Список актов высших судебных инстанций прямо или косвенно затрагивающие залоговые правоотношения

Обновлено: 25.11.2022

1. Вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Требования арбитражного суда о представлении доказательств, сведений и других материалов, даче объяснений, разъяснений, заключений и иные требования, связанные с рассматриваемым делом, являются также обязательными и подлежат исполнению органами, организациями и лицами, которым они адресованы.

1.1. Специализированный арбитражный суд в целях получения разъяснений, консультаций и выяснения профессионального мнения ученых, специалистов и прочих лиц, обладающих теоретическими и практическими познаниями по существу разрешаемого специализированным арбитражным судом спора, может также направлять запросы.

Запросы о даче разъяснений, консультаций и об изложении профессиональных мнений по рассматриваемым специализированным арбитражным судом делам обязательны для всех органов, организаций и лиц, которым они адресованы.

Запросы должны быть рассмотрены и ответ по результатам их рассмотрения должен быть направлен в специализированный арбитражный суд в течение месяца со дня получения этих запросов, если иной срок не указан специализированным арбитражным судом.

2. Неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражных судов влечет за собой ответственность, установленную настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

3. Обязательность судебных актов не лишает лиц, не участвовавших в деле, возможности обратиться в арбитражный суд за защитой нарушенных этими актами их прав и законных интересов путем обжалования указанных актов.

4. Признание и обязательность исполнения на территории Российской Федерации судебных актов, принятых иностранными судами, иностранных арбитражных решений определяются международным договором Российской Федерации, федеральным законом.

Судебная практика и законодательство — АПК РФ. Статья 16. Обязательность судебных актов

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, в том числе платежные поручения о перечислении денежных средств во исполнение судебного акта по делу N А40-58632/2014, руководствуясь статьей 7 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации", статьей 16 АПК РФ, статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями, приведенными в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, приведенной в постановлениях от 28.07.2009 N 6961/09, от 08.06.2010 N 904/10, от 22.10.2013 N 6309/13, пришел к выводу об обоснованности иска Департамента.

В соответствии с положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных указанным Кодексом. К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Кодекса относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт.

В соответствии с пунктом 1 статьи 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" вступившие в законную силу постановления федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации. Аналогичное положение закреплено в статье 16 Кодекса.

Отказывая в удовлетворении заявления Минфина России, суды руководствовались статьями 16, 324 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 214 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 37 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", статьей 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - Бюджетный кодекс) и исходили из того, что действующим законодательством не предусмотрен перечень оснований для изменения способа и порядка исполнения судебного акта, поэтому арбитражный суд в каждом конкретном случае должен с учетом всех обстоятельств дела определять, есть ли действительная необходимость в изменении способа и порядка исполнения судебного акта. При этом изменение способа и порядка исполнения судебного акта является исключительной мерой, применяемой при наличии неблагоприятных обстоятельств, затрудняющих исполнение судебного акта.

Отказывая в удовлетворении заявления Минфина России, суды руководствовались статьями 16, 318 частью 1 статьи 324 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 4 статьи 214 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из того, что указание судом на взыскание средств с Российской Федерации в лице территориального органа в сфере управления государственным имуществом за счет казны Российской Федерации не является препятствием для исполнения решения суда органом федерального казначейства и не изменяет порядок исполнения судебных актов, предусмотренный статьей 242.3 Бюджетного кодекса Российской Федерации. Средства федерального бюджета являются частью государственной казны и при поступлении исполнительного листа финансовый орган не лишен возможности передать его на исполнение по принадлежности.

Оценив в соответствии с требованиями главы 7 Кодекса представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи, руководствуясь частями 1, 2 статьи 16, статьей 119, частями 1, 2 статьи 332 Кодекса, статьей 18 Федерального закона от 04.05.2011 N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" (далее - Закон N 99-ФЗ), исходя из доказанности несовершения администрацией реальных действий, направленных на исполнение судебного акта - переоформление лицензии в порядке, установленном статьей 18 Закон N 99-ФЗ, суды, в целях предупреждения дальнейшего неисполнения судебного акта, пришли к выводу о применении в отношении администрации меры ответственности в виде наложения штрафа в размере 5 000 рублей за неисполнение решения суда от 06.03.2015.

Отказывая в удовлетворении заявления Минфина России, суды руководствовались статьями 16, 324 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 214 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 37 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", статьей 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - Бюджетный кодекс) и исходили из того, что действующим законодательством не предусмотрен перечень оснований для изменения способа и порядка исполнения судебного акта, поэтому арбитражный суд в каждом конкретном случае должен с учетом всех обстоятельств дела определять, есть ли действительная необходимость в изменении способа и порядка исполнения судебного акта. При этом изменение способа и порядка исполнения судебного акта является исключительной мерой, применяемой при наличии неблагоприятных обстоятельств, затрудняющих исполнение судебного акта.

Поскольку возражения о наличии умысла не были приняты судом, и иск был удовлетворен, ни на какие новые обстоятельства, возникшие после разрешения предыдущего дела, компания не ссылалась, последующее предъявление ею в порядке регресса нового иска, по своему содержанию соответствующего названным возражениям, по сути, свидетельствует о направленности действий компании на преодоление общеобязательной силы судебного акта по делу N А07-26635/2014, что противоречит требованиям статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах судья полагает, что требования заявителя направлены на преодоление вступивших в законную силу судебных актов по делу N А40-68728/2008, что противоречит положениям статьи 16 Кодекса.

Исходя из того, что приведенные заявителем доводы не свидетельствуют о неправильном применении судами норм материального права, а также не подтверждают нарушений норм процессуального законодательства, повлиявших на исход возникшего из публичным правоотношений спора, судья полагает, что оснований к передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации не имеется.

5. Орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на имущество, не вправе давать правовую оценку вступившему в законную силу судебному акту, в резолютивной части которого содержится вывод о принадлежности имущества определенному лицу на вещном праве, о наличии обременения или ограничения права (абзац первый пункта 5 статьи 8.1 ГК РФ, статья 13 ГПК РФ, статья 16 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 13 ГПК РФ или части 1 статьи 16 АПК РФ государственный регистратор обязан внести запись в ЕГРП на основании судебного акта независимо от его участия в деле.

1. При применении статей 257, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ, Кодекс) арбитражным судам апелляционной инстанции следует принимать во внимание, что право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных АПК РФ. К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Кодекса относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт. В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят о их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации провозглашает принцип обязательности судебных актов. Вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В силу пункта 4 части 2 статьи 39 АПК Российской Федерации во взаимосвязи с частью 1 той же статьи и статьей 127 данного Кодекса обязанность по возбуждению дела, стороной в котором является арбитражный суд, возлагается именно на этот суд, он же по своему усмотрению выбирает, в какой арбитражный суд того же уровня будет направлено дело. Соответствующие действия суда оформляются судебным актом - определением судьи о принятии заявления и о передаче возбужденного дела на рассмотрение другого арбитражного суда, являющимся в силу статьи 16 АПК Российской Федерации обязательным для исполнения, в том числе другой стороной и арбитражным судом, которому дело направлено для рассмотрения. Как следует из части 4 статьи 39 и статьи 188 АПК Российской Федерации, споры о подсудности между арбитражными судами в Российской Федерации не допускаются, а определение о передаче дела на рассмотрение другого арбитражного суда самостоятельному обжалованию в суды апелляционной и кассационной инстанций не подлежит.

В силу ч. 1 ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

2.1. Принимая во внимание, что оспариваемое решение о государственной регистрации было принято регистрирующим органом на основании вступившего в законную силу решения суда, суды пришли к выводу о правомерности данного решения. Суды также отметили, что обеспечительные меры, запрещающие регистрирующему органу вносить изменения в ЕГРЮЛ в отношении юридического лица, не могли являться основанием для непринятия оспариваемого решения и неисполнения вступившего в силу решения суда регистрирующим органом. Приоритет в данном случае имеет вступившее в законную силу решение суда, подлежащее обязательному исполнению регистрирующим органом в силу статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

9. Согласно ч. 1 ст. 21 Закона о конкуренции после признания судом акта о государственной или муниципальной помощи недействительным, антимонопольный орган выдает предписание. Это не согласуется с ч. 1 ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), согласно которой вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации. Если признание актов о предоставлении государственной или муниципальной помощи недействительными осуществляется в судебном порядке, то и истребование имущества должно происходить в судебном порядке.

Вопреки утверждению заявительницы, статья 292 АПК Российской Федерации не ставит возможность осуществления права на обращение в суд надзорной инстанции в зависимость от наличия какого-либо самостоятельного порядка защиты своих прав. Из части 3 статьи 16 АПК Российской Федерации во взаимосвязи со статьей 65 и частью 2 статьи 69 того же Кодекса следует, что лица, не участвовавшие в деле, вправе не только обжаловать принятый по этому делу судебный акт при наличии обстоятельств, указанных в статье 42, но также доказывать в другом процессе факты, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений, поскольку законная сила судебного решения на лицо, не участвовавшее в деле, не распространяется.


По мнению одного эксперта «АГ», выводы Верховного Суда должны предотвратить ситуации ущемления прав залогодателей, которые зачастую являются слабой стороной кредитных и залоговых правоотношений и не могут повлиять на условия заключаемых договоров. Другая назвала важным вывод о том, что суды при разрешении вопроса об установлении стоимости имущества не должны подходить к вынесению решения формально, руководствуясь исключительно отчетом оценщика, представленным одной из сторон.

Впоследствии заемщик так и не вернул госкорпорации кредит, проценты и комиссию, а общество «Сочи-Плаза» было признано банкротом (дело № А32-28164/2019). В связи с этим «ВЭБ. РФ» обратилась в суд с иском к «ФортеИнвест» об обращении взыскания на залоговое имущество – долю в уставном капитале «Сочи-Плаза», установив начальную стоимость предмета залога в один рубль.

Суд удовлетворил иск, признав факт неисполнения обществом «Сочи-Плаза» обязательств по кредитному соглашению и указав на наличие оснований для обращения взыскания на заложенное имущество. Он обратил взыскание на принадлежащую «ФортеИнвест» долю в уставном капитале «Сочи-Плаза» путем ее реализации с публичных торгов, установив начальную цену предмета залога в размере один рубль.

Апелляция поддержала выводы первой инстанции и при этом учла изменение с 1 июля 2014 г. правового регулирования обращения взыскания на заложенное движимое имущество в судебном порядке, не предусматривающее установление начальной продажной цены заложенного движимого имущества в судебном акте об обращении взыскания на предмет залога, и указала на возможность корректировки судебным приставом-исполнителем стоимости доли, определенной на основании отчета оценщика, согласно проведенной в рамках исполнительного производства экспертизе.

В дальнейшем кассация изменила судебные акты нижестоящих судов, исключив из них формулировку об установлении начальной цены предмета залога в один рубль. Окружной суд согласился с обоснованностью выводов апелляции об отсутствии с 1 июля 2014 г. законодательно установленного требования об определении судами начальной продажной цены залогового движимого имущества, но при этом он указал, что оценка имущества, на которое обращается взыскание, должна производиться судебным приставом-исполнителем.

«При удешевлении предмета залога законный интерес залогодержателя заключается в том, чтобы начальная продажная цена была определена на уровне ниже указанной в договоре стоимости предмета залога. В обратном случае торги могут быть признаны несостоявшимися из-за отсутствия предложений покупателей. При удорожании предмета залога как залогодатель, так и залогодержатель заинтересованы в определении начальной продажной цены выше первоначально определенной стоимости имущества, поскольку это позволит обеспечить наиболее полное удовлетворение требований по обеспеченному залогом обязательству», – отмечено в определении. Суд также указал, что при наличии спора между залогодателем и залогодержателем цена реализации предмета залога при обращении взыскания на него устанавливается судом исходя из рыночной цены этого имущества как отражающей наиболее вероятную величину выручки, которая может быть получена при реализации имущества.

В рассматриваемом деле, пояснил ВС, при обращении в суд с требованием об обращении взыскания на заложенное имущество госкорпорация поставила вопрос об установлении начальной продажной цены имущества, определив эту цену в размере один рубль на основании отчета, подготовленного ООО «Центр оценки «Аверс». В свою очередь, общество «ФортеИнвест» возражало относительно установления начальной продажной цены предмета залога в указанном размере (в том числе путем предъявления самостоятельного иска по другому делу). В связи с этим ошибочна позиция окружного суда о том, что при рассмотрении этого дела у суда отсутствовала обязанность определить в судебном акте начальную продажную цену в случае спора о стоимости имущества.

Поскольку при разрешении спора об обращении взыскания на предмет залога между сторонами возник спор о стоимости имущества, по которой должна осуществляться его реализация, такой спор подлежал рассмотрению по существу. При этом нельзя согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций об установлении начальной продажной цены имущества в размере один рубль. Правила определения цены реализации (начальной продажной цены) предмета залога закреплены в п. 3 ст. 340 ГК РФ, стороны вправе предусмотреть иную цену реализации, чем согласованная стоимость предмета залога. Применительно к залогу недействительным (ничтожным) является соглашение, ограничивающее установление цены реализации (начальной продажной цены) предмета залога первоначально определенной стоимостью имущества (залоговая стоимость), а также исключающее право залогодателя оспаривать достоверность определения рыночной стоимости предмета залога.

Как пояснил ВС, в рассматриваемом случае стороны установили, что залогодержателю предоставляется право с принятием решения об обращении залога определить начальную продажную цену по результатам оценки. Однако из этого не следует, что залогодатель не имеет права оспаривать оценку предмета залога. Соответственно, наличие упомянутого условия в договоре залога не могло являться основанием для того, чтобы отчет оценщика рассматривался судами первой и апелляционной инстанций в качестве исключительного доказательства, подтверждающего рыночную стоимость предмета залога.

Предложение залогодержателя о реализации предмета залога по цене один рубль само по себе давало основания судам для того, чтобы усомниться в допустимости обращения взыскания по такой цене, поскольку требования залогодержателя удовлетворяются только после погашения расходов на проведение торгов, заметил Верховный Суд. Он добавил, что если залогодержатель действительно считает, что вышеуказанная оценка соответствует рыночной оценке, то по результатам торгов со всей очевидностью не будут компенсированы даже расходы на их проведение.

Отклоняя возражения общества «ФортеИнвест» относительно установления начальной цены предмета залога в размере один рубль, суды первой и апелляционной инстанций сослались на недостаточность имущества должника, в отношении которого открыто конкурсное производство. С точки зрения этих судов, стоимость всего имущества общества «Сочи-Плаза» составляет 2,3 млрд руб., а размер требований кредиторов превысил 4 млрд руб., поэтому вероятность удовлетворения требований участника из требований участия ничтожно мала, что в свою очередь свидетельствует о том, что стоимость такой доли минимальна. «Однако обществом “ФортеИнвест” в материалы дела представлены доказательства, которые по доводам ответчика свидетельствуют об увеличении стоимости активов общества “Сочи-Плаза” в виде удорожания реконструируемого имущества (гостиничного комплекса) за счет произведенных в нем неотделимых и дорогостоящих улучшений, осуществленных уже после составления оценки в рамках дела о банкротстве. Исполняя свою процессуальную обязанность по представлению доказательств, свидетельствующих о том, что рыночная стоимость имущества, являющегося предметом залога, существенно отличается от его оценки, общество “ФортеИнвест” заявило ходатайство о назначении экспертизы, в удовлетворении которого судом первой инстанции было отказано», – заметил ВС.

Суд добавил, что стороны в его судебном заседании подтвердили, что собранием кредиторов общества «Сочи-Плаза» единогласно (в том числе с учетом голосов госкорпорации) было принято решение о заключении мирового соглашения в рамках дела о банкротстве № А32-28164/2019. Таким образом, он отменил судебные акты нижестоящих судов и вернул дело на новое рассмотрение в первую инстанцию, которой предстоит, в частности, разрешить вопрос об установлении цены реализации (начальной продажной цены) предмета залога при обращении на него взыскания с учетом доводов и возражений сторон, а также разрешить вопрос о необходимости назначения судебной оценочной экспертизы.

Ведущий юрист INTELLECT Наталья Шелухина полагает, что вопрос установления начальной продажной цены при обращении взыскания на заложенное имущество имеет довольно большое значение. «При этом стороны сделки зачастую занимают противоположные позиции. Залогодатель заинтересован в установлении максимально высокой начальной продажной цены, поскольку от продажи залога зависит, насколько погасится задолженность по основному обязательству, в обеспечение которого был предоставлен залог (этот интерес обусловлен тем, что нередко залогодатель имущества и заемщик – одно и то же лицо). Однако залогодержатель стремится установить максимально низкую цену продажи имущества, понимая, что завышенная цена может стать препятствием к последующей продаже имущества (например, торги не состоятся из-за отсутствия покупателей; затягивание процесса продажи имущества, в свою очередь, приведет к удешевлению стоимости имущества, снижению покупательского спроса и т.д.)», – пояснила она.

По словам эксперта, в ситуации обращения взыскания на заложенное имущество в судебном порядке конфликт между обозначенными интересами залогодателя и залогодержателя имущества неминуем. «В резолютивной части судебных актов нижестоящих инстанций об обращении взыскания на залог отсутствовало указание на установленную судом начальную продажную стоимость имущества, что затягивало фактическую реализацию имущества и порождало новые судебные споры (об изменении порядка и способа реализации имущества, обжаловании действий судебного пристава-исполнителя и т.д.). ВС РФ поставил точку в этом деле, указав на обязательность установления начальной продажной цены непосредственно в судебном акте по результатам рассмотрения иска об обращении взыскания на залог», – отметила юрист.

Она также назвала важным посыл ВС к тому, что суды при разрешении вопроса об установлении стоимости имущества не должны подходить к вынесению решения формально, руководствуясь исключительно отчетом оценщика, представленным одной из сторон (в конкретном споре отчет оценщика исходил от залогодержателя). «Для разрешения спора по существу судам надлежит исследовать и другие документы и доказательства (произошло ли изменение стоимости имущества после составления отчета об оценке в результате действий сторон – к примеру, в случае производства неотделимых улучшений предмета залога), учитывать возможность погашения расходов на проведение торгов в зависимости от предложенной цены, а при необходимости – с учетом мнения и доводов сторон разрешать вопрос о назначении судебной оценочной экспертизы», – заметила Наталья Шелухина.

Адвокат МКА «Вердиктъ» Юнис Дигмар отметил, что до внесения законом от 30 декабря 2008 г. № 306-ФЗ изменений п. 3 ст. 350 ГК РФ прямо предусматривал необходимость установления начальной продажной цены залогового имущества решением суда при обращении взыскания на него в судебном порядке либо по соглашению сторон в остальных случаях. «Поправками такое положение ГК РФ было полностью исключено. Принимая это во внимание, Верховный Суд ориентирует нижестоящие суды учитывать существо законодательного регулирования акцессорного обязательства, к каковым относится в том числе залог, которое заключается в наиболее полном удовлетворении требований залогодержателя-кредитора из стоимости реализуемого предмета залога. В данном случае имеет место быть отсылка высшей судебной инстанции на обязательность взаимосвязанных разъяснений как ВАС РФ в Информационном письме от 15 января 1998 г. № 26, так и ВС РФ, высказанных в абз. 2 п. 74 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25», – полагает он.

По словам эксперта, основной вывод комментируемого определения ВС состоит в следующем: в случае наличия спора между залогодержателем и залогодателем относительно начальной продажной цены предмета залога этот спор подлежит разрешению судом в рамках дела об обращении взыскания на предмет залога. В ходе его рассмотрения суд обязан, во-первых, установить рыночную стоимость залогового имущества путем проведения судебной экспертизы, а во-вторых, установить указанную стоимость в качестве начальной продажной цены предмета залога. «Такое регулирование (даже в отсутствие прямой нормы, устанавливающей описанный порядок) направлено на соблюдение баланса имущественных интересов залогодержателя и залогодателя. Иное будет препятствовать достижению целей законодательного регулирования данного акцессорного обязательства. Такие выводы должны предотвратить ситуации ущемления прав залогодателей, которые зачастую являются слабой стороной кредитных и залоговых правоотношений и не могут повлиять на условия заключаемых договоров», – убежден Юнис Дигмар.

ГПК РФ Статья 11. Нормативные правовые акты, применяемые судом при разрешении гражданских дел

1. Суд обязан разрешать гражданские дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов государственной власти, конституций (уставов), законов, иных нормативных правовых актов органов государственной власти субъектов Российской Федерации, нормативных правовых актов органов местного самоуправления. Суд разрешает гражданские дела, исходя из обычаев делового оборота в случаях, предусмотренных нормативными правовыми актами.

2. Суд, установив при разрешении гражданского дела, что нормативный правовой акт не соответствует нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, применяет нормы акта, имеющего наибольшую юридическую силу.

3. В случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).

4. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены законом, суд при разрешении гражданского дела применяет правила международного договора. Не допускается применение правил международных договоров Российской Федерации в их истолковании, противоречащем Конституции Российской Федерации. Такое противоречие может быть установлено в порядке, определенном федеральным конституционным законом.

(см. текст в предыдущей редакции)

5. Суд в соответствии с федеральным законом или международным договором Российской Федерации при разрешении дел применяет нормы иностранного права.

Ст. 11 ГПК РФ. Нормативные правовые акты, применяемые судом при разрешении гражданских дел

Верховный суд России усилил роль прецедентов: своих позиций по принципиальным вопросам, высказанных в конкретных делах. Нижестоящие суды больше не вправе игнорировать официальное мнение высокой инстанции.

REUTERS

Сегодня "Российская газета" публикует два постановления пленума Верховного суда, которые юристы уже назвали прорывными. По сути у нас закрепляются элементы прецедентного права.

Документы разъясняют тонкости рассмотрения дел в апелляционных и кассационных инстанциях. В постановлении, касающемся кассационных судов, дано четкое указание: проверять выводы первой и апелляционной инстанции на предмет соответствия правовым позициям Верховного суда России. Если нижестоящие инстанции рассудили как-то по-своему, вынесенные решения надо отменить.

Судебная практика должна быть единой по всей стране. Не может быть каких-то особенных - рязанских или уральских - трактовок закона. Мы должны понимать, что по типовому делу сюрпризов не будет, судьи решат, как положено, а не как им заблагорассудится.

Иногда на практике, действительно, возникают спорные вопросы и поначалу единого подхода нет. Например, в одном из регионов налоговая инспекция стала требовать с граждан так называемые налоги с покупок. Допустим, купил фермер дорогой автомобиль. А налоговая выставила счет: мол, мы не видели, как вы заработали эти деньги, но раз откуда-то они у вас появились, вы должны заплатить с них налог. Машина стоила миллион? Прекрасно, говорила налоговая, вы должны заплатить в казну 130 тысяч рублей. Все честно.

Некоторые суды соглашались с такой логикой, некоторые нет. Все ждали, когда первое такое дело дойдет до Верховного суда России.

Судебная практика должна быть единой по всей стране. Не может быть каких-то особенных - рязанских или уральских - трактовок закона

Высокая инстанция четко сказала: нет, такой налог незаконен. Права граждан были защищены отныне и впредь. Как только Верховный суд высказался и отменил "налог с покупки" по конкретному делу, все остальные подобные дела решились сами собой. Где налоговая сняла сама претензии, где суды отклонили ее требования. Само же прецедентное решение было включено в обзор судебной практики Верховного суда России. Если у кого-то возникнут проблемы, можно будет сослаться на этот документ. Но проблемы не возникнут, налоговая инспеция действуют законопослушно: раз нельзя, так не делается. Именно так все и работает. Однако, как рассказывает адвокат Вячеслав Голенев, на практике иногда суды делают вид, что не замечают правовых позиций высокой инстанции.

Поэтому принятые постановления он назвал существенным шагом вперед. Публикуемые в сегодняшнем номере "РГ" постановления пленума дают разъяснения арбитражным судам. Однако, по мнению экспертов, аналогичные подходы могут и должны быть закреплены в отношении кассационных судов общей юрисдикции - как по делам, рассматриваемым по ГПК, так и рассматриваемым по Кодексу административного судопроизводства.

"Кассационная практика арбитражных кассационных судов нарабатывалась почти 30 лет, - говорит Вячеслав Голенев. - Нормы ГПК и Кодекса административного судопроизводства по "новой кассации" во многом заимствованы из положений АПК РФ об арбитражном кассационном судопроизводстве".

Так что суды общей юрисдикции тоже не вправе игнорировать правовые позиции Верховного суда страны.

"Поэтому обоснованным является распространение положительного опыта арбитражных кассационных судов и в кассационных судах общей юрисдикции, - говорит адвокат Вячеслав Голенев. - Но крайне важно, что принятые постановления сейчас позволят усовершенствовать практику именно в арбитражных судах".

Он привел пример из своей практики. Бывает, крупная компания искусственно дробится на несколько мелких организаций, чтобы каждая из них платила налог по упрощенной системе. В принципе это нарушение, так как является типичной схемой ухода от налогов. Когда налоговая инспекция ловит предпринимателей на этом, то предъявляет обоснованные претензии. Но возникает вопрос, по какой формуле рассчитывать НДС в данном случае. Есть два варианта, в одном случае выходит больше, в другом - меньше.

По словам адвоката, Верховный суд России не раз высказывал позицию, что в таких делах применяться должна гуманная формула. Но некоторые арбитражные суды продолжают выносить решения, противоречащие правовым подходам высокой инстанции. Теперь же они будут обязаны принять во внимание обзор судебной практики Верховного суда России и определения по конкретным делам. И объяснить, почему они не подходят в данном случае, если, по мнению суда, случай совершенно иной.

В свою очередь адвокат Алексей Сикайло обратил внимание, что оба постановления интересны в первую очередь в части уточнения такой категории жалобщиков, как "иные лица, о правах и обязанностях которых принят оспариваемый судебный акт". Проще говоря, тех, кто не участвовал в ходе разбирательства дела в первой инстанции, не являлся стороной процесса, но все-таки не может оставаться в стороне. "Предлагается толковать эту категорию лиц достаточно широко", - подчеркивает адвокат.

Прецедентное право берет свое начало в Британии и лежит в основе судебных систем многих бывших колоний британской империи. В США во время судебных процессов разворачиваются настоящие баталии между защитниками и обвинителями, каждая сторона приводит свои примеры того, как поступали во время рассмотрения схожих дел. Дело в том, что еще в колониальный период судьи использовали английские сборники судебных отчетов, чтобы вынести вердикт по тому или иному спору, учитывая при этом и местные обычаи. Примечательно, что нижестоящие суды должны следовать решениям вышестоящих (вплоть до Верховного), однако могут и не руководствоваться ранее вынесенным вердиктом, создав новый прецедент. Сложность системы заключается еще в том, что в каждом американском штате действует своя правовая система со своими прецедентами.

Во Франции на практике все более значимую роль играют прецеденты, и этому есть вполне логичное объяснение. Дело в том, что при толковании законов то и дело возникают пробелы, а обязанность заполнять их на основе имеющихся прецедентов закреплена за Кассационным судом, что обозначено в статье 4 Гражданского кодекса Франции. Причем решения по этим вопросам публикуются в особых сборниках, что позволяет судьям знакомиться с новыми прецедентами, и применять их в схожих случаях. Более того, судебные прецеденты широко используются в административной юстиции, где высшей судебной инстанцией является Государственный совет. Именно отталкиваясь от прецедентов, он выносит многие свои вердикты. Тем не менее строгой обязанности нижестоящих судебных инстанций равняться на прецедентные решения вышестоящих во Франции нет.

Судебные решения Верховного Кассационного суда Италии являются обязательными лишь для каждого отдельного представленного случая, но при этом не всегда являются прецедентом в отношении других будущих случаев. Тем не менее судебное решение, пройдя кассационную фазу, может восприниматься другими судами в качестве прецедента. "При подготовке к любому процессу мы в обязательном порядке изучаем прецедентные вердикты, вынесенные кассационной инстанцией. Тем не менее решение остается за конкретным судом первой инстанции или апелляционным судом, который может принять к сведению вердикт Кассационного суда", - рассказала "РГ" магистр международного и европейского права, юрист-международник "Адвокатского бюро Грассо" Наталия Грассо.

1. Суд обязан разрешать гражданские дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов государственной власти, конституций (уставов), законов, иных нормативных правовых актов органов государственной власти субъектов Российской Федерации, нормативных правовых актов органов местного самоуправления. Суд разрешает гражданские дела, исходя из обычаев делового оборота в случаях, предусмотренных нормативными правовыми актами.

2. Суд, установив при разрешении гражданского дела, что нормативный правовой акт не соответствует нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, применяет нормы акта, имеющего наибольшую юридическую силу.

3. В случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).

4. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены законом, суд при разрешении гражданского дела применяет правила международного договора. Не допускается применение правил международных договоров Российской Федерации в их истолковании, противоречащем Конституции Российской Федерации. Такое противоречие может быть установлено в порядке, определенном федеральным конституционным законом.

5. Суд в соответствии с федеральным законом или международным договором Российской Федерации при разрешении дел применяет нормы иностранного права.

Судебная практика и законодательство — ГПК РФ. Статья 11. Нормативные правовые акты, применяемые судом при разрешении гражданских дел

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 постановления Пленума).

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 2 и 3 постановления от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. При этом доказательства по делу оцениваются судом не произвольно, а исходя из общего конституционного принципа подчинения суда только закону (статья 120, часть 1, Конституции Российской Федерации), нашедшего свое развитие в пункте 1 статьи 3 Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 года N 3132-I "О статусе судей в Российской Федерации" и части первой статьи 11 ГПК Российской Федерации, согласно которым судья обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации и другие законы и только на основе закона разрешать гражданские дела. Гарантией же соблюдения судом указанных требований являются установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации процедуры проверки судебных решений судами вышестоящих инстанций и основания для отмены или изменения судебных решений.

Именно из принципа судейского руководства процессом, а также принципа самостоятельности судебной власти вытекает закрепленное в статье 67 ГПК Российской Федерации дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия. При этом доказательства по делу оцениваются судом не произвольно, а исходя из конституционного принципа подчинения судей только Конституции Российской Федерации и федеральному закону (статья 120, часть 1, Конституции Российской Федерации), получившего свое развитие в пункте 1 статьи 3 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" и части первой статьи 11 ГПК Российской Федерации, в силу которых судья обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы и иные нормативные правовые акты и только на их основе разрешать гражданские дела.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 постановления Пленума).

Согласно абзацу первому пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Именно из принципа судейского руководства процессом, а также принципа самостоятельности судебной власти вытекает закрепленное в статье 67 ГПК Российской Федерации дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия. При этом доказательства по делу оцениваются судом не произвольно, а исходя из конституционного принципа подчинения судей только Конституции Российской Федерации и федеральному закону (статья 120, часть 1, Конституции Российской Федерации), получившего свое развитие в пункте 1 статьи 3 Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 года N 3132-1 "О статусе судей в Российской Федерации" и части первой статьи 11 ГПК Российской Федерации, согласно которым судья обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы и иные нормативные правовые акты и только на их основе разрешать гражданские дела.

В силу п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ о судебном решении) решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

9. При рассмотрении трудовых дел суду следует учитывать, что в силу частей 1 и 4 статьи 15, статьи 120 Конституции РФ, статьи 5 ТК РФ, части 1 статьи 11 ГПК РФ суд обязан разрешать дела на основании Конституции РФ, Трудового кодекса РФ, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, а также на основании общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации, являющихся составной частью ее правовой системы.

Вопреки утверждению в жалобе, аналогия закона в данном деле применена быть не может, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 11 ГПК РФ она применяется в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное правоотношение, тогда как установление Правительством Российской Федерации порядка выплаты денежных средств, дополняющих накопления для жилищного обеспечения военнослужащих, прямо предусмотрено Законом о накопительно-ипотечной системе.

2. Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Вопреки утверждению в жалобе, аналогия закона в данном деле применена быть не может, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 11 ГПК РФ она применяется в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное правоотношение, тогда как установление Министром обороны Российской Федерации порядка выплаты денежных средств, дополняющих накопления для жилищного обеспечения военнослужащих, соответствует постановлению Правительства Российской Федерации от 17 ноября 2005 г. N 686.

В апелляционной жалобе заявитель, считая решение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, просит о его отмене и принятии нового решения об удовлетворении заявленных требований. Указывает на то, что выводы суда первой инстанции о законности оспариваемых положений Правил не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, суд не применил подлежащие, по его мнению, применению часть 1 статьи 11 ГПК РФ, часть 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей, статью 421 ГК РФ, пункт 6 статьи 12 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), часть 1 статьи 5 Закона о судах общей юрисдикции, статью 215.1 УК РФ, а также суд не применил Закон Рязанской области от 15 февраля 2010 г. N 11-ОЗ "О гарантиях осуществления полномочий депутата представительного органа, должностного лица местного самоуправления Рязанской области" и применил статью 546 ГК РФ, не подлежащую применению.

14. Постановлением от 14 июля 2015 года N 21-П Конституционный Суд дал оценку конституционности положений статьи 1 Федерального закона "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", пунктов 1 и 2 статьи 32 Федерального закона "О международных договорах Российской Федерации", частей первой и четвертой статьи 11, пункта 4 части четвертой статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1 и 4 статьи 13, пункта 4 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1 и 4 статьи 15, пункта 4 части 1 статьи 350 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и пункта 2 части четвертой статьи 413 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.И. Тыщенко оспаривает конституционность подпункта "в" пункта 2 статьи 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 53-ФЗ "О воинской обязанности и военной службе", предусматривающего такое основание досрочного увольнения с военной службы, как невыполнение военнослужащим условий контракта, а также статей 11 "Нормативные правовые акты, применяемые судом при разрешении гражданских дел", 13 "Обязательность судебных постановлений", 196 "Вопросы, разрешаемые при принятии решения суда", 330 "Основания для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке" и 387 "Основания для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке" ГПК Российской Федерации.

Именно из принципа судейского руководства процессом, а также принципа самостоятельности судебной власти вытекает закрепленное в статье 67 ГПК Российской Федерации дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия. При этом доказательства по делу оцениваются судом не произвольно, а исходя из конституционного принципа подчинения судей только Конституции Российской Федерации и федеральному закону (статья 120, часть 1, Конституции Российской Федерации), получившего свое развитие в пункте 1 статьи 3 Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 года N 3132-1 "О статусе судей в Российской Федерации" и части первой статьи 11 ГПК Российской Федерации, согласно которым судья обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы и иные нормативные правовые акты и только на их основе разрешать гражданские дела. Гарантией же соблюдения судом указанных требований являются установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации процедуры проверки судебных постановлений судами вышестоящих инстанций и основания для их отмены или изменения.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: