Тактические основы проведения допросов в ходе судебного следствия

Обновлено: 16.08.2022

Журнал "Законы России: опыт, анализ, практика", N 5, май 2017 г., с. 54-57.

Одним из наиболее эффективных средств участия защитника в судебном доказывании является осуществление защитником допроса свидетелей стороны защиты и участие в допросе свидетелей обвинения, потерпевших. В первую очередь остановимся на особенностях допроса свидетелей защиты. В соответствии с ч.ч. 1, 3 ст. 275 УПК РФ подсудимого первыми допрашивают защитник и другие участники со стороны защиты, затем - государственный обвинитель и участники со стороны обвинения и только после этого - суд. Аналогичные правила установлены ч. 3 ст. 278, ч. 2 ст. 282, косвенно ч. 4 ст. 271 УПК РФ также в отношении судебного допроса свидетелей, потерпевших, экспертов, специалистов: первой задает вопросы та сторона, по ходатайству которой лицо вызвано для допроса в суд, затем - противная сторона, а в завершение - суд.

По меткому утверждению М.И. Еникеева, показания допрашиваемых лиц - есть динамическая основа всего судебного процесса, эти лица могут отказаться от ранее данных показаний, усилить или ослабить их, могут дать показания о новых фактах, стать лжесвидетелями*(1). Таким образом, предусмотренный законом порядок открывает перед защитником возможности, достаточные для выявления обстоятельств, носящих защитительный характер в отношении подзащитного, но одновременно требует большого мастерства. К числу общих положений тактики судебного допроса в криминалистике традиционно относят: активность, целеустремленность, объективность, полноту, учет личностных свойств допрашиваемого. Активность связывают с наступательностью допроса, превосходством инициативы допрашивающего в достижении объективных результатов, использованием эффективных тактических приемов, которые не только стимулируют мыслительную деятельность допрашиваемого, но и побуждают его давать объективную информацию. Целеустремленность предполагает проведение допроса с заранее определенной и проработанной целью, для получения конкретной информации, а не второстепенных, имеющих косвенное отношение к предмету допроса сведений. Объективность допроса обеспечивается непредвзятой, беспристрастной позицией должностного лица, отсутствием личной заинтересованности. Полнота допроса заключена в том, что показания в протоколе судебного заседания фиксируются с максимально возможной точностью, детально*(2).

Подсудимый как центральная фигура судебного разбирательства рассматривается как свидетель защиты, дача показаний для него является правом, но не обязанностью. Поэтому защитник и подсудимый должны определиться исходя из тактических соображений, следует ли вообще подсудимому давать показания. В том случае, если подсудимый выражает суду согласие давать показания, ему необходимо совместно с защитником тщательно продумать тактику защиты с учетом ранее данных им показаний и всей развивающейся судебной защитительной ситуации.

Велика та роль, что отведена защитнику при допросе подзащитного подсудимого. Справедливы рекомендации Ю.И. Стецовского: "Каждое дело индивидуально и требует особого подхода. Но нет таких дел, по которым адвокат-защитник вправе явиться в суд без подготовки. Судебный допрос требует тщательной подготовки. При этом адвокат должен обсудить с подзащитным собранные доказательства. В ходе обсуждения могут обнаружиться сведения, которые позволяют защитнику избежать ошибок. Защитник согласовывает с подсудимым перечень вопросов допрашиваемым на суде лицам и кто из них задаст те или иные вопросы. Иногда в беседе выясняется, что подзащитный формулирует свои объяснения сумбурно, неточно и неполно. В подобных случаях защитник помогает ему подготовиться к даче показаний с тем, чтобы они не противоречили доказательствам, достоверность которых признается самим подсудимым. При этом исключаются советы, противоречащие процессуальным и этическим нормам"*(3).

Традиционно задаваемые в ходе допроса вопросы подразделяют на: напоминающие (ассоциативные), дополняющие, уточняющие (детализирующие), контрольные. Начиная судебный допрос, защитнику надлежит поставить перед подсудимым вопросы: 1) ответы подсудимого на которые обнаруживают обстоятельства, оправдывающие подсудимого или смягчающие ему наказание (новые защитительные сведения, благоприятные для подзащитного аспекты в собранной доказательственной базе); 2) ответы подсудимого на которые обнаруживают противоречия и "пробелы" в обвинительной доказательственной базе (неустранимые сомнения в доказательствах).

Следует согласиться с суждением Ю.В. Кореневского, Г.П. Падвы о том, что желательно, насколько это возможно, предупредить "неприятные" для защиты вопросы, с тем, чтобы они не оказались неожиданными для подзащитного или свидетеля защиты и чтобы на них были даны максимально благоприятные и наименее уязвимые ответы. Представляется целесообразным еще раз подчеркнуть, что содержание и тактика допроса должны быть продуманы таким образом, чтобы в любом случае не навредить клиенту. Как правило, адвокат не вправе задавать вопросы "наобум", ничего не зная заранее о возможных ответах*(4).

Так, по делам о преступлениях, совершенных группой лиц, защитник допрашивает не только своего подзащитного, но и других подсудимых, которые могут признавать свою вину полностью или частично, не признавать вину, отказаться от дачи каких-либо показаний. Подобные ситуации отличаются определенной специфичностью, понуждая защитника внимательно отслеживать развитие судебной защитительной ситуации в отношении каждого из соучастников. К примеру, свидетель защиты, допрошенный по ходатайству другого подсудимого, может дать обвинительные показания в отношении первого подсудимого, и, наоборот, потерпевший может дать обвинительные показания в отношении второго подсудимого, при этом "оправдывая" первого. Защитник, участвуя в доказывании по так называемым групповым и многоэпизодным делам, должен руководствоваться интересами подзащитного.

Направленность судебной деятельности отдельных участников сторон (подсудимые, потерпевшие, свидетели и др.) по таким делам может носить хаотический характер, будучи лишенной единой линии по объективным (желание уйти от ответственности, желание облегчить участь близкого человека, стирание в памяти деталей произошедшего и др.) и субъективным причинам (угроза расправы, подкуп, шантаж).

Защитник, допрашивая иных подсудимых, даже в ситуации, когда между ними и подзащитным присутствуют явный конфликт и(или) существенные противоречия в интересах, должен стремиться к выяснению роли каждого в механизме совершения преступления. Полагаем, что в некоторых защитительных ситуациях допустим и обвинительный характер осуществляемого защитником допроса отдельных подсудимых, при этом не следует выходить за пределы этики поведения в суде, но с достаточной твердостью донести до суда выдвинутый в интересах подзащитного тезис. Следует уделить особое внимание выяснению вопросов о характере взаимоотношений между соучастниками, затронув период времени до и после совершения преступления. В отдельных ситуациях видим целесообразным обращение защитника в порядке ч. 4 ст. 275 УПК РФ к суду с ходатайством о допросе подзащитного в отсутствие другого (других) подсудимого(ых), дабы избежать прямого негативного воздействия психологически более сильных соучастников на дающего показания и способствовать более полному освещению картины произошедшего.

В ходе допроса защитнику следует придерживаться ряда правил: 1) информация, произнесенная свидетелем, должна отвечать интересам защиты и не выходить за рамки пределов и предмета доказывания; 2) при постановке вопросов по возможности должна быть сохранена последовательность времени и хронология событий; 3) в определении количества задаваемых свидетелю вопросов исходить из свойства необходимой достаточности; 4) запрещается понуждать свидетеля к даче ложных показаний; 5) в непредсказуемой ("шаткой") ситуации следует избегать постановки перед свидетелем уточняющих и контрольных вопросов (например, испытывающих память свидетеля), дабы избежать негативных последствий для подзащитного. В остальном тактика допроса свидетелей защиты в судебном следствии схожа с допросом подзащитного подсудимого.

Для оценки достоверности показаний свидетеля обвинения вопросы должны быть направлены на выявление взаимоотношений свидетеля с подсудимым; на выяснение объективных и субъективных факторов, при которых воспринимался тот или иной факт, на выяснение длительности времени, которое прошло с момента восприятия до момента допроса, на то, с кем из свидетелей судебного разбирательства данный участник обсуждал те или иные моменты произошедшего события*(5). В указанных ситуациях устранение противоречий целесообразно провести в форме "перекрестного" допроса, когда судом предоставляется нескольким участникам судебного разбирательства, в том числе и защитнику, возможность в рамках единого продолжающегося допроса поочередно задать вопросы одному и тому же допрашиваемому.

Следует учитывать, что внутренние противоречия в показаниях свидетеля, а также противоречия с другими доказательствами могут явиться результатом добросовестного заблуждения. Верным приемом в такой ситуации оказывается постановка вопросов, связанных с какими-то значимыми событиями из жизни допрашиваемого. Не менее эффективной может быть постановка перед свидетелем вопросов, расчленяющих событие на отдельные части. Эти приемы, основанные на ассоциативном восприятии, позволяют свидетелю, вспомнив один факт, припомнить и другие. Весьма эффективным может быть предъявление предметов, рисунков, фотоснимков, имеющих отношение к фактам, сообщаемым свидетелем, чтобы, восприняв их, свидетель мог вспомнить, уточнить и то, что интересует сторону*(6).

Необходимо проверить память свидетеля обвинения относительно обстоятельств дела. Свидетельские показания любого свидетеля начинают вызывать сомнения в достоверности, если свидетель помнит отдельные детали, но забыл другие существенные обстоятельства. Если он не сможет вспомнить относящиеся к делу детали, следует предположить, что это не случайный провал памяти: подобное избирательное забывание может свидетельствовать об умышленном утаивании обстоятельств, которые могут быть выгодны обвинению. Возможен также такой способ, когда разрушение показаний свидетелей защиты осуществляется посредством демонстрации того, что они не способны ясно обозревать или замечать отдельные детали*(7). Некоторые свидетели уязвимы к "испытанию тишиной", как те, кто говорит правду, так и те, кто лжет. Они нервничают и с трудом могут успокоиться. Надо воспользоваться этим. Свидетель, который медлит с ответами на ваши вопросы, - это хороший объект для испытания тишиной*(8).

Справедливы указания М.О. Баева на необходимость использования защитником в ходе допроса потерпевшего вещественных и письменных доказательств (документов, иных документов), а также заключений экспертиз, находящихся в уголовном деле и подтверждающих позицию защиты либо ставящих под сомнение выводы и доводы обвинения. Предъявление доказательств при допросе потерпевшего защитником не обладает эффектом внезапности, но судебная практика убедительно свидетельствует о высокой рациональности использования этого тактического приема*(9).

Не менее действенным средством предстает использование в судебном следствии "шахматного" допроса - аналога очной ставки, заключающегося в одновременной постановке сторонами перед двумя и более ранее допрошенными лицами вопросов по поводу одних и тех же обстоятельств с целью уточнения этих обстоятельств и устранения существенных противоречий в показаниях лиц. Приняв за основу положения ст. 192 УПК РФ, делаем вывод о возможности наличия двух и более допрашиваемых в ходе судебного "шахматного" допроса. Полагаем также, что возможен "шахматный допрос" сторонами экспертов и(или) специалистов.

Резюмируем вышеизложенное: судебное доказывание, осуществляемое защитником в судебном следствии, в большей степени реализуется за счет активного применения конкретных тактических приемов (рекомендаций), в том числе путем использования тактических приемов ведения судебного допроса согласно выстроенной стороной общей стратегии защиты.

1. Ароцкер Л.Е. Тактика и этика судебного допроса. М., 1969.

2. Баев М.О. Теория профессиональной защиты: тактико-этические аспекты. М.: Юрлитинформ, 2006.

3. Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М.: Мегатрон XXI, 2000.

4. Еникеев М.И. Общая и юридическая психология: краткий курс. М., 2003.

5. Кореневский Ю.В., Падва Г.П. Участие защитника в доказывании по новому уголовно-процессуальному законодательству: практическое пособие. М.: Юристъ, 2004.

6. Кудрявцева А.В., Попов В.С. Участие адвоката-защитника в процессе доказывания на стадии предварительного расследования и в суде первой инстанции. Челябинск, 2006.

7. Стецовский Ю.И. Уголовно-процессуальная деятельность защитника. М.: Юридическая литература, 1982.

8. Стуликов А.Н. Уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты представления доказательств: дис. . канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2002.

9. Сычева О.А. Тактика судебного следствия: монография. Ульяновск: Вектор-С, 2012.

10. Шурухнов Н.Г. Криминалистика: учебник. М.: Юристъ, 2002.

11. Bailey F. To be a trial lawyer (second edition). New York: John Wiley & Sons, 1994.

*(1) См.: Еникеев М.И. Общая и юридическая психология: краткий курс. М., 2003. С. 253.

*(2) См.: Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М.: Мегатрон XXI, 2000. С. 63-64; Шурухнов Н.Г. Криминалистика: учебник. М.: Юристъ, 2002. С. 275; Сычева О.А. Тактика судебного следствия: монография. Ульяновск: Вектор-С, 2012.

*(3) Стецовский Ю.И. Уголовно-процессуальная деятельность защитника. М.: Юридическая литература, 1982. С. 91.

*(4) См.: Кореневский Ю.В., Падва Г.П. Участие защитника в доказывании по новому уголовно-процессуальному законодательству: практическое пособие. М.: Юристъ, 2004. С. 116.

*(5) См.: Кудрявцева А.В., Попов В.С. Участие адвоката-защитника в процессе доказывания на стадии предварительного расследования и в суде первой инстанции. Челябинск, 2006. С. 128.

*(6) См.: Ароцкер Л.Е. Тактика и этика судебного допроса. М., 1969. С. 96.

*(7) См.: Стуликов А.Н. Уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты представления доказательств: дис. . канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2002. С. 173.

*(8) Bailey F. To be a trial lawyer (second edition). New York: John Wiley & Sons, 1994. Р. 142-144.

*(9) См.: Баев М.О. Теория профессиональной защиты: тактико-этические аспекты. М.: Юрлитинформ, 2006. С. 199.

Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете подать заявку на получение полного доступа к системе бесплатно на 3 дня.

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

Карякин Е.А. Процессуальные и тактические особенности судебного допроса, осуществляемого защитником

Karyakin Y.A. Procedural and Tactical Features of the Judicial Interrogation, Carried Out by Defense Attorney

Е.А. Карякин - кандидат юридических наук, доцент, Председатель Александровского районного суда Оренбургской области

Y.A. Karyakin - Candidate of Laws, Associate Professor, Chief Judge of the Aleksandrov District Court of Orenburg Oblast

В статье исследуются вопросы осуществления адвокатом-защитником допроса подсудимого и свидетелей стороны защиты, а также участия в допросе потерпевших и свидетелей обвинения: сформулированы конкретные тактические рекомендации, повышающие эффективность судебной защитительной деятельности. Автором анализируются процессуальные и тактические особенности допроса подсудимого, потерпевшего, свидетеля, использования защитником в ходе допроса результатов доказательственной деятельности, по результатам исследования сделан ряд выводов.

The article examines the question of the defendant, the defense and the interrogation of witnesses for the defense, as well as participate in the questioning of the victim and the witnesses for the prosecution: formulated specific tactical recommendations that increase the efficiency of the judicial protective activities. The author analyzes the procedural and tactical features of the interrogation of the defendant, victim, witness, advocate the use during interrogation probative perfomance. According to a study made a number of conclusions.

Ключевые слова: судебное доказывание; защитник-адвокат; тактика судебного допроса; судебный допрос подсудимого; судебный допрос потерпевшего и свидетеля; "перекрестный" допрос; "шахматный" допрос.

Keywords: legal evidence; the defense attorney; the judicial interrogation tactics; defendant lawsuit questioning; the interrogation of the victim and witness; cross-examination; confrontation questioning.

Процессуальные и тактические особенности судебного допроса, осуществляемого защитником

Е.А. Карякин - кандидат юридических наук, доцент, Председатель Александровского районного суда Оренбургской области

Кулаков Сергей Владимирович, прокурор отдела государственных обвинителей управления по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел судами прокуратуры г. Санкт-Петербурга.

Приведены основные тактические приемы, которые может использовать государственный обвинитель в ходе допроса подсудимого.

Ключевые слова: допрос, государственный обвинитель, тактика допроса, алиби, личность подсудимого.

The tactics of prosecutors judical questioning of the accused

Hereby stated the main tactic rules, which can use the prosecutor while questioning the accused person.

Key words: questioning, prosecuting official, the tactics of questioning, alibi, the personality of the accused.

Тактические приемы допроса, разработанные криминалистической тактикой, весьма специфичны для стадии судебного разбирательства. Их применение невозможно без анализа факторов, которые влияют на выбор обвинителем тактики судебного допроса. Среди них: позиция подсудимого по отношению к предъявленному обвинению, наличие или отсутствие конфликтной ситуации, степень активности защиты и другие.

Анализ работ, посвященных вопросам судебного следствия, показывает, что попытки некоторых авторов "механически" перенести криминалистические приемы на тактику судебных действий не всегда успешны, а порой противоречат не только рекомендациям криминалистики, но и требованиям УПК. Поэтому возникает необходимость дополнительного изучения и разработки некоторых соответствующих рекомендаций непосредственно в рамках судебной тактики.

Государственный обвинитель, начиная допрос подсудимого, должен учитывать, что "показания подсудимого - это прежде всего показания заинтересованного лица, показания человека, которому грозит наказание. Поэтому, как бы ни был правдив и искренен подсудимый, он не может с безусловной объективностью изложить все обстоятельства дела и, вольно или невольно, окрашивает все события преступления и свое участие в нем в защитительный цвет, смягчает или обходит молчанием наиболее невыгодные для себя места" .

Матвиенко Е.Л. УПК БССР. Комментарий. Минск, 1963. С. 209.

Тактические приемы допроса обвинителем подсудимых во многом зависят от того, кого из них необходимо допрашивать. Очевидно, что следует применять различные приемы допроса подсудимого, признающего или отрицающего свою вину либо признавшего себя виновным при расследовании и отрицающего вину на суде. Есть свои особенности и у допроса несовершеннолетнего подсудимого.

Тактическая схема допроса подсудимого обвинителем может быть охарактеризована так: от допроса по поводу нейтральных и второстепенных фактов - к допросу по основным обстоятельствам дела. Иногда при допросе поочередно выясняются как одни, так и другие обстоятельства.

При допросе подсудимого, признавшего себя виновным, основная задача обвинителя заключается в детальном выяснении всех обстоятельств дела, известных ему, в получении максимума информации о всех его действиях, связанных с совершением преступления (о приготовлении, совершении и сокрытии преступления). Если в показаниях такого подсудимого есть даже незначительные противоречия, обвинитель с помощью конкретизирующих, детализирующих и контрольных вопросов должен стремиться устранить их.

Тактические приемы допроса обвинителем подсудимого, не признающего себя виновным, должны быть направлены на выяснение и сопоставление отдельных фактов в его показаниях, которые в конечном счете в совокупности с другими доказательствами приведут и обвинителя, и суд к твердому выводу о виновности или невиновности подсудимого.

Обвинителю важно выяснить у подсудимого, чем он объясняет имеющиеся между его показаниями и другими доказательствами противоречия. Допрос подсудимого, отрицающего свою вину, целесообразно сопровождать одновременным осмотром вещественных доказательств, предъявлением схем, планов, фотоснимков, демонстрацией аудио-, видеозаписей.

Целесообразный тактический прием допроса подсудимого, не признающего себя виновным, - его допрос по мере рассмотрения судом отдельных обстоятельств дела. Такой допрос с успехом применяется на практике. Он позволяет детально допросить подсудимого и сразу же сопоставить его показания с рассмотренными обстоятельствами дела.

При этом следует согласиться с мнением, что участники судебного разбирательства и судьи не могут, преследуя цель проверки показаний подсудимого, ссылаться в ходе его допроса на имеющиеся в деле доказательства, которые еще не были исследованы в ходе судебного следствия .

Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. М., 2004. С. 494.

Определенные трудности вызывает допрос подсудимого, признававшего себя виновным на предварительном следствии и отрицающего свою вину в суде. Прежде всего обвинителю необходимо выяснить причину изменения показаний. Любое из измененных показаний, несмотря на кажущуюся правдоподобность, прокурору нужно проверять путем постановки различных вопросов, позволяющих уточнить все детали совершенного преступления или обстоятельства, оправдывающие подсудимого.

Допрос подсудимого следует вести в том объеме, который необходим для всестороннего исследования дела.

Поэтому прокурор должен тщательно готовиться к допросу, особенно подсудимых, помня, что и тот готовится к этому моменту, что обвинителю предстоит состязание, что он может столкнуться с неожиданностями, а поэтому должен по возможности предусмотреть их и заранее наметить решения по вопросам, которые могут возникнуть в ходе допроса.

Хорошее знание материалов уголовного дела - непременное требование, предъявляемое к прокурору, участвующему в судебном разбирательстве. Располагая конспективным изложением, а то и дословными выдержками показаний подсудимого, прокурор может в ходе его допроса сопоставлять их с показаниями, которые подсудимый давал на предварительном следствии или в ранее состоявшемся судебном разбирательстве. Это позволит более целеустремленно построить допрос подсудимого с тем, чтобы выяснить обстоятельства, имеющие существенное значение, и тем самым способствовать проведению наиболее полного судебного следствия.

Знакомясь с уголовным делом, нельзя пренебрегать каким-либо обстоятельством. Ведь заранее никогда не известно, какое из них будет иметь значение при рассмотрении уголовного дела.

Готовя вопросы, прокурор должен мысленно представить себе, какие ответы можно ожидать на тот или иной вопрос, и наметить дальнейшие вопросы, исходя из возможных вариантов ответа.

Отметив важность планирования допроса, необходимо вместе с тем подчеркнуть, что заранее составленный план допроса не может рассматриваться как нечто незыблемое, чего прокурор должен придерживаться во что бы то ни стало.

Необходимо понимать, что любой план, как бы хорошо он ни был разработан, может в ходе допроса подвергнуться коренным изменениям. Поэтому важно, чтобы, составляя план допроса подсудимого, прокурор учитывал вероятность изменения этого плана, дабы иметь возможность на ходу перестроить его, внести дополнения и изменения.

Так, составляя план допроса подсудимого, исходя из признания им своей вины на предварительном следствии, обвинитель должен в то же время предусмотреть возможность отказа подсудимого от своих показаний, данных на предварительном следствии, и быть готовым к тому, что подсудимый в суде будет отрицать свою вину. Такое изменение показаний подсудимого не должно застать прокурора врасплох.

Если прокурор почему-либо не может на ходу перестроить свой план допроса подсудимого, он не должен "скомкать" допрос или провести его неполноценно, а обязан испросить у суда небольшой перерыв, во время которого можно переработать план допроса и формулировку вопросов.

При всех обстоятельствах план допроса должен быть строго последовательным. Каждый предыдущий вопрос должен готовить последующие, а каждый последующий вопрос должен логически следовать из ответа на предыдущий.

Умелое и грамотное ведение допроса в суде требует от прокурора отличного знания дела, напряженной подготовки, внутренней собранности, любви к своей работе, опыта и постоянного совершенствования. Правильно вести допрос в суде может только тот, кто умеет глубоко анализировать факты, события, явления, адекватно их оценивать, понимать их логическую связь, то есть диалектически мыслить. Умение вести допрос в суде - это искусство, которому нужно повседневно учиться.

Тактика допроса подсудимого не является неизменной для всех случаев жизни. Она меняется сообразно обстоятельствам каждого дела, исходя из его конкретных особенностей и с учетом личности каждого подсудимого.

Все же есть некоторые общие тактические приемы допроса подсудимых, которых следует придерживаться.

Если подсудимый признал себя виновным и дал исчерпывающие объяснения, освещающие все существенные для дела обстоятельства совершенного им преступления, и эти объяснения подтверждаются другими доказательствами, государственный обвинитель не должен задавать ему вопросы лишь для того, чтобы проявить свою активность.

Но в тех случаях, когда подсудимый в объяснениях ограничился признанием своей вины, сделанным в общей форме, прокурору следует при его допросе уточнить, в чем именно заключается совершенное подсудимым преступление, когда и где оно было совершено, каковы обстоятельства и мотивы его совершения, кто является соучастником преступления, какова была обстановка, в силу которой подсудимому удалось совершить преступление.

Вопросы прокурора, как правило, должны быть короткими и так сформулированы, чтобы ответы на них были обстоятельными и подробными. Характер самих вопросов - ясный и недвусмысленный, чтобы подсудимый мог в свою очередь дать на них четкий и недвусмысленный ответ. Однако, когда подсудимый уходит от ответа на поставленный вопрос или уклоняется от неприятных для него формулировок, обвинитель не может относиться к этому безразлично и последующими уточняющими вопросами добивается четкого ответа.

Иногда государственный обвинитель сталкивается с отказом подсудимого от признания своей вины, хотя на предварительном следствии обвиняемый полностью признавал себя виновным.

Между тем сам по себе отказ подсудимого от ранее данных показаний не должен поколебать основу обвинения и не может служить серьезным основанием для отложения дела.

Государственный обвинитель должен помнить, что показания подсудимого - только один из видов доказательств, а вовсе не решающее доказательство.

Именно поэтому в случае отказа подсудимого от ранее сделанного признания обвинителю необходимо сопоставить отказ подсудимого со всеми другими доказательствами, имеющимися в деле, причем сделать это наглядно, чтобы доказать суду необоснованность отказа. Иногда это нужно делать сразу после отказа подсудимого, в иных случаях целесообразно перейти к допросу остальных подсудимых и свидетелей, а к допросу подсудимого, изменившего свои показания, вернуться позднее, после исследования уличающих его доказательств. Разумеется, прокурор успешно справится с этой задачей только тогда, когда будет вести допрос активно, используя для этого все материалы дела, изобличающие подсудимого.

В отдельных случаях будет тактически правильно при допросе подсудимого попутно задавать вопросы и другим подсудимым, а также ранее допрошенным в суде свидетелям в целях изобличения подсудимого, когда он дает ложные или уклончивые показания, либо в целях проверки и закрепления его показаний. Таким образом, к допросу одного подсудимого привлекаются другие подсудимые и даже свидетели.

Иногда в качестве обстоятельства, исключающего виновность, подсудимый ссылается на свое алиби, т.е. на то, что в момент вменяемого ему в вину преступления он находился в другом месте и физически не мог совершить этого деяния.

Подтвержденное алиби - убедительное доказательство невиновности подсудимого. Наоборот, опровергнутое алиби в некоторых случаях в общей цепи доказательств превращается в очень серьезную улику против обвиняемого. Поэтому ни в коем случае нельзя оставлять без проверки ссылку подсудимого на свое алиби.

Необходимо при этом учесть, что опытные преступники зачастую заранее создают искусственно доказательства своего алиби, подготавливают свидетелей, подтверждающих нахождение преступника в момент совершения преступления в другом месте.

Обвинителю следует иметь в виду, что как бы тщательно подсудимый ни подготовил искусственные доказательства своего алиби, он не в состоянии договориться со всеми свидетелями по всем деталям, и ему не удастся обмануть правосудие, если прокурор умело произведет допрос подсудимого и свидетелей и если он своевременно пресечет попытки подсудимого проинструктировать свидетелей.

Если алиби надуманное, неизбежно выявятся существенные противоречия в описании деталей, которые помогут опровергнуть алиби.

В ходе допроса подсудимого государственному обвинителю следует помнить и о требованиях ст. 73 УПК, в которой сказано, что данные о личности обвиняемого входят в предмет доказывания и имеют прямое отношение к обстоятельствам главного факта.

Полное и всестороннее исследование личности подсудимого должно быть одной из обязанностей прокурора, поддерживающего государственное обвинение в суде. И такая обязанность может быть закреплена в соответствующих приказах Генерального прокурора РФ.

Всестороннее исследование личности подсудимого, а также обстоятельств, послуживших причиной совершения преступления, позволит установить, является ли совершенное преступление случайным стечением обстоятельств или оно стало определенным отражением отношения подсудимого к окружающим, обществу и т.п. Совокупность указанных обстоятельств, которые будут установлены в судебном заседании, позволит государственному обвинителю в дальнейшем, в ходе судебных прений, ориентировать суд на определенное наказание, которое бы не было карой за совершенное подсудимым преступление, а носило именно исправительный характер, как того и требует закон.

Пристатейный библиографический список:

  1. Матвиенко Е.А. УПК БССР. Комментарий. Минск, 1963.
  2. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. М., 2004.

Мы используем файлы Cookie. Просматривая сайт, Вы принимаете Пользовательское соглашение и Политику конфиденциальности.

Основным процессуальным средством доказывания в судебном следствии является допрос. Поэтому достижение главной цели судебного разбирательства — вынесение законного и обоснованного приговора — в определяющей мере зависит от умелого проведения в суде допросов и использования их результатов. В первую очередь в совершенстве овладеть искусством допроса в суде должен государственный обвинитель. Наиболее распространенным основанием изменения и отмены приговоров является нарушение принципов всесторонности и полноты судебного следствия, главным образом, из-за поверхностного подхода к допросам, недостаточной подготовленности к их проведению, слабой тактической оснащенности участников процесса, ведущих допросы в суде.

Среди практических работников прокуратуры, к сожалению, бытует мнение, что вести допрос в суде значительно проще, чем на предварительном следствии, поскольку суду представляется уже готовое, расследованное дело, и в задачу прокурора входит лишь проверка и оценка доказательств.

Такой взгляд приводит к тому, что прокурору не предоставляется времени, достаточного для всесторонней подготовки к поддержанию государственного обвинения в суде. Да и сами государственные обвинители надеются разобраться во всем уже в ходе судебного следствия.

§ 2. Виды судебного допроса

Классификации судебного допроса могут производиться по разным основаниям (признакам), и в связи с этим их диапазон довольно широк. Скажем, по признаку процессуального положения в суде различаются допросы подсудимого, потерпевшего, свидетеля, эксперта. По признаку отношения допрашиваемых к истине приходится говорить о лицах, дающих правдивые либо заведомо ложные показания. Именно эта классификация приобретает на практике решающее значение для судьбы дела..Сейчас хотелось бы остановиться на проблеме общего порядка.

Что же касается специфических судебных видов допроса, то к ним относятся так называемые “перекрестный” и “шахматный”. Перекрестным допросом в криминалистике принято считать такой допрос, при котором участники судебного разбирательства могут поочередно ставить одному и тому же допрашиваемому вопросы по любым фрагментам его показаний с целью их уточнения, дополнения и проверки . Этот допрос (постановка вопросов) начинается обычно после того, как допрашиваемый изложит в свободном рассказе все известное ему по делу. Затем участники процесса задают вопросы, с помощью которых пытаются уяснить для себя те или иные положения этого рассказа, устранить сомнения, получить дополнительную информацию, разрешить противоречия между показаниями в суде и на предварительном следствии. Подсудимому, который на предварительном следствии отказался давать показания в качестве подозреваемого и обвиняемого, предлагается рассказать все, что он считает нужным в связи с предъявленным обвинением. Если от такого рассказа он не откажется, то по завершении последнего участники процесса переходят к поочередной постановке перед ним конкретных вопросов. Очередность постановки вопросов разными участниками при перекрестном допросе определяется общим порядком допроса, принятым в уголовно-процессуальном законодательстве. Чаще всего в начале вопросы ставит председательствующий, а затем обвинитель и другие участники судебного следствия. Перекрестный допрос особенно ценен в ситуациях, когда на суде лицо неожиданно и кардинально изменит свои прежние показания. В этой, безусловно, стрессовой ситуации одному государственному обвинителю было бы очень сложно всесторонне проверить новую версию допрашиваемого. Очевидно, что несколько участников способны в большей мере, нежели один, гарантировать всесторонность допроса, поскольку коллективным усилием, суммирующим различные, часто противоположные интересы сторон, нейтрализуется возможная односторонность, а тем более — предвзятость единолично проводимого допроса. Важно и другое преимущество перекрестного допроса перед обычным — он весьма экономичен и рационален с точки зрения затраты сил и расхода времени. Один перекрестный допрос заменяет несколько отдельных допросов конкретного лица, которые надлежало бы провести каждому из участников, если бы данной формы допроса не существовало. Указанными преимуществами и обусловлено то, что перекрестный допрос является одной из основных форм судебного допроса.

Шахматным принято считать такой допрос, при котором допрашивающий попутно ставит вопросы другим лицам по одним и тем же фактам и обстоятельствам, исследуемым в данный момент в основном допросе . Цель такого допроса — немедленно получить подтверждение или опровержение показаний допрашиваемого по какому-либо факту показаниями других лиц, участвующих в судебном процессе. При проведении шахматного допроса должны соблюдаться следующие условия. Во-первых, он возможен только в отношении лиц, уже допрошенных в суде и находящихся в зале судебных заседаний. Во-вторых, вопросы, задаваемые другим лицам, должны преследовать конкретную цель — подтверждение или опровержение показаний допрашиваемого и не уводить в сторону от линии основного допроса . Шахматный допрос не только внешне, но и по содержанию очень похож на очную ставку, хотя, конечно, между ними имеется и очевидная разница. Этот допрос как бы заменяет очную ставку, причем, не одну, а несколько и проходит в форме, когда одна сторона (допрашиваемый в данный момент) присутствует постоянно (до окончания допроса), а другую представляют последовательно сменяющие друг друга иные лица из числа ранее допрошенных в суде. В судебном заседании проведение очных ставок в принципе бессмысленно, ибо они, как правило, уже проводились на предварительном следствии. Если же ранее по каким-то причинам очная ставка проведена не была, ее цель — устранение противоречий в показаниях конкретных лиц — может быть достигнута в суде с помощью более рационального и экономичного, чем очная ставка, шахматного допроса. Итак, принципиальная разница между перекрестным и шахматным допросом состоит в том, что в первом случае субъект попадает под “перекрестный огонь” вопросов со стороны нескольких участников судебной процедуры, а в другом, напротив, один из этих участников, подобно шахматисту на шахматной доске, “управляет” в соответствии со своими планами многими “фигурами” — лицами, которым задает вопросы в целях проверки тех или иных утверждений допрашиваемого. Следует заметить, что одно и то же лицо может быть подвергнуто в суде как перекрестному, так и шахматному допросу. Кроме того, это же лицо может несколько раз по ходу одного допроса столкнуться с его шахматной разновидностью: сначала это может сделать прокурор, а затем один или даже несколько защитников (при нескольких подсудимых). Из сказанного нетрудно сделать вывод о том, что государственный обвинитель, безусловно, должен в совершенстве владеть обеими формами судебного допроса.

§ 3. Тактическое значение подготовки к судебному допросу

Допрос в суде — это почти единственное средство исследования преступления. Даже результаты проведенных на предварительном следствии экспертиз в судебном заседании проверяются путем допроса экспертов. Поэтому подготовка к допросам, особенно к допросам подсудимых, отрицающих обвинение и защищающихся от него с помощью ложных показаний, естественно, занимает центральное место в рамках общей подготовки прокурора к поддержанию государственного обвинения. Первым этапом рассматриваемой подготовки выступает изучение материалов дела. Между тем, как показывает практика, это изучение часто сводится лишь к ознакомлению с обвинительным заключением и, реже (если оно, по мнению прокурора, недостаточно убедительно) — к выборочному прочтению отдельных документов, содержащихся в деле. Это, безусловно, недопустимо. Изучение дела — это не столько прочтение его материалов, которое может дать не более чем “сюжетное” представление о преступлении и самое общее впечатление о степени его доказанности, сколько анализ прочитанного с целью уяснения для себя того, всесторонне ли расследовано инкриминированное виновным преступление, полна ли информация о каждой из существенных сторон данного деяния, объективно ли рассмотрены обстоятельства, связанные с криминалом и его расследованием. Только глубокой аналитической проработкой материалов можно оценить качество отдельных доказательств и всей в целом доказательственной базы по делу, найти при обнаружении ошибок и упущений информационные резервы для их компенсации и наметить план их тактически грамотного использования в суде. Если при изучении материалов дела выясняется, что в процессе судебного допроса потребуются познания в отдельных областях науки, техники, финансовой деятельности, искусства, в каком-либо ремесле, то государственному обвинителю необходимо изучить соответствующую литературу, документы, усвоить специальную терминологию и т. д. Какие же задачи необходимо решить на этапе подготовки к судебным допросам? К числу важнейших относятся следующие:

1. Тщательно изучить все без исключения материалы дела.

2. Сформировать на основе их изучения представление об особенностях личности тех, кто был допрошен на предварительном следствии и чьи показания в суде будут иметь принципиальное значение, о характере взаимоотношений этих лиц с другими участниками процесса, их интересов и вероятной позиции, которую они могут занять в суде.

3. Определить предмет допроса каждого из указанных лиц, то есть круг обстоятельств, о которых их следует допросить.

4. Подготовить (письменно) перечень конкретных вопросов по выяснению каждого их этих обстоятельств, продумать и записать их самую рациональную и простую для понимания редакцию.

5. Наметить тактически наилучшую последовательность постановки подготовленных вопросов, выделить из них “ударные”, проверочные.

6. Решить — какие из имеющихся в деле доказательств, включая и вещественные, нужно использовать при сложном допросе, в какой момент, в каком порядке, после чего сделать необходимые выписки из соответствующих протоколов для их воспроизведения на суде (с указанием листов дела).

7. Решить — какие фоно-, кино- или видеоматериалы (при их наличии в деле) потребуется продемонстрировать в суде, в какой момент это лучше всего сделать, позаботиться (через суд) о техническом обеспечении данной операции, продумать комментарии и оценки к использованным материалам.

8. По выполнении вышеприведенных пунктов программы определить тактически наилучшую последовательность допроса основных фигур по делу и, в соответствии с этим, подготовить предложения суду о порядке исследования доказательств. Исключительное тактическое значение данной программы очевидно. Упущение даже одного из ее вопросов (любого) уже чревато снижением результативности судебных допросов, а нескольких — может привести к его провалу. И напротив, добросовестная и квалифицированная подготовка позволит уверенно и достойно разрешить в суде любые противоречия, преодолеть тактические выпады заинтересованных лиц и обеспечить успех в поддержании государственного обвинения. Теперь, после ознакомления с программой подготовки к судебным допросам в целом, можно более подробно рассмотреть тактические аспекты отдельных подготовительных действий. Определяя, кого нужно допросить в суде, государственный обвинитель не должен считать себя связанным приложенным к обвинительному заключению списком лиц, подлежащих вызову в судебное заседание. В нем могут, с одной стороны, быть указаны граждане, чьи показания не существенны для установления истины по делу, а с другой — не значиться те, кто был допрошен на предварительном следствии и чьи показания очень важны в суде. В последнем случае прокурор должен подготовить ходатайство к суду о вызове и допросе этих свидетелей, а также и тех, кто не был допрошен на предварительном следствии, если из других источников известно, что такие лица могут дать ценные показания. Кроме того, оценка при изучении дела степени значимости показаний каждого из допрошенных позволяет прокурору правильно сориентироваться при неявке вызванного в суд лица и дать обоснованное заключение о возможности или невозможности разбирательства дела в его отсутствии. Большое тактическое значение имеет способность прокурора точно и лаконично формулировать вопросы, намечать такую их систему, которая обеспечивала бы всесторонность исследования предмета допроса. Криминалистической наукой и следственной практикой выработаны следующие тактические требования, предъявляемые к формулировке вопросов:

1. Вопросы должны быть краткими, понятными и не допускающими двусмысленного толкования.

2. Задавать их следует в прямой (не косвенной) форме.

3. Формулировкой вопросов нужно побуждать к развернутому, а не к односложному ответу типа “да—нет”, “может быть”, “наверное”, “конечно” и т. п.

4. Вопрос не должен быть наводящим, содержащим информацию, необходимую для ответа.

5. Вопрос не может быть неэтичным.

6. Следует избегать вопросов, ориентирующих на предположительные ответы.

7. При формулировке вопроса должен учитываться уровень умственного и культурного развития допрашиваемого . Успех допроса во многом зависит от выбора наилучшей последовательности вопросов. На этапе подготовки к судебному следствию, когда, собственно, и намечается тактическая линия ведения ответственных допросов, полезно руководствоваться следующими соображениями: сначала лучше всего ставить вопросы об обстоятельствах, благоприятно характеризующих допрашиваемого, затем — об обстоятельствах нейтрального характера. Таким способом с ним устанавливается психологический контакт, снижается психическое напряжение, неизбежное при вовлечении его в диалог по поводу интересующих суд событий. В последнюю очередь задаются “тяжелые” вопросы — те, которые затрагивают интересы допрашиваемого. К числу эффективных тактических средств получения правдивых показаний относится предъявление допрашиваемому конкретных доказательств путем оглашения отдельных фрагментов чьих-либо показаний, тех или иных выводов экспертов, ознакомления с конкретными документами или выписками из них, результатами осмотра вещественных доказательств. При этом важно помнить, что предъявление доказательств как тактический прием предполагает одновременное использование в случаях необходимости и других, дополнительных тактических приемов. В частности, криминалистической теорией и следственной практикой выработаны три разных способа предъявления доказательств. Выбор оптимального из них в конкретной ситуации определяется особенностями доказательственной базы по делу, характером сопротивления обвиняемых установлению истины, их личностными качествами, прежде всего, психологическими, а также многими другими обстоятельствами, требующими учета. Итак, доказательства могут предъявляться:

1) частично, и при этом — в порядке нарастания их изобличающей силы (от слабого к сильнейшему);

2) частично, и при этом — начиная с самого веского, значимого, а затем — в любом порядке;

3) полностью — всей необходимой для изобличения их совокупностью (последовательность предъявления любая).


Настоящая работа посвящена тактике проведения самого распространенного и вместе с тем самого сложного судебного действия – допроса. В ней рассматриваются основные тактические приемы и рекомендации по эффективному ведению допроса в гражданском и арбитражном судопроизводстве, позволяющие получить полные и правдивые показания, преодолеть добросовестное заблуждение, помогающие изобличить ложь и т. д. Данное научно-практическое пособие подготовлено на основе анализа современного действующего законодательства и судебной практики рассмотрения гражданских и арбитражных дел. Для судей, адвокатов, практикующих юристов, преподавателей, аспирантов и студентов юридических вузов.

Оглавление

  • Список сокращений
  • Введение
  • Глава 1. Особенности судебного допроса в гражданском и арбитражном процессе и основные тактические принципы его проведения

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Основы криминалистической тактики судебного допроса в гражданском (арбитражном) процессе: научно-практическое пособие предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Особенности судебного допроса в гражданском и арбитражном процессе и основные тактические принципы его проведения

Тактика допроса в криминалистике разработана применительно к допросу на стадии предварительного следствия. Ей посвящены многочисленные работы [1] . К проблеме тактики судебного допроса при рассмотрении уголовных дел еще в 1969 г. обращался Л.Е. Ароцкер [2] , позднее данную тематику рассматривали и другие исследователи [3] . Последнее время особенности тактики проведения допроса в гражданском и арбитражном процессе затрагивал А.Ю. Рожков [4] . Системная разработка проблемы тактики судебного допроса в гражданском и арбитражном процессе требует, прежде всего, учета особенностей данного судебного действия в отличие, во-первых, от следственного допроса, и, во-вторых, от судебного допроса, проводимого по уголовным делам.

Допрос как процесс передачи-получения информации об обстоятельствах расследуемого или рассматриваемого в суде дела является самым распространенным и вместе с тем наиболее сложным из процессуальных действий.

Несмотря на то что цель допроса как на предварительном, так и на судебном следствии состоит в получении от лица-источника информации о полных и правдивых сведениях об обстоятельствах, входящих в предмет доказывания, условия и структура следственного и судебного допроса существенно различаются. Соответственно, должно быть разным и тактическое обеспечение.

В отличие от следственного допроса, который проводится в условиях конфиденциальности, судебный допрос в современном состязательном процессе публичен, так как реализуется в условиях гласности и открытости судопроизводства. Поэтому психологическая обстановка допроса в суде иная. Она требует активного внутреннего контроля со стороны как субъектов допроса, так и лиц, дающих показания. [5]

В сравнении со следственным допросом судебный допрос осуществляется в пределах относительно кратких временных рамок. Многодневные и даже многочасовые допросы в российском судопроизводстве пока не практикуются [6] . Если на предварительном следствии допрашивающий обращается к одной и той же теме и показаниям определенного лица неоднократно в течение дней и месяцев, в суде такой возможности нет. Выяснение обстоятельств путем допроса ограничено временными рамками одного процесса.

В условиях открытости и ограниченного времени допрашивающий должен успеть войти в психологический контакт с допрашиваемым, задать вопросы и получить на них ответы, содержащие необходимую информацию. Кроме того, при этом важно учесть реакцию на ход допроса и других лиц, участвующих в деле, которая также может быть источником полезной информации для ведения допроса и вообще для доказывания. Все вышесказанное свидетельствует о том, что судебный допрос требует повышенной концентрации внимания и собранности допрашивающего лица.

Публичность допроса, как правило, непривычна для допрашиваемого и вызывает у него состояние эмоциональной напряженности и скованности, которое далеко не всякий может преодолеть. Кроме того, в зале суда нередко находятся лица, с которыми допрашиваемого связывают определенные отношения и ему небезразлична их реакция на его показания.

Таким образом, обстановка, в которой протекает допрос в суде, отличается от обстановки следственного допроса, поэтому многие тактические криминалистические приемы к судебному допросу неприменимы. Например, тактико-психологическая комбинация, с помощью которой создается впечатление о большой осведомленности следователя, позволяющая ему влиять на формирование позиции подследственного лица, или оставление его в неведении относительно фактически имеющихся доказательств [7] в суде неприемлемы, так как исследуются и оцениваются только публично рассмотренные доказательства. Многие тактические рекомендации, требующие получения новых доказательств, например, допрос других лиц, нельзя реализовать в сжатые сроки судебного разбирательства.

Процессуальная регламентация судебного допроса, построенная применительно к условиям судебного разбирательства, предусматривает и другую структуру этого судебного действия, существенно отличную от структуры следственного допроса. Законодательством определены: круг допрашивающих и допрашиваемых лиц, состязательный порядок допроса и его структура.

В целом судебный допрос характеризуют:

специфичность источников информации при допросе;

состязательность (многофункциональность) допроса;

иерархичность построения допроса.

Эти черты структуры судебного допроса в корне отличают ее от структуры допроса на предварительном следствии. Последней присущи свой определенный законодательством круг источников личной информации, получаемой путем допроса, односубъектность, поисковый (а не состязательный и проверочно-удостоверительный) характер, отсутствие иерархичности.

Круг источников личной доказательственной информации определен процессуальным законом дифференцированно для предварительного следствия и для суда с учетом различных видов процесса. Этот круг источников доказательственной информации в свою очередь классифицируется в зависимости от процессуального статуса. Он специфичен как для уголовного, так и для гражданского, и арбитражного судопроизводства.

Гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством предусмотрены следующие источники личной информации:

объяснения сторон и третьих лиц (ч. 1 ст. 55 ГПК РФ), лиц, участвующих в деле (ч. 2 ст. 64 АПК РФ);

показания свидетелей (ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, ч. 2 ст. 64 АПК РФ);

показания эксперта (ч. 1 ст. 85 ГПК РФ, ч. 3 ст. 86 АПК РФ);

пояснения специалиста (п. 3 ст. 188 ГПК РФ), консультации и пояснения специалиста (п. 2 ст. 55.1, п. 3 ст. 87.1 АПК РФ).

Таким образом, специфичным для гражданского и арбитражного процесса являются объяснения сторон, которые отсутствуют в уголовном процессе.

Кроме того, в гражданском и арбитражном процессе получение личной доказательственной информации не всегда именуется допросом. Законодатель называет это «опросом» и «объяснениями» сторон и третьих лиц (ч. 1 ст. 68, ч. 1 ст. 150, 174 ГПК РФ, ч. 1 ст. 81 АПК РФ), получением «показаний» свидетеля (ч. 3 ст. 88 АПК РФ), говорит о возможности задать вопросы эксперту и специалисту и получить их «пояснения» и «консультации» (п. 1 ст. 187, ч. 4 ст. 188 ГПК РФ, ч. 3 ст. 86, п. 2 ст. 55.1, п. 3 ст. 87.1 АПК РФ). Термин «допрос» используется лишь в отношении свидетелей в гражданском процессе (ч. 1 ст.70 ГПК РФ).

Различие в наименовании указанных источников личной информации отражает ее содержательную сторону, связанную с процессуальным статусом допрашиваемого лица. Существо же именно получения доказательственной информации от этого не меняется.

Во всех случаях речь идет о личном контакте, состоящем в возможности уполномоченных законом лиц задавать вопросы, получать на них ответы и пояснения, т. е. фактически о допросе.

Многие разработанные в криминалистике общие положения и рекомендации по тактике допроса, особенно свидетелей, экспертов, специалистов, могут быть адаптированы соответственно к допросу в гражданском и арбитражном суде. Однако, учитывая слабую разработанность вообще тактики судебного допроса и его специфику в гражданском и арбитражном процессе, важна разработка как его основ, так и тактических рекомендации дифференцированно ко всем видам источников личной информации в этих видах судопроизводства.

Полисубъектность существенно отличает допрос в суде от допроса на предварительном следствии, где субъект допроса — следователь единоличен. Конечно, из тактических соображений проведение допроса может осуществляться несколькими следователями одновременно или с участием сотрудника оперативно-розыскного подразделения, специалиста [8] , что является одним из тактико-психологических приемов и не меняет сути. Допрашивающие лица преследуют единую цель, которую осуществляют в соответствии с планом, составленным следователем, проводящим расследование по делу.

В связи с этим по своей структуре судебный допрос сложнее. Не случайно законодатель устанавливает порядок (последовательность), согласно которому допрашивающие лица задают вопросы. В зависимости от включения в процесс допроса того или иного субъекта допрос в суде может содержать различные элементы — стадии. От числа субъектов, ведущих допрос, зависит его структурная сложность. Порядок (последовательность) реализации элементов (стадий) допроса определен законодательством. Структура допроса может быть простой, если при его проведении вопросы задает только один допрашивающий (у других, скажем, вопросы не возникли), и сложной, многостадийной, если вопросы задает большее количество допрашивающих лиц.

Основные и типичные субъекты допроса в суде — стороны, их представители и суд, причем их функции в процессе допроса различны. Поскольку «бремя доказывания» в гражданском и арбитражном процессе лежит на сторонах (ст. 56 ГПК РФ, ст. 65 АПК РФ), именно стороны и их представители должны быть предельно активны в ведении допроса. Довольно точно об этом пишет М.С. Суевалов: «Тот, кто будет ждать и надеяться на то, что суд будет самостоятельно осуществлять вместо стороны ее деятельность по формированию доказательственной базы, чтобы вынести решение, тот не воспринял изменения в процессуальном доказательстве». [9]

Ведение допроса со стороны истца и ответчика носит состязательный характер, так как интересы сторон в процессе взаимопротивоположны.

Вопросы истца и его представителя направлены на доказывание фактов, положенных в обоснование предмета иска. Вопросы ответчика и его представителя направлены на доказывание фактов, обосновывающих его возражения. Каждая из противоборствующих сторон стремится в процессе допроса обосновать и сделать предельно убедительной свою позицию в разбираемом конфликте.

Процессуальное законодательство наделяет судью следующими функциями, реализуемыми при допросе:

организовать допрос со сторон субъектов доказывания и руководить ими;

своим активным участием обеспечивать объективное выяснение фактов, относящихся к предмету доказывания;

обобщать результаты допроса, произведенного участником процесса и судом, и оценивать их в качестве доказательств.

Полисубъектность судебного допроса свидетельствует о том, что допрос в суде — это не допрос, который ведет лично судья. Термин «судебный» означает, что речь идет о допросе в судебном процессе, который сложен и многосубъектен. При этом организует и руководит им судья. Это сложное судебное действие, направленное на получение личной доказательственной информации от допрашиваемого.

В гражданском судопроизводстве судьи имеют право задавать вопросы в любой момент судебного следствия (ч. 1 ст. 174, ч. 3 ст. 177, ч. 1 ст. 187, ч. 4 ст. 188 ГПК РФ): как после окончания допроса кем-либо из участников процесса, так и во время допроса.

Однако внешняя активность судьи, т. е. личная постановка им вопросов допрашиваемому, в значительной мере зависит от активности сторон. Суд, предоставляя возможность сторонам состязаться в доказывании, должен быть активен настолько, насколько это необходимо для установления истины.

Поскольку вопрос судьи, предложенный во время допроса, прерывает его последовательность, в такой ситуации важно соблюдать такт и чувство меры. Судья может предложить вопрос, если необходимо уточнить вопрос, заданный участником процесса, или ответ допрашиваемого по поводу обстоятельств, имеющих существенное значение, до конца не прояснен. Однако вмешиваться в нормальное ведение допроса судье не следует. У допрашивающего может быть разработан определенный план, обусловленный соответствующей целью, которую не удастся достичь, если он фактически будет устранен от допроса.

В процессе допроса каждого из допрашиваемых очень важна активность субъектов доказывания. Если стороны активны и задают вопросы по существу, суд может довольствоваться теми результатами, которые достигнуты ими. Однако если вопросы сторон не проясняют судебную ситуацию, активность суда должна быть неограниченной.

Нельзя согласиться с авторами [10] , которые суть изменений в гражданском процессуальном законодательстве видят только в том, что суд по гражданским делам осуществляет лишь проверку отношений сторон из представленных фактов их существования и на их основе провозглашает свое решение. Следуя принципу диспозитивности, суд должен быть активен в пределах установления фактов, относящихся к предмету доказывания, сведения о которых представлены сторонами. Поэтому судебный допрос организуется так, чтобы ответы на вопросы были полными и правдивыми.

Характерным для суда как для правоприменителя и руководителя процесса является то, что допрос каждого лица осуществляется двояко: непосредственно — судья сам задает вопросы и опосредованно — судья заслушивает вопросы других участников процесса и ответы на них. В итоге у судьи формируется целостная картина результата допроса, подлежащая оценке с точки зрения доказывания.

Связанные общей задачей — способствовать рассмотрению и разрешению дела — субъекты допроса в суде, реализуя свое право вести допрос или участвовать в нем, имеют свои конкретные, не всегда совпадающие цели.

Судебная ситуация, как правило, конфликтна, поэтому цель допроса у каждой из сторон подчинена своим интересам, стремлению доказать свою правоту, способствовать вынесению решения суда в свою пользу.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: