3 особенности риторического мастерства адвокатов ф н плевако п а александрова

Обновлено: 07.12.2022

Цель исследования заключается в выявлении особенностей недобросовестных риторических приемов на основе речей таких известных русских юристов, как Ф.Н.Плевако, В.Д.Спасович, П.А.Александров и др.

Достижение этой цели предполагает решение следующих задач:

определение значения риторики в деятельности адвоката;

проведение анализа имеющейся информации;

определить особенности, виды и содержание добросовестных риторических приемов;

определить особенности, виды и содержание недобросовестных риторических приемов;

найти примеры использования недобросовестных риторических приемов в речах известных русских юристов (Ф.Н.Плевако, В.Д. Спасович, П.А.Александров и др).

Содержание

Введение. 3
Глава 1. Риторика в адвокатской деятельности.
Параграф 1.1. Значение риторики в деятельности адвоката 5
Параграф 1.2. Добросовестные риторические приемы в деятельности адвоката. 6
Параграф 1.3. Недобросовестные риторические приемы в деятельности адвоката. 13
Глава 2 Виды недобросовестных приемов в речах русских юристов
Параграф 2.1. Недобросовестные портреты участников процесса.18
Параграф 2.2. Просеивание фактов.20
Параграф 2.3. Обращение исключительно к чувствам слушателей.22
Заключение.25
Список использованной литературы.27

Прикрепленные файлы: 1 файл

Текст работы.doc

Представляется, что для выявления на практике действия данного приема, необходимо в совершенстве владеть знаниями обстоятельств дела, быть хорошим психологом, чтобы распознать недобросовестность в работе с фактами.

Параграф 2.3. Обращение исключительно к чувствам слушателей.

Данный недобросовестный риторический прием – пожалуй, самый распространенный, потому как невозможно избежать взывания к человечности слушателей, обращение к их собственному опыту страданий и переживаний. Однако подобное воздействие не должно превращаться в психологическое давление, которое при этом еще не подкрепляется логическими доводами.

Интересным будет увидеть, как взывали к чувствам слушателей русские дореволюционные юристы. Например, речь адвоката К.Ф. Хартулари по делу Левицкого и других: «Будете ли вы, господа присяжные заседатели, после всего слышанного вами глухи и бесчувственны к загробному слову человека, покончившего уже свои расчеты с этим светом, а равно и к показанию лица, который полным чистосердечным раскаянием должен заслужить ваше доверие? Думаю, что нет. Я твердо убежден, что вы разделяете мое мнение о незнании Шебалиной преступного значения занятий Янушевича, а также согласитесь со мною, что правосудие имеет дело не с развитым преступником или хладнокровным зрителем преступления, но с существом, обвинение которого будет равносильно обвинению ребенка. Не забывайте, господа присяжные заседателя, что ваш приговор даст ей, правда, свободу, но не возвратит ни счастье, ни спокойствие, которых она вправе ожидать, но которые отняты у нее и разбиты безвозвратно по ошибке правосудия!»? А вот как изъяснялся Хартулари по делу француженки М.Жюжан: «И такой позор и страдания подсудимая обязана выносить за одно предположение в виновности. Мне кажется, что если признается ужасным и достойным сожаления положение всякого подсудимого вообще, то еще ужаснее и безотраднее настоящее положение М.Жюжан, которая, тем не менее, решилась защищаться в лице моем, нисколько не теряя веры в беспристрастие суда и не сомневаясь, как иностранка, в могуществе русского закона!»? Здесь Хартулари взывает к жалости и сочувствию присяжных заседателей.

Иногда встречается в речах юристов призывы к некой абстрактной справедливости, основанной на человечности. Речь К.Ф.Хартулари по делу Разнатовского: «Будьте же справедливы! Выразите после всего вами виденного и слышанного в вашем приговоре, за кем из двух действовавших в этом деле лиц – за Разнатовским или его женой – вы признаете честь и правду? Я убежден, что вы протянете руку подсудимому».? То же мы встречаем в речи П.А.Александрова в защиту Веры Засулич: «И если закон не может предусмотреть все нравственные, индивидуальные различия преступника. то является на помощь общая, присущая человеку, нравственная справедливость, которая должна подсказать, что применимо к одному и что было бы высшею несправедливостью в применении к другому. Если с этой точки зрения общей справедливости смотреть на наказание, примененное к Бого-любову, то понятным станет то возбуждающее, тяжелое чувство него-дования, которое овладело всяким неспособным безучастно относиться к нравственному истязанию над ближним».?

Данный риторический недобросовестный прием, пожалуй, является самым сильным, т.к. обращен к сердцу людей, что особенно выигрышно, если дело рассматривается при участии присяжных заседателей, которые являются простыми людьми, принимающими решение, скорее, эмоционально, чем рационально.

В процессе написания данной работы мы пришли к следующим выводам.

Во-первых, никак нельзя переоценить значение риторики в деятельности адвоката. Можно сказать, что без ораторских умений адвокаты были бы почти бессильны в своей профессиональной деятельности, особенно в сфере представительства в суде и в органах государственной и муниципальной власти. Это связано, что любые факты подлежат субъективной оценке разных людей. Поэтому значение начинают приобретать не только юридические критерии. В связи с этим адвокату необходимо выстраивать свою речь в соответствии с нормами языка, логики, а также делать речь не только информативной, но и богатой эмоционально, использовать различные средства выразительности, что поможет более эффективно воздействовать на аудиторию.

Во-вторых, мы дали определение риторическому приему, рассмотрели основные добросовестные риторические приемы в адвокатской деятельности, потому что было необходимо выяснить норму, прежде чем говорить об отступлениях от этой нормы. Добросовестные риторические приемы весьма разнообразны. Можно сделать вывод, что адвокаты располагают достаточно обширной базой для эффективного убеждения слушателей.

В-третьих, не менее многочисленны и недобросовестные приемы. В третьей части первой главы мы рассмотрели основные виды этих приемов, а во второй – обратились к их конкретным разновидностям, а именно: недобросовестные портреты участников, просеивание фактов, обращение исключительно к чувствам слушателей. Подобный выбор обусловлен тем, что выявить примеры именно этих приемов представляется возможным в зафиксированных устных выступлениях известных русских юристов. Как уже указывалось, проследить все тонкости использования недобросовестных риторических приемов затруднительно, т.к. мы не знакомы со всеми обстоятельствами дел, которые рассматривались десятки лет назад.

Одно можно сказать точно: эти юристы не позволяли себе не профессионализма и не опускались до грубых и примитивных приемов воздействия на аудиторию. Их недобросовестные приемы – очень тонкая материя. Сложно сказать, где это использовалось сознательно, а где – нет. Это связано с тем фактом, о котором мы уже упоминали, – адвокат находится в «ораторском воодушевлении».

Все это нам удалось сделать благодаря анализу речей известных русских юристов: Ф. Н.Плевако, П.А.Александрова, К.Ф.Хартулари, С.А.Андреевского, А.И.Урусова и др. Список использованной литературы

Учебное пособие подготовлено преподавателем Риторики школы № 174 – доктором исторических наук, профессором Зубановой С.Г.

Утверждено на заседании кафедры лингвистики и межкультурной коммуникации Московского государственного социального университета

протокол № ____9____ от «_8_» ____октября___ 2003 г.

Рецензенты: д.ф.н. профессор Ивинский Д.П.

к. ф. н. доцент Анкваб И.Б.

к. ф. н. доцент Матушевская Е.Г.

Введение

Учебные материалы по «Риторике» предназначены для учащихся старших классов с углубленным изучением гуманитарного цикла дисциплин и, в первую очередь, ориентировано на предметную область специальностей «Юриспруденция», «Политология», «Журналистика», «Лингвистика».

Учебные материалы по основам риторики (часть № 2) нацелены на формирование представлений у учащихся об историко-культурной значимости риторического мастерства плеяды выдающихся всемирно известных отечественных ораторов. На примерах профессиональной деятельности А.Ф.Кони, Ф.Н.Плевако, П.А.Александрова и др., с учетом их практических навыков, теоретических знаний, а также современных мотиваций, у учащихся формируется представление о риторическом портрете современного делового человека.

Тема№ 1: Судебное красноречие в России

2-ой половины XIX – нач. ХХ вв.

После судебной реформы 1864 года в России большую известность приобрела плеяда юристов-ораторов, профессионализм которых получил мировую известность: А.В. Лохвицкий, А.Ф. Кони,Ф.Н. Плевако, В.Ф. Спасович, К.К. Арсеньев, А.И. Урусов, П.А. Александров, Н.И. Холев, С.А. Андреевский, Н.П. Карабчевский, К.Ф.Халтулари

Особенности риторического мастерства юристов эпохи после реформы 1864 года

1. Широта общественно-философского подхода к рассматриваемым фактам. Можно говорить о русских юристах этого времени как о выразителях «общественной морали». Например, А.Ф. Кони писал о В.Ф. Спасовиче: «По содержанию своих речей Спасович являлся не только защитником в данном деле, но и мыслителем, для которого частный случай служил поводом для поднятия общих вопросов и их оценки с точки зрения политика, моралиста и публициста». Это же можно сказать о любом из перечисленных судебных ораторов. Например, П.А. Александров в одной из своих речей заявил: «Я желал бы исполнить долг мой не только как защитника, но и как гражданина, ибо нет сомнения, что на нас, как общественных деятелях, лежит обязанность служить не только интересам защищаемых нами, но и вносить свою лепту, если к тому представляется возможность, по вопросам общественного интереса».

2. Высокий профессиональный уровень.

Русских юристов XIX в. отличала не только общая эрудиция, не только прекрасная юридическая подготовка, но и творческая разработка важных теоретических вопросов. Многие из них писали статьи и исследования по тем или иным специальным проблемам. Например: А.Ф. Кони, В.Д. Спасович, К.К. Арсеньев известны как теоретики права.

3. Никто из выдающихся русских юристов не был только юристом. Широта и разнообразие интересов А.Ф. Кони общеизвестны. В.Д. Спасович известен не только учебником по Уголовному Праву и исследованиями по Международному и Гражданскому Законодательству. Филологам он известен глубоким изучением творчества Шекспира, Мицкевича, Байрона, Пушкина и Лермонтова. К.К. Арсеньев, написавший ряд книг о русской, французской и немецкой адвокатуре, был одним из самых ярких публицистов «Вестника Европы» и тонким литературным критиком, а также первым исследователем творчества Салтыкова-Щедрина. Трехтомник сочинений А.И. Урусова содержит не его судебные речи, а его статьи о театре, литературе, живописи, о Писемском и Золя, о Гоголе и Мольере, об Островском и Бодлере. Интересен такой факт: он первый начал составлять Пушкинский словарь – начинание невероятной сложности, реализованное сравнительно недавно. Стилистическое совершенство и изящество судебных речей С.А. Андреевского отмечали все современники, многих восхищал этот поэт-оратор, поэт-юрист. Но определение поэт имело в приложении к Андреевскому не только образно-метафорический, но и буквальный смысл. Это действительно был нежный и пленительный поэт, признавшийся однажды: «Я понял жизни наготу…» Будучи на вершине жизненного успеха, С.А. Андреевский писал:

«Из долгих, долгих наблюдений

Я вынес горестный урок,

Что нет завидных назначений

И нет заманчивых дорог.

В душе – пустыня, в сердце холод,

И нынче скучно, как вчера,

И мысли давит мне хандра

Тяжеловесная, как молот!»

Литературные очерки адвоката С.А. Андреевского посвящены анализу произведений Баратынского, Гаршина, Достоевского, Толстого, Грибоедова, Чехова и др.

Н.П. Карабчевский – невероятно многогранная личность: исследователь красноречия (в т.ч. и французского), публицист, критик, художественный прозаик и поэт.

4. Совершенство владения словом, поразительное мастерство в пользовании устной и письменной речью.

Цель исследования заключается в выявлении особенностей недобросовестных риторических приемов на основе речей таких известных русских юристов, как Ф.Н.Плевако, В.Д.Спасович, П.А.Александров и др.

Достижение этой цели предполагает решение следующих задач:

определение значения риторики в деятельности адвоката;

проведение анализа имеющейся информации;

определить особенности, виды и содержание добросовестных риторических приемов;

определить особенности, виды и содержание недобросовестных риторических приемов;

найти примеры использования недобросовестных риторических приемов в речах известных русских юристов (Ф.Н.Плевако, В.Д. Спасович, П.А.Александров и др).

Содержание

Введение. 3
Глава 1. Риторика в адвокатской деятельности.
Параграф 1.1. Значение риторики в деятельности адвоката 5
Параграф 1.2. Добросовестные риторические приемы в деятельности адвоката. 6
Параграф 1.3. Недобросовестные риторические приемы в деятельности адвоката. 13
Глава 2 Виды недобросовестных приемов в речах русских юристов
Параграф 2.1. Недобросовестные портреты участников процесса.18
Параграф 2.2. Просеивание фактов.20
Параграф 2.3. Обращение исключительно к чувствам слушателей.22
Заключение.25
Список использованной литературы.27

Прикрепленные файлы: 1 файл

Текст работы.doc

Глава 1. Риторика в адвокатской деятельности.

Параграф 1.1. Значение риторики в деятельности адвоката 5

Параграф 1.2. Добросовестные риторические приемы в деятельности адвоката. 6

Параграф 1.3. Недобросовестные риторические приемы в деятельности адвоката. 13

Глава 2 Виды недобросовестных приемов в речах русских юристов

Параграф 2.1. Недобросовестные портреты участников процесса.18

Параграф 2.2. Просеивание фактов.20

Параграф 2.3. Обращение исключительно к чувствам слушателей.22

Список использованной литературы.27

Данное научное исследование выполнено в русле работ по адвокатуре и посвящено анализу недобросовестных риторических приемов в деятельности адвоката на примере речей русских юрист ов.

Актуальность темы исследования обусловлена следующими моментами: в современной России растет значение выступлений адвоката в судебных процессах как формы осуществления процессуальной деятельности и значение деятельности адвоката как представителя, знание риторических тонкостей очень важно в адвокатской профессии. Кроме того, информированность в области недобросовестных адвокатских уловок поможет выявлять, предупреждать и устранять негативные последствия от их использования.

К рассмотрению недобросовестн ых риторических приемов обращались многие ученые, занимающихся разработкой вопросов теории риторики, например, С.И.Поварнин, супруги Блажевич, К.Бредемайер. Непосредственно об адвокатских недобросовестных риторических приемах писал П.Сергеич в одной из своих глав «Искусства речи на суде». О них упоминали Р.Гаррсис, Н.Н.Ивакина, но капитальных трудов именно по этой теме еще нет.

Цель исследования заключается в выявлении особенностей недобросовестных риторических приемов на основе речей таких известных русских юристов, как Ф.Н.Плевако, В.Д.Спасович, П.А.Александров и др.

Достижение этой цели предполагает решение следующих задач:

определение значения риторики в деятельности адвоката;

проведение анализа имеющейся информации;

определить особенности, виды и содержание добросовестных риторических приемов;

определить особенности, виды и содержание недобросовестных риторических приемов;

найти примеры использования недобросовестных риторических приемов в речах известных русских юристов (Ф.Н.Плевако, В.Д. Спасович, П.А.Александров и др).

В процессе решения указанных выше задач были использованы обще- и частнонаучные методы исследования: диалектический материализм, наблюдение, комплексный анализ, синтез, сравнение, аналогия, системный подход, метод сравнительного правоведения, статистический, кроме этого было проведено изучение и анализ теоретической и практической литературы в области риторики и адвокатуры, периодических изданий.

Структура работы обусловлена целями, задачами и методологией исследования. Курсовая работа состоит из введения, пяти глав и заключения.

Для выполнения работы нами использовались основополагающие норма-тивно-правовые акты адвокатской деятельности в РФ, труды видных ученых – О.З. Муштука, С.И. Поварнина, Ю.В.Рождественского и др. по риторике, а так же книги по юридической риторике С.И.Володиной, Н.Н. Ивакиной, П.Сергеича и др., речи известных русских юристов. Глава 1. Риторика в адвокатской деятельности.

Параграф 1.1. Значение риторики в адвокатской деятельности.

Г.А. Золотова в своей книге «Слово и штамп» писала: «Как музыканту нельзя без музыкального слуха, так и людям, работающим со словом, нельзя без любовного отношения к слову, без живого чувства языка».? Адвокат – одна из профессий, которая требует виртуозного владения словом: выступления в суде, в государственных и муниципальных органах власти – для всего этого необходимо не только грамотно выражать свои мысли, но и так выстраивать свою речь, чтобы воздействовать на своих слушателей. Еще в период античности зародилось наука о красноречии – риторике. «Аристотель понимал риторику как знание о способах убеждения и как практическое искусство убеждать людей. Цицерон видел в риторике универсальную методологию познания и убедительного представления истины. Специфическое искусство судебного оратора, по мысли Цицерона, приложимо во всякой области человеческого общения».? Именно в рамках риторики рассматривается группа методов, направленных на преобразование социальной действительности путем убеждения.

Адвокат, используя риторику в своей деятельности, сталкивается не только с доказательствами, но и с оценочными суждениями. Естественно, у каждого участника судебного процесса формируется собственное представление по делу, причем это представление может быть подвержено изменениям. Факты, рассматриваемые в суде, имеют юридическое значение. В УПК и ГПК РФ рассматриваются критерии юридической оценки, которая непосредственно связана с формальной логикой и традиционными методами научного познания. Оценка, где бы она ни происходила и кем бы не осуществлялась, носит субъективный характер, поэтому выходит за пределы перечисленных выше методов. Тут и набирает силу риторика.

Адвокату необходимо использовать все возможные правовые и не правовые механизмы, потому что за ним стоит клиент, которого необходимо защищать и представлять его интересы.

В суде важно говорить логично, аргументированно, грамотно, доходчиво, по существу, умело владея правовыми нормами. Адвокат должен построить свое выступление так, чтобы привлечь внимание судей и других участников; полно, объективно и всесторонне рассмотреть обстоятельства дела, выстроить систему доказательств, сделать правильные правовые выводы и убедить в этом аудиторию.

В завершение хотелось бы привести высказывание Н.П. Карабчевского: «Судебное красноречие – красноречие особого рода. На него нельзя смотреть лишь с точки зрения эстетики. Вся деятельность судебного оратора – деятельность боевая. Это вечный турнир перед возвышенной и недосягаемой «дамой с повязкой на глазах». Она слышит и считает удары, которые наносят друг другу противники, угадывает и каким орудием они наносятся».? Как видно, жизнь требует от адвоката умелого владения риторическими приемами, т.к. они являются основой успешной профессиональной деятельности.

Параграф 1.2. Добросовестные риторические приемы в деятельности адвоката.

Выразительность и убедительность речи адвоката подкрепляются использованием риторических приемов. О них написано множество книг, проведены различные классификации, однако мы остановимся лишь на самых распространенных.

Чтобы начать говорить о конкретных разновидностях риторических приемов, нужно разобраться в том, что это такое. Попробуем дать определение риторическому приему: риторический прием – особый способ выражения мыслей для достижения эффективности и убедительности, образности и выразительности речи. В труде Н.Н.Ивакиной «Основы судебного красноречия» приводится следующее определение понятия: «Риторический прием – способ построения высказывания, основанный на намеренном и прагматически мотивированном отклонении от языковых, речевых, логических … норм с целью того или иного воздействия на адресата».? Как видно, построение речи по правилам риторики имеет научное и логическое обоснование.

Начнем со всем знакомого риторического приема – сравнения. Как правило, под сравнением понимают выделение общего признака двух или более предметов. В качестве примера приведем речь М.М.Тетельбаума, советского адвоката: «Мне сплетня представляется черным бородавчатым пауком. Он выползает из зловонного рта сплетника и начинает сплетать, опутывать людей липкой, грязной паутиной … Сплетник расчетлив: обвинение, даже абсолютно необоснованное, честного человека ранит больно, отнимает здоровье, уносит годы жизни. Сплетня как комок грязи, брошенный в человека: комок высохнет и отвалится – пятно остается. Остается для тех, кто любит посудачить…».? Эти строки демонстрируют всю яркость и силу воздействия разбираемого риторического приема.

Прием, обратный сравнению, сопоставление (антитеза) – выделение различий между предметами, явлениями. Наглядно этот прием показан в речи Ф.Н.Пле-вако по делу Грузинского: «То, что случилось с ним, беда, которая над ним стряслась, понятны всем нам: он был богат – его ограбили он был честен – его обесчестили; он любил и был любим – его разлучили с же-ной и на склоне лет заставили искать ласки случайной знакомой, какой-то Фени; он был мужем – его ложе осквернили; он был отцом – у него силой отнимали детей и в глазах их порочили его …».? Антитеза обладает очень сильным эффектом благодаря тому, что акценты делаются на определенных словах не только за счет динамики.

Родственным сравнению является прием контраста. Контраст – композиционно-стилистический принцип развертывания речи, заключающийся в динамическом противопоставлении двух содержательно-логических (а также структурно-стилистических) планов изложения.

Одним из сильных, выразительных приемов, позволяющим представить события в развитии и достичь эмоционального накала, является градация, т.е. такое средство речевой выразительности, состоящее из двух или более единиц, размещенных по возрастанию действия или качества.

Для того, чтобы выделить какую-либо деталь, обратить на что-то внимание слушателей можно применить инверсию – стилистический прием, суть которого заключается в изменении порядка слов. Например, в этом отрывке речи Н.И.Холева: «Стоит только представить себя на месте Андреевой, и становится страшно: Андреева наедине с Тищенко, тот вооружен топором, а в соседней комнате лежит окровавленный труп ее брата. Какое-то чудо уберегло Андрееву от насильственной смерти».?

Также юристы-ораторы часто используют при выступлениях повторы (анафора – единое или сходное начало нескольких фраз, эпифора – единое или сходное завершение нескольких фраз). Мастерски использовал повторы Я.С.Киселев, например: «И возраст, и горе, горе подлинное, горе, от которого нет исцеления, сделало свое дело: сдало сердце».?

П.Сергеич (он же – П.С. Пороховщиков) в своей книге «Искусство речи на суде» выделяет такой риторический прием, как concession: «оратор соглашается с положением противника и, став на точку зрения последнего, бьет его собственным оружием; приняв, как заслуженное, укорительные слова противника, тут же придает им другое, лестное для себя значение; или, напротив, склонившись перед его притязаниями на заслуги, немедленно изобличает их несостоятельность».? Прекрасной иллюстрацией данного приема может стать одна из самых знаменитых речей Ф.Н.Плевако: «Много бед, много испытаний пришлось перенести России за ее больше чем тысячелетнее существование. Печенеги терзали ее, половцы, татары и поляки. Двунадесять языков обрушились на нее, взяли Москву. Все вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь, теперь. Старушка украла старый чайник, стоимостью в 30 копеек. Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет безвозвратно».? Как видно из этих строк, Ф.Н.Плевако не отрицает факта преступления, еще раз проговаривает обстоятельства дела, не преуменьшая вину обвиняемой, но тут же показывает, что преуменьшать тут вообще нечего.

П.Сергеич выделяет еще один очень эффективный и яркий риторический прием – sermocinatio – приведение чьих-либо слов, введение чужой речи, цити-рование. Описание ситуации, разговоров между участниками процесса покажутся тем убедительнее, чем жизненнее, проще, нагляднее они будут представлены. П.Сергеич отмечает, что фраза «любовник указал жене на удобный случай отравить мужа» может вызвать сомнения в ее правдивости, но если «расписать», можно даже сказать – разыграть небольшую сценку, то это произведет ни с чем не сравнимый эффект на слушателей: «Иди, – говорит он, – порошок на полке, муж задремал; проснется и сам выпьет; я пройду в кухню, чтобы не вышла в спальную сиделка». Этот прием незаменим как объяснение мотивов действия и как дополнение характеристики, и как выражение нравственной оценки по-ступков того или другого человека.

Не менее действенными могут оказаться следующие риторические приемы: significatio (намек), exclamatio (восклицание), apostrophe (обращение судебного оратора не к судье, а к своему противнику; обращение вообще), distributio (разделение понятия на составные части). Попробуем найти примеры использования данных риторических приемов в речах Ф.Н.Плевако.

Примером significatio могут стать строки из речи по делу рабочих Кон-шинской фабрики: «У вас, господа коронные судьи, масса опыта, – не к вам слово мое: не напоминать вам, а учиться у вас должны мы, младшие служители правосудия. Вы выработали для себя Строго установленные приемы, точно колеи на широкой дороге, по которой гладко и ровно идет к цели судейское мышление».? Плевако, выступая в защиту рабочих, намекает суду, что служители Фемиды привыкли руководствоваться схемами и шаблонами, хотя каждый случай сугубо индивидуален.

Речи Ф.Н.Плевако были всегда очень эмоционально насыщенными и изобиловали восклицаниями. Эта тенденция хорошо прослеживается в словах в адрес игуменьи Митрофании: «Путник, идущий мимо высоких стен Владычного монастыря, вверенного нравственному руководству этой женщины, набожно крестится на золотые кресты храмов и думает, что идет мимо дома Божьего, а в этом доме утренний звон подымал настоятельницу и ее слуг не на молитву, а на темные дела! Вместо храма – биржа; вместо молящегося люда – аферисты и скупщики поддельных документов; вместе молитвы – упражнение в составлении вексельных текстов; вместо подвигов добра – приготовление к ложным показаниям, – вот что скрывалось за стенами. Стены монастырские в наших древних обителях скрывают от монаха мирские соблазны, а у игуменьи Митро-фании – не то … Выше, выше стройте стены вверенных вам общин, чтобы миру не было видно дел, которые вы творите под «покровом рясы и обители!»?


Единственный в мире Музей Смайликов

Самая яркая достопримечательность Крыма

Анализ речи Ф.Н. Плевако в защиту Качки.

Федор Николаевич Плевако начал свою защитительную речь с обращения к господам присяжным, напоминая им один из вопросов к которому обратился господин председатель при допросе экспертов: по-вашему, выходит, что вся душевная жизнь обусловливается состоянием мозга?

Защитник не упоминает председателя во вступлении не из желания проигнорировать его присутствие, не заметить вовсе и т.д. Он преследует совсем иные цели. Его задача сейчас, видя почти полное согласие председателя с прокурором, - убедить присяжных согласиться со своей точкой зрения: "вы, не разделите того обвинения против науки (имеется в виду, безусловно, не только наука, но и подозреваемая П. Качка), какое сделано во вчерашнем вопросе господина председателя". Забегая вперёд, следует отметить особое пристрастие Плевако к сложным предложениям, к периодам. Приведённый выше пример - это 2 придаточных предложения, соединённых последовательным соподчинением, в составе сложного синтаксического целого (см. схему ниже). Но, взятые отдельно, они имеют смысл, по сути, самостоятельного высказывания, своеобразного вывода, целевой установки. И здесь следует обратить внимание на начало и конец информативного ряда, которые, по закону Эббингауза, являются самыми сильными позициями в высказывании. Вначале - обращение к присяжным - "вы", в конце - имя того, с кем соглашаться не следует: "господин прокурор". В середине высказывания четырежды выражена сема отрицания: трижды - в виде отрицательной частицы "не", один раз - в виде наречия "нельзя" в значении "невозможно". Это, безусловно, не случайно.

Вторая смысловая часть. Здесь главное отрицание: "не разделите обвинения". Т.е. Плевако, по сути, предлагает слушающим сделать выбор. И к правильному выбору (точке зрения адвоката) их подталкивает употребление союза "но". Благодаря употреблению этого союза перед второй смысловой частью, она и получает большую смысловую значимость. Из-за использования этого союза акцентируется также внимание именно на второй части, в которой, собственно, и содержится отрицание.

В одном и том же предложении, содержащем и утверждение, и отрицание, но не кажущемся от этого бессмысленным, Плевако отдаёт дань уважения председателю суда (очевидно, ещё не теряя надежды склонить его на свою сторону), и открыто заявляет о собственной позиции, безусловно, желая, чтобы с ним согласились присяжные. Ведь именно "перед судом присяжных произносил свои речи великий русский адвокат Ф.Н.Плевако. К присяжным всегда относился с благоговением, подчас с умилением. Суд присяжных - кумир Плевако, а он кумир суда присяжных". Г. Резник. Рыцарь правосудия. // Ф.Н.Плевако. Избранные речи. - М: Юридическая литература, 1997. - С.13.

Развёрнутое вступление в речи по делу П.П.Качки было, безусловно, необходимым, преследовало определённые цели. Вообще, хорошее вступление, по сути, - залог успеха, ведь именно в нём судебный оратор заявляет о своей позиции, именно здесь в миниатюре раскрываются все обстоятельства дела, и нередко уже после вступления присяжные могут сделать (и делают!) свой выбор.

Защищая подсудимую, адвокат в своей речи цитирует следующие источники: Библию, "Курс психиатрии", ссылается также на исторический опыт русского народа.

К Библии Плевако апеллирует в первую очередь. Безусловным в деле была доказанность факта совершения преступления. И добиться освобождения Качки представлялось возможным, только доказав суду её невменяемость. По сути, ей инкриминировалось совершение убийства в состоянии аффекта.

Состояние сильного душевного волнения, вызванного виктимным (противоправным или аморальным) поведением потерпевшего, в психологии и психиатрии носит название физиологического аффекта (от лат. affectus - переживание, волнение, страсть). От физиологического аффекта отличается т.н. патологический аффект, который представляет собой временное расстройство психики. "При нём наступает глубокое помрачение сознания, и человек утрачивает способность давать себе отчёт в своих действиях и руководить ими. Лицо в таких случаях признаётся невменяемым". Уголовное право. Словарь - справочник (автор - составитель Т.А.Лесниевски - Костарёва). - М: НОРМА ИНФРА, 2000. - С.363.

И на этом, в основном, и была построена вся защита. Обращение к Библии в самом начале речи, во вступлении, конечно же, не случайно. Издавна на Руси было особое отношение к сумасшедшим, юродивым. Считалось, что, если Бог лишает человека разума - это высшее наказание, кара небесная за совершённые грехи. И Плевако исподволь подводит присяжных к мысли, что девушка уже достаточно наказана тем, что лишена разума. Её вина несомненна, но и наказание вкупе с муками совести неизмеримо.

Защита ссылается здесь на примеры мучеников. Следует обратить особое внимание на семантику этого слова.

"Мученик. 1.Тот, кто подвергается мучениям, страданиям; тот, кто перенёс муки, тяжёлые испытания.

2. Канонизированный христианской церковью святой, подвергшийся мучениям за веру." Словарь русского языка: В 4-х томах. - М: Русский язык, 1986. - Т.2. - С.135

Плевако как бы соединяет воедино два значения этого слова. В контексте, несомненно, имеется в виду 2-е значение ("ссылаясь на примеры мучеников"). Но, рисуя образ Качки в трагическом ключе, рассказывая присяжным о страданиях, тяжёлых испытаниях, выпавших на её долю, адвокат в дальнейшем использует 1-е значение слова "мученик".

Используются также такие выражения, как " слабость душевных сил, " "расстройство организма прирождёнными и приобретёнными болезнями" и т.д. Т.е. адвокат вновь исподволь склоняет суд присяжных принять его точку зрения: признать подсудимую виновной в совершении преступления в состоянии тяжёлой душевной болезни.

Далее идут ссылки на авторитетные источники, о которых мы уже упоминали выше. И апелляция к Библии - в первую очередь.

Вопросы, касающиеся очерёдности цитируемых изданий, закономерны. Почему именно Библия вначале? Потому что Плевако, вне всяких сомнений уловил особую специфику дела: при доказанном факте совершения преступления нужно было уповать исключительно на милосердие присяжных. А потому адвокату нужно было вызвать у них жалость к своей подзащитной, "ударял" он прежде всего по их христианскому долгу: готовности оказать снисхождение, проявить сострадание к человеку, попавшему в беду. А Прасковья - девушка, несомненно, заслуживающая жалости. Она слишком много страдала в жизни, и это не могло не отразиться на общем состоянии её рассудка, "ведь…лишения мешают росту человеческого духа".

Следующая ссылка - на исторический опыт народа. Плевако как опытный психолог почувствовал уже невольно сложившееся предубеждение к Качке со стороны присяжных заседателей. И он сознательно рассказывает об исторически сложившемся предубеждении к Ольговичам, унаследовавших от прародичей хищнический инстинкт, и о расположении к Мономаховичам, которые заботились о вверенном им государстве и оберегали его. Так в максимально конкретной форме Плевако определил свою точку зрения на вопрос о наследственности и вербально обозначил то, что на эмпирическом уровне чувствовали многие присяжные. А когда тебя публично уличают в предубеждённости, ты нередко резко меняешь свою точку зрения на противоположную. Это был, безусловно, очень сильный психологический ход со стороны защиты.

Далее Плевако апеллирует к доктору Шюлэ из Илленау и его книге "Курс психиатрии". 2-я и 3-я ссылки семантически связаны, они посвящены вопросам наследственности. И, если в 1-м примере адвокат обращается к историческому опыту народа, то во 2-м он рассказывает о трудах современного исследователя, занимающегося той же самой проблемой. В обоих случаях выводы одинаковые: неправильное воспитание ребёнка, невнимание к нему родителей, плохое обращение не могут не сказаться в дальнейшем на общем состоянии его психического здоровья (вернее, нездоровья). И это не вина ребёнка, это его беда. А вся ответственность за совершённые им поступки (точнее, проступки) должна ложиться на воспитателей и опекунов: это они не привили своему воспитаннику понятий о нравственности, это они не рассказали ему, что есть добро и что есть зло, личным примером не научили добропорядочной жизни.


Единственный в мире Музей Смайликов

Самая яркая достопримечательность Крыма

Красноречие в России 2-ой половины XIX — нач. ХХ вв .


  1. Особенности риторического мастерства юристов эпохи после реформы 1864 г.

  1. Особенности риторического мастерства адвокатов Ф. Н. Плевако, П. А. Александрова.

  1. Особенности риторического мастерства прокурора (Кони А. Ф. «Советы лекторам»).

А.Ф. Кони известен не только как судебный трибун, но и как теоретик юридического красноречия и ораторского искусства в целом. Он автор работ: «Нравственные начала в уголовном процессе», «Приемы и задачи прокуратуры», «Советы лекторам» и др. В них А.Ф. Кони говорит о проблемах нравственности судебного процесса, отстаивает идею гуманного суда «по справедливости», «по совести», который более всего соответствует русскому национальному характеру. А.Ф. Кони неоднократно подчеркивает необходимость учитывать особенности «русского народного характера», «добрые душевные свойства русского человека», называет такие черты слагающегося русского типа обвинителя, как «спокойствие, отсутствие личного озлобления против подсудимого, опрятность приемов обвинения, чуждая и возбуждению страстей, и искажению данных дела, отсутствие лицедейства в голосе, в жесте и в способе держать себя на суде, простоту языка, свободного от вычурности или от громких и „жалких“ слов. ».

В институте в 1918−19 годах работали А. В. Луначарский, С. М. Бонди, Н. С. Гумилёв, А. Ф. Кони, В. Э. Мейерхольд, Л. В. Щерба, Б. М. Эйхенбаум, М. Д. Эйхенгольц, Н. А. Энгельгардт, Л. П. Якубинский, К. Сюннерберг (председатель института в 1923−24).

Задачами института были:

Развитие ораторского искусства в ХХ — начало ХХI вв .


  1. Кохтев Н.Н. Основы ораторской речи.

  1. Апресян Г.З. Ораторское искусство.

  1. Ножин Е.А. Основы советского ораторского искусства.

  1. Волков A. A. Курс русской риторики.

  1. Аннушкин В. И.

  1. Рождественский Ю.В.

  1. Хазагеров Г.Г.

Известные ораторы (на выбор)

Кошанский Николай Федорович (XIX в.).


  • чтение образцов, так как у хороших ораторов надо замечать “лучшие слова, идеи, выражения, приятные мысли… каков план, расположение всех частей описаний и рассуждений”, наконец, надо видеть достоинства стиля: что хорошо, изрядно, прекрасно; почему благородно, велико, высоко; почему ново, необыкновенно, оригинально и т.д.;

  • размышление, потому что размышляя над чужим прочитанным, мы учимся прибавлять свое и идя “знакомым путем”, учимся находить свое оригинальное;

  • собственные упражнения – ведь “кто не упражнялся постоянно, тот всегда будет нетверд в слоге; можно знать лучшим образом правила и не уметь написать десять строк связно…

Итак, чтобы стать хорошим писателем, оратором, поэтом, нужны “собственные опыты”, которые (заканчивает рассуждение Кошанский) “согреваются участием друга-наставника, который всегда говорит прежде, что хорошо и почему, а после показывает то, что должно быть иначе и каким образом”.

Таков был метод Кошанского, учителя Пушкина и его друзей. Можно представить, как говорил учитель Царскосельского лицея вдохновляя своих учеников на поэтические подвиги: “Уныние от неудачи есть малодушие. Должно вооружиться терпением, твердостию, постоянством… Должно любить труд, любить занятия. Где нет любви, там нет успеха”.

Важно отметить то, что его книги неоднократно переиздавались как при жизни автора, так и после его смерти: "Латинская грамматика" выдержала 11 изданий, учебник русской грамматики - 9, "Общая риторика" - 10, "Частная риторика" - 7 изданий. По этим книгам училось несколько поколений российских гимназистов.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: