Психологические особенности судебного следствия его участников и психологии судебных прений

Обновлено: 16.08.2022

В соответствии с уголовно-процессуальным законом судебные прения состоят из речей обвинителей; гражданского истца; гражданского ответчика или их представителей; защитника подсудимого.

Продолжительность судебных прений законом не ограничивается, однако председательствующий вправе остановить участвующих в прениях, если они затрагивают обстоятельства, не имеющие отношения к делу. По окончании прений их участники имеют право на реплику.

Каждый участник судебных прений произносит судебную речь, теснейшим образом связанную с результатами судебного следствия и полученными в ходе него доказательствами. Цель судебной речи – убедительное воздействие на суд через соответствующие аргументы. Речь оратора должна быть ясной, грамотной с точки зрения закона и доступной для всех участников судебного следствия. Давая психологическую характеристику подсудимого, нельзя небрежно относиться к его личности и психотравмирующим факторам его поведения. Искусство судебной речи заключается в том, чтобы вызвать у судей солидарность со сказанным путем предоставления веских доводов, подкрепленных имеющимися в деле доказательствами.

Основным приемом ораторского искусства является воздействие на окружающих, побуждающее к самостоятельному развитию их мысли.

Психология речи прокурора в суде.

На прокурора в суде возложена обязанность по поддержанию государственного обвинения, которое должно быть основано на фактических обстоятельствах правовой оценки преступления, совершенного подсудимым.

Прокурор вправе настаивать на обвинении только в том случае, если материалы следствия подтверждают его, в противном случае он должен отказаться от обвинения. Речь прокурора должна строиться только на неопровержимых доказательствах и конкретных фактах, носящих аналитический, а не повествовательный характер. Очевидно, что анализ события преступления в первую очередь должен быть направлен на доказательство того, что событие преступления имело место и в его совершении виновен именно подсудимый. Для этого доказательства должны быть строго систематизированы, что в конечном счете и обеспечивает правильность выдвигаемого обвинения.

Глава 4. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ СУДЕБНЫХ ПРЕНИЙ И СУДЕБНОЙ РЕЧИ

Самостоятельной частью судебного разбирательства являются судебные прения, в которых каждое участвующее в деле лицо излагает свою точку зрения на обстоятельства дела и предстоящие разрешению вопросы на основе доказательств, проверенных в ходе судебного следствия.

  • оборновывают доказанность или недоказанность (полностью или частично) обвинения, предъявленного подсудимому;
  • предлагают свою квалификацию совершенного деяния, если оно подтверждено собранными доказательствами;
  • выявляют смягчающие или отягчающие ответственность обстоятельства;
  • анализируют причины преступления;
  • дают характеристику личности подсудимого и потерпевшего.

В судебных прениях участвуют государственный и общественный обвинитель, защитник и подсудимый (если защитник в судебном заседании не участвует). По делам частного обвинения (о причинении легкого телесного повреждения, побоях, клевете без отягчающих обстоятельств, оскорблении) в судебных прениях участвуют потерпевший и его представитель.

Продолжительность судебных прений не ограничивается. Однако председательствующий вправе останавливать участников судебных прений, если они касаются обстоятельств, не имеющих отношения к делу. После произнесения речи лицо может выступить еще один раз с репликой. Право последней реплики принадлежит защитнику и подсудимому.

Участники судебных прений анализируют в речах свою версию рассматриваемого события, стремясь повлиять на благоприятный для себя исход дела, опровергают модель события или его элементы, отстаиваемые другими участниками судебных прений, излагают свои предложения относительно возможного наказания или оправдания подсудимого.

Судебные прения - форма публичного, официального общения посредством судебной речи.

Искусство судебной речи - искусство убеждения, способность систематизации фактов, убедительной их оценки. Мастерство судебной речи связано с глубиной логического анализа и образностью изложения. Значительную роль в убедительности судебной речи играют психологический анализ личности подсудимого и потерпевшего, характеристика их устойчивых поведенческих особенностей, чрезвычайность обстоятельств, в условиях которых произошло правонарушение.

Язык судебного общения выполняет ряд взаимосвязанных функций - познания, общения, психического воздействия. Строго официально-деловой стиль общения здесь перемежается с элементами разговорного, научного и литературно-художественного языка. Неофициальная, бытовая сторона жизни людей обсуждается простым разговорным языком, что придает судебной речи доступность, понятность, жизненную реальность. Правовые аспекты дела требуют использования научных терминов, юридических и психологических категорий, норм закона, унифицированных языковых формулировок.

Эмоционально воздействующая функция судебной речи реализуется образностью изложения, различными эмоционально-оценочными средствами. Все это делает судебную речь особым видом речи, требующим специального психологического описания и анализа.

Различаются структура судебной речи, ее стиль и язык.

Структура судебной речи - ее композиционный план, логика и психология построения, соответствие ее частей задачам и цели судебных прений.

Цель судебной речи - убедительно, аргументированно воздействовать на суд, формировать внутреннее убеждение судей. Задачи же судебной речи различны на разных ее этапах.

Различаются вступительная, основная и заключительная части судебной речи.

Эффективное построение вступительной части судебной речи в значительной мере определяет успех судебного оратора. Психологическая задача вступления - вызвать обостренное внимание, организовать направленность сознания судебной аудитории, ее интерес, установить с ней коммуникативный контакт, обеспечить ее доверие, подготовить аудиторию к принятию основной позиции оратора.

Различные мастера судебной речи начинали свои выступления разными приемами, но все они отличались единой психологической направленностью - вызвать повышенную ориентированную реакцию слушателей. Вступительные части речей всех знаменитых судебных ораторов отличались краткостью. Но это краткость особого рода - стимул, обеспечивающий направленность сознания судебной аудитории. В каждом случае такое вступление имплицитно (скрытно) связано с возникшей судебной ситуацией, намерением судебного оратора, его процессуальной позицией. Здесь осуществляется психологический настрой слушателей.

Речь судебного оратора не должна начинаться вяло, бесцветно, трафаретно. Но вступление не должно быть насыщено и искусственным пафосом - аудитория еще не готова к эмоциональному сочувствию. Она еще полна ожиданий, готова к повышенной критичности. "Зацепить" же внимание слушателей можно и очень простыми, близкими аудитории проникновенными словами. Эти слова должны быть "эмоциональным ключом" к последующему взаимодействию с аудиторией.

Уже древние ораторы различали три разновидности вступления: внезапное, естественное и искусственное.

При внезапном вступлении оратор начинает речь с описания явления, отношение которого к рассматриваемому в суде вопросу остается некоторое время проблематичным. (Во вступлении может быть использовано и обращение к судьям, и критическая оценка одного из тезисов, провозглашенных процессуальным оппонентом, и видение своей процессуальной обязанности.) Но смысл первых фраз судебного оратора должен быть предельно ясен. Этот смысл должен быть принят аудиторией, поддержан ею.

При естественном вступлении оратор без лишних слов вводит слушателей в фабулу разбираемого события, кратко воссоздает основные его эпизоды, прибегая к психологическому стилю описания.

При искусственном вступлении оратор начинает свою речь "издалека". (И нередко надолго застревает на этих отдаленных подступах.)

В основной части судебной речи выдвигаются главные тезисы, аргументируется процессуальная позиция судебного оратора, используются различные средства убеждения суда в правильности избранной им позиции. Для этого оратор должен активизировать исследовательскую деятельность слушателей, вести их по канве своих рассуждений. Необходимы предельная простота и четкость выдвигаемых положений, очевидность их взаимосвязи. Основные тезисы речи должны легко удерживаться в сознании слушателей.

Стержень основной части судебной речи - изложение фактических обстоятельств дела. Это должен быть не скучный пересказ фактов, а живая, динамическая картина возникновения и развития расследуемого события. Обстоятельства дела могут быть изложены в хронологической последовательности или в систематизированном виде - так, как событие развивалось в действительности или было исследовано в судебном следствии. Способ изложения фактических обстоятельств дела избирается в зависимости от объема и характера доказательств, установленных в ходе судебного следствия.

В процессе доказывания одни положения обосновываются с помощью других, ранее доказанных обстоятельств. Анализ доказательств и их оценка - центральная часть судебной речи.

Судебные доказательства распределяются на подтверждающие или опровергающие событие преступления, подтверждающие или опровергающие конкретный состав преступления, подтверждающие или опровергающие отдельные эпизоды обвинения, личностные характеристики подсудимого и потерпевшего.

Все доказательства выстраиваются в систему, подтверждающую предлагаемую оратором версию и опровергающую все другие версии. Доказательства обычно выстраиваются по их нарастающей значимости.

Особое место занимают так называемые "личностные доказательства" - психологические характеристики личности подсудимого и потерпевшего. Эти характеристики должны быть психологически объективными и достаточно сдержанными.

Отношение к подсудимому и потерпевшему со стороны обвинителя и защитника различно. Даваемые ими личностные характеристики не могут совпадать, но они не должны быть диаметрально противоположными. В этом случае обесценивается каждая из личностных характеристик.

  • систему базовых ценностных ориентации личности, ее направленность, иерархию устойчивых мотивов поведения;
  • психодинамические особенности психической саморегуляции, экстернальность или интернальность личности (ее ориентацию на внешние обстоятельства или внутренние устойчивые позиции), полезависимость или поленезависимость (зависимость или независимость от ситуативных обстоятельств);
  • обобщенные способы поведения, характерологический тип личности;
  • способы поведения, адекватные и неадекватные адаптации в расследуемой критической поведенческой ситуации;
  • особенности эмоционально-волевой регуляции личности;
  • личностные акцентуации - "слабые места" в психической саморегуляции данного индивида, наличие у индивида возможных психических аномалий (неврозов, психопатических расстройств);
  • дефекты социальной адаптации личности, мера деформированности ее правосознания.

Характеристике подлежат все основные социально значимые качества личности, степень ее криминализации.

При психологических характеристиках необходимо крайне бережно относиться к личности, воздерживаться от предвзятых взглядов, грубых безапелляционных штампов. Судебная аудитория, как правило, очень чутко реагирует на любые "перехлесты" в характеристике человека.

Характеристика личности должна быть основана на фактических данных уголовного дела. Но следует помнить, что иногда малозаметные поведенческие факты являются выражением глубинных личностных качеств. (Как говорили древние философы, о человеке правильнее всего судить по мелочам его поведения.)

Убедительнее всего звучат не собственные психологические оценки, данные обвинителем или защитником, а независимые экспертные оценки - отзыв о подсудимом и потерпевшем хорошо знавшими их людьми.

Большинство известных судебных деятелей России проявляли глубокие познания в психологии человеческого поведения. А. Ф. Кони, Ф. Н. Плевако значительную часть своих речей посвящали психологии личности подзащитного. И это был высококвалифицированный анализ поведенческих особенностей защищаемых ими людей. Литературно-образные описания человеческих судеб в судебных речах зачаровывали и восхищали слушателей [149].

Раскрывая психологию поведения Бартенева, обвинявшегося в убийстве, Ф. Н. Плевако блестящим психоаналитическим путем показал основания для оправдания подсудимого. Ни одного дела не проиграл этот "король защиты", юрист-психолог. Он свободно прочитывает и цитирует нужные места из научно-психологических работ Шульца, Каскара и многих других ученых, привлекает необходимые данные о роли наследственности, о психотравмирующих факторах пренатального и постнатального периодов жизни человека.

Шел 1880 год. Еще только разгоралась полемика между антропологической и социологической криминологическими школами, а Ф. Н. Плевако уже успешно преодолевает односторонность обоих направлений.

(Процесс по делу Прасковьи Качки.) Аффектогенная ситуация еще сужена судьями и прокурорами до обстоятельств, непосредственно предшествующих преступлению, а московский адвокат Плевако восклицает: "Нет, неверно! Психотравмирующая ситуация может длиться неделями, месяцами, даже годами. Событие, на которое отреагировал аффективной вспышкой подсудимый, само по себе выглядит поводом ничтожным. Необходимо видеть, что оно лишь последняя капля, переполнившая чашу терпения, и проследить, как и чем наполнялась эта чаша" [136].

На суде всегда возникает необходимость психологического анализа различных поведенческих ситуаций, межличностных отношений - всего того, что называется житейской психологией. И здесь речь не идет о тайнах психоанализа. Житейской мудрости часто бывает достаточно, чтобы понять психологию взаимодействия людей. Важно только придать значимость всему тому, как ведут себя люди в различных жизненных ситуациях.

Каждое судебное дело конкретно. К нему нельзя подходить с общими мерками, оценочными стандартами. Бывают случаи, когда и убийцу можно оправдать, и строго осудить тех, кто, стоя в стороне, провоцировал преступление. Встречаются и такие дела, где в равной мере виновны и преступник, и его жертва. И часто, выступая по одному делу, могут оказаться правыми и обвинитель, и защитник. Один говорит о зле преступления, другой - о несчастье преступника. Поведение человека многомерно.

Говоря о мотивах преступления, следует учитывать, что мотив поведения - явление системно-личностное, сложное и многоплановое. Бывают и такие преступления, в которых не обнаруживается конкретный его мотив. Здесь на сцену выходят личностные дефекты на уровне подсознания.

Многие преступления совершаются на уровне личностных автоматизмов - поведенческих установок и привычек. Здесь традиционная трактовка преступления как продукта только сознательной деятельности оказывается несостоятельной.

Юристам необходимо быть осведомленными и в проблеме взаимосвязи сознательной и подсознательной регуляции поведения, ввести эту категорию в обиход юридической теории и практики.

Нравственно-психологическая оценка поведения подсудимого - итоговое заключение основной части судебной речи. Здесь необходимо дать ответ на вопрос: шел ли сам подсудимый навстречу своему преступлению или оно как рок неумолимо настигало его? Стремился ли сознательно человек к совершению зла или зло настигало его самого?

Искусство судебной речи - сказать так, чтобы судьи молчаливо сами добавили недоговоренное, чтобы вызвать их позиционную солидарность. Но это не означает, что судебное красноречие важнее юридического рассмотрения сущности дела.

В заключительной части судебной речи акцент делается на юридической стороне дела. Заключение судебной речи должно быть кратким и выразительным. Оно должно содержать итоговое определение позиции судебного оратора.

Позиция любого судебного оратора должна быть правдивой. На стороне правды, как заметил еще Аристотель, всегда больше логических доказательств и нравственных доводов.

  • лучшее орудие спора - доводы по существу дела; апелляции к личности оппонента - свидетельство слабости позиции оратора;
  • необходимо четко выделять полезное, неизбежное и опасное; все опасное должно быть тщательно обойдено; неизбежное можно признать, если имеется возможность его объяснения, или вовсе не касаться его;
  • следует остерегаться обоюдоострых выводов; ф не следует доказывать очевидного;
  • следует эффектно преподнести основное доказательство или основной тезис, подготовить аудиторию к его восприятию; Ф следует отказаться от всех сомнительных, ненадежных доводов;
  • не следует возражать против правильных, обоснованных выводов оппонента; соглашайтесь с его второстепенными утверждениями - это делает вас беспристрастным в глазах судей;
  • если прямые улики весомы, следует тщательно проанализировать каждую из них; если незначительны - в совокупности;
  • при наличии косвенных и прямых улик следует начинать с первых и усилить свою позицию прямыми уликами;
  • не следует объяснять то, что плохо понимается самим оратором; любые противоречия в судебной речи равносильны ее провалу;
  • отвечая противнику, делайте это легко и как бы мимоходом, как нечто хорошо понятное всем слушателям;
  • изыскивайте неправомерные обобщения, допущенные оппонентом;
  • для возражения противнику используйте его же выводы;
  • противопоставляйте словам факты;
  • отрицайте то, что не доказано;
  • не оставляйте без ответа ни одного весомого аргумента противника;
  • не возражайте против обоснованных доказательств, найдите им такое объяснение, которое примирило бы их с вашей позицией;
  • не опровергайте того, вероятность чего очевидна для всех;
  • тщательно исследуйте факты, признанные противником, используйте их в своих целях;
  • если неопровержимая улика обойдена оппонентом, подчеркните ее неопровержимость, но не опускайтесь до личных нападок.

Дать толчок самостоятельному развитию мысли слушателей - один из основных приемов ораторского искусства. "Опытный оратор всегда может прикрыть от слушателей свою главную мысль и навести их на нее, не высказываясь до конца. Когда же мысль уже сложилась у них, когда зашевелилось торжество завершенного творчества и с рождением мысли родилось и пристрастие к своему детищу, тогда они уже не критики, полные недоверия, а единомышленники оратора, восхищенные собственною проницательностью" [145].

Нравственность судебного деятеля - основа судопроизводства. И если защита или обвинение превращаются в орудие против истины - это безнравственно. Судебный деятель неизменно должен быть верен себе, своему человеческому достоинству. Только тогда он будет правым и перед другими людьми.

Эмоции и чувства на суде - не менее сильные властители, чем разум и истина. Множество неправосудных решений принималось под воздействием чувства жалости или мщения. Эмоциональная наэлектризованность судебной аудитории отражается и на психическом состоянии судей. Однако прямую апелляцию сторон к чувствам судей следует рассматривать как проявление психического давления на них.

Перед судом должны раскрываться только доказательства, и суд обязан обращать внимание только на имеющиеся достоверные доказательства. Это, конечно, не означает, что в судебных прениях недопустим пафос гражданственности, нравственно обоснованного негодования, гневного порицания низости и подлости. Но стержнем этих чувств должны быть доказанные и относящиеся к делу факты.

Все акты мышления движутся эмоциональной энергетикой. Но на "судебном выходе" должен быть "сухой остаток" рационального, соотнесенного с законом логического вывода.

Судебное следствие построено на допросе всех участников процесса, поэтому недопустимы:

- невнимательность со стороны председательствующего;

- его длительные переговоры с судьями;

- проявления нетерпимости, иронии или неуважения к окружающим.

Все вопросы, задаваемые участникам процесса, должны в обязательном порядке контролироваться членами суда. Судья всегда должен помнить о том, насколько может быть субъективен в своих показаниях потерпевший, который является заинтересованным лицом, и поэтому его показаниям необходимо уделять самое пристальное внимание. Психологические особенности потерпевшего очень важны для выяснения степени ответственности обвиняемого, поэтому суд должен учитывать также и провоцирующее поведение потерпевшего, которое признается как смягчающее вину подсудимого обстоятельство. Суд должен оказывать всем участвующим в процессе мнемическую помощь, напоминая об отправных событиях преступления, их последовательности, а также привязке к жизненно важным для данного участника процесса событиям. Особое внимание в ходе судебного следствия следует уделять допросу эксперта с целью выяснить, какие методы исследования он использовал.

Самостоятельной частью судебного разбирательст­ва являются судебные прения, в которых каждое уча­ствующее в деле лицо излагает свою точку зрения на обстоятельства дела и предстоящие разрешению во­просы на основе доказательств, проверенных в ходе судебного следствия.

В своих речах заинтересованные стороны:

- обосновывают доказанность или недоказанность (полностью или частично) обвинения, предъявленно­го подсудимому;

- предлагают свою квалификацию совершенного деяния, если оно подтверждено собранными доказа­тельствами;

- выявляют смягчающие или отягчающие ответст­венность обстоятельства;

- анализируют причины преступления;

- дают характеристику личности подсудимого и по­терпевшего.

Судебные прения – форма публичного, официаль­ного общения посредством судебной речи.

Искусство судебной речи – искусство убеждения, способность систематизации фактов, убедительной их оценки. Мастерство судебной речи связано с глубиной логического анализа и образностью изложения. Значи­тельную роль в убедительности судебной речи играют психологический анализ личности подсудимого и по­терпевшего, характеристика их устойчивых поведенче­ских особенностей, чрезвычайность обстоятельств, в условиях которых произошло правонарушение.

Эмоционально воздействующая функция судебной речи реализуется образностью изложения, различны­ми эмоционально-оценочными средствами. Все это де­лает судебную речь особым видом речи, требующим специального психологического описания и анализа.

Различаются структура судебной речи, ее стиль и язык.

Структура судебной речи – ее композиционный план, логика и психология построения, соответствие ее час­тей задачам и цели судебных прений.

Цель судебной речи - убедительно, аргументировано воздействовать на суд, формировать внутреннее убе­ждение судей. Задачи же судебной речи различны на разных ее этапах.

Различаются вступительная, основная и заключитель­ная части судебной речи.

Эффективное построение вступительной части судеб­ной речи в значительной мере определяет успех судебно­го оратора. Психологическая задача вступления - вызвать обостренное внимание, организовать направленность сознания судебной аудитории, ее интерес, установить с ней коммуникативный контакт, обеспечить ее дове­рие, подготовить аудиторию к принятию основной позиции оратора.

В основной части судебной речи выдвигаются глав­ные тезисы, аргументируется процессуальная позиция судебного оратора, используются различные средства убеждения суда в правильности избранной им пози­ции. Для этого оратор должен активизировать исследо­вательскую деятельность слушателей, вести их но кан­ве своих рассуждений. Необходимы предельная простота и четкость выдвигаемых положений, очевидность их взаимосвязи. Основные тезисы речи должны легко удер­живаться в сознании слушателей.

Стержень основной части судебной речи - изложе­ние фактических обстоятельств дела. Это должен быть не скучный пересказ фактов, а живая, динамическая картина возникновения и развития расследуемого со­бытия. Обстоятельства дела могут быть изложены в хронологической последовательности или в система­тизированном виде - так, как событие развивалось в действительности или было исследовано в судебном следствии. Способ изложения фактических обстоя­тельств дела избирается в зависимости от объема и ха­рактера доказательств, установленных в ходе судебно­го следствия.

В процессе доказывания одни положения обосно­вываются с помощью других, ранее доказанных об­стоятельств.

Анализ доказательств и их оценка - цен­тральная часть судебной речи. Судебные доказательства распределяются на подтвер­ждающие или опровергающие событие преступления, подтверждающие или опровергающие конкретный со­став преступления, подтверждающие или опровергаю­щие отдельные эпизоды обвинения, личностные характеристики подсудимого и потерпевшего.

В заключительной части судебной речи акцент дела­ется на юридической стороне дела. Заключение судеб­ной речи должно быть кратким и выразительным. Оно должно содержать итоговое определение позиции су­дебного оратора.

Эмоции и чувства на суде - не менее сильные вла­стители, чем разум и истина. Множество неправосуд­ных решений принималось под воздействием чувства жалости или мщения. Эмоциональная наэлектризованность судебной аудитории отражается и на психиче­ском состоянии судей. Однако прямую апелляцию сто­рон к чувствам судей следует рассматривать как прояв­ление психического давления на них.

Психология речи прокурора

В судебном разбирательстве уголовного дела проку­рор участвует в качестве государственного обвините­ля, он поддерживает государственное обвинение, от­стаивает интересы государства и общества. Обвинение включает в себя основанную на фактических обстоятель­ствах правовую оценку деяния (квалификацию) и ука­зание на лицо, которому обвинение вменяется.

Прокурор обязан реагировать на любое нарушение закона, но он не стоит над судом - он призван содей­ствовать его успешной деятельности. Речь прокурора призвана отвечать определенным социальным ожи­даниям. Его выступление имеет существенное общепредупредительное значение.

Однако наступательность обвинительной речи про­курора не имеет ничего общего с нервозностью, крикливостью, фразерством. Основа речи прокурора — система неопровержимых доказательств. Достоинство его речи обусловлено не витиеватыми фразами, а систематизированностью конкретных фактов.

Речь прокурора состоит из следующих частей:

2) изложение фактических обстоятельств и фабулы де

3) анализ и оценка собранных по делу доказательств;

4) обоснование квалификации преступления;

5) характеристика личности подсудимого и потер­певшего;

6) предложения о мере наказания;

7) вопросы возмещения причиненного преступле­нием ущерба;

8) анализ причин и условий, способствовавших совер­шению преступления, предложения по их устранению;

Прокурор призван убедительно «спаять» разрознен­ные факты в единый блок доказательств, раскрыть их доброкачественность, достоверность и процессуальную допустимость. Если подсудимый отрицает свою вину, то обязанность прокурора - детально рассмотреть приводимые подсудимым доводы, сопоставить их с другими неопровержимыми доказательствами.

Мастером психологического анализа прокурор дол­жен показать себя при характеристике личностных осо­бенностей подсудимого и потерпевшего. Характеризуя антисоциальную, десоциализированную личность, про­курор должен видеть и возможности ее ресоциализации.

В полемике с защитником прокурор избирает тон­кую, психологически обоснованную тактику, с тем чтобы не утратить своей стратегической позиции. В це­лях объективности прокурор отмечает и все неподтвердившиеся обстоятельства, подлежащие исключению из обвинения.

В заключительной части речи государственный обви­нитель призван произнести несколько весомых фраз, придав всей речи оттенок государственной значимости. Неудачные заключительные слова прокурора снижают авторитет правосудия.

Профессионализм прокурора проявляется не только в его ораторском искусстве. Не менее важны его искусство ведения допроса в судебном следствии, способность охватить схему рассматриваемого дела, увидеть в нем существенные взаимосвязи, поставить целенаправленные вопросы. Его будущая речь готовится в этой части судебного разбирательства. Здесь он может выяснить все интересующие его обстоятельства. Бессодержательное же судебное следствие не может завершиться блестящей речью в судебных прениях.

Психология речи адвоката

Основной постулат правосудия гласит: осуждению и наказанию должны подвергаться только те лица, ко­торые действительно виновны в совершении преступ­ления. Судебная защита – конституционное право гра­жданина. Невиновные должны быть ограждены от необоснованного обвинения.

Нравственным, правовым и психологическим усто­ем защиты является презумпция невиновности подза­щитного. Стратегическая позиция квалифицированного адвоката определяется «слабыми местами» обвинения, разрывами в системе доказательств. Тактика же защиты иногда корректируется и процессуальными нарушения­ми как на предварительном следствии, так и в суде.

Однако деятельность адвоката не сводится только к логическим построениям. Его задачами являются:

· привнесение в судебное разбирательство духа нрав­ственного мышления, создание атмосферы милосер­дия при обсуждении остроконфликтных ситуаций;

· четкое отграничение проявления «злой воли» от случайного проступка;

· показ суду подлинных причин исследуемого про­исшествия, возможного стечения тяжелых обстоя­тельств, приведших к временному снижению психоре­гуляционных возможностей его подзащитного.

Основной этап деятельности защитника — речь в суде. Характеризуя личность подзащитного, защитник делает экскурсы в проблемы поведения человека в об­ществе, затрагивает нюансы межличностных отноше­ний. Такой анализ требует значительной общепсихоло­гической и социально-психологической подготовлен­ности, глубокой ориентации в психологии поведения личности.

Защитная речь адвоката состоит из следующих частей:

· анализ фактических обстоятельств дела;

· анализ личностных особенностей подзащитного;

· анализ мотивов совершения деяния подзащитным;

Во вступлении адвокат ставит задачу - овладеть вни­манием аудитории. Поэтому вступление должно быть кратким, но вызывающим повышенную ориентацию слушателей. Оно должно быть доверительным, пригла­шающим к рассуждению, критическому анализу того, что уже говорилось.

В основной части своей речи защитник, акцентируя внимание па специфических особенностях дела, гото­вит аудиторию к принятию своей позиции. Основные пункты защиты должны быть связаны с теми вопроса­ми, которые подлежат разрешению судом при поста­новлении приговора. Особенно тщательно защитник анализирует особенности личности подзащитного, ак­центуации его характера, повышенную реактивность на отдельные эмоциогенные для него ситуации, неудач­но сложившиеся условия жизнедеятельности.

Центральное место в характеристике личности под­защитного занимают анализ его мотивационной сфе­ры и конкретного мотива совершенного деяния, выяс­нение подлинного смысла действий данного человека — к чему он стремился, чем руководствовался.

В кратком заключении защитник подводит итог все­му сказанному, формулирует окончательные выводы, высказывает отношение к вопросам, которые скоро встанут перед судьями в их совещательной комнате. Он обращается к суду с просьбой об оправдании подсуди- мою, если его вина не установлена должным образом, либо о назначении ему минимального срока наказа­ния, предусмотренного соответствующей статьей Уго­ловного кодекса, либо о применении к нему условно­го осуждения.

Адвокат как представитель потерпевшего является самостоятельным и равноправным участником судеб­ного разбирательства: он имеет право заявлять отводы, ходатайства, высказывать свое мнение о ходатайствах, заявленных другими участниками судебного разбира­тельства, предъявлять доказательства и участвовать в их исследовании на судебном следствии. В определен­ных законом случаях он может участвовать и в судеб­ных прениях.

Психология речи подсудимого

Психическое состояние подсудимого - особая, боль­шая проблема юридической психологии. Строго регла­ментированная, официальная процедура судебного за­седания оказывает сильное психическое воздействие на всех присутствующих. На подсудимого же обстановка суда может оказать стрессовое воздействие, вызвать пси­хическое потрясение, даже состояние катарсиса, то есть внутренней перестройки личности, самоочищения, стратегической переориентации поведения в будущем. Таково значение судебного ритуала для личности, осу­дившей свое преступное поведение.

Арест, следственный изолятор привносят свои на­слоения на психику обвиняемого: тревожное ожида­ние суда, трудная адаптация в криминализированной среде, ограничения в удовлетворении насущных по­требностей, социальная изоляция, убогие бытовые ус­ловия, крайняя напряженность на следственных дей­ствиях - все это приводит человека уже до суда к край­нему психическому истощению.

Отношения с правосудием в ряде случаев тоже кон­фликтные - нередко первоначальное отрицание вины переходит в хроническое запирательство с постоянны­ми его разоблачениями. Трудно сохранять позицию лож­ных показаний, требуется держать в сознании два мира: действительный и вымышленный. Часть действитель­ных событий приходится скрывать, что влечет чрез­мерную нагрузку на тормозные процессы. Постоянная внутриличностная конфликтность, мотивационное про­тивоборство (сознаваться – не сознаваться) и полная невозможность «выговориться». Отсюда крайняя раздра­жительность, нервозность, агрессивность в поведении многих обвиняемых и подсудимых. Отсюда облегчение после вынужденного признания и повышенная говор­ливость на предварительном следствии. Но вот все уже сказано, и начинается долгое тоскливое ожидание суда.

Страх перед приговором, стыд за себя и близких и раздражающее чувство выставленное напоказ перед холодно-любопытными взорами публики - все это дей­ствует подавляющим или болезненно возбуждающим образом на сидящего на скамье подсудимых.

Для большинства подсудимых суровый приговор на длительный срок изоляции - жизненная катастрофа, крах всех надежд. Теряя свободу на продолжительный срок, человек по существу прощается с самой жиз­нью, теряет смысл жизни.

Психологические особенности судебного допроса, его виды (основной, перекрестный, шахматный, дополнительный). Психологические аспекты судебных прений. Психология вынесения приговора: обсуждение спорных обстоятельств, выработка коллективного убеждения.

Рубрика Психология
Вид реферат
Язык русский
Дата добавления 20.11.2014
Размер файла 23,9 K

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Содержание

1. Психологические особенности судебного допроса

2. Психологические аспекты судебных прений

3. Психология вынесения приговора

Список использованной литературы

Введение

С психологической стороны деятельность по осуществлению правосудия имеет много общих черт, сходных психологических компонентов с деятельностью следователя. Однако сочетание этих компонентов имеет специфику. Если на предварительном следствии основной задачей является познавательная (поисковая) деятельность, то в суде ведущей становится конструктивная деятельность. Именно суд призван решить дело по существу это его основная и исключительная функция.

Но данная конструктивная деятельность может реализоваться только после осуществления познания, на базе собранной, всесторонне оцененной и проверенной информации.

Основная цель познавательной деятельности в суде - получение доказательственного материала для осуществления конструктивной деятельности - вынесения приговора.

Цель работы: анализ психологии судебного процесса по уголовным делам.

Задачи работы:

1. Психологические особенности судебного допроса;

2. Психологические аспекты судебных прений;

3. Психология вынесения приговора.

судебный прение психологический приговор

1. Психологические особенности судебного допроса

Судебный допрос имеет свою специфику, отличающую его от допроса на предварительном следствии. Существуют три разновидности судебного допроса - основной, перекрестный и шахматный.

Сущность основного допроса состоит в том, что обычно в суде производится допрос определенного лица (подсудимого, потерпевшего, свидетеля, эксперта) всеми участниками процесса и судом. В ходе такого допроса суд и участники процесса выясняют интересующие их обстоятельства дела. Последовательность проведения допроса различными участниками процесса установлена законом. УПК предусматривает, что допрос вначале осуществляют судьи, затем другие участники процесса. Судьи вправе задавать вопросы в любой момент судебного следствия.

Допрос участниками процесса одного и того же лица позволяет всесторонне и полно выяснить все, что важно для суда.

Другой разновидностью судебного допроса является перекрестный допрос, при котором стороны, участвующие в деле, могут поочередно ставить вопросы допрашиваемому по одному и тому же обстоятельству в целях проверки, уточнения или дополнения его показаний.

Используя возможности перекрестного допроса, суд и участники процесса могут полнее исследовать обстоятельства дела, восполнить пробелы в показаниях, проконтролировать их, детализировать и конкретизировать неясные моменты в показаниях, помочь правильно осветить в суде те или иные факты и обстоятельства.

Перекрестный допрос допустим только после того, как допрашиваемый в свободном рассказе изложит все известное ему по делу и ответит на поставленные вопросы. Такая последовательность позволяет более полно выяснить факты, подлежащие уточнению в ходе перекрестного допроса. К тому же последний проводится в рамках определенной темы допроса, т. е. обстоятельств, изложенных допрашиваемым при основном допросе.

В перекрестном допросе очередность постановки вопросов различными участниками процесса определяется порядком допроса, принятым УПК. Суд следит за тем, чтобы вопросы ставились последовательно, конкретно, четко, в ясных и понятных формулировках. Чаще всего вопросы вначале ставит обвинитель или защитник, а затем другие участники процесса. Успешное ведение перекрестного допроса зависит от согласованных действий судей и участников процесса.

Третьей разновидностью судебного допроса является шахматный допрос, сущность которого заключается в том, что при допросе одного лица попутно предлагаются вопросы другим лицам по тем обстоятельствам и фактам, о которых идет речь в данный момент в основном допросе. Цель такого допроса - подтвердить или опровергнуть показаниями других лиц сведения, полученные в ходе основного допроса определенного лица. Он может быть проведен в связи с допросом подсудимого, потерпевшего, свидетеля и эксперта. Допрашивая подсудимого, попутно ставят вопросы потерпевшему, свидетелю и эксперту, если допрашивается потерпевший - подсудимому, свидетелю и эксперту и т. д.

Шахматный допрос может быть проведен только в отношении лиц, ранее допрошенных в суде, т. е. после основного допроса. Нельзя также нарушать порядок допроса, предусмотренный УПК, и задавать подсудимым, свидетелям и потерпевшим вопросы по отдельным обстоятельствам дела до того, как будет проведен основной допрос.

При шахматном допросе попутные вопросы могут быть поставлены в любой последовательности, любым, ранее уже допрошенным, подсудимым, свидетелям, потерпевшим. "Исходя из обстоятельств дела, - отмечает Л. Е. Ароцкер, - выясненных основным допросом, допрашивающему нужно решить, кому первому поставить вопросы. Лицу, проводящему шахматный допрос, не следует забывать, что попутные вопросы другим лицам не должны уводить его в сторону от задач основного допроса. Нужно умело сочетать основной и шахматный допросы с тем, чтобы обстоятельства, интересующие допрашивающего, были выяснены".

В суде также могут быть проведены характерные для предварительного следствия дополнительный и повторный допросы.

Дополнительный допрос заключается в том, что участники процесса и суд выясняют обстоятельства, упущенные в ходе основного допроса, либо уточняют факты, по поводу которых другие свидетели, потерпевшие или подсудимые дали иные показания, чем лицо, подлежащее дополнительному допросу. Поскольку цель такого допроса довольно конкретна и тема его ограничена, не следует превращать дополнительный допрос в новый основной допрос по всем обстоятельствам дела; здесь выясняются лишь отдельные моменты, нуждающиеся в уточнениях и разъяснениях. Дополнительный допрос может быть эффективным в том случае, если подсудимый отрицает свою вину или свидетель и потерпевший дают противоречивые показания.

Повторный допрос проводится судом и участниками процесса в тех случаях, когда после основного допроса в связи с исследованием других доказательств возникают сомнения в правильности полученных показаний либо необходимость в их уточнении. Например, допросом одного свидетеля суд выяснил, как происходило определенное событие, другие же свидетели по этому же поводу дали суду иные показания. В данном случае суд и участники процесса вправе повторно допросить ранее допрошенного свидетеля. Успешному проведению любой из разновидностей судебного допроса (основной, перекрестный, шахматный, повторный, дополнительный) способствует использование тактических приемов допроса, разработанных криминалистикой, судебной психологией на основе обобщения судебной практики. Наиболее эффективными из них являются сопоставление, уточнение, детализация (конкретизация), контроль, напоминание и наглядность.

1. Сопоставление - тактический прием, который применяется для устранения противоречий, содержащихся в показаниях. Он состоит в сопоставлении противоречивых частей показания или противоречивых показаний в целом с другими доказательствами, не согласующимися с ним. Эффективность применения данного тактического приема во многом зависит от правильного выбора фактов, с которыми производится сопоставление. Они должны, во-первых, действительно противоречить показаниям, во-вторых, не вызывать сомнений в своей истинности. В судебной практике часто сопоставление заключается в допросе с демонстрацией уличающих во лжи доказательств, например тех, которые при сопоставлении их с показаниями допрашиваемого противоречат им.

2. Уточнение - прием, заключающийся в том, что допрашивающий соответствующими вопросами выясняет детали, касающиеся частных моментов. Уточнения могут касаться самых различных обстоятельств дела - времени, места совершения определенных действий, их последовательности и т. д.

3. Детализация (конкретизация) - прием, состоящий в постановке вопросов, которые позволяют расчленить общие и недостаточно конкретные показания на отдельные эпизоды, факты и тем самым более глубоко их исследовать.

4. Контроль - тактический прием, заключающийся в постановке вопросов, прямо не относящихся к теме допроса, но позволяющих получить контрольные сведения для проверки правильности показаний об отдельных фактах, событиях. Контрольные вопросы направлены на выяснение побочных, сопутствующих каким-либо событиям обстоятельств, но по ответам на них суд может определить достоверность и ценность показаний в целом.

5. Напоминание - прием, состоящий в постановке судом и участниками процесса вопросов, которые помогают допрашиваемым вспомнить отдельные события, факты, забытые ими. Так, выясняя хронологическую последовательность определенных действий, допрашивающий может оживить ассоциативные связи у свидетеля, потерпевшего, напомнив ему об одном из фактов, связанных с данным событием.

6. Наглядность - прием, основанный на психологическом анализе ассоциативных представлений, которые возникают у допрашиваемого при предъявлении ему наглядного пособия, макета, схемы, фотоснимков и т. д. Использование в допросе различного рода наглядных пособий (иллюстраций, планов, схем, фотоснимков, макетов, предметов разнообразной формы и цвета и т. д.) оказывается полезным лишь при условии, что они предъявляются не в единственном числе, а в ряду нескольких предметов, чем исключается их внушающее воздействие. Дагель, П. С., Овчинников, Н. И.,д-р юрид. наук., Резниченко, И. М.,канд. юрид. наук. Модель юриста /П. С. Дагель, Н. И. Овчинников, И. М. Резниченко. //Правоведение. -1976. - № 4. - С. 82 - 89

2. Психологические аспекты судебных прений

В процессе судебного следствия судьи принимают участие в исследовании многих доказательств, подтверждающих или отрицающих наличие определенных фактов, обстоятельств. Для судебного познания недостаточно только установить определенные объективные явления. Чтобы у суда сложилась истинная картина совершенного преступления, необходимо между этими явлениями выявить связи, закономерности. Несмотря на то, что мыслительная деятельность по выявлению связей и закономерностей исследуемых явлений протекает у судей одновременно с исследованием конкретных фактов, она должна быть продолжена и после завершения судебного следствия, когда все доказательства уже исследованы. Уяснение отдельных фактов или обстоятельств, их осмысливание и оценка, приведение в стройную систему способствуют формированию окончательного личного убеждения судей по делу. В завершении формирования личного убеждения судей значительную роль играют речи прокурора и защитника. Своими речами они оказывают психологическое воздействие на суд, чтобы добиться вынесения желательного для них приговора. В отличие от судей прокурор и защитник, участвующие в разбирательстве дела, после окончания судебного следствия обязаны иметь сложившееся убеждение о виновности подсудимого. Для этого каждый из них в соответствии со своей позицией оценивает совокупность исследованных доказательств и приходит окончательным выводам по делу. Участвуя в судебных прениях, они излагают эти выводы и подводят итог всей своей деятельности по разбирательству дела. Осуществляя свои функции, прокурор в речи обосновывает правильность предъявляемого подсудимому обвинения. При этом он подводит итог судебному следствию под углом зрения государственного обвинения. Если во время судебного следствия виновность подсудимого в предъявленном обвинении не доказана, то прокурор в своей речи отказывается от поддержания обвинения.

Защитник, выступающий с речью после прокурора, дает оценку собранным и исследованным в процессе судебного следствия доказательствам с позиции защиты. Он излагает доказательства, которые опровергают предъявленное подсудимому обвинение, приводит обстоятельства, смягчающие его вину в совершении преступления, высказывает свое мнение по поводу наказания, предложенного прокурором, вступает с ним в полемику по вопросам, которые противоречат позиции защитника и т. д. Позиции обвинения и защиты различны. И прокурор, и защитник стремятся убедить суд в истинности своих позиций, а поэтому подтверждают свои выводы приведенными в определенную систему доказательствами и аргументами. При этом дается тщательный анализ не только тех доказательств, которые подтверждают выводы, излагаемые выступающим, но и тех, которые противоположная сторона приводила или может привести в опровержение. Предметом особенно оживленной дискуссии становятся спорные вопросы. Являясь квалифицированными юристами, прокурор и защитник излагают эти вопросы с различных точек зрения, давая им тщательное обоснование. В судебных прениях судьям предоставляются не только знания, но и готовая оценка доказательств с вытекающими из нее выводами. Убедительная сила такой логической системы по сравнению с изложением одних только доказательств значительно больше, поскольку судьи уже могут воспринять не только знания, но и убеждения в истинности сопутствующих им выводов. Вот почему психологическое воздействие прокурора и защитника на формирование личного убеждения судей велико.

Однако сила этого воздействия в некоторой степени нейтрализуется тем, что у судей на момент судебных прений уже сложились, как правило, определенные выводы с соответствующей степенью уверенности в их истинности. Речи прокурора и защитника могут достичь своей цели только в том случае, если они будут целиком и правильно восприняты судьями и если содержание речей будет убеждать судей в истинности высказываемых суждений. Прокурор и защитник судебными речами завершают свою деятельность. Если суд принимает решение, совпадающее с решением, предложенным прокурором или защитником, то, значит, их усилия способствовали формированию убеждения судей в требуемом для них направлении и тем самым обеспечили установление истины по делу. Шиханцев Г.Г. Юридическая психология. - М. 2005. - С. 332-335.

3. Психология вынесения приговора

Практикой выработана такая процедура совещания судей, которая гарантирует формирование истинного и обоснованного коллективного решения суда.

Во всех случаях совещание судей начинается с выявления председательствующим мнений заседателей. Выслушав их, председатель суда высказывает собственное убеждение по разрешаемому вопросу. Если окажется, что личные мнения, убеждения каждого из судей по своему содержанию совпадают, то коллективное мнение, убеждение суда формируется в процессе их выявления. В таких случаях совещание протекает в установленном уголовно-процессуальным законом порядке и состоит из двух частей: вначале ставятся вопросы и выслушиваются ответы заседателей, то есть формируется коллективное убеждение, а затем принимается решение на основе этого убеждения.

Иной характер приобретает совещание судей, когда мнения судей разделяются. В таких случаях установленный уголовно-процессуальным законом порядок совещания судей не всегда может способствовать установлению истины. Слишком узок круг судебной коллегии, чтобы большинство судей безразлично относилось к мнению оставшегося в меньшинстве судьи, чтобы не ценилось мнение каждого ее члена. При установлении расхождений во мнениях, прежде всего, выявляются те доказательства, на основании которых формировались у судей личные убеждения. Председательствующий предлагает заседателям обосновать свои выводы исследованными доказательствами, а затем делает это сам. Каждый из участников совещания излагает те выводы, на основании которых у него сложилось убеждение в истинности предложенного им решения по рассматриваемому вопросу. Оценивая накопленные знания заново, судьи анализируют не только убеждение одного судьи, но и всего состава суда. После того как будет тщательно оценено каждое доказательство, судьи приступают к оценке их в совокупности. Это дает возможность выявить конкретные различия в оценках отдельных доказательств или их совокупности.

При обнаружении противоречий в содержании убеждений отдельных судей появляется необходимость одним убеждать других в правоте своих взглядов, защищать, отстаивать и доказывать истинность своих убеждений, опровергать те взгляды и мнения, которые считаются ложными. Умение убедительно доказывать необходимую связь фактов, обстоятельств является чрезвычайно важным и необходимым для каждого судьи. К доказыванию судья прибегает тогда, когда другие члены суда возражают против его точки зрения.

Выработка коллективного убеждения свидетельствует о том, что у всего состава суда или у его большинства сложилось определенное отношение к истинности исследованных обстоятельств дела. Данное психологическое состояние, отличающееся сознательностью и окончательностью, создает предпосылки для принятия коллективного решения по рассматриваемому делу. Оно принимается в совещательной комнате и влечет за собой или осуждение подсудимого, или оправдание его, или направление дела на дополнительное расследование.

В зависимости от характера принятого решения составляется соответствующий приговор. Так, если формируется убеждение о невиновности подсудимого, то принимается решение об его оправдании или направлении дела на дополнительное расследование, что вызывает составление оправдательного приговора или определения.

Убеждение о виновности подсудимого влечет за собой принятие решения об его осуждении и назначении ему уголовного наказания, для чего составляется обвинительный приговор. В совещательной комнате судьи должны не только сделать вывод о виновности подсудимого, но и определить ему меру наказания. Основываясь на санкции установленной нормы закона, состав суда решает вопрос о мере наказания. Этот вопрос может быть решен только на основании глубокого и всестороннего изучения личности подсудимого.

Заключение

Список использованной литературы

1. Дагель, П. С., Овчинников, Н. И., д-р юрид. наук., Резниченко, И. М., канд. юрид. наук. Модель юриста /П. С. Дагель, Н. И. Овчинников, И. М. Резниченко. Правоведение. -1976. - № 4. - С. 82 - 89

2. Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. Учебное пособие. - М.: Право и Закон, 2008.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: