Ошибки в суде присяжных

Обновлено: 06.10.2022

Председательствующий не вправе по собственной инициативе и в отсутствие оснований для отвода принять решение об исключении из списка кандидатов в присяжные заседатели. В случае указания кандидатами на наличие уважительных причин, препятствующих их участию, суд обязан выслушать мнение сторон (Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23 октября 2019 г. № 73-АПУ19-16сп).

Одно и то же лицо не может участвовать в течение года в судебных заседаниях в качестве присяжного заседателя более одного раза, даже если его предыдущее участие окончилось его исключением из коллегии (Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 7 августа 2015 г. № 92-АПУ15-6СП).

Председательствующий распустил первую сформированную коллегию присяжных заседателей в отсутствие предусмотренных законом оснований (Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 27 июня 2017 г. № 46-АПУ17-7сп).

Кандидаты в присяжные заседатели выбираются из списков, представленных муниципальными образованиями, на которые распространяется юрисдикция соответствующего суда. Это требование действует и в случае изменения территориальной подсудности (Кассационное определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 16 сентября 2021 г. по делу № 77-1925/2021).

В состав коллегии включен кандидат, который не входит ни в основной, ни в запасной списки кандидатов в присяжные заседатели для соответствующего суда (Кассационное определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 15 июня 2021 г. по делу № 77-1074/2021).

Если такое право не представлялось дополнительно, каждая сторона может немотивированно отвести только одного кандидата в присяжные заседатели. Председательствующий не вправе самостоятельно отвести третьего кандидата (Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 8 июля 2021 г. № 77-2115/2021).

Кандидат в присяжные заседатели скрыл информацию о привлечении к административной ответственности, что лишило сторону обвинения заявить ему мотивированный или немотивированный отвод (Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 12 мая 2020 г. № 77-605/2020, Кассационное определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 14 июля 2021 г. № 77-2219/2021).

Кандидат в присяжные заседатели скрыл информацию о привлечении его близких родственников к уголовной ответственности, что лишило сторону обвинения заявить ему мотивированный или немотивированный отвод (Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 10 сентября 2020 г. № 77-1997/2020).

Если потерпевший не был надлежащим образом извещен о судебном заседании, в котором состоялось формирование коллегии присяжных, его права не могут быть восстановлены путем представления ему возможности заявить мотивированный отвод (Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 2 марта 2021 г. № 77-519/2021).

В списках кандидатов в присяжные заседатели остался кандидат, ранее отведенный председательствующим (Кассационное определение Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 6 апреля 2021 г. № 77-1121/2021).

Председательствующий не представил сторонам возможность заявить мотивированные отводы кандидатам в присяжные заседатели (Кассационное определение Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 8 июля 2020 г. № 77-1023/2020).

Председательствующий позволил сторонам задавать кандидатам вопросы, не направленные на выяснение обстоятельств, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя (Кассационное определение Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 21 августа 2020 г. № 77-611/2020).

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Алексеевская Екатерина Николаевна

Цель: Исследование неустранимых ошибок, допускаемых при рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей . Методология: Автором применялись формально-юридический метод и метод изучения документов. Результаты: В статье дан правовой анализ возможности обжалования решения суда, вынесенного на основании вердикта присяжных заседателей, с целью устранения допущенных судебных ошибок, а также раскрывается специфика вердикта присяжных как немотивированного решения. Новизна/оригинальность/ценность: Статья обладает высокой научной ценностью, поскольку содержит ценные для науки и практики выводы и предложения.

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Алексеевская Екатерина Николаевна

Европейские модели производства в суде присяжных: суд присяжных в Испании (сравнительно-правовое исследование)

Процессуальные нарушения присяжных заседателей на этапе судебного следствия, влекущие отмену приговора

Основания апелляционного обжалования приговора, постановленного судом с участием присяжных заседателей

Ineradicable mistakes of court with participation of jury members

Purpose: A research of the ineradicable mistakes made by consideration of criminal case by court with participation of jury members. Methodology: The author applied a formal-legal method and a method of studying of documents. Results: In article the legal analysis of a possibility of the appeal of the judgment passed on the basis of the jury’s verdict of assessors for the purpose of elimination of the made miscarriages of justice is given, and also specifics of the jury’s verdict as unmotivated decision reveal. Novelty/originality/value: Article has the high scientific value as contains conclusions and offers, valuable to science and practice.

Текст научной работы на тему «Неустранимые ошибки суда с участием присяжных заседателей»

неустранимые ошибки суда с участием присяжных заседателей

Цель: Исследование неустранимых ошибок, допускаемых при рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей.

Методология: Автором применялись формально-юридический метод и метод изучения документов. Результаты: В статье дан правовой анализ возможности обжалования решения суда, вынесенного на основании вердикта присяжных заседателей, с целью устранения допущенных судебных ошибок, а также раскрывается специфика вердикта присяжных как немотивированного решения.

Новизна/оригинальность/ценность: Статья обладает высокой научной ценностью, поскольку содержит ценные для науки и практики выводы и предложения.

Ключевые слова: суд с участием присяжных заседателей, неустранимые судебные ошибки, вердикт, несоответствие выводов.

INERADICABLE MISTAKES OF COURT wITH PARTICIPATION OF JURY MEMBERS

Purpose: A research of the ineradicable mistakes made by consideration of criminal case by court with participation of jury members.

Methodology: The author applied a formal-legal method and a method of studying of documents. Results: In article the legal analysis of a possibility of the appeal of the judgment passed on the basis of the jury's verdict of assessors for the purpose of elimination of the made miscarriages of justice is given, and also specifics of the jury's verdict as unmotivated decision reveal.

Novelty/originality/value: Article has the high scientific value as contains conclusions and offers, valuable to science and practice.

Keywords: court with participation of jury members, ineradicable miscarriages of justice, a verdict, discrepancy of conclusions.

С принятием 16 июля 1993 года Закона РФ «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Кодекс об административных правонарушениях» в России началось введение института присяжных заседателей.

Институт участия граждан в осуществлении правосудия как один из принципов уголовного судопроизводства определен в пункте 5 статьи 32 и в пункте 4 статьи 123 Конституции РФ, где говорится, что граждане РФ имеют право участвовать в отправлении правосудия, и в случаях, предусмотренных федеральным законом, судопроизводство осуществляется с участием присяжных заседателей. Данные положения конкретизируются в соответствующих нормах Закона о судебной системе и Уголовно-процессуальном кодексе РФ, закрепляющих возможность участия граждан России в судебных процессах в качестве присяжных заседателей.

Поскольку присяжные заседатели разрешают только строго регламентированные законом вопросы (п. 1, 3 и 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ): имело ли место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый; доказано ли, что это деяние совершил подсудимый; виновен ли подсудимый в совершении этого преступления; заслуживает ли подсудимый, признанный виновным, снисхожде-

ния или особого снисхождения, - принято считать присяжных заседателей судьями факта, а не судьями права [2].

В России отмечается нестабильный и переменный рост обращений обвиняемых к рассмотрению дел в суде с участием присяжных заседателей [3].

У суда присяжных как в научной среде, так и среди практических работников есть свои сторонники, утверждающие, что из всех форм уголовного судопроизводства с участием народных представителей, которые смогло до сих пор придумать человечество, суд присяжных является самой совершенной, сложной и надежной формой для защиты свободы, прав и законных интересов неповинных людей, заподозренных в совершении опасных преступлений, от произвола, ошибок недобросовестных или некомпетентных профессиональных или непрофессиональных судей, следователей и прокуроров, страдающих обвинительным уклоном, дефицитом здравого смысла и совести [4, 6].

В качестве основных положительных сторон И.Л. Петрухин называет такие характеристики суда присяжных заседателей, как воспитание уважения к праву и доверия к правосудию со стороны граждан, минимизация числа судебных ошибок, защита граждан от необоснованного осуждения [11].

Анализ судебной практики подтверждает компетентность суда присяжных, поскольку ошибки, повлекшие за собой отмену приговоров, в большей степени допускались не присяжными заседателями, а профессиональными судьями, обвинителями, защитниками и следственными органами. Вердикты присяжных, как правило, более соразмерны, более справедливы, чем приговоры, выносимые судами, состоящими из профессиональных судей. Основными причинами отмены приговоров, вынесенных судом с участием присяжных заседателей, являются нарушение прав обвиняемых при окончании предварительного следствия; неправильная постановка судьей вопросов, подлежащих разрешению коллегией присяжных заседателей; нарушение порядка совещания и голосования.

С учетом изложенного стоит отметить, что суд присяжных - это, прежде всего, суд профессионалов, поскольку именно от профессиональных судей зависит качество его деятельности, поскольку председательствующий судья ведет процесс, формулирует вопросы для заседателей, напутствует присяжных, а затем в соответствии с их вердиктом выносит приговор, применяя надлежащую норму уголовного закона и назначая наказание.

Существует мнение, что только через суд присяжных невозможно провести незаконное реше-

ние, так как на присяжных очень сложно оказать давление, чтобы они вынесли «нужное», а не справедливое решение; суд присяжных - самая действенная гарантия против фабрикации дел и необоснованного обвинения; суд присяжных полностью исключает коррупцию, так как подкупить двенадцать человек невозможно [10].

У суда присяжных заседателей есть и свои противники, доводы которых сводятся к тому, что в основу решений присяжных заложена не законность, а групповое представление о справедливости, выходящее зачастую за рамки не только закона, но и здравого смысла. Как высказывается В. Мельник, «у присяжных заседателей отсутствуют необходимые правовые знания» [6].

Основным аргументом противников института суда присяжных является его «функция прощения», а высокий процент оправдательных приговоров есть не что иное, как результат жестких требований к тем доказательствам, которые могут рассматриваться в суде присяжных [13].

Противники также указывают на судебные ошибки в решениях судов, принятых с участием присяжных заседателей, при этом главным доводом выступает непрофессионализм присяжных.

В качестве примера называется следующий случай: при вынесении решения судья всегда его обосновывает, описывая в приговоре, в чем подсудимый обвинялся, в чем признан виновным, какие доказательства подтверждают вину, почему применена та или иная статья. Судья полностью раскрывает ход своих мыслей и отвечает за свое решение. Присяжные по закону не должны объяснять свои мотивы (доказано - не доказано, виновен - не виновен) [7].

Так, одна из важнейших особенностей производства по уголовным делам с участием присяжных заседателей заключается в том, что, согласно статье 389.27 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, являются только те из них, которые предусмотрены пунктами 2-4 статьи 389.15 УПК РФ, а именно: существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора [1]. Таким образом, помимо основания отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке, предусмотренного пунктом 5 статьи 389.15 УПК РФ (выявление обстоятельств, свидетельствующих о том, что обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора

Названная особенность обжалования решений суда, принятых по уголовным делам, производство по которым велось с участием присяжных заседателей, становится одновременно с этим и причиной неустранимости допущенных судебных ошибок.

Объясняется это следующим образом: конструкция отечественного уголовного процесса характеризуется состязательностью сторон, что предполагает ведение уголовного дела в суде в пределах предъявленного подсудимому обвинения и движение его усилиями сторон. По мнению Конституционного Суда РФ, выраженному в том числе в Определении от 5 ноября 2004 года № 380-0, «. Суд в ходе производства по делу не может становиться ни на сторону обвинения, ни на сторону защиты, подменять стороны, принимая на себя их процессуальные правомочия, а должен оставаться объективным и беспристрастным арбитром. Функция правосудия (разрешения дела), осуществляемая только судом, отделена от функций спорящих перед судом сторон. Суд уполномочен разрешать подсудные ему дела лишь на основе соответствующих обращений участников судопроизводства, выступающих на стороне обвинения или защиты, либо обращений иных лиц, чьи права и законные интересы были затронуты действиями и решениями органов и

должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство» [8]. Таким образом, непосредственно в механизме судопроизводства по уголовному делу заложены принципы, исключающие субъективное желание судьи познать истину и свободу его действий с целью такого познания, тем самым избежать неправильного установления фактических обстоятельств произошедшего. Судья при разрешении и рассмотрении уголовного дела буквально ограничивается имеющимися в его распоряжении средствами (процессуальными действиями, доказательствами) и ресурсами (наличие финансового обеспечения проведения необходимых экспертиз, распоряжение достаточным количеством времени для рассмотрения дела и так далее).

С.А. Пашин особо отмечает встречающиеся также в судах, в особенности с участием присяжных заседателей, дела, при рассмотрении которых была искусственно устранена карательная сила уголовного закона (нуллификация), то есть оправдание явно виновного лица [9]. При этом судебной ошибкой в чистом виде такое явление назвать трудно.

Отдельные авторы связывают оправдание людей, нарушивших уголовный закон, с определёнными, отличными от профессионально юридических, ответами присяжных заседателей на «вечные» вопросы, которые выделил еще в 1908 году опытный судебный деятель П.С. Пороховщиков: «1. В чем заключается цель наказания? 2. Можно ли оправдать подсудимого по соображению: на его месте я поступил бы так же, как он? 3. Можно ли оправдать подсудимого, потому что его семье грозит нищета, если он будет осужден? 4. Можно ли осудить человека, убившего другого, чтобы избавиться от физических или нравственных истязаний со стороны убитого?» [12] и другие.

Нередко именно личные ответы присяжных заседателей на эти вопросы влекут вынесение оправдательных приговоров подсудимым, которые в действительности совершили вменяемые им деяния.

К примеру, 10 марта 1995 года Ивановский областной суд вынес оправдательный приговор по делу К., обвинявшейся в убийстве своего сожителя С., который пьянствовал, сквернословил и отбирал у нее деньги для покупки спиртного. Присяжные заседатели признали доказанность того, что колото-резаное ранение мозга, от которого последний скончался, причинила покойному именно К., но на третий основной вопрос единодушно ответили «Нет, не виновна». Кассационная палата Верховного Суда РФ Определением от 7 июня 1995 года

оставила без удовлетворения протест прокурора, который требовал отмены приговора ввиду противоречивости вердикта. В Определении говорилось, что председательствующий обоснованно не усмотрел противоречивости в вердикте, поскольку коллегия присяжных заседателей дала четкий ответ о невиновности К. [5].

В свете изложенного стоит согласиться с позицией признания безмотивного оправдания присяжными заседателями лиц, совершивших приписанные им деяния, следствием не ошибки представителей народа, а реализации ими своего права корректировать уголовную политику государства, проводимую без учета нравственного чувства и здравого смысла людей [9].

Таким образом, у суда присяжных в Российской Федерации есть несомненные и неоспоримые плюсы. Суд присяжных можно назвать хотя и сложной, но самой совершенной и надежной из существующих формой судопроизводства для защиты прав, свобод и законных интересов невиновных людей, обвиняемых в совершении опасных преступлений, от произвола, ошибок недобросовестных и (или) некомпетентных судей, следователей и прокуроров, страдающих обвинительным уклоном.

Неразрешенным остается важный вопрос о том, что, несмотря на способствование института присяжных заседателей минимизации числа отдельных судебных ошибок, существует возможность совершения ошибок другого характера, являющихся уже неустранимыми. Однако ответственность за допущенные таковые ошибки полностью лежит на органах предварительного следствия и суде, от профессиональных действий которых напрямую зависят ошибочные решения присяжных заседателей.

Пристатейный библиографический список

1. Безлепкин Б.Т. Настольная книга судьи по уголовному процессу. 2-е изд. М., 2008. С. 145.

2. Булеулиев Б.Т. Проблемные вопросы современного российского суда присяжных // Российский судья. 2008. № 11.

3. Интервью председателя Кассационной палаты Верховного Суда Российской Федерации Шурыги-на А.П. // Адвокатские вести. 2004. № 3.

4. Корякина З.И. Теоретическая и нормативная основа права на защиту в уголовном судопроизводстве Российской Федерации // Евразийская адвокатура. 2015. № 3(16). С. 20-24.

5. Летопись суда присяжных (прецеденты и факты). М., 1995. Вып. 5. С. 19-23.

6. Мельник В. Суд присяжных как средство разрешения нестандартных уголовных дел // Уголовное право. 1999. № 1. С. 56-64.

7. Нужно ли России отменять суд присяжных? // Известия. 2004. № 4. С. 1.

8. Определение Конституционного Суда РФ от 5 ноября 2004 г. № 380-0 «По запросу Всеволожского городского суда Ленинградской области о проверке конституционности части шестой статьи 388 и части первой статьи 402 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // Вестник Конституционного Суда РФ. 2005. № 2.

9. Пашин С.А. Проблема судебной ошибки // Юридическая психология. 2007. № 2.

10. Петрухин И.Л. Реформа уголовного судопроизводства: проблемы и перспективы // Законодательство. 2001. № 3. С. 76.

11. Петрухин И.Л. Суд присяжных: проблемы и перспективы // Государство и право. 2001. № 3. С. 5-15.

12. Сергеич П. Искусство речи на суде. М., 1988. С. 71-72.

13. Трунов И.Л. Защита прав граждан в суде присяжных // Юрист. 2001. № 12. С. 51.

1. Bezlepkin B.T. Nastol'naja kniga sud'i po ugolovno-mu processu. 2-e izd. M., 2008. S. 145.

2. Buleuliev B.T. Problemnye voprosy sovremennogo rossijskogo suda prisjazhnyh // Rossijskij sud'ja. 2008. № 11.

3. Interv'ju predsedatelja Kassacionnoj palaty Ver-hovnogo Suda Rossijskoj Federadi Shurygina A.P. // Ad-vokatskie vesti. 2004. № 3.

4. Korjakina Z.I. Teoreticheskaja i normativnaja osno-va prava na zashhitu v ugolovnom sudoproizvodstve Ros-sijskoj Federadi // Evrazijskaja advokatura. 2015. № 3(16). S. 20-24.

5. Letopis' suda prisjazhnyh (precedenty i fakty). M., 1995. Vyp. 5. S. 19-23.

6. Mel'nik V. Sud prisjazhnyh kak sredstvo razresh-enija nestandartnyh ugolovnyh del // Ugolovnoe pravo. 1999. № 1. S. 56-64.

7. Nuzhno li Rossii otmenjat' sud prisjazhnyh? // Iz-vestija. 2004. № 4. S. 1.

8. Opredelenie Konstitucionnogo Suda RF ot 5 nojabrja 2004 g. № 380-0 «Po zaprosu Vsevolozhskogo gorodskogo suda Leningradskoj oblasti o proverke konstitucionnosti chasti shestoj stat'i 388 i chasti pervoj stat'i 402 Ugolovno-processual'nogo kodeksa Rossijskoj Federacii» // Vestnik Konstitucionnogo Suda RF. 2005. № 2.

9. Pashin S.A. Problema sudebnoj oshibki // Juridiches-kaja psihologija. 2007. № 2.

10. Petruhin I.L. Reforma ugolovnogo sudoproizvod-stva: problemy i perspektivy // Zakonodatel'stvo. 2001. № 3. S. 76.

11. Petruhin I.L. Sud prisjazhnyh: problemy i perspe-ktivy // Gosudarstvo i pravo. 2001. № 3. S. 5-15.

12. Sergeich P. Iskusstvo rechi na sude. M., 1988. S. 71-72.

13. Trunov I.L. Zashhita prav grazhdan v sude prisjazhnyh // Jurist. 2001. № 12. S. 51.

В статье рассмотрены проблемные вопросы, связанные с тактическими ошибками , допускаемыми государственными обвинителями в суде с участием присяжных заседателей . На основе анализа судебной практики приводятся типичные тактические ошибки государственных обвинителей в суде с участием присяжных заседателей , выявляются их причины и условия, предлагаются пути устранения указанных тактических ошибок. Сделан вывод о необходимости совершенствования поддержания государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей на основе формирования соответствующих тактических умений и навыков прокуроров .

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Гриценко Н.С.

Новый взгляд на систему тактических приемов, используемых государственным обвинителем в судебном разбирательстве с участием присяжных заседателей по уголовным делам об убийствах

Тактико-криминалистическое обеспечение исследования в суде с участием присяжных заседателей вещественных доказательств со следами крови

Причины вынесения коллегиями присяжных заседателей оправдательных вердиктов (на примере судебной практики судов Удмуртской Республики)

О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМНЫХ ВОПРОСАХ ПОДДЕРЖАНИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБВИНЕНИЯ В СУДЕ С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ

TACTICAL ERRORS OF PUBLIC PROSECUTION IN A JURY TRIAL

The indicated article discusses problematic issues related to tactical mistakes made by prosecutors in a jury trial. Furthermore the paper provides an analysis of judicial practice and typical tactical errors of state prosecutors in court with the participation of jurors . The measures for improving aforementioned tactical errors are presented. In conclusion author describes the necessity of increasing the value of maintenance of public prosecution in a jury trial on the basis of formation an appropriate tactical and professional skills.

Текст научной работы на тему «ТАКТИЧЕСКИЕ ОШИБКИ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБВИНИТЕЛЯ В СУДЕ С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ»

ТАКТИЧЕСКИЕ ОШИБКИ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБВИНИТЕЛЯ В СУДЕ С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ

TACTICAL ERRORS OF PUBLIC PROSECUTION IN A JURY TRIAL

Гриценко Никита Сергеевич,

магистрант Юридического института Сибирского федерального университета (г. Красноярск)

тактика поддержания государственного обвинения, прокурор, присяжные заседатели, тактическая ошибка.

В статье рассмотрены проблемные вопросы, связанные с тактическими ошибками, допускаемыми государственными обвинителями в суде с участием присяжных заседателей. На основе анализа судебной практики приводятся типичные тактические ошибки государственных обвинителей в суде с участием присяжных заседателей, выявляются их причины и условия, предлагаются пути устранения указанных тактических ошибок. Сделан вывод о необходимости совершенствования поддержания государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей на основе формирования соответствующих тактических умений и навыков прокуроров.

tactics of maintaining public prosecution, Prosecutor, jurors, tactical errors.

The indicated article discusses problematic issues related to

tactical mistakes made by prosecutors in a jury trial. Furthermore the paper provides an analysis of judicial practice and typical tactical errors of state prosecutors in court with the participation of jurors. The measures for improving aforementioned tactical errors are presented. In conclusion author describes the necessity of increasing the value of maintenance of public prosecution in a jury trial on the basis of formation an appropriate tactical and professional skills.

В рамках детально урегулированной нормами уголовно-процессуального права деятельности прокурора по поддержанию государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей всегда одну из ключевых ролей играла тактика. Под тактикой государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей представляется верным понимать часть криминалистической тактики и тактики государственного обвинения, представляющую собой систему теоретических положений и разрабатываемых на их основе практических рекомендаций по организации и планированию государственного обвинения в рамках уголовного судопроизводства при участии в осуществлении правосудия обладающих различным уровнем правосознания, правовой и общей культуры присяжных заседателей, оценивающих позиции сторон уголовного судопроизводства, их поведение, представляемые ими доказательства, используемые приемы в ситуации, требующей большей самоотдачи государственного обвинителя, его более тщательной подготовленности, стрессоустойчивости, беспристрастности, внимательности как при участии в формировании окончательного списка присяжных заседателей, которым предстоит вынести объективный вердикт, так и в рамках отдельных этапов уголовного судопроизводства, что требует от государственного обвинителя в условиях повышенного тактического риска реализации специфического арсенала тактических, логических, психологических приемов и их комбинаций, а также даваемых следователям необходимых тактических рекомендаций.

В рамках состязательного уголовного процесса тактика государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей является не только одним из оптимальных средств для достижения законных и обоснованных результатов уголовного преследования, но и неким индикатором профессионализма и компетентности государственных обвинителей.

Вместе с тем в сложившейся практике поддержания государственного обвинения в судах с участием присяжных заседателей возникает немало проблем, связанных с наличием в действиях и решениях государственных обвинителей различного рода тактических ошибок, снижающих качество обвинительной деятельности, а также нередко приводящих к пересмотру и отмене приговоров суда. Поэтому мы хотим подробнее рассмотреть понятие и виды типичных тактических ошибок государственного обвинения в судах с участием присяжных заседателей.

Исходя из рассуждений Ю.В. Кореневского, тактические ошибки можно понимать в широком и узком смыслах. В первом случае тактическая ошибка - недостаток в процессуальной деятельности, во втором - неполнота расследования [3, с. 23].

Согласно позиции В.Н. Карагодина и Е.В. Морозовой, ошибки в тактике выражаются в отсутствии необходимых процессуальных действий в конкретной

криминалистической ситуации, они являются наиболее распространенными и возникают в случае несоблюдения положений и рекомендаций криминалистической тактики [1, с. 12].

Названные позиции отражают сущность следственной тактической ошибки и в полной мере не раскрывают содержания тактической ошибки государственного обвинителя.

На наш взгляд, более обоснованной является позиция Д.С. Сазина, согласно которой тактическая ошибка государственного обвинения проявляется в действии или бездействии государственного обвинителя, связанных с использованием неадекватных или неиспользованием адекватных тактических средств, приемов, тактических операций или комбинаций в условиях той или иной судебной ситуации, что в итоге затрудняет доказывание обвинительного тезиса и(или) опровержение контраргументов, которые выдвинула сторона защиты [5, с. 21-22].

Под данное Д.С. Сазиным определение тактической ошибки подпадает и тактическая ошибка государственного обвинителя в суде с участием присяжных заседателей, поскольку указанное определение является общим, характеризующим неверную деятельность государственного обвинителя независимо от специфики уголовного судопроизводства.

На справедливость рассматриваемого определения указывает также представленный С.Ю. Якушиным перечень типичных тактических ошибок, совершаемых прокурорами в ходе поддержания государственного обвинения: «неправильное определение порядка исследования доказательств (в результате чего подсудимый может трактовать доказательства в свою пользу); поверхностное изучение государственным обвинителем материалов уголовного дела, плохое его взаимодействие со следственными органами; неоптимальное использование имеющихся доказательств; низкая активность государственного обвинителя в ходе судебного следствия; негибкая линия поведения государственного обвинителя в изменяющихся ситуациях; незнание либо неправильное применение государственным обвинителем тактических средств; неверная формулировка государственным обвинителем вопросов, необоснованное частое прерывание допрашиваемого; необеспечение явки свидетелей обвинения; оставление без внимания нарушений, допускаемых адвокатами» [6, с. 177].

Анализ 50 уголовных дел, рассмотренных районными судами, судами субъектов Российской Федерации в Сибирском федеральном округе, а также Верховным Судом РФ за период 2016-2018 годы [4], дает основание для указания и на иные тактические ошибки, совершаемые прокурорами при поддержании государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей:

1) недостаточная подготовленность государственных обвинителей к разбирательству уголовного дела, предопределившая не только плохое знание ма-

териалов уголовного дела, но и невозможность представления надлежащих контраргументов по отношению к позиции подсудимого;

2) постановка некорректных вопросов перед стороной защиты;

3) постановка некорректных вопросов перед присяжными заседателями;

4) непредоставление допустимых и полных доказательств стороной обвинения;

5) использование неясных оборотов речи и слов, профессиональной лексики и жаргона государственным обвинителем;

6) выражение сомнений в законности и качестве работы следственных органов в присутствии присяжных заседателей;

7) излишнее «давление на жалость» присяжных заседателей;

8) обращение к доказательствам, не исследованным в рамках судебного следствия;

9) акцентирование внимания на незначительных доказательственных фактах с одновременным игнорированием ключевых доказательств по делу.

Причинами (или детерминантами) перечисленных ошибок являются зачастую низкий уровень квалификации государственного обвинителя, а также особенности его личной культуры, образованности, неподготовленность или недостаточная подготовленность к разбирательству уголовного дела в суде с участием присяжных заседателей, порочная практика поддержания государственного обвинения, сложившаяся в той или иной местности, ведомственная конъюнктура, загруженность в деятельности и даже самочувствие государственного обвинителя, а также ряд других причин.

Так, Д.С. Сазин к числу детерминант тактических ошибок государственного обвинителя относит плохое ориентирование в текущих изменениях в действующем законодательстве и недостаточное знание прокурором судебной практики, уровень его профессиональной подготовки, отсутствие опыта поддержания государственного обвинения, личностные качества прокурора, сформированность психологической готовности к осуществлению данного вида деятельности. Отмечается, что «наряду с недостаточным уровнем специальных юридических знаний не менее значимым субъективным фактором, влияющим на появление ошибок государственного обвинителя, является недостаточный уровень владения методикой и тактикой поддержания государственного обвинения» [5, с. 14].

Однако независимо от причин и условий, способствующих возникновению тактических ошибок при поддержании государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей, прокуроры должны предпринимать все зависящие от них меры и осуществлять все необходимые действия в целях минимизации и недопущения данных ошибок.

Иными словами, требование о недопустимости совершения тактических ошибок, особенно грубых, влекущих постановление необоснованного и незаконного приговора, а также оправдание виновного в совершении преступления, не является голословным, поскольку прокуроры, поддерживающие государственное обвинение в суде с участием присяжных заседателей, не только должны соблюдать действующее законодательство и положения криминалистической тактики, но и согласно п. 12 приказа Генерального прокурора РФ от 25 декабря 2012 года № 465 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства» «должны доводить до сведения заинтересованных подразделений органов прокуратуры выявленные в процессе судебного разбирательства ошибки и просчеты органов предварительного расследования и органов прокурорского надзора».

При этом представляется, что выявленные ошибки в деятельности государственного обвинителя могут быть предотвращены посредством более тщательной подготовки к рассмотрению уголовных дел с участием присяжных заседателей, повышением уровня квалификации государственных обвинителей не только посредством их ознакомления с материалами судебной практики по наиболее резонансным делам, но и прохождения дополнительного обучения, изучения специальной литературы, организации модельных процессов, участия в конкурсе на звание лучшего государственного обвинителя.

Результаты проведенного в 2019 году анкетирования среди 70 государственных обвинителей прокуратур Красноярского края (респонденты выделяли

- 2,86% респондентов считают, что работники прокуратуры не нуждаются в дополнительном повышении квалификации в области поддержания обвинения по уголовным делам с участием присяжных заседателей;

- мероприятия по повышению квалификации в области поддержания обвинения по уголовным делам с участием присяжных заседателей в форме проведения деловых тренинг-игр выбирают 75,71% из числа опрошенных;

- за привлечение к рассмотрению в краевом суде дел с участием присяжных заседателей в составе групп государственных обвинителей совместно с прокурорами управления прокуратуры края проголосовали 67,14% из опрошенных государственных обвинителей;

- за организацию семинаров по обмену опытом практикующих государственных обвинителей, уже не раз поддерживших обвинение в судахс участием присяжных, высказались 22,86% опрашиваемых;

- за разработку специальных методических указаний, пособий, рекомендаций на данную тематику выступили 58,57% респондентов;

- организацию тематических вебинаров (семинарских занятий с использованием сети Интернет) поддержали 15,71% прокурорских работников.

Приведенные цифры статистики, с одной стороны, указывают на заинтересованность государственных обвинителей в повышении уровня квалификации в деле поддержания государственного обвинения в судах с участием присяжных заседателей; с другой стороны, обнаруживает проблемные аспекты, например недостаточное организационно-методическое обеспечение деятельности, отказ от прогрессивных форм взаимодействия различных прокурорских работников, поддерживающих государственное обвинение в суде с участием присяжных заседателей, от внедрения электронно-цифровых форм обучения и повышения квалификации, что негативно сказывается на качестве государственного обвинения.

Сказанное позволяет сделать вывод о необходимости совершенствования теории и практики поддержания государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей на основе формирования соответствующих тактических умений и навыков прокуроров в целях минимизации и устранения совершаемых ими тактических ошибок, способных привести к непоправимым негативным последствиям.

1. Карагодин, В.Н. Криминалистические проблемы обнаружения и устранения следственных ошибок : учебно-практическое пособие / В.Н. Карагодин, Е.В. Морозова. - Екатеринбург : Уральский юридический институт МВД России, 2003. - 22 с.

2. Колоколов, Н.А. Оправдание по делу об убийстве в суде присяжных: тактические ошибки / Н.А. Колоколов // Уголовный процесс. - 2019. - № 7.

3. Кореневский Ю.В. Судебная практика и совершенствование предварительного расследования. - М. : Юрид. лит., 1974. - 112 с.

5. Сазин, Д.С. Ошибки государственного обвинителя в уголовном судопроизводстве : автореф. дис. . канд. юрид. наук. 12.00.09 / Д.С. Сазин. - Воронеж, 2012. - 23 с.

6. Якушин, С.Ю. Вопросы криминалистической тактики в работе государственного обвинителя: мнения и комментарии / С.Ю. Якушин // Ученые записки Казанского университета. - 2014. - № 4. - С. 172-180.

Недавно довелось писать о том , что не так с Президиумом Верховного Суда, а сегодня есть повод в таком же ключе поговорить о суде присяжных. В репортаже с недавнего заседания «Клуба имени Замятнина» я прочел: « Самая большая проблема ― длительность рассмотрения дел. . Д ела рассматриваются по несколько месяцев. Это обременительно для граждан. А в США иначе. Там процесс заканчивается за один-два дня, 25% дел — около недели и только 0,6% — более 30 дней, привел статистику глава Совета судей. К сожалению, таких же точных данных в отношении российских судов озвучено не было ».

Итак, «данных озвучено не было». Это очень характерно для нашей судебной статистики: недостает самых важных сведений, без которых мудрено выдвигать обдуманные предложения по реформированию судебной системы. Например, какова стоимость суда присяжных, во сколько он обходится федеральному бюджету? Каков состав присяжных (возраст, пол, образовательный уровень, уровень доходов)? Какова средняя продолжительность уголовных процессов - тех, что уже сейчас происходят с участием присяжных, и тех, что могли бы быть переданы им на рассмотрение? Мы тщетно стали бы искать в нашей официальной статистике ответ на эти вопросы. Приходится пользоваться отрывочными сведениями или прибегать к умозаключениям по аналогии. Так, со слов прокурора Казани мы узнаем , что в «процессе боксеров», который шел два с половиной года, 35 присяжным (включая запасных) была выплачена компенсация 2,5 млн рублей; а что касается средней продолжительности процессов, то известно, что в Великобритании, при всей тщательности тамошних с удебных процедур, средний присяжный тратит всего лишь пять с половиной дней на выполнение этой обязанности (данные 2017 г.). При этом в Великобритании в год бывает примерно 15 тысяч процессов с участием присяжных. С поправкой на численность населения это эквивалентно 35-40 тысячам процессов в год для РФ. Но в реальности их у нас всего лишь несколько сотен!

Нынешнее состояние суда присяжных в РФ мало кто признает удовлетворительным, однако не хватает четкого и емкого изложения причин, мешающих его широкому применению. Здесь я попробую вкратце резюмировать свой взгляд, основанный на изучении суда присяжных с точки зрения сравнительного правоведения; все желающие могут дать собственный список причин.

Основные узкие места, на мой взгляд, следующие:

1) Наше государство не может как следует определиться, что представляет собою деятельность присяжного заседателя . В настоящее время эта деятельность определяется как право граждан и вместе с тем как гражданский долг тех, кто включен в список присяжных. Е сли это все-таки повинность, то за ее неисполнение должны быть серьезные санкции. Однако никаких санкций за уклонение от этого долга не существует: за неявку кандидата в присяжные никакого наказания вообще не положено, и только если гражданин уже принес присягу и лишь затем не явился, то может налагаться штраф, который составляет смехотворные 2,5 тысячи рублей (ст. 11 7 УПК РФ) . Поэтому не приходится удивляться, что набрать нормальную коллегию присяжных становится такой трудной задачей . Иными словами , нет « кнута » . Но и « пряника » реального тоже нет, точнее он есть исключительно для безработных и малоимущих , потому что только для них предлагаемая законом компенсация привлекательна. Для сравнения: в прежней России никаких « пряников » для присяжных не было вообще : служба присяжного была не правом, а повинность ю, и никак не оплачивалась (только земство могло им приплачивать, но не казна), а за неявку и даже за то, что присяжный просто за дремал на заседании, применялись суровые санкции: штраф от 10 до 100 рублей за первый случай, от 20 до 200 за второй, от 30 до 300 за третий плюс лишение избирательных прав . Десять рублей - это крестьянский месячный заработок, примерный эквивалент нынешних 30 тысяч рублей. Так что санкции были довольно тяжелые. Поэтому больших проблем с формированием коллегий не возникало , несмотря на широчайше е использовани е суда присяжных. В начале ХХ века Империя могла позволить себе ежегодно 45 тысяч процессов с участием присяжных - примерно в 70 раз больше , чем РФ. Отсюда вывод: нам тоже надо вводить серьезные санкции, а компенсации платить только в случае затяжных процессов (например, продолжительностью свыше одной недели) .

2) Если это будет сделано, то можно будет собирать нормальные коллегии из 12 человек. Сейчас они слишком маленькие (8 человек в областном суде , 6 в районном). А поскольку для обвинительного вердикта по нашим законам требуется простое большинство голосов , подсудимого можно упечь в тюрьму на много лет голосами всего четверых (!) присяжных в районном суде; а можно и оправдать несомненно виновного голосами троих земляков.

3) С уд присяжных в РФ назначается по ходатайству обвиняемого. Соответственно, следствие имеет резон давить на него , с тем чтобы он « добровольно » отказался от этой возможности. То, что правоохранителям не хочется , чтобы качество их работы проверяли независимые от них представители общественности , это абсолютно естественно. А вот в Империи подобной возможности не было в принципе, поскольку суд присяжных был обязателен, неизбежен (ст. 201 Устава уголовного судопроизводства ) . И это было совершенно правильно : в таких условиях давление на подсудимого лишается смысла .

4) С уды присяжных введены в РФ на уровне не только областных, но и районных судов, что идет вразрез с указаниями опыта и не позволяет нормальным образом сформировать коллегии в малонаселенной местности. Список кандидатов в присяжные составляется из числа лиц, постоянно проживающих в юрисдикции районного суда. В РФ имеется 2183 районных суда, - следовательно, в среднем в юрисдикцию суда попадает 65 тысяч человек. Но это в среднем, а в реальности всё очень неравномерно: бывает гораздо больше, а бывает и гораздо меньше. В юрисдикцию некоторых судов могут входить и 15 тысяч человек. При таких условиях весьма вероятны пристрастность и локальный междусобойчик , как было в случае с моим злополучным однофамильцем .

Для сравнения: в Империи присяжные действовали только на уровне окружных судов. Это был ближайший аналог теперешнего областного суда (на территории РФ в начале XX века было 59 окружных судов, в то время как сейчас мы имеем 85 областных и равных им судов). Окружный суд имел в своей юрисдикции примерно 1,5 миллиона жителей ; правда, присяжных набирали из числа жителей не всего округа, а того уезда, в котором проходила выездная сессия окружного суда. Но тогдашние уезды были гораздо обширнее, чем типичная юрисдикция современного районного суда (в среднем примерно 200 тысяч жителей на уезд). Соответственно, присяжные были посторонними и могли взглянуть на подсудимого и обстоятельства дела более отстраненно. Нынешние же округа районных судов - это скорее участки прежних мировых судей; но в те времена никому и в голову не пришло бы устраивать коллегии присяжных при мировом суде. К тому же надо заметить, что с тех пор коммуникации значительно улучшились, и в современных условиях ничто не мешает привлекать для рассмотрения дела лиц из другой местности в пределах той же области, т.е. пользоваться расширенным списком присяжных.

5) У нас слишком много проверочных судебных инстанций, и все они могут отменить вердикт. В Империи отменить вердикт мог только верховный суд - Уголовный кассационный департамент Сената - и больше никто. Сейчас , после реформы 2017-18 гг., таких инстанций стало уже четыре. Это выходит за все мыслимые рамки. При таких условиях трудно ожидать устойчивост и вердиктов.

6) При постановке вопросов перед присяжными у нас сложилась традиция предпочитать подробные вопросники, вместо простого вердикта о виновности - невиновности. Говорят, что в некоторых делах б ывают сотни вопросов. Это требует от присяжных больших усилий, увеличивает вероятность оши бок, противоречий и опять-таки делает вердикт уязвимым. Между тем, по Уставу уголовного судопроизводства (ст. 754) вопросы о том, совершилось ли событие преступления, было ли оно деянием подсудимого и должно ли оно быть вменено ему в вину, могли быть соединены в один совокупный вопрос о виновности. Как разъяснил Уголовный кассационный департамент Сената в своем решении по делу Ольги Палем (1895 г.), этот совокупный вопрос охватывает вопросы о том: 1) что приписываемое подсудимому преступное деяние действительно учинено 2) что обвиняемый его учинил или участвовал в его учинении 3) что в учиненном им заключается караемая законом вина, умышленная или неосторожная.

7) В заключение коснусь вопрос о применимости суда присяжных к «экономическим» преступлениям: да, есть проблема не достаточной компетентност и присяжных в экономических вопросах - но она легко решается, если для присяжных в соответствующих делах ввести специальный ценз : например, высшее экономическое или юридическое образование. Этому цензу у нас отвечают миллионы людей.

В целом же , пока создается впечатление, что государство как будто нарочно делает всё для того, чтобы скомпрометировать суд присяжных. При нынешнем его устройстве, надо удивляться не тому, что он плохо работает, а тому, что он вообще работает хотя бы как-то.

Недавно довелось писать о том , что не так с Президиумом Верховного Суда, а сегодня есть повод в таком же ключе поговорить о суде присяжных. В репортаже с недавнего заседания «Клуба имени Замятнина» я прочел: « Самая большая проблема ― длительность рассмотрения дел. . Д ела рассматриваются по несколько месяцев. Это обременительно для граждан. А в США иначе. Там процесс заканчивается за один-два дня, 25% дел — около недели и только 0,6% — более 30 дней, привел статистику глава Совета судей. К сожалению, таких же точных данных в отношении российских судов озвучено не было ».

Итак, «данных озвучено не было». Это очень характерно для нашей судебной статистики: недостает самых важных сведений, без которых мудрено выдвигать обдуманные предложения по реформированию судебной системы. Например, какова стоимость суда присяжных, во сколько он обходится федеральному бюджету? Каков состав присяжных (возраст, пол, образовательный уровень, уровень доходов)? Какова средняя продолжительность уголовных процессов - тех, что уже сейчас происходят с участием присяжных, и тех, что могли бы быть переданы им на рассмотрение? Мы тщетно стали бы искать в нашей официальной статистике ответ на эти вопросы. Приходится пользоваться отрывочными сведениями или прибегать к умозаключениям по аналогии. Так, со слов прокурора Казани мы узнаем , что в «процессе боксеров», который шел два с половиной года, 35 присяжным (включая запасных) была выплачена компенсация 2,5 млн рублей; а что касается средней продолжительности процессов, то известно, что в Великобритании, при всей тщательности тамошних с удебных процедур, средний присяжный тратит всего лишь пять с половиной дней на выполнение этой обязанности (данные 2017 г.). При этом в Великобритании в год бывает примерно 15 тысяч процессов с участием присяжных. С поправкой на численность населения это эквивалентно 35-40 тысячам процессов в год для РФ. Но в реальности их у нас всего лишь несколько сотен!

Нынешнее состояние суда присяжных в РФ мало кто признает удовлетворительным, однако не хватает четкого и емкого изложения причин, мешающих его широкому применению. Здесь я попробую вкратце резюмировать свой взгляд, основанный на изучении суда присяжных с точки зрения сравнительного правоведения; все желающие могут дать собственный список причин.

Основные узкие места, на мой взгляд, следующие:

1) Наше государство не может как следует определиться, что представляет собою деятельность присяжного заседателя . В настоящее время эта деятельность определяется как право граждан и вместе с тем как гражданский долг тех, кто включен в список присяжных. Е сли это все-таки повинность, то за ее неисполнение должны быть серьезные санкции. Однако никаких санкций за уклонение от этого долга не существует: за неявку кандидата в присяжные никакого наказания вообще не положено, и только если гражданин уже принес присягу и лишь затем не явился, то может налагаться штраф, который составляет смехотворные 2,5 тысячи рублей (ст. 11 7 УПК РФ) . Поэтому не приходится удивляться, что набрать нормальную коллегию присяжных становится такой трудной задачей . Иными словами , нет « кнута » . Но и « пряника » реального тоже нет, точнее он есть исключительно для безработных и малоимущих , потому что только для них предлагаемая законом компенсация привлекательна. Для сравнения: в прежней России никаких « пряников » для присяжных не было вообще : служба присяжного была не правом, а повинность ю, и никак не оплачивалась (только земство могло им приплачивать, но не казна), а за неявку и даже за то, что присяжный просто за дремал на заседании, применялись суровые санкции: штраф от 10 до 100 рублей за первый случай, от 20 до 200 за второй, от 30 до 300 за третий плюс лишение избирательных прав . Десять рублей - это крестьянский месячный заработок, примерный эквивалент нынешних 30 тысяч рублей. Так что санкции были довольно тяжелые. Поэтому больших проблем с формированием коллегий не возникало , несмотря на широчайше е использовани е суда присяжных. В начале ХХ века Империя могла позволить себе ежегодно 45 тысяч процессов с участием присяжных - примерно в 70 раз больше , чем РФ. Отсюда вывод: нам тоже надо вводить серьезные санкции, а компенсации платить только в случае затяжных процессов (например, продолжительностью свыше одной недели) .

2) Если это будет сделано, то можно будет собирать нормальные коллегии из 12 человек. Сейчас они слишком маленькие (8 человек в областном суде , 6 в районном). А поскольку для обвинительного вердикта по нашим законам требуется простое большинство голосов , подсудимого можно упечь в тюрьму на много лет голосами всего четверых (!) присяжных в районном суде; а можно и оправдать несомненно виновного голосами троих земляков.

3) С уд присяжных в РФ назначается по ходатайству обвиняемого. Соответственно, следствие имеет резон давить на него , с тем чтобы он « добровольно » отказался от этой возможности. То, что правоохранителям не хочется , чтобы качество их работы проверяли независимые от них представители общественности , это абсолютно естественно. А вот в Империи подобной возможности не было в принципе, поскольку суд присяжных был обязателен, неизбежен (ст. 201 Устава уголовного судопроизводства ) . И это было совершенно правильно : в таких условиях давление на подсудимого лишается смысла .

4) С уды присяжных введены в РФ на уровне не только областных, но и районных судов, что идет вразрез с указаниями опыта и не позволяет нормальным образом сформировать коллегии в малонаселенной местности. Список кандидатов в присяжные составляется из числа лиц, постоянно проживающих в юрисдикции районного суда. В РФ имеется 2183 районных суда, - следовательно, в среднем в юрисдикцию суда попадает 65 тысяч человек. Но это в среднем, а в реальности всё очень неравномерно: бывает гораздо больше, а бывает и гораздо меньше. В юрисдикцию некоторых судов могут входить и 15 тысяч человек. При таких условиях весьма вероятны пристрастность и локальный междусобойчик , как было в случае с моим злополучным однофамильцем .

Для сравнения: в Империи присяжные действовали только на уровне окружных судов. Это был ближайший аналог теперешнего областного суда (на территории РФ в начале XX века было 59 окружных судов, в то время как сейчас мы имеем 85 областных и равных им судов). Окружный суд имел в своей юрисдикции примерно 1,5 миллиона жителей ; правда, присяжных набирали из числа жителей не всего округа, а того уезда, в котором проходила выездная сессия окружного суда. Но тогдашние уезды были гораздо обширнее, чем типичная юрисдикция современного районного суда (в среднем примерно 200 тысяч жителей на уезд). Соответственно, присяжные были посторонними и могли взглянуть на подсудимого и обстоятельства дела более отстраненно. Нынешние же округа районных судов - это скорее участки прежних мировых судей; но в те времена никому и в голову не пришло бы устраивать коллегии присяжных при мировом суде. К тому же надо заметить, что с тех пор коммуникации значительно улучшились, и в современных условиях ничто не мешает привлекать для рассмотрения дела лиц из другой местности в пределах той же области, т.е. пользоваться расширенным списком присяжных.

5) У нас слишком много проверочных судебных инстанций, и все они могут отменить вердикт. В Империи отменить вердикт мог только верховный суд - Уголовный кассационный департамент Сената - и больше никто. Сейчас , после реформы 2017-18 гг., таких инстанций стало уже четыре. Это выходит за все мыслимые рамки. При таких условиях трудно ожидать устойчивост и вердиктов.

6) При постановке вопросов перед присяжными у нас сложилась традиция предпочитать подробные вопросники, вместо простого вердикта о виновности - невиновности. Говорят, что в некоторых делах б ывают сотни вопросов. Это требует от присяжных больших усилий, увеличивает вероятность оши бок, противоречий и опять-таки делает вердикт уязвимым. Между тем, по Уставу уголовного судопроизводства (ст. 754) вопросы о том, совершилось ли событие преступления, было ли оно деянием подсудимого и должно ли оно быть вменено ему в вину, могли быть соединены в один совокупный вопрос о виновности. Как разъяснил Уголовный кассационный департамент Сената в своем решении по делу Ольги Палем (1895 г.), этот совокупный вопрос охватывает вопросы о том: 1) что приписываемое подсудимому преступное деяние действительно учинено 2) что обвиняемый его учинил или участвовал в его учинении 3) что в учиненном им заключается караемая законом вина, умышленная или неосторожная.

7) В заключение коснусь вопрос о применимости суда присяжных к «экономическим» преступлениям: да, есть проблема не достаточной компетентност и присяжных в экономических вопросах - но она легко решается, если для присяжных в соответствующих делах ввести специальный ценз : например, высшее экономическое или юридическое образование. Этому цензу у нас отвечают миллионы людей.

В целом же , пока создается впечатление, что государство как будто нарочно делает всё для того, чтобы скомпрометировать суд присяжных. При нынешнем его устройстве, надо удивляться не тому, что он плохо работает, а тому, что он вообще работает хотя бы как-то.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: