Признание решения суда недействительным

Обновлено: 24.09.2022

1. Общие положения о недействительности решений собраний. Признание решений собраний недействительными является одним из способов защиты гражданских прав ( ст. 12 ГК).

Недействительные решения собраний делятся на ничтожные (недействительны безотносительно признания их таковыми судом) и оспоримые (недействительными считаются только по факту признания их таковыми судом). Важнейший практический аспект такого разграничения состоит в том, что ничтожное решение собраний изначально не порождает юридических последствий, кроме как связанных с его недействительностью, а оспоримое решение собрания действительно, а значит, и обязательно к исполнению до тех пор, пока его не признает недействительным суд. Однако оспоримое решение собрания, признанное судом недействительным, считается недействительным с момента его принятия ( п. 7 ст. 181.4 ГК). Недействительное решение собрания по умолчанию оспоримо, если закон не устанавливает, что оно ничтожно.

Подобно сделке, решение собрания по нескольким вопросам повестки дня может быть признано недействительным в части, если установлено, что оно было бы принято и без включения в него недействительной части ( п. 110 Постановления Пленума ВС РФ N 25).

2. Оспоримые решения собраний. Согласно п. 1 ст. 181.4 ГК решение собрания является оспоримым, если при его принятии было допущено нарушение закона, в том числе если:

1) допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания. Примером может служить неизвещение или несвоевременное извещение участника о месте и времени собрания;

2) у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали соответствующие полномочия;

3) допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении (например, если определенным участникам на собрании не дают слова);

4) допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола.

Закон, однако, предоставляет возможность вплоть до принятия судом решения о признании оспоримого решения недействительным в связи с нарушением порядка его принятия подтвердить данное решение решением последующего собрания, принятым в установленном порядке. В таком случае суд отказывает в признании решения недействительным. Подтверждение ранее принятого решения может быть выражено прямым указанием на это («подтверждается решение такое-то») или же в форме дублирования его текста ( п. 108 Постановления Пленума ВС РФ N 25).

Гражданский кодекс ограничивает круг лиц, обладающих правом на оспаривание решения. Таким правом обладает участник гражданско-правового сообщества, не принимавший в нем участия или голосовавший против принятия оспариваемого решения, а также участник, голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, если его волеизъявление при голосовании было нарушено (например, от имени участника голосовало неуполномоченное лицо).

Во избежание многочисленных исков об оспаривании решений собраний, где были допущены лишь незначительные нарушения, ГК закрепляет (п. 4 ст. 181.4) , что суд отказывает в признании решения недействительным при наличии следующих обстоятельств в совокупности:

1) голосование лица, права которого затрагиваются оспариваемым решением, не могло повлиять на его принятие (у данного участника слишком мало голосов, чтобы повлиять на итоговое решение);

2) решение собрания не влечет существенные неблагоприятные последствия для этого лица. К числу таких существенных неблагоприятных последствий можно отнести, в частности, ограничение или лишение участника права принимать управленческие решения в будущем, лишение возможности получать доход от использования имущества соответствующего гражданско-правового сообщества и др. ( п. 109 Постановления Пленума ВС РФ N 25).

Срок на оспаривание решения составляет шесть месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества (размещение в СМИ, сети Интернет, указание на решение в корреспонденции, направляемой участникам гражданско-правового сообщества, и т.п.).

На лицо, оспаривающее решение собрания, возлагается обязанность заблаговременно письменно уведомить участников соответствующего гражданско-правового сообщества о намерении обратиться с таким иском в суд и предоставить им иную информацию, имеющую отношение к делу. Эти участники могут присоединиться к такому иску (в том числе оспаривая решение по иным основаниям), а в противном случае они теряют в будущем право оспорить такое решение. Исключение составляют случаи, когда суд признает причины повторного обращения в суд уважительными.

3. Ничтожные решения собраний. В соответствии со ст. 181.5 ГК, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в следующих случаях:

1) принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества;

2) принято при отсутствии необходимого кворума;

3) принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания;

4) противоречит основам правопорядка или нравственности, например если решение направлено на распространение запрещенных в обороте объектов гражданских прав.

Специальным законом могут быть предусмотрены и иные основания для признания решений собраний ничтожными. Например, ничтожны решения, ограничивающие права участников общества с ограниченной ответственностью присутствовать на общем собрании участников, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии решений ( п. 1 ст. 32 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Столкнулся с таким вопросом-со слов клиента в июне 2010 года (в том числе подтверждается документами), он предпринял первую попытку оформить земельный участок под эксплуатацию части жилого дома (на тот момент имеющий статус-квартира), для чего обратился в местную администрацию с заявлением о признании квартиры трехквартирного дома-частью жилого дома, в итоге было вынесено постановление в его пользу-квартиру районная администрация признала частью жилого дома.

Примерно в это же время, местная дума выносит еще одно постановление (о котором моего клиента не уведомляют), согласно которого на кадастровый учет ставиться небольшой земельный участок на котором расположен дом, что в три раза меньше того участка, которым фактически пользовался клиент и его предыдущие собственники (напоминаю, клиент об этой небольшой шалости органов местной власти пока еще не догадываются). После чего клиент начинает заниматься оформлением земли которая расположена в пределах границ по старому забору в пределах фактического использования, делает межевой план, согласовывает границы участка с местной главой администрации, но в постановке на кадастровый учет ему отказывают с мотивировкой, что запрашиваемый земельный участок превышает предельно допустимые размеры, ранее учтенного участка (повторюсь, как потом выяснилось, ранее поставленной на кадастровый учет по решению думы местной администрации).

Не понимая причины отказа, мой клиент откладывает оформление земли на какоето время, затем через год от соседей узнает, что на его земельном участке ведуться какието земленные работы, как в последующем выяснилось был выкопан большой котлован, в него разместили цистерну и закопали, он повторно обратился в местную администрацию и узнал, что большую половину его огорода, местная администрация отдала каким-то людям в аренду под огород на 11 месяцев. После продолжительных переговоров с этими людьми (дальше по тексту-«АККУПАНТЫ»), преследуя свои интересы клиент в усной форме просит «АККУПАНТОВ», чтобы те убрали строительные конструкции и привели участок в надлежащий вид, на что те говорят, что они действуют в рамках закона.

На следующий год клиент снова, уже второй раз предпринимает попытку оформить (как он считал) свою землю в собственность, подав все документы заново он узнает, что «ОККУПАНТЫ» его опередили и уже поставили на кадастровый учет, ту землю которая ранее у них была в аренде под огород на 11 месяцев, на основании разрешения оформление земли в собственность. Клиент обращается на личный прием к главе района, объяснив ему свою проблему, после чего постановление местной администрации о выделении земли в собственность «ОККУПАНТАМ» признали недействительным, а клиент заново сделал межевой план и в третий раз подал документы в кадастровую палату, для постановки запрашиваемого участка на кадастр. Ему снова отказывают ссылаясь на те же причины, что и в предыдущий раз-"запрашиваемый земельный участок превышает предельно допустимые размеры, ранее учтенного участка".

В это же время «ОККУПАНТЫ» спокойно достраивают рядом с закопанной цистерной баню и пристройку в виде комнаты отдыха. Клиент снова предпринимает попытку оформить землю в законную собственность, для чего на этот раз запрашивает в кадастровую палату сведения о ранее учтенном участке, чтобы потом через суд снять его с кадастрового учета, но получает ответ, что у кадастровой палаты нет никаких сведений о ранее учтенном участке по данному адресу.

Клиент от радости, бежит снова делает межевой план, уже в третий раз (это было нужно, так как у правительства РФ постоянно меняются требования к кадастровым инженерам, а людям должно становиться жить легче) согласно собранных документов и подает уже через МФЦ, по новым требованиям в Департамент земельных и имущественных отношений, на что через 6 месяцев получает отказ с мотивировкой - "несоответствие данной схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории форме и содержанию схемы, утвержденной приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 27.11.2014 №762". Вообщем и в этот раз облом-обломыч.

От душевного расстройства мой клиент и вовсе решил покинуть РФ на какое-то время, чтобы так сказать понять и осмыслить суть всего происходящего, а по приезду в 2022 году, узнал, что спорную землю все таки отдали в бессрочное пользование «ОККУПАНТАМ» по программе «Дальневосточный гектар», с назначением-«ведение гражданами садоводства и огородничества» еще в 2019 году. В построенной «ОККУПАНТАМИ» бане, никто не моется, а оформленный ими участок, со слов соседей выставлен на продажу.

Резюмируя вышесказанное, хотелось бы получить консультацию о том, как можно отстаивать законные права на землю в сложившейся ситуации?

По общему правилу в случае признания нормативного акта противоречащим нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу суд признаёт этот нормативный акт не действующим полностью или в части со дня его принятия (статья 215 КАС РФ). Хотя и с этим можно поспорить поскольку пункт 4 статьи 215 КАС РФ, предусматривает, что в резолютивной части решения суда по делу об оспаривании нормативного акта должно содержаться указание на удовлетворение административного иска полностью или в части и на признание оспариваемого нормативного правового акта не действующим полностью или в части со дня вступления решения суда в законную силу.

Аналогичное правило применяется к актам, обладающим нормативными свойствами, содержащим разъяснения, не соответствующие смыслу разъясняемых положений, которые признаются судом не действующими полностью или в части со дня их принятия, на что прямо указано в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №50 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами».

Однако закон прямо не регулирует вопрос о том с какого момента считать недействительным ненормативный правовой акт, признанный таковым судом. Отсутствие прямого указания в законе даёт повод административным органам в досудебных спорах с предпринимателями утверждать, что недействительными их решения становятся со дня вступления в силу решения суда.

Опыт общения с государственными органами в подобной ситуации и необходимость каким-либо образом возражать против доводов: «в законе же не написано», привели к построению аргументации через обращение к судебной практике. Подборкой судебных актов делюсь в настоящей публикации.

Результат изучения судебной практики показал, что арбитражные суды придерживаются той позиции, что ненормативный правовой акт, не отвечающий требованиям закона, является незаконным (ничтожным) с момента его принятия, а не с момента вступления в силу решения суда о признании его недействительным, в частности изложенная позиция поддержана в следующих судебных актах:

В ч. 3 ст. 311 АПК среди новых обстоятельств указано признание судом сделки недействительной. Это довольно логично для оспоримых сделок, которые лишь становятся недейсивительными с решением суда (я лично эту историю не люблю, но уж как сложилось). Так, в пленуме по поручительству поручитель может ссылаться не иначе как на уже оспоренную сделку, потому что до этого надо вчинять (встречный) иск.

Тем не менее иски о признании недействительными ничтожых сделок бывают и на них даже исковую распространили, хотя, как возражение, ссылка на ничтожность вполне катит и без иска и не подвержена исковой, как это пленуму уже ВС 25ому (например, у французов есть исковая для таких исков - но там реституция следует автоматически за удовлетворением такого искп, если я ничего не путаю; а здесь это два самостоятельных требования, и к чему признавать ничтожной сделку в резолютивной именно части, непонятно).

В результате, п.8 пленума по ст. 311 2011 года относит в сферу п. 2 ч. 3 также ничтожные слелки.

КС, особо не разбирая ситуацию, определением от 15 мая 2012 г. N 875-О поддерживает это.

Вопрос: действительно ли это обоснованно?

С практической тз вопрос наверно не сильно важен, потому что обнаружение ничтожности есть обнаружение очередного обстоятельства, на которое суд в другом процессе мог и не обратить внимания. Но п. 1 ч. 2 ст. 311 звучит определенно строже, ставя заявителю в вину, если тот не засуетился, как только должен был узнать об обстоятельстве, делающем сделку ничтожной. В случае с признанием сделки недействительной судом по п. 2 ч. 3 такой вопрос никто не ставит, что озадачивает - сам иск-то можно оценить как поданный своевременно (исковая давность основана на этом).

Здесь есть и еще один специфический момент - связанность через п. 2 ч. 3 ст. 311 суда правовой квалификацией другого суда, удовлетворившего иск о признании сделки ничтожной. Ведь первый мог также получить возражение о ничтожности, имея перед собой ровно те же обстоятельства, что другой суд, но при этом не признать сделку ничтожной, исходя из иного толкования норм. Забавно, что если бы другой суд принял решение до решения первого суда, то первый мог бы все равно решить по-своему, отметив в мотивировочной причину несогласия (пленум 57ой 2009го)

Что думают коллеги по данному поводу?

Налоговые споры. Защита прав налогоплательщиков

Налоговые споры. Защита прав налогоплательщиков

Составление понятного договора

Составление понятного договора

Юриспруденция: гражданское и предпринимательское право

Юриспруденция: гражданское и предпринимательское право

Похожие материалы

Комментарии (29)

Думаю, что это следствие проблемы наших норм о недействительности сделок (ничтожность, оспоримость, незаключенность, относительная ничтожность) - логики нет. В такой ситуации нашим процессуалистам, которые далеки от материального права, невозможно разобраться. Будут всё лечить добросовестностью - теперь этот "костыль" станет второй ногой надолго.

Начал читать второй обзор за 2020. Там:

20. Лицо, право которого на участие в выборе кандидатуры конкурсного управляющего было нарушено принятым участником должника решением о добровольной ликвидации, в случае признания этого решения недействительным, вправе обратиться с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения суда о назначении конкурсного управляющего.

При этом в конце:

Поскольку при утверждении кандидатуры конкурсного управляющего суду первой инстанции не были известны обстоятельства, связанные с недействительностью корпоративного решения и основанной на нем записи государственного реестра, он не мог принять во внимание эти обстоятельства. Представленный банком позднее судебный акт по другому делу свидетельствует о том, что результат рассмотрения вопроса об утверждении кандидатуры конкурсного управляющего должен быть иным. Следовательно, указанные банком обстоятельства являются новыми обстоятельствами, предусмотренными пп. 1 и 2 ч. 3 ст. 311 АПК РФ, а судебное решение в этой части подлежит отмене.

Как известно, на решения недавно распространили правила о слелках, хотя, конечно, там были корпрешения

Не вижу коллизии, конкуренции правовых норм. вероятнее всего, с точек зрения филологической и юридической, речь может идти о синонимах с идентичными правовыми последствиями.

Кажется, о ничтожности суд знал или должен был знать. Ничего нового таким решением не устанавливается. Насчет связанности, ничтожность в резолютивной части- обязательна для всех, в мотивировочной части - оценка суда.

Разве общеобязательность не про судакты вообще?

В результивной части прежде всего про удовлетворение иска или отказ, а не усиановление фактов и их квалификацию

Разве общеобязательность не про судакты вообще?

В результивной части прежде всего про удовлетворение иска или отказ, а не усиановление фактов и их квалификацию

Если ничтожность сделки была непосредственно предметом спора, то разрешив спор, установив ничтожность или действительность суд, в силу принципа обязательности, заставит всех считаться с этим решением (или обжаловать, или затевать свой спор). Если ничтожность фигурирует в мотивировочной части, не являясь предметом спора, то это правовая оценка, которая никого ни к чему не обязывает.

Ну, суд не устанавливает, он подтверждает. Например, наличие долга. А ничтожность в этом плане - это подтверждение чего? Есть обстоятельства, но они идут в преюдиции. Есть толкование норм, но это не должно связывать другой суд.

Ну и в принципе, что это за иски такие? Иски о признании?

С оспариванием все предельно ясно: есть воля оспорить, надо подтвердить ее обоснованность судактом. С ничтожностью так может быть, если специально законом установлено, что надо подтвердить ничтожность судебным порядком. Но опять же речь о подтверждении обстоятельств.

Ничьожность сама по себе не обстоятельство, квалификация, причем там еще до квалификации будут выводы из обстоятельств, которые и кассация вправе пересмотреть.

Почему, если ничтожность факт - в кассации можно переоценить?

Короче, все не так. За словами надо суть требования видеть

Собственно, к чему я это. Если дело в обстоятельствах, то это вполне вновь открывшиеся (и надо еще показать, что обстоятельство нельзя было еще первому суду доказать, что справедливо), а если квалификация, то извините

Иск о признании недействительной ничтожной сделки - иск о признании, суд отношения сторон не преобразует, ничего нового, не существовавшего до судебного решения не устанавливает. Хотя сама констатации может быть предметом спора, и, будучи закрепленной в судебной резолюции, приобретает общеобязательный характер.
По сути, юридическая квалификация отношений сторон, подкрепленная законной силой решения и потому обязательная.
Но вновь открывшимся обстоятельством ничтожность быть не может, потому что суд в решении лишь констатирует, что и так имело место. Можно подумать о том, мог ли суд оценить действительность, если стороны вообще не заявляли об этом, 25 пленум вроде говорит об обязанности суда оценивать возражения о ничтожности.

Но в контексте поставленного вопроса это не столь то важно. Ничтожность- это то, что известно и должно быть известно с самого начала, потому что есть с самого начала, без всякого решения. Это то, что касается квалификации.

Если речь о фактах, ранее не известных и обосновывающих ничтожность, то они и будут вновь открывшимися обстоятельствами.

Ничтожность не констатируется, а является результатом правовой оценки обстоятельств

Если так рассуждать про вновь открывшиеся (кстати, в пленуме 57м за 2009 это было, потому что до поправок в 311 АПК), то уже новым тем более.

И вообще, как можно смешивать то, что есть с самого начала, и то, что надо было знать с самого начала - это про разное. И ничтожность не должна быть известна с самого начала во всех случаях. Если это условие договора ничтожно в силу прямого запрета, это однл. Но есть ничтожность, которая зависит от обстоятельств, которые могут быть неизвестны.

Кстати, ст. 311 апк в этом плане смешно сформулировпна: новое обстоятельство даже не решение суда, а сделка. Хотя звери буквоедства из процессуалистов наверняка скажут, что речь не просто о сделке, а признанной судом недействительной сделке, которой нет до решения суда (до него просто слелка)

Новым обстоятельством ничтожная сделка, признанная таковой решением суда, в контексте 311 быть не может, по той простой причине, что суд таким решением не преобразует отношения сторон.

Ничтожная сделка была до решения, будет и после него, даже если ничтожность была скрыта от всех до решения суда, или была не очевидна. Это не важно, суд ничего не поменяет, нового не создаст. Ничтожность - вещь в себе, существует вне зависимости от нашего восприятия. В этом контексте 311 надо толковать редуцированно, она очевидно относится только к оспоримым сделкам, там суд действительно преобразует отношения сторон.

Что касается ранее неизвестных обстоятельств, лежащих в основе ничтожности. То эти самые обстоятельства и должны быть вновь открывшимися (не новыми!), а не решение суда о признании сделки недействительной.

И это имеет важное практическое значение. Я в суде должна доказывать именно невозможность знания этих обстоятельств на момент рассмотрения дела, а не потрясти немотивированным решением суда.

« И вообще, как можно смешивать то, что есть с самого начала, и то, что надо было знать с самого начала - это про разное. »


Согласна, смешивать нельзя. Но ответа на вопрос (может ли ничтожность быть новым обстоятельством ) это не меняет.

Вопрос ничтожности - это в первую очередь вопрос установления обстоятельств, которые, будучи отражёнными в мотивировочной части судебного акта, приобретают преюдициальную силу, но только для участников данного судебного разбирательства. В любом другом разбирательстве с участием хотя бы одного нового лица придётся вновь устанавливать обстоятельства ничтожности сделки.
При этом на само по себе установление обстоятельств ничтожности сделки в ходе судебного разбирательства исковая давность не распространяется, что, по-моему, очевидно.
Другое дело, если признание сделки ничтожной заявлено в качестве предмета иска (что не запрещено). В этом случае вступившее в законную силу решение будет обязательным для любых лиц и на неопределённое время. Однако тут же возникает вопрос о сроке, в течение которого такое требование может быть заявлено в суде. Поскольку закон не устанавливает для такого рода требований специального срока, то, очевидно, здесь применим общий срок исковой давности (ст.196 ГК РФ).
В этой связи я бы ещё отметил, что установление факта ничтожности сделки (в ходе установления значимых для дела обстоятельств или при рассмотрении самостоятельного требования о признании сделки ничтожной) совсем не обязательно влечёт применение последствий её недействительности. Суд вполне может установить факт ничтожности сделки, отразив это в мотивировочной части решения, но при этом в удовлетворении требования о применении последствий недействительности такой сделки отказать по причине пропуска срока исковой давности (п.1 ст.181 ГК РФ), хотя в отдельных случаях суд может применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе независимо от срока исковой давности (п.4 ст.166 ГК РФ).
Если возвращаться к толкованию ч. 3 ст. 311 АПК, то исходя из вышеизложенного с учётом буквального содержания данной нормы, всё, с моей точки зрения, очевидно. Данная норма требует именно признания сделки недействительной, в т.ч. ничтожной, вступившим в законную силу судебным актом, имеющим общеобязательную силу. Следовательно, установление факта ничтожности только в качестве обстоятельства, имеющего значение для конкретного дела с конкретным составом участников ( имеющее обязательную силу только для ограниченного круга лиц), не может относиться к обстоятельствам, предусмотренным ч. 3 ст. 311 АПК. Здесь требуется рассмотрение вопроса о ничтожности сделки именно в качестве предмета иска, а на такое требование, как я уже попытался объяснить выше, распространяется общий срок исковой давности.
С моей точки зрения, проблема выглядит так.

Спасибо за подробный комментарий, но есть два но
1) почему ничтожность факт?
2) а резолютивная часть ранее принятого судакта о присуждении, которое теперь предлагается пересматривать ввиду решения о ничтожности, разве не предполагает, что суд признал сделку действительной? Отчего такая преференция и такой буквализм в пользу последующего решения просто за содержание резолютивной части?
А если например последующим во времени окажется решение о присуждении - надо б тогда предоставлять возможность пересмотреть решение, где в резолютивке ничтожность.

В связи с этим Ваш комментарий представляется мне рационализацией фактически сложившегося порядка, в котором на самом деле нет никакой логики

PS мне казалось, общеобязательность - это про судакты в целом, а не резолютивные части. я заблуждался?

« PS мне казалось, общеобязательность - это про судакты в целом, а не резолютивные части. я заблуждался? »


Мне кажется, что вы заблуждались. Законная сила суд акта - в резолютивной части. В мотивировочной - максимум преюдиция, если речь о фактах, а не об оценке (как в случае с ничтожной сделкой).

Общеобязательность - это, в первую очередь, обязательность исполнения. Если иск о признании, то исполнение выражается в том, что отношения, статусы, признанные судом приобретают общеобязательный характер (признанный судом собственник становится собственником в глазах всех и каждого, недействительная сделка является таковой для всех). Но исполнение любого решения всегда исполнение резолютивной части. Мотивировочная часть также может влиять на отношения сторон, но через механизм преюдиции и его многочисленные фильтры (преюдицируют факты, а не оценки; как сказал КС, то что сказано судом obiter dictum, предметом спора не являлось, не преюдицирует и т.д.)
Если мы попытаемся распространить общеобязательность и на мотивировочную часть, то механизм преюдиции утрачивает всякий смысл, а идея состязательности и формальной истины полностью дискредитируется.

То есть в иске о признании истец не просит об исполнении, но все равно исполнять надо хоть что-то? Мысль понял. Категорически несогласен.

PS Становится? Серьезно.

Ну, не цепляйтесь к словам. Становится не в том смысле, что до решения суда им не был. На то он и иск о признании. Становится признаваемым в глазах всех и каждого, то есть в лице суда обретает публичное признание.

Общеобязательное признание титула, статуса как результат удовлетворения иска о признании, конечно, - скорее суррогат исполнения, чем исполнение в чистом виде. Но для меня, по крайней мере, параллель очевидна. В связи с обсуждаемым вопросом поясните, пожалуйста, а что в вашем понимании общеобязательность, если это, как вы говорите, про суд акт в целом. И как это идея уживается с преюдицией?

1) вывод о ничтожности связывает имхо через преюдициальность, не далее (в область толкования норм, особенно)
2) собственником решение не делает, 100 проц. Не важно, по какому делу

Со вторым пунктом никто не спорит. По первому не поняла, честно говоря. Вы не разделяете ситуации, когда вывод о ничтожности содержится в мотивировочной, а когда в резолютивной части? Все- таки в чем разница, по вашему, между преюдицией и общеобязательностью? Не поняла

Мотивировка про преюдициаьность. Резолютивка про исполнимость. Какой эффект у резулютивки про настоящему иску о признании (не преобразующму)?

Коллеги, а почему статья забыла о незаключенных договорах? Эти чем отличаются от ничтожных, что на них не надо распространять ту же логику? Имхо если логика оспоримых распространена на ничтожные, то тем более ее нужно распространять на незаключенные

Партнёр рубрики


Судебная практика, Судебная практика

Скандальную, но часто встречающуюся ситуацию изучил Верховный суд, когда пересмотрел итоги спора соседей в многоквартирном доме. Хозяин одной из этих квартир захотел превратить свои квадратные метры на первом этаже многоквартирного дома в магазин с отдельным входом. По закону для этого ему нужно сначала заручиться поддержкой других собственников. Но сколько необходимо голосов "за"? Придется ли получать одобрение всех собственников или достаточно 2/3 от общего числа их голосов?

Перевод квартиры в нежилое помещение - процедура для хозяина помещения очень непростая. / Сергей Михеев

Перевод квартиры в нежилое помещение - процедура для хозяина помещения очень непростая. / Сергей Михеев

На этот вопрос ответил Верховный суд в одном из своих недавних определений, а рассказал об этом деле портал "Право ru". Эта история произошла в Краснодаре, где у гражданина была квартира на первом этаже многоквартирного дома. Вот он и решил перевести ее в нежилое помещение, чтобы открыть там магазин.

Для воплощения задуманного квартировладелец инициировал проведение собрания собственников помещений дома. Собственники, обладающие 73,11 процента голосов от общего числа, высказались за перевод. Они же согласились с предложением хозяина квартиры, которой предстояло стать магазином, сделать в этот магазин отдельный вход, использовав для этого часть общего имущества, в том числе землю, прилегающую к дому.

Перевод недвижимости в нежилое помещение дала добро и межведомственная комиссия администрации Краснодара по использованию жилищного фонда. А еще спустя некоторое время городские чиновники признали эту бывшую квартиру нежилым помещением и согласовали обустройство отдельного входа. Владелец быстро соорудил отдельный вход. А через некоторое время получил иск от жильцов. Две соседки не согласились с большинством и потребовали признать недействительным решение собрания владельцев.Гражданки сослались на то, что владелец квартиры не получил согласия всех собственников на использование придомовой территории.

Дело слушал Ленинский райсуд Краснодара. Суд частично удовлетворил иск, так как установил, что перепланировка и переустройство, которые провел квартировладелец, уменьшили размер общего имущества. Такие работы, как сказано в статье 40 ЖК ("Изменение границ помещений в многоквартирном доме"), должны быть одобрены всеми собственниками помещений многоквартирного дома. А ответчик же заручился лишь 73,11 процента голосов. Суд признал решение общего собрания недействительным. Но он не стал обязывать ответчика демонтировать построенный вход и восстанавливать дорожное покрытие. Следующей инстанцией стал краевой суд. Он не согласился с первой инстанцией в части признания решения общего собрания недействительным. По мнению апелляции, тут нужно применять статью 44 ("Общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме") и статью 46 ЖК ("Решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме").

Первая норма относит к компетенции общего собрания собственников принятие решений о пределах использования земли, на котором расположен многоквартирный дом. А вторая устанавливает необходимое число голосов для вынесения соответствующего решения - не менее 2/3 от общего числа голосов собственников. Перевод квартиры в нежилое помещение и оборудование отдельного входа было одобрено 73,11 процента голосов - это больше, чем 2/3. Таким образом, краевой суд признал правильным решение собрания. Кассационный поддержал его выводы. Тогда недовольная решением соседка пошла в Верховный суд РФ.

Там сослались на статью 40 ЖК. Где сказано, что если реконструкция, перепланировка и (или) переустройство невозможны без присоединения к помещению части общего имущества, то такие работы требуют согласия всех собственников помещений, - заявил ВС. По мнению высокой судебной инстанции, нижестоящим судам в настоящем деле следовало установить, какие правовые последствия для общего имущества имело принятое на собрании решение: влекло ли оно его уменьшение или нет. От этого зависело правильное применение нормы и определение необходимого числа голосов.

Перевод квартиры в нежилое помещение требовал перепланировки и переустройства с уменьшением общего имущества. Следовательно, одобрить его должны были все собственники. ВС также обратил внимание на доводы истцов об отсутствии подлинника решения и протокола собрания. Эти бумаги, по закону нужно предоставить в жилищную инспекцию. При этом сама Госжилинспекция Краснодарского края заявляла, что не получала таких документов. Этих бумаг нет и в материалах дела, заметила гражданская коллегия.

Поэтому установить факт голосования и то, как именно оно проходило, объективно невозможно, как и определить отсутствие нарушений при созыве собрания, его проведении и подведении итогов. Этому суды не дали никакой оценки, подчеркнул ВС и отменил все решения, отправив дело на новое рассмотрение.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: