в новом разбирательстве дела по существу, то есть стороны вправе представлять суду апелляционной инстанции новые доказательства в подтверждение своей позиции, при этом суд апелляционной инстанции не ограничивается только проверкой правильности обжалуемого судебного акта, а вновь рассматривает дело на тех же началах, что и суд первой инстанции. К примеру, в дореволюционной России была полная апелляция.

При неполной апелляции процесс доказывания сконцентрирован в суде первой инстанции, то есть представление новых доказательств в суд апелляционной инстанции либо недопустимо (как правило), либо допускается в определенных законом случаях, например, если у сторон имеются «уважительные причины» непредставления ранее таких доказательств в суд первой инстанции.

На сегодняшний день в Российской Федерации в большей степени преобладает модель смешанной апелляции, которая, в свою очередь, сочетает в себе признаки полной и неполной апелляции.

Между тем третьей по иерархии инстанцией судоустройства и второй по обжалованию судебных актов (приговоров, определений и решений судов), вступивших в законную силу, является кассация (от лат. quasso - «разрушаю, разбиваю»).

В порядке кассационного производства подлежат проверке не факты, а соблюдение судом первой и второй инстанций норм права. Такая форма обжалования в правовой среде получила название «чистая» или «формальная» кассация.

Последней, четвертой инстанцией, рассматривающий дело в порядке надзора и именуемой как надзорное производство, является Президиум Верховного Суда Российской Федерации.

Надзорное производство представляет собой исключительную стадию судопроизводства, где проверяется законность и обоснованность решений нижестоящих судов, вступивших в законную силу.

Основаниями для отмены или изменения судебных актов в порядке надзора служат только фундаментальные нарушения норм права нижестоящими судами. Это могут быть право на доступ к правосудию, на справедливое судебное разбирательство. К фундаментальным нарушениям норм права также следует относить нарушения единообразия толкования и применения судами норм права.

Помимо вышеуказанных видов обжалования существует так называемый и четвертый вид обжалования - пересмотр по вновь открывшимся или новым обстоятельствам судебных актов, вступивших в законную силу.

В соответствии с ГПК РФ ко вновь открывшимся обстоятельствам относятся, к примеру, существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю. К новым обстоятельствам ГПК РФ относит в том числе отмену судебного акта суда общей юрисдикции или арбитражного суда либо постановления государственного органа или органа местного самоуправления, послуживших основанием для принятия судебного решения по данному делу.

В свете вышеизложенного прежде всего обращает на себя внимание тот факт, что 2018 год запомнился для судебной системы нашей страны двумя принятыми важнейшими нормативными правовыми актами, а именно, подписанные Президентом Российской Федерации Федеральный конституционный закон от 29 июля 2018 г. № 1-ФКЗ «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» и отдельные федеральные конституционные законы в связи с созданием кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции» и Федеральный закон от 28 ноября 2018 г. № 451-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Первый документ вступил в силу 30 июля 2018 года и действует за исключением ряда положений, вступающих в силу в иные сроки, второй нормативный документ вступает в силу не позднее 1 октября 2019 года с момента принятия решения Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Данное событие дает основания полагать, что в Санкт-Петербурге не позднее осени 2019 года должны начать свою работу Второй апелляционный суд общей юрисдикции и соответственно Третий кассационный суд общей юрисдикции.

По информации, размещенной на официальных сайтах указанных судов, Второй апелляционный суд общей юрисдикции будет расположен по адресу: Санкт-Петербург, ул. Пестеля, д. 9, лит. А, а Третий кассационный суд общей юрисдикции - по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 26.

Таким образом, апелляционные и кассационные жалобы на решения Санкт-Петербургского городского суда и Ленинградского областного суда будут рассматриваться на территории Санкт-Петербурга.

Во Втором апелляционном суде общей юрисдикции будут обжаловаться судебные акты Верховного Суда Республики Карелия, Верховного Суда Республики Коми, Архангельского областного суда, Вологодского областного суда, Курганского областного суда, Ленинградского областного суда, Мурманского областного суда, Свердловского областного суда, Тюменского областного суда, Челябинского областного суда, Санкт-Петербургского городского суда, суда Ненецкого автономного округа, суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, суда Ямало-Ненецкого автономного округа.

В Третий кассационный суд общей юрисдикции подлежат обжалованию судебные акты судов Республики Карелия, Республики Коми, Архангельской области, Вологодской области, Калининградской области, Ленинградской области, Мурманской области, Новгородской области, Псковской области, города Санкт-Петербурга, Ненецкого автономного округа, а также судебные акты апелляционных судов общей юрисдикции, принятых по жалобам и представлениям на судебные акты указанных судов.

В результате, новые апелляционные суды общей юрисдикции будут рассматривать дела в качестве суда апелляционной инстанции по жалобам, представлениям на судебные акты верховного суда республики, краевого, областного судов, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, принятые ими в качестве суда первой инстанции и не вступившие в законную силу. Также в их компетенцию будут входить дела по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

Кассационные суды общей юрисдикции будут рассматривать дела в качестве суда кассационной инстанции по жалобам и представлениям на вступившие в законную силу судебные акты, а также дела по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

По судебным актам первой инстанции - мирового судьи и районного суда апелляционная инстанция останется прежней: судебные акты мирового судьи подлежат обжалованию в районном суде, а судебные акты районного суда обжалуются в городской, областной или равные им суды.

В последующем жалобу можно будет подать в кассационный суд общей юрисдикции (первая кассация), а после этого обжаловать судебный акт в профильную коллегию Верховного Суда Российской Федерации (вторая кассация).

В случае, если дело по первой инстанции рассматривал городской, областной или равные им суды, то апелляционную жалобу нужно будет подать в новый апелляционный суд общей юрисдикции, а кассационную жалобу - в кассационный суд общей юрисдикции.

Последней судебной инстанцией для всех дел, как и ранее, остается Президиум Верховного Суда Российской Федерации.

Также, исходя из особенностей вносимых изменений в федеральное законодательство, целесообразно обозначить и то, что в гражданском и административном процессах вводится принцип «сплошной кассации», когда судья должен будет принять к своему производству любую жалобу, которая формально соответствует требованиям закона.

Срок обращения с жалобой в кассационный суд общей юрисдикции будет составлять три месяца со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта вместо шести, как принято в настоящее время.

Кассационную жалобу необходимо будет подавать через суд первой инстанции. Сейчас жалоба направляется непосредственно в суд кассационной инстанции.

В гражданском судопроизводстве представителями в суде, за исключением дел, рассматриваемых мировыми судьями и районными судами, могут выступать адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица, имеющие высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности.

В арбитражном судопроизводстве представителями граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, и организаций могут выступать адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица, имеющие высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности. Требования, предъявляемые к указанным представителям, не распространяются на патентных поверенных по спорам, связанным с правовой охраной результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, арбитражных управляющих при исполнении возложенных на них обязанностей в деле о банкротстве, а также иных лиц, перечисленных в федеральном законе.

В целом, за основу модели функционирования новых созданных в Российской Федерации пяти апелляционных и девяти кассационных судов общей юрисдикции взята система арбитражных судов, которая, как отмечают некоторые специалисты в области процессуального права, зарекомендовывала себя с положительной стороны.

Кроме того, до начала деятельности новых судов апелляционные и кассационные жалобы, а также представления будут рассматриваться теми же судами, что и в настоящее время.

Таким образом, в ходе проведенной реформы будет исключена ситуация, когда проверка судебного акта осуществляется в том же суде, в котором дело рассматривалось в качестве суда первой инстанции.

Подводя итог, следует сделать некоторые теоретические обобщения:

во-первых, возможность обжалования в суд решений и действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц, в том числе процессуальных актов судебных органов, является залогом и гарантией эффективной судебной защиты нарушенных прав и свобод;

во-вторых, нововведения, внесенные в федеральное законодательство Российской Федерации, будут способствовать оптимизации судебной нагрузки, что в целом положительно отразится на совершенствовании судебной системы;

в-третьих, унификация судебных инстанций как фактор эффективности правосудия должна качественно повлиять на противодействие коррупции в органах судебной власти.

Но в то же время в той или иной инстанции правосудие должно заканчиваться. Завершение судебного процесса с вынесением итогового судебного акта еще не означает полное восстановление нарушенных прав и свобод, если вступившее в законную силу решение суда не исполняется.

В связи с чем и сегодня, как и более двух тысяч лет назад актуальны высказывания Аристотеля о том, что «не было бы никакой пользы в правосудии, если бы решения суда не приводились в исполнение…».

Омарова Асель Сабетовна, судья Волжского городского суда Волгоградской области.

Автор статьи в процессе анализа теории и практики рассмотрения уголовного дела в суде кассационной инстанции приходит к выводу о том, что путем изменения действующего уголовно-процессуального законодательства возможно оптимизировать систему судебно-проверочного производства.

Ключевые слова: Уголовно-процессуальный кодекс, уголовное дело, приговор, апелляция, суд кассационной инстанции, оптимизация.

The author of the article in the process of analysis of theory and practice of consideration of a criminal case in court of cassational instance makes a conclusion that the system of judicial-verification proceeding can be improved by changing the current criminal procedure legislation.

Key words: Criminal Procedure Code, criminal case, verdict, appeal, court of cassational instance, improvement.

Новый порядок кассационного производства, урегулированный нормами гл. 47.1 УПК РФ, предназначен для проверки законности вступивших в законную силу приговора и иных судебных решений. Но такие судебные решения являются также предметом проверки и в суде надзорной инстанции (глава 48.1 УПК РФ). В силу сходства предмета производства процессуальный порядок кассации и порядок надзора испытывают в равной мере воздействие принципа правовой определенности. Конкретно же это сходство выражается в нормативном определении способов проверки судебных решений, оснований для их отмены и изменения, а также видов решений суда кассационной и надзорной инстанций.

Возникшее сходство новой кассации с надзорным производством не может не вызывать вопроса "о целесообразности "сохранения" надзорного порядка в общем контексте внесенных новелл" .

Ковтун Н.Н. Апелляционное, кассационное и надзорное производство: изъяны законодательных новелл // Уголовный процесс. 2011. N 3. С. 48 - 49.

Однако данный вопрос важен и с точки зрения определения места кассационного производства в новой модели судебно-проверочного производства. В связи с этим должны быть выявлены признаки, отличающие кассационное производство от надзорного производства.

Зримым отличительным признаком надзорного порядка выступает то, что он, даже будучи схожим с кассационным порядком, представляет собой эксклюзивное производство по признаку подсудности надзорных жалоб и представлений единственному в государстве суду надзорной инстанции - Президиуму Верховного Суда РФ.

Новый же кассационный порядок воспринял особенность прежнего надзорного порядка - неоднократность проверки приговора и иного судебного решения. Кассационное производство может осуществляться последовательно в системе сменяющихся кассационных инстанций, которыми выступают судебные органы вертикали судов общей юрисдикции: 1) президиум судов уровня субъектов Российской Федерации; 2) Судебная коллегия по уголовным делам и Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации (ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ).

Таким образом, инстанционная неоднократность кассационной проверки приговора или иного судебного решения становится признаком, свойственным только кассационному производству. Данное положение, безусловно, обеспечивает определенный запас прочности результатам кассационного производства и рельефно выделяет его место в системе судебно-проверочного производства.

Однако возможная неоднократность кассационного производства вряд ли свидетельствует о достаточном уважении принципа правовой определенности, который, как известно, должен сдерживать вмешательство в судебные решения, вступившие в законную силу, даже если речь идет о пересмотре вопросов права. Кроме того, такая проверка законности судебных актов может продолжиться и в суде надзорной инстанции, если обжалованы кассационные решения указанных судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации.

Принцип правовой определенности (res judicata) - один из основополагающих аспектов верховенства права, который требует, чтобы принятое судом окончательное решение не могло быть оспорено. Одним из его смыслов выступает недопустимость повторного рассмотрения однажды решенного дела. Этим достигаются правовая безопасность и правая стабильность в обществе, устойчивость и стабильность установленных и зафиксированных в судебном акте уголовно-правовых отношений, признание окончательно исчерпанным конфликта между гражданином и государством по поводу совершенного преступления .

См.: Давыдов В.А. Возобновление судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств: теория и практика исправления судебных ошибок. М., 2012. С. 36 - 38.

В связи с этим ни одна сторона дела не может требовать пересмотра окончательного и вступившего в законную силу судебного постановления только с целью проведения повторного судебного слушания и получения нового постановления .

Постановление Европейского суда по правам человека от 24 июля 2003 г. по делу "Рябых против России". Жалоба N 52854/99 // Европейский суд по правам человека и Российская Федерация: постановления и решения, вынесенные до 1 марта 2004 г. / Отв. ред. Ю.Ю. Берестнев. М., 2005. С. 67 - 77.

С учетом неоднократности кассационного производства каждый приговор и судебное решение суда первой инстанции могут быть проверены и пересмотрены по вертикали в четырех инстанциях: в суде апелляционной инстанции - в суде кассационной инстанции уровня субъекта Российской Федерации - в суде кассационной инстанции (Судебной коллегии Верховного Суда РФ) - в суде надзорной инстанции (Президиуме Верховного Суда РФ).

В то же время новый порядок судебно-проверочного производства допускает ситуации, когда приговоры и иные решения суда уровня субъекта Российской Федерации могут и вовсе не подпадать под кассационную проверку. Такие ситуации возникают, если указанные судебные постановления были предметом апелляционной проверки в судебных коллегиях Верховного Суда РФ. Как следствие, они пересматриваются непосредственно в порядке надзора в Президиуме Верховного Суда РФ, так как коллегии Верховного Суда РФ, рассмотрев эти решения в порядке апелляции, не могут выступать судами кассационной инстанции (п. п. 1, 2 ч. 3 ст. 412.1 УПК РФ).

Таким образом, может быть сделан вывод о неравномерности "концентрации" кассационного производства в системе судебно-проверочного производства. В одном случае оно может быть неоднократным, а в другом - оно "выпадает" из системы последовательной проверки.

При "выпадении" кассационного производства Президиум Верховного Суда РФ вынужден пересматривать результаты непосредственно апелляционного производства Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ и Военной коллегии Верховного Суда РФ. Очевидно, что такой порядок на деле уравнивает значимость Президиума Верховного Суда РФ как единственного суда надзорной инстанции с судебными коллегиями Верховного Суда РФ как судами кассационной инстанции, обнаруживает, кроме того, возможность безболезненной замены последних высшим судебным органом.

Как представляется, смысл проведенной реформы состоял в обеспечении последовательной и доступной системы проверочного производства. А это достигается и путем установления требования инстанционности.

Так, В.А. Давыдов отмечает, что требование инстанционности способствует равномерному распределению жалоб и представлений между судами вышестоящей инстанции, приближает момент восстановления нарушенного права, экономит силы сторон, поскольку, разрешив спор в одной инстанции, они могут не обращаться в вышестоящую инстанцию . Разрыва в следовании дела по инстанциям можно избежать, не восполняя кассацию надзорным порядком, а сохранив полномочия Судебной коллегии по уголовным делам и Военной коллегии Верховного Суда РФ как суда кассационной инстанции во всех случаях. Однако для этого необходимо учреждение дополнительного звена в системе судов общей юрисдикции.

Давыдов В.А. Пересмотр в порядке надзора судебных решений по уголовным делам (производство в надзорной инстанции): Научно-практическое пособие // СПС "КонсультантПлюс".

До введения в действие нового кассационного порядка в юридическом сообществе была высказана идея создания кассационных судов, выделенных из структуры судов уровня субъекта РФ. Так, Председатель Конституционного Суда РФ В.Д. Зорькин считает целесообразным учреждение судов кассационной инстанции, которые существовали бы на отдельном уровне судебной системы, в отрыве от судов уровня субъекта Российской Федерации и не были привязаны к государственно-территориальному делению, т.е. по типу судебных округов, имевших место до революции 1917 г. .

Предлагаемое судебное устройство в виде окружных судебных присутствий могло бы решить обозначенную нами проблему лишь в том случае, если бы таковые суды (судебные присутствия) выступали только в качестве апелляционных инстанций. В связи с этим полномочия Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ и Военной коллегии Верховного Суда РФ могли бы быть ограничены только кассационным производством. При таком устройстве было бы достигнуто решение задачи по обеспечению доступности судебной защиты в виде реализации права на пересмотр приговора и иных судебных решений.

Во-первых, такие суды были бы территориально ближе к судам уровня субъекта Российской Федерации, постановившим приговоры и иные судебные решения, которые обжалуются в апелляционном порядке. Такое устройство способствовало бы экономии времени, что немаловажно в плане обеспечения разумных сроков судопроизводства. Кроме того, оно снизило бы затраты денежных средств государства и сторон, так как апелляционная проверка фактических и правовых оснований приговора и иных судебных решений предполагает исследование доказательств, в том числе возможность использования новых доказательств, привлечения новых свидетелей, специалистов, назначение и производство судебных экспертиз и других судебных действий.

С учетом пространства нашей страны апелляционная проверка приговора и иных судебных решений, постановленных по первой инстанции судами уровня субъекта Российской Федерации, была бы предпочтительнее в таких судебных присутствиях (органах), чем непосредственно в Верховном Суде РФ. Создавать же кассационные судебные присутствия, где происходит исследование только вопросов права, представляется неоправданно затратным.

Во-вторых, такой порядок разгрузил бы Судебную коллегию по уголовным делам и Военную коллегию Верховного Суда РФ, позволив им сосредоточиться только на кассационной проверке приговоров и иных решений, уже прошедших этап апелляционного производства.

Таким образом, для выхода из ситуации прямой замены кассационного производства надзорным есть смысл в изменении компетенции Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ и Военной коллегии Верховного Суда РФ с одновременным учреждением окружных апелляционных судов по примеру арбитражных апелляционных судов . В этих целях следует дополнить и изменить Федеральный конституционный закон от 7 февраля 2011 г. N 1-ФКЗ "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации" , а именно:

  1. дополнить ч. 2 ст. 1 названного Закона новым пунктом 2.1 - окружные федеральные апелляционные суды;
  2. дополнить названный Закон новой главой 3.1 "Окружные федеральные апелляционные суды", в которой нормативно определить: конкретные территориальные округа; порядок образования окружных апелляционных судов; структуру окружных апелляционных судов, включающую судебный состав по уголовным делам и военно-судебный состав; полномочия окружного апелляционного суда;
  3. изменить п. 2 ст. 20 названного Закона, исключив полномочие судебных коллегий Верховного Суда РФ рассматривать уголовные дела в апелляционном порядке.

Соответственно этому следует внести изменения в п. 4 ч. 2 ст. 389.3 УПК РФ, изложив его в следующей редакции: на приговор или иное итоговое решение верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда - в окружной федеральный апелляционный суд в соответствии с персональной и территориальной подсудностью.

Сформулированные предложения должны оптимизировать систему судебно-проверочного производства. Характеризуя новую систему пересмотра решений нижестоящих судов, Н.А. Колоколов справедливо отмечает, что она "должна обеспечить деликатный баланс между конкурирующими интересами сторон. Базовыми качествами этой системы являются иерархическая согласованность судебных инстанций, быстрота их работы, экономическая эффективность судебной деятельности, справедливость и правовая определенность судебных решений, прозрачность судебных процедур, единообразие судебной практики" .

Апелляция, кассация, надзор: новеллы ГПК РФ и УПК РФ. Первый опыт критического осмысления // Под общ. ред. Н.А. Колоколова. М., 2011; СПС "КонсультантПлюс".

Мы используем файлы Cookie. Просматривая сайт, Вы принимаете Пользовательское соглашение и Политику конфиденциальности.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: