Ответственность грузополучателя по договору перевозки грузов судебная практика

Обновлено: 03.10.2022

Юридическая компания «Пепеляев Групп» информирует, что Пленум Верховного Суда РФ разъяснил ряд вопросов, возникающих в практике применения законодательства о договоре перевозки автотранспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции[1].

Постановление содержит ряд ключевых разъяснений по вопросам применения действующего законодательства, приведем их.

ДОГОВОР ПЕРЕВОЗКИ ПАССАЖИРА И БАГАЖА

  • Взимание платы за оформление билета. Перевозчик не правомочен требовать уплаты клиентом дополнительного вознаграждения за оформление проездного билета. Такую плату вправе взимать только агент в случае заключения договора перевозки с использованием его услуг.
  • Ответственность перевозчика:

o Перевозчик отвечает за действия других лиц, к услугам которых он прибегает для осуществления перевозки, как за свои собственные.

o Перевозчик несет ответственность за утрату багажа при хранении (нахождении) транспортного средства на стоянке в пути следования.

o Перевозчик несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение багажа, если он принял на себя обязанность упаковать багаж или в момент принятия багажа недостатки упаковки были явными либо известны перевозчику. Бремя доказывания того, что багаж утрачен или поврежден ввиду ненадлежащей упаковки, возлагается на перевозчика. Такой же подход применяется в отношении ответственности перевозчика/экспедитора за утрату, недостачу или повреждение груза.

o Убытки, причиненные пассажиру просрочкой доставки багажа, возмещаются в полном объеме сверх суммы неустойки, подлежащей уплате перевозчиком.

o Перевозчик несет ответственность за вред, причиненный имуществу пассажира, вследствие неудовлетворительного состояния салона транспортного средства, предоставленного для перевозки.

  • Ответственность агрегаторов такси. Лицо, к которому обращается клиент для заключения договора, отвечает за вред, причиненный пассажиру в процессе перевозки, если данное лицо заключило договор перевозки от своего имени либо из обстоятельств заключения договора у добросовестного гражданина-потребителя могло сложиться мнение, что такой договор заключается непосредственно с агрегатором такси, а фактический перевозчик является его работником либо третьим лицом, привлеченным к исполнению обязательств по перевозке.

ДОГОВОР ПЕРЕВОЗКИ ГРУЗА

  • Квалифицирующие признаки договора перевозки груза. Одним из основных квалифицирующих признаков договора перевозки груза является обязанность перевозчика по «сохранной транспортировке груза». При отсутствии в договоре такого квалифицирующего признака, положения ГК РФ и Устава[2] о перевозке груза к нему не применимы.
  • Ответственность грузоотправителя. Суммы, выплаченные перевозчиком третьим лицам в связи с недостоверностью, отсутствием либо неполнотой данных, содержащихся в документации, предназначенной для беспрепятственной перевозки груза, должны быть возмещены грузоотправителем перевозчику.
  • Ответственность перевозчика/экспедитора:

o Экспедитор, принявший груз от клиента без оговорок в транспортном документе о ненадлежащей упаковке, отвечает за риски, связанные с возможной утратой либо повреждением груза, возникшие ввиду этого обстоятельства.

o Неустойка (штраф[3]) подлежащая уплате перевозчиком за просрочку доставки груза, имеет штрафной характер и взыскивается сверх суммы убытков, вызванных просрочкой доставки груза.

СООТНОШЕНИЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ ПЕРЕВОЗЧИКА И ЭКСПЕДИТОРА

  • Экспедитор несет ответственность за повреждение или утрату груза в случаях, если экспедитор является фактическим перевозчиком либо экспедитор каким-либо образом выразил намерение гарантировать сохранную доставку груза (в том числе, если положения договора не дают клиенту права выбирать кандидатуры конкретных перевозчиков; цена услуг экспедитора выражена в твердой сумме без выделения расходов на перевозку и сопоставима с рыночными ценами за перевозку соответствующих грузов).
  • Иск о возмещении реального ущерба в случае утраты, недостачи или повреждения груза клиент может предъявить как перевозчику, так и экспедитору, если последний по условиям заключенного с клиентом договора обязался обеспечить сохранную транспортировку груза. В этом случае перевозчик и экспедитор отвечают перед клиентом солидарно.
  • Экспедитор, заключивший от своего имени договор перевозки, правомочен требовать с перевозчика возмещения реального ущерба, причиненного повреждением или утратой груза, независимо от того, возмещен ли вред экспедитором клиенту за поврежденный или утраченный груз.

ПРЕТЕНЗИИ И ИСКИ ПО СПОРАМ, СВЯЗАННЫМ С ПЕРЕВОЗКОЙ ПАССАЖИРОВ И БАГАЖА, ГРУЗА, А ТАКЖЕ С ТРАНСПОРТНО-ЭКСПЕДИЦИОННЫМ ОБСЛУЖИВАНИЕМ

  • Порядок исчисления срока исковой давности. Срок исковой давности по иску экспедитора, не являющегося грузоотправителем, но при этом отвечающего за сохранную перевозку груза, к фактическому перевозчику не зависит от момента возмещения экспедитором убытков клиенту и течет аналогично случаям, когда экспедитор является грузоотправителем (со дня события, послужившего основанием для предъявления претензии или иска).

О чем подумать, что сделать

Поскольку ряд содержащихся в Постановлении положений направлен на усиление ответственности перевозчиков, юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям, оказывающим услуги по перевозке, а также агрегаторам такси, осуществляющим деятельность в сфере перевозок пассажиров и багажа, рекомендуется ознакомиться с новыми разъяснениями и учитывать их в работе с потребителями (пассажирами) и контрагентами.

Помощь консультанта

Специалисты компании «Пепеляев Групп» готовы оказать всестороннюю правовую поддержку по вопросам толкования и практического применения разъяснений ВС РФ, изложенных в Постановлении.

[1] Постановление Пленума ВС РФ от 26.06.2018 № 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции» (далее – Постановление).

[2] Федеральный закон РФ от 08.11.2007 № 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта».

[3] В размере 9% провозной платы за каждые сутки просрочки, если иное не установлено договором перевозки груза.

На уровне окружных судов сформировались диаметральные подходы к разрешению вопроса о характере ответственности грузополучателя перед оператором подвижного состава за задержку возврата вагонов (контейнеров).

Если Уральский (А60-61504/2019 и А60-2749/2019) и Западно-Сибирский округа (А67-6477/2019 и А45-1811/2020) исходят из её внедоговорной природы, то суды Восточно-Сибирского (А33-21791/2018, А10-5146/2018, А19-2093/2019) и Северо-Западного округов (А21-13319/2019 и А56-99396/2018) требуют наличия обязательственной связи.

Тут нужно вспомнить, что статьи 62 и 99 Устава железнодорожного транспорта действительно предусматривают ответственность грузоотправителя (грузополучателя, владельца железнодорожных путей необщего пользования) за задержку вагонов (контейнеров) перевозчика под погрузкой или выгрузкой. Эти нормы по сути воскресили действовавшую в советский период статью 156 Устава железных дорог союза ССР.

При этом в основе советской нормы лежала мысль, что поскольку обеспечение подвижным составом является составной частью услуги перевозки в целом, которая, в свою очередь, осуществляется единственным (монопольным) исполнителем, то изъятие вагонов (контейнеров) из технологического процесса (в частности, по причине задержки под погрузки или выгрузкой) ставит перевозчика в затруднительное положение. Последний должен либо отказывать в перевозке по причине отсутствия свободного подвижного состава, либо держать избыточный парк. В условиях плановой экономики один вариант хуже другого. В этой связи установление ответственности за задержку возврата вагонов (контейнеров) создавало стимулы к недопущению подобных ситуаций (логика простая, «держать» вагон должно быть менее выгодно, чем вернуть). При этом для уравновешивания положений перевозчика и грузоотправителя (грузополучателя) рассматриваемая статья 156 УЖД СССР предоставляла сторонам возможность установить в договоре (на эксплуатацию пути или на подачу и уборку вагонов) комфортные сроки с учетом особенностями работы станции и подъездных путей.

Однако в 2003 году на железной дороге произошли существенные организационные изменения. Так, в ходе реализации Программы структурной реформы на железнодорожном транспорте (утв. постановлением Правительства РФ от 18.05.2001 № 384) грузовой вагонный парк практически полностью был передан независимым частными компаниям (подробнее об этом в докладе «Реформирование и регулирование железнодорожного транспорта в России: ретроспективный обзор ИПЕМ»).

В перевозочном процессе появился новый участник – оператор железнодорожного подвижного состава – компания, владеющая грузовыми вагонами (контейнерами) и оказывающая услуги по их предоставлению для осуществления перевозки. Забота о наличии свободного подвижного состава перешла на плечи операторов.

Как следствие возник вопрос, если статьи 62 и 99 Устава направлены на регулирование отношения, связанные с использованием вагонов (контейнеров) при перевозке, то с учетом произошедших изменений вправе ли ими «пользоваться» операторы подвижного состава, которые по сути заменили перевозчика в этих отношениях?

Первый ответ на этот вопрос последовал в 2012 году. В постановлении от 20.03.2012 № 15028/11 Президиум Высшего Арбитражного Суда отметил, что действие статьи 62 Устава распространяется не только на перевозчика, но и на иного владельца вагона, являющегося оператором подвижного состава. В последующем такой же позиции стал придерживаться Верховный Суд, сначала в отказных определениях экономической коллегии (определения № 307-ЭС17-3303 и 307-ЭС16-10663), после чего выпустив абстрактные разъяснения (пункт 14 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции, утв. Президиумом ВС РФ 20.12.2017).

При этом оба суда прямо не выразили позицию о природе возникающей между оператором подвижного состава и грузополучателем ответственности по поводу использования подвижного состава. Кажется, что ВАС склонялся к внедоговорному характеру, а ВС наоборот (неспроста в обзоре за пример взята фабула, где экспедитор обращается к клиенту с иском из договора транспортной экспедиции). В любом случае, молчание высших судов заставило нижестоящие суды его восполнять.

В пользу внедоговорной ответственности грузополучателя суды в основном приводят следующие доводы:

  1. права оператора подвижного состава не должны отличаться от прав перевозчика (звучит это в контексте, что коль скоро у перевозчика не было обособленного договора с грузополучателем по поводу вагонов, то и оператор может подобным не обладать);
  2. предусмотренный Уставом штраф призван для защиты прав владельцев вагонов. Отсутствие такой нормы об уплате штрафа позволяло бы недобросовестным грузополучателям использовать подвижной состав владельцев на безвозмездной основе, хранить в нем груз и осуществлять иные грузовые операции неограниченное количество времени без привлечения к какой-либо ответственности и без компенсации владельцу вагонов его потерь (см., например, дело № А60-61504/2019).

Издалека приведенные тезисы выглядят логично, но при детальном рассмотрении прихожу к обратным выводам. По мне, иск оператора подвижного состава к грузополучателю по поводу задержки вагонов (контейнеров) может быть основан исключительно на договоре. И вот почему.

Первый довод про равенство прав оператора подвижного состава и перевозчика, как уже говорил, в целом правильный. Но важный акцент: у грузополучателя нет внедоговорной ответственности перед перевозчиком, предоставляющим подвижной состав.

В первый раз личность грузополучателя возникает перед перевозчиком при заключении договора перевозки, когда грузоотправитель предоставляет заявку на перевозку груза (статья 11 Устава). В последующем эти сведения переносятся в транспортную накладную и становятся одним из условий договора перевозки. Есть много точек зрения относительно положения грузополучателя в договоре перевозки, однако совершенно точно обязательственная связь между ним и перевозчиком существует. Именно она позволяет грузополучателю реализовать свое секундарное право требовать выдачи груза, а перевозчику ожидать от грузополучателя окончательного расчета за перевозку (абзац пятый статьи 30, статья 36 Устава).

При этом уже после завершения непосредственно перевозки и выдачи груза обязательственная связь между перевозчиком и грузополучателем не прекращается, пусть даже места выгрузки расположены на железнодорожных путях необщего пользования. В этот период отношения начинают подчиняться договору на эксплуатацию железнодорожных путей необщего пользования или на подачу и уборку вагонов, наличие которого обуславливает возможность отправлять и принимать грузы (статьи 55 и 56 Устава).

В Российской Федерации насчитывается более 12 тысяч железнодорожных станций, каждая из которых обладает технологическими особенностями. Порядок, условия и сроки обработки подвижного состава на каждой станции могут зависеть от размера самой станции, обеспеченности тяговым подвижным составом, количества и протяженности примыкающих путей, количества владельцев путей необщего пользования и грузополучателей, грузооборота как по номенклатуре, так и по массе (количеству). Всё это неминуемо будет отражаться на сроках обработки и возврата вагонов, ведь что приемлемо для «малой» станции, не подойдет для большой.

В этой связи договор на эксплуатацию пути необщего пользования или на подачу и уборку вагонов среди прочего устанавливает порядок подачи и уборки вагонов, а также технологические сроки оборота вагонов на железнодорожных путях необщего пользования, технологическое время, связанное с подачей вагонов к местам погрузки, выгрузки грузов и уборкой вагонов с этих мест, а также технологические нормы погрузки грузов в вагоны и выгрузки грузов из вагонов (статья 58 Устава).

Таким образом, взаимосвязанное толкование статей 56, 58, 62, 99 и 100 Устава позволяет утверждать, что необходимым условием для возникновения ответственности грузополучателя перед перевозчиком за задержку возврата его (перевозчика) вагонов является наличие между ними договора, где среди прочего установлены сроки для возврата. Видимо, по этой же причине в статье 100 Устава, которая призвана для расчета суммы штрафа, делается акцент, что штраф начисляется с момента нарушения предусмотренных соответствующими договорами сроков подачи/уборки вагонов.

Устав не допускает подобной (внедоговорной) ответственности перед перевозчиком, а, следовательно, её не может быть и перед оператором подвижного состава. Наличие договора между грузополучателем и оператором имеет определяющее значение.

Какой же это должен быть договор? Ответ прост - договор на оказание услуг по предоставлению подвижного состава или договор транспортной экспедиции (пункты 4 и 6 Положения об основах правового регулирования деятельности операторов железнодорожного подвижного состава и их взаимодействия с перевозчиками, утв. постановлением Правительства РФ от 25.07.2013 № 626).

При этом если на нормативном уровне предписано, что предоставление подвижного состава осуществляется только на основании договора, то нет ни единого основания давать оператору особую повышенную защиту своего «владения» (к слову, это второй довод судов в обоснование внедоговорного характера ответственности).

Оператор, будучи предпринимателем и профессиональным участником рынка, может и должен самостоятельно заботиться об эффективности работы своего подвижного состава. Действующее правовое регулирование для этого предоставляет массу механизмов, самым простым из которых является договорная неустойка (статья 330 Гражданского кодекса). По моим грубым подсчетам за 2019 год арбитражными судами рассмотрено порядка 860 дел по искам операторов подвижного состава к клиентам о взыскании договорных неустоек за нарушение срока возврата вагонов.

Таким образом, приводимые в защиту подхода о внедоговорном характере ответственности на проверку оказались слабыми. Нет ни одного позитивного эффекта от введения подобной ответственности.

Наоборот, введение такой ответственности влечет мультиплицирование ответственности грузополучателя, когда последний, единожды задержав вагон, получит требование сначала от покупателя, привлекшего его для исполнения договора поставки, а затем от оператора, в чьём подвижном составе была выполнена перевозка. И если кредитор-покупатель грузополучателю известен, то появление дополнительного кредитора, причем с требованиями, на формирование которых получатель не мог влиять, будет неожиданностью.

Возникает лишь вопрос, как должен "работать" подход Верховного Суда, обозначенный в пункте 14 Обзора судебной практики Верховного Суда? Так вот, предусмотренная статьями 62 и 99 Устава законная неустойка должны применяться постольку, поскольку в договоре на предоставление подвижного состава и (или) транспортной экспедиции отсутствует условие о неустойке. Иными словами, если в указанных договорах не предусмотрена неустойка за задержку возврата вагонов, то оператор вправе привлечь контрагента (грузоотправителя, грузополучателя или владельца путей необщего пользования), ссылась на положения статей 62 и 99 Устава.

На уровне окружных судов сформировались диаметральные подходы к разрешению вопроса о характере ответственности грузополучателя перед оператором подвижного состава за задержку возврата вагонов (контейнеров).

Если Уральский (А60-61504/2019 и А60-2749/2019) и Западно-Сибирский округа (А67-6477/2019 и А45-1811/2020) исходят из её внедоговорной природы, то суды Восточно-Сибирского (А33-21791/2018, А10-5146/2018, А19-2093/2019) и Северо-Западного округов (А21-13319/2019 и А56-99396/2018) требуют наличия обязательственной связи.

Тут нужно вспомнить, что статьи 62 и 99 Устава железнодорожного транспорта действительно предусматривают ответственность грузоотправителя (грузополучателя, владельца железнодорожных путей необщего пользования) за задержку вагонов (контейнеров) перевозчика под погрузкой или выгрузкой. Эти нормы по сути воскресили действовавшую в советский период статью 156 Устава железных дорог союза ССР.

При этом в основе советской нормы лежала мысль, что поскольку обеспечение подвижным составом является составной частью услуги перевозки в целом, которая, в свою очередь, осуществляется единственным (монопольным) исполнителем, то изъятие вагонов (контейнеров) из технологического процесса (в частности, по причине задержки под погрузки или выгрузкой) ставит перевозчика в затруднительное положение. Последний должен либо отказывать в перевозке по причине отсутствия свободного подвижного состава, либо держать избыточный парк. В условиях плановой экономики один вариант хуже другого. В этой связи установление ответственности за задержку возврата вагонов (контейнеров) создавало стимулы к недопущению подобных ситуаций (логика простая, «держать» вагон должно быть менее выгодно, чем вернуть). При этом для уравновешивания положений перевозчика и грузоотправителя (грузополучателя) рассматриваемая статья 156 УЖД СССР предоставляла сторонам возможность установить в договоре (на эксплуатацию пути или на подачу и уборку вагонов) комфортные сроки с учетом особенностями работы станции и подъездных путей.

Однако в 2003 году на железной дороге произошли существенные организационные изменения. Так, в ходе реализации Программы структурной реформы на железнодорожном транспорте (утв. постановлением Правительства РФ от 18.05.2001 № 384) грузовой вагонный парк практически полностью был передан независимым частными компаниям (подробнее об этом в докладе «Реформирование и регулирование железнодорожного транспорта в России: ретроспективный обзор ИПЕМ»).

В перевозочном процессе появился новый участник – оператор железнодорожного подвижного состава – компания, владеющая грузовыми вагонами (контейнерами) и оказывающая услуги по их предоставлению для осуществления перевозки. Забота о наличии свободного подвижного состава перешла на плечи операторов.

Как следствие возник вопрос, если статьи 62 и 99 Устава направлены на регулирование отношения, связанные с использованием вагонов (контейнеров) при перевозке, то с учетом произошедших изменений вправе ли ими «пользоваться» операторы подвижного состава, которые по сути заменили перевозчика в этих отношениях?

Первый ответ на этот вопрос последовал в 2012 году. В постановлении от 20.03.2012 № 15028/11 Президиум Высшего Арбитражного Суда отметил, что действие статьи 62 Устава распространяется не только на перевозчика, но и на иного владельца вагона, являющегося оператором подвижного состава. В последующем такой же позиции стал придерживаться Верховный Суд, сначала в отказных определениях экономической коллегии (определения № 307-ЭС17-3303 и 307-ЭС16-10663), после чего выпустив абстрактные разъяснения (пункт 14 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции, утв. Президиумом ВС РФ 20.12.2017).

При этом оба суда прямо не выразили позицию о природе возникающей между оператором подвижного состава и грузополучателем ответственности по поводу использования подвижного состава. Кажется, что ВАС склонялся к внедоговорному характеру, а ВС наоборот (неспроста в обзоре за пример взята фабула, где экспедитор обращается к клиенту с иском из договора транспортной экспедиции). В любом случае, молчание высших судов заставило нижестоящие суды его восполнять.

В пользу внедоговорной ответственности грузополучателя суды в основном приводят следующие доводы:

  1. права оператора подвижного состава не должны отличаться от прав перевозчика (звучит это в контексте, что коль скоро у перевозчика не было обособленного договора с грузополучателем по поводу вагонов, то и оператор может подобным не обладать);
  2. предусмотренный Уставом штраф призван для защиты прав владельцев вагонов. Отсутствие такой нормы об уплате штрафа позволяло бы недобросовестным грузополучателям использовать подвижной состав владельцев на безвозмездной основе, хранить в нем груз и осуществлять иные грузовые операции неограниченное количество времени без привлечения к какой-либо ответственности и без компенсации владельцу вагонов его потерь (см., например, дело № А60-61504/2019).

Издалека приведенные тезисы выглядят логично, но при детальном рассмотрении прихожу к обратным выводам. По мне, иск оператора подвижного состава к грузополучателю по поводу задержки вагонов (контейнеров) может быть основан исключительно на договоре. И вот почему.

Первый довод про равенство прав оператора подвижного состава и перевозчика, как уже говорил, в целом правильный. Но важный акцент: у грузополучателя нет внедоговорной ответственности перед перевозчиком, предоставляющим подвижной состав.

В первый раз личность грузополучателя возникает перед перевозчиком при заключении договора перевозки, когда грузоотправитель предоставляет заявку на перевозку груза (статья 11 Устава). В последующем эти сведения переносятся в транспортную накладную и становятся одним из условий договора перевозки. Есть много точек зрения относительно положения грузополучателя в договоре перевозки, однако совершенно точно обязательственная связь между ним и перевозчиком существует. Именно она позволяет грузополучателю реализовать свое секундарное право требовать выдачи груза, а перевозчику ожидать от грузополучателя окончательного расчета за перевозку (абзац пятый статьи 30, статья 36 Устава).

При этом уже после завершения непосредственно перевозки и выдачи груза обязательственная связь между перевозчиком и грузополучателем не прекращается, пусть даже места выгрузки расположены на железнодорожных путях необщего пользования. В этот период отношения начинают подчиняться договору на эксплуатацию железнодорожных путей необщего пользования или на подачу и уборку вагонов, наличие которого обуславливает возможность отправлять и принимать грузы (статьи 55 и 56 Устава).

В Российской Федерации насчитывается более 12 тысяч железнодорожных станций, каждая из которых обладает технологическими особенностями. Порядок, условия и сроки обработки подвижного состава на каждой станции могут зависеть от размера самой станции, обеспеченности тяговым подвижным составом, количества и протяженности примыкающих путей, количества владельцев путей необщего пользования и грузополучателей, грузооборота как по номенклатуре, так и по массе (количеству). Всё это неминуемо будет отражаться на сроках обработки и возврата вагонов, ведь что приемлемо для «малой» станции, не подойдет для большой.

В этой связи договор на эксплуатацию пути необщего пользования или на подачу и уборку вагонов среди прочего устанавливает порядок подачи и уборки вагонов, а также технологические сроки оборота вагонов на железнодорожных путях необщего пользования, технологическое время, связанное с подачей вагонов к местам погрузки, выгрузки грузов и уборкой вагонов с этих мест, а также технологические нормы погрузки грузов в вагоны и выгрузки грузов из вагонов (статья 58 Устава).

Таким образом, взаимосвязанное толкование статей 56, 58, 62, 99 и 100 Устава позволяет утверждать, что необходимым условием для возникновения ответственности грузополучателя перед перевозчиком за задержку возврата его (перевозчика) вагонов является наличие между ними договора, где среди прочего установлены сроки для возврата. Видимо, по этой же причине в статье 100 Устава, которая призвана для расчета суммы штрафа, делается акцент, что штраф начисляется с момента нарушения предусмотренных соответствующими договорами сроков подачи/уборки вагонов.

Устав не допускает подобной (внедоговорной) ответственности перед перевозчиком, а, следовательно, её не может быть и перед оператором подвижного состава. Наличие договора между грузополучателем и оператором имеет определяющее значение.

Какой же это должен быть договор? Ответ прост - договор на оказание услуг по предоставлению подвижного состава или договор транспортной экспедиции (пункты 4 и 6 Положения об основах правового регулирования деятельности операторов железнодорожного подвижного состава и их взаимодействия с перевозчиками, утв. постановлением Правительства РФ от 25.07.2013 № 626).

При этом если на нормативном уровне предписано, что предоставление подвижного состава осуществляется только на основании договора, то нет ни единого основания давать оператору особую повышенную защиту своего «владения» (к слову, это второй довод судов в обоснование внедоговорного характера ответственности).

Оператор, будучи предпринимателем и профессиональным участником рынка, может и должен самостоятельно заботиться об эффективности работы своего подвижного состава. Действующее правовое регулирование для этого предоставляет массу механизмов, самым простым из которых является договорная неустойка (статья 330 Гражданского кодекса). По моим грубым подсчетам за 2019 год арбитражными судами рассмотрено порядка 860 дел по искам операторов подвижного состава к клиентам о взыскании договорных неустоек за нарушение срока возврата вагонов.

Таким образом, приводимые в защиту подхода о внедоговорном характере ответственности на проверку оказались слабыми. Нет ни одного позитивного эффекта от введения подобной ответственности.

Наоборот, введение такой ответственности влечет мультиплицирование ответственности грузополучателя, когда последний, единожды задержав вагон, получит требование сначала от покупателя, привлекшего его для исполнения договора поставки, а затем от оператора, в чьём подвижном составе была выполнена перевозка. И если кредитор-покупатель грузополучателю известен, то появление дополнительного кредитора, причем с требованиями, на формирование которых получатель не мог влиять, будет неожиданностью.

Возникает лишь вопрос, как должен "работать" подход Верховного Суда, обозначенный в пункте 14 Обзора судебной практики Верховного Суда? Так вот, предусмотренная статьями 62 и 99 Устава законная неустойка должны применяться постольку, поскольку в договоре на предоставление подвижного состава и (или) транспортной экспедиции отсутствует условие о неустойке. Иными словами, если в указанных договорах не предусмотрена неустойка за задержку возврата вагонов, то оператор вправе привлечь контрагента (грузоотправителя, грузополучателя или владельца путей необщего пользования), ссылась на положения статей 62 и 99 Устава.

Резолютивная часть определения объявлена 28 июля 2016 г.

Определение изготовлено в полном объеме 1 августа 2016 г.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего – судьи Самуйлова С.В., судей Ксенофонтовой Н.А. и Разумова И.В.,

рассмотрела в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Гладкого А.В. (г. Дзержинский Московской области) на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.07.2015, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2015 и постановление Арбитражного суда Уральского округа от 08.02.2016 по делу № А71-4317/2015

по иску Гладкого А.В. к индивидуальному предпринимателю Швецу С.А. (с. Сосновка Шарканского района Удмуртской Республики) о взыскании задолженности

и встречному иску Швеца С.А. к Гладкому А.В. о взыскании штрафа за просрочку доставки груза,

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Кравенко А.В. .

В заседании приняли участие представитель Гладкого А.В. – Шаров С.А.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Самуйлова С.В., вынесшего определение от 16.06.2016 о передаче кассационной жалобы вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании а также объяснения представителя истца, судебная коллегия

как следует из обжалованных судебных актов и материалов дела Гладкий А.В. (перевозчик) и предприниматель Швец С.А. (отправитель заключили договор от 13.02.2015 № 13/02, по условиям которого перевозчик обязался в срок до 21.02.2015 перевезти автомобильным транспортом груз и передать его получателю - ОАО «Уралметаллургмонтаж», а отправитель оплатить перевозку в размере 360 000 рублей.

Во исполнение указанного договора Гладкий А.В. перевез груз и 28.02.2015 сдал его получателю.

Швец С.А. оплатил услуги по перевозке в сумме 316 800 рублей.

Наличие у последнего задолженности по оплате в размере 43 200 рублей послужило поводом для обращения Гладкого А.В. в суд с настоящим иском.

Швец С.А. предъявил к перевозчику встречный иск о взыскании 151 200 рублей штрафа за просрочку доставки груза на основании пункта 11 статьи 34 Федерального закона от 08.11.2007 № 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта» (далее – Устав автомобильного транспорта) в размере девяти процентов провозной платы за каждые сутки просрочки.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.07.2015, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2015 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 08.02.2016, первоначальный и встречный иски удовлетворены. В результате зачета требований с Гладкого А.В. в пользу Швеца С.А. взысканы 108 000 рублей штрафа и судебные расходы.

Суды руководствовались статьями 309, 310, 784, 785, 791, 792 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктом 11 статьи 34 и статьей 38 Устава автомобильного транспорта.

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, Гладкий А.В. просил судебные акты отменить и отказать в удовлетворении встречного иска, сославшись на неправильное применение судами пункта 11 статьи 34 Устава автомобильного транспорта. Согласно указанной норме штраф за просрочку в доставке груза уплачивается грузополучателю. Швец С.А. таковым не являлся, поэтому оснований для удовлетворения иска не было. По мнению заявителя, не доказан также и сам факт задержки доставки груза.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы изложенные в кассационной жалобе. Ответчик и третье лицо в судебное заседание не явились, отзыв не представили.

Законность обжалованных судебных актов проверена судебной коллегией в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, и в той части, в которой они обжалуются (пункт 2 статьи 291.14 АПК РФ).

Изучив материалы дела, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

По договору перевозки груза перевозчик обязуется доставить вверенный ему отправителем груз в пункт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу (получателю), а отправитель обязуется уплатить за перевозку груза установленную плату. Общие условия перевозки определяются транспортными уставами и кодексами, иными законами и издаваемыми в соответствии с ними правилами (статьи 784, 785 ГК РФ).

Из статьи 792 ГК РФ и статей 14, 15 Устава автомобильного транспорта следует, что по общему правилу перевозчик обязан доставить груз в пункт назначения в установленные договором перевозки груза сроки и выдать его грузополучателю по адресу, указанному грузоотправителем в транспортной накладной.

В случае неисполнения либо ненадлежащего исполнения обязательств по перевозке стороны несут ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, транспортными уставами и кодексами, а также соглашением сторон (статья 793 ГК РФ).

Ответственность перевозчика установлена в статье 34 Устава автомобильных дорог. Согласно пункту 11 этой статьи за просрочку доставки груза перевозчик уплачивает штраф грузополучателю.

Грузополучателем является физическое или юридическое лицо управомоченное на получение груза (статья 2 Устава автомобильного транспорта).

Судами не установлено и материалами дела не подтверждено, что Гладкий А.В. и Швец С.А. согласовали ответственность за нарушение срока доставки груза.

Уставом автомобильного транспорта, на который сослался Швец С.А. в обоснование своего требования, не предусмотрено взыскание штрафа в пользу грузоотправителя. В то же время Швец С.А. являлся грузоотправителем. В качестве грузополучателя он ни в договоре, ни в транспортной накладной не значился. Следовательно, у судов не было оснований для удовлетворения встречного иска по основанию, заявленному в нем.

В связи с существенным нарушением норм права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов в сфере предпринимательской деятельности, на основании пункта 1 статьи 291.11 АПК РФ решение от 28.07.2015, постановления от 23.10.2015 и от 08.02.2016 по делу № А71- 4317/2015 подлежат отмене в части, касающейся удовлетворения встречного иска.

Судебные расходы, понесенные Гладким А.В. при рассмотрении данного дела (12 000 руб. на оплату услуг лиц, оказывающих юридическую помощь, и 13 000 на оплату государственной пошлины в судах четырех инстанций), в соответствии со статьей 110 АПК РФ подлежат возмещению за счет Швеца С.А.

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.07.2015, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2015 и постановление Арбитражного суда Уральского округа от 08.02.2016 по делу № А71-4317/2015 отменить в части удовлетворения встречного иска.

В удовлетворении встречного иска отказать.

В оставшейся части оставить судебные акты в силе, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции:

взыскать с индивидуального предпринимателя Швеца С.А. в пользу индивидуального предпринимателя Гладкого А.В. 43 200 руб. задолженности, а также 12 000 руб. в возмещение расходов на оплату услуг представителя и 11 000 руб. в возмещение расходов на уплату государственной пошлины.

1. До предъявления к перевозчику иска, вытекающего из перевозки груза, обязательно предъявление ему претензии в порядке, предусмотренном соответствующим транспортным уставом или кодексом.

2. Иск к перевозчику может быть предъявлен грузоотправителем или грузополучателем в случае полного или частичного отказа перевозчика удовлетворить претензию либо неполучения от перевозчика ответа в тридцатидневный срок.

3. Срок исковой давности по требованиям, вытекающим из перевозки груза, устанавливается в один год с момента, определяемого в соответствии с транспортными уставами и кодексами.

Комментарий к ст. 797 ГК РФ

1. Обязательный претензионный порядок обеспечивает расследование каждого случая нарушения обязательства и выявление вызвавших его причин и дает возможность добровольного урегулирования спора между сторонами без вмешательства суда. Претензией является направленное перевозчику (фрахтовщику) письменное требование, в котором должны быть четко отражены следующие данные: кому адресуется претензия; суть претензии и ее обоснование; сумма требования; подробный адрес заявителя; дата составления претензии; подпись уполномоченного лица, а также обязательно указано на то, что при неисполнении претензии в установленные сроки, либо при неполучении ответа на претензию лицо, ее предъявившее, вынуждено будет обратиться в суд за принудительным взысканием. Запись в книге жалоб и предложений, письма, не содержащие обязательных реквизитов претензии, не исключают необходимости обращения в установленном порядке с претензией к перевозчику. В случаях, когда перевозчик и грузоотправитель (грузополучатель) строят свои отношения на долгосрочной основе (например, по договору об организации перевозок грузов), претензии должны предъявляться по каждому договору отдельно. Порядок оформления претензий устанавливается правилами перевозок грузов.

При перевозках воздушным транспортом у заявителя претензии выбор несколько шире. В соответствии со ст. 124 ВзК РФ в случае нарушения договора воздушной перевозки груза перевозчику предъявляется претензия в аэропорту пункта отправления или в аэропорту пункта назначения по усмотрению заявителя.

На автомобильном транспорте претензии, возникающие из перевозки грузов, предъявляются к перевозчику, выдавшему груз, а в случае полной утраты груза - к транспортной организации, принявшей груз к перевозке.

При перевозках железнодорожным транспортом претензии, возникшие в связи с осуществлением перевозки грузов, предъявляются к перевозчику (ст. 122 УЖТ РФ), под которым в данном случае понимается ОАО "РЖД". Однако претензии направляются по адресам филиалов перевозчика, т.е. железным дорогам, которые уполномочены ОАО "РЖД" рассматривать данный вид претензий. Претензии о возмещении за утрату, порчу и недостачу или повреждение груза должны предъявляться по каждой отправке в отдельности. Исключение составляют однородные грузы, погруженные одним грузоотправителем в адрес одного грузополучателя.

К претензиям должны быть приложены документы, подтверждающие право на заявление претензии (ст. ст. 161 КВВТ РФ, 405 КТМ РФ, 120 УЖТ РФ, 39 УАТиНГЭТ).

3. Претензии к перевозчикам могут быть предъявлены в течение срока исковой давности. На речном транспорте сроки исковой давности исчисляются в отношении возмещения ущерба за утрату груза - по истечении 30-ти дней со дня окончания срока доставки груза. Срок предъявления претензии к перевозчику при внутренних воздушных перевозках равен 6-ти месяцам. В случае просрочки доставки груза претензия должна быть предъявлена в течение 21 дня со дня передачи груза в распоряжение лица, имеющего право на его получение. Указанное уведомление является основанием для составления коммерческого акта. В случае утраты груза претензия к перевозчику может быть предъявлена в течение 18 месяцев со дня прибытия воздушного судна в аэропорт пункта назначения, со дня, когда воздушное судно должно было прибыть, или со дня прекращения воздушной перевозки. Перевозчик вправе принять к рассмотрению претензию по истечении установленного срока, если признает уважительной причину пропуска срока предъявления претензии (ст. 126 ВзК РФ).

В соответствии со ст. 123 УЖТ РФ претензии к железнодорожным перевозчикам могут быть предъявлены в течение 6 месяцев, претензии в отношении штрафов и пеней - в течение 45 дней. На автомобильном транспорте претензии к перевозчикам могут быть предъявлены в течение срока исковой давности, т.е. в течение одного года со дня наступления события, послужившего основанием для предъявления претензии или иска (ст. 42 УАТиНГЭТ).

Претензии должны предъявляться не только по требованиям не только об уплате основной суммы иска, но и о взыскании процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, если заявитель считает, что перевозчик должен их уплатить в связи с неуплатой основной суммы.

В соответствии со ст. 163 КВВТ РФ, ст. 407 КТМ РФ, ст. 128 ВзК РФ, ст. 40 УАТиНГЭТ перевозчик обязан рассмотреть полученную претензию и о результатах уведомить в письменной форме заявителя в течение 30 дней со дня получения претензии. При частичном удовлетворении или отклонении претензии заявителя в уведомлении перевозчика должно быть указано основание принятого решения со ссылкой на соответствующие нормативные правовые акты. В этом случае представленные при предъявлении претензии документы возвращаются заявителю. В тех случаях, когда перевозчик отказался рассмотреть претензию по существу со ссылкой на нарушение заявителем претензии установленного претензионного порядка, а истец оспаривает правомерность такого отказа в рассмотрении претензии и считает претензионный порядок соблюденным, суд принимает исковое заявление и возникшее разногласие по этому вопросу разрешает в судебном заседании. При признании претензионного порядка соблюденным исковое заявление рассматривается по существу.

Исковой давностью признается срок для защиты прав по иску лица, право которого нарушено (ст. 195 ГК РФ). Право на совершение процессуальных действий погашается с истечением установленного федеральным законом или назначенного судом процессуального срока (ст. 109 ГПК РФ). Срок исковой давности по требованиям, вытекающим из перевозки груза, устанавливается в один год с момента, определяемого в соответствии с транспортными уставами и кодексами (ст. 797 ГК РФ). Иски к перевозчику, возникшие в связи с осуществлением перевозок грузов, могут быть предъявлены в случае полного или частичного отказа перевозчика удовлетворить претензию либо в случае неполучения ответа перевозчика на предъявленную претензию в 30-дневный срок. Претензия может считаться удовлетворенной при условии фактического перечисления предъявителю претензии признанной железной дорогой суммы. В случае, когда железная дорога признала претензию, но не перечислила признанную сумму либо указанная сумма грузоотправителем или грузополучателем не получена по иным причинам, заявитель претензии вправе обратиться в арбитражный суд с иском к железной дороге о взыскании соответствующей суммы в судебном порядке.

Президиум ВАС РФ в Постановлении от 26.05.1998 N 4935/97 разъяснил, что сроки на предъявление претензии к перевозчику, вытекающей из договора перевозки груза, не являются пресекательными, если рассматриваемые правоотношения возникли после ввода в действие части второй ГК РФ. Данный вывод согласуется со ст. 46 Конституции РФ, гарантирующей каждому право на судебную защиту.

Транспортные уставы и кодексы устанавливают правила о начале течения срока исковой давности (ст. 164 КВВТ РФ, 125 УЖТ РФ, 42 УАТиНГЭТ, 128 ВзК РФ, 408 КТМ РФ).

4. Применимое законодательство:

5. Судебная практика:

- Постановление Пленума ВАС РФ от 06.10.2005 N 30;

- Постановление Президиума ВАС РФ от 26.05.1998 N 4935/97;

- Определение ВАС РФ от 13.10.2009 N ВАС-11284/09;

- Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2014 N 18АП-14587/13;

- Постановление ФАС Поволжского округа от 17.06.2008 N А57-15547/07-3;

- Постановление ФАС Поволжского округа от 11.06.1998 N А55-309/97-9;

- Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 02.12.2013 N 03АП-5939/13;

- Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2012 N 18АП-10534/12;

- Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2012 N 04АП-321/12.

"КОММЕНТАРИЙ К ГРАЖДАНСКОМУ КОДЕКСУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. ЧАСТЬ ВТОРАЯ ОТ 26 ЯНВАРЯ 1996 ГОДА № 14-ФЗ"

Н.А. Баринов, С.А. Барышев, Е.А. Бевзюк, М.А. Беляев, Т.А. Бирюкова, Ю.Н. Вахрушева, Р.Р. Долотина, Н.В. Елизарова, Р.Ю. Закиров, Н.А. Захарова, П.З. Иванишин, С.Ю. Морозов, Т.Н. Михалева, 2014

Судебная практика по статье 797 ГК РФ:

Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности суд признал необоснованными. Применяя исковую давность и отказывая в иске, суд апелляционной инстанции исходил из следующего. Согласно пункту 3 статьи 797 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям, вытекающим из перевозки грузов, устанавливается в один год с момента, определяемого в соответствии с транспортными уставами и кодексами.

Между тем судами не учтено следующее. Срок исковой давности по заявленному требованию о взыскании платы за простой вагонов на путях общего пользования судами правомерно признан специальным и составляющим один год (статьи 197, 200 и 797 Гражданского кодекса Российской Федерации поскольку отношения сторон по организации расчетов и оплате провозных платежей непосредственно связаны с их отношениями по перевозке грузов.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: