Какое значение формулярного судебного процесса в истории римского права

Обновлено: 06.10.2022

Общий смысл реформы заключался в том, что обязанность формулировать предмет спора перекладывалась со сторон на претора. Это усиливало, в лице магистрата, участие власти в частном споре; это также подрывало основания формализма прежней формы процесса: претор получил возможность не только отказать в иске, но и навязать сторонам новые правила.

Формулярный процесс по-прежнему делился на две стадии. Производство могло происходить только в присутствии обеих сторон. Поэтому первой заботой истца являлось привлечение ответчика на суд. Для этого совершалась процедура in jus vocatio, в соответ­ствии с которой ответчик частным образом вызывался истцом в суд. Если ответчик не повиновался, то с него можно было особы­ми исками взыскать штраф. Если же ответчик скрывался, то истец мог просить у претора разрешения войти во владение иму­ществом скрывающегося ответчика. В дальнейшем в случае неявки ответчика истец мог продать это имущество. Позже вместо in jus vocatio вошло в обычай добровольное обещание ответчика явиться на суд в определенный день.

Когда обе стороны являлись к магистрату, начиналось произ­водство in jure. Истец указывал, какой иск он желал получить от магистрата. Истец имел право перед составлением формулы за­дать ответчику определенные вопросы, которые помогали претору составить иск.

Ответчик в свою очередь мог поступить следую­щим образом:

1) удовлетворить притязания истца и тогда дело заканчивалось;

2) оспаривать притязания истца. В последнем случае производство in jure продолжалось. Если магистрат, выслушав стороны, сразу убеждался в неосновательности или несправедли­вости заявленного истцом притязания, то он просто отказывал ему в иске. Иначе магистрат при содействии сторон приступал к составлению формулы и выбору присяжного cудьи. Производство заканчивалось тем, что истец прочитывал ответчику при свидетелях составленную магистратом формулу formula, представлявшей собою условный приказ судье (литисконтестация).

Судья разби­рал только фактическую сторону дела, а ответственность за то, заслуживало ли данное притязание судебной защиты, лежала на преторе.

Преторы постепенно получили власть давать формулы исков не только в случаях, предусмотренных законами и обычаями, но и тогда, когда считали это необходимым (в то время как в преж­нем праве это не было предусмотрено). Преторы могли отказы­вать в исках, которые хотя и предусматрива­лись законами и обычаями, но казались претору несправедливы­ми. Таким образом, усилилось фактическое влияние преторов на развитие права, осуществлявшееся путем его изменения и усо­вершенствования.

С течением времени преторская юрисдикция выработала для большинства притязаний постоянные формулы, которые доводи­лись до общего сведения посредством эдиктов в виде формуляров.

Ясно, что в зависимости от существа спора, текст формулы менялся, но, в целом, ее содержание распадалось на устойчивые части.

Рассмотрим подробнее формулу, ее составные части и виды .

Формула есть составляемая магистратом в заключение про­изводства in jure письменная инструкция, в которой он назначал присяжного судью (номинация) и предписывал ему, каким образом разрешить спор. В этой формуле различают четыре основные части: демонстрация (demonstratio), интенция (intentio), кондемнация (condemnatio) и адъюдикация (adjudicatio). Присутствие всех перечисленных частей было необязательным в каждой фор­муле.

Интенция — главная часть процессуальной формулы, в ко­торой в форме условия приведено основание иска (согласно ци­вильному праву или реальности, признаваемой претором) и пред­мет иска (точно указанный или обозначенный с тем, чтобы его уточнил судья). По Гаю, интен­ция — часть формулы, в которой истец излагал свои требования. Интенция не могла отсутствовать ни в одной формуле, так как в ней содержится вопрос, который истец ставил на рассмотрение суда. Интенция индивидуализировала формулу и иск.

Существовало несколько классификаций интенций. Наибо­лее важная классификация состояла в том, что различали интен­ции in jus conseptae и интенции in factum conseptae.

Выставляя первую интенцию, истец опирался на нормы, существующие в цивильном праве jus civile (законы и обычаи). Получив такую интенцию, судья должен был проверить, содер­жит ли цивильное право такую норму, которой истец обосновы­вает свое требование.

К интенции in factum conseptae претор прибегал тогда, когда требование истца не могло быть обосновано нормами цивильного права, а тем не менее претор считал справедливым предоставить истцу защиту. В этом случае в интенции он описывал те факты, на которых истец основывал свое требование к ответчику и кото­рые, по мнению претора, заслуживали судебной охраны. Претор предписывал судье вынести решение в пользу истца, если эти факты подтвердятся во второй стадии судебного производства.

Далее различали intencio certa и intencio incerta. Под именем intencio certa подразумевалась такая интенция, где точно опреде­лен предмет требования истца. Сюда относились все вещные иски и те личные иски, в которых истец требовал передать ему опре­деленную сумму денег или определенную вещь.

Intencio incerta имела место тогда, когда истец не определял точно предмета своего требования и предоставлял эту возмож­ность судье. Такая интенция предполагала обязательное сущест­вование демонстрации, указывающей юридическое основание притязания.

При составлении intencio certa для истца существовала веро­ятность допущения ошибок. Например истец, опре­деляя предмет требования, называл большую сумму, чем ему полагалось, или вместо части целое; предъявлял иск не в том месте, где должно быть исполнено требование; требовал уплаты долга до наступления назначенного срока и т.д.

Следующей частью формулы была кондемнация, которая уполномочивала судью присудить или освобо­дить ответчика в зависимости от того, признает ли судья интен­цию верной или нет. Присуждение могло выражаться только в определенной денежной сумме (condemnatio pecuniaria), которая указывалась в формуле прямо (condemnatio certa) или косвенно (condemnatio incerta). В последнем случае судья должен был сам оцепить предмет иска в деньгах до какого-то предела или без подобного ограничения. Иногда истец должен был довольствоваться платежеспособностью ответчика. Принципом римского граждан­ского процесса было то, что любое присуждение должно выра­жаться в денежной сумме. Кондемнация обычно следовала за интенцией.

Демонстрация — это часть процессуальной формулы, изла­гающей сущность искового притязания. Как указано в Институ­циях Гая, демонстрация — это часть формулы, которая ставилась вначале, чтобы суть спора стала ясной. Ошибки в демонстрации не являлись такими решающими, как в интенции. Неверное использование слов в демонстрации было простительно. Например, неправильное название наследни­ка или отказополучателя завещателем не отменяло сделанного им дарения (разумеется, если воля завещателя бесспорно доказы­вается прочими положениями).

Наконец, в исках о разделе общего имущества помимо пере­численных частей помещали еще четвертую — адъюдикацию — часть процессуальной формулы, которая уполномочивает судью самостоятельно регламентировать спорные правоотношения сто­рон, в частности, присудить одной стороне неделимую вещь, а другой — денежную компенсацию, или произвести раздел спор­ного имущества. Как писал Гай, адъюдикация — это часть фор­мулы, уполномочивающая судью присудить вещь одной из сто­рон.

Данная часть формулы встречалась только в исках о разделе общего имущества: о разделе общей собственности; о разделе наследства между несколькими наследниками; о восстановлении границы между двумя смежными участками.

Рассмотрим примеры некоторых формул.

Формула in factum conseptae выглядела так: " Октавий да будет судьей. Если окажется, что раб Стих составляет квиритскую собственность Авла Агерия, то ты, судья, Нумерия Негидия в пользу Авла Агерия обвини; если не окажется, оправдай".

Формула in jus concepta выглядела иначе: " Октавий да будет судьей. Иск предъявлен по поводу того, что Авл Агерий отдал в поклажу Нумерию Негидию серебряный стол, — что бы ни следовало по этому поводу Нумерию Негидию дать или предоставить в пользу Авла Агерия по доброй совести, к тому ты, судья, присуди Нумерия Негидия в пользу Авла Агерия, если он ему этого не возместит, если же возместит, то освободи".

Кроме четырех перечисленных составных частей формулы, в ней могли быть и другие дополнительные части, такие, как эксцепция (exeptio) и прескрипция (praescriptio).

Эксцепция - такая вставка в формулу, посредст­вом которой судью обязывали учитывать определенные побочные обстоятельства, указанные ответчиком. Если эти обстоятельства подтверждались, то судья вопреки верно­сти интенции должен был освободить ответчика.

В переводе на русский язык, слово эксцепция означало ответ или оговорку. Юрист Павел определял эксцепцию как условие, которое ли­бо полностью освобождает ответчика от присуждения, либо толь­ко уменьшает присуждение.

В материальном смысле эксцепция - это требование ответ­чика к истцу, его особое право. Например, к владельцу чужой вещи хозяин предъявляет иск о ее возврате. Возражение ответчи­ка в данном случае могло быть следующим. Он может заявить, что затратил определенные средства на содержание вещи, или, что он имеет право залога или сервитута на спорную вещь. Воз­ражение ответчика является одновременно и его требованием (в частности, о возмещении материальных затрат или о предостав­лении ему прав, вытекающих из факта владения чужой вещью).

По содержанию эксцепция могла быть различной:

1) ответ­чик мог указать новые, до этого неизвестные обстоятельства, существование которых уничтожало иск (exeptiones facti);

2) от­ветчик мог сослаться на законные основания (exeptiones juris), уменьшавшие размер иска или уничтожавшие его совсем.

Эксцепция могла прекратить действие иска навсегда (напри­мер, эксцепция из судебного приговора) или на определенное время. Вследствие эксцепций иск мог потерять свое действие полно­стью или в определенной части (например, эксцепция, которой ответчик устраняет представителя истца от ведения процесса).

Прескрипция - это отрицательное условие, рас­положенное в формуле перед интенцией, которое ограничивает в пользу истца предмет спора, а в пользу ответчика (если это условие окажется правдивым) уничтожает литисконтестацию.

Существовали следующие прескрипции:

1) praescriptio pro actore. Проследить действие этой прескрипции можно на таком примере. Новое лицо долж­но ежемесячно получать по отказу своего родственника от наследника последнего определенную сумму денег. В пер­вый же месяц наследник отказывается уплатить этому лицу причитающуюся ему сумму. Обиженное лицо обра­щается к претору за иском и, выигрывая дело, получает свои деньги. Однако на второй месяц происходит то же самое. По правилу консумпции (уничтожения) исков по­сле литисконтестации второй аналогичный иск уже невоз­можен. Во избежание этого, претор вносил в прескрипцию оговорку о том, что иск ограничивается лишь той частью требования, для которой в данный момент наступил срок.

2) praescriptio pro reo — это вставки в самом начале форму­лы. Они имели своей целью в случае верности приводимо­го в них обстоятельства исключить вообще не только при­суждение ответчика, но и дальнейшее исследование обсто­ятельств дела. Важнейшим случаем данной прескрипции была преюдиция. Она заключалась в том, что если реше­ние данного спора могло оказать решающее влияние на другой процесс, то судья в прескрипции указывал, что он не откажется от вынесения решения.

В соответствии с устано­вившейся практикой, эксцепция помещалась после интенции. Напротив, прескрипция располагалась перед интенцией, но после на­значения судьи, как некое само­стоятельное условие, разрешение которого должно предшество­вать разбирательству главного предмета спора.

Во второй стадии производства in judicio присяжный судья выслушивал речи сторон и их представителей, проверял и оцени­вал их доказательства.

Процесс заканчивался вынесением судьей решения (sententia), содержащего в себе по общему правилу присуждение ответчика к определенной денежной сумме или освобождение его. Значение решения заключалось в том, что оно окончательно раз­решало спорное правоотношение, было обязательным и безуслов­ным. Решение устанавливало новое обязательственное отношение между сторонами взамен процессуального обязательства, возник­шего в силу литисконтестации. Окончательное решение являлось гарантией против последующего оспаривания права, в том числе и путем эксцепции.

По теории, выработанной классическими юристами, вопрос, разрешенный один раз между данными сторонами, не мог быть разрешен судом повторно. Это правило применялось и в том слу­чае, если решенный один раз вопрос вновь возбуждался в форме другого иска.

По общему правилу, решение оглашалось в присутствии обе­их сторон. Однако при определенных условиях судья мог вынести решение и в отсутствие одной из сторон. В таких случаях, если истец не являлся к судье, ответчик мог потребовать освободитель­ного решения. Если не было ответчика, то судья выслушивал истца и выносил заочное решение в его пользу или в пользу ответчика. Если отсутствовали обе стороны, то дело вообще не рассматривалось. Осужденный обязан был исполнить решение. Если он этого не делал в течение 30 дней, то посредством особого иска передавался претором в кабалу кредитору для отработки долга.

Недовольная сторона должна была убедить магистрат в несправедливости решения. В этом случае магистрат мог использо­вать свое право вмешательства, предоставленное ему законом. Следствием вмеша­тельства магистрата (когда он налагал свое вето на действия другого магистрата) была либо полная отмена решения, либо приостановление его исполнения. Такая процедура могла быть только в Риме, где существовало несколько магистратов, совер­шенно независимых друг от друга и пользовавшихся равной вла­стью.

В римском праве наряду с обыкновенными существовали и особые средства судебной защиты. К таким процессуальным сред­ствам, в частности, относились реституция и интердикты.

Реституция (restitutio in integrum) означает возвращение в первоначальное состоя­ние (посредством обыкновенного иска, эксцепции и т.д.). Реституция имела цель устранить несправедливость при помощи преторской власти вопреки существующим нормам права. Реститу­ция являлась чрезвычайным средством защиты потому, что пре­тор не применял действующего законодательства, а по своему усмотрению создавал право, охраняющее данное отношение. Да­вая реституцию, преторы руководствовались принципами спра­ведливости.

Реституция возникла в эпоху преторского творчества, во вто­рой половине республики. К ней разрешалось прибегать только в тех случаях, когда традиционные средства защиты не достигали желаемой цели. Вопрос о выдаче реституции рассматривался непосредственно претором.

Основания реституции были впоследствии точнее определены классической юриспруденцией. Для того, чтобы лицо получило реституцию, обязательны были три условия.

1. Наличие у просителя оправдывающего реституцию основания (justa causa).

Таких оснований римские источники насчитывают шесть:

- личное отсутствие (например, нахождение в плену);

- minor aetas (недостижение 25-летнего возраста);

- dolus malus (обман);

- quod metus causa (угроза);

- ограничение право­способности, имевшее место при ведении процесса.

Не достигшие 25 лет имели право на реституцию в случае причинения им какого-либо вреда, независимо от того, состояли ли они под властью отца, надзором опекуна или попечителя. Мотивы реституции — легкомыслие и неопытность несовершен­нолетнего.

Реституция могла выдаваться и при ограничении правоспо­собности. Так, например, если лицо кем-то усыновляется, то все его имущество переходит в распоряжение усыновителя. Это при­водило к тому, что кредиторы усыновленного теряли право на взыскание с него долгов. В такой ситуации кредитор мог обра­титься к претору за реституцией, другими словами просить пре­тора, чтобы он своим распоряжением возвратил имущество в то юридическое состояние, в котором оно находилось до момента усыновления.

2. Своевременность просьбы о реституции.

3. Наличие ущерба понималось в материальном и мо­ральном плане. Главное чтобы ущерб, нанесенный лицу вследст­вие различных обстоятельств, не мог быть исправлен традицион­ными судебными средствами. Например, несовершеннолетний принял на себя непосильное обязательство, или лицо из-за своего отсутствия в городе пропустило срок явки на суд. Моральный ущерб также являлся условием реституции, например, можно было оспаривать усыновление ребенка плохим человеком.

Действие реституции имело последствия для обеих сторон — для них восстанавливались прежние юридические отношения.

Помимо реституции, римское право знало еще одно средство чрезвычайной процессуальной защиты — интердикты.

Интердикты (interdictum) — приказы магистрата, даваемые им по просьбе истца, предписывающие ответчику совершить какое-либо дейст­вие или запрещающие его совершение.

Интердикты издавались претором по поводу каждого конк­ретного случая и объявлялись в присутствии обеих сторон. Неис­полнение изданного интердикта влекло за собой дальнейшее су­дебное разбирательство. Интердикты стали помещаться в эдиктах магистратов в виде постоянных формул, применяемых к конкрет­ным случаям.

В заключение следует подчеркнуть, что формулярный процесс (120 г. до н.э. — конец III в.), истори­чески сменивший легисакционный, явился шагом вперед по срав­нению с предыдущим процессом.

1. Деление процесса на две стадии сохранилось.

2. Но зато произошло освобождение от оков строгой формалистики, появилось такое явление, как формула.

3. Налицо также усиление роли государственной власти.

В период действия формулярного процесса возникли такие известные современному праву понятия, как заочное решение, преюдиция, реституция, установилось правило, запрещавшее рассматривать второй раз дело по тому же иску и между теми же сторонами и т.д.

Формулярный процесс пришел на смену легисакционному процессу.

Центральное место в формулярном процессе занимала письменная формула, которую претор давал судье в виде директивы. На ее основании требовалось вынести решение по делу. Путем формул преторами осуществлялось правотворчество; признание права на иск означало признание наличия материального права.

Основные части формулы:

— интенция (intentio — обвинение), где указывалось имя судьи; излагались исковые требования; указывалось право, на котором истец основывал свои притязания. Начиналась со слов «если выяснится»;

— демонстрация (demonstratio), в которой излагался состав дела, его фабула. Она перечисляла юридические факты, которые создали право истца и обязанность ответчика. Начиналась со слова «поскольку»;

— кондемнация (condemnatio), в которой судье предоставлялось право осудить или оправдать ответчика. При разделе общего имущества употреблялась adiudicatio — полномочие судьи заменить одно состояние вещных прав другим. То, что указано в кондемнации, имело решающее значение, даже если противоречило интенции. Иногда перед кондемнацией вставлялась оговорка «если вещь не будет реституирована по твоему распоряжению». Невыполнение этого арбитражного распоряжения влекло невыгодные последствия (определение стоимости вещи истцом под присягой, иногда учетверение суммы кондемнации).

Дополнительные части формулы:

— прескрипция (praescriptio) — предшествует основному тексту формулы (сразу после имени судьи). Ставила возможность начать процесс в зависимости от выявления определенных обстоятельств. Составлялась в интересах истца, если контракт не имел названия в цивильном праве или истец хотел взыскать часть того, что должен ответчик, и избежать консумпции. В интересах ответчика — если он утверждал, что до этого дела должно быть рассмотрено более важное дело (например, если истец, не доказывая своих прав на наследство, виндицировал вещь из наследственной массы). Начиналась со слов «пусть процесс считается»;

— эксцепция (exceptio) — возражение ответчика на иск. Она следовала за интенцией, если ответчик отрицал иск, если не возражал против иска, но отрицал свою обязанность исполнить требования или если возражал против исковых требований, указанных в интенции.

Стадии формулярного процесса:

— in jure — истец излагал свои притязания в любой форме. Претор, выслушав заявление истца и возражения ответчика и признав допустимость иска, составлял письменную формулу, являвшуюся юридическим выражением заявленного истцом притязания и возражений ответчика, и направлял ее в суд;

— in judicio — начиналась с изложения сторонами доказательств, поскольку о вопросе, поставленном перед судом, теперь можно было узнать из формулы. Процесс проходил в устной форме при свободной оценке доказательств. Источниками доказательств были показания свидетелей и доказыванию подлежали лишь спорные факты. Бремядоказывания исковых требований распределялось в соответствии с формулой: истец доказывал факты, которыми он обосновывал иск, ответчик — факты, которыми он обосновывал возражения. Решение всегда выносилось в денежном выражении. Исход дела стал целиком зависеть от содержания формулы.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

36. Формулярный процесс

36. Формулярный процесс Формулярный процесс пришел на смену легисакционному процессу.Центральное место в формулярном процессе занимала письменная формула, которую претор давал судье в виде директивы. На ее основании требовалось вынести решение по делу. Путем формул

20. Процесс доказывания

20. Процесс доказывания В соответствии со ст. 85 УПК РФ доказывание – это регулируемая уголовно-процессуальным законом деятельность уполномоченных государственных органов и должностных лиц по собиранию, проверке и оценке доказательств с целью установления

§ 7 Гражданский процесс

§ 7 Гражданский процесс Гражданский процесс (гражданское судопроизводство) представляет собой совокупность урегулированных гражданским процессуальным законом процессуальных действий по осуществлению правосудия по гражданским делам.Указанные гражданские

§ 4. Бюджетный процесс

§ 4. Бюджетный процесс Бюджетное законодательство Российской Федерации закрепляет основы бюджетного процесса и регламентирует его. Бюджетный кодекс Российской Федерации (БК РФ) от 31.07.1998 N 145-ФЗ. В ст. 4 Закона РСФСР от 10 октября 1991 г. «Об основах бюджетного устройства и

24. Легисакционный, формулярный и экстраординарный процессы

24. Легисакционный, формулярный и экстраординарный процессы Легисакционный процесс представляет собой самую первую и древнюю форму процесса, который рассматривал гражданские иски.В римском праве выделялось две стадии легисакционного процесса:1) in iure — стороны

§ 6. Юридический процесс

§ 6. Юридический процесс Процесс буквально переводится как «движение вперед». В юридической практике он означает порядок осуществления деятельности следственных, административных, судебных органов близким ему по значению является термин «процедура» – официально

10. Легисакционный процесс

10. Легисакционный процесс Гражданский процесс республиканского Рима носил название легисакционного (legis actio), то есть действующего законным образом, не прибегая к самосуду, в отличие от «виндикационного», действующего (буквально) «от палки» («vindicta»), – то есть от

С сер. IV в. до н. э. основная роль в организации судопроизводства по частным искам в Риме переходит к претору (должность учреждена в 366 г. в качестве помощника консула для решения внутригородских дел). Значение преторской юстиции возрастало параллельно умалению юстиции понтификов: в 304 г. до н. э. жреческий писец Гней Флавий самовольно («для пользы народа Рима») опубликовал принятый календарь судебных дней, несколько позднее таким же образом был выкраден и опубликован Флавием перечень главных судебных исков. Судопроизводство с этой поры приобрело преимущественно магистратский характер, за понтификами сохранялось некоторое время только значение традиционно лучших знатоков права.

В 242 г. до н. э. для рассмотрения споров, возникавших между римскими гражданами и перегринами, а также между лицами, имевшими иной правовой статус, была создана магистратура второго, перегринского претора. Его деятельность в сфере юстиции стала не только со временем доминирующей по охвату споров, но и новаторской по внутреннему содержанию. Перегринский претор был лишен возможности использовать строгие правила квиритского права: они либо не предусматривали случая спора между лицами разного статуса, либо вообще игнорировали огромное большинство новых правовых ситуаций. Для того чтобы согласовать правовые интересы римлян и других жителей Италии и империи, претору пришлось изобретать новые формы судебных исков, признавать имеющими силу совершенно новые правовые реалии. В большой степени эти изобретения и признания были основаны на общих принципах права народов (jus gentium), которое указывало предпочитать юридическому формализму требования разума, обычаи других народов, практику правоприменения в средиземноморских судах, прежде всего греческих. Основанное на идее внепривилегированной справедливости и равенства участников гражданских правоотношений при соблюдении их подлинной воли, право народов с этого времени стало еще одной составляющей римского гражданского права наряду с квиритским.

Основным юридическим инструментом в обновлении права и судопроизводства стал преторский эдикт, или указ. С III в. до н. э. сложилась практика, по которой вступавший в свою должность на новый годичный срок претор издавал эдикт (право издания эдиктов, содержащих правовые нормы, было также у консулов и эдилов), где формулировал основные правила своей будущей правоприменительной деятельности. Эти эдикты приобретали разный вид: а) подтверждающие, когда претор высказывал полное доверие к деятельности предшественника; б) новационные, в которых претор заявлял стремление вести суд и давать защиту, не считаясь со старыми порядками; в) городские, адресованные только Италии, и др. В преторском эдикте стали находить отражение и новые процессуальные средства защиты прав, к которым прибегал претор, когда был не в состоянии воспользоваться жесткими формами легисакционного процесса. В принципе, запрещалось что-либо менять эдиктом в цивильном праве, в законах государства, в запрещающих законах. Однако можно было создавать новые формулы исков, не предусмотренных квиритским правом, или, чтобы избежать явно несправедливого по сути юридического спора, прибегнуть к реституции, т. е. восстановить стороны в их первоначальном положении, как если бы сделки и не было, или включить в правила судоговорения особое возражение ответчика — эксцепцию, которые также были строго конкретны и связаны со своими обстоятельствами (возражение, что был обманут или что заблуждался). Так, наряду с правом, содержащимся в законах Рима, сформировалось особое преторское право, или магистратское (jus honorarium), которое стало вторым по важности источником гражданского права Рима, внеся в него многие идеи и новации, почерпнутые из jus gentium.

Преторский эдикт первоначально обнародовался устно, затем стал высекаться на мраморе. А сам претор вел два «альбома»: в одном фиксировал эдикты, в другом — перечень новационных формул исков и средств преторской защиты. Чтобы каждый новый эдикт не вносил сумятицы в правоприменение, со временем преторам было предписано строже придерживаться практики предшественников. В 67 г. до н. э. закон прямо запретил преторам менять эдикты — они стали постоянными. С этого времени по важности преторский эдикт едва ли не превзошел законы. Во II в. император Адриан указал известному юристу Сальвию Юлиану провести систематизацию преторского эдикта. Юлиан в сотрудничестве с другим правоведом собрал эдикты городских и перегринских преторов, курульных и провинциальных эдилов и составил единый обширный постоянный эдикт (143 г.), который впредь запрещено было менять, а следовало изучать и комментировать. С этим прекратилась и эволюция преторского права.

Переход к преимущественно преторской юстиции сопровождался переустройством судебных институтов в целом. Наряду с частными судьями, перешедшими из предыдущих веков, основными учреждениями стали: а) центумвиральные суды, или коллегии 100 мужей, и б) суды «восстановителей утраченного», или рекуператоров. Суд рекуператоров действовал при перегринском преторе и представлял собой коллегию 3–5 судей, которыми мог быть любой римлянин, где решались дела, требующие скорейшего решения, главным образом с участием перегринов или иностранцев в качестве одной из сторон. Этот суд был наиболее прост и даже отчасти демократичен. Наиболее важным судебным институтом стал суд центумвиров. Его составляли 105 судей, избранных от 35 римских триб и, по-видимому, принадлежавших к высшим сословиям — сенаторскому и всадническому. Начало деятельности судов относится к 240-м гг. до н. э. (однако есть упоминания и о создании их также Сервием Тулием). Круг полномочий этих судов был обширен — в них разбирались дела «о давности, об опеках, о родстве родовом и кровном, о намывных берегах и островах, об обязательствах, о сделках, о стенах, о пользовании светом, о капели, о действительных и недействительных завещаниях и множестве других, тому подобных вопросах» (Цицерон. Об ораторском искусстве. 1. 38), практически все вопросы гражданского права, кроме споров о статусе лиц. Центумвиры действовали в 4 трибуналах, каждый со своей более суженной компетенцией; решения принимали коллегиально, и потому они были окончательными. Заседал суд на форуме, в особо отведенном месте.

В провинциях и муниципиях роль преторов играли (где их не было) наместники и префекты; постоянных списков судей из граждан там не было, в судьи избирали на городских собраниях или в сенатах муниципий.

Оформление преторского права изменило и процедуру судебного разбирательства — вначале не существенно, а к I в. до н. э. — принципиально. Разделение на две стадии — in jure и in judicio сохранилось, однако юридически более важной стала первая. Инициатива по-прежнему оставалась за истцом, но вызов ответчика подкреплялся авторитетом магистрата: за неявку полагался штраф. Истец излагал свою претензию в менее строгом виде, за ответчиком признавалось право не только принять или отвергнуть иск, но и сделать частичные возражения по разным содержательным вопросам: должен, но не столько, брал, но не должен, потому что… и т. д. Юридическое существо спора формулировали уже не стороны, а претор, который обобщал суть дела в формуле — специальном предписании судье. В этом предписании обязательно было три элемента: назначение судьи, изложение претензии и возражений, распоряжение о действиях судьи — оправдай или присуди. «Если окажется, что Авлу Агерию причинил ущерб Нумерий Негидий, то ты, судья, осуди его и сосчитай сумму убытка, если же окажется, что он сделал это невольно, оправдай» (типичный для римского права пример формулы, где используются абстрактные имена истца (от agere — искать) и ответчика (от negare — отрицать)). Составляя формулу, претор был более заинтересован не соблюдением требований квиритского права, а выяснением подлинных правоотношений сторон в учете справедливости. Конечно, юридический формализм полностью преодолен не был, и перечень новых преторских формул (который включали в эдикт как приложение) поначалу был невелик. Но теперь уже претор не мог отказать в судебной защите, если имелась ранняя соответствующая формула. На стадии судоговорения процесс шел в основном прежним путем. При отсутствии спора (если стороны обратились в суд только за признанием перехода прав по обоюдному согласию) претор мог и сам решить дело.

Такой вид процесса по главному новшеству получил название формулярного процесса. Он был введен в судопроизводство по закону Эбуция (между 149 и 123 гг. до н. э.) — первоначально как факультативный вид процесса; римские граждане сохранили возможность пользоваться законными формами исков. В 17 г. до н. э. формулярный процесс был признан единственно законным, а правила легисакционного выведены из обихода. Подзаконное, но свободное усмотрение суда в гражданских спорах стало определяющим.

Закон, юстиция, престолонаследие

Закон, юстиция, престолонаследие Допетровская Россия отнюдь не представляла собой некую «черную дыру» в области законодательства. Наоборот, за последние шестьсот лет сложились правовые традиции и законоустановления, пусть и уступавшие западноевропейским, но не

Закон, юстиция, престолонаследие

Закон, юстиция, престолонаследие Допетровская Россия отнюдь не представляла собой некую «черную дыру» в области законодательства. Наоборот, за последние шестьсот лет сложились правовые традиции и законоустановления, пусть и уступавшие западноевропейским, но

2. СУДОПРОИЗВОДСТВО

2. СУДОПРОИЗВОДСТВО С самого начала придется признать, что из-за отсутствия частных документов наши сведения о судах и судопроизводстве в стране Хатти весьма скудны.Низшей инстанцией для рассмотрения тяжб, по-видимому, были суды старейшин, составлявших органы

Юстиция Союзников

Юстиция Союзников Несмотря на то что подобные жесткие меры должны были поставить крест на подпольной деятельности нацистов, Союзное командование, чтобы вконец подорвать возможное сопротивление, решилось на принятие еще более жестких, почти драконовских мер. В приказе

Судопроизводство

Судопроизводство В судебном процессе черты глубокой архаики проступали еще резче, нежели в праве.Древнерусская судебная терминология свидетельствует, что в глазах людей того времени суд, судоговорение были, в сущности, словесным боем между тяжущимися сторонами.

Юстиция в Третьем рейхе

Юстиция в Третьем рейхе Юридическая система Третьего рейха полностью отвечала личным представлениям фюрера о юстиции. Гитлер испытывал презрительное отношение к традиционной юридической системе буржуазного парламентаризма, о чем неустанно повторял в первые годы

Юстиция периода империи. Когниционное судопроизводство

Юстиция периода империи. Когниционное судопроизводство С видоизменением всей системы власти и управления в эпоху империи изменились и судебные институты. Реформировались судебные полномочия прежних магистратов, стали утрачивать значение прежние формализованные

Церковная юстиция

Церковная юстиция Юрисдикция церкви в отношении своих сочленов и тем более в отношении мирян вовсе не вытекала из Писания и богословских догматов. Ее возникновение было историческим. Связано оно было, во-первых, со стремлением государственной власти опереться на

Суд и судопроизводство

Суд и судопроизводство Юстиция в византийском государстве была неразделима с общей администрацией. В этом заключалась одна из главных особенностей судоустройства империи и его общее отличие от традиций римской юстиции. Не только юридически управленческая власть была

Судопроизводство

Судопроизводство Администрация была в Древней Японии тесно связана с юстицией. На самом высшем уровне и на уровне местном судопроизводство осуществляли одни и те же учреждения. Однако существовали и специальные юридические ведомства.Все судебные дела первоначально

С течением времени преторы стали практиковать упрощенный порядок заявления претензий истца и возражений ответчика с вручением истцу записки, адресованной судье, в которой содержались предписания, при наличии каких условий иск следует удовлетворить, а при каких – отклонить. Записка называлась формулой, процесс, установленный законами Августа, вместо легисакционного получил название формулярного (per formulas). Формулярный процесс сначала появился в перегринском праве, затем распространился и на квиритов.

Формулярный процесс имел особенности:

–?упрощенная процедура заявления иска, отсутствие установленных ритуалов;

–?вручение претором истцу «формулы» –?записки, адресованной судье, в которой были указаны имя назначенного судьи, суть отношений истца и ответчика, условия удовлетворения иска и условия отказа в удовлетворении, возможность вынесения решения о компенсации ответчику, если иск верен, но вещь неделима и ее присуждение истцу требует такой компенсации;

–?исключительное право претора не следовать точно букве закона, а при необходимости защищать новые отношения и не защищать формально законные старые;

–?в «формуле» содержалось присуждение по иску в денежном эквиваленте и фактически одно обязательство после суда заменялось на другое;

–?к отказу в удовлетворении всего иска приводили чрезмерные требования истца, преждевременность иска, заявление иска не по месту рассмотрения.

Решение судьи признавалось окончательным, повторный иск был невозможен. Ответчик был обязан внести оговоренную денежную сумму, если не мог подтвердить свои возражения, а при отказе с него производилось взыскание в двойном размере, применялся арест до уплаты долга; при невозможности заплатить и в этом случае – арест имущества и его продажа через публичные торги.

Иски защищались согласно сведениям, содержавшимся в Эдиктах претора, то есть условиями защиты поданного иска оказывались решения завершившихся судов, из которых и делался вывод об отсутствии или наличии права на какую-то вещь.

12. Чрезвычайный порядок рассмотрения дел

Постепенно наряду с обычным гражданским процессом стали встречаться случаи, когда гражданские споры рассматривались магистратом в особом порядке и без передачи решения дела присяжному судье. К концу III в. н. э. при переходе к доминату (абсолютной монархии) такой процесс совершенно вытеснил формулярный процесс. Дела граждан стали разбирать административные органы, представители власти – начальники городской полиции Рима и Константинополя, правители провинций, муниципальные магистраты; даже императоры в некоторых случаях принимали судебные дела к своему личному рассмотрению.

Чрезвычайный порядок рассмотрения дел появился из формулярного процесса, разрешавшего магистратам решать спор без передачи его на рассмотрение присяжному судье. Постепенно формулярный порядок почти полностью вытеснил легисакционный, а с усилением центральной власти вместо формулярного вводился чрезвычайный порядок рассмотрения, в частности, и по таким делам, где раньше давалась формула.

К концу III в. экстраординарный процесс стал основным и единственным, по простой причине: власти не доверяли лояльности даже «якобы» выборных судей.

С переходом к чрезвычайному ведению процесс перестал носить публичный характер, он стал закрытым, присутствовать на нем имели право только важные сановники и сами стороны, выясняющие отношения. Требования к ходу процесса ужесточились. Если истец не являлся к слушанию дела, оно прекращалось; при неявке ответчика дело рассматривалось заочно.

Однако появилось новшество: теперь решение суда не признавалось окончательным, у недовольного исходом дела появилась возможность апелляционного обжалования вынесенного решения в следующую, высшую инстанцию (на решения правителя провинции – начальнику императорской гвардии, на его решения и на решения начальника городской полиции – императору). Только решение императора имело силу закона, то есть признавалось окончательным.

Решения суда приводились в исполнение при помощи силы государственной власти, если ответчик в течение двух месяцев не исполнял судебного решения и не выдавал вещь добровольно. При невозможности изъятия практиковалась продажа имущества несостоятельного должника.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

36. Формулярный процесс

36. Формулярный процесс Формулярный процесс пришел на смену легисакционному процессу.Центральное место в формулярном процессе занимала письменная формула, которую претор давал судье в виде директивы. На ее основании требовалось вынести решение по делу. Путем формул

20. Процесс доказывания

20. Процесс доказывания В соответствии со ст. 85 УПК РФ доказывание – это регулируемая уголовно-процессуальным законом деятельность уполномоченных государственных органов и должностных лиц по собиранию, проверке и оценке доказательств с целью установления

§ 7 Гражданский процесс

§ 7 Гражданский процесс Гражданский процесс (гражданское судопроизводство) представляет собой совокупность урегулированных гражданским процессуальным законом процессуальных действий по осуществлению правосудия по гражданским делам.Указанные гражданские

§ 4. Бюджетный процесс

§ 4. Бюджетный процесс Бюджетное законодательство Российской Федерации закрепляет основы бюджетного процесса и регламентирует его. Бюджетный кодекс Российской Федерации (БК РФ) от 31.07.1998 N 145-ФЗ. В ст. 4 Закона РСФСР от 10 октября 1991 г. «Об основах бюджетного устройства и

24. Легисакционный, формулярный и экстраординарный процессы

24. Легисакционный, формулярный и экстраординарный процессы Легисакционный процесс представляет собой самую первую и древнюю форму процесса, который рассматривал гражданские иски.В римском праве выделялось две стадии легисакционного процесса:1) in iure — стороны

§ 6. Юридический процесс

§ 6. Юридический процесс Процесс буквально переводится как «движение вперед». В юридической практике он означает порядок осуществления деятельности следственных, административных, судебных органов близким ему по значению является термин «процедура» – официально

10. Легисакционный процесс

10. Легисакционный процесс Гражданский процесс республиканского Рима носил название легисакционного (legis actio), то есть действующего законным образом, не прибегая к самосуду, в отличие от «виндикационного», действующего (буквально) «от палки» («vindicta»), – то есть от

Формулярный процесс (120 г. до н.э. — конец III в.), исторически сменивший легисакционный, явился шагом вперед по сравнению с предыдущим процессом.

Сущность формулярного процесса заключалась в составлении претором письменной формулы (отсюда и название процесса), содержащей указания присяжному судье о том, как надо решить спор. Теперь роль претора существенно изменяется – теперь его пассивность исчезает, он даёт указания судье о направлении рассмотрении дела, которые для последнего являются обязательными. Судья разбирал только фактическую сторону дела, а ответственность за то, заслуживало ли данное притязание судебной защиты, лежала на преторе. С течением времени преторская юрисдикция выработала для большинства притязаний постоянные формулы, которые доводились до общего сведения посредством эдиктов в виде формуляров (бланкетов). Таким образом, правовой основой формулярного процесса было преторское право.

Преторы постепенно получили власть давать формулы исков не только в случаях, предусмотренных законами и обычаями, но и тогда, когда считали это необходимым (в то время как в прежнем праве это не было предусмотрено).Таким образом решался вопрос об отношении преторской формулы к старому преторскому праву: часть формул были составлены на основании цивильного права, другие обосновывали исковое требование совокупностью указанных претором фактов. При изложении формулы претор не был связан прежним правилом изложения иска в точных словах закона, что упраздняло громоздкость и обрядность легисакционного процесса и тем самым характеризовало формулярный процесс как более гибкий и приспособленный к новым имущественным и социальным отношениям.

В этой формуле различают четыре основные части: демонстрация, интенция, кондемнация и адъюдикация. Присутствие всех перечисленных частей было необязательным в каждой формуле.

Демонстрация — это часть процессуальной формулы, излагающей сущность искового притязания. Например, "Поскольку истец продал раба ответчику…"

Интенция — главная часть процессуальной формулы, в которой в форме условия приведено основание иска и предмет иска (точно указанный или обозначенный с тем, чтобы его уточнил судья). Интенция не могла отсутствовать ни в одной формуле, так как в ней содержится вопрос, который истец ставил на рассмотрение суда. Она всегда начиналась словами: "Если выяснится…".

Кондемнация уполномочивала судью присудить или освободить ответчика в зависимости от того, признает ли судья интенцию верной или нет. Например, "Судья, присуди Нумерия Негидия Авлу Агерию уплатить десять тысяч сестерций. Если же долга за Нумерием Негидием не окажется, то оправдай"

Наконец, в исках о разделе общего имущества помимо перечисленных частей помещали еще четвертую — адъюдикацию — часть процессуальной формулы, которая уполномочивает судью самостоятельно регламентировать спорные правоотношения сторон, в частности, присудить одной стороне неделимую вещь, а другой — денежную компенсацию, или произвести раздел спорного имущества. Например, "Присуди, сколько следует, кому следует".

Кроме четырех перечисленных составных частей формулы, в ней могли быть и другие части, такие, как прескрипция и эксцепция.

Прескрипция - это отрицательное условие, расположенное в формуле перед интенцией, которое ограничивает в пользу истца предмет спора, а в пользу ответчика (если это условие окажется правдивым) уничтожает литисконстетацию.

Эксцепция – впереводе на русский язык означало ответ или оговорку. То есть по существу эксцепция являлась особым способом процессуальной оговорки, которой ответчик отрицал наличие права истца вообще (защита) или, по крайней мере, свою обязанность исполнять обязательство в настоящее время (возражение).

Формулярный процесс по-прежнему делился на две стадии: производство in iure и in iudicium с тем различием, что роль претора стала более активной и судопроизводство носило упрощённый характер за счёт выдачи формулы и упразднения обрядности. Заседания проводились публично в определенные для суда дни. Процесс был бесплатным, устным.

Процесс заканчивался вынесением судьей решения, значение которого заключалось в том, что оно окончательно разрешало спорное правоотношение, было обязательным и безусловным, тем самым апелляция, как в легисакционном процессе, не допускалась. К решению по своей значимости приравнивались также третейское постановление и мировая сделка.

По общему правилу, решение оглашалось в присутствии обеих сторон. Однако при определенных условиях судья мог вынести решение и в отсутствие одной из сторон. В таких случаях, если истец не являлся к судье, ответчик мог потребовать освободительного решения. Если не было ответчика, то судья выслушивал истца и выносил заочное решение в его пользу или в пользу ответчика. Это было новшество формулярного процесса. Если отсутствовали обе стороны, то дело вообще не рассматривалось.

В формулярном процессе сторона не могла обжаловать судебное решение. Таким образом, по теории, выработанной классическими юристами, вопрос, разрешенный один раз между данными сторонами, не мог быть разрешен судом повторно. Однако неудовлетворенная сторона могла прибегнуть к реституции или требовать защиты от несправедливого решения посредством вето у других магистратов. Однако, при оспаривании законного решения ответчик платил в двойном размере, если не мог подтвердить свои возражения.

Таким образом, некоторые институты, возникшие в легисакционном процессе, в формулярном бесследно исчезли. Действовавшее ранее правило, что взыскание налагается на личность должника, в формулярном процессе уже не работало. Взыскание осуществлялось за счет имущества должника.

Другие процессуальные институты, наоборот, получили свое дальнейшее развитие, претерпев значительные изменения с переходом к новой форме процесса, например, институт иска. Кроме того, обязанность явки ответчика и исполнения решения лежала на истце, судопроизводство возбуждалось по инициативе частных лиц, в судопроизводстве действовал принцип состязательности.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: