Если государство снизит ставку обязательных страховых взносов компенсировав снижение поступлений

Обновлено: 25.11.2022

Министр труда и социальной защиты РФ Антон Котяков заявил сегодня в Госдуме, что снижение совокупной ставки страховых взносов не может производиться без решения вопроса о том, как компенсировать выпадающие доходы внебюджетных фондов.

Напомним, вчера появилась информация о том, что Правительство РФ вернулось к обсуждению предложения снизить совокупную ставку обязательных страховых взносов, уплачиваемых работодателями в государственные внебюджетные фонды.

Комментируя возможность снижения страховых взносов, глава Минтруда отметил: «Мы базируемся на страховой модели. Прежде чем говорить или поднимать вопрос о снижении ставок страховых взносов мы должны исходить из тех обязательств, которые сформированы в рамках Фонда социального страхования, в рамках Пенсионного фонда, в рамках Фонда ОМС».

«Я вас уверяю, что никто в правительстве на сегодняшний день не ставит вопрос относительно снижения всевозможных страховых обязательств, которые предусмотрены действующим законодательством», - приводит слова Антона Котякова «Интерфакс» .

Глава Минтруда также отметил, что если Правительство РФ будет рассматривать вопрос о снижении совокупной ставки взносов, то только вместе с предложениями о том, как компенсировать выпадающие доходы внебюджетных фондов.

Исчисление и уплату всех страховых взносов за работников осуществляют их работодатели. Также страховые взносы за физлиц обязаны платить организации и ИП, осуществляющие выплаты в рамках гражданско-правовых соглашений. Они уплачивают страховые взносы в течение всего года по итогам каждого календарного месяца. В случае найма сотрудников по гражданско-правовым договорам взносы в ФСС не уплачиваются.

Работодатели обязаны вести учет сумм начисленных выплат и уплаченных страховых взносов в отношении каждого физлица. Сумма страховых взносов, исчисленная за месяц, подлежит уплате в срок не позднее 15-го числа следующего календарного месяца. Неуплата или неполная уплата страховых взносов повлечет взыскание с работодателя штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы. Умышленная неуплата страховых взносов грозит штрафом в размере уже 40% от неуплаченной суммы взносов.

Переплаченные по какой-либо причине страховые взносы подлежат возврату налоговой инспекцией по заявлению плательщика. Заявление подается по форме, утв. приказом ФНС от 14.02.2017 № ММВ-7-8/182@. Заявление о возврате можно подать в течение трех лет со дня уплаты указанной суммы. При переплате взносов по вине плательщика трехлетний срок исчисляется со дня уплаты налога, а в случае взыскания - со дня, когда плательщику стало известно о переплате.

С 1 апреля в России начал действовать ряд антикризисных мер, одна из которых – снижение ставки страховых взносов для малого и среднего бизнеса с 30 до 15% с доходов, превышающих минимальный размер оплаты труда (МРОТ). В 2020 г. МРОТ составляет 12 130 руб. Когда президент Владимир Путин анонсировал 25 марта такое изменение, он отметил, что эти меры вводятся «вдолгую, на перспективу» как долгосрочный стимул для повышения зарплат.

Тариф взносов в Пенсионный фонд России (ПФР) для малых и средних предприятий теперь составляет 10% вместо 22%, как было раньше. Тариф на обязательное медицинское страхование – 5% вместо 5,1%, а на социальное страхование и вовсе обнулился (ранее 2,9%).

Что это значит для пенсионной системы и какие меры могут быть приняты для ее балансировки?

В докризисном февральском прогнозе Федеральной налоговой службы (ФНС) на 2020 г. годовой фонд заработной платы в стране оценивался в 26 трлн руб., а взносы на выплату страховой пенсии – 5,7 трлн руб. Исходя из данных ФНС почти 30% зарплат находилось на уровне МРОТа, а количество работников в малом и среднем бизнесе на июль 2019 г. составляло 19,2 млн человек (27% от занятых в экономике). При этом, согласно Росстату, малые и средние предприятия дают около 20% ВВП.

Исходя из этих показателей недополученные страховые взносы во внебюджетные фонды в 2020 г. в целом могут достичь 600 млрд руб. ПФР из этой суммы не достанется порядка 450 млрд руб.

Между тем взносы в ПФР предназначены для финансирования страховых пенсий нынешним пенсионерам. Таким образом реализуется принцип солидарности поколений. Но бюджет ПФР и так постоянно испытывает дефицит, который покрывается за счет трансферта из федерального бюджета. Причин этого дефицита несколько. Это и растущее число пенсионеров на фоне стагнирующего количества занятых в экономике. И регулярная индексация пенсий. И множество льготных режимов, выпадающие доходы от которых компенсируются федеральным бюджетом. Но основная причина – это теневая занятость 14 млн россиян и скрытая оплата труда в размере, по данным Росстата, 13 трлн руб.

Получается, что имеющаяся распределительная пенсионная модель в условиях двойного кризиса – пандемии коронавирусной инфекции и обрушения цен на нефть – вновь оказалась в опасном положении, которое будет только усугубляться. По экспресс-оценкам экономистов, в 2020 г. ВВП России может упасть на 3% вместо роста на 1,9%, как ранее прогнозировали в правительстве. Очевидно, что серьезно сократятся доходы населения, а значит, и страховые взносы. Это не первый кризис распределительной пенсионной модели с 2008 г. Но теперь правительство фокусируется не только на покрытии текущего дефицита ПФР, но и на поддержке малых и средних работодателей, чтобы хоть как-то сберечь поступления страховых взносов.

Новые выпадающие доходы, которые появятся из-за снижения страховых взносов для части бизнеса, только из федерального бюджета не покрыть. Уже принято решение, что средства фонда национального благосостояния (ФНБ) могут быть направлены на покрытие дефицита бюджета ПФР. Выйдя из прошлого кризиса, правительство уже лишилось одного из своих резервов – резервного фонда. Если кризис затянется, то на распределительную пенсионную систему средств ФНБ, учитывая практику их использования на непенсионные цели, может не хватить.

Все ключевые параметры, используемые для назначения страховой пенсии, начали повышать давно. С 2015 г. растет необходимый минимум страхового стажа – к 2024 г. он увеличится до 15 лет. С 2015 г. также растет требование к минимальному количеству пенсионных коэффициентов (баллов) с 6,6 до 30 в 2025 г. А с 2019 г. началось повышение и пенсионного возраста: в 2028 г. он достигнет 60 лет для женщин и 65 лет для мужчин.

Можно предположить, что после кризиса последуют новые инициативы в пенсионной сфере для сокращения рисков бюджетной системы. Они могут вылиться как в изменения для льготников, так и в дальнейший рост требований к назначению страховой пенсии. Не удивлюсь, если вскоре анонсируют дальнейшее повышение требований к страховому стажу (вплоть до 25 лет, как во многих европейских странах) и пенсионному возрасту (прежде всего для женщин, как это уже реализовано в рамках пенсий для госслужащих).

В этой связи резко возрастает актуальность возрождения накопительного компонента, при котором граждане формировали бы личный пенсионный капитал с гарантиями защиты от обесценения. Еще больше подходящей для этого становится ранее анонсированная система гарантированного пенсионного плана. Внедрение этой системы даст россиянам больше возможностей формировать альтернативу страховой пенсии от государства.

Мнения экспертов банков, финансовых и инвестиционных компаний, представленные в этой рубрике, могут не совпадать с мнением редакции и не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов.

Пока продолжается суета вокруг поправок в Конституцию, под шумок начались разговоры, что было бы неплохо снизить обязательные страховые платежи с нынешних 30 до 22%. Это должно, как считают авторы этой далеко не новой идеи, снизить нагрузку на бизнес (ведь именно он, а не работник тратит на это деньги). А значит, и экономика оживет, станет расти темпами «выше среднемировых», как в своем майском указе установил Владимир Путин. Для правительства Михаила Мишустина это может быть заманчивой идеей – ведь именно оно теперь в ответе за выполнение президентских указаний.

Однако хотелось бы предостеречь от такого поспешного шага. Последствия могут быть разрушительными и для нынешней макроэкономической стабильности, и для социальной сферы, о которой так печется в последнее время президент.

Министр финансов Антон Силуанов заявил, что нынешний фискальный уровень нагрузки на труд «запредельный». Он имел в виду 30% совокупного страхового взноса и 13% НДФЛ. Казалось бы, очень много. Но, например, в Швеции работодатель платит по страховому тарифу 31,42%, туда же свои 7% платит работник. В Португалии, которую мы пытались догнать, совокупный страховой взнос работника и работодателя более 30%, в Сингапуре, куда так любят летать для изучения прогрессивного опыта госуправления наши чиновники, – 33% и т. п. Это не считая НДФЛ, который у нас один из самых низких в мире. Проблема не в том, сколько платят, а в том, как эти средства трансформируются в выплаты – пенсии, оплату страховых пособий, медицинских услуг.

И о финансах. Совокупные доходы трех внебюджетных фондов – пенсионного (ПФР), социального страхования и обязательного медицинского страхования (ФОМС) – в 2020 г. ожидаются в размере 12 трлн руб. Бо́льшая часть из них формируется как раз за счет 30%-ного совокупного страхового взноса. Легко посчитать, что снижение с 30 до 22% размера этого взноса снижает доходы фондов примерно на 2–3 трлн руб.

Нужно ли дальше реформировать систему ОМС

Директор Института социальных наук Сеченовского университета Андрей Решетников возражает сторонникам объединения ПФР, ФСС и ФОМС в единый фонд

Чем их восполнить? Ведь пенсионные обязательства не только не уменьшаются, несмотря на повышение пенсионного возраста, а увеличиваются как из-за долгосрочных факторов (старение населения), так и в связи с новой конституционной (а значит, политической) нормой о регулярной индексации пенсий. Сторонники снижения страховых платежей говорят о том, что надо отменить действующее уже несколько лет правило, устанавливающее верхний размер заработка, с которого эти взносы берутся. Но хочу напомнить, что, в частности, в ФОМСе уже сейчас 5,1% страхового платежа берется со всего заработка, а в ПФР в этом году свыше накопленного в течение года заработка в размере 1,292 млн руб. (который облагается 22%) отчисляется 10%.

Кстати, 1,292 млн руб. в год – это чуть больше 100 000 руб. в месяц. Такую зарплату получают немногие – примерно 5% занятых. Сейчас фонд оплаты труда в России, который облагается страховыми взносами, примерно 30 трлн руб. в год. С него в ПФР поступает 5–6 трлн руб. Если снизить, в рамках общего уменьшения страховой «нагрузки», взнос туда с 22%, например, до 15%, то теряется примерно 1,5–2 трлн руб. За счет увеличения платежа с высокооплачиваемых работников (напомню, речь идет только о превышении накопленного в течение года заработка) можно компенсировать эти потери весьма незначительно – в лучшем случае собрав дополнительно несколько сотен миллиардов рублей.

Так что дырка в доходах бюджетов, прежде всего ПФР и ФОМСа, обеспечена. И закрывать ее придется бюджету. А это, хочу напомнить, страшный сон для Минфина, который сейчас обеспечивает специальным трансфертом 1/3 доходов ПФР (около 3 трлн руб.) и 10% расходов ФОМСа (примерно 250 млрд руб.). Продекларированным планам правительства в перспективе 2021–2022 гг. снизить помощь федерального бюджета социальным фондам тем самым никак не сбыться.

Теоретически говоря, продуманное снижение либо налога, либо страхового взноса должно компенсироваться повышением собираемости, выходом зарплат из тени (там их сейчас в России не менее 10–15%) и общим оживлением экономики, сопровождающимся ростом белого фонда оплаты труда.

Что касается роста собираемости, то стараниями возглавляемой до недавних пор Мишустиным Федеральной налоговой службы здесь остались очень незначительные резервы. А вот с легализацией зарплат дела обстоят далеко не так благополучно. Работники и работодатели в своей массе не доверяют государству и всеми правдами и неправдами пытаются увильнуть от уплаты ему налогов и страховых взносов. Особенно это распространено, несмотря на все усилия налоговиков, среди среднего и малого бизнеса. А уж про оживление экономики пока говорить не приходится. Растущее ее огосударствление, уничтожение конкуренции, коррупция, сомнения в независимости судов и много чего другого создают такую токсичность, что и 3%-ный рост ВВП кажется недостижимой планкой даже в рамках официальных прогнозов.

Отдельно стоит остановиться на уже подзабытом за суетой будней недавнем событии: повышении ставки НДС с 18 до 20%. В 2018 г. оно обсуждалось в совокупности с компенсационным снижением как раз обязательных страховых платежей. Но в результате была реализована только первая часть этой новации, которая дает бюджету дополнительные 600–700 млрд руб. в год. Даже если подходить чисто фискально, то эта сумма, как видно из изложенных выше оценок, не способна полностью компенсировать потери социальных страховых фондов. Но ситуация, если посмотреть на нее шире, немного другая.

Как известно, объявленные президентом в недавнем его послании Федеральному собранию социальные новации тянут, по официальным оценкам, минимум на 500 млрд руб. в год дополнительных расходов. Фонд национального благосостояния, как известно, раскупоривать пока нельзя, тем более что первая трата из него, судя по всему, пойдет на выкуп у ЦБ Сбербанка. Поэтому правительству, чтобы изыскать эти дополнительные и немалые средства, придется поискать резервы в федеральном бюджете. И вот именно эти несколько сотен миллиардов рублей, которые поступают из-за повышенной ставки НДС, помогут решить эту проблему, хотя все равно придется перекраивать многие другие расходные статьи, в которых эти деньги были предусмотрены. Поэтому подзабытая сделка – повышение НДС в обмен на снижение социальных платежей – может считаться окончательно похороненной.

И наконец, не могу не сказать о том, что административное манипулирование тарифами отчислений в систему обязательного соцстрахования означает полное обесценение этого института. А ведь его основа, вспомним азы, – установление экономически обоснованного размера платежей, которые должны покрывать страховые риски работника, а именно потерю доходов в связи с наступлением нетрудоспособности по возрасту и/или состоянию здоровья, безработицей, необходимостью постороннего ухода. И делается это через общественный договор между работниками и работодателями при участии законодательной власти. Правительство же только реализует то, что ему поручают социальные партнеры.

Впрочем, для современной России превращение полноценного института в имитацию не исключение, а скорее правило. Вспомним, в частности, жалкую судьбу конкурентной партийной и политической системы, разделения властей, независимости судов, федерализма и местного самоуправления, а теперь и Конституции.

Автор — экономист, член правления Института современного развития


14 февраля 2020 г. 04:53

Правительство России возвращается к идее о снижении страховых взносов для малого бизнеса на 7%. Как отразится эта цифра на экономике страны и чем обернется для всех крупных и малых игроков? О том, выйдет ли бизнес из тени и кто потерпит убытки — читайте в статье.

Михаил Мишустин воскрешает провальные идеи предшественника: правительство РФ рассматривает возможность снизить процентную ставку страховых взносов, уплачиваемых работодателем за сотрудника на целых 7%. Так, если сейчас он обязан отчислять 30% от заработной платы служащего, из них 22% — это пенсионные взносы, 5,1% — обязательное медицинское страхование, 2,9% — социальное страхование, то теперь предлагают уплачивать 23-25%. Если зарплата выше 1,29 млн руб. в год (107 тыс. руб. в месяц), то ставка пенсионных взносов снижается до 10%. Взносы на социальное страхование обнуляются при зарплате свыше 990 тыс. руб. в год (75 тыс. руб. в месяц).

В это же время может понизится ставка для высоких зарплат: как говорится, не все коту масленица. Будет ли эффективна такая идея? Редакция ASP News выделила плюсы и минусы, составленные на основе экспертного мнения.

Плюсы

  • выход бизнеса из тени (благодаря снижению взносов уменьшится нагрузка на бизнес)
  • увеличение процента легального найма сотрудников (возможность выплачивать за сотрудника меньше взносов приведет к обелению рынка труда)
  • повышение конкурентоспособности
  • увеличение дохода населения и экономики (из-за теневого рынка труда составляют 3% ВВП, сейчас на страховые взносы приходится 6-7% доходов бюджета)


Минусы

  • финансовые потери внебюджетных фондов (по оценкам Экономической экспертной группы, снижение страховых взносов обойдется бюджету в 1,2-1,75 трлн руб. в зависимости от новой ставки.
  • сокращение страховых обязательств
  • сокращение налоговых льгот для нефтяников ( в прошлом году бюджет из-за льгот нефтедобывающим компаниям недополучил 1,6 трлн руб.)
  • удар по индексации пенсий (если идея не будет работать эффективно, и обеление рынка в результате снижения страховых взносов не произойдет, то пострадает индексация пенсий. Сейчас государство выплачивает пенсионерам 1000 рублей в месяц, с 2020 года эта сумма увеличилась на 6,6%, однако эта реформа не действует для самозанятых, они могут делать это самостоятельно, то есть в добровольном порядке. ИП выплачивает страховые взносы за сотрудника в размере 30 тыс. руб. Если самозанятые граждане будут выплачивать взносы на обязательное пенсионное страхование, то эти периоды будут засчитываться им в трудовой стаж и учитываться при назначении пенсий).

Активные дискуссии

Выходит, что на фоне очевидных плюсов есть риски и негативных последствий, однако реформа определенно усовершенствовалась с времен последнего своего обсуждения Дмитрием Медведевым и предшествующим Мишустину правительством РФ в 2017-2018 годах. И если тогда власти предполагали сократить процентную ставку до 22%, то обратной стороной колеса фортуны являлось повышение НДС с 18% до 22%. В итоге остановились на повышении НДС.

В любом случае, сейчас ведутся активные дискуссии по поводу поиска оптимального решения для двух главных противоречий. Пока непонятно, как власти смогут достичь выхода бизнеса из тени и в то же время избежать финансовых потерь внебюджетных фондов. Минтруд, в свою очередь, уже прокомментировал ситуацию, и его позиция оправдывает реформу:

«Я вас уверяю, что никто в правительстве на сегодняшний день не ставит вопрос относительно снижения всевозможных страховых обязательств, которые предусмотрены действующим законодательством»,— сказал господин Котяков во время выступления на заседании комитета Госдумы по труду и социальной политике.

С 14 июля 2022 года вступили в силу поправки в НК РФ, которые изменяют условия применения налоговых льгот IT-компаниями. Соответствующий Федеральный закон от 14.07.2022 № 321-ФЗ опубликован на Официальном интернет-портале правовой информации.

В частности, закон содержит новую редакцию пункта 1.15 статьи 284 НК РФ, которая устанавливает условия применения IT –компаниями пониженной ставки по налогу на прибыль (0% на период 2022 – 2024 годов, 3% - для иных периодов).

Новая редакция исключает из условий применения льготной ставки требование о минимальной среднесписочной численности работников (7 человек). Соответственно, по новым правилам данной льготой могут воспользоваться, в том числе микропредприятия IT-сферы с численностью работников менее 7 человек.

Также поправки снижают минимальный лимит доли доходов от IT-деятельности, необходимый для применения льготы по налогу на прибыль, с 90% до 70%. Одновременно устанавливается развернутый перечень видов доходов, которые учитываются в доле доходов от IT-деятельности. В этот перечень включены услуги по разработке, адаптации и модификации, установке, тестированию, сопровождению программ, баз данных (программных средств и информационных продуктов вычислительной техники), а также от продажи и предоставления удаленного доступа к собственным программам и базам данным.

При этом в перечне установлены исключения, которые не позволят учитывать для применения налоговых льгот IT-услуги банков, брокеров, дилеров, служб такси и доставки, размещения объявлений о купле-продаже и пр.

Перечисленные условия применения льготы по налогу на прибыль также будут действовать в отношении пониженных тарифов страховых взносов. Соответствующие поправки внесены в статью 427 НК РФ.

Указанный Федеральный закон вступил в силу с 14 июля 2022 года за исключением отдельных норм. При этом ряд новых положений пункта 1.15 статьи 284 и статьи 427 НК РФ распространены на правоотношения с 1 января 2022 года.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: