Процесс обмена информацией между адвокатом и доверителем

Обновлено: 29.01.2023

Все знают, что доверие – это важнейшая часть любых отношений, как в семье, так и вне ее. Когда люди доверяют друг другу, то между ними возникает открытое и позитивное общение, уверенность в порядочности, честности, добросовестности друг друга.

Почему так важно доверие между защитником и доверителем?

Построение отношений между людьми – довольно сложный процесс. Клиент, который не понимает юридических аспектов и не разбирается в происходящем, должен поверить адвокату, положиться на его знания, желание помочь и довериться ему.

Доверие важно с обеих сторон, как со стороны адвоката, так и клиента. Бывает, что клиенты не раскрывают перед адвокатом полную картину всего происходящего с ними. Так случается по разным причинам. Например, доверитель не считает это важным, намеренно скрывает очерняющие его факты, стыдится их или погруженный в свои переживания просто забывает какие-то важные моменты. А ведь обман клиентом своего адвоката, намеренный или нет, практически всегда приводит к негативным последствиям.

Еще более серьезной является ситуация, когда адвокат обманывает или относится с пренебрежением к своему клиенту, по сути, работая против него. Зачастую люди обращаются к юристу, когда ситуация сильно запущена, поэтому без эмоций подойти к ней сложно. Именно таким нестабильным психологическим состоянием доверителя и могут воспользоваться непорядочные адвокаты.

Однако грамотный и успешный адвокат никогда не воспользуется доверием клиента и не станет использовать его против него. При этом он не будет потакать всем «прихотям» клиента, а постарается отнестись к нему с пониманием, корректно разъяснив все аспекты и перспективы дела.

Как с точки зрения закона защищен клиент от услуг недобросовестного адвоката?

При выборе адвоката клиент должен быть уверен в его грамотности и профессионализме. Защитник должен показать клиенту, что ему можно доверять и рассказать любую даже самую конфиденциальную информацию.

Именно поэтому, важным требованием, которые предъявляются к адвокату, является обязанность избегать действий, направленных на подрыв доверия, невозможность злоупотреблять доверием. Все эти требования регламентированы в Кодексе профессиональной этики адвоката.

Не стоит думать, что адвокат, который обманул доверие клиента, останется безнаказанным!

Случай из моей практики.

Сейчас я расскажу про ситуацию, которая была в моей практике. Речь идет о деле, когда адвокат, представляя интересы клиента на следствии, «незаметно» встал на сторону следствия, то есть обвинения. Однако подозреваемая по делу на допросе заметила неадекватное его статусу защитника поведение и написала жалобу в Палату адвокатов.

Как вы считаете, что дало ей это обращение? Может быть, оно обернулось против нее? Что стало с возбужденным в отношении нее делом?

И так, в своей жалобе она рассказала, что адвокат общался с ней грубо, неуважительно, не обратил внимания на ее плохое самочувствие, угрожал отобрать у нее ребенка, тем самым вынудив подписать все документы, которые были необходимы следователю. Она даже не успела прочитать, что там было написано. При этом в дальнейшем данный защитник не участвовал в деле.

Я представлял ее интересы на заседании Квалификационной комиссии адвокатов, а также занимался вопросом признания данного допроса недопустимым доказательством и участвовал в рассмотрении ее дела в суде.

Я не буду подробно вдаваться в процессуальные моменты, перечислять, какие именно статьи и пункты нарушил адвокат. В его деятельности Квалификационная комиссия адвокатов усмотрела множество нарушений норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, Кодекса профессиональной этики адвоката, а также ненадлежащее исполнение адвокатских обязанностей перед доверителем.

Финал этой истории?

Недобросовестный адвокат был привлечен к дисциплинарной ответственности, а уголовное дело в отношении моей подзащитной было прекращено!

Как понять, что юристу нельзя доверять?

Конечно, я никому не желаю попасть в ситуацию, когда экстренно потребуются услуги адвоката. Тем не менее, поделюсь своими мыслями на этот счет:

  1. Не стоит верить юристу, который дает вам 100-процентную гарантию. Решение принимает не адвокат, а судья. Даже если адвокат действительно является профессионалом своего дела, что-то может пойти не так: поменяются законы, вскроются новые факты, судью бросит муж. Ни на одном договоре не будет прописана 100 процентная гарантия успеха. Поэтому если юрист вам обещает на 100 процентов, что все будет отлично, бегите!
  2. Грамотный юрист никогда не будет оказывать давление на клиента, рассказывать, что именно ваше дело его специализация, уговаривать, «хвастаться» знакомством с судьей, прокурором и так далее.
  3. Грамотный специалист не будет оказывать свои услуги бесплатно или исключительно за процент от выигрыша по делу.

И последнее: добросовестный и уважающий себя и своего доверителя юрист всегда думает о своей репутиции. Поэтому он делает все, чтобы клиент был доволен его услугами, даже в случае проигрыша в деле. Хороший адвокат введет клиента в курс дела, объяснит все риски и возможный исход дела, предоставив время подумать.

В ходе заседания Совет Адвокатской палаты Калининградской области рассмотрел два дисциплинарных дела, удовлетворил заявления о приеме новых членов и зачислении стажеров АП Калининградской области, о приостановлении статуса одного адвоката и прекращении статуса трех адвокатов, а также рассмотрел докладную записку о размерах доплаты адвокатам, оказывающим БЮП, и заявления о включении в график дежурств.

В рамках первого дисциплинарного дела была рассмотрена жалоба заявителя С., который указывал, что они вместе с супругой С. заключили два договора с ООО «К..» на ведение двух гражданских дел. На имя ООО были выданы доверенности. Ведение гражданского дела по иску С. в суде осуществлял адвокат, который, по мнению заявителя, принял на себя ведение заранее «проигрышного» дела и не явился на оглашение решения.

По ведению второго гражданского дела по иску супруги заявителя адвокат не предпринял никаких действий, в связи с чем ими был пропущен срок исковой давности для судебной защиты.

Было установлено, что оказание юридической помощи заявителю осуществлялось адвокатом на основании договора об оказании юридической помощи, заключенного между ним и ООО «К…», в соответствии с п. 1 которого адвокат обязался по заданию заказчика (ООО К…) оказать юридическую помощь гр. С. по ведению гражданского дела в суде.

Договоров с ООО «К…» на представление интересов супруги С. адвокатом не заключалось.

Заявитель С. присутствовал как на заседании Квалификационной комиссии, так и в ходе рассмотрения дела в Совете АП Калининградской области. Жалобу он поддержал и пояснил, что адвокат предпринимал действия по представлению интересов его супруги С., из чего был сделан вывод о заключении договора на представление ее интересов.

Адвокат на заседании Квалификационной комиссии и в ходе рассмотрения дела в Совете АП Калининградской области также присутствовал и пояснил, что им действительно оказывалась юридическая помощь гр. С. по ведению гражданского дела. Оказание юридической помощи заявителю С. адвокат осуществлял на основании договора об оказании юридической помощи, заключенного между ним и ООО «К…».

Участвовавший лично в одном из судебных заседаний заявитель С. подтвердил полномочия адвоката на представление его интересов по гражданскому делу, о чем имеются соответствующие сведения в протоколе судебного заседания.

По окончании рассмотрения дела в суде был составлен акт оказания юридических услуг с ООО «К…», в соответствии с которым заявитель С. принял оказанные юридические услуги в полном объеме. Данным актом установлено, что оказанные работы удовлетворяют его требованиям как заказчика, каких-либо претензий у него не имеется. Копия данного акта приложена к письменным объяснениям адвоката.

Каких-либо договоров с ООО «К…» на представление интересов супруги заявителя адвокатом не заключалось, обращений от нее, либо от ООО «К…» по этому вопросу к нему не поступало.

Изучив материалы дисциплинарного производства, выслушав стороны спора, Совет АП Калининградской области согласился с мнением Квалификационной комиссии о том, что изложенные в заявлении гр. С. обстоятельства не содержат оснований для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности.

Соглашение об оказании юридической помощи является непосредственным правовым основанием для осуществления адвокатом своей адвокатской деятельности. Письменные, устные консультации, участие адвоката в качестве представителя, защитника в суде, в правоохранительных и иных государственных и муниципальных органах, в других организациях допускается только после оформления письменного соглашения между адвокатом и доверителем, подписанного сторонами (за исключением случаев назначения адвокатов в порядке, предусмотренном ст. 50 ГПК РФ и ст. 51 УПК РФ).

Адвокат вправе заключать соглашение на защиту, на оказание юридической помощи в пользу третьего лица (ст. 6.1 КПЭА) при получении соответствующего письменного поручения от этого лица – получателя юридической помощи, в котором указываются все существенные условия соглашения, с которым согласен адвокат и лицо, подписавшее его, или, при заключении соглашения в пользу третьего лица без предварительного письменного поручения на это.

Доводы заявителя относительно принятия адвокатом поручения, по его мнению «проигрышного дела», не могут быть приняты во внимание, поскольку в соответствии с п. 1 ст. 7 КПЭА адвокат принимает поручение на ведение дела и в том случае, когда у него имеются сомнения юридического характера, не исключающие возможности разумно и добросовестно его поддерживать и отстаивать.

Доводы жалобы в части неисполнения адвокатом поручения по ведению гражданского дела с супругой гр. С. в соответствии с заключенным между ней и ООО «К…» договором поводом для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности не являются, поскольку адвокат не заключал каких-либо соглашений на представление ее интересов ни с гр. С-й. непосредственно, ни с ООО «К…».

При рассмотрении дисциплинарного производства, носящего публично-правовой характер, следует исходить из презумпции добросовестности адвоката, обязанность опровержения которой возложена на заявителя (участника дисциплинарного производства, требующего привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности), который должен доказать те обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований.

Совет АПКО не усмотрел в действиях адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.

Еще одно дисциплинарное производство было возбуждено на основании поступившего в Квалификационную комиссию обращения судьи районного суда о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности, из которого следует, что адвокат осуществляет защиту гр. Д., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. Судебное заседание было сорвано, поскольку адвокат покинул зал судебного заседания после перерыва без разрешения суда. До объявления перерыва адвокат ходатайствовал об удалении из зала судебного заседания свидетеля, которая оскорбила его подзащитного и плюнула ему в лицо. Суд оставил ходатайство без удовлетворения, поскольку в судебном заседании участники процесса дисциплину не нарушали, а инцидент произошел до начала судебного заседания. Судом было объявлено замечание и предупреждение о недопустимости подобного поведения. После объявления судом перерыва адвокат в судебное заседание не вернулся.

В связи с данным обращением и возбуждением дисциплинарного производства адвокат предоставил объяснение, в соответствии с которым в предыдущем судебном заседании в помещении суда потерпевший по делу нанес удар в лицо его подзащитному, оскорбил нецензурной бранью. О данном инциденте адвокат доложил председательствующему по делу, однако медицинская помощь подзащитному не была оказана. Суд установил, что подзащитный может участвовать в заседании суда, о чем последний сообщил суду.

Перед последующим судебным заседанием одна из женщин, находившаяся в помещении суда рядом с потерпевшим, плюнула в лицо подзащитному гр. Д. и оскорбила его. Адвокат в начале судебного заседания доложил председательствующему по делу о произошедшей ситуации, обратив внимание на то, что указанная женщина находится в суде без маски. Председательствующий по делу установила личность данной гражданки, попросила ее надеть маску и продолжила процесс. Адвокат настаивал на удалении данной гражданки из зала судебного заседания и применении к ней соответствующих мер реагирования, заявил о невозможности участия по вышеописанным обстоятельствам в судебном заседании. Председательствующим по делу был объявлен перерыв, после которого адвокат покинул здание суда, предварительно подав через канцелярию заявление о произошедшем на имя председателя суда.

Адвокат в ходе рассмотрения дела Советом АП сообщил, что на протяжении слушания данного уголовного дела в суде дважды происходили инциденты в помещении суда в отношении его подзащитного, с нанесением ему телесных повреждений и личных оскорблений. По мнению адвоката, в связи с произошедшим суд не принял достаточных и адекватных мер в отношении лиц, допускающих нарушения порядка и правил поведения в суде. Он подал заявление на имя председателя суда с изложением фактов таких нарушений и реакцией председательствующего на них, а также заявил, что в силу эмоционального состояния не смог продолжить участвовать и покинул помещение суда.

Изучив материалы дисциплинарного производства, Совет АП посчитал, что в действиях адвоката имеются нарушения. При осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией РФ, законами и Кодексом профессиональной этики адвоката.

Участвующий в судопроизводстве адвокат должен соблюдать нормы соответствующего процессуального законодательства, проявлять уважение к суду и лицам, участвующим в деле, а возражая против действия (бездействия) судей и лиц, участвующих в деле, адвокат должен делать это в соответствии с процессуальным законодательством. Принятие председательствующим тех или иных решений по делу по ходатайству адвоката не может служить основанием для неявки адвоката в судебное заседание. Покинув суд, адвокат нарушил право своего доверителя на защиту. На основании вышеизложенного в соответствии с подп. 1 п. 9 ст. 23 КПЭА Совет признал нарушения норм Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», а также п. 1 ст. 8 КПЭА и объявил адвокату предупреждение.

Комментируя итоги дисциплинарных производств, президент АП Калининградской области Евгений Галактионов указал, что Совет АП Калининградской области не приветствует работу адвоката на различные центры защиты и ООО. По его словам, адвокат должен самостоятельно нести обязательства и ответственность перед доверителем. Как отметил Евгений Галактионов, в данном случае, с юридической точки зрения, нарушений установлено не было, тем не менее коллеге было указано на необходимость проявления большей осмотрительности при выборе форм сотрудничества по представлению интересов граждан.

Говоря о втором дисциплинарном деле, Евгений Галактионов подчеркнул, что адвокату следует реагировать на различные проявления беззакония и нарушения прав, оставаясь в рамках правового поля, не поддаваясь на провокации и не бросая подзащитного одного в зале судебного заседания.

Мухаметзянов Ильдар

Сфера права долго сопротивлялась наступлению цифровой эпохи. Пока другие отрасли осваивали новые способы поиска и передачи информации, переносили в виртуальность часть рабочих процессов и обзаводились диджитал-инструментами, адвокаты оставались верны традиционным формам взаимоотношений с доверителями. Однако, похоже, сегодня последние выступают катализатором изменений, ожидая большей доступности юридических услуг через онлайн-каналы. И теперь адвокатам приходится постепенно приспосабливаться к этим запросам.

Важно отметить, что юристы, не обладающие адвокатским статусом, гораздо быстрее адаптировались к цифровизации. Во многом это можно объяснить высокой конкуренцией и необходимостью борьбы за клиентов. Адвокатура же по-прежнему придерживается консервативного подхода: портфолио выигранных дел говорит само за себя, а лучшей рекламой являются рекомендации довольных доверителей. Тем не менее не все адвокаты оказываются в позиции, когда доверители просто передают их «из уст в уста» – есть молодые члены сообщества, только начинающие практику, есть опытные эксперты, которые хотят масштабировать свою практику и сталкиваются с проблемой поиска доверителей.

Именно здесь на помощь приходит Интернет. Хотя две трети потенциальных доверителей все еще спрашивают совета знакомых, треть – как правило, молодежь, наиболее активная часть аудитории – в случае необходимости пользуются поисковыми системами. Кроме того, к Google и Яндексу обращаются и многие приверженцы «сарафанного радио» – например, чтобы отыскать дополнительную информацию и отзывы о рекомендованном специалисте в области юриспруденции.

Примеры зарубежные, поскольку в России к идее классифайдов, – как, впрочем, к LegalTech-проектам в целом, – отношение пока настороженное.

Думается, это обусловлено различными причинами: от глубинного консерватизма, присущего профессии, в которой ничто не принимается на веру без тщательной проверки, до того факта, что адвокатура не бизнес, поэтому ей чужды такие вещи, как открытая реклама и конкурентная борьба. Свою роль играет и недостаточная или искаженная информация о действующих сервисах и о том, какую пользу они могли бы принести сообществу.

Рассмотрим, какие существуют формы диджитал-присутствия для адвокатов, их преимущества и недостатки.

Цифровая проекция

Пожалуй, самое очевидное решение для адвоката, решившего позиционировать себя онлайн, – личный сайт или сайт адвокатского образования. Сегодня они есть у многих. Вопрос в том, насколько хорошо эти сайты справляются с функцией связующего звена между адвокатом и доверителем.

Прежде всего – создание хорошего сайта, его развитие и продвижение требуют денег, внимания и времени. Ключевой фактор зачастую заключается именно в отсутствии времени, приводящем к тому, что 35% небольших адвокатских образований не обновляют домашние страницы годами. При этом зачастую такие сайты представляют собой «сайты-визитки», не имеющие персонализированного контента, мотивирующего потенциального доверителя к обращению. На таких сайтах иногда сложно отыскать действительно важную информацию, включая контакты: по данным собственного исследования Advostar, 68% адвокатов не указывают адрес электронной почты, а 15% – даже номер телефона.

Сегодня многие адвокаты отказываются от сайтов в пользу профиля в соцсетях (либо используют этот канал параллельно). Согласно опросу компании Smart Insights, проведенному в 2017 г., половине респондентов удалось увеличить число доверителей после того, как они начали проявлять больше активности в соцсетях. Это неудивительно, если учесть, что пользователи в среднем проводят в соцсетях по 16 минут в час. В зависимости от личных пристрастий и целевой аудитории это может быть одна или несколько из раскрученных платформ. В последние два года популярность среди юристов, особенно молодого поколения, набрал «Инстаграм», изначально воспринимавшийся как нечто несерьезное. Своя аудитория сформировалась у Facebook и «ВКонтакте».

По сравнению с сайтами соцсети проще в использовании, так как предлагают интуитивно понятные встроенные инструменты для размещения информации, выражения собственного мнения и общения – в том числе с потенциальными доверителями. К минусам можно отнести «неспециализированность» – соцсети не являются профессиональной платформой, куда доверители могли бы пойти в первую очередь за юридической помощью, точно зная, что найдут искомое. И даже если они туда обращаются, отыскать нужного специалиста среди миллионов пользователей непросто.

Специализированная платформа-классифайд лишена недостатков сайтов и соцсетей, но обладает практически всеми их достоинствами. Личный профиль специалиста на таком ресурсе, по сути, заменяет личный сайт, который не нужно самостоятельно создавать и раскручивать. Сведения в профилях экспертов, с одной стороны, структурированы, что помогает пользователю легко ориентироваться в них, с другой – возможности портала позволяют юристам легко и быстро, как в соцсетях, добавлять любые данные о себе – об образовании, опыте работы, специализации, фотографии, ссылки на видеоролики, контактные данные и т.д. Как и в соцсетях, создание профиля и общение на платформе бесплатны.

Существенное преимущество такого ресурса состоит в том, что он специализирован, а значит, привлекает именно целевых клиентов, которые, однажды воспользовавшись сервисом, будут приходить снова и снова, а также рекомендовать его знакомым, ведь если поиск юриста в обычной соцсети может не увенчаться успехом, то при обращении на профессиональный классифайд пользователь заранее уверен в успехе, поскольку удобный поиск по заданным параметрам позволяет легко отыскать адвоката нужной специализации и в нужном городе.

На связи с доверителем

Как отмечалось, при наличии конкретного вопроса потенциальные доверители почти в 100% случаев отправляются на поиски ответа в Интернет. Здесь нужно вспомнить об онлайновых консультационных платформах и посмотреть, насколько выгодна такая форма взаимодействия с доверителем.

Для адвокатов работа в консультационном сервисе может быть источником дополнительного заработка, что существенно, если адвокат не имеет обширной практики. Однако подобные службы, еще несколько лет назад весьма популярные, сегодня сдают позиции. Причина банальна – в сети накоплено уже столько информации, что потребители не видят смысла платить за нее, ведь, как правило, на сайты обращаются для первичной консультации или с простыми вопросами, ответы на которые можно найти с помощью поисковиков.

Снижение спроса порой заставляет недобросовестные сервисы прибегать к схемам, когда большинство вопросов направляются штатным экспертам, а остальные участники регистрируются для создания видимости большой базы специалистов. Но даже если адвокат на таком сайте имеет возможность свободно отвечать пользователям, развитие общения – личный контакт, более глубокое консультирование и ведение дела – обычно не предусмотрены. В ряде случаев переход к работе с доверителем оказывается попросту невозможен, поскольку консультант находится на другом конце страны.

Платформы-классифайды лишены перечисленных недостатков. Предоставляя консультационные услуги, – зачастую бесплатно, – они в случае необходимости позволяют легко получить прямой доступ к адвокату, чтобы он смог полноценно представлять интересы доверителя. Общение на портале происходит в удобном и защищенном личном кабинете, где в условиях конфиденциальности хранятся переписка и материалы, которыми обмениваются адвокат и доверитель. С адвокатом также можно связаться и по другим каналам, сведения о которых пользователь получает бесплатно. Поскольку тот изначально задает поиск адвоката, в том числе по территориальному признаку, проблем с его географической доступностью не возникает. Важно отметить, что в рамках классифайд-проекта юристы и адвокаты могут общаться не только с клиентами и доверителями, но и друг с другом, обмениваясь опытом и новостями из практики, что роднит такие сайты с соцсетями.

Таким образом, в то время как одни виртуальные инструменты теряют актуальность или изначально не обладают всем спектром возможностей для профессионального взаимодействия с клиентом, новые LegalTech-сервисы приходят на помощь сообществу в условиях наступившей цифровой эпохи, когда неумолимая статистика, свидетельствующая об изменении психологии потребителей, и ужесточение конкуренции говорят о жизненной необходимости активнее осваивать Интернет и его возможности.

Макаров Сергей

Советник ФПА РФ, адвокат АП Московской области, руководитель практики по семейным и наследственным делам МКА «ГРАД», медиатор, доцент Университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА), к.ю.н.

Переговоры – это явление, которое известно всем без исключения. Мы слышим и читаем о международных переговорах с участием нашей страны, о деловых переговорах в сфере бизнеса. Фразы «прошли переговоры», «они провели переговоры» нам хорошо знакомы, благодаря чему мы уверены, что при необходимости сами можем без проблем вести любые переговоры.

В целом это так, поскольку в переговорах нет никакого тайного элемента, доступного только посвященным. Но для того, чтобы не только провести переговоры, но и сделать это успешно, необходимо понимать некоторые особенности.

Кроме того, важно знать психологические приемы, позволяющие вести переговоры в нужном для нас ключе и при этом противодействовать попыткам манипуляций, которые, вполне возможно, будет предпринимать другая сторона переговоров.

Во-вторых, следует учитывать особенности проведения переговоров именно адвокатами – прежде всего этические аспекты (в частности, связанные с необходимостью сохранения адвокатской тайны). Имеют значение также некоторые сугубо адвокатские организационные вопросы (в первую очередь в отношении общения с доверителем).

Рассмотрим соотношение переговоров с другими видами квалифицированной юридической помощи. Если говорить точнее, переговоры могут быть востребованы при оказании адвокатами практически любых видов юридической помощи, так как достижение мира невозможно без обсуждения его условий. Соответственно, и прекращение дела за примирением сторон в уголовном процессе, и заключение мирового соглашения в гражданском или арбитражном процессах невозможны без переговоров, причем весьма эффективно, если их будет проводить именно адвокат, а не доверитель.

Однако у адвокатов и (особенно) у доверителей может возникнуть сомнение – совместимо ли проведение переговоров с оказанием других видов помощи, изначально оказываемых адвокатом?

Существует распространенное заблуждение, что, пока ведутся переговоры, осуществление адвокатом всех иных действий в интересах доверителя должно быть приостановлено. Это совсем не так – ничто не обязывает адвоката приостановить проведение иных действий.

Приведу пример из своей практики. По одному из дел оказывал юридическую помощь матери умершего бизнесмена, которой необходимо было разделить наследство покойного сына с его вдовой (детей у умершего не было). То есть в наследственном споре схлестнулись свекровь и невестка (что, естественно, придавало конфликту дополнительную остроту). Интересы вдовы наследодателя представляли два адвоката. Иск моей доверительницы был уже подан в один из районных судов г. Москвы, но так получилось, что обе стороны спора и мы, их представители, готовы были провести переговоры (руководствуясь великим принципом «худой мир лучше доброй ссоры»).

На первую переговорную встречу я приехал из суда, получив там вынесенное по моему ходатайству определение об аресте в порядке обеспечения иска имущества, находящегося в собственности вдовы наследодателя. То есть вступление в переговорный процесс не помешало мне, подав иск в суд, осуществлять все действия, изначально намеченные в связи с инициированием судебного разбирательства (в первую очередь – принять меры к обеспечению иска).

Примечательно, что мы, адвокаты, оказались в большей степени настроены на мирное урегулирование этого спора (разумеется, при одобрении его нашими доверительницами): провели три раунда переговоров, разработали три варианта раздела наследства, но на том этапе все они были отвергнуты либо моей доверительницей, либо ее невесткой. Пришлось прекратить переговоры и сосредоточиться на судебном разбирательстве. Оно продолжалось полгода и завершилось заключением мирового соглашения по одному из ранее выработанных нами, адвокатами, вариантов раздела наследства.

Важно, чтобы адвокат изначально был готов вступить в переговоры и участвовать в них (причем участвовать реально, деятельно, с целью достижения соглашения, а не для того, чтобы к чему-нибудь формально придраться и сорвать переговоры), – разумеется, если доверитель не возражает против их проведения. В некоторых случаях это помогает успешно оказывать помощь.

В другом наследственном споре между свекровью и невесткой (я вновь был представителем матери наследодателя) наша сторона предложила решить дело миром (это была инициатива доверительницы, которую я полностью поддержал). Другая сторона категорически отвергала даже идею переговоров. Однако после того, как судебная оценка земельного участка была назначена судом по варианту, предложенному нами, оппонент, памятуя наше предложение о переговорах, сама спросила, актуальна ли готовность решить спор миром. Мы ответили согласием, и в итоге было заключено мировое соглашение, устроившее обе стороны конфликта.

Уточню: наличие у адвоката настроя на переговоры означает установку на рассмотрение переговоров как одного из способов решения проблемы доверителя, а ни в коем случае не на обязательное проведение переговоров. Сам адвокат может считать переговоры нецелесообразными, да и доверитель может возражать против их проведения, и если они в дальнейшем начнутся, то могут оказаться безрезультатными. Но переговоры следует рассматривать как одну из опций при решении проблемы доверителя. Такой подход не только не ограничивает деятельность адвоката по оказанию юридической помощи доверителю, а напротив – расширяет палитру имеющихся у него возможностей.

Более того, внутренний настрой на проведение переговоров дает адвокату преимущество перед коллегами, которые таким настроем не обладают.

Макаревич Виктория

Адвокатская деятельность – одна из древнейших известных человечеству профессий, колыбелью которой является Древняя Греция. Со времен ее зарождения виртуозное владение ораторским искусством являлось основным инструментом и неотъемлемой составляющей адвокатского мастерства. Выступая в суде, античные ораторы соревновались между собой в красноречии, ведь зачастую именно оно позволяло выигрывать судебные тяжбы, поэтому неудивительно, что одновременно с развитием адвокатуры развивалась риторика – наука об убеждающей речи.

Способность компетентного, уверенного в правоте своей позиции оратора убедить суд, социум и оппонентов в ее верности, законности и необходимости – задача практикующего адвоката, не утратившая актуальности и сегодня.

Античная эпоха подарила человечеству много известных ораторов, среди которых Лисий, Демосфен и Аристотель. Труды этих великих ученых активно изучались их современниками и до настоящего времени являются подлинными образцами виртуозного владения словом.

В ходе вебинара ФПА он рассказал, как адвокатам-защитникам стоит строить свою речь при рассмотрении дел присяжными заседателями

Крупнейший теоретик и практик ораторского искусства Древней Греции Аристотель заложил основы риторики как науки, неотделимой от логики и диалектики. Он полагал, что вся сила ораторского мастерства выступающего должна быть направлена на убеждение судей и присяжных заседателей.

Значительный вклад в развитие юридической риторики, а также адвокатуры внесли судебные ораторы Древнего Рима – Цицерон, Квинтилиан и Плиний-младший. Так, талантливейший оратор Квинтилиан был вдохновенным сторонником судебного красноречия; он полагал, что выступление любого юриста в суде должно не только решать задачи достижения победы в споре, но и доставлять наслаждение публике, быть запоминающимся и артистичным.

Еще один великий юрист-оратор Цицерон стал родоначальником учения об идеальном ораторе. В известнейших трактатах «Об ораторе» и «Оратор» он ставил перед оратором три основные задачи:

  • доказать и одновременно продемонстрировать истинность приводимых им фактов;
  • доставить своим выступлением эстетическое удовольствие слушателям;
  • воздействовать на волю и поведение слушателей, побудив их к совершению определенных действий.

По мнению Цицерона, истинно красноречив тот, кто умеет говорить о будничных делах просто, о великих – величаво, о «средних» – стилем, подходящим именно к ним 1 .

Учения риторов античных времен и эпохи господства Римской цивилизации были столь хороши и содержательны, что шли годы и столетия, сменялись тысячелетия, но ни одно из этих учений не утратило актуальности до нашего времени. Сейчас еще более очевидно, что адвокату без мастерского владения словом очень сложно (а порой –невозможно) выполнять профессиональные обязанности на должном уровне. Юридическая риторика – это не только умение красиво говорить и писать, но и, что самое важное, искусство убеждать, умение привлекать к себе, быть выслушанным и услышанным.

Принято считать, что вершиной ораторского мастерства адвоката является подготовка и произнесение приводящих к успеху защитительных речей. С этим сложно поспорить, но не следует забывать, что адвокатская деятельность значительно многограннее и не ограничивается участием в судебных заседаниях и прениях сторон. На каждом этапе оказания юридической помощи ораторские навыки адвоката имеют неоценимое значение, а недостатки во владении словом способны существенно навредить интересам доверителя.

Значимой частью работы каждого адвоката является общение с доверителями. Это почти всегда сложный и эмоционально насыщенный процесс, в ходе которого происходит взаимный обмен информацией, впечатлениями, мнениями и оценками; выстраиваются стратегия и тактика ведения дела, а также принимаются решения, которые могут иметь судьбоносное для доверителя значение.

Адвокаты знают, насколько важно быть с доверителем «на одной волне», убедительно донести до него оптимальную правовую позицию, иногда уберечь от неверного шага или ненужного эмоционального всплеска. Богатый словарный запас, точность и выразительность фраз, умение лаконично и просто формулировать мысли – фундаментальные риторические навыки, которые позволяют адвокату – мастеру ораторского дела максимально эффективно взаимодействовать с доверителями.

При этом целесообразно руководствоваться законами коммуникации:

Адвокату при описанной «конфигурации» законов коммуникации всегда стоит «примерять» на себя роль именно отправителя информации, стратегически выстраивать коммуникацию с доверителем и чувствовать себя ответственным за ее качество. Поэтому все сказанное адвокатом в общении с доверителями должно быть точно выверено, иметь несомненные правовые основания, в полной мере соответствовать реальной правоприменительной практике. При этом только простота и доступность изложения адвокатом его мысли позволят избежать коммуникативных барьеров, способствуя полноценному восприятию доверителями информации.

Взаимодействие адвоката с доверителями во многом напоминает общение психолога с клиентами: в том числе потому, что, как правило, за юридической помощью обращаются люди, находящиеся в стрессовой ситуации, преодолеть которую самостоятельно без непоправимого ущерба для них зачастую не представляется возможным. В связи с этим для эффективного достижения целей взаимодействия с доверителями адвокату следует учитывать особенности личности каждого собеседника, четко представлять его психологический портрет. Не следует пренебрегать и невербальными способами коммуникации – вовремя и тактично предложенная чашка кофе может оказать неоценимую услугу и способствовать достижению взаимопонимания.

К сожалению, особенностью современной речи, нередко перенасыщенной специальными терминами, стало широкое распространение «иллюзии понятности» – несоответствия понимания смысла слов их действительному содержанию при полной уверенности в правильном понимании сказанного собеседником. Такие иллюзии присущи многим, что необходимо понимать адвокатам, ведь отсутствие идентичного понимания предмета общения и различных важных смысловых нюансов юридических проблем доверителей может иметь серьезные негативные последствия.

Не стоит забывать и о том, что собеседники адвоката могут просто не знать значения определенных слов, поэтому чрезмерное использование профессионализмов существенно усложнит любой диалог. Если же их употребление в определенной ситуации принципиально необходимо, адвокату стоит объяснить собеседнику лексическое значение использованных им терминов и выражений.

Общение с доверителем, выстроенное с учетом его индивидуальных особенностей восприятия, наполненное искусно применяемыми ораторскими навыками и основанное на профессионализме и компетентности, существенно облегчит выполнение поставленных перед адвокатом задач и поможет достичь общей цели – качественной защиты прав и законных интересов доверителя.

Не меньшую значимость юридическая риторика имеет и при досудебном профессиональном общении адвоката с коллегами. Так, в процессе оказания юридической помощи адвокату порой приходится взаимодействовать с коллегами, представляющими интересы того же доверителя, но имеющими иную правовую позицию. Еще большую сложность вызывают деловые контакты с коллегами, защищающими других подзащитных, обвиняемых в совершении преступлений, совершенных в составе группы лиц. В таких ситуациях каждый защитник старается реализовать правовую позицию, наиболее выгодную именно для его доверителя, однако бывает и так, что в интересах сразу нескольких обвиняемых их защитникам необходимо выработать единую, согласованную позицию. В этом случае навыки риторической науки (умение доходчиво объяснить свою позицию и убедить собеседников в ее правовой и тактической безупречности) позволят адвокату добиться для доверителя наилучшего результатов.

Не менее важно искусство красноречия и в деятельности адвоката-цивилиста. По многим категориям дел законодатель предусмотрел стадию досудебного урегулирования споров, что дает сторонам возможность разрешить путем переговоров возникший конфликт, не доводя его до длительного судебного разбирательства. И тут тоже никак не обойтись без риторического мастерства.

За годы существования риторики и как науки, и как искусства выработано множество принципов, правил, прикладных приемов, техник, инструментов, применение которых позволяет речи выступающего достигать заданной цели. Существенное значение, например, имеет «принцип вежливости», подробно описанный ученым Д.Н. Личем. Его использование способствует тому, чтобы задать непринужденный тон общению, снизить накал эмоций и продемонстрировать заинтересованность в собеседнике, что, в свою очередь, приводит к решению коммуникативных задач.

«Принцип вежливости» требует соблюдения ряда правил:

  • максима такта (TactMaxim): сокращайте ущерб для другого от высказанной вами точки зрения;
  • максима великодушия (GenerosityMaxim): уменьшайте проявления эгоизма в приводимой вами точке зрения;
  • максима одобрения (ApprobationMaxim): уменьшайте выражение порицания другого человека;
  • максима скромности (ModestyMaxim): уменьшайте нотки самопохвалы в своих высказываниях;
  • максима согласия (AgreementMaxim): уменьшайте несогласие во взглядах между вами и собеседником;
  • максима симпатии (SympathyMaxim): сокращайте эмоциональную конфронтацию с другими.

Приведенные принципы речевой коммуникации, на мой взгляд, созвучны положениям ст. 15 КПЭА, согласно которым адвокат призван строить отношения с другими адвокатами на основе взаимного уважения. При этом судебная риторика все-таки имеет ряд особенностей, обусловленных субъектным составом коммуницирующих.

Владение ораторским искусством не ограничивается наличием обширного словарного запаса и даже навыками правильного его применения. Умение нивелировать коммуникативные препятствия, слышать собеседника и управлять диалогом с ним, эффективное использование средств невербального общения, понимание психологии – все это адвокату необходимо знать, уметь и применять в своей практике, если он хочет быть успешным, востребованным профессионалом.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: