Как конституционный суд рф определяет юридическое содержание светского государства

Обновлено: 25.11.2022

  1. Правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом.
  2. Судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, арбитражного, административного и уголовного судопроизводства .
  3. Судебная система Российской Федерации устанавливается Конституцией Российской Федерации и федеральным конституционным законом. Судебную систему Российской Федерации составляют Конституционный Суд Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации, федеральные суды общей юрисдикции, арбитражные суды, мировые судьи субъектов Российской Федерации. Создание чрезвычайных судов не допускается .

Судьями могут быть граждане Российской Федерации, достигшие 25 лет, имеющие высшее юридическое образование и стаж работы по юридической профессии не менее пяти лет, постоянно проживающие в Российской Федерации, не имеющие гражданства иностранного государства либо вида на жительство или иного документа, подтверждающего право на постоянное проживание гражданина Российской Федерации на территории иностранного государства. Судьям судов Российской Федерации в порядке, установленном федеральным законом, запрещается открывать и иметь счета (вклады), хранить наличные денежные средства и ценности в иностранных банках, расположенных за пределами территории Российской Федерации. Федеральным законом могут быть установлены дополнительные требования к судьям судов Российской Федерации.

  1. Судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону.
  2. Суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа закону, принимает решение в соответствии с законом.
  1. Судьи несменяемы.
  2. Полномочия судьи могут быть прекращены или приостановлены не иначе как в порядке и по основаниям, установленным федеральным законом.
  1. Судьи неприкосновенны.
  2. Судья не может быть привлечен к уголовной ответственности иначе как в порядке, определяемом федеральным законом.
  1. Разбирательство дел во всех судах открытое. Слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом.
  2. Заочное разбирательство уголовных дел в судах не допускается, кроме случаев, предусмотренных федеральным законом.
  3. Судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
  4. В случаях, предусмотренных федеральным законом, судопроизводство осуществляется с участием присяжных заседателей.

Финансирование судов производится только из федерального бюджета и должно обеспечивать возможность полного и независимого осуществления правосудия в соответствии с федеральным законом.

Об осуществлении полномочий и назначении новых судей Конституционного суда РФ в связи с вступлением в силу ст. 1 Закона РФ о поправке к Конституции РФ от 14.03.2020 N 1-ФКЗ см. ст. 3 указанного Закона.

  1. Конституционный Суд Российской Федерации является высшим судебным органом конституционного контроля в Российской Федерации, осуществляющим судебную власть посредством конституционного судопроизводства в целях защиты основ конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации на всей территории Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации состоит из 11 судей, включая Председателя Конституционного Суда Российской Федерации и его заместителя .
  2. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, одной пятой сенаторов Российской Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, органов законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации :

а) федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации ;

б) конституций республик, уставов, а также законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации ;

в) договоров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, договоров между органами государственной власти субъектов Российской Федерации ;

г) не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации .

  1. Конституционный Суд Российской Федерации разрешает споры о компетенции:

а) между федеральными органами государственной власти;

б) между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации;

в) между высшими государственными органами субъектов Российской Федерации.

  1. Конституционный Суд Российской Федерации в порядке, установленном федеральным конституционным законом, проверяет :

а) по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан - конституционность законов и иных нормативных актов, указанных в пунктах "а" и "б" части 2 настоящей статьи, примененных в конкретном деле, если исчерпаны все другие внутригосударственные средства судебной защиты ;

б) по запросам судов - конституционность законов и иных нормативных актов, указанных в пунктах "а" и "б" части 2 настоящей статьи, подлежащих применению в конкретном деле .

  1. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, органов законодательной власти субъектов Российской Федерации дает толкование Конституции Российской Федерации.

5.1. Конституционный Суд Российской Федерации:

а) по запросу Президента Российской Федерации проверяет конституционность проектов законов Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации, проектов федеральных конституционных законов и федеральных законов, а также принятых в порядке, предусмотренном частями 2 и 3 статьи 107 и частью 2 статьи 108 Конституции Российской Федерации, законов до их подписания Президентом Российской Федерации;

б) в порядке, установленном федеральным конституционным законом, разрешает вопрос о возможности исполнения решений межгосударственных органов, принятых на основании положений международных договоров Российской Федерации в их истолковании, противоречащем Конституции Российской Федерации, а также о возможности исполнения решения иностранного или международного (межгосударственного) суда, иностранного или международного третейского суда (арбитража), налагающего обязанности на Российскую Федерацию, в случае если это решение противоречит основам публичного правопорядка Российской Федерации;

в) по запросу Президента Российской Федерации в порядке, установленном федеральным конституционным законом, проверяет конституционность законов субъекта Российской Федерации до их обнародования высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации (руководителем высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) .

  1. Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; не соответствующие Конституции Российской Федерации международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению. Акты или их отдельные положения, признанные конституционными в истолковании, данном Конституционным Судом Российской Федерации, не подлежат применению в ином истолковании .
  2. Конституционный Суд Российской Федерации по запросу Совета Федерации дает заключение о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации либо Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления .
  3. Конституционный Суд Российской Федерации осуществляет иные полномочия, установленные федеральным конституционным законом .

Верховный Суд Российской Федерации является высшим судебным органом по гражданским делам, разрешению экономических споров, уголовным, административным и иным делам, подсудным судам общей юрисдикции и арбитражным судам, образованным в соответствии с федеральным конституционным законом и осуществляющим судебную власть посредством гражданского, арбитражного, административного и уголовного судопроизводства. Верховный Суд Российской Федерации осуществляет в предусмотренных федеральным законом процессуальных формах судебный надзор за деятельностью судов общей юрисдикции и арбитражных судов и дает разъяснения по вопросам судебной практики.

Исключена поправкой к Конституции Российской Федерации (Закон Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации "О Верховном Суде Российской Федерации и прокуратуре Российской Федерации") .

1. Конституционный Суд Российской Федерации является высшим судебным органом конституционного контроля в Российской Федерации, осуществляющим судебную власть посредством конституционного судопроизводства в целях защиты основ конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации на всей территории Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации состоит из 11 судей, включая Председателя Конституционного Суда Российской Федерации и его заместителя .

2. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, одной пятой сенаторов Российской Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, органов законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации :

а) федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации ;

б) конституций республик, уставов, а также законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации ;

в) договоров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, договоров между органами государственной власти субъектов Российской Федерации ;

г) не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации .

3. Конституционный Суд Российской Федерации разрешает споры о компетенции:

а) между федеральными органами государственной власти;

б) между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации;

в) между высшими государственными органами субъектов Российской Федерации.

4. Конституционный Суд Российской Федерации в порядке, установленном федеральным конституционным законом, проверяет :

а) по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан - конституционность законов и иных нормативных актов, указанных в пунктах "а" и "б" части 2 настоящей статьи, примененных в конкретном деле, если исчерпаны все другие внутригосударственные средства судебной защиты;

б) по запросам судов - конституционность законов и иных нормативных актов, указанных в пунктах "а" и "б" части 2 настоящей статьи, подлежащих применению в конкретном деле .

5. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, органов законодательной власти субъектов Российской Федерации дает толкование Конституции Российской Федерации.

5.1. Конституционный Суд Российской Федерации:

а) по запросу Президента Российской Федерации проверяет конституционность проектов законов Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации, проектов федеральных конституционных законов и федеральных законов, а также принятых в порядке, предусмотренном частями 2 и 3 статьи 107 и частью 2 статьи 108 Конституции Российской Федерации, законов до их подписания Президентом Российской Федерации;

б) в порядке, установленном федеральным конституционным законом, разрешает вопрос о возможности исполнения решений межгосударственных органов, принятых на основании положений международных договоров Российской Федерации в их истолковании, противоречащем Конституции Российской Федерации, а также о возможности исполнения решения иностранного или международного (межгосударственного) суда, иностранного или международного третейского суда (арбитража), налагающего обязанности на Российскую Федерацию, в случае если это решение противоречит основам публичного правопорядка Российской Федерации;

в) по запросу Президента Российской Федерации в порядке, установленном федеральным конституционным законом, проверяет конституционность законов субъекта Российской Федерации до их обнародования высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации (руководителем высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) .

6. Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; не соответствующие Конституции Российской Федерации международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению. Акты или их отдельные положения, признанные конституционными в истолковании, данном Конституционным Судом Российской Федерации, не подлежат применению в ином истолковании .

7. Конституционный Суд Российской Федерации по запросу Совета Федерации дает заключение о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации либо Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления .

8. Конституционный Суд Российской Федерации осуществляет иные полномочия, установленные федеральным конституционным законом .

Настоящее информационно-тематическое собрание правовых позиций подготовлено Секретариатом Конституционного Суда Российской Федерации и не является исчерпывающим. Решения КС РФ, в которых содержатся правовые позиции, даны в хронологическом порядке.

по состоянию на июль 2020

"Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними."

Постановление от 23 ноября 1999 года N 16-П/1999

Пункт 4, абз. 2, 3:

Из статьи 28 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 13 (часть 4), 14, 19 (части 1 и 2) и 30 (часть 1) следует, что свобода вероисповедания предполагает свободу создания религиозных объединений и свободу их деятельности на основе принципа юридического равенства, в силу чего федеральный законодатель, реализуя полномочия, вытекающие из статей 71 (пункты "в" и "о") и 76 Конституции Российской Федерации, вправе урегулировать гражданско-правовое положение религиозных объединений, в том числе условия признания религиозного объединения в качестве юридического лица, порядок его учреждения, создания, государственной регистрации, определить содержание правоспособности религиозных объединений.

При этом законодатель, учитывая исторически сложившийся в России многоконфессиональный уклад, обязан соблюдать положение статьи 17 (часть 1) Конституции Российской Федерации о том, что в Российской Федерации гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Вводимые им меры, относящиеся к учреждению, созданию и регистрации религиозных организаций, не должны искажать само существо свободы вероисповедания, права на объединение и свободы деятельности общественных объединений, а возможные ограничения, затрагивающие эти и иные конституционные права, должны быть оправданными и соразмерными конституционно значимым целям.

Положения пункта 1 статьи 9, пункта 5 статьи 11 и абзацев третьего и четвертого пункта 3 статьи 27 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" находятся в неразрывном единстве и как таковые образуют сложносоставную норму. Эта норма определяет, для каких религиозных организаций в случае их учреждения, регистрации и, как следствие, при перерегистрации не требуется подтверждение о пятнадцатилетнем сроке и какие правовые последствия наступают при отсутствии такого подтверждения, если оно необходимо.

Определение от 7 февраля 2002 года N 7-О/2002

[. ] вводимые федеральным законодателем меры, относящиеся к учреждению, созданию и регистрации религиозных организаций, не должны искажать само существо свободы вероисповедания, права на объединение и свободы деятельности общественных объединений, а возможные ограничения, затрагивающие эти и иные конституционные права, должны быть справедливыми и соразмерными конституционно значимым целям (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).

Определение от 9 апреля 2002 года N 113-О/2002

[. ] не существует юридических препятствий для того, чтобы религиозное объединение - в целях совместного исповедания и распространения веры - создавалось и действовало без государственной регистрации, однако при этом оно не будет обладать статусом юридического лица и пользоваться обусловленными им правами и льготами, предусмотренными названным Федеральным законом для религиозных организаций.

Постановление от 6 декабря 2011 года N 26-П/2011

Статья 30 (часть 1) Конституции Российской Федерации закрепляет в качестве одной из базовых ценностей общества и государства, основанных на принципах господства права и демократии, право каждого на объединение и гарантирует свободу деятельности общественных объединений. Во взаимосвязи с другими положениями Конституции Российской Федерации, провозглашающими Российскую Федерацию светским государством, в котором никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной (статья 14, часть 1), и вместе с тем гарантирующими каждому свободу вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними (статья 28), это означает возможность создания религиозных объединений с целью реализации свободы вероисповедания и права каждого объединяться с другими для исповедания определенной религии.

Арбитражные суды и суды общей юрисдикции, на которые, так же как и на законодателя, распространяются требования статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, принимая в отношении религиозной организации решение, затрагивающее ее права как юридического лица, обязаны, не ограничиваясь установлением одного только формального основания назначения соответствующей санкции, учитывать все обстоятельства дела, включая характер допущенных нарушений.

[. ] реализация религиозной организацией предоставляемых ей прав требует ее регистрации в качестве юридического лица в установленном законом порядке и при соблюдении предусмотренных им условий, позволяющих выявить действительно религиозный и не наносящий ущерба нравственности и здоровью граждан характер регистрируемой организации; прекращение же деятельности религиозной организации как юридического лица также должно осуществляться лишь при наличии достаточных к тому оснований. При этом общие правила гражданского законодательства, касающиеся деятельности юридических лиц, в том числе их создания и прекращения, должны применяться в отношении религиозных организаций с учетом предопределенных их особым публично-правовым статусом особенностей, которые установлены Федеральным законом "О свободе совести и о религиозных объединениях".

Определение от 25 января 2012 года N 115-О-О/2012

[. ] как на момент создания, так и при последующей деятельности местной религиозной организации не менее десяти ее членов-учредителей должны постоянно проживать в одной местности либо в одном городском или сельском поселении. [. ] по смыслу пункта 3 статьи 8 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" во взаимосвязи с его статьей 6 одной местностью должна признаваться часть территории Российской Федерации, проживание в границах которой обеспечивает возможность совместного исповедания и распространения веры посредством совершения религиозных обрядов и церемоний.

Постановление от 5 декабря 2012 года N 30-П/2012

Свобода совести и вероисповедания, реализуемая в форме объединения последователей того или иного вероучения для проведения совместных молитв, религиозных обрядов и других мероприятий, неразрывно связана с другими правами и свободами, закрепленными Конституцией Российской Федерации, в частности ее статьями 27, 29, 30 и 31, прежде всего с правом на объединение, а также с правом на свободу собраний, которое, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 18 мая 2012 года N 12-П, является одним из основополагающих и неотъемлемых элементов правового статуса личности в Российской Федерации как демократическом и правовом государстве, на котором лежит обязанность обеспечивать защиту, в том числе судебную, прав и свобод человека и гражданина (статьи 1 и 64; статья 45, часть 1; статья 46 Конституции Российской Федерации).

Определение от 7 февраля 2013 года N 1053-О/2013

[. ] ограничение посредством антиэкстремистского законодательства свободы совести и вероисповедания, свободы слова и права на распространение информации не должно иметь места в отношении какой-либо деятельности или информации на том лишь основании, что они не укладываются в общепринятые представления, не согласуются с устоявшимися традиционными взглядами и мнениями, вступают в противоречие с морально-нравственными и (или) религиозными предпочтениями. Иное означало бы отступление от конституционного требования необходимости, соразмерности и справедливости ограничений прав и свобод человека и гражданина, которое, по смыслу правовой позиции, высказанной Конституционным Судом Российской Федерации в ряде решений, сохраняющих свою силу, обращено, как это вытекает их статей 18, 19 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, не только к законодателю, но и к правоприменителям, в том числе судам [. ].

Определение от 28 февраля 2017 года N 463-О/2017

[. ] статья 3.1 Федерального закона "О противодействии экстремистской деятельности" была введена Федеральным законом от 23 ноября 2015 года N 314-ФЗ и исходя из того, что Библия, Коран, Танах и Ганджур являются основными источниками вероучения традиционных мировых религий - христианства, ислама, иудаизма и буддизма, а также из конфессионального состава российского общества, установила запрет на признание экстремистскими материалами данных религиозных текстов, их содержания и цитат из них.

Такое правовое регулирование, основывающееся на признании особой роли христианства, ислама, иудаизма и буддизма в российском многоконфессиональном обществе, не означает автоматического, т.е. без учета признаков экстремизма, установленных Конституцией Российской Федерации (статья 13, часть 5; статья 29, часть 2) и конкретизирующим ее Федеральным законом "О противодействии экстремистской деятельности" (статья 1), признания экстремистскими материалами иных текстов, которые воспринимаются гражданами как основа их вероучения или мировоззрения, и, соответственно, не может рассматриваться как дискриминационное по отношению к другим вероучениям и как нарушающее право граждан свободно исповедовать и распространять другие вероучения.

Определение от 7 декабря 2017 года N 2793-О/2017

Необходимость указания на выпускаемой религиозной организацией и на распространяемой от ее имени литературе, печатных, аудио- и видеоматериалах ее полного официального наименования служит целям идентификации выпускаемых и распространяемых материалов конкретной религиозной организации и конфессии в целом, препятствует введению граждан в заблуждение относительно религиозной направленности предлагаемых им для ознакомления материалов и способствует обеспечению свободы выбора гражданами того или иного вероучения (религиозного учения). Кроме того, наличие на такой литературе маркировки способствует осуществлению более эффективного надзора со стороны органов государственной власти за соответствием деятельности религиозных организаций законодательству Российской Федерации, в том числе в сфере противодействия экстремизму.

Определение от 13 марта 2018 года N 579-О/2018

[. ] вводимое законодателем ограничение прав и свобод, в том числе свободы вероисповедания, включая право на осуществление миссионерской деятельности, должно отвечать требованиям справедливости, быть необходимым и соразмерным конституционно значимым целям; обеспечивая баланс конституционно защищаемых ценностей и интересов, оно вместе с тем не должно посягать на само существо того или иного права и приводить к утрате его основного содержания, что связывает волю законодателя при введении ограничений прав и свобод, особенно учитывая деликатный характер вопросов, которые могут непосредственно затрагивать религиозное достоинство лиц, исповедующих ту или иную религию.

Определение от 15 октября 2018 года N 2514-О/2018

[. ] само по себе нарушение руководителем (уполномоченным представителем) действующей религиозной группы законодательного требования о необходимости уведомления уполномоченного органа государственной власти о продолжении деятельности не является деянием, влекущим административную ответственность, предусмотренную частью 4 статьи 5.26 КоАП Российской Федерации.

Определение от 10 октября 2019 года N 2683-О/2019

Пункт 3, абз. 6, 7:

[. ] в соответствии с оспариваемыми положениями статьи 24.2 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" под правом иностранных граждан и лиц без гражданства осуществлять миссионерскую деятельность от имени религиозной организации на территории субъекта или территориях субъектов Российской Федерации (учитывая территориальную сферу деятельности этой религиозной организации) при наличии документа, указанного в пункте 2 данной статьи, следует понимать - применительно к местной религиозной организации - всю территорию соответствующего субъекта Российской Федерации, а не только территорию того поселения (муниципального образования), в котором проживают ее участники.

Иное (ограничительное) толкование данной нормы, приданное ей правоприменительными органами в деле заявителя, не только не вытекает из буквального смысла оспариваемых норм, а также из духа Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях", но и приводит к нарушению свободы совести не только религиозных миссионеров, но и всех участников религиозного объединения.

Определение от 14 января 2020 года N 3-О/2020

Различия между правовым режимом жилых помещений и правовым режимом культовых зданий, сооружений и помещений вытекают из существа регулирования соответствующих правоотношений и должны учитываться законодателем в целях достижения необходимого баланса интересов как граждан, исповедующих ту или иную религию, так и других граждан, которые эту религию не исповедуют и вправе рассчитывать, что их право на комфортные условия проживания, безопасную и благоприятную окружающую среду будет уважаться и защищаться государством. [. ]

Пункт 3, абз. 2 - 4:

[. ] часть 1 статьи 8.8 КоАП Российской Федерации, пункт 2 статьи 7 и абзац второй статьи 42 Земельного кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не предполагают привлечения к административной ответственности за нецелевое использование земельного участка с видом разрешенного использования "в целях эксплуатации административного здания" на том лишь основании, что местная религиозная организация проводит в административном здании, расположенном на данном земельном участке, богослужения, другие религиозные обряды и церемонии (помимо осуществления в этом здании иной своей уставной деятельности, в том числе и административной). При решении вопроса об основаниях привлечения к административной ответственности (в том числе за нецелевое использование земельного участка) религиозной организации, являющейся собственником земельного участка и находящегося на нем административного здания, предоставившей здание по договору в бессрочное безвозмездное пользование местной религиозной организации, входящей в его структуру, правоприменителям необходимо исходить из всей совокупности фактических обстоятельств использования религиозной организацией административного здания и требований к использованию конкретного земельного участка, что не предполагает признания надлежащим (достаточным) основанием привлечения к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 8.8 КоАП Российской Федерации, осуществления в указанном здании богослужений, других религиозных обрядов и церемоний.

Привлечение же к административной ответственности за правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 8.8 КоАП Российской Федерации, собственника земельного участка в связи с проведением в расположенном на нем административном здании богослужений, других религиозных обрядов и церемоний в соответствии с пунктом 2 статьи 16 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях", а также с использованием его адреса в качестве адреса Местной религиозной организации приводит к ограничению прав религиозных организаций на свободное распоряжение своим имуществом и свободы вероисповедания.

Иное толкование оспариваемых законоположений влекло бы нарушение провозглашенных в статье 28 Конституции Российской Федерации фундаментальных прав и свобод, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию, а также вело бы - в противоречии с ее статьей 55 (часть 3) - к неоправданному ограничению права собственности, гарантируемого статьей 35 Конституции Российской Федерации.

Светский характер - это один из принципов построения правового государства. Принцип светского характера государства означает следующее:

- гарантируется свобода вероисповедания, никакая религия и идеология не устанавливается в качестве обязательной;

- религиозные объединения отделены от государства, не выполняют функций органов государственной власти; не участвуют в выборах в органы государственной власти и в органы местного самоуправления, не могут выдвигать кандидатов в депутаты и на выборные должности, не ведут предвыборной агитации; не участвуют в деятельности политических партий и политических движений, не оказывают им материальную и иную помощь;

- государство не возлагает на религиозные объединения выполнение функций органов государственной власти, других государственных органов, государственных учреждений и органов местного самоуправления, не осуществляет вмешательства во внутренние дела религиозных объединений;

- в государственной судебной системе отсутствуют какие-либо особые духовные суды; нормы религиозных законов не являются источниками права в государстве;

- деятельность органов государственной власти не сопровождается публичными религиозными обрядами и церемониями;

- государство не финансирует религиозную деятельность религиозных объединений, но при этом содействует развитию благотворительной и культурно-просветительской и иной социально значимой деятельности традиционных религиозных организаций, создает условия для осуществления благотворительной деятельности иных религиозных объединений, осуществляет правовое регулирование и предоставление религиозным организациям налоговых и иных льгот, оказывает финансовую, материальную и иную помощь религиозным организациям в реставрации, содержании и охране зданий и объектов, являющихся памятниками истории и культуры, а также в обеспечении преподавания общеобразовательных дисциплин в образовательных учреждениях.

Государство осуществляет правовое регулирование реализации гражданами права на свободу вероисповедания и деятельности религиозных объединений. Религиозные объединения являются институтами гражданского общества.

Прокуратура
Псковской области

Прокуратура Псковской области

25 августа 2010, 13:43

Согласно ст.14 Конституции РФ Российская Федерация - светское государство.

Светский характер - это один из принципов построения правового государства. Принцип светского характера государства означает следующее:

- гарантируется свобода вероисповедания, никакая религия и идеология не устанавливается в качестве обязательной;

- религиозные объединения отделены от государства, не выполняют функций органов государственной власти; не участвуют в выборах в органы государственной власти и в органы местного самоуправления, не могут выдвигать кандидатов в депутаты и на выборные должности, не ведут предвыборной агитации; не участвуют в деятельности политических партий и политических движений, не оказывают им материальную и иную помощь;

- государство не возлагает на религиозные объединения выполнение функций органов государственной власти, других государственных органов, государственных учреждений и органов местного самоуправления, не осуществляет вмешательства во внутренние дела религиозных объединений;

- в государственной судебной системе отсутствуют какие-либо особые духовные суды; нормы религиозных законов не являются источниками права в государстве;

- деятельность органов государственной власти не сопровождается публичными религиозными обрядами и церемониями;

- государство не финансирует религиозную деятельность религиозных объединений, но при этом содействует развитию благотворительной и культурно-просветительской и иной социально значимой деятельности традиционных религиозных организаций, создает условия для осуществления благотворительной деятельности иных религиозных объединений, осуществляет правовое регулирование и предоставление религиозным организациям налоговых и иных льгот, оказывает финансовую, материальную и иную помощь религиозным организациям в реставрации, содержании и охране зданий и объектов, являющихся памятниками истории и культуры, а также в обеспечении преподавания общеобразовательных дисциплин в образовательных учреждениях.

Государство осуществляет правовое регулирование реализации гражданами права на свободу вероисповедания и деятельности религиозных объединений. Религиозные объединения являются институтами гражданского общества.

Выделяются основные черты и юридические особенности, характерные для любого светского государства . Подчеркивается, что современная политика Российской Федерации в сфере свободы совести должна быть конфессионально нейтральной и обеспечивать юридическое равенство всех религий и вероисповеданий .

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Со Андрей Александрович

Конституционно-правовой режим равенства религиозных объединений перед законом: современные проблемы и пути решения

Constitutional-Legal Characteristic of the Principle of Secular State and its Implementation in the Legislation of the Russian Federation

The article marks out the basic features and legal peculiarities characteristic of any secular state . The author emphasizes that the modern policy of the Russian Federation in the sphere of freedom of conscience must be religiously neutral, providing legal equality for all religions and creeds .

Текст научной работы на тему «Конституционно-правовая характеристика принципа светского государства и его реализация в законодательстве Российской Федерации»

26. Каменева З.В. Экологическая безопасность как форма реализации права граждан на благоприятные условия жизнедеятельности // Законодательство и экономика. 2004. № 1.

27. Об охране окружающей среды: Федер. закон от 10 янв. 2002 г. № 7-ФЗ // СЗ РФ. 2002. № 2. Ст. 133; 2007. № 27. Ст. 3213.

28. Вишняков В.Г., Андриченко Л.В., Боголюбов С.А. [и др.] Национальная безопасность Российской Федерации: проблемы укрепления государственно-правовых основ // Журнал российского права. 2005. № 2.

29. Шмаль А.Г. Национальная система экологической безопасности (методология создания). М., 2004.

30. Градостроительный кодекс РФ от 29 дек. 2004 г. № 190-ФЗ // СЗ РФ. 2005. № 1 (ч. 1). Ст. 16; 2008. № 30 (ч. 1). Ст. 3604.

31. О промышленной безопасности опасных производственных объектов: Федер. закон от 21 июля 1997 г. № 116-ФЗ // СЗ РФ. 1997. № 30. Ст. 3588; 2006. № 52 (ч. 1). Ст. 5498.

33. О техническом регулировании: Федер. закон от 27 дек. 2002 г. № 184-ФЗ // СЗ РФ. 2002. № 52. Ст. 5140; 2007. № 49. Ст. 6070.

34. Об оперативно-розыскной деятельности: Федер. закон от 12 авг. 1995 г. № 144-ФЗ // СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3349; 2008. № 18. Ст. 1941.

Constitutional-Legal Characteristic of the Principle of Secular State and its Implementation in the Legislation of the Russian Federation

The article marks out the basic features and legal peculiarities characteristic of any secular state. The author emphasizes that the modern policy of the Russian Federation in the sphere of freedom of conscience must be religiously neutral, providing legal equality for all religions and creeds.

Key words and word-combinations: secular state, freedom of conscience, creeds.

Выделяются основные черты и юридические особенности, характерные для любого светского государства. Подчеркивается, что современная политика Российской Федерации в сфере свободы совести должна быть конфессионально нейтральной и обеспечивать юридическое равенство всех религий и вероисповеданий.

Ключевые слова и словосочетания: светское государство, свобода совести, вероисповедание.

УДК 342.41 ББК 67.400.1

СВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА И ЕГО РЕАЛИЗАЦИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

действующей Конституции РФ [1] впервые за всю историю развития российского законодательства получило нормативное закрепление положение о светском характере государства. Это заложило прочный фундамент и базовые принципы, определяющие сущность отношений государства и кон-

фессий. Именно на основе данных принципов государству предписывается устанавливать ориентиры во взаимодействии с религиозными объединениями, которые хотя и юридически равны перед законом, но различаются по численности, распространенности, значимости в становлении и развитии российской государственности. Согласно ст. 14 Основного Закона «Российская Федерация -светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом».

Вопрос о степени учета интересов, социального и политического веса тех или иных религий при реализации государством политики в области свободы совести остается дискуссионным. В связи с этим весьма актуально изучение вопросов светскости государства и происходящей эволюции в понимании данного явления.

В Толковом словаре русского языка С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой термин «светский» отождествляется с понятиями «нецерковный», «мирской», «гражданский» [2, с. 702]. В других словарях дается приблизительно аналогичная трактовка [3, с. 614; 4, с. 724]. Идеи светскости государства сравнительно давно стали волновать как отечественных, так и зарубежных мыслителей. «Быть светским человеком означало в XVII и XVIII вв. <. >противостоять Церкви и духовенству» [5]. Впоследствии, однако, подход к определению светскости стал претерпевать изменения. В частности И.В. Понкин отмечает, что «в период с 1917 по 1950-е годы светскость государства отождествлялась с воинствующим атеизмом и политической идеологией коммунистического типа. С середины 50-х годов XX в. светскость стала толковаться как изоляция религиозных объединений от государства и общества» [6, с. 360].

Дальнейшая эволюция в понимании термина «светское государство» связана с особенностями развития конфессионально-публичного права Западной Европы (Франции, Германии, Бельгии, Италии и других). Светскость государства в этих странах получает необоснованно широкую и емкую трактовку как качество конструктивное, примиряющее или культурное, которое предполагает не безразличие государства к религии, но государственные гарантии защиты религиозных свобод в рамках режима конфессионального и культурного плюрализма. Итальянский ученый Ф.М. Брольо, исследовав традиции конституционализма стран - членов ЕС в области прав человека, приходит к выводу, что по вопросу светскости государства «нельзя вывести общие принципы европейского права. .В странах Евросоюза, даже если в них нет «государственной религии», обращение с религиозными конфессиями, стремящимися к равноправию, обнаруживает, в форме или содержании, наличие различных уровней равноправия. Закон в итоге «более равен» для некоторых вероисповеданий, даже если во всех случаях следует говорить о принципиальной независимости друг от друга церкви и государства» [7, с. 209]. Все это свидетельствует о том, что принцип отделения церкви и государства, провозглашаемый Советом Европы в качестве одной из общеевропейских ценностей, признаваемой невзирая на национальные различия [8], остается лишь лозунгом, не соответствуя реалиям действительности.

Объективные трудности, с которыми столкнулись страны ЕС в ходе реализации политики отделения церкви от государства, создают впечатление о принципиальной невозможности обеспечения в светском государстве идеологического многообразия и юридического равенства вероисповеданий. По этой причине среди российских ученых сегодня не наблюдается единства в понимании термина «светское государство».

Л.О. Иванова полагает, что «государство, выступая как светская нерелигиозная институция, не нарушает принципа свободы совести, когда проявляет неодинаковое отношение к разным вероисповедным сообществам, исходя из понятия «общего блага» [9, с. 104]. По мнению М.П. Мчедлова, существование различий между религиозными объединениями естественно в силу признания исторической социально-культурной значимости тех или иных религий, которое не должно приводить к ущемлению прав других конфессий и религий: «И тут нет предпосылок ни для обиды, ни для дискриминации. Такова историческая реальность» [10, с. 5].

По мнению С. А. Бурьянова, трактовка светскости государства как мировоззренческого нейтралитета, подразумевающего индифферентное отношение государства к религии, является сегодня юридически корректной [11, с. 7]. Г.П. Лупарев высказывает аналогичное мнение: «Атеизм и религия должны быть равно удалены от государства, считающего себя светским. <.>Демократическое государство обязано одинаково относиться к различным религиозным организациям; оно не может делить конфессии на большие и малые, на традиционные и нетрадиционные, ибо подлинная демократия заключается не только в учете запросов, мнений и настроений большинства, но также в защите прав, законных интересов любого меньшинства» [12, с. 9]. Подобных взглядов придерживаются Н.А. Придворов и Е.В. Тихонова, которые считают, что государство должно исходить из интересов всего общества, а не какой-либо его части, отличающейся по мировоззренческому признаку [13, с. 52].

Суд указал, что «конституционный принцип светского государства и отделения религиозных объединений от государства означает, что государство, его органы и должностные лица, а также органы и должностные лица местного самоуправления. не вправе вмешиваться в законную деятельность религиозных объединений, возлагать на них выполнение функций органов государственной власти и органов местного самоуправления; религиозные объединения, в свою очередь, не вправе вмешиваться в дела государства, участвовать в формировании и выполнять функции органов государственной власти и органов местного самоуправления, участвовать в деятельности политических партий и политических движений, оказывать им материальную и иную помощь, а также участвовать в выборах» [14].

В проекте модельного закона стран СНГ «О свободе совести, вероисповедания и религиозных организациях (объединениях)» [15] впервые на межгосударственном уровне предпринята попытка дать определение светского государства. «Светское государство - конфессионально нейтральное государство, принципиально не приемлющее никакую из религий в качестве официальной идеологии, обеспечивающее гражданам возможность свободного мировоззренческого выбора» [15, п. 15 ст. 4]. Действующее законодательство России пока не содержит подобного рода дефиниций.

Одним из главных достоинств определения, данного в проекте модельного закона, является понимание светского государства как конфессионально нейтрального. Особо значимым в такой интерпретации светскости является обязанность государства обеспечивать условия, при которых никакая из религий не может претендовать на роль официальной или обязательной идеологии. Признак конфессиональной нейтральности государства, как никакой другой, удачнее всего характеризует светское государство, которое не является тождественным государству антирелигиозному или атеистическому. Именно в данном контексте сегодня в России на федеральном уровне и должна выстраиваться политика в религиозной сфере.

Все изложенное необходимо учитывать и при толковании текущего законодательства в сфере свободы совести и вероисповедания, отдельные нормы которого нуждаются в существенных изменениях. Это касается, в частности, преамбулы к Федеральному закону «О свободе совести и о религиозных объединениях» [16], которая не просто предваряет закон, но в связи с особым предметом законодательного регулирования приобретает «важное политическое и конституционно-правовое звучание» [17, с. 7] и определяет основы конфессиональной политики России.

Сегодняшнее содержание преамбулы двусмысленно и далеко не однозначно, когда представляет православие как самостоятельную религию, отличную от христианства и играющую «особую роль в истории России, становлении и развитии ее духовности и культуры». Россия на протяжении всей своей истории оставалась и продолжает оставаться многонациональной страной. Ведущая роль в становлении и развитии ее государственности, духовности и культуры отведена не только православию, но христианству в целом и другим религиозным вероучениям в отдельности. Достаточно вспомнить, что когда в 988 г. Русь принимала христианство, оно считалось единым и не разделялось на православие и католицизм. Во время монголо-татарского завоевания, а также в период после покорения Казани, Крыма, присоединения Кавказа в конфессиональное поле России был включен ислам, с которым неразрывно связана национальнокультурная и религиозная идентичность народов, проживающих на отдельных и достаточно значительных территориях страны. Возникший вследствие реформ патриарха Никона церковный раскол привел к появлению старообрядчества и «никонианства» как вариантов православия. С петровскими реформами явно обнаружилось влияние протестантизма на формирование российской государственности. На территориях современных российских Тувы и Калмыкии существенную социально-политическую роль играет буддизм.

Таким образом, нецелесообразно и социально опасно выделение в многонациональной и поликонфессиональной России какой-либо одной или нескольких «привилегированных» религий. С учетом изложенного предлагаем формулировку преамбулы Федерального закона, которая помогла бы если не ликвидировать очевидный дискриминационный потенциал имеющегося текста, то хотя бы значительно его снизить:

«Федеральное Собрание Российской Федерации,

подтверждая право каждого на свободу совести и свободу вероисповедания, а также на равенство перед законом независимо от отношения к религии и убеждений,

основываясь на том, что Российская Федерация является светским государством,

признавая особую роль христианства, ислама, буддизма, иудаизма в истории России, в становлении и развитии ее духовности и культуры, уважая все другие религии и вероисповедания России, считая важным содействовать достижению взаимного понимания, терпимости и уважения в вопросах свободы совести и свободы вероисповедания, принимает настоящий Федеральный закон».

1. Конституция РФ. М., 2005.

2. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1997.

3. Лопатин В.В., Лопатина Л.Е. Русский толковый словарь. М., 2000.

4. Современный толковый словарь русского языка / гл. ред. С.А. Кузнецов. СПб., 2001.

5. Боберо Ж. Светскость: французская исключительность или универсальная ценность? / пер. с франц. Т. Голиченко // Зеркало недели. 2002. № 28 (403).

6. Понкин И.В. Светскость государства. М., 2004.

7. Брольо Ф.М., Мирабели Ч, Онида Ф. Религии и юридические системы: Введение в сравнительное церковное право / пер. с итал. М., 2008. (История церкви).

9. Иванова Л. О. Религия и права человека // Социологические исследования. 1998. № 6. С.102-106.

10. Мчедлов М.П. Приоритет традиции или права // Религия и право. 2003. № 2. С. 4-6.

11. Бурьянов С.А. Конституционные гарантии, законодательство, законотворчество в сфере свободы совести // Свобода убеждений, совести и религии в современной России: специализир. информ.-аналит. докл. / сост. и общ. ред. С.А. Бурьянов, Н.В. Костенко. М., 2007.

12. Лупарев Г.П. Конституционные проблемы законодательства о религии и религиозных организациях // Религия и право. 2004. № 4. С. 7-9.

13. Придворов Н.А., Тихонова Е.В. Институт свободы совести и свободы вероисповедания в праве современной России. М., 2007.

15. О свободе совести, вероисповедания и религиозных организациях (объединениях) [Электронный ресурс]: проект модельного закона: утв. постановлением Межпарламентской ассамб-

леи государств - участников СНГ 18 нояб. 2005 г. № 26-15. Доступ из справочно-правовой системы «Гарант».

16. О свободе совести и о религиозных объединениях: Федер. закон от 26 сент. 1997 г. № 125-ФЗ // СЗ РФ. 1997. № 39. Ст. 4465; 2008. № 9. Ст. 813.

17. Авакьян С.А. Свобода вероисповедания как конституционно-правовой институт // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11: Право. 1999. № 1. С. 3-23.

The Place of the Institution of Magistracy in the Judiciary System of the Russian Federation

The article analyzes the peculiarities of the legal status of the magistracy in the Russian judiciary system. The author substantiates the offer to relate the magistracy to the federal courts fixing their right to use legislation of a federal subject for justice administration.

Key words and word-combinations: judiciary system, the institution of magistracy, federalism.

Анализируются особенности правового статуса мирового суда в судебной системе Российской Федерации. Обосновывается предложение отнести мировых судей к федеральным судам с закреплением за ними права применять законодательство субъекта Федерации при отправлении правосудия.

Ключевые слова и словосочетания: судебная система, институт мировых судей, федерализм.

УДК 342.56 ББК 67.71

МЕСТО ИНСТИТУТА МИРОВЫХ СУДЕЙ В СУДЕБНОЙ СИСТЕМЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

К онституция Российской Федерации 1993 г. закрепила правовые основы деятельности органов правосудия. Вместе с тем многие аспекты статуса судебной власти в Российской Федерации остаются малоисследованными. Так, требует своего определения и место института мировых судей в судебной системе России. При этом актуализируется проблема построения судебной власти Российской Федерации, прежде всего в контексте федеративного устройства государства.

В соответствии с принципом федерализма государственная власть в России осуществляется на федеральном и региональном уровнях, но судебная власть в системе «Федерация - субъект Федерации» выстраивается не так, как законодательная и исполнительная. Нормативный принцип федерализма в сфере отправления правосудия не может быть выражен иначе, как посредством соответствующих органов судебной власти на федеральном уровне и в субъектах РФ. В связи с этим необходимо конституционное закрепление деления судебной системы на уровни (федеральный и региональный).

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: