Судебная практика существенные условия договора

Обновлено: 08.12.2022

1. Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

2. Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

3. Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Комментарий к ст. 432 ГК РФ

1. Для того чтобы договор породил права и обязанности сторон, он должен быть заключен, т.е. стороны должны достигнуть соглашения по всем его существенным условиям (п. 1 ст. 432 ГК РФ).

Существенные условия - это условия, названные в законе или иных правовых актах как существенные, условия, необходимые только для договоров данного вида (например, договор продажи недвижимости согласно ст. 555 ГК РФ должен предусматривать цену), и иные условия (случайные и обычные), которые включаются в договор по требованию одной из сторон (например, условие о конкретных способах обеспечения исполнения обязательства).

Существенным условием для любого договора является его предмет.

2. При заключении договора выделяются две стадии: оферта (предложение заключить договор) одной из сторон и ее акцепт (принятие предложения) другой стороной.

3. Пункт 3 комментируемой статьи запрещает стороне, принявшей от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившей действие договора, требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (см. комментарий к п. 3 ст. 1 ГК РФ).

В Обзоре судебной практики № 3 Верховный Суд Российской Федерации дал разъяснение по спору, возникшему из договорных отношений, а именно, по иску о признании договора подряда незаключенным при наличии признаков заключенного такого договора.

Гражданин обратился в суд с иском к обществу, указав, что между ними был заключен договор подряда на выполнение работ по ремонту и реконструкции здания школы, работы выполнены в полном объеме, без замечаний, а поскольку работа не была оплачена, истец просил взыскать с ответчика оплату по договору подряда, компенсацию морального вреда и судебные расходы.

Общество иск не признало, и подало встречные исковые требования о признании договора подряда незаключенным, ссылаясь на то, что существенные условия договора не были согласованы, и договор не исполнялся. К участию в деле были привлечены третьи лица без своих требований (школа и две строительные компании).

Суд первой инстанции отказал в иске гражданину и удовлетворил встречный иск ответчика по делу. В обоснование принятого решения суд указал, что договор подряда не может быть признан заключенным, поскольку соглашение сторон спора о видах и объеме работ, подлежащих выполнению в рамках данного договора, то есть о предмете договора, достигнуто не было, смета не составлялась, а фактов сдачи результата работ и их принятия лицом, для которого они были выполнены, не установлено.

Суд также сослался на то, что обществом (ответчиком) представлены договоры подряда на выполнение спорных работ по реконструкции школы, заключенные с другими организациями с приложением технических заданий, актов, счетов-фактур, бухгалтерских справок, платежных поручений. Суд апелляционной инстанции согласился с принятым решением.

Однако Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ признала указанные выводы судов необоснованными и указала, что в силу п. 3 ст. 432 Гражданского кодекса сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности. Например, если работы выполнены до согласования всех существенных условий договора подряда, но впоследствии сданы подрядчиком и приняты заказчиком, то к отношениям сторон подлежат применению правила о подряде и между ними возникают соответствующие обязательства (п. 6 постановления Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора").

Кроме того, коллегия отметила, что незаключенность договора подряда не освобождает заказчика от оплаты фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ, имеющих для последнего потребительскую ценность. В случае если результат выполненных работ находится у заказчика, у него отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству работ, и результатом работ он может воспользоваться, то незаключенность договора подряда не может являться основанием для освобождения заказчика от оплаты работ.

ВС РФ обратил внимание на то, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о невыполнении истцом работ по договору подряда, о чем свидетельствуют отсутствие актов приема-передачи выполненных работ и утверждения ответчика о выполнении работ другими организациями ошибочны, поскольку акты выполненных работ не являются единственным средством доказывания соответствующих обстоятельств. Законом не предусмотрено, что факт выполнения работ подрядчиком может доказываться только актами выполненных работ (ст. 60 ГПК РФ).

Что касается доводов ответчика о выполнении работ другими лицами (строительными компаниями), истец ссылался на то обстоятельство, что договоры строительного подряда заключены ответчиком со строительными компаниями уже после начала им ремонтных работ, и они заключены на иные виды работ, которые истец не выполнял, за исключением работ по заливке стяжки полов.

Судебная коллегия посчитала, что в нарушение ст. 67, ст. 198 ГПК РФ суд первой инстанции не создал условий для выяснения обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора, в связи с чем направила дело на новое апелляционное рассмотрение.

Прошел уже почти год с того момента, как Постановление №49 применяется в судебной практике (25.12.2018 г.). За это время анализ судебных актов, в которых оно упоминалось, показал, что судебные инстанции неохотно применяют его на практике, судя по количеству рассмотренных за этот период на уровне судебной коллегии дел. Возникшую тенденцию можно объяснить обобщающим характером рассматриваемых в нем вопросов.

В 2019 г. Верховный Суд Российской Федерации больше всего внимания уделил делам, связанных с заключением договора, а также ситуациям, когда нижестоящие суды осуществляли толкование положений договора с нарушениями. Меньше всего дел высшая судебная инстанция рассмотрела в связи с предварительными и рамочными договорами.

Тем не менее, обзор дел, рассмотренных судебными коллегиями по гражданским и экономическим делам позволил заключить, что в Постановлении №49 усматриваются и определенные тенденции к образованию различных изменений в самих подходах к правоприменению.

Как показывает практика, для рассмотрения дел, связанных с заключением договора, существует не только потребность в соотношении нормы и практики, но и сближение субъективного и объективного подходов при разрешении связанных с ними споров, поскольку способность выражения своих намерений сторон в отношении предмета договоренностей – явление, которое зависит от их субъективных устремлений и волеизъявления.

В связи с этим, при рассмотрении таких дел начала прослеживается тенденция к необходимости принятия стандартов косвенного доказывания в спорах, связанных с заключением договоров, поскольку они включают в себя явный субъективный элемент.

Верховный Суд также обратил внимание и на то, что заверения об обстоятельствах могут выражены в разнообразной письменной форме, следовательно, их следует рассматривать по их содержанию.

А урегулирование разногласий с помощью суда на стадии заключения договора носит упреждающий характер, однако роль суда должна соответствовать процессуальному законодательству и основываться на принципах независимости суда и равенства сторон.

1. В судебной практике соблюдение условий заключенности договора является краеугольным камнем в некоторых категориях споров. Для этого существует несколько причин, в частности пункт 1 Постановления №49 предусматривает особые условия, при которых соглашение считается достигнутым:

- путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ),

- путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах,

- иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Совершенно очевидно, что выявление факта соблюдения сторонами этих условий подчас относится к умозрительной и субъективной категории и, соответственно, рассматриваются судом по своему внутреннему убеждению. Таким образом, в этом случае требуется совершенно иной стандарт доказывания, который позволит суду обнаружить более сложную связь с устанавливаемым обстоятельством. При доказывании наличия этих условий существенная роль отводится косвенным доказательствам, которые только в своей совокупности позволят принять объективное решение.

2. К таким обстоятельствам, подлежащих доказыванию, согласно пункту 6 Постановления №49 можно отнести выявлении в споре конклюдентных действий, и иных обстоятельств, которые позволяют установить фактически сложившиеся договорные отношения и гражданско-правовую ответственность в споре. Ими может быть, в том числе выставленный счет, в котором указано назначение платежа в виде оплаты по договору, платежное поручение с назначением платежа - оплата по счету. (Определение Верховного Суда РФ от 16.08.2019 N 307-ЭС19-12529 по делу N А56-3160/2018)

Кроме этого, при рассмотрении вопроса о заключенности договора требуется обратить внимание не только на соблюдение того, достигли ли стороны согласия относительно всех условий договора, но и факт передачи истцом ответчику до момента получения отказа от сотрудничества результата работ, в том числе какой-либо документации. При его отсутствии договор может быть признан незаключенным (Определение от 17.06.2019 г. по делу №307-ЭС19-8255).

Учитывая практику правоприменения в некоторых случаях систематизация условий заключенности договоров в анализируемом Постановлении может способствовать развитию субъективно-объективного подхода при рассмотрении такой категории дел, в которой требуется установить, было ли достигнуто соглашение по всем существенным условиям.

В Определении от 29 октября 2019 г. Верховный Суд РФ обратил внимание апелляционной инстанции при дальнейшем рассмотрении на то, что суду необходимо провести проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию, несмотря на то, что стороны и не заключили в должной форме договор купли-продажи земельного участка.

Коллегия мотивировала это тем, что вывод о соблюдении сторонами условий заключенности должен основываться на доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании (ч. 2 ст. 195 ГПК РФ), и доказательствами, полученными в соответствии с законодательством (ч. 2 ст. 50 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 181, 183, 195 ГПК РФ).

3. Иного рода возникает проблема, когда одна из сторон договора при уклонении другой стороны от регистрации сделки обращается в суд с требованием о ее регистрации. В этом случае, регистрирующий орган может по собственной инициативе отказаться осуществить регистрацию в связи с установлением им нарушения порядка предоставления земельного участка в аренду.

Тогда стороны сталкиваются не столько с проблемами определения момента, с которого арендатор обязан возместить задолженность по арендной плате, а с условиями, при которых арендатор вправе исчислять арендную плату с момента государственной регистрации договора аренды. Согласно абз. 1 пункта 5 Постановления №49 момент заключения договора и момент государственной регистрации договора аренды отличаются по времени (п.1, 2 и п. 3 ст. 433 ГК РФ соответственно).

По иному пункт 5 Постановления №49 рассматривает договор, подлежащий государственной регистрации, как тот, который влечет последствия для третьих лиц. В деле о признании незаконным уведомления о приостановке государственной регистрации договора аренды в порядке административного судопроизводства судебная коллегия заключила, что в контексте соблюдения условий заключенности договора уклонение стороны договора от его государственной регистрации само по себе не означает, что между сторонами договора не возникли обязательственные правоотношения или не были соблюдены предшествующие ей этапы процедуры по предоставлению гражданину земельного участка, находящегося в государственной либо муниципальной собственности (Кассационное определение по делу № 25-КА19-5 от 02.10.2019 г.)

4. В случае рассмотрения спора, возникающего из заключения договора посредством электронной почты, в судебной практике по пункту 9 Постановления №49 нашел свое подтверждение вывод из моего недавнего исследования.*

Суд даже в случае исследования электронных доказательств продолжает руководствоваться традиционными стандартами доказывания, предусмотренными действующим процессуальным законодательством, несмотря на то, что Постановление №49 предопределяет выход норм права за рамки нормативного подхода и гибкость в правоприменении, благодаря расширению свободы и принципов толкования договора.

В деле № 305-ЭС19-10794 коллегия рассмотрела дело, в котором арендодатель обратился в суд за взысканием арендной платы, аргументируя тем, что стороны заключили договор по электронной почте. При этом свою позицию истец аргументировал представлением копии договора и акта приема –передачи, в отсутствие у него подлинных документов в связи с тем, что копии были получены им по электронной почте, представлен протокол осмотра доказательств.

Выйдя за рамки вывода коллегии о недобросовестности арендодателя при предоставлении доказательств заключения договора по электронной почте, особого внимания заслуживает то обстоятельство, что суды при оценке обстоятельств продолжают избегать необходимости разделять стандартные доказательства и собственно те, которые позволяют оценить электронные доказательства.

Об этом можно косвенно сделать вывод обратив на внимание на формальное обращение коллегии к правовой позиции, сформулированной в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.11.2013 №18002\12, согласно которой:

- переписка по электронной почте между сторонами подлежит оценке наряду с другими, в том числе косвенными, доказательствами в их взаимосвязи и совокупности.

- о достоверности представленных документов и материалов (в том числе сведений, находящихся в такой переписке) может свидетельствовать совпадение их содержания с другими подтвержденными по делу обстоятельствами.

5. Конклюдентные действия - являются одним из наиболее объективных способов установить намерения акцептанта по отношению к предложению оферента, а также в случае определения, считается ли договор заключенным.

К ним можно отнести закрепленные в законе объективные критерии, которые позволяют измерить или определить факт оказания услуги. Например, в деле № 310-ЭС19-19588 коллегия рассмотрела спор по взысканию задолженности за оказанные услуги мобильной связи. Согласно п. 2 ст. 54 Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи» основанием для осуществления расчетов за услуги связи являются показания средств измерений, средств связи с измерительными функциями, учитывающих объем оказанных услуг связи операторами связи, а также условия заключенного с пользователем услугами связи договора об оказании услуг связи.

Пункт 13 Постановления №49 закрепляет два условия для заключенности договора посредством совершения конклюдентных действий:

(а) совершение конклюдентных действий до истечения срока, установленного для акцепта.

(б) оферент должен узнать о совершении соответствующих действий, если иной момент заключения договора не указан в оферте и не установлен обычаем или практикой взаимоотношений сторон (пункт 1 статьи 433, пункт 3 статьи 438 ГК РФ).

Заверения об обстоятельствах

6. Заверения об обстоятельствах могут приобретать в рамках договоренностей различную форму: гарантийного письма или гарантий, изложенных в тексте договора. Однако от этого их сущность не меняется, поскольку их закрепление в какой либо форме дает основание контрагенту доверять инициатору договора в отношении достоверности обстоятельств, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения.

Согласно пункту 34 Постановления №49, если стороной договора является физическое лицо, то при рассмотрении дела необходимо определить в качестве имеющих значение обстоятельств и дать оценку тому, распространяются ли на правоотношения сторон положения Закона о защите прав потребителей, а также проверить обстоятельства, как связанные, так и не связанные непосредственно с предметом договора, но имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, и тем самым принять на себя ответственность за соответствие заверения действительности дополнительно к ответственности, установленной законом или вытекающей из существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств. (Определение по делу № 5-КГ19-133 от 20.09.2019 г.)

Заключение договора в судебном порядке

7. Обращение сторон при согласований условий договора к принципу свободы договора может привести к ситуации, когда стороны не в состоянии договориться о его ключевых моментах, как правило, это цена, обязанности или ответственность. В этом случае закон предлагает обратиться к передаче разногласий на усмотрение суда, при наличии обязанности заключить договор или соглашения сторон о передаче разногласий на рассмотрение суда.

В этом пункт 38 Постановления №49 отличается от его иных положений, рассматривающих споры о понуждении заключить договор.

Применительно к делам о передаче разногласий по поводу цены на свое рассмотрение суд не связан ни правовой позицией истца, указывающего на необходимость применения принятых им в одностороннем порядке правил определения платы, ни правовой позицией ответчика, указывающего на необходимость исключения данной платы из договора.

8. При рассмотрении такой категории споров суд непосредственно сталкивается с необходимостью, оставаясь на условиях своей независимости, соблюдать равенство сторон перед законом и судом. Это связано с тем, что суд выступает посредником между сторонами при их явном раздоре в отношении положений договора.

В деле № 307-ЭС19-3613 коллегия сформулировала основной принцип процессуальных действий суда при передаче разногласий на рассмотрение суда. Учитывая положения пункта 42 Постановления №49, в решении должны быть указаны существенные условия договора (условия, которые позволяют считать договор заключенным и о необходимости согласования которых заявит одна из сторон), в остальном содержание прав и обязанностей сторон регулируется императивными нормами законодательства и восполняется диспозитивными нормами законодательства, если правило иное, чем определено в диспозитивной норме, прямо не указано в решении суда (пункт 4 статьи 421, пункт 1 статьи 422 ГК РФ).

При принятии наследства, оформляя документы у нотариуса, наследник первой очереди обнаружил, что имеется договор дарения некого движимого имущества, заключенный за день до смерти правопредшественника с лицом, не являющимся наследником.

Наличие данного договора показалось подозрительным наследнику в связи с тем, что состояние наследодателя в последние дни было тяжелым и представляется сомнительным, что он мог совершить указанную сделку.

Было видно, что договор был шаблонным, составленным на одном листе, в графе даритель была поставлена подпись последнего без расшифровки. Проанализировав указанный договор, наследник пришел к выводу о том, что подпись от имени дарителя сделана не наследодателем, а иным лицом.

При таких обстоятельствах наследник решил оспорить указанную сделку.

В процессе подготовки искового заявления возник вопрос, какой способ защиты гражданских прав будет являться надлежащим: требование о признании сделки недействительной (ничтожной) или незаключенной?

Указанный вопрос, на первый взгляд, носит сугубо теоретический характер. Но в то же время, практическая значимость разрешения указанного вопроса заключается в том, что процессуальное законодательство вменяет в обязанность истцу осуществить надлежащий выбор способа защиты своего субъективного права. Именно последний должен дать первоначальную правовую квалификацию спорным правоотношениям.

Кроме того, формирование качественной правовой позиции по делу, в основном, обусловлено корректностью выбора способа защиты права.

Ситуация осложняется и тем обстоятельством, что суды, в случае установления факта подделки подписи одной стороны сделки третьим лицом, признают такие сделки в одних случаях недействительными (ничтожными), в других - незаключенными.

Таким образом, в настоящей статье автор попытался проанализировать различия между недействительной (ничтожной) и незаключенной сделкой как с сугубо теоретических позиций, так и практическую значимость выделения двух указанных институтов.

Итак, в соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с приведенным нормативным положением, гражданские права и обязанности возникают в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Сделки должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки (подпункт 2 пункта 1 статьи 161 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

На основании пункта 1 стати 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

По смыслу действующего законодательства заключенный договор как согласованную волю двух или более лиц в отношении условий, указанных в законе или самом соглашении в качестве существенных, облеченную в надлежащую форму, сопряженную в случаях, установленных законом, с передачей вещи и (или) государственной регистрацией и направленную на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Соответственно незаключенным надлежит считать договор, если в нем отсутствует хотя бы один из вышеуказанных элементов.

Аналогичная правовая позиция отражена в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", в соответствии с которым в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Таким образом, на первый взгляд, понятие недействительной сделки не тождественно понятию незаключенной сделки. По смыслу, действующего правового регулирования, незаключенная сделка не порождает ни каких правовых последствий для сторон такой сделки.

Аналогичная правовая позиция сформулирована ВАС РФ, недействительные и незаключенные договоры как различные категории сделок, влекущие разные правовые последствия (постановления Президиума ВАС РФ от 14.07.98 № 1173/98 и от 01.10.2002 № 1325/02).

Таким образом, правовая природа недействительных и незаключенных договоров различна. Незаключенный договор — это несуществующий договор. Правовым последствием признания договора незаключенным является отсутствие обязательственных отношений между сторонами по нему, в связи с чем незаключенный договор нельзя признать недействительным. Аналогичной правовой позиции, преимущественно, придерживается практика арбитражных судов.

Так, в обоснование такой позиции приводится следующая аргументация:

  • договор не может являться одновременно ничтожным и незаключенным* (1);
  • установление действительности или недействительности возможно лишь в том случае, если договор заключен*(2));
  • незаключенный договор не может являться недействительным (ничтожным)*(3);
  • если договор является незаключенным, это исключает возможность удовлетворения иска о признании его недействительным (ничтожным) в силу отсутствия договора как такового*(4);
  • правовые последствия при признании договора незаключенным и признании его недействительным различны*(5).

Не нашел поставленный вопрос и разрешения в доктрине гражданского права.

Как отмечает Е. Годэмэ, классическая теория выделяла две категории недействительности, объясняя это делением условий договора на две категории по степени их важности для заключения договора: условия существования и условия силы.

«Условия существования - это те, которые с необходимостью предполагаются самим понятием договора, как оно вытекает из природы вещей или из закона.

С точки зрения природы вещей эти условия таковы: согласная воля сторон, наличие предмета или основания, а с точки зрения закона - дозволенный характер предмета, соблюдение формы- в торжественных договорах. При отсутствии этих условий акт юридически не существует. Недействительность наступает в силу закона. Условия силы не существенны для бытия договора. Логически договор возникает, несмотря на их отсутствие. Но они введены в защиту определенных лиц. Существует две категории таких условий: одни касаются отсутствия пороков соглашения (заблуждение, насилие, обман), другие - дееспособности. Эти условия имеют, в качестве санкции, оспоримость". Некоторые авторы пытались выработать более тонкое учение, которое дает трехчленное деление недействительных договоров: "если недостающие элементы договора - фактического характера - это несуществующий договор (отсутствие предмета). Если акт противоречит повелению или запрету закона имеет место ничтожность (продажа недозволенного предмета). Практическое значение такого деления объяснялось тем, что "недействительность незаключенного договора не зависит от какого-либо судебного признания. В случае ничтожности, наоборот, требуется признание этого судебным решением. Однако отмечаемые различия незаключенных и ничтожных договоров большинство ученых признавали бесполезными, поскольку будет ли в договоре недоставать элемента фактического состава (отсутствие предмета договора) или какое-нибудь требование права (продажа недозволенного предмета), договор с точки зрения закона - мертворожденный; нужно только это доказать»*(6).

Л. Жюллио де ла Морандьер также замечал, что "отдельные представители классической литературы усложнили и без того неясное учение о недействительности, предложив различать третий вид лишенного силы договора - договор несостоявшийся. Договор, говорят они, не только недействителен, но он не состоялся, если отсутствует какое-либо из условий, без которых невозможно мыслить юридическую сделку. Это понятие. бесполезно, ибо невозможно обнаружить подлинный практический смысл отграничения несостоявшихся договоров от договоров недействительных"*(7).

Соответственно, несмотря на то, что часть ученных разграничивают указанные правовые категории, все они единогласны в том, что последствия и ничтожных и не заключенных сделок идентичны, а именно, бессилие такой сделки, не возможность рассматривать последнюю в качестве правопорождающего юридического факта.

В отечественной доктрине гражданского права рассматриваемые понятие не разграничивались. Собственно говоря, такая правовая категория как «сделка» применялась отечественными исследователя только к тем юридическим фактам, которые соответствовали действующему законодательству, в том же случае, если юридический факт не соответствовал законодательству, то такое правовое явление рассматривалось как «ничто», небытие.

Так, Д. И. Мейер писал, что «Только законные сделки можно назвать сделками, ибо сделки незаконные не считаются действительными, следовательно, и существующими. Собственно недействительной можно назвать только сделку, которая не соответствует существенным ее принадлежностям, определяемым законодательством. По смыслу слова под понятие недействительности подходит и такая сделка, которая оказывается бессильной в юридическом быту по отсутствии условия, которое определено для ее существования самими участниками сделки; но такую сделку мы называем несостоявшейся, находя это название более соответствующим ее природе»*(8).

Сторонником разграничения недействительных и несостоявшихся сделок в советской литературе выступила Н. В. Рабинович, обосновав это тем, что "недействительная сделка - это сделка, которая состоялась, однако в силу присущих ей недостатков признается лишенной правовой силы. Несовершившаяся сделка никогда не существовала и существовать не могла, стало быть, правовой силы не имела и поэтому этой силы лишена быть не может"*(9).

Вслед за ней М. И. Брагинский и В. В. Витрянский также признают, что несостоявшийся договор ("незаключенный" договор) - всегда "ничто", а недействительный - может быть "нечто", имея в виду те специальные последствия, которые указаны в законе на этот счет (например, взыскание в доход государства, полученного по недействительной сделке)*(10).

По мнению Б. Газарьян и С. Зинченко, природа недействительных и незаключенных договоров различна, поскольку подтверждение факта заключения договора связано с достижением сторонами соглашения по всем существенным условиям, при недействительности сделки подлежат анализу и учету практически все элементы правоотношения: субъектный состав и его дееспособность, единство воли и волеизъявления, соответствие сделки закону, форма сделки*(11).

На первый взгляд все логично, но, если руководствоваться указанным подходом, следует признать то обстоятельство, что действующее гражданское законодательство разграничивает институты недействительности (ничтожности) сделок и их не заключенности.

В тоже время, если при признании сделки недействительной (ничтожной) действующее правовое регулирование предусматривает определенные последствия (по общему правилу, двусторонняя реституция), то при признании сделки не заключенной, никаких последствий гражданский закон не содержит.

Актуальность определения последствий не заключенной сделки остро возникает в случае, если такая порочная сделка фактически исполнена сторонами (имущество передано, деньги уплачены и пр.).

Судебная практика, чаще всего, применяет к не заключенным сделкам последствия аналогичные тем, которые предусмотрены для недействительных (ничтожных сделок).

Но если последствия признания сделки и недействительной (ничтожной) и не заключенной идентичны, то в чем тогда практическая ценность разделения указанных правовых явлений. Ведь с позиции практика, не важно какое требование из указанных нужно будет заявить суду, последствия будут одинаковы.

Полагаем, что учитывая, действующее правовое регулирование рассматриваемых институтов, полагаем, что с позиций доктрины понятие ничтожной сделки не тождественно понятию незаключенной сделки.

В то же время, принимая во внимание то обстоятельство, что действующее правовое регулирование не предусматривает специальных правовых последствий при признании сделки незаключенной, полагаем, что с практической точки зрения, существенных различий между указанными способами защиты в ракурсе последствия удовлетворения, заявленных требований не имеется.

В связи с изложенным, полагаем, что дробление неисправных сделок на ничтожные и незаключенные имеет исключительно практическую ценность.

*(1) Постановление ФАС Северо-Западного округа от 30.10.2000 N А05-2327/00-5/2.

*(2) Постановление ФАС Уральского округа от 08.01.04 N Ф09-3913/03-ГК.

*(4) Постановление ФАС Поволжского округа от 18.06.02 N А12-13770/01-С13.

*(5) Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 17.03.03 N Ф04/1139-149/А03-2003.

*(6) Годэмэ Е. Общая теория обязательств / Пер. с фр. И.Б. Новицкого. М., 1948. С. 150.

*(7) Жюллио де ла Морандьер Л. Гражданское право Франции. Т. 2 / Пер. с франц. Е.А. Флейшиц. М., 1960. С. 278.

*(8) Мейер Д.И. Русское гражданское право. В 2-х частях. Ч. 1. М., 1997. С. 179.

*(9) Рабинович Н.В. Недействительность сделок и ее последствия. Л., 1960. С. 21.

*(10) Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М., 1999. С. 309.

*(11) Зинченко С., Газарьян Б. Ничтожные и оспоримые сделки в практике предпринимательства // Хозяйство и право. 1997. N 2. С. 120.

Старший юрист корпоративной и арбитражной практики «Качкин и Партнеры» Ольга Дученко оценила доработанное постановление Пленума Верховного Суда РФ, касающееся возникающих на практике вопросов по применению норм Гражданского Кодекса РФ о заключении и толковании договоров.

Пленум ВС РФ принял доработанное постановление, касающееся возникающих на практике вопросов по применению норм ГК о заключении и толковании договоров.

Одна из экспертов «АГ» указала, что в принятом документе отсутствует имевшееся ранее указание на то, что договор долевого участия не относится к публичным договорам. При этом она отметила, что этот вопрос требует дополнительной проработки, поскольку влияет на возможность застройщика не заключать договор с каждым, кто к нему обратится.

25 декабря Пленум Верховного Суда принял постановление о некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора. Кроме того, в документе разъясняются вопросы о публичном, предварительном, рамочном, абонентском договорах, рассматриваются заверения об обстоятельствах, заключение договора в судебном порядке и вопрос о правовой квалификации договора.

Как ранее писала «АГ», проект документа рассматривался на заседании Пленума 14 декабря и был направлен на доработку. Впрочем, старший юрист корпоративной и арбитражной практики «Качкин и Партнеры» Ольга Дученко отметила, что большинство внесенных в текст изменений носит технический характер, уточнены и дополнены некоторые формулировки. «Ряд положений исключен, поскольку их необходимо дополнительно проработать», – заметила Ольга Дученко.

Заключение договора

Так, в постановлении указывается, что договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем его существенным условиям. При этом Пленум ВС отметил, что если условие, названное существенным или необходимым, определяется диспозитивной нормой, то отсутствие соглашения сторон по нему не свидетельствует о том, что договор не заключен.

Также отмечается, что в случае, когда договор считается заключенным с момента передачи имущества, это не освобождает стороны от обязанности действовать добросовестно при ведении переговоров о заключении такого договора. Указывается, что к переговорам о заключении реального договора в том числе подлежат применению правила ст. 434.1 ГК. В частности, если в результате переговоров реальный договор не был заключен, сторона, которая недобросовестно вела или прервала их, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.

Адвокат КА «Адвокат» Максим Жмурков ранее отмечал важность п. 9 проекта, в котором указывается, что при заключении договора путем обмена документами для целей признания предложения офертой не требуется наличия подписи оферента, если обстоятельства, в которых сделана оферта, позволяют достоверно установить направившее ее лицо. По его мнению, это положение проекта закрепляет взгляд на признание применения электронных каналов связи при заключении, изменении договоров и их одинаковой силы наряду с традиционными «бумажными документами».

Публичный договор

Также Пленум ВС РФ отметил, что к публичным договорам относятся не только указанные в п. 1 ст. 426 ГК РФ, но и иные договоры, прямо названные в законе в качестве таковых, например договор бытового подряда, водоснабжения или обязательного страхования ответственности владельцев транспортных средств. Не относятся к ним кредитный договор и договор добровольного имущественного страхования. В проекте постановления в эту категорию входил и договор участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома. Тогда же указывалось, что это не исключает в случаях, предусмотренных законом, возможности заключения таких договоров в обязательном порядке. Но данное положение было исключено.

Ольга Дученко отметила, что вопрос об отнесении договора долевого участия к публичным договорам требует дополнительной проработки, поскольку влияет на возможность застройщика не заключать договор с каждым, кто к нему обратится (даже при наличии возможности предоставить помещение).

Предварительный договор

В документе указывается, что отсутствие на момент заключения предварительного договора возможности передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, являющиеся предметом будущего договора, не может служить препятствием к заключению такого договора.

В п. 23 Пленум ВС отмечает, что если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются, например, заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже имущества, которое будет создано или приобретено в последующем, но при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя до заключения основного договора уплатить цену имущества или существенную ее часть, такой договор следует квалифицировать как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате. Правила ст. 429 ГК к такому договору не применяются.

Отмечается, что для признания предварительного договора заключенным достаточно установить предмет основного договора или условия, позволяющие его определить. В качестве примера Пленум ВС указал, что если по условиям будущего договора сторона обязана продать другой стороне индивидуально-определенную вещь, то в предварительный договор должно быть включено условие, описывающее порядок идентификации такой вещи на момент наступления срока исполнения обязательства по ее передаче. Отсутствие в предварительном договоре иных существенных условий основного договора само по себе не свидетельствует о его незаключенности.

В п. 26 проекта постановления отмечается, что исполнение такого договора может быть обеспечено задатком, неустойкой за уклонение от заключения основного договора. Задаток, выданный в обеспечение обязательств по предварительному договору лицом, обязанным совершить платеж по основному договору, зачисляется в счет цены по заключенному основному договору. Если он выдан по предварительному договору лицом, которое не обязано к платежу по основному договору, заключение последнего влечет обязанность вернуть задаток, если иное не предусмотрено законом или договором или не следует из существа обязательства или сложившихся взаимоотношений сторон.

В проекте постановления указывается, что несовершение ни одной из сторон действий, направленных на заключение основного договора, в течение срока, установленного для его заключения, свидетельствует об утрате интереса сторон в заключении основного договора, в силу чего по истечении указанного срока обязательство по заключению основного договора прекращается.

Партнер АБ «Резник, Гагарин и партнеры» Сергей Косоруков отметил, что при сопоставлении двух приведенных пунктов возникает целый ряд вопросов. Если по договору, предусматривающему заключение основного договора о продаже имущества, которое будет создано или приобретено в последующем, внесен задаток, то подлежит ли такой договор квалификации как предварительный или как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате? Если на такую квалификацию влияет размер задатка в сравнении с ценой основного договора, то в каких случаях размер задатка может быть признан «существенной частью» цены основного договора для целей применения п. 23 проекта? По мнению адвоката, при формировании окончательного текста постановления было целесообразно разъяснить соотношение двух указанных пунктов, которые имеют важное практическое значение, однако этого в итоге сделано не было.

Рамочный договор

В отношении рамочного договора в постановлении указывается, что им могут быть установлены организационные, маркетинговые и финансовые условия взаимоотношений, содержаться условия договора, заключение которого опосредовано рамочным договором и предполагает дальнейшую конкретизацию таких условий посредством заключения отдельных договоров, подачи заявок и т.п., определяющих недостающие условия. Пленум ВС отметил, что условия рамочного договора являются частью заключенного впоследствии отдельного договора, если такой договор в целом соответствует намерению сторон, выраженному в рамочном договоре, и иное не указано сторонами или не вытекает из существа обязательства. Отсутствие в документе, оформляющем отдельный договор, ссылки на рамочный договор само по себе не свидетельствует о неприменении его условий.

Абонентский договор

В отношении договора с исполнением по требованию (абонентского договора) отмечается, что несовершение абонентом действий по получению исполнения или направление требования исполнения в объеме меньшем, чем это предусмотрено абонентским договором, по общему правилу не освобождает абонента от обязанности осуществлять платежи по абонентскому договору.

Положения о таком договоре не подлежат применению в случае неясности того, является ли договор абонентским. Положения ст. 429.4 ГК РФ также не подлежат применению.

Заверения об обстоятельствах

Разъясняет постановление и заверения об обстоятельствах. Так, в п. 34 указывается, что если сторона договора заверила другую сторону об обстоятельствах, непосредственно относящихся к предмету договора, то последствия недостоверности заверения определяются правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а также ст. 431.2 ГК РФ, иными общими положениями о договоре и обязательствах. Если же заверение предоставлено относительно обстоятельств, непосредственно не связанных с предметом договора, но имеющих значение для его заключения, исполнения или прекращения, то в случае недостоверности такого заверения применяются ст. 431.2 ГК РФ, а также положения об ответственности за нарушение обязательств.

В документе отмечается, что заверение может также быть предоставлено третьим лицом, обладающим правомерным интересом в том, чтобы между сторонами был заключен, исполнен или прекращен договор, с которым связано заверение. Постановление дополнилось положением о том, что пока не доказано иное, наличие у предоставившего заверение третьего лица правомерного интереса в заключении, изменении или прекращении сторонами договора предполагается.

Говоря о данных разъяснениях, Ольга Дученко отметила, что проблема применения заверений об обстоятельствах является актуальной для практики, поскольку после появления общей нормы о них было неясно, как решать конфликт между новеллой и специальными нормами о договорной ответственности. Она подчеркнула, что это разъяснение является положительным для практики, поскольку суды получат ориентир, которым смогут руководствоваться.

Заключение договора в судебном порядке

Пленум ВС указал, что на рассмотрение суда могут быть переданы разногласия, возникшие в ходе заключения договора, при наличии обязанности заключить договор или соглашение сторон о передаче разногласий на рассмотрение суда. Такой спор подлежит рассмотрению в том же порядке, что и спор о понуждении к заключению договора.

Указывается, что если разногласия возникли при заключении договора и не были переданы на рассмотрение суда в течение шести месяцев с момента их возникновения, то суд отказывает в удовлетворении требования об их урегулировании, если только ответчик по такому иску прямо не выразит согласия на рассмотрение спора судом. Однако если во время рассмотрения спора о заключении договора одна сторона осуществляет предоставление, а другая сторона его принимает, то пропуск сроков на обращение в суд не является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Толкование договора

В отношении толкования условий договора в постановлении указывается, что, если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту, при котором договор сохраняет силу.

Из итогового документа убрали положение, согласно которому если стороны распространили на свои отношения действие определенных одной из них или иным лицом стандартных правил, не являющихся обязательными для другой стороны, но заключенный договор содержит какое-либо отдельное условие, изначально противоречащее таким действовавшим в момент его заключения стандартным правилам, то предполагается, если не доказано иное, что стороны отдали приоритет данному условию.

При неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Правовая квалификация договора

В постановлении закрепляется, что при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров необходимо, прежде всего, учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

Комментируя разъяснения Пленума в целом, Сергей Косоруков ранее отметил, что оценивает их положительно: в них, с одной стороны, разрешается ряд конкретных практических вопросов применения норм ГК о заключении и толковании договора, а с другой стороны, указывается судам на все более широкое применение общих правил о добросовестности при решении таких вопросов. Максим Жмурков выразил солидарное мнение, указав, что ждет расширения практики применения этих положений.

По мнению Ольги Дученко, документ содержит ряд разъяснений, имеющих существенное значение для формирования единообразной судебной практики, касающихся положений, появившихся в ГК РФ относительно недавно, однако во многом повторяет предыдущие правовые позиции как упраздненного ВАС РФ, так и ВС РФ.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: