Отказ в доступе к правосудию

Обновлено: 03.10.2022

В данном блоге попытался рассмотреть практику Европейского Суда по правам человека (далее — ЕСПЧ) , применимую к случаям нарушения судами общей юрисдикции Российской Федерации при рассмотрении гражданских дел положений ст.6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее- Конвенция). Естественно, что приведена не вся имеющаяся практика ЕСПЧ относительно нарушений ст. 6, а лишь её немногая часть, так как нарушений данной нормы множество, в том числе и со стороны РФ. Практику постарался привести постадийно, начиная с момента обращения в суд за защитой своих законных прав и интересов, и заканчивая, собственно, самим вынесением решения. Стадию исполнения судебного решения, а также апелляционное, кассационное и надзорное производства не рассматривал. Приводятся постановления, вынесенные как в отношении РФ, так и в отношении иных государств, ратифицировавших Конвенцию.

Для начала, приведу в сокращённом виде, применительно лишь к гражданскому процессу, текст статьи 6 Конвенции (Право на справедливое судебное разбирательство): «Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях… имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Судебное решение объявляется публично, однако пресса и публика могут не допускаться на судебные заседания в течение всего процесса или его части по соображениям морали, общественного порядка или национальной безопасности в демократическом обществе, а также когда того требуют интересы несовершеннолетних или для защиты частной жизни сторон, или — в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо — при особых обстоятельствах, когда гласность нарушала бы интересы правосудия».

Обращаю внимание, что ст. 6 предусмотрены нарушения и в части уголовного судопроизводства, которые, исходя из направленности данного блога, интереса не представляют.

Имеет место некоторая сложность, связанная с тем, что текст вышеприведённой статьи не приводит всех возможных случаев нарушений права на справедливое судебное разбирательство, так как это не представляется возможным, особенно с учётом того, что по своей сути Конвенция является неким наднациональным актом. Поэтому необходимо руководствоваться правоприменительной практикой ЕСПЧ, из которой следует, какие именно действия РФ в лице судов общей юрисдикции являются нарушением названного права, а какие — нет.

Из практики ЕСПЧ можно также сделать вывод о том, что положения параграфа 1 ст. 6 следует понимать расширительно, а не ограничительно. Например, из Постановления ЕСПЧ по делу «Делькур против Бельгии» от 17.01.1970 года (жалоба N 2689/65) вытекает следующее: «В демократическом обществе в свете понимания Конвенции, право на справедливое отправление правосудия занимает столь значительное место, что ограничительное толкование ст. 6 п. 1 не соответствовало бы цели и назначению данного положения».

Для упрощения и сокращения текста блога рассмотрю нарушения лишь относительно искового производства, так как на мой взгляд, именно оно является основным, в том числе, и применительно к допускаемым нарушениям. Привожу практику лишь по наиболее распространённым и значимым, по моему мнению, нарушениям.

1. Предъявление иска

а) Отказ в принятии, невозможность возбуждения дела

Право на предъявление иска и возбуждение дела вытекают из права на доступ к правосудию. Правоприменительная практика ЕСПЧ исходит из того, что каждый имеет право предъявить в суд любое требование, относящееся к его гражданским правам и обязанностям. Так, например, в Постановлении ЕСПЧ по делу «Черничкин против Российской Федерации» от 16.09.2010 года (жалоба № 39874/03) указано следующее: «Московские суды отклонили жалобу заявителя на том основании, что законодательной властью еще не определена подсудность подобных исков. Такое ограничение права на судебное разбирательство исключило любую возможность рассмотрения иска заявителя и, соответственно, ущемило его право на доступ к правосудию. Власти РФ не представили никаких объяснений продолжающемуся непринятию законодательства, регулирующего порядок рассмотрения таких исков. Соответственно, ЕСПЧ находит, что заявителю было отказано в праве на доступ к правосудию и что имело место нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции в этом отношении».

Представляет интерес, на мой взгляд, и Постановление ЕСПЧ по делу «Голдер против Соединенного Королевства» от 21.02.1975 года (жалоба N 4451/70), которое устанавливает: «Право на справедливое, публичное и скорое судебное разбирательство, естественно, приложимо только к ведущемуся процессу, из этого, однако, не следует, что право на возбуждение судебного дела тем самым из него исключается… По мнению Суда, было бы немыслимо, чтобы статья 6 п. 1 содержала подробное описание предоставляемых сторонам процессуальных гарантий в гражданских делах и не защищала бы в первую очередь того, что дает возможность практически пользоваться такими гарантиями — доступа к суду. Такие характеристики процесса, как справедливость, публичность, динамизм, лишаются смысла, если нет самого судебного разбирательства… Таким образом, Суд приходит к выводу, что, даже и не прибегая к «дополнительным средствам толкования», предусмотренным в статье 32 Венской конвенции, статья 6 п. 1 обеспечивает каждому человеку право на рассмотрение в суде любого спора, относящегося к его гражданским правам и обязанностям. Она признает право на суд, где право доступа, понимаемое как возможность инициировать судебное производство по гражданским делам, составляет лишь один из аспектов. К этому следует добавить гарантии статьи 6 п. 1, относящиеся к организации и составу суда и к движению процесса. Короче говоря, все это в целом представляет собой право на справедливое разбирательство…».

В Постановлении ЕСПЧ по делу «Эйри против Ирландии» от 09.10.1979 года (Жалоба № 6289/73) Суд пришёл к выводу: «..недоступная стоимость процесса препятствовала обращению в Высокий Суд за решением о раздельном проживании супругов, что является нарушением п.1 ст.6. С этим утверждением единогласно согласилась Комиссия…» ; «Заявитель не смогла найти адвоката, который захотел бы представлять ее в суде. Комиссия сделала вывод, что причина этого — невозможность оплатить расходы, с этим связанные… Учитывая все обстоятельства дела, Суд находит что г-жа Эйри не имела реального права доступа в Высокий Суд для решения вопроса о раздельном проживании супругов. Соответственно, имело место нарушение ст. 6 п. 1».

Данное Постановление отнёс к этой стадии, так как, несмотря на то, что формально возможность обращения есть, но она изначально не обеспечивает возможности защиты права заявителя. Более того, таковое обращение без услуг специалиста обречено на отказ в заявленных требованиях.

б) Оставление без движения и дальнейшее возвращение заявления

Практика ЕСПЧ свидетельствует о том. что излишний процессуальный формализм при доступе к суду недопустим. Следовательно, неуплата госпошлины и непредоставление каких-либо документов не являются безусловным основанием для ограничения доступа к правосудию. В Постановлении ЕСПЧ по делу «Совтрансавто Холдинг» против Украины» от 25.07.2002 года (жалоба N 48553/99) Суд указал: «…решением от 02.04.2002 года Высший Хозяйственный Суд Украины отклонил кассационную жалобу заявителя, не рассмотрев ее по существу, на том основании, что заявитель не представил в Высший Хозяйственный Суд Украины документ об уплате пошлины за рассмотрение жалобы в суде. Он вернул заявителю денежную сумму, которую заявитель уплатил за рассмотрение жалобы, и отметил, что после соблюдения формальностей по данному делу заявитель может снова подать свою жалобу. Решением от 26.04.2002 года Высший Хозяйственный Суд Украины отклонил жалобу заявителя по той причине, что срок в один месяц, предусмотренный для подачи жалобы, истек. Европейский суд также отметил, что кассационная жалоба заявителя не была рассмотрена по причине несоблюдения формальностей, предусмотренных законом, что может привести к выводу, что заявитель не исчерпал внутренних средств правовой защиты. Таким же образом Европейский суд напомнил, что в соответствии с прецедентной практикой по вопросу исчерпания внутренних средств правовой защиты это правило должно применяться достаточно гибко и без излишнего формализма, оно не должно применяться автоматически и носить абсолютный характер; в отношении каждого дела необходимо принимать во внимание его обстоятельства».

2. Судебное разбирательство

а) Право на участие в судебном заседании

В Постановлении ЕСПЧ по делу «Яковлев против Российской Федерации» от 15.03.2005 года (жалоба N 72701/01) Суд указал: «… право на публичное рассмотрение дела будет лишено смысла, если сторона, участвующая в деле, не извещается о судебном заседании с таким расчетом, чтобы она имела возможность явиться в суд в том случае, если лицо решит воспользоваться своим правом, предусмотренным национальным законодательством».

Каждый имеет право на участие в судебном заседании. Причём иногда таковое право может иметь место и в случаях, когда обязанность суда осуществлять вызов участников прямо не закреплена положениями национального законодательства, но вытекает из них, и участники настаивают на своём присутствии в судебном заседании.

б) Право на разбирательство в разумный срок

Постановление ЕСПЧ по делу «Левшины против Российской Федерации» от 09.11.2004 года (жалоба N 63527/00) указывает на следующее: «…обоснованность длительности судебного разбирательства должна быть оценена в свете обстоятельств дела и с учетом следующих критериев: сложность дела, действия заявителя и соответствующих органов власти и важность рассматриваемого вопроса для заявителя…»; «именно Высокие Договаривающиеся Стороны должны организовывать свои правовые системы таким образом, чтобы суды могли гарантировать каждому право на вынесение окончательного решения в разумный срок при определении гражданских прав и обязанностей лица».

в) Право на равенство сторон

Это, пожалуй, одно из наиболее часто подвергающихся нарушениям, прав. Полагаю, что в большей степени это вызвано значительным количеством составляющих данного права. Сюда можно отнести равную возможность представлять доказательства по делу, пользоваться одинаковыми процессуальными правами и т.д. и т.п.

Так, в Постановлении ЕСПЧ по делу «Домбо Бехеер Б.В. против Нидерландов» от 27.10.1993 года (жалоба N 14448/88) указано следующее: «…понятие справедливого разбирательства, сформировавшееся в юриспруденции Суда, включает требование процессуального равенства прав сторон в смысле справедливого равновесия между сторонами как в отношении гражданских, так и уголовных дел. Суд разъяснил, что принцип процессуального равенства сторон подразумевает в случае спора, затрагивающего частные интересы, что каждая сторона должна располагать разумной возможностью представить свое дело, включая доказательства, в условиях, которые не ставят эту сторону в существенно более неблагоприятное положение по отношению к противоположной стороне».

В Постановлении ЕСПЧ по делу «Ван де Хурк против Нидерландов» от 19.04.1994 года Суд отметил: «…суд обязан провести надлежащим образом рассмотрение аргументов и доказательств, представленных сторонами, и дать им надлежащую оценку…».

г) Право на независимый и беспристрастный суд

Довольно интересным, и в некоторой мере типичным для РФ представляется Постановление ЕСПЧ по делу «Батурлова против Российской Федерации» от 19.04.2011 года (жалоба N 33188/08): «Европейский Суд учитывает, что судейская независимость также требует, чтобы отдельные судьи были свободны от ненадлежащего влияния не только со стороны несудебных органов, но и в рамках судебной системы. Эта внутренняя судейская независимость требует, чтобы они были свободны от указаний и давления со стороны других судей и вышестоящих судебных органов»; «Обстоятельства дела указывают на тот факт, что суд первой инстанции после того, как он был подвергнут критике со стороны вышестоящего судебного органа, последовал письменным указаниям последнего, пересмотрел дело и вынес новое решение в пользу пенсионного органа и против заявительницы. Выводы городского суда полностью соответствовали мотивам, изложенным в письме председателя областного суда… Соответственно, имело место нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции в части требования о независимости суда».

д) Право на невмешательство властей

Довольно часто официальные власти, преследуя свои интересы и пользуясь более значительными, нежели у иных участников спора, возможностями, осуществляют вмешательство в гражданские споры, нарушая тем самым право лиц, в дела которых они вмешиваются. Одним из таких примеров можно привести вмешательство Генерального прокурора Молдовы в один из споров. В Постановлении ЕСПЧ по делу «Nistas GmbH против Молдовы» от 12.12.2006 года Суд указал: «…истец и ответчик по многим моментам были поставлены в неравное положение по возможностям осуществления своих прав. В частности, вмешательство Генерального прокурора на стороне ответчика путем обжалования вступивших в законную силу решений судов подтверждает преобладание возможностей ответчика».

3) Право на мотивированное судебное решение

Данное право, безусловно, является значимым, так как из него вытекает сама возможность мотивированно обжаловать выводы и заключения национального суда, вынесшего спорное решение. Между тем, ни для кого не является секретом, что недостаточно мотивированные акты судов общей юрисдикции в РФ занимают достаточно серьёзный удельный вес.

В Постановлении ЕСПЧ по делу «Кузнецов и другие против Российской Федерации» от 11.01.2007 года (жалоба № 184/02) Суд отметил: «…в соответствии с установленным прецедентным правом, которое отражает принцип надлежащего отправления правосудия, в решении судов и органов правосудия должны быть надлежащим образом указаны основания, по которым они были вынесены… И хотя национальные суды пользуются ограниченным правом принятия решения в вопросе выбора доводов по конкретному делу и приобщения доказательств достоверности утверждений сторон, эти органы обязаны указать основания для своих действий, изложив мотивировку этих решений… Еще одна роль мотивированного решения состоит в том, что оно доказывает сторонам, что их позиции были выслушаны. Кроме того, мотивированное решение дает возможность какой-либо стороне обжаловать его, а апелляционной инстанции –– возможность пересмотреть его. Изложение мотивированного решения является единственной возможностью для общественности проследить отправление правосудия…».

В Постановлении ЕСПЧ по делу «Хаджианастасиу против Греции» от 16.12.1992 года (жалоба N 12945/87) Суд указал: «В данном деле, судебное решение, которое было оглашено председателем военного апелляционного суда, не содержало никакого упоминания о вопросах, отраженных в протоколе слушаний, и не было целиком основано на тех же доводах и мотивах, что и решение постоянного суда Военно-воздушных сил. Поскольку заявитель получил протокол слушаний только после того, как он направил кассационную жалобу по вопросам нарушения процессуального права, у него не было соответствующей информации, чтобы конкретизировать свою жалобу. В соответствии с этим суд пришел к выводу, что право на защиту было подвергнуто таким ограничениям, что заявителю не было обеспечено справедливого судебного разбирательства. Вследствие этого, нарушение п. 3 ст. 6 Конвенции, взятой в совокупности п. 1 ст. 6 Конвенции, имело место».

В Постановлении ЕСПЧ по делу «Пронина против Украины» от 18.07.2006 года (жалоба № 63566/00) Суд пришёл к выводу: «Статья 6 § 1 Конвенции обязывает суды мотивировать свои решения, но не может быть понята как требующие подробного ответа на каждый аргумент. Степень, в которой эта обязанность мотивировать применяет может варьироваться в зависимости от характера решения… Национальные суды не предприняли попытки проанализировать выраженную точку зрения заявителя… Национальные суды, игнорируя точку зрения заявителя в целом, хотя она была конкретной, актуальной и важной, не выполнили своих обязательств по статье 6 § 1 Конвенции…».

Следовательно, у суда есть обязанность дать оценку всем аргументам стороны, которые являются чёткими и важными относительно рассматриваемого дела.

Настоящее информационно-тематическое собрание правовых позиций подготовлено Секретариатом Конституционного Суда Российской Федерации и не является исчерпывающим. Решения КС РФ, в которых содержатся правовые позиции, даны в хронологическом порядке.

по состоянию на июль 2020 года

"1. Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

2. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд."

"Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба."

Определение от 25 марта 2004 года N 127-О/2004

[. ] возможность проверки законности и обоснованности решений суда первой инстанции лишь после окончательного разрешения дела, а именно одновременно с рассмотрением кассационной жалобы на приговор, не может быть признана эффективным средством защиты нарушенных прав в тех случаях, когда в результате такого отсроченного судебного контроля нарушенные права, в том числе право на справедливое разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, не могут быть восстановлены в полном объеме. Необоснованное изменение подсудности может привести к нарушению гарантированного статьей 47 Конституции Российской Федерации права каждого на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, повлечь задержку судебного разбирательства и тем самым нарушить разумные сроки разрешения уголовного дела судом.

Определение от 17 октября 2006 года N 425-О/2006

Конституция Российской Федерации (статья 45, часть 1; статья 46, часть 1; статья 52) гарантирует государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина; государство обеспечивает потерпевшим от преступлений доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Реализация указанных прав осуществляется, в частности, посредством использования механизмов уголовно-процессуального регулирования, предполагающих обязанность органов предварительного расследования и прокурора при выявлении признаков преступления возбуждать уголовные дела, осуществлять от имени государства уголовное преследование по делам публичного и частно-публичного обвинения, обеспечивая тем самым неотвратимость ответственности виновных лиц и защиту прав лиц, пострадавших от преступлений. Невыполнение или ненадлежащее выполнение данной обязанности, выражающееся в том числе в длительном затягивании решения вопроса о наличии оснований для возбуждения уголовного дела, в неоднократных прерывании и возобновлении проверки по заявлению о преступлении, приводит к нарушению разумного срока рассмотрения дела и ограничению доступа потерпевших к правосудию.

Определение от 20 марта 2007 года N 179-О-О/2007

Положение части шестой статьи 162 УПК Российской Федерации, предусматривающее полномочие прокурора при возобновлении приостановленного уголовного дела установить срок дополнительного следствия в пределах одного месяца начиная с момента поступления уголовного дела следователю, не допускает отступления от принципа обеспечения каждому права на рассмотрение его дела в разумные сроки и не позволяет произвольно и безосновательно затягивать сроки производства по уголовному делу.

Определение от 19 июня 2012 года N 1172-О/2012

[. ] установление ответственности государства в виде компенсации лицам за нарушение разумного срока уголовного судопроизводства лишь до вступления в законную силу приговора суда не означает введение ограничений прав осужденных на судебную защиту и не исключает право на возмещение государством морального вреда, причиненного виновным нарушением предусмотренных законом на стадии исполнения приговора сроков рассмотрения ходатайств осужденных, реализуемое в порядке гражданского судопроизводства [. ].

Постановление от 25 июня 2013 года N 14-П/2013

Предоставив [. ] право обратиться в суд с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок другим помимо указанного в статье 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод лица, которому предъявлено обвинение (а в контексте толкования данной статьи Европейским Судом по правам человека - лица, привлекаемого к уголовной ответственности), субъектам уголовного судопроизводства, включая потерпевшего, федеральный законодатель - следуя конституционным принципам равенства всех перед законом и судом, осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, реализация которых требует, в свою очередь, соблюдения баланса конституционно значимых интересов при обеспечении в уголовном процессе прав лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, и лиц, пострадавших от преступлений, - тем самым расширил для Российской Федерации сферу действия статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод применительно к защите признаваемого ее статьей 6 права на справедливое судебное разбирательство в разумный срок.

[. ] содержащееся в части 7 статьи 3 Федерального закона "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" [. ] условие об установлении подозреваемого или обвиняемого, предусмотренное для обращения с требованием о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок в случаях, когда продолжительность производства по уголовному делу превысила четыре года и заинтересованное лицо ранее обращалось с заявлением об ускорении рассмотрения уголовного дела в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации, имеет целью получение реальной судебной защиты в форме восстановления нарушенных прав и свобод прежде всего такими субъектами уголовного судопроизводства, как подозреваемые и обвиняемые. Данное условие позволяет суду проверить, соблюдено ли право подозреваемого или обвиняемого на справедливое разбирательство дела в разумный срок, включая стадию досудебного производства, и исходя из этого определить, может ли конкретное заявление о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок быть удовлетворено с учетом общей продолжительности судопроизводства по уголовному делу, производство по которому не окончено.

Пункт 3.2, абз. 5, 6:

[. ] чрезмерная длительность досудебного производства по уголовному делу начиная с момента установления подозреваемого (обвиняемого) презюмирует и нарушение права потерпевшего от преступления на справедливое и публичное рассмотрение его требований, включая требование о возмещении причиненного преступлением вреда, в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. [. ] реализация потерпевшим права на судебную защиту в разумный срок в большей степени определяется именно продолжительностью предварительного расследования, а не его тщательностью, поскольку собирание избыточных доказательств может привести к неоправданной задержке в осуществлении уголовного судопроизводства и нарушить данное право потерпевшего.

Следовательно, такое дополнительное условие, при котором возможно обращение с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок, как установление подозреваемого или обвиняемого, может действовать и в отношении потерпевшего, но лишь с учетом и при соблюдении баланса конституционно защищаемых ценностей.

[. ] реализация потерпевшими и иными заинтересованными лицами, которым запрещенным уголовным законом деянием причинен физический или материальный вред, права на судопроизводство в разумный срок в целях получения реальной судебной защиты в форме восстановления нарушенных прав и свобод также должна осуществляться в соответствии с законодательно закрепленными критериями определения разумности сроков уголовного судопроизводства. При этом, однако, процессуальный статус этих лиц предопределяет необходимость учета дополнительных параметров, позволяющих при отнесении срока разбирательства конкретного дела к разумному исключить его произвольную оценку, в том числе имея в виду, что обеспечение их права на уголовное судопроизводство в разумный срок зависит не столько от продолжительности досудебного производства по делу (которая может быть связана с большим объемом процессуальных и оперативно-розыскных действий), сколько от своевременности, тщательности, достаточности и эффективности предпринятых мер для объективного рассмотрения соответствующих требований.

[. ] взаимосвязанные положения части 1 статьи 1, пункта 1 части 1, частей 6 и 7 статьи 3 Федерального закона "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок", частей первой и четвертой статьи 244.1 и пункта 1 части первой статьи 244.6 ГПК Российской Федерации не противоречат Конституции Российской Федерации в той мере, в какой, будучи направленными на обеспечение гарантий судебной защиты права на судопроизводство в разумный срок, эти законоположения - по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм - по общему правилу предполагают, что потерпевшему или иному заинтересованному лицу, которому запрещенным уголовным законом деянием причинен физический или имущественный вред, может быть отказано в признании за ним права на подачу заявления о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок на том формальном основании, что подозреваемый или обвиняемый по делу не был установлен, если в таком заявлении не приведены данные, свидетельствующие о возможном нарушении разумных сроков уголовного судопроизводства, в том числе в связи с непринятием судом, прокурором, руководителем следственного органа, следователем, органом дознания, дознавателем должных мер, необходимых в целях своевременного осуществления досудебного производства по уголовному делу и установления подозреваемых (обвиняемых) в совершении преступления лиц, с учетом общей продолжительности судопроизводства по уголовному делу.

[. ] при отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что у органов предварительного расследования была возможность выдвинуть подозрение или обвинение в отношении конкретного лица, сама по себе значительная продолжительность досудебного производства по уголовному делу не может рассматриваться как безусловное нарушение права потерпевшего на судопроизводство в разумный срок, влекущее обязанность государства выплатить ему соответствующую компенсацию.

Определение от 2 июля 2013 года N 1056-О/2013

[. ] правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации [выработанная в его Постановлении от 25 июня 2013 года N 14-П, в соответствии с которой впредь до внесения в действующее правовое регулирование надлежащих изменений, вытекающих из данного Постановления, суды общей юрисдикции не вправе отказывать потерпевшим в принятии к рассмотрению заявлений о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок по одному лишь формальному основанию - в связи с тем, что подозреваемый или обвиняемый по данному уголовному делу не был установлен, - если имеются данные, свидетельствующие о непринятии надлежащих мер судом, прокурором, руководителем следственного органа, следователем, органом дознания, дознавателем, необходимых в целях своевременного осуществления досудебного уголовного судопроизводства] носит общий характер и распространяется на все случаи, связанные с рассмотрением и разрешением вопросов о праве потерпевших, которым запрещенным уголовным законом деянием причинен физический или материальный вред, на судопроизводство в разумный срок в целях получения реальной судебной защиты в форме восстановления нарушенных прав и свобод.

Пункт 4.1, абз. 5, 6:

[. ] пострадавшее лицо не может быть лишено права на подачу заявления о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок на том лишь основании, что оно не получило формального уголовно-процессуального статуса потерпевшего вследствие того, что по его заявлению дознавателем, органом дознания, следователем, руководителем следственного органа своевременно, в установленный законом срок не принято решение о возбуждении уголовного дела о преступлении, по которому в итоге вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Пункт 4.3, абз. 1 - 3:

[. ] взаимосвязанные положения части 1 статьи 1 Федерального закона "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" и части третьей статьи 6.1 УПК Российской Федерации не противоречат Конституции Российской Федерации в той мере, в какой эти положения по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования:

не допускают возвращения заявления о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок лицу, по заявлению которого о преступлении отказано в возбуждении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, или отказ в выплате компенсации такому лицу на том лишь формальном основании, что в отношении этого лица не было принято процессуальное решение о признании его потерпевшим, если позиция органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры о наличии оснований для возбуждения уголовного дела в период предварительного расследования неоднократно менялась и (или) если принятым впоследствии судебным решением установлено, что отказ в возбуждении уголовного дела в период до истечения сроков давности уголовного преследования был незаконным, необоснованным;

не допускают возвращения заявления о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или отказ в выплате компенсации потерпевшему от преступления в тех случаях, когда производство по уголовному делу прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования, который по данному преступлению меньше, чем установленный законодательством срок производства по уголовному делу, позволяющий обращаться в суд с заявлением о присуждении компенсации, на том лишь формальном основании, что продолжительность производства по данному уголовному делу до истечения срока давности уголовного преследования не превысила срок, установленный в качестве условия обращения в суд с указанным заявлением применительно к лицам, производство по делам которых продолжается.

[. ] во всяком случае предполагается, что лицо обратилось с заявлением о преступлении своевременно, т.е. в течение непродолжительного срока с момента, когда оно узнало или должно было узнать о деянии, имеющем признаки преступления, а связанные с проверкой заявления о преступлении, решением вопроса о возбуждении уголовного дела и установлением подозреваемого (обвиняемого) в совершении преступления действия прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя - исходя из указанных в заявлении о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок обстоятельств - нуждаются в дополнительной оценке с точки зрения их достаточности и эффективности.

Определения от 2 июля 2015 N 1541-О/2015, N 1542-О/2015, N 1543-О/2015

Пункт 4, абз. 2, 5, 6:

По конституционно-правовому смыслу части шестой статьи 162 УПК Российской Федерации, предусмотренный ею порядок продления срока предварительного следствия:

направлен на обеспечение принципов законности и разумного срока уголовного судопроизводства путем устранения выявленных нарушений и препятствий к дальнейшему движению уголовного дела, принятия мер, направленных на ускорение предварительного расследования в случаях его незаконного, необоснованного приостановления или прекращения;

Постановление от 2 марта 2017 года N 4-П/2017

Определение от 26 марта 2019 года N 644-О/2019

[. ] реабилитированное [по уголовному делу] лицо вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства и при нарушении этим судом его права на судопроизводство в разумный срок - в суд с административным исковым заявлением о присуждении компенсации за нарушение данного права.

Постановление от 13 июня 2019 года N 23-П/2019

[. ] часть третья статьи 6.1 УПК Российской Федерации в той мере, в какой она позволяет при определении разумного срока уголовного судопроизводства для лица, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред (признанного в установленном уголовно-процессуальным законом порядке потерпевшим), не учитывать период со дня подачи им заявления о преступлении и до момента возбуждения уголовного дела об этом преступлении в случаях, когда производство по данному уголовному делу завершилось постановлением обвинительного приговора, не соответствует Конституции Российской Федерации [. ].

Пункт 2 резолютивной части, абз. 2:

Впредь до внесения в правовое регулирование надлежащих изменений, вытекающих из настоящего Постановления, при определении разумного срока уголовного судопроизводства для лица, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред (признанного в установленном уголовно-процессуальным законом порядке потерпевшим), если производство по уголовному делу завершилось обвинительным приговором, следует руководствоваться положениями части третьей.3 статьи 6.1 УПК Российской Федерации.

Постановление от 30 января 2020 года N 6-П/2020

[. ] часть третья статьи 6.1 УПК Российской Федерации в той мере, в какой она позволяет при определении разумного срока уголовного судопроизводства для лица, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред (признанного в установленном уголовно-процессуальным законом порядке потерпевшим), не учитывать период со дня подачи им заявления о преступлении и до момента возбуждения уголовного дела об этом преступлении в случаях, когда производство по данному уголовному делу прекращено в связи со смертью подозреваемого, не соответствует Конституции Российской Федерации [. ].

Определение от 9 апреля 2020 года N 812-О/2020

Настоящее информационно-тематическое собрание правовых позиций подготовлено Секретариатом Конституционного Суда Российской Федерации и не является исчерпывающим. Решения КС РФ, в которых содержатся правовые позиции, даны в хронологическом порядке.

по состоянию на июнь 2019 года

"1. Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

2. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд."

"Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба."

Постановление от 24 апреля 2003 года N 7-П/2003

Обязанность государства гарантировать защиту прав потерпевших от преступлений, в том числе путем обеспечения им адекватных возможностей отстаивать свои интересы в суде, вытекает также из положений статьи 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, согласно которым достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления. Применительно к личности потерпевшего это конституционное предписание предполагает обязанность государства не только предотвращать и пресекать в установленном законом порядке какие бы то ни было посягательства, способные причинить вред и нравственные страдания личности, но и обеспечивать пострадавшему от преступления возможность отстаивать свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами, поскольку иное означало бы умаление чести и достоинства личности не только лицом, совершившим противоправные действия, но и самим государством.

Определение от 16 декабря 2004 года 394-О/2004

[. ] потерпевший имеет в уголовном судопроизводстве свои собственные интересы, не сводимые исключительно к получению возмещения причиненного вреда, для защиты которых он наделен правами стороны в процессе, в частности, он вправе заявлять о совершенном в отношении него преступлении и приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда, в том числе на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и о прекращении уголовного дела или уголовного преследования [. ].

Определение от 18 апреля 2006 года N 114-О/2006

[. ] [законодательные гарантии прав потерпевших на доступ к правосудию] предполагают, по меньшей мере, установление на основе исследованных доказательств обстоятельств происшествия, в связи с которым было возбуждено уголовное дело, его правильную правовую оценку, выявление конкретного вреда, причиненного обществу и отдельным лицам, и действительной степени вины лица в совершении инкриминируемого ему деяния. При этом интересы потерпевшего в уголовном судопроизводстве не могут быть сведены исключительно к возмещению причиненного ему вреда, - они в значительной степени связаны с разрешением вопросов о доказанности обвинения, его объеме, применении уголовного закона и назначении наказания, тем более что во многих случаях от решения этих вопросов зависят реальность и конкретные размеры возмещения вреда, что предполагает предоставление потерпевшему адекватных процессуальных возможностей для их отстаивания.

Определение от 19 мая 2009 года N 576-О-П/2009

Определение от 17 ноября 2011 года N 1555-О-О/2011

По смыслу части первой статьи 42 УПК Российской Федерации, определяющей потерпевшего как лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред либо вред деловой репутации, правовой статус лица как потерпевшего устанавливается исходя из фактического его положения: он лишь процессуально оформляется постановлением дознавателя, следователя или суда о признании потерпевшим, но не формируется им, поскольку обеспечение гарантируемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве обусловлено не формальным признанием лица тем или иным участником производства по уголовному делу, в частности потерпевшим, а наличием определенных сущностных признаков, характеризующих фактическое положение этого лица как нуждающегося в обеспечении соответствующих прав. При этом право потерпевшего иметь избранного им самим представителя для оказания помощи в отстаивании своих прав и законных интересов (пункт 8 части второй статьи 42 и статья 45 УПК Российской Федерации) не ограничивается никакими условиями и может быть реализовано потерпевшим на любом этапе производства по уголовному делу [. ].

Определение от 18 октября 2012 года N 1955-О/2012

Уголовное дело частного обвинения может быть возбуждено руководителем следственного органа, следователем, а также с согласия прокурора дознавателем и при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы; при этом следователь приступает к производству предварительного расследования, а дознаватель - дознания (часть четвертая статьи 20 и часть третья статьи 318 УПК Российской Федерации). Такой порядок возбуждения уголовного дела установлен в защиту интересов потерпевшего [. ].

[. ] указанный порядок возбуждения уголовного дела частного обвинения и производства по данному делу, выступая в качестве дополнительной гарантии защиты прав потерпевшего, предусмотрен в качестве альтернативного и применяется лишь тогда, когда потерпевший по делу частного обвинения не может защищать свои права и законные интересы самостоятельно или с помощью своего законного представителя либо представителя. [. ]

Постановление от 18 марта 2014 года N 5-П/2014

Пункт 2.1, абз. 1, 4:

Потерпевший как лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред или вред деловой репутации, имеет в уголовном судопроизводстве свои собственные интересы, несводимые исключительно к получению возмещения причиненного вреда, - эти интересы в значительной степени связаны также с разрешением вопросов о доказанности обвинения, его объеме, применении уголовного закона и назначении наказания, от решения которых, в свою очередь, во многих случаях зависят реальность и конкретные размеры возмещения вреда; именно поэтому потерпевшему должны обеспечиваться участие в судебном заседании на всех стадиях уголовного процесса, возможность довести свою позицию по существу дела до сведения суда и отстаивать свои права и законные интересы всеми не запрещенными законом способами (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 1999 года N 1-П, от 14 февраля 2000 года N 2-П, от 16 октября 2012 года N 22-П и др.; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 5 декабря 2003 года N 446-О, от 24 ноября 2005 года N 431-О, от 11 июля 2006 года N 300-О, от 17 ноября 2011 года N 1555-О-О и др.).

[. ] устанавливаемые федеральным законодателем уголовно-процессуальные механизмы должны, как того требует Конституция Российской Федерации и нормы международного права, являющиеся составной частью правовой системы России (статья 15, часть 4, Конституции Российской Федерации), в максимальной степени способствовать предупреждению и пресечению преступлений, предотвращению их негативных последствий для прав и охраняемых законом интересов граждан, а также упрощать жертвам преступлений доступ к правосудию с целью восстановления своих прав; конституционно важно при этом, чтобы доступ потерпевшего к правосудию был реальным и обеспечивал ему эффективное восстановление в правах [. ].

Постановление от 6 ноября 2014 года N 27-П/2014

[. ] потерпевший, так и иное заинтересованное лицо, обратившееся в защиту своих прав с требованием возбудить уголовное дело, не могут быть лишены права на судебную защиту и на доступ к правосудию лишь потому, что по данному уголовному делу не установлены подозреваемые или обвиняемые, т.е. отсутствуют формальные основания для начала публичного уголовного преследования конкретного лица от имени государства в связи с совершенным преступным деянием и, соответственно, для последующих процессуальных действий органов дознания и предварительного следствия, на которые возлагаются обязанности по раскрытию преступлений, изобличению виновных, формулированию обвинения и его обоснованию, для того чтобы уголовное дело могло быть передано в суд, разрешающий его по существу и тем самым осуществляющий правосудие (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2000 года N 1-П и от 25 июня 2013 года N 14-П).

Постановление от 23 ноября 2017 года N 32-П/2017

Пункт 2, абз. 2, 3:

Исходя из предписаний статей 2, 18 и 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации о том, что государственная защита прав и свобод человека и гражданина гарантируется и что именно они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти и обеспечиваются правосудием, уполномоченные лица обязаны принимать в предусмотренных процессуальных формах все зависящие от них меры к тому, чтобы установить обстоятельства происшедшего, определить формальные основания для начала публичного уголовного преследования от имени государства в связи с совершенным преступным деянием и, соответственно, для последующих процессуальных действий органов дознания и предварительного следствия, на которые возлагаются обязанности по раскрытию преступлений, изобличению виновных, формулированию обвинения и его обоснованию, для того чтобы уголовное дело могло быть передано в суд, разрешающий его по существу и тем самым осуществляющий правосудие (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2000 года N 1-П и от 25 июня 2013 года N 14-П).

Пункт 3.2, абз. 2, 3:

Проверка судом законности и обоснованности действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц, осуществляющих уголовно-процессуальное производство, предполагает и полномочие суда указать на конкретные нарушения, которые ими допущены и которые они обязаны устранить. Невыполнение данной обязанности может служить основанием не только для обжалования соответствующих действий (бездействия) прокурору или в суд, но и для принятия мер ответственности за неисполнение судебного решения (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 ноября 2017 года N 30-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 года N 464-О, от 23 июня 2005 года N 299-О, от 27 января 2011 года N 99-О-О и от 18 июля 2017 года N 1545-О).

Постановление от 13 июня 2019 года N 23-П/2019

[. ] лицу, которому запрещенным уголовным законом деянием причинен вред, должна обеспечиваться реальная судебная защита в форме восстановления нарушенных преступлением прав и свобод, в том числе возможность осуществления права на судопроизводство в разумный срок согласно законодательно закрепленным критериям определения разумности срока судопроизводства, имея в виду, что такая возможность зависит как от своевременности, тщательности, достаточности и эффективности мер, предпринятых для объективного рассмотрения соответствующих требований, так и от продолжительности досудебного производства, включая период со дня подачи заявления о преступлении и до момента возбуждения уголовного дела и вынесения постановления о признании лица, подавшего заявление, потерпевшим. [. ]

Суд в России - орган государственной власти осуществляющий правосудие, посредством рассмотрения дел различных категорий, основной орган по защите прав и свобод гражданина в Российской Федерации.

Конституция Российской Федерации, гарантирует судебную защиту прав и свобод человека и гражданина. И то, что каждый гражданин не может быть лишен права на судебную защиту рассмотрение его дела судом, и тем судьей к подсудности которого разрешение такого дела отнесено законом.

Законами России регулируется различные формы судопроизводства, в зависимости от обстоятельств разрешение которых требует обращение к суду.

Суд – государственный орган который разрешает споры, толкует и применяет закон, назначает наказание и освобождает от него, устанавливает факты, таким образом, судебными актами разрешается судьба людей.

Нужно отметить, что право на судебную защиту не подлежит ограничению, более того государство должно обеспечить доступ к правосудию, учреждение каких-либо форм или видов чрезвычайных судов, а равно применение любых форм и видов ускоренного или чрезвычайного судопроизводства не допускается.

Суд особая форма организации государственной власти, к которой обращаются за защитой и реализацией прав, тогда, когда иным путем реализовать право предоставленное гражданину страны не представляется возможны в силу различных обстоятельств.

В виду особой роли отводимой Российскому суду, государство предоставляет гарантии независимости самостоятельности неприкосновенности лицам, осуществляющим правосудие в России. Финансирование судебной системы осуществляется только из федерального бюджета и должно обеспечивать возможность полного и независимого осуществления правосудия в соответствии с законом.

Кроме, федеральных, конституционных законов, регулирующих статус судьи и организацию судебной власти, существует кодекс судейской этики, который распространяется на каждого судью, в том числе на тех, кто в отставке. В нем содержаться высокие требования, направленные на обеспечение статуса судьи:

Следовать высоким стандартам морали и нравственности, быть честным, в любой ситуации сохранять личное достоинство, дорожить совей честью, избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти и причинить ущерб и репутации судьи.

Судья не должен совершать каких-либо действий, либо давать повод другим лицам совершать такие действия, которые позволяли бы сделать вывод об оказании влияния на осуществление судьей его полномочий и усомниться в независимости и беспристрастности судьи.

Существуют и ограничения.

Так судья не должен участвовать в политической деятельности. Не должен состоять, возглавлять или иметь должность в политической организации, публично поддерживать или выступать против кандидата на выборную должность, участвовать в сборе средств, платить взносы или оказывать финансовую поддержку политической организации или кандидату.

Судье следует воздерживаться от публичных заявлений или замечаний, которые могут причинить ущерб интересам правосудия, его независимости и беспристрастности.

Как мы знаем, формулировки, записываемые в конституции и других законах, могут искажаться, применятся по своему усмотрению и желанию, от того посмотрим, как же обстоит дело фактически.

Почти каждый юрист осуществляющий защиту прав в граждан на профессиональной основе прибегал к судебной защите прав своего доверителя, сталкивался с механизмом рассмотрения дел судебными органами, с порядком и условиями работы при которых осуществляется правосудие.

В зависимости о категории дел, правосудие и условия в которых оно производится сильно отличается. От организации бытовых условий посещения и пребывания в суде до процессуального оформления и исполнения решений суда.

В настоящее время правосудие в России, носит ограниченных характер в связи с принятыми самим судом решениями. Если коротко, то обоснование такого решения это опасность для жизни и здоровья граждан в связи с эпидемией.

Российский суд утратил гласность – один из основных принципов правосудия. Но, погружение в неэффективность и усложнение механизмов судебной защиты прав граждан происходило постепенно.

Ограничение на доступ к правосудию осуществлялось и ранее, но не для каждого заметными и ощутимыми. Меры были экономические, бюрократические и т.д.

2014 год - повышение государственных пошлин необходимых для обращения к суду, Федеральным Законом от 21.07.2014 г. № 221-ФЗ «О внесении изменений в главу 25.3 части второй Налогового кодекса РФ, повысилась стоимость правосудия.

2015 год, - федеральным законом № 21 от 8 марта 2015 года, принят Кодекс административного судопроизводства РФ, который главным образом направлен на регулирование судопроизводства между гражданами и государственными органами. В нем, впервые установлены дополнительные требования к лицам, которые могут быть представителями граждан – наличие высшего юридического образования, и аналогичные требования к истцам, по делам об оспаривании законов. Уполномоченный по правам человека в РФ, попытался оспорить конституционность нововведений, но Конституционный суд указал, что все соответствует Конституции РФ (определение № 1882-О от 27 сентября 2016г). По мнению заместителя председателя Верховного Суда РФ, КАС значительно «усилил защиту прав личности».

2018 год, - возложение самостоятельной обязанности по направлению копии документов по делу на гражданина и за его счет (при обращении в суд, или подачи жалоб), введение требований для представителей по гражданским делам, кроме мировых и районных судов установлена федеральным законом № 451 от 28.11.2018 года.

Уже не говорю, о территориальной организации кассационных судов общей юрисдикции.

2020 год, - постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации Президиумом Совета судей в Российской Федерации от 18 марта 2020 года № 808, впервые принято беспрецедентное решение, которое не согласуется с конституцией и нарушает десятки законов России.

Решение, которым судьи ограничили работу судебной системы, основывается на положениях п. 8 ч. 1 ст. 7 ФКЗ-3 "О Верховном Суде Российской Федерации", ст. 12 Регламента Совета судей Российской Федерации, при этом ни в Федеральном Конституционном суде, ни в Федеральном законе об органах судейского сообщества в Российской Федерации, нет прямого полномочия ограничивать работу суда, конкретного судьи или судебной системы, поскольку каждый судья обладает неприкосновенностью, несменяемостью, независимостью.

ФКЗ-7, предусматривает возможность осуществления иных полномочий, отнесенные к ведению совета судей федеральными законами.

Положения ст. 14 ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», постановлений главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 24 января 2020 года, в указанных документах речь идет об организациях, которые не применимы к суду, поскольку суд, это не организация, а суд – орган правосудия, государственный орган. Высший орган, самостоятельный и независимый.

Стало быть, судьи суда, возложили на себя полномочия по остановлению работы судебной системы, содержание текста самого постановления напоминает приказ к подчиненным.

Аналогичное постановление, но уже с рекомендациями по ведению определенной формы правосудия, возможной самостоятельности суда, а значит конкретного судьи, принято 8 апреля 2020 года, в которое добавлен указ президента от 2 апреля 2020 года № 239. Судебная власть потеряла свою независимость от исполнительной власти ст. 10 и 120 Конституции России. Постановление от 29 апреля 2020 года № 822, также содержит ограничения судопроизводства России.

21 апреля 2020 года, а затем 30 апреля 2021 года, Верховный суд обдумав ситуацию дает указания в форме рекомендаций, для формирования практики по несвоевременному осуществлению правосудия в новом формате, а не дает разъяснения вопросов, вытекающих из практики применения.

Как мы видим, 13 октября 2020 года, судебная система ограничивает свою работу уже посредством, письма из судебного департамента при Верховном суде Российской Федерации, с рекомендациями и мерами по соблюдению некоторых правил, уже сформированных.

Все это время суд в вялотекущем режиме с нарушением разумных сроков судопроизводства осуществлял рассмотрение некоторых дел с существенным нарушением разумных сроков судопроизводства.

И вот уже в октябре 2021 года, Верховный суд ограничился письмом, которым сослался на ранее утвержденный обзор, с рекомендациями для судебной системы приспособившейся к ограниченному правосудию.

Подобные решения умаляют авторитет судебной власти, ограничивают и парализуют эффективность судебной системы.

Отдельные проблемы произвольного применения закона при проходе в здание суда, выдачи процессуальных документов, ожидание судебных заседание в коридорах здания свидетельствуют об отсутствии профессиональной организации судебной системы, умышленно или по неосторожности, но это создает серьезные сложности в механизме реализации права граждан на доступ к правосудию.

Отсутствие надлежащих, равных, бытовых условий, элементарных гардеробов и туалетов в зданиях некоторых храмах правосудия, порочит саму систему правосудия. Хамское и неуважительное отношение ее работников, а в некоторых случаях и самих представителей фемиды умаляет ее авторитет, унижает достоинство граждан в период пребывания в суде.

Все эти обстоятельства во многом происходят с молчаливого согласия граждан, профессиональных юристов и адвокатов, соглашающихся терпеливо ожидать судебного заседания в коридорах суда, становясь заложниками ситуации, свидетелями грубого ограничения права на правосудие.

Внутренняя система организации судебной системы, каждого судебного учреждения требует реформирования и надлежащей организации ее работы, повышение уровня заработной платы работникам суда, которые находятся в зависимом положении от возлагаемых на них обязанностей, вынуждены осуществлять переработку в условиях двойной нагрузки и постоянной нехватки сотрудников, как результат психологической напряженности вымещаемой на посетителях суда.

Сформировать собственное представление о Российском суде вы можете, посетив судебное учреждение вашего города. О чем рассказать в комментариях.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: