Может ли адвокат быть поверенным

Обновлено: 22.04.2024

Предмет деятельности адвоката-поверенного. Его правовое положение.

Оформление полномочий и вознаграждение.

Предмет деятельности адвоката, представляющего интересы доверителя вне конституционного, гражданского, арбитражного, административного или уголовного судопроизводства, выделен в отдельную тему в силу своей специфики, заключающейся в его непроцессуальном характере.

Основной вид деятельности адвоката-поверенного - пред­ставительство интересов доверителя в государственных, обще­ственных и частных предприятиях, органах, учреждениях и организациях, а также во взаимоотношениях с физическими лицами. Сфера деятельности адвоката-поверенного очень об­ширна. Поэтому проще определить те ситуации, когда она не подлежит применению. Не допускается совершение через пред­ставителя тех действий и сделок, которые по своему характеру могут быть выполнены только лично, а равно других действии и сделок, указанных в законе.

Взаимоотношения между адвокатом и его клиентом оформ­ляются посредством договора поручения (ст. 971 ГК РФ), в силу которого адвокат-поверенный обязуется исполнить от имени клиента-доверителя одно или несколько определенных юриди­ческих действий.

Поскольку юридические действия совершаются адвокатом-поверенным от имени представляемого, а не от своего собствен­ного, то стороной действий-сделок становится доверитель, со всеми вытекающими из этого правами и обязанностями. Такая деятельность адвоката-поверенного по существу является пред­ставительством (ст. 182 ГК РФ).

Договор поручения заключается в простой письменной форме (статьи 161, 434 ГК РФ). Стороной договора является юридическая консультация, от имени которой заведующий консультацией заключает договор с клиентом. При этом в дого­воре в одном случае может быть предусмотрено в качестве существенного условия то, что выполнение обязательств по исполнению поручения поверенного возлагается на конкрет­ного адвоката (адвокатов). В этом случае доверитель выдает доверенность этому адвокату (адвокатам).

В другом случае доверитель заключает договор поручения с юридической консультацией без указания конкретного адвоката-поверенного, что порождает обязанность юридической консуль­тации исполнить поручение, а доверенность выдается доверите­лем на имя заведующего юридической консультацией с правом передоверия по усмотрению заведующего адвокатам данной юридической консультации.

Договор поручения может быть заключено указанием срока, в течение которого поверенный вправе действовать от имени доверителя, или без такого указания. Однако последнее не дает основания считать полномочия поверенного бессрочными, поскольку полномочия поверенного все равно должны закреп­ляться в выдаваемой ему доверенности (п. 1 ст. 975 ГК РФ), срок действия которой ограничен законом (п. 1 ст. 186 ГК РФ).

Если срок действия в доверенности не указан, она сохраняет силу в течение года со дня ее совершения. Поэтому законода­тель определил, что доверенность, в которой не указана дата ее совершения, ничтожна.

Удостоверенная нотариусом доверенность, предназначенная для совершения действий за границей и не содержащая указание о сроке ее действия, сохраняет силу до ее отмены лицом, выдав­шим доверенность.

Чаще всего доверитель, не имеющий специальных познаний в юриспруденции, определяет лишь общие задачи и цели дейст­вия адвоката-поверенного.

Однако предмет договора поручения может конкретизиро­ваться указаниями доверителя о способах и порядке совершения определенных юридических действий. Такие указания должны быть правомерньми, осуществимыми и конкретными (п. 1 ст. 973 ГК РФ). Особенно важно требование о правомерности, поскольку только правомерные действия адвоката-поверенного порождают права и обязанности для его доверителя. Неправомерные же действия порождают соответствующую ответственность самого адвоката-поверенного.

Обязанностью доверителя по договору поручения, как пра­вило, является:

- определить предмет договора;

- представить все имеющиеся у него и необходимые для вы­полнения условий договора адвокатом-поверенным документы и сведения;

- принять все исполненное по договору;

- оплатить издержки и вознаграждение адвокату-поверенному. Поскольку договор поручения по общему правилу предпола­гается безвозмездным, уплата адвокату-поверенному вознаг­раждения за совершение определенных юридических дей­ствий, а также размер этого вознаграждения должны быть предусмотрены договором. Также в договоре должны быть оговорены условия и размеры компенсации доверителем издер­жек адвоката-поверенного (командировочные, почтовые и пр. расходы).

Если, однако, договор поручения связан с осуществлением доверителем предпринимательской деятельности, то даже без указания в договоре условий о вознаграждении он является возмездным (ч. 2 п. 1 ст. 972 ГК РФ) и доверитель обязан уплатить вознаграждение адвокату-поверенному во всех случаях, за ис­ключением тех, когда в договоре указано иное.

При отсутствии в возмездием договоре поручения условия о размере вознаграждения или о порядке его уплаты вознаг­раждение уплачивается после исполнения поручения в размере, определяемом в соответствии с п. 3 ст. 424 ГК РФ, т.е. в раз­мере, который является наиболее часто определяемым в данной местности за данный объем работы.

Отношения сторон по договору поручения носят лично-дове­рительный характер, что выражается в праве как доверителя отменить поручение, так и поверенного отказаться от него во всякое время. Более того, закон (п. 2 ст. 977 ГК РФ) определил, что соглашение об отказе от этого права ничтожно.

По общему правилу в случае одностороннего отказа от дого­вора поручения одной стороны другая не имеет возможности потребовать возмещения убытков (п.п. 2 и 3 ст. 978 ГК РФ). Независимо от того, какая из сторон договора выступила иници­атором его расторжения, а также независимо от причин такого действия, доверитель должен возместить адвокату-поверенному фактически понесенные в связи с исполнением поручения издержки и уплатить соответствующую часть вознаграждения за уже выполненную работу, если договор поручения носил возмездный характер. Это правило не применяется к исполне­нию после того, как поверенный узнал или должен был узнать о прекращении поручения.

При заключении договора поручения, в целях обеспечения исполнения обязательства доверителя оплатить издержки и вознаграждение адвокату-поверенному, заключается соглаше­ние о задатке (статьи 329, 380 ГК РФ). Соглашение о задатке независимо от суммы задатка должно быть совершено в письменной форме.

При прекращении обязательства до начала его исполнения по соглашению сторон либо вследствие невозможности исполне­ния (ст. 416 ГК РФ) задаток должен быть возвращен.

Если за неисполнение условий договора ответствен довери­тель, то задаток не возвращается. Однако, если за неисполнение договора ответственность ложится на адвоката-поверенного, то он обязан уплатить доверителю двойную сумму полученного задатка.

Сверх того, сторона, ответственная за неисполнение договора, обязана возместить другой стороне убытки с зачетом суммы задатка, если в договоре не предусмотрено иное (ст. 381 ПС РФ).

Комментарий к части второй Гражданского кодекса Российской Феде­рации (постатейный) / Под общ. ред. О.Н. Садикова. - М., 1998.

Комментарий к части второй Гражданского кодекса Российской Федера­ции для предпринимателей / Под общ. ред. М.И. Брагинского. - М. 1996.

Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ по кон­кретным делам.

Заявитель (т.е. лицо, которое обратилось в Роспатент с заявкой на выдачу патента), правообладатель (лицо, которому принадлежит право на получение патента, исключительное право либо право преждепользования; им может быть как физическое, так и юридическое лицо) и иное заинтересованное лицо (например, наследник или лицо, которому было присуждено исключительное право) может вести дела в Роспатенте через патентного поверенного или иного представителя (ст. 1247 ГК РФ). На полномочия патентного поверенного или иного представителя может быть оформлена доверенность.

Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатской деятельности) допускает оказание адвокатами юридической помощи, не запрещенной указанным федеральным законом и не предусмотренной п. 2 ст. 2 рассматриваемого закона (п. 3 ст. 2 закона). Это значит, что «иным представителем» для ведения дел в Роспатенте вполне может выступать адвокат. Тем более что в соответствии с подп. 8 п. 2 ст. 2 указанного закона адвокат представляет интересы доверителя в органах государственной власти (к числу которых относится и Роспатент).

Адвокат может быть не только «иным представителем», но и патентным поверенным. К данному выводу мы пришли на основании ст. 1, 2 Закона об адвокатской деятельности. В соответствии с абз. 3 п. 3 ст. 1 этого закона не является адвокатской деятельностью юридическая помощь, оказываемая патентными поверенными, за исключением случаев, когда в качестве патентного поверенного выступает адвокат, либо другими лицами, которые законом специально уполномочены на ведение своей профессиональной деятельности.

Итак, закон дает возможность совмещать статусы адвоката и патентного поверенного. При этом деятельность адвоката в качестве патентного поверенного все равно считается адвокатской.
Но возможно ли такое совмещение статусов на практике?

Требования к кандидатам в патентные поверенные

Требования к кандидатам в патентные поверенные установлены ст. 2 Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 316-ФЗ «О патентных поверенных» (далее – Закон о патентных поверенных). В ней указаны общие требования, в числе которых высшее образование, гражданство РФ и т.д. Но среди них есть требование, которое ставит под сомнение возможность приобретения адвокатом статуса патентного поверенного, но не исключает возможность приобретения патентным поверенным статуса адвоката.

Речь идет о юридическом стаже в сфере деятельности патентного поверенного: кандидат в патентные поверенные должен представить доказательства того, что он в течение четырех лет совершал действия, установленные ст. 4 закона «О патентных поверенных», т.е. консультировал по вопросам правовой охраны результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, защиты интеллектуальных прав, приобретения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, распоряжения такими правами, проводил патентные исследования и анализ обстоятельств, обусловливающих выбор объекта правовой охраны и т.п., либо совершал одно из указанных действий. Каким образом адвокат может подтвердить наличие у него такого стажа, не понятно, однако можно сделать некоторые предположения.

Адвокат становится патентным поверенным

Адвокат, который желает приобрести статус патентного поверенного, обращается с заявлением в Роспатент для аттестации. Он должен предъявить документы, подтверждающие стаж работы в сфере деятельности патентного поверенного, и здесь возникает вопрос, как доказать наличие стажа, если адвокат не может вступать в трудовые отношения (за исключением случаев, когда он является преподавателем или научным сотрудником).

Поэтому думается, что на роль патентного поверенного может претендовать адвокат, который имел стаж работы в сфере деятельности патентного поверенного до присвоения ему статуса адвоката. В Законе об адвокатской деятельности не содержится указания на то, что для присвоения соответствующего статуса кандидату необходимо иметь стаж в определенной сфере. Поэтому стаж работы в сфере патентного права одновременно является стажем работы по юридической специальности.

Если адвокат до присвоения ему соответствующего статуса состоял в трудовых отношениях со специализированной организацией (занимающейся вопросами в сфере патентных прав), то он может подтвердить наличие у него необходимого стажа в сфере деятельности патентного поверенного.

Подтвердить факт приобретения опыта в сфере деятельности патентного поверенного в период осуществления предпринимательской деятельности документально практически невозможно. В п. 5 ст. 6 Закона о патентных поверенных говорится о том, что документами, подтверждающими наличие необходимого стажа, могут быть трудовая книжка, трудовой договор и (или) иные документы.

Что можно отнести к иным документам? Вероятно, документы, подтверждающие участие адвоката в качестве представителя по делам, связанным с правовой охраной результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, защитой интеллектуальных прав, приобретением исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, а также с распоряжением этими правами и т.п. Ордер представить невозможно, в доверенности на ведение дела характер спора не указывается. Возможно ли предъявить решение суда? Единственным документом, подтверждающим участие адвоката в качестве представителя по делам, связанным с присуждением исключительного права, права на получение патента, по делам о нарушении исключительного права и т.п., является решение суда, в котором обычно указывают сведения о представителе. Сочтет ли квалификационная коллегия копии решения суда документами, подтверждающими наличие необходимого опыта? Ответа на этот вопрос в законе не содержится. Все зависит исключительно от Роспатента.

Поэтому уже на стадии подачи документов в Роспатент у адвоката может возникнуть проблема, связанная с отстранением его от сдачи квалификационного экзамена в связи с несоответствием его кандидатуры требованиям, установленным законом.

Патентный поверенный становится адвокатом

Адвокат может обладать двойным статусом не потому, что был аттестован в качестве патентного поверенного. Вполне возможно, что уже аттестованный патентный поверенный, сдав квалификационный экзамен, приобретет статус адвоката. Стаж работы патентным поверенным может быть засчитан в счет стажа работы по юридической специальности, так как к полномочиям патентного поверенного относится:

– консультирование по вопросам правовой охраны результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, защиты интеллектуальных прав, приобретения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, распоряжения такими правами;

– участие в качестве эксперта или представителя от имени доверителя, заказчика, работодателя в суде по делам, связанным с правовой охраной результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, защитой интеллектуальных прав, приобретением исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, а также с распоряжением этими правами и т.д.

Таким образом, патентный поверенный оказывает юридическую помощь. Поэтому он может быть допущен к сдаче квалификационного экзамена и приобрести статус адвоката.

На наш взгляд, адвокат – патентный поверенный является гарантией защиты прав авторов, патентообладателей и иных участников патентных правоотношений. Кроме того, плагиат – преступление, предусмотренное Уголовным кодексом РФ. При рассмотрении судом подобных дел со стороны защиты может участвовать адвокат. Поэтому, если адвокат, выступающий защитником подсудимого по делу о плагиате, является одновременно патентным поверенным, его деятельность будет наиболее эффективна.

Панасюк Олег

Заведующий Филиалом № 1 Ленинского района г. Ростова-на-Дону Ростовской областной коллегии адвокатов им. Д.П. Баранова, Председатель научно-методического совета АП Ростовской области, к.ю.н.

Тема о характере адвокатской деятельности становится все более актуальной в российском юридическом сообществе в связи с активным обсуждением проекта Концепции рынка профессиональной юридической помощи, подготовленного Минюстом России и опубликованного 24 октября 2017 г.

Происходит трансформация адвокатской деятельности и юридического рынка. Достаточно только взглянуть на программу и темы пленарных выступлений Петербургского международного юридического форума, проходившего в мае 2018 г., –«Будущее юридической профессии», «Smart-общество», «Финтех и право», «Искусственный интеллект» и т.д., как становится понятным направление движения. Традиционные «практики» отходят на второй план, а общество и бизнес делают ставку на IT-технологии в юриспруденции и новый формат работы.

Однако помимо интенсивного развития юридических технологий существуют внутренние проблемы регулирования сферы оказания профессиональной юридической помощи. Всецело разделяю позицию ФПА РФ и поддерживаю проект Концепции. Как справедливо отметил Ю.С. Пилипенко в интервью для проекта «LF Академия», «Концепция регулирования рынка профессиональной юридической помощи разработана не в интересах адвокатуры, а в интересах упорядочения социально значимого, очень непростого и даже болезненного рынка…»

Вместе с тем представляется, что отдельные положения будущей Концепции вызывают неоднозначное толкование, в том числе соотношение понятий «правовая помощь» и «юридические услуги», связанное, в частности, с вопросом о правовой природе соглашения об оказании юридической помощи.

Важность этого вопроса подтверждается следующими данными. В настоящее время количество адвокатов с действующим статусом приближается к 80 тысячам. Например, Адвокатская палата Ростовской области насчитывает около 3000. Согласно ежегодному отчету АП РФ за 2017 г., адвокатами было заключено 166 749 соглашений об оказании юридической помощи. Путем простого математического действия можно вычислить количество ежегодно заключаемых в России соглашений об оказании юридической помощи.

Попробуем разобраться в юридическом толковании правовой природы соглашения об оказании юридической помощи: что это – помощь, поручение или услуга?

Но сначала еще один вопрос.

Соглашение или договор?

В современной практике большинство договоров заключаются без индивидуальных переговоров и составляются одной из сторон. То есть вторая сторона либо принимает условия договора и подписывает готовый экземпляр, либо отказывается. В отличие от этой, отчасти формализованной практики, соглашение заключается по результату именно личных переговоров и оформляется как конечный документальный акт о взаимном согласии. Невозможно себе представить, чтобы юридическая помощь оказывалась без предварительного личного обсуждения доверителем и поверенным всех обстоятельств дела и условий будущего соглашения.

Именно эти специфические отношения, возникающие между доверителем и поверенным, имеют все признаки фидуциарных отношений, которые характеризуются особым, исключительным доверием, когда одно лицо действует исключительно в интересах другого. Ключевую роль здесь играют личные и доверительные отношения сторон.

Поэтому понятие «соглашение» в морально-этическом аспекте – более высокая ступень взаимоотношений сторон, нежели понятие «договор», оно полностью применимо к сфере адвокатской деятельности и юридической помощи.

Итак, соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами) на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу (п. 2 ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре»).

Существенные условия

В ст. 25 Закона об адвокатуре нет отсылки к Особенной части ГК РФ, то есть не определено, к какому именно виду гражданско-правового договора относится соглашение об оказании юридической помощи.

Порядок расторжения соглашения об оказании юридической помощи законодатель также счел необходимым отнести к регулированию Общей частью ГК РФ (ст. 450–453 гл. 29) без привязки к конкретному виду договоров.

Соглашение об оказании юридической помощи имеет свои индивидуальные существенные условия, которые отделяют его от иных гражданско-правовых договоров.

К существенным условиям соглашения об оказании юридической помощи относятся:

  • указание на адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения в качестве поверенного (поверенных), а также на его (их) принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате;
  • предмет поручения;
  • условия и размер выплаты доверителем вознаграждения за оказываемую юридическую помощь либо указание на то, что юридическая помощь оказывается доверителю бесплатно в соответствии с Федеральным законом «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации»;
  • порядок и размер компенсации расходов адвоката (адвокатов), связанных с исполнением поручения, за исключением случаев, когда юридическая помощь оказывается доверителю бесплатно в соответствии с Федеральным законом «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации»;
  • размер и характер ответственности адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения.

Право адвоката на вознаграждение и компенсацию расходов, связанных с исполнением поручения, не может быть переуступлено третьим лицам без специального согласия на то доверителя.

Вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, предусмотренные соглашением.

Из этого вытекает вывод, что закон при определении существенных условий соглашения об оказании юридической помощи исходил из свободы договора (ст. 421 ГК РФ), поскольку ни один из видов договоров особенной части ГК РФ не содержит идентичные либо схожие существенные условия.

Еще одним не менее важным аспектом при определении правовой природы соглашения об оказании юридической помощи является отсутствие в ст. 25 Закона об адвокатуре развернутого понятия предмета соглашения об оказании юридической помощи. Иными словами, почему Закон не ввел понятие предмета соглашения об оказании юридической помощи и что такое квалифицированная юридическая помощь?

Услуги или помощь?

Как только не называют соглашения об оказании юридической помощи: и «Договор поручения на выполнение юридических действий», и «Договор поручения об оказании юридических услуг», и «Договор на оказании юридических услуг», и т.д.

В ст. 1 Закона об адвокатуре установлено, что именно адвокатская деятельность является квалифицированной юридической помощью, оказываемой на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката.

Нормой п. 3 ст. 1 Закона об адвокатуре определено, что не является адвокатской деятельностью юридическая помощь, оказываемая:

  • работниками юридических служб юридических лиц, а также работниками органов государственной власти и органов местного самоуправления;
  • участниками и работниками организаций, оказывающих юридические услуги, а также индивидуальными предпринимателями.

Перечисленные категории имеют право оказывать юридические услуги при наличии высшего юридического образования, но при этом упомянутые юридические услуги не будут считаться квалифицированными.

Следовательно, все, что входит в сферу адвокатской деятельности, – это квалифицированная юридическая помощь, а то, что не входит в указанную сферу, – юридические услуги.

Отсутствие правовой регламентации понятия предмета соглашения об оказании юридической помощи влечет правовую неопределенность в квалификации данного соглашения и, как следствие, отнесение судами соглашения об оказании юридической помощи к договору возмездного оказания услуг либо к договору поручения.

Почему не договор поручения?

В подп. 2 п. 4 ст. 25 Закона при квалификации предмета соглашения об оказании юридической помощи использован термин «предмет поручения», то есть взаимоотношения в части предмета соглашения об оказании юридической помощи названы поручением, но без отсылки к гл. 49 ГК РФ.

Закон определил, что одно из существенных условий соглашения об оказании юридической помощи – предмет поручения.

Означает ли это, что соглашение об оказании юридической помощи, по сути, является договором поручения и что соглашение об оказании юридической помощи должно регулироваться положениями гл. 49 ГК РФ?

Из содержания ст. 971 ГК РФ следует, что договор поручения – это соглашение, в силу которого одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия.

При этом основным существенным условием договора поручения является наличие доверенности, которую доверитель обязан выдать поверенному перед началом исполнения поручения (п. 1 ст. 975 ГК РФ).

Но как быть, когда доверитель не выдает поверенному (адвокату) доверенность? Ведь не всегда полномочия адвоката выражены в форме доверенности, в частности, когда в уголовном процессе адвокат исполняет принятое поручение на защиту исключительно на основании удостоверения и ордера (ч. 4 ст. 49 УПК РФ), а также в тех случаях, когда адвокат вступает в гражданский процесс только на основании ордера при непосредственном участии доверителя.

Будет ли считаться договор поручения действительным, когда доверитель не выдает доверенность поверенному (адвокату)?

Полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, а также в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации. В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием (ст. 6 Закона об адвокатуре).

Ордер по своей природе является процессуальным документом, предоставляющим адвокату право вступить в процесс. При этом ордер уже наделил адвоката всеми процессуальными полномочиями, за исключением полномочий, предусмотренных ст. 54 ГПК РФ, ст. 62 АПК РФ и ст. 49 УПК РФ.

Поэтому доверенность, с точки зрения рассматриваемых процессуальных законов, не является обязательным документом, подтверждающим полномочия адвоката при исполнении поручения в рамках соглашения об оказании юридической помощи.

С одной стороны, положения гл. 49 ГК РФ схожи с правовыми основами адвокатской деятельности. При отмене поручения адвокат должен незамедлительно возвратить доверителю все полученные от последнего подлинные документы по делу и доверенность, а также при отмене или по исполнении поручения – представить доверителю по его просьбе отчет о проделанной работе (ст. 10 КПЭА).

Схожие положения предусмотрены ст. 974 ГК РФ: «…по исполнении поручения или при прекращении договора поручения до его исполнения без промедления возвратить доверителю доверенность, срок действия которой не истек, и представить отчет с приложением оправдательных документов, если это требуется по условиям договора или характеру поручения…».

Но, с другой стороны, ни положения ст. 25 Закона об адвокатуре, ни положения гл. 49 ГК РФ не содержат отсылочные друг к другу нормы.

Почему не договор возмездного оказания услуг?

Что же касается квалификации договора возмездного оказания услуг (гл. 39 ГК РФ) применительно к юридической помощи, то здесь моя позиция однозначна: соглашение об оказании юридической помощи нельзя квалифицировать как договор возмездного оказания услуг.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (ст. 779 ГК РФ).

В п. 2 ст. 779 ГК РФ определено, что правила гл. 39 ГК РФ применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным гл. 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 Кодекса.

Законодатель сразу разграничил природу договора возмездного оказания услуг и договора поручения (гл. 49 ГК РФ).

Более того, в контексте предмета договора возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги.

Возмездное оказание услуг носит личностный характер исполнения, важное значение имеет то, что исполнитель оказывает услуги лично.

Данный предмет в корне не отвечает публично-правовому характеру отношений, которые присущи адвокатской деятельности (защита в уголовном процессе, представление интересов доверителя в гражданском, арбитражном процессе, во взаимоотношениях с третьими лицами).

Если рассмотреть эту модель договорных отношений, то заказчик (доверитель) обязан дать задание, а исполнитель (адвокат) в рамках соглашения об оказании юридической помощи обязан оказать услуги заказчику.

Но доверитель не может дать конкретное задание адвокату, а последний не может дать обязательство его выполнить.

Адвокат не вправе давать лицу, обратившемуся за оказанием юридической помощи, или доверителю обещания положительного результата выполнения поручения (п. 2 КПЭА).

Обращаясь к адвокату, доверитель всегда излагает суть юридической проблемы, а адвокат, в свою очередь, определяет характер этой проблемы, ее квалификацию и предлагает доверителю, каким именно правовым способом он окажет квалифицированную юридическую помощь.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 23 января 2007 г. № 1-П отмечено: «…Общественные отношения по поводу оказания юридической помощи в качестве обособленного предмета правового регулирования в действующем законодательстве не выделены – они регламентируются рядом нормативных правовых актов, в систему которых входят нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, в частности, его главы 39…».

В связи с этим отмечается правовая неопределенность в позиции и мнениях отдельных судей КС РФ. В частности, в своем особом мнении к процитированному Постановлению судья КС РФ А.Л. Кононов отметил следующее: «Глава 39 ГК РФ, регулирующая возмездное оказание услуг, носит достаточно общий типовой характер и лишь приблизительно очерчивает круг возможных видов услуг, который может быть весьма разнообразен. Юридические услуги, кстати, в этом перечне отсутствуют. В Федеральном законе “Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации” законодатель исключил первоначальное указание на виды гражданско-правовых договоров (поручение, услуги), заключаемых с клиентом, и это, видимо, не случайно. Природа таких отношений и сложившаяся практика гораздо богаче правовых установлений… Юридическая квалификация их и судебная оценка должны исходить не из формы и названия, а из сути и содержания тех правоотношений, которые они создают».

Исходя из изложенного выше, не могу согласиться с позицией относительно правовой природы соглашения об оказании юридической помощи, высказанной заместителем министра юстиции РФ Денисом Новаком в выступлении 20 апреля 2018 г. на конференции в Общественной палате РФ: «…юридические услуги – это гражданско-правовая ипостась той деятельности, которая составляет оказание юридической помощи, и с точки зрения ГК РФ соглашение с доверителем об оказании юридической помощи является договором оказания услуг».

Самостоятельный вид договора

На мой взгляд, по своей правовой природе соглашение об оказании юридической помощи является совершенно самостоятельным гражданско-правовым договором. Полагаю, что это необходимо подчеркнуть путем выделения предмета соглашения об оказании юридической помощи в соответствующей статье Закона об адвокатуре.

Договор об оказании юридической помощи предпринимателям и юридическим лицам

Помимо соглашений об оказании юридической помощи, которые носят, как правило, разовый характер исполнения поручения, адвокаты заключают договоры об оказании юридической помощи с предпринимателями, предприятиями и организациями, носящие долгосрочный характер.

Такие договоры именуются, например, договором о правовом обслуживании предприятий и организаций либо абонентским договором и т.д. К сожалению, понятие и вид данных договоров также не определены в Законе об адвокатуре. И зачастую, с точки зрения бухгалтерского учета, ежемесячное правовое обслуживание предприятия оформляется актами выполненных работ, без которых у организации-клиента отсутствуют основания для оплаты работы. Резонно возникает вопрос, как квалифицировать данный вид гражданско-правового договора о долгосрочном правовом обслуживании организации?

Отсутствие правовой регламентации развернутого предмета соглашения об оказании юридической помощи, квалификации вида договора об оказании юридической помощи, а также понятия и вида договора об оказании юридической помощи предпринимателям и юридическим лицам является пробелом в Законе об адвокатуре, который необходимо устранить.

Предложения

Подытоживая, предлагаю внести в Закон об адвокатуре изменения следующего содержания:

  • указать на то, что соглашение об оказании юридической помощи является самостоятельным видом гражданско-правового договора;
  • дополнить ст. 25 понятием «предмет соглашения об оказания юридической помощи»;
  • ввести новую ст. 25.1 «Договор об оказании юридической помощи предпринимателям и юридическим лицам».

Указанные изменения будут направлены на усиление независимости института адвокатуры в Российской Федерации и исключат разногласия в юридическом и судейском сообществе по вопросу квалификации соглашения об оказании юридической помощи.

Статья 6. Полномочия адвоката

1. Полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, а также в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.

2. В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности. Никто не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления соглашения об оказании юридической помощи (далее также - соглашение) для вступления адвоката в дело.

3. Адвокат вправе:

1) собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и иных организаций в порядке, предусмотренном статьей 6.1 настоящего Федерального закона. Указанные органы и организации в установленном порядке обязаны выдать адвокату запрошенные им документы или их копии;

(пп. 1 в ред. Федерального закона от 02.06.2016 N 160-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

2) опрашивать с их согласия лиц, предположительно владеющих информацией, относящейся к делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь;

3) собирать и представлять предметы и документы, которые могут быть признаны вещественными и иными доказательствами, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации;

4) привлекать на договорной основе специалистов для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юридической помощи;

5) беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность (в том числе в период его содержания под стражей), без ограничения числа свиданий и их продолжительности;

6) фиксировать (в том числе с помощью технических средств) информацию, содержащуюся в материалах дела, по которому адвокат оказывает юридическую помощь, соблюдая при этом государственную и иную охраняемую законом тайну;

7) совершать иные действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации.

4. Адвокат не вправе:

1) принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случае, если оно имеет заведомо незаконный характер;

2) принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случаях, если он:

имеет самостоятельный интерес по предмету соглашения с доверителем, отличный от интереса данного лица;

участвовал в деле в качестве судьи, третейского судьи или арбитра, посредника, прокурора, следователя, дознавателя, эксперта, специалиста, переводчика, является по данному делу потерпевшим или свидетелем, а также если он являлся должностным лицом, в компетенции которого находилось принятие решения в интересах данного лица;

состоит в родственных или семейных отношениях с должностным лицом, которое принимало или принимает участие в расследовании или рассмотрении дела данного лица;

оказывает юридическую помощь доверителю, интересы которого противоречат интересам данного лица;

3) занимать по делу позицию вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда адвокат убежден в наличии самооговора доверителя;

4) делать публичные заявления о доказанности вины доверителя, если тот ее отрицает;

5) разглашать сведения, сообщенные ему доверителем в связи с оказанием последнему юридической помощи, без согласия доверителя;

6) отказаться от принятой на себя защиты.

5. Негласное сотрудничество адвоката с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, запрещается.

Беков Якуб

В пояснительной записке к проекту федерального закона указано: «Законопроект устанавливает возможность участия в деле, рассматриваемом по правилам ГПК РФ, АПК РФ, КАС РФ, наряду с представителем поверенного, объем полномочий которого существенно меньше, чем у представителя, поэтому требование о наличии высшего юридического образования к нему не предъявляется (проектируемые статья 54.1 ГПК РФ, статья 63.1 АПК РФ, статья 58.1 КАС РФ)».

Такая краткая формулировка не дает представления о мотивах предлагаемой новеллы. Достижению каких целей поспособствует новый процессуально-правовой институт?

Упоминание термина «поверенный» в действующих законах встречается только в нормах гл. 49 ГК РФ «Поручение». Поверенный в гражданско-правовом смысле – это лицо, обязующееся совершить от имени и за счет другого лица (доверителя) определенные юридические действия (здесь и далее выделено мной. – Я.Б.) (п. 1 ст. 971 ГК РФ). Подчеркнем, что речь идет именно о юридических действиях, создающих для доверителя права и обязанности.

Как известно, договор поручения – одна из наиболее распространенных форм урегулирования отношений по оказанию юридических услуг, следовательно, «поверенным» в этом смысле является всякий юрист, адвокат, совершающий юридические действия в интересах доверителя. Иными словами, в гражданско-правовом смысле каждый судебный представитель является поверенным, выполняя соответствующее поручение доверителя.

Предложение ввести понятие «поверенного» в процессуальное законодательство не может не вызвать вопрос о содержании такого понятия с точки зрения теории гражданского процесса. К числу субъектов процессуальной деятельности теория относит суд и участников процесса, которые подразделяются на лиц, участвующих в деле, и лиц, оказывающих содействие правосудию.

Исходя из предлагаемых ВС РФ в новой ст. 54.1 ГПК РФ формулировок, поверенный – зависимый от лица, участвующего в деле (не имеющий личного интереса к процессу), субъект процесса, вступающий в дело только совместно с представителем: «При ведении гражданского дела представителем к участию в деле может быть допущен поверенный лица, участвующего в деле» (ч. 1 предлагаемой ст. 54.1 ГПК РФ); «Поверенный допускается к участию в судебном заседании только вместе с представителем лица, участвующего в деле» (ч. 2 предлагаемой ст. 54.1 ГПК РФ).

Каковы же полномочия поверенного? Вот что предлагает ВС РФ: «Поверенный вправе давать объяснения суду в устной или письменной форме, получать адресованные лицу, участвующему в деле, судебные извещения и вызовы, копии судебных актов и не обладает иными полномочиями, предусмотренными статьей 54 настоящего Кодекса» (ч. 2 предлагаемой ст. 54.1 ГПК РФ).

Таким образом, можно безошибочно утверждать, что поверенный – это очень усеченная модель представителя:

  • поверенный, как и представитель, относится к числу лиц, содействующих правосудию;
  • объем полномочий представителя полностью поглощает полномочия поверенного;
  • в отличие от представителя, поверенный не может самостоятельно принять на себя обязанности вести дело от имени и в интересах лица, участвующего в деле, не может вступить в процесс и действовать отдельно от представителя.

В таком случае стоит ли отдельных законодательных усилий «создание» такого нового субъекта процесса?

Вот и Правительство РФ обратило внимание на этот вопрос. В заключении (замечаниях) на законопроект указано, что «требует аргументированного обоснования необходимость установления в процессуальном законодательстве института поверенного и участия последнего обязательно совместно с представителем, поскольку предлагаемый механизм участия поверенного в деле может повлечь увеличение судебных издержек, в то время как его полномочия ограничены лишь правом дачи пояснений по иску и правом получать адресованные лицу, участвующему в деле, судебные извещения и вызовы, копии судебных актов».

Оставим в стороне утверждение об увеличении судебных издержек в связи с участием поверенного в деле (поскольку выполнение им части функций представителя снижает соответствующую нагрузку на последнего, уменьшая тем самым соответствующие расходы), обратим внимание на требование Правительства РФ аргументировать обязательное участие поверенного в деле совместно с представителем.

На практике помощник юриста или адвоката (как правило, не имеющий высшего юридического образования) наделяется лицом, участвующим в деле, полномочиями технического характера для решения вне рамок судебного заседания вопросов, связанных с рассмотрением дела. Однако в законопроекте предлагается наделить поверенного также полномочиями процессуального-правового характера – правом давать объяснения суду, что является одним из элементов судебного представительства, которое не может (в рамках предлагаемого ВС РФ в рассматриваемом законопроекте профессионального судебного представительства) осуществляться лицом, не имеющим высшего юридического образования.

Свою позицию в отношении законопроекта также выразило Правовое управление Государственной Думы: «Проектом вводится новый процессуальный субъект – “поверенный” с неопределенным процессуальным статусом (он допускается к участию в судебное заседание только вместе с представителем лица, участвующего в деле, и обладает ограниченными полномочиями, основанными на выданной лицом, участвующим в деле, доверенности, которые сводятся исключительно к даче объяснений суду в устной или письменной форме и получению адресованных участнику процесса судебных извещений и вызовов, копий судебных актов). Также неясны процессуальные последствия совершенных поверенным действий и их доказательственное значение для суда».

Участие представителя в деле – это и участие в доказательственной деятельности, предпосылкой которой является дача объяснений суду. Рассматривать дачу объяснений суду как сугубо техническую функцию невозможно, поскольку такого рода процессуальная деятельность может иметь определенные правовые последствия для лица, участвующего в деле. Предоставление поверенному полномочий сугубо правового характера, дублирующих полномочия представителя, скорее разрушает существующий институт представительства в процессе, нежели создает новый правовой институт поверенного.

Обращает на себя внимание и правовая позиция Федеральной палаты адвокатов РФ относительно предложенного законопроекта: «разумным видится введение института поверенного, который может представлять в процессе судопроизводства интересы лиц, участвующих в деле, выполняя технические функции: получение судебных актов, извещений и вызовов, представление объяснений. В судебном заседании поверенный участвует только совместно с представителем. Наличие поверенного позволяет оптимизировать расходы лиц, участвующих в деле, на судебное представительство, повышает статус профессионального представителя, допускаемого к участию в судебном разбирательстве (п. 26 ст. 1, п. 21 ст. 2, п. 30 ст. 3 законопроекта). Вместе с тем представляется, что “технические” полномочия поверенного должны быть определены в законе более детально. Например, к ним должно быть отнесено право знакомиться с материалами дела, снимать с них копии, представлять документы от имени доверителя и т.д.».

Подытожить изложенное можно следующими соображениями теоретического и прикладного характера.

Во-первых, следует дополнить полномочия поверенного, предусмотренные законопроектом, правами, необходимыми для отслеживания хода процесса и взаимодействия с судом от имени доверителя вне судебного заседания, оставив функции по судоговорению и доказыванию только представителю.

Во-вторых, перечень «технических» полномочий поверенного в случае появления обсуждаемого правового института необходимо дополнить с учетом предложений ФПА РФ. Общий перечень полномочий поверенного может быть сформулирован так: получать адресованные доверителю судебные извещения и вызовы; знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии; подавать замечания на протокол судебного заседания; получать копии судебных актов; представлять интересы доверителя перед работниками аппарата суда, помощниками и секретарями судей.

В-третьих, привлечение к делу поверенного в действительности позволит снизить судебные расходы лица, участвующего в деле, на решение технических задач, которые и на практике решаются силами не имеющих еще высокой правовой квалификации (и высшего юридического образования) помощников юристов или адвокатов.

Наконец, и это, пожалуй, единственное практическое значение законопроекта в рассматриваемой части, – введение правового разграничения полномочий поверенного и представителя несомненно будет способствовать повышению значимости и статуса профессионального судебного представительства, без которого невозможна квалифицированная правовая защита в суде.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: