Суды фемы это в германии

Обновлено: 23.07.2024

Facebook Если у вас не работает этот способ авторизации, сконвертируйте свой аккаунт по ссылке ВКонтакте Google RAMBLER&Co ID

Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal

Тайные трибуналы в Вестфалии - фемы

Предлагаю вниманию френдов главу из нашей "Великой книги сакральных знаний", посвященную системе германских тайных трибуналов. Нечто вроде эссе на тему о сакральности суда и закона.

Заседание суда фемы

Во все времена наказание преступников было делом сакральным и божественным. Первый дошедший до нас свод законов, кодекс Хаммурапи, посвящен богам.
Древних греков за преступления перед моралью и обществом карала крылатая богиня Немезида, которая преследовала провинившегося, пока он не был наказан. Любая власть начиналась с суда, поскольку именно он был основой порядка в обществе. А поскольку общество и государство мыслилось как отражение небесного мироустройства на земле, то и суд и законы были освящены божественной сакральной силой.
У древних германцев правосудие находилось в ведении бога Тора, в котором слились черты Зевса и Ареса. Первоначально Тор почитался как верховный бог-громовержец, и даже когда гораздо позднее он был вытеснен с почетного места главы древнегерманского пантеона Одином, за ним сохранились функции, связанные с военным правовым обычаем. С именем Тора напрямую связан тинг – народное собрание древних германцев. Принимать участие в работе тинга имели право все свободные взрослые мужчины племени, а затем обрасти и страны. Это собрание являлось высшим законодательным органом и судом одновременно, также на нем избирались вожди и короли. Руководили работой тинга верховные жрецы данной местности.
Тинг собирались по четвергам. В германской традиции этот день недели (Dienstag) посвящен богу Тору. Спустя столетия уже в Средние века именно в этот день недели собирались тайные трибуналы – суды фемы, которые продолжили традиции сакрального судопроизводства.
Традиция подобных судов уходит своими корнями в тайные мужские союзы. Читатель уже знает, что в Африке такие союзы управляют огромными регионами, верша суд и расправу над местными жителями. Классическим примером подобного объединения, который принял на себя функции тайного трибунала является союз поро в Сьерра-Леоне и Либерии. Этот союз объединяет представителей пяти главных племен регионов, в каждом из которых имеется подобное объединение, также называемое поро. Членами его могут быть только мужчины-воины в возрасте от 30 до 50 лет. Чтобы стать членом союза, нужно пройти через сложный ритуал инициации и принести клятву свято хранить тайну. Поро имеет три степени посвящение. Первую высшую степень составляют вожди племени и самые смелые и отважные воины. Во вторую входят жрецы, а в третью – рядовые члены. Союз имеет сложную систему тайных знаков и примет, по которым члены могут опознать друг друга в толпе непосвященных.
Большой совет поро обычно собирается в сухой сезон, которые захватывает временной отрезок между октябрем и маем. Собрания проходят по ночам под большим деревом, одиноко стоящим в саване. Здесь тайный союз вершит суд по самым сложным делам, например, конфликты между знатными и богатыми семьями. Менее тяжелые случаи поро разбирает на уровне племени. К признанному виновным преступнику отправляется член союза, который со словами «Поро посылает тебе смерть» убивает его там, где обнаружит. Если же приговоренный пытается сбежать, то долгом каждого члена поро найти и покарать его. Поскольку поро насчитывает около десяти тысяч человек, избежать кары нет никакой возможности.
Сходные обычаи существовали и у древних германцев, которые имели так называемый тайный свободный суд, называемый так потому, что в нем могли заседать только свободные полноправные члены общины. В средние века в Вестфалии он превратился в тайные трибуналы, известные как суды фемы. Традиционно слово «фем» переводят как «кара» или «наказание». Однако некоторые исследователи считают, что это – производное от древесного («баум») суда, связанного с лесным правом и древнегерманского культа дикой охоты, который также имел свой тайный союз.
В древней Европе сакральное лесное право регулировало вопросы пользования священными рощами и лесами, где было запрещено охотиться и рубить деревья. Действовало оно в немецких, а затем и в британских землях. У германцев охота считалась сакральным занятием, и охотиться в священном лесе мог только высший посвященный и члены тайного союза. Они соотносили себя с дикой охотой – воинства мертвых героев и валькирий, которые во главе с Одином проносились по небу. Интересно, что позднее главой дикой охоты стали считать Карла Великого, который официально ввел суды фемы в саксонских землях. Лесное право достигло своего расцвета уже в Англии, где оно было введено после англо-саксонского завоевания. Сам лес и его животный мир находились под особой защитой короля. Здесь были категорически запрещены охота, а также рубка леса или кустарников. Только для крестьян, проживавших на территории священных королевских лесов, было сделано небольшое послабление. После уплаты налога, они могли пасти свой скот в лесах на протяжении всего года, кроме периода отёла оленей ( две недели до и после летнего солнцестояния), собирать валежник для отопления и ремонта своих жилищ. Однако было запрещено огораживать участки для пастбищ или возводить строения в пределах границ леса, расчищать лес для пахоты и просто рубить деревья или кустарники. Крестьянину было запрещено заходить в лес с луком или любым другим оружием, а у его собаки должны были быть вырваны когти на передних лапах, чтобы она не могла преследовать добычу. Закон гласил: «Леса — это священные заповедники королей и источник их высочайшего наслаждения, они приезжают в леса охотиться, оставив на время свои заботы и набираясь свежих сил. Леса являются естественным отдохновением от двора, и здесь король может вдохнуть глоток чистой свободы. Поэтому проступки против леса подлежат наказанию по воле короля».
Косвенным подтверждением связи тайных трибуналов фемы с лесным правом служит то, что первоначально заседания суда проводились под дубом, грушей, в тени боярышника или во фруктовом саду. Кроме того, на этом же дереве и вешали приговоренного к смерти. Читатель уже знает, что у древних германцев повешение практиковалась как форма человеческих жертвоприношений, а кельты приносили в жертву богам исключительно преступников. Аналогичный обычай бытовал и у древних балтов.
В конце VIII в. император франков Карл Великий вел тяжелые войны с саксами. Он стремился покорить населенные ими северо-немецкие земли и обратить эти племена в христианство. В 772 г. по его приказу у города Эресберга в Вестфалии был срублен Ирминсуль – священный дуб саксов, посвященный богу Ирмину и символизировавший мировое древо Иггдрасиль, после чего началось крещение саксонских племен. Именно под этим деревом собирался тинг саксов. Одновременно повелитель франков издал капитулярий, который официально вводил в Вестфалии тайные трибуналы фемы. Судить они должны были в соответствии с утвержденной императором Саксонской правдой – сборником традиционного племенного права. Правда, некоторые ученые считают, что приписывание Карлу Великому введение судом фемы – лишь дань традиции, а на самом деле они возникли значительно позднее. Действительно, первое письменное свидетельство о существовании суда фемы относиться к 1267 г., большинство же дошедших до нас документов, связанных с работой тайных трибуналом датируется XIV –XVI вв. Тем не менее, совершенно очевидно, что подобные суды существовали и намного раньше.
Великий Гете в трагедии «Гец фон Берлихинген» оставил нам романтическое описание заседания тайного трибунала фемы. В самом начале старейшина обращается к судьям: «Судьи тайного судилища, вы клялись на мече и петле жить непорочно, судить откровенно, карать сокровенно подобно Богу! Если чисты ваши сердца и руки ваши, возденьте длани, возгласите злодеям: «Горе! Горе!»». В другом месте драмы один из героев жалуется: «Когда чернь прослышала, что я юрист, то чуть камнями меня не побила. А все оттого, что в суде шоффенов, уважаемом повсеместно, судейские места заняты исключительно людьми, не знакомыми с римским правом. Считается достаточным точное знание внутреннего и внешнего положения города, приобретенное путем опыта и долгой жизни. Вот горожан и крестьян и судят на основании старых обычаем да немногих статутов». Кроме того, суды фемы вдохновили Вальтера Скотта на роман «Анна фон Гейерштейн», посвященный средневековым швейцарским немецкоговорящим кантонам. Однако классики, описывая тайный трибунал, немного сгустили краски, желая добавить в произведение драматизма. На самом деле все выглядело несколько иначе.
Суды фемы в своей классической форме действовали только в Вестфалии, древней земле саксов. Император передал секретным трибуналам право карать смертью и миловать, что они и делали, выступая от его имени. Интересно, что в других областях Священной Римской империи это право было передано местным герцогам и крупным феодалам. Именно поэтому Вестфалию еще называли Красной или кровавой землей, поскольку это право императора называлось бан крови. Суды фемы подчинялись напрямую императору и находились в ведении архиепископа Кельна.
Существуя параллельно с обычными открытыми судами, тайные трибуналы занимались исключительно уголовными делами, не касаясь гражданского производства. Они брали к рассмотрению только тяжкие преступления против жизни и имущества жителей Вестфалии. Кроме того, трибуналам фемы были неподсудны евреи, священники, женщины, дети и язычники.
Членом тайного трибунала, т.е. шоффеном, мог стать любой свободный немец, рожденный в Вестфалии, которые ранее не был под судом, имел имущество и не состоял в других тайных обществах. Для того, чтобы войти в состав суда, необходимо было получить рекомендации минимум двух его членов. Поскольку членство в трибунале хранилось в глубокой тайне, шоффены сами подбирали кандидатуры, и мало кто отваживался отказаться от подобного предложения.
После предварительной беседы кандидат переходит в разряд профана и начинал готовиться к ритуалу инициации. В назначенный день он являлся на собрание шоффенов. Члены трибунала устраивали допрос кандидата, выявляя его деловые и личные качества. Если новичок успешно проходил это испытание, но становился на колени, клал руку на меч и приносил следующую клятву: «Я клянусь Святым Причастием, Господом Богом и Святым Евангелием, что я буду хранить тайны святой фемы от своей жены и своих чад, от отца и матери, от сестры и брата, от огня и ветра, от всего, на что падает солнечный свет и проливается небесная влага, от всего между небом и землей, а особенно от людей, которые знаю закон. Клянусь представить перед лицом суда, в котором я заседаю, все, что относиться к тайной юрисдикции императора, узнаю я это сам лично, или от проверенных людей, будь оно достойно наказания либо недостаточно наказано обычным судом, и не буду молчать ни за золото, ни за серебро, ни за драгоценные каменья, ни из-за страха, ни по любви».
После это члены трибунала посвящали нового шоффена в тайны суда. Ему сообщали систему секретных знаков, символов и тайный алфавит суда фемы, который напоминал магический алфавит, используемый чернокнижниками. Большинство этим символов затем было перенято масонами. Там, чтобы опознать друг друга, члены судов клали на обеденном столе рядом с тарелкой нож острием к себе. Кроме того, они носил при себе предметы с нанесенными на них буквами SSGG (аббревиатура мистической формулы «Камень, Веревка, Трава, Зелень»), которые также помогали опознать друг друга.
Подобная система тайных знаков и символов была необходима, поскольку члены разных трибуналом не знали друг друга, в то же время им часто приходилось действовать сообща. Суды фемы были могущественной структурой, которая находила ужас на князей и крупных феодалов, которые жили в постоянном стране, что их министры или придворные входят в круг посвященных и непременно сообщат суду о творящейся несправедливости. Считается, что в Вестфалии численность шоффенов доходила до 100 тысяч. Шоффены делились на два класса. Новоиспеченные члены суда именовались знающими или посвященными, а более опытные – рыцарями. Возглавлял суд фрайграф - верховный судья, которые пожизненно избирался шоффенами.
Чтобы решение суда было действительным, необходимо было присутствие минимум семи шоффенов, но не редки были заседания, на которые собиралось до сотни человек.
Заседания судов проводили рано утром, сразу после рассвета. Как уже было сказано, в более ранние времени члены трибунала собирались под деревьями, но затем чаще стали использовать подвалы домов. Однако в Дортмунде суд фемы проводился прямо на рыночной площади.
Фрайграф садился во главе стола, на котором лежали меч, веревка и камень. Обвиняемый должен был сам прийти на суд и выступить в свою защиту. Однако, если он был застигнул на месте преступления, это являлось достаточным доказательством вины. Если обвиняемый не являлся на суд, приговор ему выносился заочно. После этого члены трибунала пускались в погоню за виновным, чтобы настигнуть его и покарать. Настигнутого преступника вешали на ближайшем дереве в назидание остальным, а все его имущество переходило в казну императора. Чем тяжелее была вина казненного, тем выше висело его бренное тело. Не менее страшное наказание ждало и члена суда, который разгласил бы тайну фемы. Он также объявлялся вне закона, и его ждала неминуемая смерть.
Аналог вестфальских тайных трибуналов существовал в Тироле, где его называли судом посвященных. Многие исследователи проводят прямые параллели между судами фемы, итальянской мафией и тайными союзами итальянских карбонариев. Несомненно, что они оказали огромное влияние на масонов, заимствовавших многие элементы атрибутики и структуры, а также католической инквизиции. Уже в ХХ в. в Веймарской Германии тайные праворадикальные группировки, занимавшиеся политическим террором, имитировали суды фемы, вынося смертные приговоры своим противникам.

На рубеже 13-го столетия на северо-западе Германии, в Вестфалии, распространились тайные судилища — фемгерихты или фемы. Слово Femgericht или Feme происходит, видимо, от средненижненемецкого veime - "наказание за преступление; возмездие; расплата; штраф".

Тайные судилища — изобретение Запада

Привилегией вершить правосудие, а на практике ведать жизнью и смертью своих подданных, в ту эпоху имели исключительно монархи. Уже столетием ранее существовали так называемые "свободные суды" (Freigerichte), состоявшие из императорских судей и призывавших шеффенов (Schöffe, Scheffe, Schepfe или Schöppe) из жителей округа. Писцы при каждом фрейгерихте заносили приговоры в "кровавую книгу" (Blutbuch).

Фемы — тайные судилища

Фемы отличались от свободных судов тем, что не явившихся в суд судили тайно и скрытно приводили смертный приговор — по возможности через повешение — в исполнение. Председателем тайного судилища являлся фрейграф. Исполнителем приговора, проще говоря, палачом выступали шеффены.

При всех недостатках тогдашней системы судопроизводства:

  • отсутствия полиции,
  • трудности поимки преступников в соседних королевствах,
  • невозможностью на практике арестовать и судить влиятельных особ и богатых людей;

фемы были необходимы и особенно находили понимание и поддержку со стороны беднейших слоёв населения.

Обвинитель, поскольку имя его не предавали гласности, мог не бояться мести друзей или вассалов злоумышленника. Таким образом действовала своего рода средневековая система защиты свидетелей.

Ирландский писатель Томас Кейтли в книге "Тамплиеры и другие тайные общества Средневековья" утверждает, что авторитету тайных судилищ способствовала уверенность в том, что фемы учредил сам Карл Великий. Наиболее почитаемый в средневековой Западной Европе монарх. Лишённые возможности предавать суду еретиков за святотатство германские архиепископы и римские папы так же поддерживали фемы. Наконец, сама за себя говорила эффективность подобных трибуналов.

"Дурные люди трепетали, а добродетельные радовались, когда видели свисающее с дерева тело преступника и воткнутый рядом нож шеффена, демонстрирующий, кем он был осуждён и приговорён", — пишет Томас Кейтли.

Деградация тайных трибуналов

Со временем стали заметны чёрные пятна на белых ризах тайных судей. В фемы стали проникать негодные люди, которые дискредитировали судебные приговоры. Судейских обвиняли в подкупе, пристрастии, сведении личных счётов и прочих грехах.

"Право вешать без соблюдения обычных юридических форм с негодованием упоминается (около 1430 г.) ученым секретарем Людвига Пфальцского и другими его современниками, особенно младшими, — сообщал выдающийся историк Евгений Тарле. — К концу XV века эти жалобы так умножились, что императоры стали торговать привилегиями, освобождавшими частное лицо или целый город от подсудности фемы".

До второй половины 15-го столетия, т. е. в пору расцвета, в Германии насчитывалось от 15 до 30 тысяч фемгерихтов. С эпохи Реформации в Германии, когда возникла поговорка, что в фемах подсудимого сначала вешают, а потом приступают к допросу, число тайных трибуналов стало неуклонно сокращаться. Этот процесс в основном завершился к середине 16-го века.

Посылая это приглашение, ни на что другое фрайграфы особо и не рассчитывали. Они лишь стремились тем самым показать, «кто в доме хозяин». А хозяином в доме, то есть в немецких землях, Фридрих III был никаким. И началось это не вчера.

Когда молчит Фемида

Императорская власть в Германии зашаталась ещё за два столетия до этого — в то время, когда герцог Саксонии и Баварии, Генрих Лев, за отказ от участия в Крестовом походе был лишён императором Фридрихом Барбароссой почти всех своих владений. Вестфалия как часть Саксонии была передана архиепископу Кельнскому. Фридрих из похода не вернулся — утонул на речной переправе, а архиепископ навести порядок в своём новом владении так и не смог. Впрочем, анархия вскоре охватила все немецкие земли. Обычным явлением стали притеснения и насилие по отношению к простому народу со стороны местных властителей. Последователи рыжебородого императора уже не имели его железной хватки, и страна довольно быстро развалилась на множество мелких феодальных владений. Императорский суд утратил былое значение, и народу пришлось самому позаботиться о защите своих прав.

Вряд ли беззакония коснулись Вестфалии каким-то особым образом, но именно здесь в середине XIII века впервые возникли фемгерихты — «вольные суды», или «священные судилища». Распространившись в других немецких землях, они стали известны также под названием «тайных» или «запрещённых» судов.

Они не подчинялись ни светской, ни церковной власти и пользовались поддержкой большинства населения. Но люди одновременно испытывали и неописуемый ужас при одной только мысли 0 том, что дело может когда-нибудь коснуться их самих.

Фемгерихт

Это не был суд Линча, когда разъярённая толпа творит расправу над беззащитной жертвой. «Вольные суды» действовали в соответствии с кодексом, хранившимся в Дортмунде, а само судопроизводство осуществлялось согласно «Саксонскому зерцалу». Чаще всего рассматривались дела, связанные с преступлениями против христианства и нарушением десяти заповедей. Под действие этих судов не подпадали женщины и дети, евреи, язычники, а также высшее дворянство и духовенство.

Заседания суда могли быть открытыми или тайными — всё зависело от поведения обвиняемого. Если он добровольно являлся по вызову фрайграфа, то его дело рассматривалось в открытом заседании, и он мог защищаться, пригласив 30 своих друзей, готовых подтвердить его правоту. Если же он игнорировал такой вызов, то заседание было тайным, а приговор содержался в строжайшем секрете. Так же, как и само обвинение, которое озвучивалось только в суде, а не предъявлялось обвиняемому. И именно эта — тайная — сторона деятельности судов вызывала наибольший страх. Потому что любой человек мог быть в чем-либо обвинён, не имея 30 верных друзей, не мог защищаться, а при неявке в суд вообще ничего не знал о своей участи. А о том, что участь осуждённого неизбежна, было известно всем. И на это была направлена вся организация «вольных судов».

Фраиграфы и шеффены

По сути, это были Тайные общества, весь состав которых набирался исключительно из посвящённых, прошедших соответствующий обряд и наделённых определёнными правами и обязанностями.

Различалось три степени посвящения: «главные судьи», или фрайграфы, «заседатели», или шеффены, и послы.

В заседаниях участвовали фрайграф и пожелавшие того шеффены, но не менее семи. Иногда их число доходило до 100 и более. Быть шеффеном считалось почётным и относительно безопасным. Поэтому даже местные властители были заинтересованы в том, чтобы кто-либо из их приближённых попал в число «заседателей», а иногда и сами становились посвящёнными. Но для этого необходимо было пройти строгий отбор и дать клятву под страхом смерти хранить тайны «вольных судов», неукоснительно исполнять свои обязанности и доносить, если потребуется, даже на своих родителей и родственников.

Несмотря на столь жёсткие требования, в XV века в Германии насчитывалось около 100 тысяч «заседателей».

Судопроизводство

Для рассмотрения дела в «вольном суде» необходимо было, чтобы жалоба по поводу того или иного преступления попала в руки фрайграфа. Сделать это вправе был только шеффен, который мог жаловаться от своего имени как потерпевший либо выступать в качестве обвинителя по поручению другого потерпевшего.

На основании полученной жалобы фрайграф приглашал обвиняемого добровольно явиться в суд. Если тот был непосвящённым, то ему давалось на это шесть недель и три дня. Если же посвящённым, то 19 недель и два дня. Передачей приглашений занимались послы, и делали они это открыто. Если обвиняемый мог быть опасен для посла, приглашение прибивали ночью к входной двери или к воротам замка. Если же местопребывание его было неизвестно, то приглашение выставлялось в людном месте или на перекрёстке дорог.

В том случае, когда приглашённый не являлся на судебное заседание, обвинитель озвучивал суть жалобы перед собравшимися, а затем, встав на колено и положив два пальца на меч, приносил клятву в том, что говорит правду. Если при этом шестеро его друзей клятвенно подтверждали его честность, обвинение считалось доказанным. Причём подтвердить они должны были не обстоятельства дела, о которых могли и не знать, а то, что обвинитель заслуживает всяческого доверия.

После этого фрайграф, посовещавшись с шеффенами, выносил приговор. А он мог быть только двух видов: смертная казнь или изгнание.

Скреплённый печатями приговор выдавался на руки обвинителю, и с этого момента все шеффены по всей Германии обязаны были всячески содействовать ему в исполнении этого приговора. То есть в поимке осуждённого и повешению его «на ближайшем дереве». Для распознавания «своих» незнакомые между собой шеффены имели особые условные знаки и пароли, а чтобы осуждённый не мог предпринять каких-то ответных мер, приговор держался в строжайшей тайне. За её разглашение любому посвящённому грозила смертная казнь.

По сути на осуждённого начиналась охота по всей стране. В любом месте и в любой момент он мог быть повешен. При этом в ствол дерева, на котором вешали человека, втыкался нож в знак того, что он принял смерть от неумолимой руки «вольного суда».

Конец истории

Обычные суды, действовавшие на строго ограниченной территории, в тех условиях — при отсутствии полиции и эффективной связи — зачастую оказывались неспособными обеспечить розыск и арест скрывающегося от правосудия преступника. Поэтому «вольные суды» с их разветвлённой сетью агентов по всей стране долгое время были единственной реальной возможностью приведения приговоров в исполнение. Но, как и в любом деле, здесь также не обходилось без злоупотреблений. Бывали случаи сведения с их помощью счетов с противниками и даже подкупа «вольных судей», поэтому уже во второй половине XV века всё чаще стали поступать жалобы на их произвол, и с усилением императорской власти и государственного судопроизводства они постепенно стали терять своё значение. Формально они просуществовали до XIX века, и последний из них был распущен в Мюнстере уже при Наполеоне Бонапарте.

Поцелуй девы

По преданию, кроме повешения, в арсенале «вольных судов» имелся и такой способ казни, как «поцелуй Девы». Осуждённый должен был целовать статую Святой Девы, находящуюся в подземелье. При прикосновении к ней в статуе открывалась дверца, и особый механизм заталкивал жертву во внутренность статуи, усеянную острыми шипами. Затем пол проваливался, и смертник попадал на три пары больших деревянных валов, расположенных друг под другом и усеянных острыми клинками. Валы вращались, и когда тело жертвы проходило через эту мясорубку, от него оставались лишь мелкие куски, падавшие в протекавший внизу ручей.

Журнал: Все загадки мира №17, сентябрь 2020 года
Рубрика: Из глубины веков
Автор: Александр Фролов

Telegram-канал Багира Гуру

Что на самом деле написал Суворов коменданту Измаила?

Знаменитой легендой русской военной истории является известный ультиматум Суворова коменданту турецкой крепости Измаил. Как гласит предание, прибыв в декабре 1790 года под стены Измаила, Суворов отправил коменданту турецкой крепости краткий, но ёмкий ультиматум: «24 часа — воля, первый выстрел — неволя, штурм — смерть».

Константин Острожский - краткая биография

Князь Константин-Василий Острожский — некоронованный король Речи Посполитой, владевший третьей частью Волыни, огромными имениями в Галичине, на Подолье, Киевщине, Черкащине и Левобережье, — был чрезвычайно богат.

В Истории человечества есть немало примеров того, как простые люди брали правосудие в собственные руки, устав от бессилия и продажности царей земных :

Суд Феме (фемический суд/трибунал или Трибунал свободных судей) существовал в Германии в XII — XVI вв.. В отличие от местной юстиции, зависимой от феодальных владетелей, суд Феме считал себя свободным (что было зафиксировано в одном из его названий), так как подчинялсятолько Богу, а членами, чиновниками и подсудимыми в нем были исключительно лично свободные граждане.


Поначалу это были открытые судилища, во всех смыслах – они происходили под открытым небом и в присутствии общественности. Но фемический суд быстро превратился в тайное судилище, само слово „феме“ стало синонимом тайного суда и даже самосуда.

Подобно многим тайным обществам, Фем имел свои собственные внутренние правила и ритуалы. Посвященные почитались святыми. Степень их влияния была такова, что они могли появиться где угодно невооруженными, зная, что месть Фема неизбежно настигнет возможного обидчика. Их основной центр, известный как DieKrummeGrafschaft («Горбатое графство»), находился в Дортмунде.

Суд Фема карал только за определенные категории преступлений: ересь, отступничество, святотатство, изнасилование и оскорбление беременных женщин, воровство и грабеж с участием евреев, убийство, прелюб одеяние, колдовство и бунт. Собрание Фема решало, требует ли то или иное преступление его вмешательства. Если ответ был положительным, то глубокой ночью покрытый капюшоном служитель ордена доставлял виновному вызов на судилище. В одной из повесток было написано следующее: «Знай, граф Грюненберг, восседающий во Франкфурте, что ты обвинен графом фон Мюльхузином перед Судом Фема в серьезном преступлении, и сим тебе предписано предстать в следующий вторник перед моим свободным судом под липами в Лихтенфельсе» (подпись: Иохаан Ласке, фрайграф фон Лихтенфельс).

Если несчастный не являлся на Суд Фема, то любая попытка избежать расправы была тщетна. Обвиняемый становился меченым, strick-kind («дитем петли»). Если он сбегал, то повестку расклеивали на четырех углах его дома, и за ним начиналась охота. Беглеца осуждали заочно, а его имя вписывали кровью в книгу «Красная башня». Где бы или когда бы его ни разыскали, обязанностью любого члена ордена было убить его. Таково было dieHeimlicheAcht («Тайное предписание»).

СУД ЛИНЧА Возник и долгое время существовал в США как реакция обычных людей на преступный беспредел. В России его бы назвали самосудом. Традиционно считается , что "суд Линча" действовал только в отношении чернокожих, но это не так. Например, в августе 1915 г. линчеванию подвергся Лео Франк, изнасиловавший несовершеннолетнюю. В марте 1891 г. 11 членов итальянской преступной группировки г. Нью-Орлеан.

Система правосудия, выработанная цивилизованным обществом за долгие годы, несовершенна. Правосудие действует медленно и не всегда верно.

В частности, в США и Великобритании делаются все усилия, чтобы защитить права обвиняемого. В основе всего лежит тот принцип, что человек является невиновным, пока не будет доказано обратное, и что лучше позволить преступнику избежать наказания, чем осудить невиновного. Поэтому неизбежно возникает соблазн взять правосудие в свои руки, напасть на тюрьму, похитить обвиняемого и без суда и следствия покарать его — вплоть до смертной казни. Естественно, что такое может произойти, если преступление, якобы совершенное обвиняемым, вызывает особое негодование. Самосуду столько же лет, сколько цивилизации. Он всегда «идёт» плечом к плечу с мягкими законами или безволием и продажностью властей. Если же говорить конкретно о суде Линча, то он зародился на землях Северной Америки в последней четверти XVIII века.

В США суд Линча существовал параллельно с официальным законодательством с 1882 по 1936 год. За этот период линчеванию подверглось без малого 5650 человек. Но это вовсе не значит, что всех преступников вешала, сжигала и убивала разъярённая толпа. Подобные случаи составляли всего 0,5%. В основном же линчевание заключалось в моральном унижении людей, которые преступали закон.

Их раздевали догола, обмазывали дёгтем, вываливали в перьях, сажали на телегу и в таком виде возили по городу под смех и улюлюканье толпы. Навеселившись вволю, жертву отпускали на все четыре стороны. Как правило, данное мероприятие имело очень сильный психологический и воспитательный эффект. Жертва линчевания навсегда исчезала из города и уже никогда не беспокоила граждан своими мелкими уголовными пакостями.

Одним из первых правовых институтов возникших в исламе является институт судебной власти. Подобно системе общего права, мусульманское право развивалось частично в процессе развития судебной системы. Если в начале судебная система была частична независимая, то впоследствии оно стало инструментом в руках властей. Вместе с этим судебная власть в мусульманских государствах никогда не была послушным инструментом в руках правителей, хотя и есть исключения. Каждый человек в Исламском обществе, независимо от его веры или религиозной принадлежности, статуса, положения, имеет определенные неизменные права, которые включают в себя следующее:

1. Право искать защиты от угнетателей. Человек может подать в суд на своего угнетателя.

2. Право быть выслушанным перед судьей. Это основано на Хадисе Посланника Аллаха (с. а. с.):

«Воистину, Аллах (с.а.с) направляет ваши сердца и скрепляет ваш язык [с истиной]. Когда истец и ответчик сидят перед вами, не выносите приговор для одного, пока не услышите заявление другого, услышав заявление первого».

3. Право считаться невиновным до тех пор, пока не доказана вина. Посланник Аллаха (с. а. с.) сказал:

«Если людям выносят [решение] на основе их требований, вы увидите, что люди жаждут крови других людей и их богатства. Однако, ответчик должен присягнуть».

А в традиционной версии Байхаки это выскахывание заканчивается так:

«Доказательства должны быть представлены истцом, и присяга должна быть дана со стороны обвиняемого».

4. Право подозреваемого человека, на законный судебный процесс и на соблюдение его прав. Например, подозреваемого нельзя подвергать пыткам в любой форме, совершать над ним насильственные, жестокие действия, причинять страдания, чтобы заставить его дать любое показание. Посланник Аллаха (с. а. с.) запретил это, соответственно, когда он сказал:

«Аллах освобождает мою Умму [народ] от следующего: ошибок, забвения и всего, что они вынуждены делать»

Второй Халиф Умар ибн аль-Хаттаб (р.а.а.) заявил: «Человек не будет нести ответственность за признание, если вы причинили ему боль, запугали его или подвергли заключению [для получения признаний]».

5. Право, согласно которому только виновные будут наказаны и понесут личную ответственность за содеянное. Это означает, что никто не должен нести ответственность за ошибки других. Обвинения, подозрения и наказания должны быть нацелены на виновного и не распространяться на членов его семьи.

Аллах, справедливо говорит в Благородном Коране:

Кто делает добро, делает это для себя самого, а кто делает зло, делает это против себя самого. Господь твой поступает с рабами справедливо! (41:46)

Посланник Аллаха (с. а. с.) сказал:

«Никто не должен брать на себя [вину] своего брата или отца».


  • С развитием «практической каббалы» в конце средневековья появляются упоминания и описания мистических молитвенных обрядов, призванных обрушить на провинившегося человека гнев небесного суда. В соответствии с базисными монотеистическими представлениями, этот обряд не «управляет» Божьим гневом, а представляет собой как бы апелляцию в суд Божественной справедливости. Информация о способе проведения такого обряда не разглашается, и каббалист, если он решает провести его, делает это по собственному разумению и под свою ответственность. Традиция подчёркивает, что человек, призывающий на другого гнев суда, попадает и сам под его пристальное внимание, и, если «жертва» невиновна, наказание падает на призвавшего.

Каббала сефирот

"пульса денура" - это особый обряд, совершаемый в случае, когда несколько авторитетных, знающих методику мудрецов, придя к выводу, что деятельность того или иного еврея угрожает всем евреям в целом, просят Бога вмешаться и разобраться. И Бог, как считается, отзывается, а разобравшись, наказывает виновного: если тот очень-очень виноват, убивает через несколько лет, перед тем поиздевавшись, если просто очень виноват, убивает, не издеваясь, в течение года, а если виноват, но не очень, карает неприятностями в жизни.

Десять избранных раввинов встречаются в полночь в синагоге. Они разжигают черные свечи, трубят в шофар и читают определенные отрывки из книги "Зоар".

Если тот, против кого оно направлено, действительно заслуживает наказания за содеянное и представляет собой серьезную опасность для еврейского народа, этот человек скончается в течение года. Если раввины ошиблись, проклятие обернется против них самих.


Еще следует отметить, что обряд этот действует только в отношении евреев (какого-нибудь Гитлера бомбить пульса денура бессмысленно), а если по итогам Божьего расследования выясняется, что обвиняемого оклеветали, гнев Свыше оборачивается против обвинителей, - и поскольку риск серьезен, такие обращения на самый верх случаются не очень часто.

Теперь о конкретике. Как правило, проводящие такой обряд не особо свое делание афишируют, но некоторые сведения имеются. Так, достоверно известно, что объектами обряда были:

Евреи-ультраортодоксы были разгневаны публикациями в газете, основанной "отцом современного иврита " Элиэзером Бен-Йехудой , за что прокляли лингвиста. [3]
Элиэзер Бен-Иегуда, "отец-основатель" иврита. Рассердил ультраортодоксов, но выжил и даже пережил проклинавших (они были старенькие и умерли вскоре после того, а он жил еще долго);

Лев Троцкий, проклятый известным раввином Хафец-Хаимом в 1925 "за навлечение на евреев гнева иных народов"; дальнейшая судьба Льва Давидовича от краха карьеры до тыца в темечко, думаю, известна всем;

Герцон Агрон, мэр Иерусалима, попал под раздачу в 1959-м после приказа снести могилы каких-то праведников и скончался ровно через две недели;

Ихцак Рабин, премьер-министр Израиля, подписал соглашение о создании ПНА, не скрывал, что готов к дальнейшим широким уступками был и через месяц после проклятия погиб от руки правого экстремистам, возможно, вслепую разыгранного спецслужбами;

Ариэль Шарон, еще один премьер-министр Израиля, жестоко разогнав демонстрации протеста, вывел еврейские поселения из сектора Газа, получил свою пульса де нура, а вскоре (как и сказано в заметке) впал в кому и умер, восемь лет прожив растением;

Эхуд Ольмерт, опять-таки премьер-министр Израиля, продолжил политику уступок. В июле 2006 года группа каббалистов обратилась к Богу, но Ольмерт жив и поныне, однако долго болел раком (вылечился) и фактически ушел из политики, потеряв всякое влияние,

История/History

История/History

История/History запись закреплена

У того, кто однажды обнаруживал в своём доме или на воротах пергамент, где его призывали на суд, имелось два выхода: сбежать или явиться на суд.

Что такое время «вольных судей»? Это время мрака, смуты, междоусобиц и хаоса. Когда вместо всех прочих законов действует один-единственный – закон силы. Когда император лишь тень на троне и плоть страны раздирается на мелкие кровоточащие клочки. Когда начинают шататься устои веры, потому что верить в Бога посреди моря убийств и вопиющей несправедливости становится всё труднее. Речь о Германии конца XIII века. Именно здесь и именно в это смутное и ужасное время появились тайные братства, во имя Христа вершившие правосудие. Их называли «вольными судьями», или фемами.
Германия тогда входила в состав огромной Священной Римской империи. И именно поэтому своих императоров почти не видела. Германские короли из правящей династии Штауфенов пропадали в Италии. И пропадали иногда в буквальном смысле этого слова.

Внук знаменитого Фридриха I Барбароссы – Фридрих II Сицилийский обустроил для себя уютную резиденцию на юге Италии и оттуда с азартом воевал то с папами римскими, то с Ломбардской лигой, то возглавлял крестовые походы, и в конце концов в 1245 году Вселенский собор низложил его с императорского трона.
Два других преемника Фридриха – юные короли Конрад IV и Конрадин – сложили свои головы в Италии, едва-едва вступив на престол и почти не успев ничего предпринять и даже ощутить вкуса императорской власти.
И всем без исключения Штауфенам тогда было безразлично, что происходит в их родной Германии.

А там творилось ужасное. В историю это время войдёт как великое междуцарствие 1256–1273 годов. Страна была разодрана на части хищными германскими князьями, пытавшимися урвать кусок пожирнее. Территория раздробилась на отдельные епископства, области и даже общины. И нигде не было порядка. Имперское суды были распущены, и повсюду царил кровавый произвол.
Беспредельная анархия и кровавая междоусобица стали приобретать угрожающий размах. Местные феодалы, когда-то опора императорской власти, теперь занимались откровенным разбоем: устраивали разбойничьи набеги на проезжающих купцов, грабили и убивали их и всех прочих, кто подворачивался им под руку, а потом снова, безнаказанными, скрывались за мощными стенами своих замков и копили силы для новых набегов и убийств.

Простым людям некуда было бежать и не к кому было обратиться за помощью. Выход был только один – взять правосудие в свои руки и самим навести порядок, если не во всей стране, то хотя бы в своей области.
Так появились «вольные суды» – тайные трибуналы, вершащие справедливый и безжалостный суд над преступниками под покровом тайны. Наиболее известные из «вольных судов» (и самые первые) возникли в «красной стране» – Вестфалии и оттуда со скоростью пожара распространились во всей Германии.

Самый ранний документ, где чётко и однозначно упоминаются вестфальские суды, датируется 1267 годом. Второе их название – фемы.

Исследователи до сих пор ломают голову, откуда появилось само слово «фем» и что оно обозначает. Одна из гипотез уводит к латинскому слову «fama», то есть «репутация», «общественное мнение». Другие исследователи говорят, что фемы происходят от старонемецкого слова, означающего «приговор».
Но главное, обе гипотезы отражают суть деятельности фемов – вынесение приговора преступнику на основании общественного мнения без выдвижения формального обвинения.

В самом начале фемы создавались для защиты десяти заповедей Христа. Вольные судьи осуждали убийц и клеветников, тех, кто совершал кражи и творил разбой, портил церковное имущество, занимался магией или был еретиком, кто не соблюдал посты и хулил Бога, нарушал общественный покой, оскорблял личное достоинство, совершал отступничество, предательство, лжесвидетельство, фальшивомонетничество… В общем, ловко интерпретируя законы, практически все дела можно было сделать «подфемными», чем собственно фемы впоследствии и занимались.

Располагая собственным кодексом, вольные судьи не подчинялись ни светской власти, ни церковной. Из всех вышестоящих инстанций они признавали лишь власть императора. Для них он считался источником всех законов и властных полномочий, и только он один мог изменить вынесенный вольным трибуналом приговор. А приговоры фемы выносили исключительно двух видов – изгнание или казнь…

Многое в истории фемов и поныне покрыто мраком. Это были тайные организации, где посвящённого вне зависимости от его ранга за любое случайно оброненное слово карали жестокой смертью. Поэтому те, кто имел отношение к вольным судам, предпочитали держать язык за зубами и не оставлять никаких письменных свидетельств.

«Вольные суды» были чётко структурированным обществом с жёсткой иерархией. Они состояли из трёх ступеней посвящения. На самой низшей ступени находились послы, чьей обязанностью было доставлять «повестку» в суд и следить за вынесением приговора.

Выше находились заседатели, или, как их называли, шеффены. Шеффены обязательно должны были быть немцами по происхождению, рождёнными в законном браке свободными родителями, исповедовать христианство. Чтобы они не были ни отлучёнными, ни изгнанными и не являлись членами никакого духовного ордена или подобной организации.
Шеффены делились на несведущих и сведущих, или посвящённых, то есть допущенных к секретам общества.
Торжественная церемония посвящения в шеффены сопровождалась особой клятвой в весьма театральной постановке. Её произносили, встав на колени и положив большой и указательный пальцы правой руки на обнажённый меч и виселичную веревку: «Я клянусь святыми узами, что с этого момента буду помогать, оберегать и хранить тайны святой фемы от жены и детей своих, от отца и матери, от сестры и брата, от огня и ветра, от всего, на что падает солнечный свет и проливается небесная влага, от всего между небом и землёй, а особенно от людей, знающих закон…»

Шеффены были самой многочисленной группой «вольных судов». В отдельные годы их число, по некоторым данным, доходило до 100 тысяч! Друг друга они узнавали по секретным знакам, о которых мы сегодня имеем весьма смутное представление. Одни говорят, будто бы шеффены за столом поворачивали нож остриём к себе, а рукояткой от себя. По мнению других, тайным знаком служили буквы SSGG, которые расшифровывались как «палка, камень, трава, страдание» (Stock, Stein, Gras, Grein).

На верхушке тайного общества стояли главные судьи, выносящие приговоры, во главе с фрайграфом – верховным судьёй. Он председательствовал в суде и выписывал повестки обвиняемым.
Согласно этим пергаментным запискам послы должны были трижды с интервалом в шесть недель, вызвать преступника в суд. Доставка осуществлялась двумя способами: явным и тайным.
В первом случае пергамент просто прибивали к воротам, отломив три щепки, чтобы подтвердить выполненное задание. Второй способ был сложнее, но именно он наводил ужас и на осуждённого, и на всех окружающих. При тайной доставке от послов требовалось изрядное хладнокровие, хитрость и смелость. Они должны были проникнуть в самое тайное место в доме и прибить там пергамент, а рядом оставить монету, которая подтвердила бы подлинность документа.

Судебные заседания фемов тоже были явными и тайными. Они могли проводиться открыто при большом стечении народа, а могли быть тайным трибуналом, на котором присутствовали только посвящённые.

Открытые суды проводились три раза в год. За 14 дней послы объявляли заседание, на которые под страхом смерти должны были явиться все домовладельцы округи и рассказать обо всех известных им преступлениях, совершённых в тот промежуток времени.
Суды собирались под открытым небом на церковных подворьях, либо на рыночной площади. Но излюбленным местом было проведение заседаний под деревьями, как в старые времена. Часто встречаются упоминания трибуналов, которые назывались по видам деревьев, под которыми они проводились, например, трибунал у бузины, у старого дуба, под липой, под грушей и так далее.
У того, кто однажды обнаруживал в своём доме или на воротах пергамент, где его призывали на суд, имелось два выхода: сбежать или явиться на суд.

Во втором случае он мог привести с собой до тридцати свидетелей или послать вместо себя представителя. А также имел право обжаловать решение «вольных судей» в высшей инстанции – имперском суде в Дортмунде. Но проблема заключалась в том, что все не могли пробиться к императору на приём.

Доказав вину обвиняемого, «вольные судьи» выносили приговор. И если это был смертный приговор, то осуждённого немедленно вешали на дереве, а рядом втыкали нож, как признание того, что данная смерть – казнь по приговору «вольного суда». Если осуждённый был одним из братьев, нарушивший клятву, то его вешали на семь футов выше, чем остальных преступников (чтобы было видно издалека).
В случаях, когда осуждённый не являлся на суд, ударяясь в бега, его судили и приговаривали заочно. Жена его объявлялась вдовой, а дети – сиротами. Десятки шеффенов отправлялись с заданием отыскать скрывшуюся жертву и привести приговор в исполнение сразу, где бы преступник не был обнаружен.
Если же он был застигнут на месте преступления, то жертву казнили немедленно, без всяких судебных заседаний.

В особых случаях прибегали к казни, которая называлась «поцелуй железной девы». Осуждённого подводили к металлической статуе, которую он должен был поцеловать. Немедленно срабатывал механизм, створки железного чудовища распахивались и человек скатывался в нутро, где ему в глаза вонзались два больших ножа, многочисленные гвозди протыкали тело насквозь, после он падал на вращающиеся валы с острейшими лезвиями, которые кромсали несчастного, а находившиеся ниже валы превращали тело в куски мяса, сбрасывавшиеся затем через люк в проточную воду.

Фемы сыграли существенную роль в наведении порядка в Германии. Угнетённые и бесправные граждане получили достойную защиту, а многочисленные злоумышленники – по заслугам. «Вольные судьи» сдерживали разгул преступности и анархии, выступали гарантией социального спокойствия.

Однако ничто не вечно, и в конце концов даже «вольные суды», основанные на принципах порядочности и справедливости, начали деградировать и погрязли в коррупции, вызывали ненависть и отвращение, потеряли всякое влияние и изначальную репутацию .
По мнению исследователей, коррупция предшествовала деградации. Благодаря взяткам в ряды фемов начали проникать случайные, а зачастую и вовсе недостойные люди. «Те, кто получил власть вешать людей, вряд ли заслуживали того, чтобы пасти свиней, они сами были вполне достойны виселицы, если взглянуть на их жизненный путь. В чужих глазах они и соринку замечали, но не видели бревна в своём собственном», – писал в своё время некий очевидец.

Вместо порядка тайные трибуналы творили теперь настоящее беззаконие, попирая юридические нормы и порой прикрывая истинных преступников, а других лишали жизни за малейшие проступки, стоящие лишь порицания. Используя положение и откровенный террор, многие из «вольных судей» занимались собственным обогащением, наживали неправедные огромные состояния за счёт взяток и конфискации имущества осуждённых.

К XV веку крепнет настоящая юстиция, усиливается само государство, и выродившиеся «вольные суды» становятся бесполезными организациями, о них слышно всё меньше и меньше. Ко времени Реформации, в XVI веке, они превратились в анахронизм и вызывали уже не ужас, а лишь едкие насмешки. В то время даже появилась поговорка, что фемы подсудимого сначала вешают, а потом приступают к допросу.
Однако формально «вольные суды» не были упразднены и просуществовали до начала XIX века.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: