Представитель ответчика в жалобе на решение суда по делу о разделе имущества между супругами

Обновлено: 01.12.2022

Представитель ответчика в жалобе на решение суда, по делу о разделе имущества между супругами в качестве основания к отмене решения указал, что оно основано на показаниях заинтересованного лица - матери истицы. Являются ли допустимыми средствами доказывания показания свидетеля - родственника лица, участвующего в деле? Дайте определение допустимости средств доказывания.

Являются ли допустимыми средствами доказывания показания свидетеля - родственника лица, участвующего в деле?
Изложенные в задаче обстоятельства свидетельствуют о том, что по делу о разделе имущества между супругами решение было основано на показаниях лица, участвующего в деле – свидетеля, матери истицы.
Согласно ст.55 п.1 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
В соответствии со ст.69 п.1 ГПК РФ, свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела

. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.
Следовательно, часть 1 ст

Представитель ответчика в жалобе на решение суда, по делу о разделе имущества между супругами (Решение → 42673)

© Библиотека Ирины Эланс









Библиотека Ирины Эланс, основана как общедоступная библиотека в интернете. Онлайн-библиотеке академических ресурсов от Ирины Эланс доверяют студенты со всей России.

Библиотека Ирины Эланс

Полное или частичное копирование материалов разрешается только с указанием активной ссылки на сайт:

НАДЗОРНАЯ ЖАЛОБА
на Определение Судебной коллегии по гражданским делам
Смоленского областного суда от 24 марта 2011 г.
и на Определение судьи Смоленского областного суда от 22 июня 2011 г.

Решением Промышленного районного суда г. Смоленска от 23.11.2010 г. были оставлены без удовлетворения исковые требования Б.М.П. к Б.М.С.(заявитель настоящей жалобы), П.Е.М.,С.И.Ю. о разделе совместно нажитого имущества и признании недействительными договоров дарения.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 24 марта 2011 г. решение Промышленного районного суда было изменено, по делу постановлено новое решение о частичном удовлетворении иска Б.М.П.: были признаны недействительными два договора дарения квартир, расположенных по адресу: ______________________________________________, заключенные между Б.М.С. и П.Е.М. и С.И.Ю. соответственно;

было прекращено право собственности П.Е.М. и С.И.Ю. на указанное спорное имущество; был произведен раздел совместно нажитого имущества между Б.М.П. и Б.М.С.: за каждым было признано право общей долевой собственности по ½ доли в каждой квартире.

Определением судьи Смоленского областного суда Р.Т.А. от 22 июня 2011 г. отказано в передаче надзорной жалобы Б.М.С. для рассмотрения в судебном заседании надзорной инстанции.

  1. С указанными Определениями Заявитель не согласен, считает их незаконными, необоснованными, и подлежащим отмене ввиду существенного нарушения норм материального права.

По настоящему делу установлены, а судом первой инстанции дана оценка следующим юридически значимым обстоятельствам по делу:

  1. началом течения срока исковой давности является дата расторжения брака:28.03.2006 г.
  2. отсутствие возможности у Истца с момента расторжения брака свободного использования спорных квартир (проживать, хранить вещи, сдавать в найм, внесение коммунальных платежей, несение обязанностей по содержанию спорных квартир) и, как следствие этого, - реальная осведомленность Истца о нарушении своих прав с момента расторжения брака по совместному владению, использованию и распоряжению с бывшей супругой, по обоюдному согласию, спорного имущества.
  3. обращение в суд с исковым заявлением 25.11.2009, т.е. по истечении более чем трех с половиной лет с момента прекращения брака.

Суд первой инстанции сделал следующие выводы:

  1. Обращение в суд Истца произошло спустя более чем трех с половиной лет, тем самым им был пропущен срок исковой давности, согласно требованиям ст.ст. 199, 200, 205 ГК, ст.38 СК;
  2. Отсутствие перерыва в течение срока исковой давности по причине обращения истца в суд в марте 2009 г. , т.к. исковое заявление было возращено и непринято к производству суда, т.е. в полном соответствии требованиям ст.203 ГК РФ, и Пленумов ВС РФ и ВАС РФ «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» оно считалось не поданным;
  3. Алогичная и не основанная на нормах права позиция Истца о том, что он дополнительно узнал о нарушении своего права лишь в ходе судебного разбирательства в ноябре 2009 г. после ознакомления с позицией ответчика об отчуждении спорного имущества, т.к. сам факт обращения в суд с первоначальными требованиями уже свидетельствует о наличии осведомленности о нарушении своего права и выяснение о новых формах нарушения не опровергает факта, что истец обращаясь с иском в суд, уже предполагал о нарушении своего права.

Заявитель считает, что судом первой инстанции были правильно установлены все фактические обстоятельства по делу, дана правильная оценка всем юридически значимым обстоятельствам и верно применен в качестве самостоятельного и достаточного основания для отказа в удовлетворении исковых требований – пропуск срока исковой давности для обращения в суд за защитой своих прав истцом.

Несмотря на это, Судебная коллегия Смоленского областного суда посчитала установленным, что сам факт нахождения спорной квартиры в пользовании Ответчицы и двух детей не составляет нарушения права истца на совместное имущество. Мотивировано это тем обстоятельством, что после распада семьи стороны определились со своим местом жительства: истец остался проживать в квартире, которая не являлась спорным имуществом, а ответчица вместе с двумя детьми переехала в одну из спорных квартир. Таким образом судебная коллегия посчитала, что права истца по владению, распоряжению, использованию спорным имуществом нарушены не были. К такому же выводу пришел Московский областной суд при рассмотрении надзорной жалобы.

Однако с данным выводом нельзя согласиться. Судебная коллегия фактически исказила установленные по делу обстоятельства, не оценила собранные доказательства, не учла озвученную и изложенную в Возражениях Ответчика на кассационную жалобу ссылку на протокол судебного заседания, в котором Истец на вопросы ясно и однозначно дает пояснения: «совместно квартиры не использовали, т.к. она(ответчик) туда меня не пускала» - л.д.109 (протокол судебного заседания). Судебная коллегия проигнорировала это существенное обстоятельство, из которого явствует, что Ответчиком чинились препятствия в пользовании спорным имуществом, он спорным имуществом не имел возможности ни пользоваться, ни распоряжаться, сам Истец подтвердил невозможность пользования квартирами.

Таким образом, выводы судебной коллегии противоречат фактически достоверно установленным юридически значимым обстоятельствам. На основании неверных выводов судебная коллегия необоснованно, незаконно пришла к выводу, что только с начала 2009 г. истец счел свои права нарушенными.

В определении также указано: «фактически споры по поводу раздела совместно нажитого имущества между бывшими супругами были начаты с начала 2009 г.» , т.к. 17 марта 2009 г. истец уже обращался в суд с иском о разделе имущества, позже в связи с не устранением недостатков оно было возвращено. При этом судебная коллегия указывает также, что в марте, в момент когда исковое заявление было оставлено без движения, адвокат Истца звонил Ответчице и предлагал встретиться. Однако судебная коллегия не указала, какое юридическое значение несет в себе это обстоятельство. Фактически в определении перечислены установленные фактические обстоятельства по делу, после этого делается вывод о том, что Истец счел свои права нарушенными в марте 2009 г., т.е. с момента когда супруга отказалась добровольно разделить имущество, следовательно, срок истцом пропущен не был. При этом также без какой-либо оценки указано на то, что Истец узнал о состоявшихся сделках дарения в ходе судебного разбирательства с ноября 2009 г.

Таким образом, из содержания определения невозможно усмотреть на основании чего судебная коллегия сделала вывод о том, что Истец не пропустил срок исковой давности. Указывая на начало течения срока исковой давности в марте 2009 г. в связи с тем, что адвокат звонила и предлагала Ответчице встретиться, и Ответчица, по всей видимости не встретилась, а до этого права Истца никак не нарушались, в связи с чем он и обратился в суд, судебная коллегия: не учла пояснения самого Истца о препятствии со стороны Ответчика по использованию квартир. Не учла коллегия, что Истец первично обратился в суд в последние дни срока исковой давности – т.е., как поясняла сторона Ответчика, не должно было остаться без внимания субъективное осознание Истцом окончания течения срока и его понятное желание прервать срок, подав исковое заявление без оплаты госпошлины.

Таким образом считаю, что определением Судебной коллегии по гражданским делам, существенно нарушены требования статей ст.ст. 199, 200, 205 ГК, ст.38 СК, неверно истолкованы указанные статьи, нарушено сложившееся в правоприменительной практике единообразное применение закона.

Брак между сторонами был прекращен 28.03.2006 г. Из пояснений Истца, Ответчиков, следует, что вся семья проживала с 1988 по 2005 г. в квартире (не является спорным имуществом). Летом 2005 г. брачные отношения прекратились, Ответчик с двумя дочерьми выехала на одну из спорных квартир. Истец остался проживать по другому адресу (не спорное имущество). Никем из сторон данные обстоятельства не оспаривались.

С момента выдачи нотариально заверенного согласия на приобретение квартир (л.д. 63-64) истец знал о наличии двух спорных квартир в собственности своей супруги. Истец не проживал с лета 2005 г. ни в одной из спорных квартир. Такое положение дел продолжалось до момента предъявления иска. С лета 2005 г. стороны не пользовались имуществом совместно. Истец в ходе судебного разбирательства пояснил, что Ответчик ему в этом препятствовал (л.д.109) Т.е. согласно требованиям закона, с момента прекращения брака права истца по пользованию спорным имуществом были нарушены, т.е. начал течь срок исковой давности.

В последние дни срока истец обратился с исковым заявлением о разделе имущества. Оно было оставлено без движения (л.д.80) в связи с существенными недостатками, позже возвращено и с этого момента считается не поданным (л.д.83).

Согласно п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 ноября 2001 г. №15 и Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 15 ноября 2001 г. №18 « О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» в соответствии со ст.203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается в частности предъявлением иска в установленном порядке, т.е. с соблюдением правил подсудности и подведомственности дела, о форме и содержании искового заявления, об оплате его государственной пошлины, а также других предусмотренных ГПК РФ и АПК РФ требований, нарушение которых влечет отказ в принятии искового заявления или его возврат истцу.

По настоящему гражданскому делу ранее поданное истцом исковое заявление было подано с нарушением установленного порядка – в связи с чем были обоснованно ему возвращены. Поэтому в случае обоснованного возвращения искового заявления судом по причинам, установленным законом, датой предъявления иска следует считать день вторичного обращения с исковым заявлением в суд, поскольку течение срока исковой давности не может быть прервано предъявлением иска без соблюдения установленного законом порядка.

Таким образом по настоящему делу срок для обращения в суд истек 23.03.2009 г. Повторное обращение Истца в ноябре 2009 г. в суд произошло за пределами 3-х летнего срока исковой давности.

При этом заявитель считает, что ссылка в определении на факт звонка адвоката Истца Ответчику не несет в себе какого-либо значения применительно к обстоятельствам дела, наоборот, оно дополнительно указывает на то обстоятельство, что к окончанию срока исковой давности сторона Истца, по всей видимости, предпринимала какие-то попытки встретиться с Ответчиком. Не несет никакого юридического значения и указание на то, что Истец узнал о состоявшихся сделках дарения спорного имущества лишь в ходе судебного разбирательства в ноябре 2009 г., т.к. как правильно указывал суд первой инстанции появившаяся осведомленность о дополнительном нарушении своего права в ходе судебного разбирательства не опровергает того факта, что обращаясь в суд сначала в марте 2009 г., позже в ноябре 2009 г. с первичными требованиями уже само по себе свидетельствует о наличии осведомленности о нарушении своих прав.

  1. Обращает на себя внимание следующее обстоятельство.

Настоящее гражданское дело шесть раз было предметом судебного разбирательства, в т.ч. в кассационной инстанции. При этом, во всех случаях спорным моментом являлось обоснованность применения норм о пропуске срока исковой давности.

Хронологически судами выносились следующие решения: 1. Отказ в удовлетворении требований (судья Л.А.П.) 2. Отмена решения кассационной инстанцией (председательствующая Р.Г.М.) 3. Удовлетворение исковых требований (с.Л.А.П.) 4. Отмена решения (председательствующая Т.Н.Г.) 5. Отказ в удовлетворении требований (с.К.Д.С.) 6. Изменение решения, удовлетворение требований (председательствующая Р.Г.М.) – обжалуемое определение.

Считаю, таким образом, что неверное истолкование норм права при втором и последнем кассационном рассмотрении одним и тем же составом суда и явилось причиной столь длительного разбирательства по настоящему гражданскому делу, вынесению последнего незаконного определения.

  1. Заявитель не может не отметить, что обжалуемое определение нарушает

единообразное право-применение норм о пропуске срока исковой давности. В частности, в Постановлении Президиума Московского областного суда от 10 января 2007 г., Определении Верховного суда РФ от 17 января 2006 г., уже давалась оценка обоснованности применения срока исковой давности при раздельном проживании супругов, при отсутствии совместного пользования спорным имуществом.

На основании выше изложенного, руководствуясь ст. 387 ГПК РФ,

ПРОШУ:

Представитель Заявителя по доверенности
_____________________/Михаил Олегович

При рассмотрении дел о расторжении брака у судов возникают вопросы, связанные с применением норм Семейного кодекса Российской Федерации, регулирующих прекращение брака, признание его недействительным, а также имущественные отношения супругов (бывших супругов). Учитывая это, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в целях обеспечения правильного и единообразного разрешения дел данной категории постановляет дать судам следующие разъяснения:

1. При принятии искового заявления о расторжении брака судье необходимо учитывать, что согласно ст. 17 СК РФ муж не имеет права без согласия жены возбуждать дело о расторжении брака во время беременности жены и в течение одного года после рождения ребенка. Это положение распространяется и на случаи, когда ребенок родился мертвым или умер до достижения им возраста одного года. При отсутствии согласия жены на рассмотрение дела о расторжении брака судья отказывает в принятии искового заявления, а если оно было принято, суд прекращает производство по делу (п.1 ч.1 ст.134, абзац второй ст.220 ГПК РФ). Указанные определения не являются препятствием к повторному обращению в суд с иском о расторжении брака, если впоследствии отпали обстоятельства, перечисленные в ст.17 СК РФ.

2. Расторжение брака по взаимному согласию супругов, не имеющих общих несовершеннолетних детей, в силу п.1 ст. 19 СК РФ производится в органах записи актов гражданского состояния независимо от наличия либо отсутствия между супругами спора о разделе имущества, являющегося их общей совместной собственностью, о выплате средств на содержание нетрудоспособного нуждающегося супруга. Исключение составляют случаи, когда один из супругов, несмотря на отсутствие у него возражений, уклоняется от расторжения брака, например отказывается подать совместное заявление о расторжении брака либо отдельное заявление в случае, когда он не имеет возможности лично явиться в орган записи актов гражданского состояния для подачи совместного заявления (п.2 ст.21 СК РФ, ст.33 Федерального закона от 15 ноября 1997 г. «Об актах гражданского состояния»).

3. Предусмотренный п.2 ст. 19 СК РФ порядок расторжения брака в органах записи актов гражданского состояния с лицами, признанными недееспособными вследствие психического расстройства, не распространяется на случаи расторжения брака с лицами, ограниченными в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами. Расторжение брака по искам, предъявленным к указанным лицам, а также по искам этих лиц производится в общем порядке.

4. Дела о расторжении брака с лицами, осужденными к лишению свободы, рассматриваются, в случае подведомственности этих дел суду, с соблюдением общих правил о подсудности. Если исковое заявление о расторжении брака с лицом, осужденным к лишению свободы, принимается судом к производству в соответствии со ст. 28 ГПК РФ, то надлежит исходить из последнего места жительства указанного лица до его осуждения.

5. Иск о расторжении брака с лицом, место проживания которого неизвестно, может быть предъявлен по выбору истца, то есть по последнему известному месту жительства ответчика или по месту нахождения его имущества, а в случае, когда с истцом находятся несовершеннолетние дети или выезд к месту жительства ответчика для него по состоянию здоровья затруднителен, - по месту его жительства (ч.ч. 1 и 4 ст. 29 ГПК РФ).

6. Учитывая, что в силу п.2 ст. 19 СК РФ расторжение брака с лицами, признанными безвестно отсутствующими, независимо от наличия у супругов общих несовершеннолетних детей, производится в органах записи актов гражданского состояния, при обращении с таким иском к лицу, в отношении которого в течение года в месте его жительства отсутствуют сведения о месте его пребывания, судья разъясняет истцу порядок признания граждан безвестно отсутствующими (ст.42 ГК РФ).

Однако, если супруг не желает обращаться в суд с заявлением о признании другого супруга безвестно отсутствующим, судья не вправе отказать в принятии искового заявления о расторжении брака, а должен рассмотреть иск на общих основаниях.

8. Приняв заявление о расторжении брака, судья по каждому делу обязан провести подготовку к судебному разбирательству в порядке, предусмотренном главой 14 ГПК РФ.

9. При отложении разбирательства дела о расторжении брака и взыскании алиментов на детей в связи с назначением срока для примирения супругов следует выяснять, участвует ли ответчик в содержании детей. Если суд установит, что ответчик не выполняет эту обязанность, он вправе в соответствии со ст. 108 СК РФ вынести постановление о временном взыскании с ответчика алиментов до окончательного рассмотрения дела о расторжении брака и взыскании алиментов.

10. По делам о расторжении брака в случаях, когда один из супругов не согласен на прекращение брака, суд в соответствии с п.2 ст.22 СК РФ вправе отложить разбирательство дела, назначив супругам срок для примирения в пределах трех месяцев. В зависимости от обстоятельств дела суд вправе по просьбе супруга или по собственной инициативе откладывать разбирательство дела несколько раз с тем, однако, чтобы в общей сложности период времени, предоставляемый супругам для примирения, не превышал установленный законом трехмесячный срок.

Срок, назначенный для примирения, может быть сокращен, если об этом просят стороны, а причины, указанные ими, будут признаны судом уважительными. В этих случаях должно быть вынесено мотивированное определение.

Определение суда об отложении разбирательства дела для примирения супругов не может быть обжаловано в апелляционном и кассационном порядке, так как оно не исключает возможности дальнейшего движения дела (п.2 ч.1 ст. 371 ГПК РФ).

Если после истечения назначенного судом срока примирение супругов не состоялось и хотя бы один из них настаивает на прекращении брака, суд расторгает брак.

11. В случае, когда при расторжении брака в судебном порядке будет установлено, что супруги не достигли соглашения о том, с кем из них будут проживать несовершеннолетние дети, о порядке и размере средств, подлежащих выплате на содержание детей и (или) нетрудоспособного нуждающегося супруга, а также о разделе общего имущества супругов либо будет установлено, что такое соглашение достигнуто, но оно нарушает интересы детей или одного из супругов, суд разрешает указанные вопросы по существу одновременно с требованием о расторжении брака.

Одновременно с иском о расторжении брака может быть рассмотрено и требование о признании брачного договора недействительным полностью или в части, поскольку такие требования связаны между собой (ст.151 ГПК РФ). Суд вправе в этом же производстве рассмотреть и встречный иск ответчика о признании брака недействительным (ст.138 ГПК РФ).

12. Решая вопрос о возможности рассмотрения в бракоразводном процессе требования о разделе общего имущества супругов, необходимо иметь в виду, что в случаях, когда раздел имущества затрагивает интересы третьих лиц (например, когда имущество является собственностью крестьянского (фермерского) хозяйства либо собственностью жилищно-строительного или другого кооператива, член которого еще полностью не внес свой паевой взнос, в связи с чем не приобрел право собственности на соответствующее имущество, выделенное ему кооперативом в пользование, и т.п.), суду в соответствии с п. 3 ст. 24 СК РФ необходимо обсудить вопрос о выделении этого требования в отдельное производство.

Правило, предусмотренное п. 3 ст.24 СК РФ, о недопустимости раздела имущества супругов в бракоразводном процессе, если спор о нем затрагивает права третьих лиц, не распространяется на случаи раздела вкладов, внесенных супругами в кредитные организации за счет общих доходов, независимо от того, на имя кого из супругов внесены денежные средства, поскольку при разделе таких вкладов права банков либо иных кредитных организаций не затрагиваются.

Если же третьи лица предоставили супругам денежные средства и последние внесли их на свое имя в кредитные организации, третьи лица вправе предъявить иск о возврате соответствующих сумм по нормам ГК РФ, который подлежит рассмотрению в отдельном производстве. В таком же порядке могут быть разрешены требования членов крестьянского (фермерского) хозяйства и других лиц к супругам – членам крестьянского (фермерского) хозяйства.

Вклады, внесенные супругами за счет общего имущества на имя их несовершеннолетних детей, в силу п. 5 ст.38 СК РФ считаются принадлежащими детям и не должны учитываться при разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов.

13. В случае, когда одновременно с иском о расторжении брака заявлено требование о взыскании алиментов на детей, однако другая сторона оспаривает запись об отце или матери ребенка в актовой записи о рождении, суду следует обсудить вопрос о выделении указанных требований из дела о расторжении брака для их совместного рассмотрения в отдельном производстве (ст. 151 ГПК РФ).

14. Если при рассмотрении дела о расторжении брака и разделе имущества супругов (в случаях, когда они полностью не выплатили пай за предоставленные кооперативом в пользование квартиру, дачу, гараж, другое строение или помещение) одна из сторон просит определить, на какую долю паенакопления она имеет право, не ставя при этом вопроса о разделе пая, суд вправе рассмотреть такое требование, не выделяя его в отдельное производство, при условии, что отсутствуют другие лица, имеющие право на паенакопления, поскольку этот спор не затрагивает прав кооперативов.

15. Общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (п.п.1 и 2 ст.34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. ст. 128, 129, п.п. 1 и 2 ст.213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным ст.ст.38, 39 СК РФ и ст.254 ГК РФ. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела.

Если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что в силу п. 3 ст.42 СК РФ условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

В состав имущества, подлежащего разделу, включается общее имущество супругов, имеющееся у них в наличии на время рассмотрения дела либо находящееся у третьих лиц. При разделе имущества учитываются также общие долги супругов (п.3 ст.39 СК РФ) и право требования по обязательствам, возникшим в интересах семьи.

Не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (ст.36 СК РФ).

16. Учитывая, что в соответствии с п.1 ст.35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества, или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Если после фактического прекращения семейных отношений и ведения общего хозяйства супруги совместно имущество не приобретали, суд в соответствии с п.4 ст.38 СК РФ может произвести раздел лишь того имущества, которое являлось их общей совместной собственностью ко времени прекращения ведения общего хозяйства.

17. При разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, суд в соответствии с п.2 ст.39 СК РФ может в отдельных случаях отступить от начала равенства долей супругов, учитывая интересы несовершеннолетних детей и (или) заслуживающие внимания интересы одного из супругов. Под заслуживающими внимания интересами одного из супругов следует, в частности, понимать не только случаи, когда супруг без уважительных причин не получал доходов либо расходовал общее имущество супругов в ущерб интересам семьи, но и случаи, когда один из супругов по состоянию здоровья или по иным не зависящим от него обстоятельствам лишен возможности получать доход от трудовой деятельности.

Суд обязан привести в решении мотивы отступления от начала равенства долей супругов в их общем имуществе.

19. Течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п.7 ст.38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде – дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

20. Решение суда о расторжении брака должно быть законным и основанным на доказательствах, всесторонне проверенных в судебном заседании.

В мотивировочной части решения в случае, когда один из супругов возражал против расторжения брака, указываются установленные судом причины разлада между супругами, доказательства о невозможности сохранения семьи.

Резолютивная часть решения об удовлетворении иска о расторжении брака должна содержать выводы суда по всем требованиям сторон, в том числе и соединенным для совместного рассмотрения. В этой части решения указываются также сведения, необходимые для государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния (дата регистрации брака, номер актовой записи, наименование органа, зарегистрировавшего брак). Фамилии супругов записываются в решении в соответствии со свидетельством о браке, а в случае изменения фамилии при вступлении в брак во вводной части решения необходимо указывать и добрачную фамилию.

Учитывая, что размер пошлины за государственную регистрацию расторжения брака, произведенного в судебном порядке, установлен подп. 2 п.1 ст. 333 26 Налогового кодекса РФ», при вынесении решения суд не определяет, с кого из супругов и в каком размере подлежит взысканию государственная пошлина за регистрацию расторжения брака в органе записи актов гражданского состояния.

21. В соответствии с п.1 ст.25 СК РФ брак, расторгнутый в судебном порядке, считается прекращенным со дня вступления решения суда в законную силу. Указанное положение в силу п. 3 ст. 169 СК РФ не распространяется на случаи, когда брак расторгнут в судебном порядке до 1 мая 1996 г., то есть до дня введения в действие ст.25 СК РФ. Брак, расторгнутый в органах записи актов гражданского состояния, считается прекращенным со дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния независимо от того, когда был расторгнут брак – до 1 мая 1996 г. либо после этой даты.

22. При принятии искового заявления о признании брака недействительным судье необходимо выяснять, по какому основанию оспаривается действительность брака (п.1 ст.27 СК РФ) и относится ли истец к категории лиц, которые в силу п.1 ст.28 СК РФ вправе возбуждать вопрос о признании брака недействительным именно по этому основанию. Если заявитель не относится к таким лицам, судья отказывает ему в принятии искового заявления на основании п.1 ч.1 ст.134 ГПК РФ.

23. Перечень оснований для признания брака недействительным, содержащийся в п.1 ст.27 СК РФ, является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию. К таким основаниям относятся: нарушение установленных законом условий заключения брака (ст.ст. 12,13 СК РФ); наличие при заключении брака обстоятельств, препятствующих его заключению (ст. 14 СК РФ); сокрытие одним из лиц, вступающих в брак, от другого лица наличия у него венерической болезни или ВИЧ-инфекции (п.3 ст.15 СК РФ); фиктивность брака (п.1 ст.27 СК РФ).

Учитывая это, нарушение установленных законом требований к порядку заключения брака (например, регистрация брака до истечения месячного срока со дня подачи заявления в орган записи актов гражданского состояния, если этот срок не был сокращен в порядке, предусмотренном п.1 ст.11 СК РФ) не может явиться основанием для признания брака недействительным.

24. В соответствии с п.4 ст.29 СК РФ супруги после расторжения брака (как в судебном порядке, так и в органах записи актов гражданского состояния) не вправе ставить вопрос о признании этого брака недействительным, за исключением случаев, когда действительность брака оспаривается по мотивам наличия между супругами запрещенной законом степени родства либо состояния одного из них на время регистрации брака в другом нерасторгнутом браке.

Если в указанных выше случаях брак расторгнут в судебном порядке, то иск о признании такого брака недействительным может быть рассмотрен судом при условии отмены решения о расторжении брака, поскольку, принимая такое решение, суд исходил из факта действительности заключенного брака. Согласно ч.2 ст.209 ГПК РФ факты и правоотношения, установленные таким решением, не могут быть оспорены теми же сторонами в другом процессе.

Если же брак расторгнут в органах записи актов гражданского состояния, а впоследствии предъявлены требования об аннулировании записи о расторжении брака и о признании его недействительным, суд вправе рассмотреть эти требования в одном производстве (ст.151 ГПК РФ).

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с АО "Сбербанк-АСТ". Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.


Программа разработана совместно с АО "Сбербанк-АСТ". Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Продукты и услуги Информационно-правовое обеспечение ПРАЙМ Документы ленты ПРАЙМ Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 1 марта 2016 г. N 75-КГ15-12 Суд направил на новое рассмотрение дело о признания долга по кредитному договору общим обязательством супругов и его распределении, поскольку в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим, если он возник по инициативе обоих супругов в интересах семьи либо является обязательством одного из супругов, по которому всё полученное было использовано на нужды семьи


Обзор документа

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 1 марта 2016 г. N 75-КГ15-12 Суд направил на новое рассмотрение дело о признания долга по кредитному договору общим обязательством супругов и его распределении, поскольку в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим, если он возник по инициативе обоих супругов в интересах семьи либо является обязательством одного из супругов, по которому всё полученное было использовано на нужды семьи

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Юрьева И.М.,

судей Горохова Б.А., Назаренко Т.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Михайловой Н.И. к Михайлову А.В. о разделе совместно нажитого имущества супругов, признании долга по кредитному договору общим обязательством супругов и распределении долга, по встречному иску Михайлова А.В. к Михайловой Н.И. о разделе совместно нажитого имущества супругов

по кассационной жалобе Михайлова А.В. на решение Медвежьегорского районного суда Республики Карелия от 29 декабря 2014 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от 17 апреля 2015 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Юрьева И.М., выслушав объяснения представителя Михайлова А.В. - Богданова М.В., поддержавшего доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Михайлова Н.И. обратилась в суд с иском к Михайлову А.В. о разделе совместно нажитого имущества, признании долга по кредитному договору общим обязательством супругов и его распределении.

В обоснование требований истец указала, что с 8 октября 2006 г. по 30 ноября 2012 г. состояла с Михайловым А.В. в браке, семейные отношения фактически прекращены в июле 2012 года. В период брака супругами приобретена трёхкомнатная квартира, расположенная по адресу: Республика . при этом 2/3 стоимости квартиры оплачены Михайловой Н.И. за счёт личных денежных средств, принадлежавших ей до вступления в брак, а 1/3 стоимости - за счет совместных средств супругов, в силу чего разделу подлежит доля в праве собственности на квартиру, равная 1/3. Кроме того, в период брака супругами приобретён автомобиль марки ". ", . года выпуска, мебель и бытовая техника, а также на имя Михайловой Н.И. по договору от 20 августа 2008 г. N . 8 в ОАО "Сберегательный банк Российской Федерации" на нужды семьи взят кредит, остаток долга по которому на момент расторжения брака составил . руб. . коп. Поскольку спорное имущество является совместно нажитым имуществом супругов, а долг по кредитному договору их общим обязательством, Михайлова Н.И. просила произвести раздел этого имущества и распределить долг следующим образом: признать за Михайловой Н.И. право собственности на квартиру, признать за Михайловым А.В. право собственности на автомобиль, мебель и бытовую технику передать Михайловой Н.И., взыскав с неё в пользу ответчика компенсацию стоимости 1/2 доли в этом имуществе, распределить долг по кредитному договору в равных долях.

Михайлов А.В. обратился в суд со встречным исковым заявлением о разделе совместно нажитого имущества супругов, просил произвести раздел автомобиля и доли в праве собственности на квартиру согласно принципу равенства долей супругов и отказать в требованиях Михайловой Н.И. о признании долга по заключенному ею кредитному договору общим обязательством супругов.

Решением Медвежьегорского районного суда Республики Карелия от 29 декабря 2014 г. первоначальные и встречные исковые требования удовлетворены частично.

Произведен раздел совместно нажитого имущества супругов: за Михайловой Н.И. признано право собственности на 5/6 доли в праве собственности на квартиру, за Михайловым А.В. - на 1/6 доли в праве собственности на квартиру, а также право собственности на автомобиль; определено имущество, подлежащее передаче каждому из них: Михайловой Н.И. передана мебель и бытовая техника на сумму . руб., Михайлову А.В. - автомобиль стоимостью . руб.; долг Михайловой Н.И. по кредитному договору в размере . руб. . коп. признан общим обязательством супругов и распределён между ними в равных долях; с Михайлова А.В. в пользу Михайловой Н.И. взыскана денежная компенсация разницы в стоимости присуждённого имущества и кредитных обязательств в размере . руб.

В удовлетворении остальной части первоначальных и встречных исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от 17 апреля 2015 г. решение суда первой инстанции в части распределения долга изменено, с Михайлова А.В. в пользу Михайловой Н.И. взыскана денежная компенсация разницы в стоимости присуждённого имущества и кредитных обязательств в размере . руб. . коп.

В кассационной жалобе Михайлов А.В. ставит вопрос об отмене обжалуемых судебных постановлений в части признании долга по кредитному договору общим обязательством супругов и его распределения.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Юрьева И.М. от 8 февраля 2016 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются основания для отмены решения Медвежьегорского районного суда Республики Карелия от 29 декабря 2014 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от 17 апреля 2015 г. в части признания долга по кредитному договору общим обязательством супругов и его распределения.

В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении настоящего дела.

Как установлено судом и следует из материалов дела, с 8 октября 2006 г. по 30 ноября 2012 г. Михайлова Н.И. и Михайлов А.В. состояли в браке.

В период брака на основании кредитного договора от 20 августа 2008 г. N . заключенного с ОАО "Сберегательный банк Российской Федерации", Михайловой Н.И. взят кредит на сумму . руб. (т. 1, л.д. 20-27).

Согласно пункту 1.1 договора кредит предоставляется заёмщику на цели личного потребления.

Разрешая спор и удовлетворяя требования Михайловой Н.И. о признании долга по кредитному договору общим обязательством супругов и его распределении, суд первой инстанции исходил из того, что нормами семейного законодательства установлена презумпция возникновения денежных обязательств в период брака в интересах семьи, в силу чего обязанность доказать обратное возложена на Михайлова А.В., оспаривающего использование кредитных средств на нужды семьи. Поскольку Михайлов А.В. не представил доказательств использования Михайловой Н.И. денежных средств на её личные цели, суд пришёл к выводу о том, что эти денежные средства были потрачены на нужды семьи, а значит обязательство по их возврату является общим обязательством супругов.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции в указанной части согласился. Однако, установив на момент рассмотрения спора наличие иного размера задолженности, перераспределил долг по кредитному обязательству с учётом уже исполненных кредитных обязательств и остатка долга.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что судами первой и апелляционной инстанций допущено существенное нарушение норм материального и процессуального права, что выразилось в следующем.

В силу пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. Общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присуждённым им долям (пункт 3 указанной статьи).

Пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств перед третьими лицами, действующее законодательство не содержит.

Напротив, в силу пункта 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, предусматривающего, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга, допускается существование у каждого из супругов собственных обязательств. При этом согласно пункту 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство не создаёт обязанностей для иных лиц, не участвующих в нём в качестве сторон (для третьих лиц).

Следовательно, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

Исходя из положений приведённых выше правовых норм для распределения долга в соответствии с пунктом 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации обязательство должно являться общим, то есть возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо являться обязательством одного из супругов, по которому всё полученное было использовано на нужды семьи.

В соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Юридически значимым обстоятельством по данному делу являлось выяснение вопроса о том, были ли потрачены денежные средства, полученные Михайловой Н.И. по кредитному договору, на нужды семьи.

Между тем указанные обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, суд апелляционной инстанции оставил без исследования и правовой оценки.

С учётом того, что Михайлова Н.И. является заёмщиком денежных средств, то именно она должна была доказать, что возникновение долга произошло по инициативе обоих супругов в интересах семьи и всё полученное было использовано на нужды семьи. В силу этого возложение судами на Михайлова А.В. бремени доказывания факта использования этих средств супругой на иные цели, нежели семейные нужды, противоречит требованиям действующего законодательства.

Кроме того, признав долг по кредитному договору общим обязательством супругов, суд пришел к выводу о взыскании с ответчика половины суммы долга, включая непогашенную его часть.

Между тем, положения закона о том, что при разделе общего имущества супругов учитываются общие долги и право требования по обязательствам, возникшим в интересах семьи, не свидетельствуют о наличии правовых оснований для взыскания с супруга невыплаченной задолженности по кредитному договору.

Возникшие в период брака обязательства по кредитным договорам, обязанности исполнения которых после прекращения брака лежат на одном из бывших супругов, могут быть компенсированы супругу путём передачи ему в собственность соответствующей части имущества сверх полагающейся ему по закону доли в совместно нажитом имуществе. При отсутствии такого имущества супруг-заемщик вправе требовать от второго супруга компенсации соответствующей доли фактически произведенных им выплат по кредитному договору. Иное противоречило бы положениям пункта 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации и повлекло наступление для другого супруга заведомо неблагоприятных последствий в части срока исполнения денежного обязательства.

С учётом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что допущенные судами первой и апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Михайлова А.В., в связи с чем решение Медвежьегорского районного суда Республики Карелия от 29 декабря 2014 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от 17 апреля 2015 г. в части признания долга по кредитному договору общим обязательством супругов и его распределения со взысканием денежной компенсации нельзя признать законными, они в указанной части подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и требованиями закона.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

В остальной части решение Медвежьегорского районного суда Республики Карелия от 29 декабря 2014 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от 17 апреля 2015 г. оставить без изменения.

Председательствующий И.М. Юрьев
Судьи Б.А. Горохов
Т.Н. Назаренко

Обзор документа

Между супругами возник спор относительно раздела совместно нажитого имущества и долга по кредиту.

Последний был оформлен на супругу (она выступила заемщиком по договору).

Суды двух инстанций, в числе прочего, сочли, что спорный долг по кредиту - общее обязательство супругов.

СК по гражданским делам ВС РФ не согласилась с таким выводом и пояснила следующее.

Согласно СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в нем их доли признаются равными, если иное не предусмотрено договором.

Общие долги супругов при разделе такого имущества распределяются между ними пропорционально присужденным им долям.

СК РФ и ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств перед третьими лицами, в законодательстве нет.

Напротив, СК РФ предусматривает, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на его имущество. Т. е. допускается существование у каждого из них собственных обязательств.

При этом по ГК РФ обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

Исходя из СК РФ, взыскание обращается на общее имущество супругов по обязательствам одного из них при определенном условии: судом установлено, что все, полученное по подобным обязательствам, было использовано на нужды семьи.

Следовательно, в случае заключения одним из супругов договора займа (или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга) последний может быть признан общим лишь в том случае, если установлено, что все, полученное по такому обязательству, использовано на нужды семьи.

Причем бремя доказывания этого лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

Кроме того, был сделан неверный вывод о том, что с ответчика нужно взыскать половину суммы долга по кредиту, включая непогашенную его часть.

Однако оснований для взыскания с супруга невыплаченной задолженности нет (по закону возможна компенсация за счет части совместного имущества сверх полагающейся супругу-заемщику доли, а при отсутствии такого имущества может быть взыскана компенсация доли выплат по кредиту, которые фактически произведены).

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с АО "Сбербанк-АСТ". Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.


Программа разработана совместно с АО "Сбербанк-АСТ". Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.


Обзор документа

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Юрьева И.М.,

судей Назаренко Т.Н., Рыженкова А.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Лейбы А.И. к Севастьяновой Т.В. о разделе совместно нажитого имущества по кассационной жалобе Лейбы А.И. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 22 декабря 2016 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Юрьева И.М., выслушав объяснения представителя ответчика Севастьяновой Т.В. - Белякова Л.Ю., возражавшего против доводов кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Лейба А.И. обратился в суд с иском к Севастьяновой Т.В. о разделе совместно нажитого имущества, ссылаясь на то, что с 11 апреля 2006 г. по 10 августа 2015 г. состоял в браке с Севастьяновой Т.В. В период брака супругами в совместную собственность приобретены земельный участок площадью 1500 кв. м с кадастровым номером . и расположенный на нём жилой дом площадью 47 кв. м по адресу: . Поскольку брачный договор между сторонами не заключался, соглашение о разделе совместно нажитого имущества не достигнуто, Лейба А.И. просил произвести раздел земельного участка и жилого дома и признать за ним право собственности на 1/2 доли в праве общей долевой собственности на спорное имущество.

Ответчик Севастьянова Т.В. с исковыми требованиями не согласилась, просила признать за истцом право собственности на 1/4 доли в праве общей долевой собственности на спорное имущество, а за ней - право собственности на - 3/4 доли, учитывая, что земельный участок и жилой дом приобретены на её личные денежные средства.

Решением Приморского районного суда г. Новороссийска Краснодарского края от 29 сентября 2016 г. исковые требования Лейбы А.И. удовлетворены, произведён раздел спорного имущества между сторонами в равных долях.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 22 декабря 2016 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования Лейбы А.И. удовлетворены частично.

За Лейбой А.И. признано право собственности на 1/4 доли в спорном имуществе, за Севастьяновой Т.В. - право собственности на 3/4 доли в имуществе.

В кассационной жалобе заявителем ставится вопрос об отмене апелляционного определения, как незаконного.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Юрьева И.М. от 11 августа 2017 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются основания для отмены апелляционного определения.

В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены при рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции.

Как установлено судом и следует из материалов дела, с 11 апреля 2006 г. Лейба А.И. состоял с Севастьяновой Т.В. в браке (л.д. 49).

Брак между Лейбой А.И. и Севастьяновой Т.В. расторгнут 10 августа 2015 г. (л.д. 7).

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования Лейбы А.И., суд первой инстанции, руководствуясь статьями 33 и 34 Семейного кодекса Российской Федерации, исходил из презумпции режима совместной собственности в отношении имущества супругов, приобретённого в период брака. Установив, что спорная недвижимость была приобретена в период брака по возмездной сделке, суд пришёл к выводу о разделе спорного имущества между супругами в равных долях.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение о признании спорного имущества личной собственностью Севастьяновой Т.В., исходил из того, что Лейба А.И. не представил доказательств наличия у него денежных средств на приобретение земельного участка и жилого дома. Поскольку Севастьянова Т.В. не возражала против признания за Лейбой А.И. права собственности на 1/4 доли в имуществе, суд распределил доли в праве собственности на спорную недвижимость в соответствии с мнением Севастьяновой Т.В.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что выводы суда апелляционной инстанции сделаны с существенным нарушением норм материального и процессуального права, что выразилось в следующем.

Положениями статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации и статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что совместная собственность супругов возникает в силу прямого указания закона.

Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации).

К общему имуществу супругов согласно пункту 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации относятся в том числе доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, приобретённые за счёт общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесённые в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами (пункт 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, если имущество принадлежало каждому из супругов до вступления в брак или имущество получено одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, такое имущество является собственностью каждого из супругов (пункт 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, приведённым в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или кем внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным статьями 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации и статьёй 254 Гражданского кодекса Российской Федерации. Не является общим совместным имущество, приобретённое хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученные в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.

Из приведённых выше положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов или к личному имуществу одного из супругов является то, когда, на какие средства и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) оно приобреталось. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, исключает такое имущество из режима общей совместной собственности.

В соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При этом, поскольку статьёй 34 Семейного кодекса Российской Федерации установлена презумпция возникновения режима совместной собственности супругов на приобретённое в период брака имущество, обязанность доказать обратное и подтвердить факт приобретения имущества в период брака за счёт личных денежных средств возложена на супруга, претендующего на признание имущества его личной собственностью.

Таким образом, поскольку Севастьянова Т.В. претендовала на признание приобретённых в период брака спорных земельного участка и жилого дома её личным имуществом, то именно на ней лежала обязанность доказать наличие денежных средств, принадлежавших ей до вступления в брак, полученных в дар, в порядке наследования либо от реализации личного имущества, и их использование на приобретение земельного участка и жилого дома.

В силу этого возложение судом апелляционной инстанции на Лейбу А.И. обязанности доказать наличие у него денежных средств на приобретение спорного имущества, равно как и отсутствие у супруги личных денежных средств, противоречит требованиям действующего законодательства.

В соответствии с частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учётом особенностей, предусмотренных главой 39 названного кодекса.

Согласно разъяснениям, приведённым в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", по смыслу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Признавая спорное имущество собственностью ответчика, суд апелляционной инстанции сослался на расписки о получении Севастьяновой Т.В. заёмных средств в сумме 680 000 руб., которые, согласно пояснениям Севастьяновой Т.В. были переданы ей в день покупки спорного имущества и возращены заимодавцу после продажи принадлежавшей ей до заключения брака квартиры.

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признаёт эти причины уважительными. О принятии новых доказательств суд апелляционной инстанции выносит определение.

При вынесении судебного решения недопустимо основываться на доказательствах, которые не были исследованы судом в соответствии с нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении").

Между тем, в нарушение требований указанных процессуальных норм суд апелляционной инстанции сослался на новые доказательства без вынесения определения об их принятии. Более того, из протокола судебного заседания следует, что эти новые доказательства судом апелляционной инстанции не исследовались и в материалах дела отсутствуют (л.д. 72-73).

Также судом апелляционной инстанции не установлены и такие юридически значимые обстоятельства для дела, как дата гражданско-правовой сделки, на основании которой было приобретено спорное имущество, цена сделки, а также не учтено, что возникновение у Севастьяновой Т.В. денежного обязательства в период брака в случае использования денежных средств на нужды семьи (покупку земельного участка и жилого дома) и единоличное погашение общего долга не является основанием для отнесения приобретённого на заёмные средства имущества к её личной собственности.

С учётом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Лейбы А.И., в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 22 декабря 2016 г. нельзя признать законным, оно подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и разрешить возникший спор в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и требованиями закона.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

Председательствующий Юрьев И.М.
Судьи Назаренко Т.Н.
Рыженков А.М.

Обзор документа

В споре о разделе совместно нажитого имущества между супругами СК по гражданским делам ВС РФ отметила в т. ч. следующее.

СК РФ установлена презумпция возникновения режима совместной собственности супругов на приобретенное в период брака имущество.

Поэтому обязанность доказать обратное и подтвердить факт приобретения имущества в период брака за счет личных денег возложена на супруга, который претендует на признание этого имущества его личной собственностью.

Таким образом, данный супруг, претендующий на признание приобретенного в период брака имущества его личным, обязан доказать наличие средств, принадлежавших ему до вступления в брак, полученных в дар, в порядке наследования либо от реализации личного имущества, и их использование на приобретение спорного имущества.

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: