Является ли сделкой решение суда

Обновлено: 03.06.2023


По мнению одного из экспертов «АГ», Верховный Суд принял обоснованное решение, так как иной подход противоречил бы нормам гражданского законодательства, устанавливающим необходимость согласования всех существенных условий договора при его заключении. Другой предположил, что определение ВС может открыть пространство для злоупотреблений органов власти, желающих освободить земельные участки, представляющие коммерческую ценность, от обременений в виде прав постоянного (бессрочного) пользования.

25 мая Верховный Суд вынес Определение № 309-ЭС19-10274 по спору о праве пользования земельными участками сельскохозяйственным кооперативом, которые были разделены по распоряжению Департамента городской администрации.

Раздел земельного участка на 264 части

В мае 2013 г. сельскохозяйственный производственный кооператив «Мотовилихинский» зарегистрировал в ЕГРН право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком в г. Перми площадью в 281 га. Спустя пять месяцев он обратился в Департамент земельных отношений администрации г. Перми с заявлением о переоформлении такого права на право собственности. Госорган предложил заявителю выкупить земельный участок по рыночной цене в 762 млн руб. и направил ему проект договора купли-продажи.

Во встречном протоколе разногласий кооператив указал цену договора в размере 106 млн руб. Поскольку департамент городской администрации отклонил предложение, кооператив обратился в арбитражный суд с иском об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора купли-продажи в части цены сделки. В рамках дела № А50-15892/2015 апелляционный суд определил выкупную цену участка в размере 328 млн руб.

Впоследствии кооператив обратился в Департамент с заявлением о переоформлении права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком на право аренды сроком на 15 лет. Госорган аннулировал запись в ЕГРН о бессрочном пользовании земельным участком и разделил его на 264 части, при этом участок с кадастровым номером, который ранее был закреплен за заявителем, был сохранен в измененных границах площадью 11 га. Проекты договоров аренды всех новых участков были направлены Департаментом в адрес СПК «Мотовилихинский».

Суды разошлись в своих позициях

Со ссылкой на нарушение своих прав кооператив оспорил в судебном порядке распоряжение Департамента о прекращении его права постоянного (бессрочного) пользования участком и потребовал обязать ответчика зарегистрировать за ним право аренды участков на 15 лет.

Арбитражный суд отказал в удовлетворении требований, отметив, что раздел земельного участка на более мелкие не противоречит п. 2 ст. 3 Закона о введении в действие Земельного кодекса. Он также пояснил, что кооператив фактически преследует цель подтверждения наличия права постоянного пользования земельным участком площадью 281 га, поэтому возникший между сторонами спор является спором о праве, который не подлежит рассмотрению по правилам гл. 24 АПК РФ.

В дальнейшем апелляция отменила решение первой инстанции и удовлетворила требования кооператива. Вторая инстанция отметила, что возникшие у сторон разногласия по цене договора купли-продажи участка земли были ранее переданы на рассмотрение арбитражного суда и урегулированы при рассмотрении дела № А50-15892/2015. Соответственно, этот договор является действующим с момента вступления в законную силу соответствующего постановления апелляции, а право постоянного (бессрочного) пользования было переоформлено на право собственности. Таким образом, апелляция сочла, что у ответчика отсутствовали основания для принятия оспариваемого распоряжения, которое противоречило п. 2 ст. 3 Закона о введении в действие Земельного кодекса и нарушило права и законные интересы заявителя. В свою очередь суд округа поддержал выводы второй инстанции.

Верховный Суд пояснил, когда договор считается заключенным на условиях суда

Впоследствии Департамент обратился в Верховный Суд РФ, ссылаясь на существенные нарушения судами апелляционной и кассационной инстанций норм материального права.

После изучения материалов дела № А50-12400/2018 Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ отметила, что, как ранее установили нижестоящие суды, кооператив не подписал подготовленный Департаментом проект договора о купли-продаже земельного участка, направив в адрес последнего свои возражения относительно выкупной цены, а затем обратился в суд с преддоговорным иском для ее определения. В этом случае договор считается заключенным на условиях, указанных в судебном решении, с момента вступления в законную силу соответствующего решения суда.

Пленум ВС РФ принял доработанное постановление, касающееся возникающих на практике вопросов по применению норм ГК о заключении и толковании договоров

Со ссылкой на разъяснения п. 42 Постановления Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 49 Суд пояснил, что при принятии решения об обязании заключить договор или об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора, суд в резолютивной части решения указывает условия договора, который считается заключенным на этих условиях с момента вступления в законную силу решения суда. «При этом дополнительных действий сторон (подписание двустороннего документа, обмен документами, содержащими оферту и ее акцепт, и т.п.) не требуется. Таким образом, исходя из содержания п. 4 ст. 445 ГК РФ и приведенных разъяснений, договор считается заключенным между сторонами на условиях, содержащихся в решении суда. При этом в решении должны быть указаны существенные условия договора (условия, которые позволяют считать договор заключенным и о необходимости согласования которых заявит одна из сторон), в остальном содержание прав и обязанностей сторон регулируется императивными нормами законодательства и восполняется диспозитивными нормами законодательства, если правило иное, чем определено в диспозитивной норме, прямо не указано в решении суда (п. 4 ст. 421, п. 1 ст. 422 ГК РФ)», – отмечено в определении.

Верховный Суд пояснил, что в резолютивной части апелляционного постановления по делу № А50-15892/2015 не содержались какие-либо иные условия договора, кроме цены земельного участка с кадастровым номером площадью в 281 га. В дальнейшем Департамент в одностороннем порядке составил проект договора с включением в него всех иных условий, отсутствующих в решении суда. Стороны не подписали договор купли-продажи земельного участка со всеми его условиями; государственная регистрация права собственности не производилась; ни кооператив, ни Департамент не обращались в регистрирующий орган с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности; выкупная цена за участок не уплачивалась. Кроме того, отсутствовали судебные споры об исполнении договора купли-продажи земельного участка либо об уклонении от государственной регистрации перехода права собственности.

«Таким образом, решение суда по делу № А50-15892/2015 не является судебным актом, принятым в соответствии с п. 4 ст. 445ГК РФ, поскольку резолютивная часть решения не содержит всех существенных условий договора, в том числе по площади земельного участка, которая не была предметом спора, такая резолютивная часть не предполагает заключение договора купли-продажи с момента вступления решения в силу», – указал ВС. Поэтому суды апелляционной и кассационной инстанции, неправильно применив п. 4 ст. 445 ГК РФ, сделали необоснованный вывод, что договор купли-продажи земельного участка является заключенным с момента вступления в законную силу постановления апелляции по первому спору.

Высшая судебная инстанция добавила, что Департамент как уполномоченный орган является тем лицом, для которого заключение договора купли-продажи или аренды земельного участка является обязательным в силу закона, а кооператив имеет право отказаться от заключения договора купли-продажи до его подписания и сделать выбор в пользу договора аренды и наоборот. В рассматриваемом деле организация изъявила желание переоформить право постоянного (бессрочного) пользования участком, и Департамент издал соответствующее распоряжение об этом.

Как пояснил Суд, из материалов дела следует, что право постоянного пользования кооператива находится в стадии переоформления, с этой целью сформированы земельные участки, образование которых с сохранением права пользования, не оспаривается. Между тем СПК «Мотовилихинский» не определил свою волю в установленном корпоративным законодательством и уставом порядке о переоформлении данного права на сформированные 264 земельных участка на право собственности или аренды. Таким образом, Верховный Суд отменил судебные акты апелляции и кассации, оставив в силе решение суда первой инстанции.

Эксперты «АГ» прокомментировали выводы Суда

Ведущий юрист Содружества земельных юристов Павел Лобачев отметил, что в рассматриваемом деле судами анализировался вопрос о том, является ли заключенным с момента вступления судебного решения в силу договор, некоторые из условий которого были переданы на рассмотрение суда в порядке урегулирования преддоговорного спора. «Как представляется, стоит согласиться с позицией, которую занял Верховный Суд РФ. Так, в п. 42 Постановления Пленума № 49 фактически сформировано условие, при котором договор считается заключенным в судебном порядке на основании п. 4 ст. 445 ГК РФ, – в решении суда должны быть указаны существенные условия договора. Поскольку в настоящем случае в соответствующем решении был разрешен вопрос лишь о цене, то договор купли-продажи участка нельзя признать заключенным в соответствии с вышеуказанной нормой права», – отметил эксперт.

ВС разъяснил, что при выкупе имущества по Закону № 159-ФЗ суд не вправе обязать предпринимателя заключить договор с публичным собственником

По его мнению, иной подход противоречил бы нормам гражданского законодательства, устанавливающим необходимость согласования всех существенных условий договора при его заключении. «Кроме того, признание договора заключенным, в том числе и на тех условиях, которые не были согласованы сторонами и не были предметом рассмотрения суда при урегулировании преддоговорного спора, противоречило бы принципу свободы договора, автономии воли участников гражданского оборота. Наконец, в любом случае, решение суда, принятое по спору, рассмотренному в порядке п. 4 ст. 445 ГК РФ и направленному на понуждение ответчика к совершению волеизъявления, замещает волю ответчика, а не истца (см. Определение ВС РФ от 2 августа 2019 г. № 307-ЭС19-3613)», – подчеркнул Павел Лобачев. В рассматриваемом же деле, отметил юрист, истец фактически отказался от заключения договора купли-продажи: он не стал подписывать проект договора с условием о цене, указанной в решении суда, а в дальнейшем выбрал иной вариант предоставления публичной земли – на праве аренды.

Стажер адвоката АБ г. Москвы «Инфралекс» Эрдэм Смагулов также согласился с выводом ВС РФ, который указал на то, что договор купли-продажи не является заключенным, так как решение по преддоговорному спору не свидетельствовало о воле или обязанности кооператива заключить договор и заявитель не подписал его итоговую редакцию. «Однако ключевая проблема в определении ВС касается реализации возможности кооператива переоформить имеющееся у него право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком на право собственности или аренды», – отметил он.

По мнению адвоката, из фактических обстоятельств дела следует, что кооператив фактически не смог воспользоваться своим правом на выкуп или аренду спорного земельного участка не в последнюю очередь из-за действий Департамента, выступающего ответчиком по делу. «Так, на следующий день после погашения записи о праве постоянного (бессрочного) пользования Департамент разделил спорный земельный участок на 264 части, в результате чего первоначальный участок как самостоятельный объект права перестал существовать. Указанное обстоятельство стало одним из оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований. Полагаем, что к решению указанного вопроса ВС подошел излишне формально, фактически одобрив подобное поведение Департамента», – полагает Эрдэм Смагулов.

Он добавил, что определение Верховного Суда может открыть пространство для злоупотреблений органов власти, желающих освободить земельные участки, представляющие коммерческую ценность, от обременений в виде прав постоянного (бессрочного) пользования.

Как пояснил Суд, разрешение предшествующих споров по вопросу об исполнении сделки либо по вопросам, связанным с регистрацией прав и обременениями, не исключает возможности предъявления иска о недействительности этой сделки и ее условий


По мнению одного из экспертов «АГ», ВС прямо запретил вольную трактовку норм о преюдиции и потребовал сопоставлять обстоятельства, уже установленные по предшествующим делам, с обстоятельствами, которые подлежат установлению в текущем деле. Другая отметила, что при новом рассмотрении дела судам надлежит ответить на вопрос: является ли договор залога недвижимого имущества, предусматривающий внесудебный порядок обращения взыскания на предмет залога, действительным в случае заключения его с физическим лицом – залогодателем.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ вынесла Определение № 41-КГ20-13-К4 по делу об оспаривании дополнительного соглашения к договору залога недвижимого имущества, заключенному между Сбербанком и гражданином – поручителем заемщика.

В декабре 2016 г. АО «Гефест-Ростов» получило трехгодичный кредит у ПАО «Сбербанк России» в размере 100 млн руб. под 14,18% годовых. Поручителем заемщика выступил индивидуальный предприниматель Игорь Рожков, предоставив в залог Сбербанку находящиеся у него в собственности три земельных участка с 37 недвижимыми объектами стоимостью свыше 140 млн руб.

Спустя два дня стороны заключили дополнительное соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество. По условиям соглашения, при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного залогом обязательства по кредитному договору залогодержатель мог оставить имущество за собой с зачетом покупной цены в счет требований залогодателя к должнику либо путем продажи этого имущества третьему лицу без проведения торгов.

28 декабря 2018 г. Сбербанк уступил ООО «Вега» все права кредитора по отношению к заемщику, в том числе право требования задолженности в размере около 61,5 млн руб. В дальнейшем заложенное имущество было реализовано залогодержателем в счет суммы требований к должнику. Игорь Рожков пытался оспорить обращение взыскания в судебном порядке, но сделать это ему не удалось.

Впоследствии Игорь Рожков обратился в суд с иском к ООО «Вега» о признании недействительным (ничтожным) дополнительного соглашения к договору залога недвижимого имущества. По мнению истца, такое соглашение не могло быть заключено с ним как с физическим лицом.

Суд первой инстанции удовлетворил требования, указав, что спорное допсоглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество является ничтожным, поскольку заключалось с Рожковым как с физическим лицом, а не в рамках предпринимательской деятельности.

Тем не менее апелляция и кассация не согласились с нижестоящей инстанцией и отменили ее решение, отказав в удовлетворении иска. Они сочли, что действия ООО «Вега» по обращению взыскания на заложенное имущество истца не были признаны незаконными вступившими в законную силу решениями суда об отказе в удовлетворении требований Рожкова к ПАО «Сбербанк России» о прекращении взыскания на предмет залога и прекращении обременения в виде ипотеки. Кроме того, апелляция добавила, что дополнительное соглашение также не было признано недействительным.

В связи с этим Игорь Рожков обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ, Судебная коллегия по гражданским делам которого согласилась с его доводами.

После анализа норм ГПК РФ и Закона об ипотеке высшая судебная инстанция отметила, что апелляции следовало установить, заключил ли Рожков дополнительное соглашение к договору залога как физическое лицо, на что ссылался он сам, или как ИП, о чем утверждали ответчик и Сбербанк. В зависимости от установленных обстоятельств следовало разрешить вопрос о том, соответствует ли эта сделка закону или нет, а если не соответствует, то является ли она оспоримой или ничтожной.

«Вместо этого суд апелляционной инстанции сослался лишь на наличие предыдущих судебных постановлений по спору между теми же сторонами и на положения ч. 2 ст. 61 ГПК РФ о том, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. При этом суд апелляционной инстанции не указал, какие именно факты, установленные предыдущими решениями суда, он имеет в виду», – отмечено в определении Суда.

Верховный Суд добавил, что заявитель ссылался на то, что назваными судебными постановлениями не давалась оценка действительности или недействительности дополнительного соглашения, в то время как ответчик и третье лицо утверждали об обратном. Тем не менее апелляция не исследовала такие доводы при рассмотрении спора.

«Разрешение судом предшествующих споров по вопросу об исполнении сделки либо по вопросам, связанным с регистрацией прав и обременениями, само по себе не исключает возможности предъявления иска о недействительности этой сделки и ее условий. Такая возможность (с учетом положений ч. 2 ст. 61 ГПК РФ о преюдициальности ранее установленных решением суда фактов) вытекает из п. 2 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ, согласно которому к новым обстоятельствам, влекущим пересмотр вступивших в законную силу судебных постановлений, относится признание вступившим в законную силу судебным постановлением суда общей юрисдикции или арбитражного суда недействительной сделки, повлекшей за собой принятие незаконного или необоснованного судебного постановления по данному делу», – заключил ВС и направил дело на новое рассмотрение в апелляцию.

Руководитель арбитражной практики АБ «Халимон и Партнеры» Игорь Ершов заметил, что в определении ВС РФ настаивает на буквальном толковании норм права, что не было сделано ни судом апелляционной инстанции, ни судом кассационной инстанции применительно к нормам ГК РФ о способах реализации залога.

По словам эксперта, в рассматриваемом деле высшая судебная инстанция выделила ряд важных проблем. «Во-первых, участие гражданина требует установления, действовал ли он при заключении договора и дополнительного соглашения в качестве физического лица или же как индивидуальный предприниматель. Это справедливое и основное замечание к вынесенным судебным актам, поскольку статус лица и возникшие отношения в настоящем случае определяют применимые нормы материального права о способах реализации залога. Во-вторых, разрешение первой проблемы позволит определить, действительны ли условия, устанавливающие способы реализации заложенного имущества и, как следствие, вид недействительности и ее правовые последствия», – полагает Игорь Ершов.

В-третьих, по мнению эксперта, Судебная коллегия ВС РФ запрещает вольную трактовку норм о преюдиции и требует, прежде чем будет сделан вывод о таковой, сопоставлять обстоятельства, уже установленные по предшествующим делам, с обстоятельствами, которые подлежат установлению в текущем деле. «Следует признать, указанные проблемы, к сожалению, не носят характер проблем, требующих участия Верховного Суда РФ. Допущенные нижестоящими судами ошибки вызывают вопросы к квалификации судей, рассмотревших указанный спор», – подытожил юрист.

Партнер АБ «Бартолиус» Наталья Васильева отметила, что в рассматриваемом определении ВС РФ затронул три различных вопроса, два из которых процессуальные, а оставшийся касается материального права.

«Прежде всего, ВС РФ отметил, что суду апелляционной инстанции при установлении им ошибки суда первой инстанции при определении обстоятельств, имеющих значение для дела, надлежит поставить вопрос о представлении новых доказательств по делу, а также оказать содействие лицам, участвующим в деле, в собирании и истребовании доказательств», – указала она, пояснив, что это означает, что суд апелляционной инстанции обязан фактически перейти к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции с целью правильного определения обстоятельств дела.

Как отметила эксперт, это отличает арбитражный процесс от гражданского: в последнем действует закрепленная в практике презумпция процессуальной «слабости» граждан как непрофессиональных участников гражданского оборота, в том числе, зачастую, ограниченных в возможности обратиться к квалифицированной юридической помощи, что должно вести к более активной роли суда, что закреплено в том числе в п. 2 ст. 56 ГПК РФ, которая кардинальным образом отличается от п. 2 ст. 65 АПК РФ.

По мнению Натальи Васильевой, второе, на что указал ВС, с точки зрения процессуального права имеет универсальный характер и применимо как для гражданского процесса, так и для арбитражного процесса: «Речь идет о понятии презумпции (п. 2 ст. 69 АПК РФ и п. 2 ст. 61 ГПК РФ), а именно: обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами между теми же лицами по ранее рассмотренному делу, обязательны и не подлежат доказыванию вновь. Следовательно, презумпция распространяется именно на обстоятельства, на конкретные факты, а не на общее содержание правоотношений сторон».

Адвокат напомнила, что еще в 2009 г. Пленум ВАС РФ принял Постановление № 57 о некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств. В его п. 2 указано, что в ходе рассмотрения дела по спорам об исполнении договорных обязательств суд исследует обстоятельства, свидетельствующие о заключении и действительности договора, которые, будучи установленными вступившим в законную силу судебным актом, не подлежат доказыванию вновь при рассмотрении иска об оспаривании договора с участием тех же лиц (ч. 2 ст. 69 АПК РФ).

Наталья Васильева добавила: из текста определения следует, что судебные акты, вынесенные по ранее рассмотренным делам, обстоятельства действительности дополнительного соглашения к договору залога не устанавливали, хотя и были посвящены вопросам об исполнении сделки залога и вопросам, связанным с регистрацией прав и обременений.

«Что же касается материально-правовой стороны определения ВС, то речь идет о последовательном и системном толковании норм ГК РФ и Закона об ипотеке, устанавливающем порядок реализации залогодержателем своих прав из договора залога во внесудебном порядке и о распространении указанного порядка на залогодателей – физических лиц и, как следствие, о действительности тех договоров залога, которые предоставляют возможность залогодержателям реализовывать предмет залога во внесудебном порядке по договору залога с физическими лицами», – полагает эксперт.

По ее мнению, судам нижестоящих инстанций надлежит ответить на вопрос: является ли договор залога недвижимого имущества (земельного участка и нежилых строений на нем), предусматривающий внесудебный порядок обращения взыскания на предмет залога, действительным в случае заключения его с физическим лицом – залогодателем. «Положения ст. 55 Закона об ипотеке и п. 3 ст. 349 ГК РФ, в которых указаны случаи, когда обратить взыскание на заложенное имущество во внесудебном порядке, указанной ситуации не предусматривают, в них речь идет лишь о залоге жилых помещений и о залоге имущества физического лица, признанного безвестно отсутствующим», – пояснила Наталья Васильева.



Пресс-центр


Публикации о Росреестре


Как осуществляется государственная регистрация на основании решения суда?

Как осуществляется государственная регистрация на основании решения суда?

Об этом рассказала главный специалист-эксперт омского отдела Управления Росреестра по Омской области Ирина Спиранская.

В соответствии с частью 2 статьи 14 Закона о регистрации основаниями для осуществления государственной регистрации прав являются:

1) акты, изданные органами государственной власти или органами местного самоуправления в рамках их компетенции и в порядке, который установлен законодательством, действовавшим в месте издания таких актов на момент их издания, и устанавливающие наличие, возникновение, переход, прекращение права или ограничение права и обременение объекта недвижимости;

2) договоры и другие сделки в отношении недвижимого имущества, совершенные в соответствии с законодательством, действовавшим в месте расположения недвижимого имущества на момент совершения сделки;

3) акты (свидетельства) о приватизации жилых помещений, совершенные в соответствии с законодательством, действовавшим в месте осуществления приватизации на момент ее совершения;

4) свидетельства о праве на наследство;

5) вступившие в законную силу судебные акты;

6) акты (свидетельства) о правах на недвижимое имущество, выданные уполномоченными органами государственной власти в порядке, установленном законодательством, действовавшим в месте издания таких актов на момент их издания.

Согласно части 2 статьи 14 Закона о регистрации одним из оснований для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются вступившие в законную силу судебные акты.

Судебные акты в отношении недвижимого имущества могут быть следующими:

1) решения об установлении права на недвижимое имущество;

2) решения о заключении (изменении) договора, подлежащего государственной регистрации;

3) решения о признании недействительной сделки с недвижимым имуществом и о применении последствий недействительности;

4) решения о признании недействительным основания для государственной регистрации (например: свидетельства о праве на наследство, акта органа местного самоуправления и пр.);

5) решения суда о регистрации в случае уклонения одной из сторон сделки;

6) решения по спорам между участниками общей собственности (установление и определение долей в праве общей собственности, раздел общего имущества или выдел из него доли, защита преимущественного права покупки доли);

7) определения и постановления о наложении арестов на недвижимое имущество, запрет совершения сделок с ним, а также определения о приостановлении государственной регистрации;

8) иные судебные акты.

Принятие судом решения в пользу заинтересованного лица не избавляет его от дальнейшей необходимости обратиться в органы, осуществляющие государственную регистрацию прав.

Документы для регистрации права собственности на недвижимость, установленного решением суда, подаются в общем порядке, предусмотренном для государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Для регистрации права необходимо заполнить заявление и представить документы (в их числе должно быть решение суда, вступившее в законную силу).

Копии актов судов, установивших права на недвижимое имущество, в форме документов на бумажном носителе представляются для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав в одном экземпляре, который после сканирования при выдаче документов после осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав возвращается заявителю.

Государственная регистрация права собственности на основании решения суда проводится в следующие сроки:

– 7 рабочих дней, если документы представлены в офисы и приемные Росреестра либо кадастровой палаты, и 9 рабочих дней, если документы представлены в МФЦ;

– 10 рабочих дней и 12 рабочих дней соответственно, если одновременно проводится кадастровый учет и государственная регистрация прав.

При государственной регистрации прав на недвижимость по решению суда уплачивается госпошлина в общих размерах, предусмотренных Налоговым кодексом Российской Федерации.

В случае государственной регистрации прав на недвижимое имущество на основании судебного акта, регистрация осуществляется при наличии ряда условий:

– судебный акт должен быть вступившим в законную силу, а также правильно оформлен (надлежащим образом прошит и заверен);

– в судебном акте обязательно описывается объект, указывается правообладатель, вид права, подлежащего государственной регистрации.

Государственная регистрация права собственности на основании решения суда подтверждается выпиской из ЕГРН.

Таким образом, судебный акт, которым признано право на конкретное недвижимое имущество, является достаточным основанием для государ ственной регистрации права на имущество.

Верховный суд рассказал, как признавать сделку мнимой

Совершена ли сделка только для вида или стороны действительно желают ее исполнения? Точного ответа на этот вопрос нет, в каждом случае суд исследует доказательства и исходя из них делает тот или иной вывод. При этом если юридически значимые обстоятельства не были установлены, а действиям сторон не дана оценка, дело подлежит пересмотру. Об этом и сообщил недавно Верховный суд.

Игорь Марченко* на "Тойоте" въехал в "ВАЗ" Ивана Комова*. У Марченко не было ОСАГО, а значит, ему придется возмещать Комову ущерб из собственных средств. Пока он этого не сделал, при этом продал свою "Тойоту" матери за 100 000 руб. Комов решил, что сделка купли-продажи является мнимой и совершена лишь чтобы избежать возможного взыскания на автомобиль. Он пришел к такому выводу, поскольку стороны являются близкими родственниками, а договор купли-продажи заключен через неделю после ДТП. Поэтому Комов обратился в суд с требованием признать указанный договор недействительным, применить последствия недействительности ничтожной сделки и взыскать судебные расходы.

В суде выяснилось, что деньги по сделке не передавались, у матери Марченко нет водительских прав, автомобиль все еще находится в распоряжении Марченко, который допущен к его управлению и продолжает им пользоваться. Тем не менее Грязинский городской суд Липецкой области, а вслед за ним и судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в удовлетворении иска отказали. Суды сочли, что истец не представил доказательств мнимости сделки. По их мнению, родственные отношения между продавцом и покупателем ничего не подтверждают. Также судами отмечено, что об исполнении договора свидетельствует факт перерегистрации машины в ГИБДД и покупка матерью ответчика ОСАГО.

Тогда Комов обратился с кассационной жалобой в ВС. Тот решил, что действия ответчиков по заключению договора купли-продажи не были исследованы с учетом всех обстоятельств. По мнению ВС, апелляция не определила цель, которую преследовали стороны. В апелляционном определении нет результатов оценки каждого из представленных доказательств в отдельности, а также их взаимосвязи. Поэтому ВС отменил это определение и направил дело на новое рассмотрение в суд второй инстанции (№ 77-КГ17-22).

ВИДЕОЛЕКЦИИ LF ACADEMY

"Это дело является типичным примером попытки защитить свое имущество от обращения на него взыскания. Поскольку суды не установили действительную правовую волю сторон, направленную на исполнение сделки, не дали полной оценки всем доказательствам и показаниям свидетелей, суд направил дело на новое рассмотрение", – отметила старший юрист "ФБК Право" Елизавета Капустина. "Подход ВС призывает суды нижестоящих инстанций при рассмотрении дел, в которых поведение сторон в значительной мере обусловлено мотивационными факторами, отходить от формальной оценки доказательств и досконально исследовать все обстоятельства дела", – заявил партнер, руководитель практики "Судебные споры и банкротство" Althaus Group Андрей Бежан. При этом советник практики разрешения споров Lidings Александр Попелюк считает, что вероятность сохранения апелляционным судом отказного решения в силе весьма реалистична.

Все юристы сошлись на то, что это дело крайне ценно для правоприменения. "Определение ВС имеет важное правовое значение. Оно не только защищает права конкретного истца, но и упорядочивает гражданские правоотношения. Это определение напомнит гражданам, решившим уйти от ответственности посредством недобросовестного поведения, о неотвратимости наказания", – уверен директор ООО "Центр правового обслуживания" Анна Коняева. "Чаще всего сделки по выводу активов должника вне дел о банкротстве оспариваются на основании ст. 10 и ст. 168 ГК как совершаемые исключительно во вред кредиторам. В этом же деле ВС указал на необходимость применения ст. 170 ГК, квалифицировав сделку в качестве мнимой. Такой подход можно поприветствовать", – заявил юрист практик "Сделки и Корпоративное право" и "Разрешение споров" санкт-петербургского офиса ЮФ "Борениус" Артем Берлин.

Пленум Верховного суда о крупных сделках: как его применяют на практике

Пленум Верховного суда 26 июня 2018 года разъяснил, как судам разрешать споры о крупных сделках и сделках с заинтересованностью. Компании могут их заключить, а потом оспаривать, потому что нарушен особый порядок корпоративного одобрения такой сделки. Но если она совершена в ходе обычной текущей деятельности, тогда эти правила не работают. Чтобы отделить одно от другого, суды применяют не только закон, но и разъяснения Верховного суда. В нашей подборке читайте о трёх делах, где суды округов отменяли решения нижестоящих инстанций и опирались на Постановление Пленума ВС № 27.

Вместе или по отдельности

Крупной могут считать не только одну сделку, но и ряд взаимосвязанных сделок в целом. Как их определить, говорится в п. 14 постановления Пленума. О том, что сделки взаимосвязаны, могут говорить единая хозяйственная цель при заключении сделок, консолидация всего имущества у одного лица, непродолжительный период между несколькими сделками.

Это разъяснение применил АС Западно-Сибирского округа в деле о банкротстве МУП Осинниковского городского округа «Водоканал». Его конкурсный управляющий хотел признать недействительными несколько зачетов встречных требований с ПАО «Южно-Кузбасская ГРЭС» в 2018 году. Зачеты проводились на суммы от 1,8 млн до 3,3 млн руб., а всего – 38,2 млн руб. Управляющий доказывал, что «ЮК ГРЭС» знала о предбанкротном состоянии должника и следовала схеме, которую разработали аффилированные лица, чтобы получить долги в обход других кредиторов. При этом заявитель предлагал считать сделки взаимосвязанными. Их общая сумма превышала 1% от стоимости активов должника, что позволяло рассматривать их как крупные (временный управляющий подсчитал, что общая стоимость активов «Водоканала» составляет 365 млн руб.).

Но две инстанции не согласились с его аргументами (дело № А27-1310/2018). Они отказались рассматривать сделки как взаимозависимые. А если рассматривать суммы зачетов отдельно, то крупными эти сделки нельзя было назвать. Ничего подозрительного в них суды не увидели. Они указали, что зачеты были обычными текущими сделками, а должник расплачивался за электроэнергию, что важно для продолжения хозяйственной деятельности.

С этим не согласился управляющий, который подал жалобу в АС Западно-Сибирского округа. Он настаивал, что его подозрения обоснованные. Кроме того, управляющий обратил внимание, что нижестоящие инстанции отказались считать сделки взаимосвязанными и никак не обосновали свое решение.

Суд округа согласился с доводами заявителя. В том числе с тем, что необходимо «объединить» зачеты, чтобы оценить итоговую сумму (превышает она или нет 1% от стоимости активов должника). Здесь АС ЗСО сослался на п. 14 Постановления Пленума № 27, где говорится, что взаимосвязанные сделки может объединять единая хозяйственная цель. В качестве сделок может выступать ряд хозяйственных операций. «Поскольку суды установили, что зачеты объединены единой целью погашения задолженности за электроэнергию, надо было брать общую сумму, чтобы узнать, превышен однопроцентный барьер или нет», – указал АС ЗСО. С этими и другими указаниями он вернул материалы в первую инстанцию (спор пока не рассмотрен).

Обычная сделка или нет

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности [а не крупной], пока не доказано иное, говорится в п. 9 Постановления Пленума № 27. Это разъяснение нашло применение в деле № А34-11207/2017, где участник управляющей компании «Дом» Сергей Забава требовал признать недействительным соглашение о переуступке долга. Его 1 мая 2017 года заключили УК «Дом», УО «Риск ЖЭУ» и «Шуховской полигон ТБО». «Риск ЖЭУ» – это прежняя управляющая компания нескольких многоквартирных домов в Кургане, которая обанкротилось. Раньше она платила «Шуховскому полигону ТБО» за вывоз твердых бытовых отходов. УК «Дом» – новая управляющая организация, которая заключила свой договор с «Шуховским полигоном». Кроме того, она обязалась отвечать за долги старой управляющей компании в размере 279 537 руб. Это и было написано в соглашении о переуступке долга, которое оспаривал участник УК «Дом» Забава (одновременно был участником обанкротившейся компании «Риск ЖЭУ»).

Иначе на дело взглянул АС Уральского округа. Он напомнил, что любая сделка считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, если не доказано иное (п. 9 Постановления Пленума ВС № 27). Истец указывал, что договор был для УК «Дом» безвозмездным, но этого еще недостаточно, чтобы доказать его необычный характер, говорится в постановлении кассации. Ведь в деле нет доказательств, что сделка вынудила «Дом» прекратить деятельность, существенно изменить ее масштабы или вид. АС УО также принял во внимание, что Забава является участником обеих управляющих компаний. Также, по мнению кассационной тройки судей, ничем не обоснован довод, что «Шуховской полигон» мог знать о крупном характере сделки. А то, является ли он монополистом или нет, вообще к делу не относится.

С такими выводами суд округа отказал в признании перевода долга недействительным.

Баланс или бухгалтерская справка

Крупная сделка – это такая, которая выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, а цена или балансовая стоимость имущества по сделке составляет от 25% балансовой стоимости активов общества (ст. 46 закона об ООО). П. 12 постановления Пленума ВС разъясняет, где найти балансовую стоимость активов. Это, согласно общему правилу, годовая бухгалтерская отчетность на 31 декабря года, предшествующего сделке. А если общество обязано составлять промежуточную отчетность, то надо ориентироваться на нее.

На это указал нижестоящим судам АС Дальневосточного округа в деле № А59-1801/2017. Там «Водолазная компания» требовала признать недействительным допсоглашение к договору аренды земельного участка с Южно-Сахалинском. Согласно этому документу, в 2017 году «Водолазная компания» с согласия собственника передала права аренды ПСК «Жилспецстрой». Но теперь прежний арендатор оспаривал соглашение, поскольку это является крупной сделкой, заключенной без надлежащего одобрения с его стороны.

«Водолазная компания» одержала победу в двух инстанциях. Рыночная стоимость прав и обязанностей по договору аренды, согласно отчету, составила 22,2 млн руб. Согласно бухгалтерской справке, стоимость участка и основных средств оценивалась в 9,6 млн руб. Из этого суды сделали вывод, что сделка крупная, и признали допсоглашение недействительным.

Но АС Дальневосточного округа указал на ошибки в решениях нижестоящих инстанций. Согласно Постановлению Пленума ВС № 27, балансовая стоимость активов устанавливается на основании годовой бухгалтерской отчетности. Бухгалтерская справка, которой руководствовались суды, не отражает состав и стоимость всех активов общества, отметила кассация в своем постановлении. Кроме того, справка не относится к документам, которые подтверждают балансовую стоимость активов общества. С такими выводами АС ДВО отправил дело на пересмотр.

Там первая инстанция отказала в иске. Согласно балансу на соответствующий год, активы «Водолазной компании» составляли 5,8 млн руб., а стоимость права аренды – 3,8 млн руб. Таким образом, цена сделки все равно превысила 25% стоимости активов. Но суд нашел неподтвержденный факт, что она привела к прекращению деятельности общества, изменению ее вида деятельности, существенному изменению масштабов. Решение устояло в апелляции.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: