Кто умер в суде
Добавил пользователь Алексей Ф. Обновлено: 07.09.2024
Суд частично удовлетворил иск жительницы Ахтубинска Лидии Медведевой, которая стала вдовой из-за халатности врачей. Сергей Медведев в возрасте 60 лет дважды обращался в поликлинику в июне 2020 года с жалобами на кашель и боли в грудной клетке, сообщил, что контактировал с больными ковидом, однако врачи отказали ему в тестировании на коронавирус и выписали лечение от ОРВИ. В конце июня он попал в больницу в тяжелом состоянии, 22 июня ему назначили первые анализы, в тот же день Медведев умер.
Для подачи иска в суд достаточно столкнуться с ненадлежащим оказанием медицинской помощи, даже если она не повлекла за собой причинение тяжкого вреда здоровью или летальный исход, заявил "Газете.Ru" Сергей Броницкий — адвокат, занимавшийся делом Медведевых.
"В стационаре ему не делали КТ, потому что был сломан аппарат, не приходил реаниматолог, кислород давался в кратно низком объеме, не переводили на ИВЛ, не брали кровь на анализ, некоторые из назначенных препаратов были ему противопоказаны, его ежедневно никто не осматривал", – рассказал он.
В суд вдова обратилась 8 июня 2021 года, решение было вынесено 18 октября.
"Любой дефект при оказании медпомощи может стать поводом для иска в суд. Но огромное значение имеет количество и значимость этих дефектов для взыскиваемой суммы. Если вовремя не был сделан ПЦР-тест или КТ, то невозможно оценить степень поражения легких, сформировать тактику лечения вовремя, а значит, ненадлежащее оказание услуг влечет ответственность, так как несет последствия для здоровья", – пояснил Броницкий.
Он уточнил, что тяжкий вред здоровью, как правило, влечет уголовную ответственность. Однако судмедэкспертиза не установила прямую причинно-следственную связь между смертью мужчины и отказом в анализах, а также неверно назначенным лечением, поэтому уголовное дело было прекращено.
Как получить компенсацию: пошаговая инструкция юристов
Исковое заявление подается к конкретной больнице или поликлинике, в качестве ответственных третьих лиц выступают Минфин и Минздрав – именно с них взыскивается присужденная сумма компенсации, сообщил Броницкий. "Они причисляют эту сумму конкретному медучреждению вместе с исполнительным листом из суда", – добавил он.
Эксперт пояснил, что для подачи иска в суд по последствиям некачественной медпомощи при коронавирусе необходимо описать случившееся и юридически заверить заявление, сделать запрос на всю медицинскую документацию по пациенту в ту поликлинику или больницу, куда он обращался.
"Это необходимо, чтобы выяснить, чем человек болел до обращения с симптомами COVID-19, а также иметь документы, доказывающие факт обращения в медучреждение", – уточнил адвокат.
Далее необходимо получить историю болезни из стационара, если по подозрению на коронавирус человек попал в больницу. Также нужно запросить выписку у скорой помощи, если она забирала пациента, и написать обращение в Минздрав, чтобы ведомство начало свою проверку. На это обычно уходит около месяца.
"После этого пишут запрос в страховую компанию, чтобы она провела независимую проверку параллельно с Минздравом. Только когда выявлены дефекты оказания медпомощи, пора писать обращение в суд для компенсации морального вреда. По закону у каждой инстанции есть 30 дней на предоставление заключения", – подчеркнул Броницкий.
У истца на сбор всех документов перед подачей иска уходит в среднем от полутора до трех месяцев, 2-3 недели на рассмотрение и написание обоснованного иска, извещение всех сторон, включая Минздрав и прокуратуру.
"Подобные дела проходят как гражданские иски, так как в уголовных отказывают. Происходит это потому, что коронавирус – очень новая и малоизученная болезнь, и доказать причинно-следственную связь с осложнениями, вызванными действиями медперсонала, очень сложно, так как бьет эта болезнь по каждому пациенту по-своему. Из-за этого был создан отдельный комитет по расследованию ятрогенных преступлений", – резюмировал эксперт.
С его мнением согласился адвокат по гражданским и уголовным делам Владимир Савинов: самое сложное в получении компенсации при обращении в суд из-за неверного лечения ковида – доказать степень врачебных ошибок.
"У меня было несколько обращений в суд с иском от родственников умершего от коронавируса, а также при получении пациентом тяжелых последствий для его здоровья в результате несвоевременно принятых медиками мер. Общее в этих случаях одно. Фактически должна быть доказана причинно-следственная связь между действиями медика и вредом, для этого проводится судебно-медицинская экспертиза. Если развитие заболевания несколько отклоняется от нормального и не очевидно, была ли возможность избежать развития осложнения, экспертиза не подтверждает связи между медпомощью и последствиями, суд может отказать в компенсации или значительно ее снизить по отношению к заявленной", – пояснил Савинов.
Ранее потерявшие родственников из-за ненадлежащей медпомощи при коронавирусе получали не более 50 тыс. рублей моральной компенсации.
Так, в августе 2021 года в Башкирии местной жительнице выплатили 50 тыс. за смерть мужа-врача от COVID-19 – это была первая выплата по подобному случаю.
В сентябре Шатурский горсуд Московской области взыскал с местной больницы 50 тыс. рублей моральной компенсации в пользу родственников скончавшейся от коронавируса пациентки.
"Еще одна ошибка родственников и пациентов – они могут не указать, в чем конкретно выразился моральный вред, не представить никаких доказательств его причинения. Это еще одна причина, по которой иски не удовлетворяют или присуждают значительно заниженную компенсацию", — уточнил Савинов.
По его опыту, дела по обращениям в суд из-за некорректной медпомощи при ковиде, как правило, проходят по статьям 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ – все они регламентируют основания, способы и размеры компенсации морального вреда. То, что доказать степень врачебной ошибки в любой сфере оказания медпомощи очень сложно, подтвердил юрист Александр Добровинский.
"У нас бывает 2-3 процесса в месяц, связанных с некачественным оказанием медицинских услуг. Каждый организм по-своему реагирует на то или иное лечение. Каждый раз нужно доказывать, что лечили "не так" и что после выхода из поликлиники, где не стали делать тест на коронавирус, на человека не чихнули и не заразили до того момента, как он все-таки сделает тест. Судиться с врачами крайне трудно, это абсолютно бесперспективное занятие. Если нет точных доказательств того, что врач ошибся – например, забыл в теле при операции тампон или еще что-то крупное", – пояснил он "Газете.Ru".
Утром 23 июня стало известно о смерти Юрия Шатунова. Солист "Ласкового мая" и один из героев эпохи скончался в возрасте 48 лет в результате обширного инфаркта. Согласно первым данным, музыканту стало плохо вечером в среду, Шатунова повезли в больницу и он умер в машине скорой помощи. По другой версии, Шатунов умер в приемном покое Домодедовской больницы, где врачи пытались его реанимировать более полутора часов, но безуспешно.
РЕН ТВ связался с директором Юры Шатунова Аркадием Кудряшовым. Менеджер был рядом с певцом в последние часы его жизни.
Почему друзья сами повезли Шатунова в больницу
Шатунов отдыхал в компании друзей в подмосковном Домодедове. Внезапно ему стало плохо. Кудряшов объясняет, что позвонил в скорую помощь. Менеджеру посоветовали везти Шатунова в больницу самим.
Мы стали говорить: "Что делать?" Она говорит, эта дежурная: "Лучше вы, если можно, сами везите. Просто вы будете долго ждать". Все. Вот такой был ответ Директор Юрия Шатунова Аркадий Кудряшов
Состояние Шатунова резко ухудшалось. На кадрах, которые есть в распоряжении РЕН ТВ, видно, как друзья буквально на руках выносят его из машины и заводят в местную больницу.
Шатунова осмотрели и сказали, что могут не довезти до Домодедовской ЦРБ
Бригада скорой помощи все же доехала до Шатунова, но только через полчаса. Как оказалось, медики приехали в больницу с опозданием, поскольку изначально ехали на места первого вызова.
Источник РЕН ТВ в медицинских кругах отметил, что к Шатунову прибыла квалифицированная врачебная бригада для оказания помощи в случае сердечного приступа. По словам Кудряшова, врач осмотрела артиста и предупредила: его могут не успеть довезти до больницы. Несмотря на риск, Шатунова надо было спасать.
Сердце Шатунова остановилось в скорой
Кудряшов заявил, что остановка сердца у Шатунова произошла в машине скорой помощи. До этого мероприятий по стабилизации состояния артиста не проводилось. Как пояснил директор певца, медики пытались его реанимировать при помощи массажа сердца, без дефибриллятора и другого оборудования.
По данным источника РЕН ТВ, перед тем как увезти Шатунова в больницу, ему сделали ЭКГ. По ее результатам выявили такие показания, при которых проводить дефибрилляцию было нельзя.
Не доезжая одной минуты буквально до подъезда больницы он умер Директор Юрия Шатунова Аркадий Кудряшов
Шатунова привезли в больницу чуть позже полуночи и отправили в приемный покой. По словам Кудряшова, туда сбежалась вся больница. Но Юрий уже был мертв.
"Они типа его "запустили", как они говорят, и они, когда его вывозили, ну, это с их слов все, в реанимацию, он умер прямо, и повторная была у него смерть", – пояснил директор певца.
В имеющихся нестыковках в версиях госпитализации Шатунова, вероятно, предстоит разобраться компетентным органом. Пока точно неясно, почему медики отказались использовать дефибриллятор, когда певец умирал.
Возможно ли было успеть спасти Шатунова?
Главврач Домодедовской ЦРБ Андрей Осипов рассказал, что Шатунова привезли в состоянии клинической смерти. Бригада врачей реанимировала его на протяжении почти двух часов. Но их усилия успехом не увенчались. По словам Осипова, инфаркт у Шатунова был "несвежий".
"Это примерно была суточная давность. То есть он уже сутки ходил в таком состоянии и наступило резкое ухудшение", – заявил главврач.
Директор Шатунова отметил, что не винит медиков в смерти артиста. Как ему сказали, при диагнозе, который поставили певцу, выживаемость – всего 1 процент.
Нам говорят, что ни одна, даже если была бы супермегабригада, в это время бы оказалась, они бы его не спасли. Нам сказали, что это очень тяжелый случай Директор Юрия Шатунова Аркадий Кудряшов
В России самая строгая мера против преступников – тюрьма, в США (в отдельных штатах) – смертная казнь. В разные времена и эпохи применяли крайне жестокие пытки и казни. Но история знает и не такое. Суды post-mortem (термин от лат. «после смерти») проводятся до сих пор, а иногда умершие ещё и несут наказание.
«Трупный синод» – самый страшный суд в истории
Один из самых громких посмертных судов провели над папой Формозом. Произошло это в январе 897 года в базилике Святого Иоанна Латеранского в Риме. История имела политический контекст: в те времена велась борьба за власть.
Формоз был папой с 891 по 896 год, пока он не умер. Смерть его произошла по неустановленным причинам. Бонифаций VI – следующий папа – был на престоле 15 дней и тоже умер. Тогда папой стал Стефан VI. Именно он затевает суд над Формозом. Причины – ложное папство, вероломство, то есть всё то, что объективно доказать было нельзя.
Формоз мёртв, как его судить? Тело папы извлекли, нарядили в облачение и посадили на трон. У него даже был адвокат (который по понятным причинам не мог эффективно защищать безмолвного Формоза, а за троном, имитируя речь усопшего, находился священнослужитель, который отвечал на вопросы. В итоге Формоза признали виновным, а все его приказы и распоряжения были аннулированы. Над его телом надругались и сбросили в реку. Оттуда он был выловлен монахом и похоронен. А Стефана за такое злодеяние сами жители заключили в тюрьму без суда и там задушили. После этого любая форма «Трупного синода» была запрещена, а Формоза реабилитировали и похоронили повторно со всеми почестями.
Реабилитация после смерти
Другой процесс, прошедший уже после смерти его фигурантки, – реабилитация Жанны Д'Арк. Несмотря на наличие политической воли, процесс поддерживал Карл VII, который был заинтересован в нём с точки зрения имиджа: процедура заняла целых шесть лет, в том числе из-за трудностей юридического характера. Было непонятно, кто должен отменять приговор, который изначально вынесли епископский суд и инквизиция. На статус кассации из-за сложностей церковной системы претендовали сразу несколько учреждений. Кроме того, никто не знал, как проводить реабилитацию: церковные трибуналы не занимались этим фактически никогда. В итоге просьба о пересмотре дела исходила формально от родственников осуждённой, процесс, который носил международный характер, рассматривала самая высокая инстанция – Римская курия (а не менее авторитетный французский суд). По делу допросили почти два десятка свидетелей.
Материалы передали адвокатам Римской курии, которые нашли в них поводы оправдать Жанну Д'Арк. Например, они заметили, что епископ был неправомочен её осуждать, заметили, что подозреваемой не дали защитника, а также использовали недозволительные методы следствия, а заодно заметили, что в сложившихся обстоятельствах носить мужской костюм – это не преступление. Быстро завершить дело помешала политика, но после смены папы начал работать реабилитационный трибунал, опросивший десятки свидетелей и составивший очень подробное описание жизни Жанны Д'Арк. После окончания следствия истцами были брат осуждённой и поверенный семьи. Ответчиков в процессе не было. Жанну реабилитировали, аннулировав все приговоры.
Загадка Дикого Запада
В США тоже можно найти пример посмертного процесса. Это дело шерифа Генри Пламмера. Пламмер приехал в Nevada City в 30-х годах XIX века – в период «золотой лихорадки». Поработав в книжном магазине, он накопил на ранчо, а как человек, пользующийся уважением, был избран, а потом переизбран шерифом и сити-менеджером. Но Пламмер убил человека – мужа своей замужней любовницы. Его признали виновным в убийстве, хотя он настаивал, что оборонялся: ревнивец-муж сам напал на шерифа. После пересмотра дела приговор остался неизменным – 10 лет заключения. Однако выйти Пламмер смог уже год спустя. Помогли обращения горожан к губернатору и ссылки на проблемы со здоровьем у осуждённого.
Два года спустя Пламмер попытался задержать одного из сбежавших из местной тюрьмы и застрелил его. Пламмер сдался полицейским, которые признали, что убийство в этой ситуации было оправданным, но посоветовали экс-шерифу покинуть штат, чтобы у него не возникли проблемы с правосудием. В поисках золота он отправился в другой штат, но и там после ссоры застрелил человека, хотя и снова в рамках самообороны.
В итоге Пламмер решил вернуться на родину – в штат Мейн. По дороге он женился, но вскоре застрелил соперника – бывшего поклонника супруги. Это была самооборона, в очередной раз настаивал Пламмер. Его версию событий подтвердили свидетели, так что наказания не последовало, а Пламмера снова выбрали шерифом. Однако в округе участились случаи убийств и грабежей. В хрониках того времени говорилось о большом количестве жертв. Жители города заподозрили, что новый шериф имеет к этому отношение. Банду раскрыли, а её участников повесили. Один из них сдал Пламмера – «главаря», которого постигла та же участь, хотя никакого судебного процесса по его делу не было. Уже в XX веке, спустя 129 лет, дело Пламмера снова оказалось в центре внимания: в нём выявилось много нестыковок, а число жертв оказалось преувеличено в десятки раз, а Пламмер, скорее всего, был не преступником, а жертвой заговора бандитов. В мае 1993 года посмертное заседание по его делу состоялось в Вирджинии. Голоса присяжных разделились поровну. Если бы Пламмер был жив, то это означало бы оправдание.
Другие посмертные суды
Для посмертных судов в России, к счастью, обвиняемых не выкапывают, зато и тут можно найти относительно недавние «посмертные» дела. По ст. 24 УПК смерть подозреваемого или обвиняемого является основанием для прекращения уголовного преследования. Исключением является производство, которое необходимо для реабилитации умершего.
Ещё один фигурант уголовного дела, которое продолжилось и после его смерти, – Сергей Магнитский. Юриста Firestone Duncan обвинили в разработке схемы по уклонению от уплаты налогов. Сумма, по версии следствия, превышала 522 млн руб. Магнитского задержали в 2008 году. А в 2009 году Магнитский умер в больнице СИЗО «Матросская тишина». Причина – токсический шок и острая сердечная недостаточность. Родные юриста инициировали уголовное дело, они считали, что ему не оказали должную помощь. Но доказать это не смогли, поэтому дело было прекращено. Чего нельзя сказать о деле против самого консультанта. В конце ноября 2009 года дело против Магнитского закрыли, но уже в 2011 году возобновили. «Правовые основания посмертного уголовного преследования Сергея Магнитского как минимум сомнительны, власти должны положить этому конец», – комментировала международная правозащитная организация Amnesty International (цитата – «Радио Свобода»). Летом 2013 года Магнитского признали виновным посмертно.
Ещё один необычный суд был над Сергеем Москаленко – бывшим федеральным судьёй из Омска. Его обвинили в получении взятки от предпринимателя. Но к моменту вынесения обвинения и судья, и предприниматель были мертвы. Москаленко покончил с собой сразу после того, как получил уведомление о том, что квалифколлегия рассмотрит ходатайство следователей о его аресте. Суд над судьёй (особенно мёртвым) – дело отнюдь не простое. СКР пытался добиться согласия ВККС на привлечение судьи к ответственности. Но коллегия не согласилась. Вопрос о привлечении судьи даже доходил до Верховного суда. Первоначально СКР подозревал судью в получении взятки в 8 млн руб. от девелопера Виктора Берга, а после его обвинили ещё и в убийстве Берга. В итоге после нескольких кругов судью всё же удалось признать обвиняемым по уголовным делам. При этом дело должны были закрыть из-за смерти бывшего судьи, но Екатерина Беспалова, его дочь, настояла на продолжении расследования. Она хотела доказать невиновность отца. Но Омский областной суд летом 2018 года признал судью виновным в получении взятки без назначения наказания. Дело прекратили.
Омбудсмен ДНР Морозова сообщила, что британец Полу Ури умер в плену от хронических заболеваний
Presidium Network/PA
В ДНР умер плененный британский наемник Пол Ури, сообщила омбудсмен республики Дарья Морозова в своем Telegram-канале. По ее словам он скончался 10 июля из-за хронических болезней и стресса. В последнее время мужчина содержался в одном из учреждений уголовно-исполнительной системы ДНР.
Уполномоченная по правам человека рассказала, что при первом медосмотре иностранного военного у него выявили несколько хронических заболеваний. В том числе – инсулинозависимый диабет, поражение дыхательной системы, почек и несколько заболеваний сердечно-сосудистой системы.
«С нашей стороны, несмотря на тяжесть вменяемого преступления, Полу Ури была оказана соответствующая медицинская помощь», – утверждает Морозова.
По ее словам, британские власти, международные организации и СМИ никак не отреагировали на содержание Ури в плену в ДНР, хотя знали об этом. «Более того, [власти Великобритании] не предоставили необходимые медицинские препараты по линии МККК», – подчеркнула омбудсмен. По ее словам, такое безразличие к судьбе британца подорвало его психическое состояние.
По данным Telegram-канала «Подъем», мать мужчины рассказывала СМИ, что ее сын – волонтер, страдает диабетом и ему необходим инсулин.
Омбудсмен ДНР в своем посте также заявила, что Ури взяли в плен еще в апреле якобы при попытке прорваться через блокпост, который контролируется военными республики. Морозова также заявила, что Ури был профессиональным военным (участвовал в операциях в Афганистане, Ираке, Ливии) и занимался рекрутингом и обучением наемников для Вооруженных сил Украины. Мать Пола Ури Линда сообщала в беседе со Sky News, что ее сын не смог вступить в армию, поэтому принял решение работать в гуманитарной сфере. Линда также рассказывала, что ее сын «семейный человек с детьми».
Юрист и ведущий телепередачи «Суд присяжных» Валерий Степанов скончался на 67-м году жизни. Согласно другу и партнеру юриста по шоу Рубену Маркарьяну, Степанов, находившийся в больнице с коронавирусом, умер утром 28 октября.
Он добавил, что на протяжении десяти лет снимался вместе со Степановым в ряде телевизионных проектов, включая «Суд присяжных», «Окончательный вердикт» и «Главное дело», а также работал с ним в настоящих судах.
«Можно хоть 100 раз окончить курсы актерского мастерства, но роль судьи не сыграешь. Мы шутили между собой, что нам несложно играть самих себя, поэтому на площадке мы — как судья и юрист — спорили по-настоящему. Конечно, готовились на брифингах перед съемками, но было много чего импровизационного, в том числе его решение по роспуску коллегии присяжных или его реплики с прокурором.
Кроме того, мы и в настоящих судах вели вместе ряд дел как адвокаты, работали в одном офисе долгое время. Мы с ним говорили на одном языке», — рассказал Маркарьян.
По словам юриста, ему было приятно работать со Степановым, которого отличало умение слушать и ценить дружбу.
«Что важно для меня, он не стеснялся соглашаться с аргументацией — моей или других коллег. Степанов умел слушать, ценить дружбу и находить рациональное зерно, подкрепленное аргументами, что для юриста — хорошее качество, — вспомнил он. — Я всегда на неформальных мероприятиях говорил про Валерия Ивановича один и тот же тост, что такого человека, как он, хорошо бы иметь в родственниках. И вот сегодня я родственника потерял».
Она также отметила, что юрист, будучи ведущим популярного судебного шоу, пытался продвигать в его рамках «принципы законности», которые не всегда встречаются в настоящих судах.
«Это был потрясающий человек, профессионал с большой буквы, справедливый, добрый, с потрясающим чувством юмора, — отметила Беликова. — Человек, который пытался на телевизионном шоу каким-то образом проповедовать принципы законности, которые, может быть, не всегда у нас встречаются в судах. Человек, которого любили все. Это наш друг и старший наставник, который был примером для нас во всем».
Автор статьи
![Куприянов Денис Юрьевич Куприянов Денис Юрьевич](/person.jpg)
Читайте также:
- Документ удостоверяющий что лицо или его имущество состоят под особой охраной государственной власти
- Кто такой адвокат составьте два предложения объясняющих это понятие
- Кто из немецких мыслителей считал что государство должно быть правовым с разделением властей
- Реферат приговор суда как вид делового документа уголовного судопроизводства
- Могут ли по судебному приказу снимать все деньги с зарплатной карты