Как проходили сталинские суды
Добавил пользователь Morpheus Обновлено: 07.09.2024
Многих удивит тот факт, что в современной России количество оправдательных приговоров суда редко превышает 0,8%, тогда как в разгар Большого террора эта цифра достигала 13%. В чем причина такого контраста?
В своей книге «Опричники Сталина» Алексей Тепляков приводит следственную статистику по Западносибирскому краю за 1935-1936 годы. В период с 20 декабря 1935-го по 20 апреля 1936 года там было возбуждено следствие по 1100 «контрреволюционным» делам, по которым были привлечены 2 470 человек. В ходе расследования органами НКВД были прекращены дела 9,5% подозреваемых, еще 6,7% арестованных оправдала прокуратура. Высокий процент оправдательных приговоров в сталинское время может быть объяснен большим количеством обвинений, которые зачастую выносились скоропалительно – из-за чрезмерного усердия работников правоохранительных органов или поспешных выводов следствия. Подобные дела, уходившие в прокуратуру, нередко решались в пользу обвиняемого.
Историк Павел Пряников, акцентируя внимание на феномене сталинской эпохи, отмечает, что высокий процент оправдательных приговоров был только в народных судах, но он никак не касался работы знаменитых «троек», где подсудимый фактически не имел шансов на оправдание, даже если его вина не была доказана.
Процент оправдательных приговоров, вынесенных репрессивным органом, был ничтожно мал – 0,03%. Другими словами, это 500 оправдательных решений на 1,5 млн обвинений. Как известно, «тройки» развернули свою деятельность 30 июля 1937 года после выхода приказа НКВД №00447 по репрессированию «антисоветских элементов». Судебная, а точнее внесудебная процедура, осуществляемая «тройками», была до предела проста: 5-10 минут длилось слушание, подсудимому разъясняли его права, а дальше - смертный приговор, который объявлялся непосредственно пред казнью.
А кто же попадал в редкую категорию оправданных? По словам Павла Пряникова, из-за того, что «тройки» работали в авральном режиме, иногда терялись документы, путались фамилии или просто не находились люди. Такие дела переправлялись в суд, где у обвиняемого было несравненно больше шансов. Около 4% дел прекращали из-за окончания срока следствия, который тогда ограничивался двумя месяцами.
И все-таки приговоры «троек» были временным явлением. После их ликвидации высокий процент судебных оправдательных постановлений в сталинскую эпоху сохранился. Такой показатель справедливо сравнить с тем, который имеет место в современной России. Возможно, причина колоссальной разницы между количеством оправдательных приговоров двух эпох кроется не столько в гуманности сталинской судебной системы, сколько в особенностях российского судопроизводства. К примеру, сегодня в странах Евросоюза показатель оправдательных приговоров колеблется от 5% до 17%, что сопоставимо с данными по СССР конца 1930-х годов.
Самый низкий показатель по числу решений в пользу обвиняемого в России наблюдался в 1993 году – 0,3%, к 2003 году он достиг отметки 0,8%. Но затем снова стал падать. В конце 2015 года официальный представитель Следственного комитета России Владимир Маркин докладывал, что процент оправдательных приговоров по уголовным делам не превышает 0,2%. Адвокат и правозащитник Виолетта Волкова отмечает, что фактически показатель оправдательных приговоров в России меньше, так как, к примеру, в случаях с разбирательством по поводу бытовой ссоры суд зачастую просто прекращает производство из-за отсутствия доказательств. Отмена подобных приговоров Верховным судом происходит по формальным показаниям.
Правозащитник обращает внимание на то, что одна из причин такого низкого числа оправдательных приговоров может быть связана с правом незаконно осужденного на реабилитацию. Во-первых, после оправдания прокурор должен принести пострадавшему публичные извинения, во-вторых, такой человек имеет право на денежное возмещение понесенного ущерба. Наша судебная система в отличие от западной пока не готова к введению подобной практики. Юристы часто ссылаются на такую статью в российском законодательстве, как «незаконное привлечение к уголовной ответственности». По ней должны проходить все, кто причастен к делу, в котором вина подсудимого не была доказана. Но эта статья так и остается на бумаге.
Перечисленное выше, по мнению адвокатов, действительно может способствовать тенденции уменьшения количества приговоров в пользу обвиняемого. Сталинское время не было обременено издержками российского судопроизводства, что сказывалось на высоких показателях оправдательных приговоров.
Нужно сказать, что малое количество оправдательных приговоров в современной России отчасти компенсируется небольшим числом реальных тюремных сроков. Так, за последние годы к лишению свободы приговаривалось чуть более 30% подсудимых, примерно для 68% история заканчивалась обвинительным приговором, после которого они выходили на свободу (им либо засчитывался срок, проведенный в СИЗО, либо назначалось условное наказание).
Отчасти картину меняют вердикты суда присяжных, который оправдывает около 15% подсудимых. Впрочем, по подсчетам журналиста Олега Лурье, оправдательные приговоры присяжных отменяются в 800 раз чаще, чем обвинительные. Если учитывать решения суда присяжных, то это лишь немного улучшает статистку по оправдательным приговорам. Так, в 2010 году всего осудили 845 000 человек, а оправдали 9 000. Таким образом, показатель оправдательных приговоров составил 1,065%.
Многих удивит тот факт, что в современной России количество оправдательных приговоров суда редко превышает 0,8%, тогда как в разгар Большого террора эта цифра достигала 13%. В чем причина такого контраста?
Сталинский феномен
В своей книге «Опричники Сталина» Алексей Тепляков приводит следственную статистику по Западносибирскому краю за 1935-1936 годы. В период с 20 декабря 1935-го по 20 апреля 1936 года там было возбуждено следствие по 1100 «контрреволюционным» делам, по которым были привлечены 2 470 человек. В ходе расследования органами НКВД были прекращены дела 9,5% подозреваемых, еще 6,7% арестованных оправдала прокуратура. Высокий процент оправдательных приговоров в сталинское время может быть объяснен большим количеством обвинений, которые зачастую выносились скоропалительно – из-за чрезмерного усердия работников правоохранительных органов или поспешных выводов следствия. Подобные дела, уходившие в прокуратуру, нередко решались в пользу обвиняемого.
Все относительно
А кто же попадал в редкую категорию оправданных? По словам Павла Пряникова, из-за того, что «тройки» работали в авральном режиме, иногда терялись документы, путались фамилии или просто не находились люди. Такие дела переправлялись в суд, где у обвиняемого было несравненно больше шансов. Около 4% дел прекращали из-за окончания срока следствия, который тогда ограничивался двумя месяцами.
Мешает закон
И все-таки приговоры «троек» были временным явлением. После их ликвидации высокий процент судебных оправдательных постановлений в сталинскую эпоху сохранился. Такой показатель справедливо сравнить с тем, который имеет место в современной России. Возможно, причина колоссальной разницы между количеством оправдательных приговоров двух эпох кроется не столько в гуманности сталинской судебной системы, сколько в особенностях российского судопроизводства. К примеру, сегодня в странах Евросоюза показатель оправдательных приговоров колеблется от 5% до 17%, что сопоставимо с данными по СССР конца 1930-х годов.
Самый низкий показатель по числу решений в пользу обвиняемого в России наблюдался в 1993 году – 0,3%, к 2003 году он достиг отметки 0,8%. Но затем снова стал падать. В конце 2015 года официальный представитель Следственного комитета России Владимир Маркин докладывал, что процент оправдательных приговоров по уголовным делам не превышает 0,2%. Адвокат и правозащитник Виолетта Волкова отмечает, что фактически показатель оправдательных приговоров в России меньше, так как, к примеру, в случаях с разбирательством по поводу бытовой ссоры суд зачастую просто прекращает производство из-за отсутствия доказательств. Отмена подобных приговоров Верховным судом происходит по формальным показаниям.
Правозащитник обращает внимание на то, что одна из причин такого низкого числа оправдательных приговоров может быть связана с правом незаконно осужденного на реабилитацию. Во-первых, после оправдания прокурор должен принести пострадавшему публичные извинения, во-вторых, такой человек имеет право на денежное возмещение понесенного ущерба. Наша судебная система в отличие от западной пока не готова к введению подобной практики. Юристы часто ссылаются на такую статью в российском законодательстве, как «незаконное привлечение к уголовной ответственности». По ней должны проходить все, кто причастен к делу, в котором вина подсудимого не была доказана. Но эта статья так и остается на бумаге.
Перечисленное выше, по мнению адвокатов, действительно может способствовать тенденции уменьшения количества приговоров в пользу обвиняемого. Сталинское время не было обременено издержками российского судопроизводства, что сказывалось на высоких показателях оправдательных приговоров.
Нужно сказать, что малое количество оправдательных приговоров в современной России отчасти компенсируется небольшим числом реальных тюремных сроков. Так, за последние годы к лишению свободы приговаривалось чуть более 30% подсудимых, примерно для 68% история заканчивалась обвинительным приговором, после которого они выходили на свободу (им либо засчитывался срок, проведенный в СИЗО, либо назначалось условное наказание). Отчасти картину меняют вердикты суда присяжных, который оправдывает около 15% подсудимых. Впрочем, по подсчетам журналиста Олега Лурье, оправдательные приговоры присяжных отменяются в 800 раз чаще, чем обвинительные. Если учитывать решения суда присяжных, то это лишь немного улучшает статистку по оправдательным приговорам. Так, в 2010 году всего осудили 845 000 человек, а оправдали 9 000. Таким образом, показатель оправдательных приговоров составил 1,065%.
30 июля 1937 года вышел приказ НКВД № 00447. Согласно документу, начиналась общегосударственная кампания против раскулаченных и преступников. Но преследовались не только они, под удар попали крестьяне, рабочие, священники, уголовники. В документе были установлены квоты, сколько людей репрессировать, сколько расстрелять. Этот период еще называют «ежовщиной», по имени народного комиссара внутренних дел Николая Ежова, он и был автором этого секретного приказа.
На Радио «Комсомольская правда» историк, основатель портала «Толкователь.ру» Павел Пряников рассказал, как в то непростое время тысячи человек сумели избежать смерти.
- В 1934-м причиной массовых репрессий послужило убийство Кирова. А в 1937-м?
- До сих пор историки гадают. Причин было несколько. Одна из них – это гражданская война в Испании, которая началась в 1936 году. Сталин увидел, что в этой войне велика роль «пятой колонны» - оттуда и пошло это выражение, кстати. Генерал Франко, поднявший мятеж против законной власти, заставил Сталина задуматься. Это раз.
- А вторая причина?
- Часто говорят, что это паранойя сталинская. Я не очень верю, что просто пришло человеку в голову: давай истребим там 1,5-2 миллиона. Скорее, были рациональные причины.
- А это реальные цифры?
- Да. За 1937-1938 годы через суды и «тройки» прошло по этим обвинениям 1,5 миллиона человек. Это вот пик сталинских репрессий. Из них расстреляны 725 тысяч. Половина.
- Так зачем создавались «тройки»?
- Кто входил в «тройку»?
- Начальник НКВД области, края или республики, секретарь обкома местного и прокурор региона. В среднем уходило 5-7 минут на такой приговор. Просто от следствия приносили папочку, в которой были описаны дела подсудимого и рекомендовано было к нему применить ту или иную меру наказания.
- А какая, как правило, была мера наказания?
- А кому везло и почему?
- Скорее из-за каких-то недоработок следствия, так как приходилось работать в авральном режиме. Путали фамилии, даты рождения. Теряли документы. Часто человека вызывали на «тройку», долго искали его папку. Кричали: «Иванов, Петров». Не находили его документов. Тройка уезжала. Время проходило. Его дело отправляли в суд.
Есть знаменитые процессы 1937-1938 годов, с адвокатами. Они описаны. Сейчас в это не верится, потому что сильно демонизировано то время. Но действительно адвокаты помогали людям, тем, кто по 58 статье шел. Например, прокурор требовал 10 лет или высшую меру наказания, а подсудимые получали 1,5-2 года. И некоторые даже отпускались в зале суда, потому что уже этот срок отсидели.
- А зачем вообще 30 июля 1937 был введен расстрел? Можно же было заключенных использовать для работы.
- Приближенные Сталина считали, что существует немалая группа заядлых врагов, которые будут пытаться всеми мерами продолжать борьбу. А они даже в заточении опасны. И на строительство важных объектов их отправлять, как считалось, тоже нельзя, потому что они были способны на диверсию.
Возрастная категория сайта 18 +
«Суды чести» – созданные в последние годы правления Сталина общественные органы, призванные внедрить партийную идеологию в ряды руководителей министерств и ведомств, научных и технических руководителей, командования армии и флота.
«Судом чести» судили тех, кто совершил предосудительные с точки зрения партийной морали действия. Активно «суды чести» работали на протяжении 1947-1949 годов, всего было создано 82 таких суда.
Зачем Сталину нужны были «суды чести»
После окончания ВОВ с фронта вернулись солдаты и офицеры, которые прошли всю Европу, повидали образ жизни и ценности «проклятого капитализма». Многие вернулись к женам с богатыми трофеями. Сталин усмотрел в этом угрозу для коммунистической идеологии.
Вместе с Секретарем ЦК по идеологии Ждановым они разработали стратегию по борьбе с космополитизмом и преклонением перед Западом. Эти решения совпали с началом холодной войны с западными странами и США, которые от сотрудничества перешли к открытой борьбе с коммунизмом.
Что представлял собой «суд чести» Сталина
Сталин и Жданов в марте 1947 г. разработали и подписали Постановление Совета Министров СССР о создании «судов чести». Они должны были быть созданы в каждом ведомстве и министерстве.
Отличительной особенностью «судов чести» является то, что обвиняемым не предоставлялся адвокат, на них лился поток обвинений в самой жесткой и нелицеприятной форме. В конце процесса после последнего слова обвиняемого с гневной речью выступал общественный обвинитель.
Суд сводился к обличению и не давал обвиняемому выбора – он вынужден был признать свою вину. «Суд чести» мог вынести наказание в виде общественного порицания, общественного выговора, а также мог передать дело в следственные органы.
«Суд чести» над микробиологами Клюевой и Роскиным
Это был первый организованный в Министерстве здравоохранения СССР «суд чести», который прошел 5-7 июня 1947 года. Обвиняемыми стали профессора Клюева и Роскин, которые разработали средство от рака и написали книгу о новом методе лечения.
Сенсационным открытием заинтересовались американцы и предложили ученым сотрудничество. Академик В.Парин отправился в США, где передал американским медикам рукопись книги советских ученых и разработанный препарат. Однако Совет Министров и Политбюро усмотрели в этом преступную деятельность. Парин был арестован как шпион и отправлен в лагерь, а Клюеву и Роскина подвергли «суду чести».
После изнурительных допросов и обвинений Клюевой и Роскину был объявлен общественный выговор за то, что они стали пособниками предателя Родины. На судилище присутствовали 1500 ведущих медиков страны. Коллеги яростно обличали Клюеву и Роскина, которые в конце трехдневного испытания были вынуждены раскаяться в содеянном.
Попранное достоинство, уничтожение авторитета, разрушенная карьера – таково было наказание «суда чести» для перспективных ученых-медиков.
Подробно события освещаются в книге В. Есакова и Е. Левиной «Дело КР. Суды чести в идеологии и практике послевоенного сталинизма», о чем пишет в своих размышлениях о книге д.б.н. М. Голубовский.
«Суд чести» над профессором Жебраком
Еще одно крупное дело сталинского «суда чести» 21-22 ноября 1947 года – профессора Сельхозакадемии им.К.А.Тимирязева А. Жебрака. Ему вменялось в вину то, что он еще в 1945 году в американском издании «Science» подверг критике методы Т. Лысенко, полностью отрицавшего генетику.
В грубой и резкой форме ученого осудили за «антипатриотический поступок», раболепие и низкопоклонство перед буржуазной наукой.
Сведения приводят Э. Жебрак и М. Солнцева в статье «Осуждение и его последствия: материалы «суда чести» над академиком А.Р. Жебраком (1947 г.)», опубликованной в журнале «Историко-биологические исследования» за 2013 год.
«Суд чести» вынес ученому общественный выговор. Он мужественно переносил обвинения в свой адрес, но не мог перенести, что его, коммуниста с 30-летним стажем, обвиняют в проступке против Родины. Жебрак, не выдержав, разрыдался на заседании суда, на котором присутствовало 1100 человек.
Общественный выговор был закреплен в личном деле профессора Жебрака, и на его карьере был поставлен крест. Ученого сняли с должности президента Академии наук БССР, травили на партийных собраниях. И, наконец, уволили, а лабораторию, где он разрабатывал перспективные сорта пшеницы, закрыли.
Так «суд чести» погубил все достижения ученого, который работал на благо Родины над устойчивой к болезням и вредителям пшеницей.
«Суд чести» над адмиралами СССР
Были организованы «суды чести» и над военнослужащими высокого ранга. Адмирал флота Н. Кузнецов занимал пост наркома и главкома ВМФ. Независимость адмирала привела к тому, что на основании доноса его подвергли «суду чести».
Кроме снятого с должности Кузнецова, к судилищу привлекли еще трех высших представителей советского флота – адмиралов Л. Галлера, В. Алафузова и Г. Степанова. Суд состоялся 12 января 1948 года. Об этом пишет д-р ист.н. профессор Юрий Рубцов в статье «Суд чести над победителями», опубликованной на портале «Звезда».
Их обвиняли в преклонении перед иностранным вооружением, а также в том, что они передали бывшим союзникам чертежи торпеды и топографические карты.
Обвинения были абсурдными, так как карты Севастополя были переданы во время Крымской конференции по решению руководства СССР. Чертежи же торпеды передали Черчиллю по личному указанию Сталина.
Сыпались формулировки «раболепство перед иностранщиной», «лизоблюдство», «преклонение перед Западом» – и это против прошедших войну боевых адмиралов.
Приговор «суда чести»: дело адмиралов передавалось в Военную коллегию Верховного суда СССР, которая после рассмотрения дела вынесла жестокий приговор: Алафузову и Степанову – по 10 лет, Галлеру – 4 года лагерей, Кузнецова же сняли с должности и понизили в звании до контр-адмирала.
«Суды чести» проходили во многих ведомствах, научных и медицинских учреждениях, нанося вред советской науке, промышленности, сельскому хозяйству. Хотя формально приговоры не несли уголовных наказаний, но по своему разрушительному действию они не уступали им.
Погубленные карьеры, разрушенное здоровье, уничтоженный авторитет – такие последствия для обвиняемых несли сталинские судилища с красивым названием «суд чести».
Многих удивит тот факт, что в современной России количество оправдательных приговоров суда редко превышает 0,8%, тогда как в разгар Большого террора эта цифра достигала 13%. В чём причина такого контраста?
Сталинский феномен
В своей книге «Опричники Сталина» Алексей Тепляков приводит следственную статистику по Западносибирскому краю за 1935-1936 годы. В период с 20 декабря 1935-го по 20 апреля 1936 года там было возбуждено следствие по 1 100 «контрреволюционным» делам, по которым было привлечено 2 470 человек.
В ходе расследования органами НКВД были прекращены дела 9,5% подозреваемых, ещё 6,7% арестованных оправдала прокуратура. Высокий процент оправдательных приговоров в сталинское время может быть объяснён большим количеством обвинений, которые зачастую выносились скоропалительно – из-за чрезмерного усердия работников правоохранительных органов или поспешных выводов следствия. Подобные дела, уходившие в прокуратуру, нередко решались в пользу обвиняемого.
Всё относительно
А кто же попадал в редкую категорию оправданных? По словам Павла Пряникова, из-за того, что «тройки» работали в авральном режиме, иногда терялись документы, путались фамилии или просто не находились люди. Такие дела переправлялись в суд, где у обвиняемого было несравненно больше шансов. Около 4% дел прекращали из-за окончания срока следствия, который тогда ограничивался двумя месяцами.
Мешает закон
И всё-таки приговоры «троек» были временным явлением. После их ликвидации высокий процент судебных оправдательных постановлений в сталинскую эпоху сохранился. Такой показатель справедливо сравнить с тем, который имеет место в современной России. Возможно, причина колоссальной разницы между количеством оправдательных приговоров двух эпох кроется не столько в гуманности сталинской судебной системы, сколько в особенностях российского судопроизводства. К примеру, сегодня в странах Евросоюза показатель оправдательных приговоров колеблется от 5% до 17%, что сопоставимо с данными по СССР конца 1930-х годов.
Самый низкий показатель по числу решений в пользу обвиняемого в России наблюдался в 1993 году – 0,3%, к 2003 году он достиг отметки 0,8%. Но затем снова стал падать. В конце 2015 года официальный представитель Следственного комитета России Владимир Маркин докладывал, что процент оправдательных приговоров по уголовным делам не превышает 0,2%. Адвокат и правозащитник Виолетта Волкова отмечает, что фактически показатель оправдательных приговоров в России меньше, так как, к примеру, в случаях с разбирательством по поводу бытовой ссоры суд зачастую просто прекращает производство из-за отсутствия доказательств. Отмена подобных приговоров Верховным судом происходит по формальным показаниям.
Правозащитник обращает внимание на то, что одна из причин такого низкого числа оправдательных приговоров может быть связана с правом незаконно осуждённого на реабилитацию. Во-первых, после оправдания прокурор должен принести пострадавшему публичные извинения, во-вторых, такой человек имеет право на денежное возмещение понесённого ущерба. Наша судебная система в отличие от западной пока не готова к введению подобной практики. Юристы часто ссылаются на такую статью в российском законодательстве, как «незаконное привлечение к уголовной ответственности». По ней должны проходить все, кто причастен к делу, в котором вина подсудимого не была доказана. Но эта статья так и остаётся на бумаге.
Перечисленное выше, по мнению адвокатов, действительно может способствовать тенденции уменьшения количества приговоров в пользу обвиняемого. Сталинское время не было обременено издержками российского судопроизводства, что сказывалось на высоких показателях оправдательных приговоров.
Нужно сказать, что малое количество оправдательных приговоров в современной России отчасти компенсируется небольшим числом реальных тюремных сроков. Так, за последние годы к лишению свободы приговаривалось чуть более 30% подсудимых, примерно для 68% история заканчивалась обвинительным приговором, после которого они выходили на свободу (им либо засчитывался срок, проведённый в СИЗО, либо назначалось условное наказание). Отчасти картину меняют вердикты суда присяжных, который оправдывает около 15% подсудимых. Впрочем, по подсчётам журналиста Олега Лурье, оправдательные приговоры присяжных отменяются в 800 раз чаще, чем обвинительные. Если учитывать решения суда присяжных, то это лишь немного улучшает статистку по оправдательным приговорам. Так, в 2010 году всего осудили 845 000 человек, а оправдали 9 000. Таким образом, показатель оправдательных приговоров составил 1,065%.
Автор статьи
![Куприянов Денис Юрьевич Куприянов Денис Юрьевич](/person.jpg)
Читайте также:
- Порядок рассмотрения индивидуальных трудовых споров в суде презентация
- Судья паршин должен был рассматривать ходатайство следователя о применении в отношении якимчука
- Какие из приведенных ниже характеристик соответствуют исключительно правовому государству
- Вправе ли была квалификационная комиссия вызывать адвоката
- Исполнение судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы рф