Тождественный иск в гражданском процессе это

Обновлено: 15.04.2024

Проблема тождественности исков зачастую бывает неочевидна, в то время как от правильности ее решения зависит важнейшее процессуальное право – право на судебную защиту.

Судебная коллегия Верховного суда рассмотрела неоднозначный вопрос о том, можно ли признать тождественными иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения и иск о признании права собственности отсутствующим на один и тот же объект недвижимости.

Обстоятельства данного дела следующие. Западно-байкальский межрайонный прокурор (далее – "Прокурор", "Истец"), обратился в суд с исковым заявлением к Сергею Галухину (далее – "Ответчик") о признании права собственности отсутствующим в связи с выявленным фактом незаконного формирования и приобретения в собственность земельных участков. По утверждению прокурора, участки частично расположены на землях лесного фонда Российской Федерации.

Постановлением мэра Иркутского района от 3 июня 1996 г. в соответствии с действующими на тот момент нормативно-правовыми актами, государственные земли были бесплатно переданы в коллективно-долевую собственность КСХП "Знамя Ленина"; часть земель также была передана в аренду и часть – в общую совместную собственность.

В 2009 г. на основании Постановления мэра Иркутского района от 3 июня 1996 г. в счет земельных долей из земель коллективно-долевой собственности КСХП "Знамя Ленина" были переданы земельные участки в собственность физическим лицам. Процедура сопровождалась предварительной публикацией в СМИ информации об участках и об отсутствии возражений относительно такого выдела. После этого участки были поставлены на учет как земли с/х назначения с разрешенным использованием для ведения личного подсобного хозяйства.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 10 сентября 2018 (далее – "Суд апелляционной инстанции") решение суда первой инстанции было отменено, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что запись в ЕГРП о регистрации права собственности за ответчиком нарушает права Российской Федерации, поскольку земли ответчика располагаются на землях Российской Федерации, в связи с чем следует признать право собственности ответчика отсутствующим.

Президиум Иркутского областного суда (далее – "Суд кассационной инстанции") Постановлением от 18 февраля №44г-10/2019 Апелляционное определение по данному гражданскому делу отменил, направил на новое апелляционное рассмотрение в ином составе судей.

Воспроизводя смысл п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 №10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд кассационной инстанции указал, что признание права собственности отсутствующим является исключительным способом защиты права, который может быть применен только при невозможности восстановить нарушенное право путем истребования имущества из чужого незаконного владения. Суд кассационной инстанции предметом доказывания по делам о признании права собственности отсутствующим указал три обстоятельства:

Суд кассационной инстанции посчитал невозможным установить идентичность объектов, находящийся в собственности у Российской Федерации и ответчика, в связи с чем пришел к вводу, что истцом избран ненадлежащий способ зашиты права.

Кроме того, суд кассационной инстанции отметил, что суд апелляционной инстанции не учел, что "обращаясь к тому же ответчику и в отношении земельных участков по тем же адресам и с теми же кадастровыми номерами, ссылаясь на те же фактические обстоятельства, которые ранее получили оценку в решении Иркутского районного суда Иркутской области от 11 февраля 2011 г., Истец пытается преодолеть вступившее в законную силу решение суда"

Интересно, что Верховный суд никак не комментирует вывод о тождестве исков, указывая лишь на то, что суд кассационной инстанции "не указал, какие именно действия прокурора, выступающего от лица Российской Федерации, являются попыткой преодолеть вступивший в законную силу судебный акт." Из такой формулировки можно сделать вывод о том, что Верховный суд не отрицает возможности тождественности таких исков в принципе, однако такое тождество подлежит доказыванию.

Виндикационный иск, то есть иск об истребовании вещи от не владеющего собственника к владеющему не собственнику, применительно к недвижимости означает оспаривание записи в ЕГРН. Иск о признании права собственности отсутствующим также направлен на оспаривание записи в ЕГРН, однако схожий результат не означает тождественность данных исков.

Для виндикационного иска необходимо доказать следующие обстоятельства:

Ключевым пунктом для виндикации является вопрос владения спорным имуществом. Судом первой инстанции был установлен факт владения ответчиком спорных земельных участков, который в последующем не оспаривался.

Кроме того, как отмечает Евгений Алексеевич Суханов, для иска о признании права собственности отсутствующим иррелевантна добросовестность или недобросовестность приобретателя вещи[1]. Однако в рассматриваемых судебных актах, которые будут рассмотрены ниже, данный вопрос не поднимался, упор был сделан на вопрос владения спорным имуществом, но, тем не менее, данный момент нужно учитывать.

Для иска о признания права собственности отсутствующим принципиальна важна регистрация права как за лицом, обращающимся с таким требованием, так и за лицом, чье право оспаривается путем предъявления такого иска. Иск о признании права собственности отсутствующим может быть предъявлен только владеющим собственником к лицу, которое также указано в реестре.

Верховный суд в обзоре указывает, что основание для предъявления виндикационного иска и иска о признании права отсутствующим не совпадают. Более того, если права собственника могут быть защищены виндикационным иском, то иск о признании права собственности отсутствующим не может быть удовлетворен. Из этого положения следует вывод о том, что наличие оснований для предъявления виндикационного иска блокирует возможность удовлетворения иска о признании права собственности отсутствующим. Аналогичный вывод содержится и в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019).

При этом Верховный суд указывает, что возможность обращения с требованием о признании права собственности на недвижимое имущество отсутствующим предоставлена лицу, которое является не только собственником спорного имущества, но и одновременно является лицом, владеющим этим имуществом.

Таким образом, вывод Президиума Иркутского областного суда о тождестве виндикационного иска и иска о признании права собственности отсутствующими, я считаю ошибочным. Данные иски имеют разный предмет и разное основание. Отказ суда истребовать недвижимое имущества не препятствует признанию права собственности на это имущество отсутствующим. Другое дело, что при одних и тех же фактических обстоятельствах одно из этих требований должно быть признано ненадлежащим способом защиты права. Применительно к данному делу есть все основания полагать, что лицом, владеющим спорными земельными участками, был именно ответчик, поэтому надлежащим способом защиты был виндикационный иск. Поэтому, полагаю, судом кассационной инстанции при повторном рассмотрении дела в иске должно быть отказано в связи с выбором ненадлежащего способа защиты права.

[1] Суханов Е.А. Вещное право: научно-познавательный очерк. М.: Статут, 2017. 560 с.

Процессуальное законодательство позволяет суду отклонить тождественные иски. Но не всегда тождество исков очевидно. Рассмотрим подробно, какие иски считаются тождественными, в каких случаях суды по данному основанию прекращают производство и как защитить свои интересы, минуя возможность отказа в судебной защите по причине тождественности иска.

Новый иск - хорошо забытый старый

Одним из оснований для прекращения производства по гражданскому делу является наличие вступившего в законную силу и принятого по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решения суда или определения суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения, а также принятое по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям решение третейского суда, за исключением случаев, если суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда (ст. 220 ГПК РФ).

Аналогичная норма содержится и в п. п. 2 и 3 ч. 1 ст. 150 АПК РФ с той лишь разницей, что в арбитражном процессе дается более развернутый перечень случаев тождества исков: помимо вступившего в законную силу принятого по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебного акта арбитражного суда, суда общей юрисдикции или судебного акта третейского суда, если только не отказано в выдаче исполнительного листа на его принудительное исполнение, в законе также указан судебный акт компетентного суда иностранного государства, если только не отказано в его признании и приведении в исполнение.

Не будем повторяться

Предметом иска является материально-правовое требование истца к ответчику, а основанием - те фактические обстоятельства, которые лежат в основе его требований, ссылки на них обосновывают и подтверждают исковые требования. Фактическая основа иска будет отличаться от ранее рассмотренного дела уже даже в том случае, когда иные обстоятельства приводятся в иске: например, новое решение налогового органа с требованием погасить недоимку по обязательным платежам в бюджет (Апелляционное определение Кировского облсуда от 16.12.2014 по делу N 33-4389).

Иными словами, прекращение производства по делу является крайней мерой, которая применяется в исключительных случаях, когда судом установлено полное тождество исков и отсутствие оснований повторно рассматривать то же самое дело, которое уже было разрешено судебным актом. Прекращение производства по делу позволяет исключить вынесение различных судебных актов по аналогичным делам.

Если, например, истцом заявлено требование о взыскании неосновательного обогащения, которое ранее уже рассматривалось судом в отношении того же ответчика, то необходимо выяснить, совпадают ли периоды, за которые взыскивается неосновательное обогащение. Равным образом решается вопрос и в отношении дел о нарушении исключительных прав на средства индивидуализации: если периоды, в течение которых были допущены нарушения, не совпадают, то оснований для прекращения производства по делу не имеется (Постановление АС МО от 08.05.2013 по делу N А40-132161/12-19-1104).

Истец может повторно обратиться за взысканием долгов, если в своем новом иске он ссылается на иные основания: если ему отказали во взыскании вексельного долга по мотиву дефекта формы ценной бумаги, он не лишен возможности потребовать взыскания задолженности по документу как по обычной долговой расписке (п. 6 Обзора практики разрешения споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте, утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 25.07.1997 N 18).

Истец вправе взыскать остаток невзысканного долга или неустойку (Постановление Президиума ВАС РФ от 27.07.2004 N 2353/04), кроме случая, когда по первому делу было заключено мировое соглашение, поскольку в этом случае в силу принципа эстоппель истец лишается права выдвигать новые требования. Не включив в текст мирового соглашения условия о разрешении тех или иных требований, связанных с предметом спора, стороны теряют право в дальнейшем их заявлять. Такой подход не нарушает баланс интересов участников спора, поскольку они заключают мировое соглашение, исходя из существующих реалий и рассчитывая на ликвидацию спора полностью без риска для себя предъявления дополнительных требований со стороны процессуального оппонента. В ином случае мировое соглашение могло бы быть вообще не заключено (Постановление АС МО от 09.10.2014 N Ф05-11011/14).

Заключение мирового соглашения удовлетворяет интересам обеих сторон, и должник будет вправе рассчитывать на прекращение любых претензий материально-правового характера, связанных с нарушением обязательств, в том числе и по выплате штрафа. В ином случае сторонам следовало предусмотреть в мировом соглашения условия такой ответственности. Риск негативных последствий несет кредитор, который обладал соответствующим правом и должен был понимать, что судебная защита должна быть максимально эффективной и способствовать восстановлению его нарушенных прав, а мировое соглашение должно влечь прекращение конфликта как из основного обязательства, так и из всех дополнительных, связанных с ним обязательств. Выдвигая же новые требования, соответствующая сторона спора действует непоследовательно и нивелирует последствия прекращения спора, что противоречит правовой природе мирового соглашения (Постановление 9 ААС от 13.04.2015 N 09АП-10188/2015).

Второй заход с новыми требованиями

Получив отказ по ранее рассмотренному делу, истец не лишен возможности выбрать другой способ защиты, который позволит ему отстоять свои законные интересы.

Если истцу отказано во взыскании долга по выданному займу по мотиву того, что не доказано возникновение между ним и ответчиком заемного обязательства, он не лишен возможности заявить о взыскании денег по иному основанию (возмещение убытков, взыскание неосновательного обогащения и др.). При отказе в иске о признании многоквартирного дома аварийным и предоставлении благоустроенного жилого помещения истец не лишен возможности подать новый иск о взыскании своих убытков в виде расходов, понесенных на ремонт жилого помещения, поскольку данные требования имеют различный предмет (Апелляционное определение Рязанского облсуда от 02.04.2014 по делу N 33-657).

При отказе в иске о выселении и снятии с регистрационного учета гражданина по мотиву отсутствия права заявлять такое требование истец в дальнейшем не лишен права вновь его предъявить, если у него изменятся фактические обстоятельства: например, ранее он не был собственником квартиры, из которой хотел выселить ответчика, а теперь стал в результате сделки или по иному основанию, что дает ему права ставить вопрос о прекращении права пользования жилым помещением у ответчика (Апелляционное определение Кемеровского облсуда от 21.10.2014 N 33-10434).

Истец, реализовавший право на возмещение ущерба, причиненного его здоровью в результате ДТП, не лишен в дальнейшем возможности взыскать с ответчика иные свои расходы на восстановление здоровья, если уже после лечения у него выявятся признаки новых заболеваний, о которых ранее известно не было. В первоначальном иске требования истца не обосновывались ссылкой на конкретное заболевание, поэтому во втором иске он вправе потребовать полного возмещения всех понесенных расходов (Апелляционное определение Красноярского краевого суда от 17.06.2013 по делу N 33-5250/2013).

Однако не может считаться новым иском такое требование, которое ранее уже заявлялось с точно такими же фактическими основаниями, а в новом иске использована иная методика или формула расчета долга, процентов, иных платежей, которые ранее истцом не использовались, равно как и представление им новых доказательств, поскольку указанные обстоятельства не свидетельствуют о различиях в поданных исках (Постановление ФАС УО от 29.09.2009 N Ф09-7297/09-С6).

Когда нельзя прекратить производство

Следует учитывать, что полное тождество исков имеет место лишь в случае, когда стороны участвовали в ранее рассмотренном деле, то есть когда они извещались о времени и месте судебного разбирательства. Если они не явились в судебное заседание, они все равно считаются принявшими участие при наличии доказательств их надлежащего извещения, поскольку им была предоставлена процессуальная возможность участвовать в разбирательстве дела и приводить свои аргументы.

Не считается участием в рассмотрении аналогичного дела для целей применения правила о полном тождестве исков случай, когда у истца имелась возможность принять участие в первом деле, но закон не обязывал этого делать и не исключал возможности обратиться с самостоятельными исковыми требованиями.

Так, в одном деле суд, прекращая производство по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения и об установлении режима общей долевой собственности на ряд нежилых помещений, исходил из того, что ранее арбитражным судом рассматривалось аналогичное дело по иску группы лиц в соответствии с главой 28.2 АПК РФ, и истец имел возможность присоединиться к указанному иску, однако не сделал этого.

Однако с таким подходом не согласился вышестоящий суд, указав, что во втором деле нет полного тождества исков, субъектный состав различается, учитывая, что истец не принимал участия при рассмотрении первого дела. Наличие закрепленной законом возможности принять участие в рассмотрении дела по иску группы лиц обусловлено целями процессуальной экономии и обеспечения возможности более эффективной судебной защиты всех участников процесса. Однако истец не лишен возможности отказаться по своему усмотрению от использования данного процессуального механизма и предъявить свой отдельный иск в самостоятельном порядке, что исключает возможность прекращения производства по такому делу (Апелляционное определение Мосгорсуда от 24.06.2014 по делу N 33-22400).

Полного тождества исков не будет также в ситуации, когда ранее с аналогичным требованием обращался прокурор в защиту прав и законных интересов неопределенного круга лиц, а сам истец по второму делу участвовал в разрешении первого спора в качестве третьего лица, то есть уже реализовал право на судебную защиту. Предъявление иска прокурором в защиту интересов неопределенного круга лиц не влияет на тождество судебных дел и не исключает права истца обратиться со своим иском в самостоятельном порядке.

К такому выводу в одном деле пришел суд, удовлетворяя иск об обязании восстановить энергоснабжение отключенной катодной станции, расположенной на внешней стене многоквартирного дома и предназначенной для защиты стальных газопроводов от электрохимической коррозии. Несмотря на то что ранее уже был удовлетворен иск прокурора по такому же требованию, суд признал, что оснований для прекращения производства по делу не имеется, поскольку истец действует самостоятельно и не зависит от процессуальных действий прокурора (Постановление Президиума ВАС РФ от 05.03.2013 N 13874/12).

Даже при наличии полного тождества исков суд не вправе прекратить производство по делу, если им будет установлено, что отношения сторон носят длящийся характер (Апелляционное определение Мосгорсуда от 18.02.2014 по делу N 33-3087). Если в ранее рассмотренном деле было определено место жительства несовершеннолетнего ребенка с одним из родителей, вступивший в законную силу судебный акт об этом не является препятствием для того, чтобы в дальнейшем вновь поставить перед судом вопрос об определении места жительства ребенка.

Это может быть связано, в частности, с ухудшением жилищных условий у родителя, с которым ребенок остался проживать, его материального положения и других факторов. В такой ситуации оставление ребенка с ним нарушает его права и законные интересы, и такой формальный критерий, как тождество исков, не сможет являться достаточным для отказа в рассмотрении по существу нового иска.

Равным образом это касается и случая, когда супруги хотели развестись, затем передумали и прекратили производство, а затем передумали и решили все-таки развестись. Наличие ранее вступившего в законную силу судебного акта о прекращении производства в связи с отказом от иска или с заключением мирового соглашения не препятствует рассмотрению нового дела, поскольку отношения сторон носят длящийся характер.

Мы используем файлы Cookie. Просматривая сайт, Вы принимаете Пользовательское соглашение и Политику конфиденциальности.

Подборка наиболее важных документов по запросу Тождественность иска гпк (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика: Тождественность иска гпк

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Тождественность иска гпк

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
"Упрощенные производства в гражданском судопроизводстве"
(Бортникова Н.А.)
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2019) Законодательные новеллы, позволившие не составлять мотивированное судебное решение в рассматриваемом и других случаях, отрицательно оцениваются многими авторами. Действительно, "судебное решение, не содержащее мотивов его принятия, не вписывается в существующую концепцию процессуального законодательства и в этой связи не только входит в противоречие со ст. 67 и 195 ГПК РФ, но и одним фактом своего существования порождает новые проблемные вопросы (о преюдиции, о тождественности исков, о возможности обжалования немотивированного решения, о восстановлении срока на подачу заявления о составлении мотивированного решения и др.)" . Однако не следует забывать, что судебное решение - это результат инициативного обращения в суд истца/заявителя и оно принимается прежде всего для самих сторон. Если стороны интересует только резолютивный вывод суда по делу и они не намерены знакомиться с текстом, описывающем основание этого вывода, не намерены обжаловать судебный акт, то разумно и возможно экономить время судьи за счет освобождения его от обязанности составлять мотивировочную часть решения. Законодатель позволяет суду лишь с согласия сторон и по предусмотренной несложной категории дел экономить время при оформлении процессуального итогового документа. В остальных случаях мотивирование судебного решения необходимо и немотивированность продолжает оставаться основанием для отмены решения в связи с нарушением норм процессуального права независимо от доводов апелляционной или кассационной жалобы .

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
"Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации"
(постатейный)
(4-е издание, исправленное и переработанное)
(под ред. В.В. Яркова)
("Статут", 2020) Итак, в п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК идет речь о принятых судебных актах государственных и иностранных судов по тождественным искам. Понимание тождественности исков для законодателя традиционно: здесь используется совокупность трех элементов - субъектный состав, предмет и основание иска. Если сравнить с аналогичными нормами в ГПК и КАС, то можно обнаружить единственное отличие - вместо термина "стороны" в АПК употребляется понятие "лица". Однако это не ведет к искажению смысла. Дело в том, что истцом для целей определения тождественности исков следует считать не только "обычного" истца, но и истца по встречному иску, а также третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора. Если в первых двух случаях терминологически допустимо говорить о "сторонах", то при предъявлении иска третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, к изначально спорящей "паре" (собственно сторонам - истцу и ответчику) добавляется еще одна или две (третье лицо может предъявить иск как к одной из сторон, так и к обеим сразу). И вот для этого последнего случая более корректным будет выражение "спорящие лица". Одновременно подобное выражение как родовое понятие вполне может использоваться и для первых двух случаев. Поэтому полагаем, что в АПК - по сравнению с ГПК и КАС - использован содержательно более точный термин.

Нормативные акты: Тождественность иска гпк

"Обзор судебной практики по делам, связанным со взысканием алиментов на несовершеннолетних детей, а также на нетрудоспособных совершеннолетних детей"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.05.2015) Как правильно указал суд апелляционной инстанции, отказывая в принятии искового заявления, мировой судья не учел, что правоотношения по воспитанию детей, как и иные семейные правоотношения, носят длящийся характер, поэтому применение правил о тождественности исков и отказ в связи с этим в принятии заявления допустимы не во всех случаях. В соответствии с частью 3 статьи 209 ГПК РФ, если после вступления в законную силу решения суда, на основании которого с ответчика взыскиваются периодические платежи, изменяются обстоятельства, влияющие на определение размера платежей или их продолжительность, каждая сторона путем предъявления нового иска вправе требовать изменения размера и сроков платежей. В силу пункта 1 статьи 119 СК РФ по требованию любой из сторон суд вправе изменить установленный размер алиментов, если после установления в судебном порядке размера алиментов изменилось материальное или семейное положение одной из сторон. Суд апелляционной инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что иск предъявлен по иным основаниям, чем разрешенный судом ранее. После вынесения решения, которым ответчик был лишен родительских прав и с него взысканы алименты на дочь в долевом отношении к заработку, изменились обстоятельства, а именно ответчик сменил место работы и скрывает свой действительный доход. С учетом данных обстоятельств заявитель просила взыскать алименты в твердой денежной сумме.

"Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.07.2011) Некоторые судьи, отказывая в принятии заявления по п. 2 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ в связи с тем, что имеется вступившее в законную силу решение суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям, не всегда учитывали, что правоотношения по воспитанию детей, как и иные семейные правоотношения, носят длящийся характер, поэтому применение правил о тождественности исков и отказ в связи с этим в принятии заявления допустимы не во всех случаях. Например, нельзя признать обоснованным отказ в принятии искового заявления между теми же сторонами, о том же предмете, когда из заявления усматривается, что изменились фактические обстоятельства, условия воспитания детей, служившие основанием ранее предъявленного иска.

Нами были рассмотрены и изучены такие свойства законной силы судебного решения как исполнимость и неопровержимость, теперь пришло время перейти к свойству исключительности.

Под свойством “исключительности следует понимать, такое свойство вступившего в законную силу судебного решения, вследствие которого судебное решение исключает возможность вторичного рассмотрения того же спора между сторонами или того же заявления, жалобы или бесспорного требования заинтересованного лица” (Зейдер Н.Б. “Судебное решение по гражданскому делу. М. Юридическая литература, 1966 С.136)

Законодательно свойство исключительности законодательно закреплено в ч. 2 ст. 209 ГПК РФ “После вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.”

Правовым последствием предъявления тождественного иска законодательно закреплен в п.2 ч.1 ст.134 ГПК РФ, так судья отказывает в принятии искового заявления, в случае если имеется вступившее в законную силу решение суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.

С вопросом исключительности судебного решения тесно связан вопрос внутреннего и внешнего тождества исков.

Так под внутренним тождеством иска следует понимать тождество первоначального и измененного в ходе судебного заседания иска. В данном случае, сравниваются элементы одного и того же иска в разных его состояниях на различных этапах судопроизводства. Кроме того сравниваются элементы иска с содержанием судебного решения. (Осокина Г.Л. Иск. Теория и Практика С. 125-135)

Под внешнем тождеством иска следует понимать, тождественность элементов иска таких как основание, предмет, стороны будут иметь место быть если факты, являющиеся элементами данного иска возникли до вынесения судом решения.

Одну из недавних статей в Журнале РШЧП я начинал с мысли о том, как много интересных вопросов в праве обязано своим появлением глупости или наглости. Хотя, конечно, наверное, это одно и тоже. И к этому надо относиться совершенно спокойно и с юмором, как и ко всем несерьёзным вещам. В противном случае рискуешь пропустить действительное важное.

Последующая дискуссия на конференции по частному праву и процессу привела меня к выводу о том, что некоторые, совсем необязательные, проблемы процесса обязаны своим существованием влиянию цивилистов, оперирующих понятиями материального права в споре по поводу толкования процессуальных норм. Повесим это ружье пока здесь. Выстрелит оно по ходу заметки (возможно, в меня).

Постановка проблемы на примере реального дела с комичной завязкой

Компания обратилась с иском о взыскании задолженности по договору и неустойки за период с момента начала просрочки денежного обязательства до (практически) даты вынесения решения. Суд вынес Решение, требования удовлетворил частично, снизил размер подлежащей уплате неустойки до соразмерного (статья 333 ГК РФ).

Прошел год, и в отношении ответчика вводится наблюдение. Суд включил в реестр требований кредиторов взысканную сумму, в том числе неустойку. Затем суд принял к производству заявление этой же Компании о включении в РТК неустойки, рассчитанной в соответствии с тем же договором за период с момента (практически) вынесения Решения суда и до даты введения наблюдения за ответчиком. Суд удовлетворил заявление Компании, включив требования в полном объеме соответствующим образом.

Так совпало, что Компания являлась еще и заявителем в деле о банкротстве ответчика и именно она предложила кандидатуру управляющего (точнее СРО). Этот управляющий не заявил о несоразмерности неустойки в первой инстанции, а в апелляционном суде отстаивал обратное, несмотря на Решение. Первый и апелляционный суд посчитали, что ответчик такого заявления тоже не делал. Так совпало, что заявление о снижении неустойки оказалось не в соответствующем заявлению кредитора томе материалов дела, а в другом томе, но по требованиям того же заявителя.

Ответчик идет в кассационный суд, а по пути размышляет о важном

Мы четко понимаем разницу между изменением предмета иска и увеличением или уменьшением исковых требований. Если я в иске попросил взыскать 100 рублей, а потом, например, пересчитал проценты до даты вынесения решения и попросил 150 рублей, то я увеличил исковые требования. Если я вместо передачи имущества попросил взыскания его стоимости, то я изменил предмет иска. Предмет иска – это материально-правовое притязание истца, как считают вышестоящие суды, и размер здесь не имеет значения.

При этом мы не видим противоречия между сказанным выше и возможностью до-взыскания процентов за периоды после вынесения решения суда. Если, в худшем случае, еще до постановления Пленума Верховного Суда РФ № 7 мы могли задаться вопросом: «как тогда должен отвечать ответчик за просрочку исполнения после вынесения решения, если истец будет лишен права на еще один иск?», то сегодня ответ на вопрос есть в пункте 65 упомянутого выше постановления - истец имеет право заявить о взыскании неустойки до момента фактического исполнения судебного акта.

Действительно, в данном деле с ответчика в пользу Компании неустойка взыскана за период предшествующий вынесению Решения, а нижестоящие суды включили в РТК неустойку по тому же договору за период после вынесения Решения и до введения наблюдения. Тем не менее, Компания не воспользовалась правом заявить о взыскании неустойки до момента фактического исполнения судебного акта.

Я слышал совершенно искренние аргументы юристов о том, что нельзя лишать истца процентов только лишь потому, что истец позабыл заявить о взыскании процентов до момента фактического исполнения. Однако, по-моему, совершенно справедливо, что исходя из принципов состязательности арбитражного процесса и автономии воли в материальных отношениях истец может и должен нести соответствующие последствия не совершения данных действий. Мы здесь все профессионалы, с 1 октября по крайнем мере. Бывает и такое, что ответчик не заявил о снижении неустойки, которая в сотни раз превышает все приличные ставки, и такому ответчику совершенно справедливо скажут, что это его проблемы.

В целом, если смотреть со стороны, то процесс о до-взыскании процентов выглядит странно. Истец ничего не должен доказывать, ответчик ничего не может доказывать. Все уже установлено решением суда по первому делу, но дело рассматривается в порядке искового производства. То есть задача суда в виде полного и окончательного разрешения спора не выполнена. С.В. Сарбаш в таких случаях говорит: «Правосудие не состоялось». А сейчас вроде как и спора нет, но дело есть.

Первое, что скажут оппоненты: истец распоряжается своими правами как хочет!

Предлагаю обратить внимание на определение ВАС РФ от 31.10.2011 №ВАС-11738/11о передаче дела в Президиум.

Кассационный суд прекратил производство по делу, указав, что заявлено требование о взыскании задолженности за период с 01.06.2006 по 12.09.2006, а в предшествующем деле - за период с мая по сентябрь 2006 года. Таким образом, период, за который истец взыскивает задолженность, является частью того периода, за который она уже взыскана по другому делу. То обстоятельство, что истец заявил о взыскании большей суммы, чем в первом деле, не является основанием для вывода об изменении предмета спора. Поскольку по первому делу имеется вступившее в законную силу решение по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям, суд кассационной инстанции посчитал, что производство по делу подлежало прекращению.

Судья ВАС РФ, передавая дело на рассмотрение в Президиум, не согласилась с кассационным судом. Мотивы были следующие.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 27.07.2004 № 2353/04 указано на то, что предметом иска является материально-правовое требование истца к ответчику о совершении определенных действий, воздержании от них, признании наличия или отсутствия правоотношения, изменении или прекращении его. Изменение предмета иска - это изменение материально-правового требования истца к ответчику. Основание иска - это обстоятельства, на которые ссылается истец в подтверждение исковых требований к ответчику. Изменение основания иска - изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Судья ВАС РФ посчитала, что поскольку исковые требования были увеличены, то основание иска по настоящему делу осталось таким же, а предмет же изменился. Также судья ВАС РФ указала, что обращаясь с иском по первому делу, истец распорядился принадлежащим ему процессуальным правом на предъявление иска и определил для себя объем испрашиваемой у суда защиты.

Но Президиум ВАС РФ с судьей не согласился и оставил в силе постановление кассационного суда о прекращении производства по делу (постановление Президиума ВАС РФ № 11738/11 от 24.01.2012).

Президиум ВАС РФ подтвердил, что увеличение исковых требований – не есть изменение предмета. Статья 49 АПК РФ не даром разделяет эти процессуальные действия. При увеличении размера исковых требований предмет иска всегда остается прежним (например, взыскание денежных средств).

«То обстоятельство, что общество в настоящем деле заявило о взыскании большей суммы, чем в деле № А14-10301/2009/342/6, не является основанием для вывода об изменении предмета спора…. Следовательно, по настоящему делу остались без изменения основание иска – пользование ответчиком нежилыми помещениями, принадлежащими истцу, и предмет иска – требование общества о взыскании с предпринимателя долга»(стр.2 и 5 постановления Президиума ВАС РФ).

Из этого постановления следует: аргумент о том, что истец может распоряжаться процессуальным правом как угодно, во-первых, вступает в противоречие со статьей 150 АПК РФ, поскольку предмет иска остается прежним, а во-вторых, процессуальным правом можно распоряжаться, но нельзя им злоупотреблять.

Доктрина злоупотребления процессом имеет тесную связь со статьей 150 АПК РФ и закрепленным там принципом res judicata.

Этот правовой принцип закреплен не только в российском, но и в международном праве, а также кодексах других стран (см., например, ст. 59(2)(е) Швейцарского ГПК, т. 1355 французского ГК, ст. 480 французского ГПК и др.).[1]

Недопустимость злоупотребления процессом и его повторения – одна из функций принципа res judicata, наряду с необходимостью правовой определенности и авторитета судебного решения.

Это метко иллюстрируют даже наименования доктрины в США и Англии: Claim preclusion(preclusion - пресечение действий), или Collateral estoppel estoppel– (лишение или утра возможности утверждать свое).

«[C]уд требует, чтобы участники процесса презентовали своё дело целиком, и не допускает, чтобы те же самые участники ставили в дальнейшем перед судом вопрос, который мог бы быть выдвинут для обсуждения в рамках разрешённого дела, но не был выдвинут, поскольку участники по небрежности, ошибке или чистой случайности просто отбросили часть своего дела. Заявление о применении Res judicata возможно не только в отношении вопросов, которые стороны требуют от суда разрешить, но в отношении любых вопросов, связанных с предметом спора, которые стороны при должном усердии должны были вовремя поднять» (Henderson v Henderson (1843) 3 Hare 100, 67 ER 313)[2].

В обсуждаемом деле суды, по моему убеждению, позволили истцу добиться цели повторения процесса, а именно – пересмотреть выводы суда.

В этот момент на гору Блаженства восходит цивилист и начинает объяснять. Вы, Павел, учились в РШЧП зря, не уяснили прописных истин. Во-первых, не противься злому. Во-вторых, новый период просрочки всегда есть новое обязательство, а значит новое основание, а значит условия для применения статьи 150 АПК РФ не соблюдаются, несмотря на тождество предмета иска.

Это по существу те же аргументы, с которыми я столкнулся, рассказывая о допустимости замены материально-правового предмета исполнения по правилам статьи 324 АПК РФ, которая, действительно, говорит о замене способа и порядка исполнения судебного акта.

Цивилист оперирует понятиями материального права. Однако статья 324 АПК РФ процессуальная. Ее функционал не ограничен изменениями модальности исполнения конкретной обязанности, но шире – охватывает вопросы конкурирующих способов восстановления нарушенного права (статья 4 АПК РФ). Способ исполнения судебного акта – это способ восстановления нарушенного права (процессуальный термин), а не способ исполнения обязательства (материальный термин). В противном случае при невозможности исполнения присужденной обязанности ответчиком истец оставался бы с неисполнимым судебным актом, что противоречит задачам правосудия. Истец был бы вынужден обращаться в суд вновь, повторяя весь первоначальный процесс.

Основание иска не идентично основаниям возникновения обязательства.

Основанием иска являются фактические обстоятельства. Основанием возникновения обязательства является юридический факт, который может быть как фактом реальным так и идеальным (сделка). Иногда основание иска составляет совокупность фактических обстоятельств, включающих юридические факты или обязательства ими порождаемые.

Продемонстрирую это на примере правил, по которым исчисляется давность по неустойке. Мы знаем, что по повременным платежам давность исчисляется отдельно по каждому платежу, что казалось бы укладывается в материально-правовую логику, но совершенно не укладывается в процессуальную(пункты 24, 25постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности"). В связи с этим исковая давность по требованию об уплате процентов за пользование чужими денежными средствами или неустойки по общему правилу может считаться истекшим лишь за период, превышающий три года до даты обращения в суд(см: определениеВС РФ от 18.05.2016 № 305-ЭС15-19057, постановление Президиума ВАС РФ от 05.03.2013 № 13374/12).

Совершенно реальный пример: решение суда о взыскании долга и процентов в 2012 году. Кредитор идет с новым иском в 2019 о взыскании процентов за 2012-2019 год, а суд применяет давность в отношении периодов с 2012 по 2016, но взыскивает с 2016 по 2019! За просрочку, которая началась в 2012 году. В чем суть давности, если не в том чтобы лишать исковой защиты требования по задавненным фактам? Истец мог сидеть и 30 лет, не подавая иск, а потом обратиться в суд. Следуя такому подходу суд должен был бы отказать во взыскании за период 27 лет, но взыскать за последние три года с ответчика, которые уже и думать забыл про это. Возражение об объективной давности принимаются только от тех, кто сначала мотивирует разницу в цели субъективной и объективной давности.

Следовательно, обозначенное в начале заметке противоречие должно, на мой взгляд, разрешаться путем признания принципов состязательности процесса, автономии воли сторон и res judicata: производство по этому делу и в тысячах подобных дел подлежало прекращению.

Вместо выводов: чем закончился рассмотрение кассационной жалобы и какие еще были аргументы.

Ответчик в суде ссылался на то, что о несоразмерности неустойки было заявлено в суде первой инстанции, но суд ему не поверил. Проверил, но не поверил.

Не убедили суд и рассуждения о том, что даже если бы ответчик о давности и не заявлял, а производство по делу не подлежало прекращению, то неустойка все равно подлежала снижению судом.

Логика ответчика примерно следующая. Неустойка является упрощенным способом возмещения убытков кредитора. По этой причине истец не доказывает состав и размер убытков (статья 330 ГК РФ)[3]. Но данная роль неустойки в то же время предполагает возможность ее снижения, чтобы не допустить обогащения истца, когда размер неустойки превышает размер предполагаемых убытков. Данный институт выполняет аналогичные функции не только в российском, но и в европейских правопорядках и воспринят таким образом в международных унификациях частного права[4].

В этой связи первоначальный подход ВАС РФ состоял в уменьшении размера неустойки независимо от заявления ответчика (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 № 17).

Подход поменялся в постановление Президиума ВАС РФ от 13.01.2011 № 11680/10 ипостановлени Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81:

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика (пункт 1 постановления Пленума ВАС РФ № 81).

Актуальный разъяснения все знают, с 1 октября точно.

Причина изменений в практике ВАС РФ кроется в ссылках на статью 1 ГК РФ, которая закрепляет принципы равенства, имущественной самостоятельности и автономии воли. Заявление должника требуется постольку, поскольку обратный подход – снижение неустойки судом ex officio являлось бы нарушением принципа автономии воли и принципа равенства, вмешательством суда в условия договора между сторонами.

Исходя из этого, в подобных делах, наверное, заявление о снижении неустойки не требовалось, поскольку ответчик уже выразил свою волю не ее снижение, и вмешательство со стороны суда не произойдет. Обратный же подход не учитывал бы волю ответчика и приводил к неосновательном обогащению кредитора.

Естественно, что все рассуждения выше о повторении процесса, тождестве предмета и оснований, функциях статьи 333 ГК РФ, недопустимости неосновательного обогащения были для кассационных судей рассуждением не возымели успеха.

Смотрела тройка судей на представителя ответчика как на князя Мышкина. Но, по причине озвученной в самом начале, возможно это и неплохо. Возможно, даже справедливо и у сказанного выше есть серьезные контраргументы, которые, например я, не учитываю. Все будет зависеть от того, что скажет Верховный суд в этом деле или в аналогичном, но в будущем.

[3]М.А. Ерохова. Комментарий к постановлению Пленума ВАС РФ от 22 декабря 2011 г. № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации // Вестник ВАС. 2012. № 3

[4]См. Договорное и обязательственное право (общая часть): постатейный комментарий к статьям 307–453 Гражданского кодекса Российской Федерации [Электронное издание. Редакция 1.0] / Отв. ред. А.Г. Карапетов. М.: М-Логос, 2017 (автор комментария к ст. 333 – Карапетов А.Г., Бевзенко Р.С.); Principles, Definitions and Model Rules of European Private Law. Draft Common Frame of reference (DCFR). Full Edition / Chr. von Bar, E. Clive, H. Schulte-Nölke (eds.). Comments to Art. III.–3:712. Р. 977

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: