Пп ж п 1 ст 14 закона об осаго судебная практика с отказом страховщику

Обновлено: 27.09.2023

Статья 14.1. Прямое возмещение убытков

(введена Федеральным законом от 01.12.2007 N 306-ФЗ)

Перспективы и риски арбитражных споров и споров в суде общей юрисдикции. Ситуации, связанные со ст. 14.1

Споры в суде общей юрисдикции:

1. Потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте "б" настоящего пункта;

Положения пп. "б" п. 1 ст. 14.1 (в ред. ФЗ от 28.03.2017 N 49-ФЗ) применяются к отношениям, возникшим в результате ДТП, произошедших после 25.09.2017.

б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух и более транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована по договору обязательного страхования в соответствии с настоящим Федеральным законом.

(см. текст в предыдущей редакции)

2. Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, проводит оценку обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, изложенных в извещении о дорожно-транспортном происшествии, и на основании представленных документов осуществляет потерпевшему по его требованию возмещение вреда в соответствии с правилами обязательного страхования.

3. Реализация права на прямое возмещение убытков не ограничивает право потерпевшего обратиться к страховщику, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, с требованием о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, который возник после предъявления требования о прямом возмещении убытков и о котором потерпевший не знал на момент предъявления требования.

(в ред. Федерального закона от 21.07.2014 N 223-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

4. Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков), в соответствии с предусмотренным статьей 26.1 настоящего Федерального закона соглашением о прямом возмещении убытков в размере, определенном в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона.

В отношении страховщика, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае предъявления к нему требования о прямом возмещении убытков применяются положения настоящего Федерального закона, которые установлены в отношении страховщика, которому предъявлено заявление о страховом возмещении.

(в ред. Федерального закона от 28.03.2017 N 49-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

(п. 4 в ред. Федерального закона от 21.07.2014 N 223-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

5. Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, обязан возместить в счет страхового возмещения по договору обязательного страхования страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков, возмещенный им потерпевшему вред в соответствии с предусмотренным статьей 26.1 настоящего Федерального закона соглашением о прямом возмещении убытков.

(в ред. Федеральных законов от 21.07.2014 N 223-ФЗ, от 28.03.2017 N 49-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

С 26.08.2017 по спорам, указанным в п. 5.1 ст. 14.1, досудебное обращение в комиссию РСА обязательно. Ранее поданные иски подлежат рассмотрению по правилам АПК РФ (ФЗ от 26.07.2017 N 197-ФЗ).

5.1. При возникновении спора о возмещении страховщиком, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, в счет страхового возмещения вреда, возмещенного страховщиком, осуществившим прямое возмещение убытков, такой спор рассматривается комиссией, образованной профессиональным объединением страховщиков, в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня поступления в комиссию заявления страховщика. В случае несогласия страховщика с решением комиссии или непринятия комиссией решения в установленный срок спор рассматривается арбитражным судом по исковому заявлению страховщика.

(п. 5.1 введен Федеральным законом от 26.07.2017 N 197-ФЗ)

6. В случае исключения страховщика, застраховавшего гражданскую ответственность лица, причинившего вред, из соглашения о прямом возмещении убытков или принятия арбитражным судом решения о признании такого страховщика банкротом и об открытии конкурсного производства в соответствии с законодательством о несостоятельности (банкротстве) либо в случае отзыва у него лицензии на осуществление страховой деятельности страховщик, осуществивший прямое возмещение убытков, вправе требовать у профессионального объединения страховщиков осуществления компенсационной выплаты в размере, установленном соглашением о прямом возмещении убытков в соответствии со статьей 26.1 настоящего Федерального закона.

(в ред. Федеральных законов от 21.07.2014 N 223-ФЗ, от 28.03.2017 N 49-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

7. Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, и возместил в счет страхового возмещения по договору обязательного страхования страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков, возмещенный им потерпевшему вред, в предусмотренных статьей 14 настоящего Федерального закона случаях имеет право требования к лицу, причинившему вред, в размере возмещенного потерпевшему вреда.

(п. 7 введен Федеральным законом от 21.07.2014 N 223-ФЗ; в ред. Федерального закона от 28.03.2017 N 49-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

8. Профессиональное объединение страховщиков, которое возместило в счет компенсационной выплаты по договору обязательного страхования страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков, возмещенный потерпевшему вред, в предусмотренных статьей 14 настоящего Федерального закона случаях имеет право требования к лицу, причинившему вред, в размере возмещенного потерпевшему вреда.

(п. 8 введен Федеральным законом от 21.07.2014 N 223-ФЗ)

9. Потерпевший, имеющий в соответствии с настоящим Федеральным законом право предъявить требование о возмещении причиненного его имуществу вреда непосредственно страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае принятия арбитражным судом решения о признании такого страховщика банкротом и об открытии конкурсного производства в соответствии с законодательством о несостоятельности (банкротстве) или в случае отзыва у него лицензии на осуществление страховой деятельности предъявляет требование о страховом возмещении страховщику, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред. В этом случае у потерпевшего не возникает право на получение компенсационной выплаты на основании невозможности осуществления страхового возмещения страховщиком, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего.

Кроме того, Верховный Суд заметил, что, принимая решение о компенсации страхового возмещения, страховщик не воспользовался правом ознакомиться с материалами дела, оценить обоснованность факта и размера выплаты, осуществленной потерпевшему


По мнению одного из экспертов, ВС обратил внимание на самое главное: перед обращением в суд истец не учел изменение законодательства, которое накануне подачи иска лишило его права в порядке регресса требовать деньги с виновника. Другой отметил, что Верховный Суд подошел к толкованию подп. «ж» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО не буквально, как это сделали суды нижестоящих инстанций, а оценив данную норму с учетом других норм Закона об ОСАГО и позиции Конституционного Суда.

Верховный Суд в Определении № 11-КГ21-21-К6 от 20 июля разъяснил, вправе ли страховая компания предъявлять регрессный иск к виновнику ДТП, в ходе которого был составлен европротокол, если она безоговорочно приняла условия выплаты, которые предоставила сторона.

14 ноября 2018 г. произошло ДТП, участники которого составили европротокол, в котором была сделана пометка, что виновником происшествия является Роман Герасимов.

Страховщик пострадавшего АО СО «Талисман» оплатил ремонт его автомобиля и дополнительные расходы в размере более 56 тыс. руб. 19 марта 2019 г. страховая компания Романа Герасимова АО «Группа Ренессанс Страхование» возместила указанную сумму СК потерпевшего, а 18 апреля 2020 г. направила виновнику ДТП досудебную претензию о взыскании с него в порядке регресса произведенного страхового возмещения.

Поскольку претензия осталась без удовлетворения, «Группа Ренессанс Страхование» обратилась в суд с иском к Роману Герасимову о взыскании произведенного страхового возмещения, поскольку он не направил страховщику экземпляр заполненного совместно с потерпевшим бланка извещения о ДТП в течение 5 рабочих дней.

Суд, установив, что ответчик не направил бланк извещения о ДТП в отсутствие уважительных причин, пришел к выводу о наличии оснований для применения подп. «ж» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО (в редакции, действовавшей на момент дорожно-транспортного происшествия) и взыскал с Романа Герасимова сумму выплаченного страхового возмещения. Апелляция и кассация согласились с выводами суда первой инстанции.

Роман Герасимов обратился в Верховный Суд, который посчитал его жалобу обоснованной. Изучив материалы дела, ВС сослался на Определение Конституционного Суда от 25 мая 2017 г. № 1059-О, согласно которому по смыслу п. 2 ст. 11.1 Закона об ОСАГО во взаимосвязи с п. 3 этой же статьи необходимость направления бланка извещения о ДТП страховщикам в течение 5 рабочих дней сопряжена с обязанностью водителей по требованию страховщиков предоставить транспортные средства для проведения осмотра и (или) независимой технической экспертизы в течение 5 дней со дня получения такого требования, а также для обеспечения этих целей не приступать к их ремонту или утилизации до истечения 15 календарных дней со дня ДТП. Подпункт «ж» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО о праве регрессного требования страховщика призван обеспечить баланс интересов страховщика и страхователя. Требование о направлении каждым из участников происшествия заполненного бланка извещения о страховом случае при оформлении документов без участия сотрудников полиции направлено на то, чтобы и страховщик, застраховавший ответственность потерпевшего, и страховщик, застраховавший ответственность причинителя вреда, имели возможность проверить достоверность сведений о ДТП и о полученных в его результате повреждениях автомобилей. В этих же целях была установлена и ответственность за неисполнение данного требования в виде возможности предъявить регрессные требования к причинителю вреда, не исполнившему такую обязанность.

ВС указал, что 19 марта 2019 г. «Группа Ренессанс Страхование» возместила соответствующую сумму страховой компании потерпевшего. При этом экземпляр извещения потерпевшего был признан страховой компанией достаточным документом для осуществления выплаты, не поставлены под сомнение обстоятельства ДТП, факт и размер причиненного ущерба. Вместе с тем «Группа Ренессанс Страхование», принимая решение о компенсации страхового возмещения, не воспользовалась правом ознакомиться с материалами дела, оценить обоснованность факта и размера выплаты, осуществленной потерпевшему. Требование о предоставлении на осмотр транспортного средства виновника ответчику не направлялось.

Кроме того, заметил ВС, истец, располагая одним из двух бланков извещения, представленным потерпевшей стороной, не доказал нарушение его интересов со стороны виновника события непредставлением его бланка извещения, поскольку имеющихся документов оказалось достаточно для принятия им решения о возмещении страховой выплаты.

В обзор, в частности, вошли споры, связанные с защитой права собственности, семейными отношениями, возмещением вреда, причиненного в результате ДТП, и т.п.

Как отметил в комментарии «АГ» старший партнер адвокатского бюро «Яблоков и партнеры» Ярослав Самородов, ВС обратил внимание на самое главное: перед обращением в суд истец не учел изменение законодательства, которое накануне подачи иска лишило его права в порядке регресса требовать деньги с виновника. «Очевидно, что страховая привыкла действовать по накатанной, используя шаблонные иски. Ранее из-за того, что не известил страховую о страховом случае, действительно можно было получить счет на сумму выплаты. А юристы, представляющие компанию, не отследили изменения и не отозвали иск. В подобных случаях эффективнее искать не виновных, а способы улучшить ту часть процессов компании, которые исключили бы подобные ошибки в будущем. Чем, скорее всего, страховая и займется», – отметил он.

По мнению адвоката, решение напоминает, что страховая система не стоит на месте: то, что раньше было необходимостью (извещение о страховом случае даже своей компании), сегодня становится атавизмом (страховые компании имеют доступ к общей информационной системе). То, что ранее делали только на бумаге, сегодня уже принимают онлайн.

Юрист «INTELLECT» Иван Ушаков заметил, что Верховный Суд подошел к толкованию подп. «ж» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО не буквально, как это сделали суды нижестоящих инстанций, а оценив данную норму с учетом других норм Закона об ОСАГО и позиции Конституционного Суда.

Эксперт указал, что определение закрепляет в судебной практике уже сформулированную позицию, которую Верховный Суд высказал в Определении от 15 декабря 2020 г. № 44-КГ20-15-К7 по делу с аналогичными обстоятельствами. Еще несколько ранее подобная практика, основанная на Определении КС № 1059-О, появилась в нижестоящих судах (см., например, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23 августа 2017 г. № 13АП-18430/17; апелляционное определение Рославльского городского суда Смоленской области от 3 октября 2018 г. по делу № 11-17/2018), хотя и не сразу она получила общее признание в судебной системе.


Положительно оценивая правовую позицию ВС, эксперты отметили, что определение скорректирует практику, пусть и только в тех ситуациях, когда оба участника застраховали свою ответственность в одной компании.

В Определении № 71-КГ21-1-К3 от 6 апреля Верховный Суд разобрался, законно ли предъявление иска о возмещении ущерба в порядке регресса к причинителю вреда, если он в установленное время после составления европротокола не приехал на осмотр к страховщику, который также является страховщиком потерпевшего.

16 декабря 2018 г. Николай Копосов врезался в машину Н. Малаховой. Водители, гражданская ответственность которых застрахована в ПАО СК «Росгосстрах», составили европротокол. Николай Копосов позвонил в страховую и сообщил о ДТП. Позднее по заявлению Малаховой страховая выплатила ей страховое возмещение более 95 тыс. руб.

При этом Николай Копосов представил автомобиль на осмотр в «Росгосстрах» только 24 декабря 2018 г. В связи с этим страховщик посчитал, что в нарушение требований п. 2 ст. 11.1 Закона об ОСАГО Николай Копосов не исполнил обязанность по направлению заполненного бланка извещения о происшествии в течение пяти рабочих дней со дня ДТП, и обратился в суд с иском о возмещении ущерба в порядке регресса.

Суд посчитал, что извещение «Росгосстрах» о ДТП по телефону и представление автомобиля на осмотр не лишали страховщика в силу подп. «ж» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО права предъявить регрессное требование к причинителю вреда. При этом первая инстанция не усмотрела оснований для признания причин пропуска пятидневного срока уважительными. Суд удовлетворил иск частично и взыскал с Николая Копосова около 85 тыс. руб., а апелляция и кассация оставили решение первой инстанции в силе.

Николай Копосов подал жалобу в Верховный Суд, который, рассмотрев дело, напомнил, что в соответствии с подп. «ж» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если это лицо в случае оформления европротокола в течение пяти рабочих дней не направило своему страховщику экземпляр заполненного совместно с потерпевшим бланка извещения о ДТП.

Верховный Суд сослался на Постановление КС от 31 мая 2005 г. № 6-П, согласно которому специальные правовые гарантии защиты прав потерпевшего должны быть адекватны правовой природе и целям страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, а также характеру соответствующих правоотношений. В Определении КС от 25 мая 2017 г. № 1059-О указано, что по смыслу п. 2 ст. 11.1 Закона об ОСАГО во взаимосвязи с п. 3 этой же статьи необходимость направления водителями в течение пяти рабочих дней бланка извещения сопряжена с их обязанностью по требованию страховщиков представить указанные транспортные средства для проведения осмотра и (или) независимой технической экспертизы в течение пяти рабочих дней со дня получения такого требования, а также для обеспечения этих целей не приступать к их ремонту или утилизации до истечения 15 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня ДТП. Подпункт «ж» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО о праве регрессного требования страховщика призван обеспечить баланс интересов страховщика и страхователя.

Таким образом, требование о направлении обоими участниками происшествия заполненного бланка извещения направлено на то, чтобы и страховщик, застраховавший ответственность потерпевшего, и страховщик, застраховавший ответственность причинителя вреда, имели возможность проверить достоверность сведений о ДТП и о полученных в его результате повреждениях автомобилей, подчеркнул ВС. В этих же целях была установлена и ответственность за неисполнение данного требования в виде возможности предъявить регрессные требования к причинителю вреда, не исполнившему такую обязанность.

Верховный Суд заметил, что страховая компания в данном случае одна и та же. По обращению потерпевшего, представившего заполненный бланк извещения о происшествии с указанием сведений о том, что ответственность причинителя вреда тоже застрахована в «Росгосстрах», включая серию, номер и дату выдачи полиса ОСАГО, страховщик признал изложенные в нем сведения достоверными, а случай страховым и определил размер страхового возмещения, подчеркнул ВС.

«Удовлетворяя иск, суд не указал, каким образом непредставление страховщику второго экземпляра такого же извещения о том же происшествии могло повлиять на нарушение прав страховщика и, соответственно, на возникшее у него право на предъявление регрессного иска к Копосову Н.Б.», – подчеркивается в определении, которым Верховный Суд направил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В комментарии «АГ» руководитель практики «Семейное и наследственное право» юридической фирмы INTELLECT Наталья Рингельман обратила внимание, что судебная практика по аналогичным спорам противоречива. Так, одни суды удовлетворяют иски страховщиков, мотивируя неисполнением обязанности страхователя предоставить извещение о ДТП в пятидневный срок и неуважительными причинами пропуска установленного срока, другие – отказывают, “смотря в корень” и принимая во внимание Определение КС № 1059-О/2017, анализируют наличие (отсутствие) нарушений интересов страховщиков, к которым привело ненаправление документов, насколько данный факт повлиял на невозможность установления страхового случая и размера причиненного вреда.

«В практике встречались случаи, когда суды не принимали во внимание то обстоятельство, что участники ДТП застрахованы в одной и той же страховой компании (как в рассматриваемом определении ВС), или не учитывали, что непредставление извещения виновником связано с передачей им своего экземпляра извещения потерпевшему для обращения за страховой выплатой», – рассказала юрист.

Адвокат, член Ассоциации юристов России Ольга Митева отметила, что страховые компании, заявляя регрессные требования к виновнику ДТП, зачастую пользовались формальным основанием – виновник вовремя не уведомил страховую о факте происшествия и оформлении его без вызова сотрудников ГИБДД. «В данном случае ответственность и виновника, и пострадавшего застрахована в одной страховой компании, а потому Верховный Суд абсолютно верно отметил, что при условии, что ответственность обоих участников ДТП застрахована в одной компании, если хотя бы один из участников вовремя уведомил страховую, то сам факт неуведомления о том же ДТП со стороны второго участника не должен формально возлагать на него регрессную ответственность», – указала она.

Ольга Митева посчитала, что, хотя закон и возлагает на обоих участников ДТП обязанность по уведомлению страховой компании, его положения не могут применяться механистически. «Должна быть исследована суть законоположений, а также все риски, которые возлагаются на каждого участника правоотношения в связи с нарушением каких- то норм закона со стороны контрагента. В данном случае Верховным Судом была исследована логика всех рисков», – подчеркнула юрист. По ее мнению, позиция ВС скорректирует правоприменительную практику в тех ситуациях, когда оба участника застраховали свою ответственность в одной компании.

Верховный Суд указал на право пострадавшего самостоятельно организовать проведение восстановительного ремонта автомобиля на СТО, у которой нет договора со страховщиком, при наличии согласия страховой компании


По мнению одной из экспертов «АГ», практически полезной представляется позиция Верховного Суда о действии принципа полной компенсации причиненных убытков. Другая считает, что Суд в очередной раз указал на недопустимость злоупотребления доминирующим положением страховыми компаниями.

Верховный Суд опубликовал Определение № 4-КГ21-13-К7 от 27 июля, в котором рассмотрел вопрос о возмещении ущерба со страховщика владельцу автомобиля, пострадавшего в ДТП.

24 декабря 2018 г. произошло ДТП, в результате которого пострадали автомобили Николая Дружинина и П., который был позднее признан виновником происшествия. Гражданская ответственность Николая Дружинина на тот момент была застрахована в СК «Росгосстрах». 10 января 2019 г. он обратился к страховщику с заявлением о наступлении страхового случая. Через несколько дней «Росгосстрах» предоставил ему направление на ремонт, однако в тот же день Николай Дружинин обратился к страховщику с заявлением об организации восстановительного ремонта в ином месте, в связи с тем что его не устраивает качество работы с другими автомобилями в предлагаемой СТОА.

Впоследствии страховая компания выдала истцу направление на ремонт в другой СТОА, однако там в осуществлении ремонта заявителю было отказано. 2 марта 2019 г. «Росгосстрах» сообщил Николаю Дружинину о пересмотре ранее принятого решения о проведении восстановительного ремонта, аннулировании выданного направления на ремонт, осуществлении страхового возмещения в денежной форме.

В дальнейшем Николай Дружинин направил в адрес страховщика заявление о предоставлении актов осмотра ТС, проведении независимой экспертизы, выплате страхового возмещения. В апреле 2019 г. страховая компания перечислила ему страховое возмещение в размере 65 тыс. руб. Не согласившись с размером возмещения, страхователь обратился для проведения независимой экспертизы в «Верхнекамский центр экспертизы и оценки». Согласно заключению эксперта от 21 мая 2019 г., стоимость восстановительного ремонта автомобиля составила без учета износа 125 тыс. руб., а с учетом износа – около 90 тыс. руб.

Ссылаясь на данное заключение, Николай Дружинин направил в страховую компанию претензию, в которой просил о доплате страхового возмещения в размере около 60 тыс. руб., однако страховщик отказал в удовлетворении претензии.

Полагая отказ страховщика неправомерным, Николай Дружинин обратился в суд с иском к компании «Росгосстрах», в котором просил взыскать невыплаченное страховое возмещение, неустойку, штраф, компенсацию морального вреда, расходы по хранению автомобиля, по оплате независимой экспертизы и по оплате услуг представителя – в общей сложности более 187 тыс. руб.

Решением Березниковского городского суда Пермского края от 9 июля 2019 г. исковые требования удовлетворены частично: с «Росгосстраха» в пользу страхователя взысканы страховое возмещение, неустойка, штраф, компенсация морального вреда, расходы по хранению ТС, расходы по оплате независимой экспертизы и расходы по оплате услуг представителя в общей сумме – 165 тыс. руб. Судом также была взыскана неустойка с 9 июля 2019 г. по день фактического исполнения ответчиком своих обязательств, исходя из расчета 1% в день от суммы невыплаченного страхового возмещения (59 900 руб.), в размере, не превышающем 340 тыс. руб.

Суд посчитал, что страховщиком не было надлежащим образом организовано возмещение причиненного ущерба в натуре, в связи с чем он произвел расчет исходя из разницы между суммой ущерба, установленной заключением эксперта, и суммой размера выплаченного страхового возмещения. Апелляция оставила решение первой инстанции без изменения, однако определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции апелляционное определение было отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

3 августа 2020 г. при новом рассмотрении апелляция изменила решение первой инстанции: Николаю Дружинину возмещен ущерб в общей сумме 71 тыс. руб., а также в его пользу взыскана неустойка с 4 августа 2020 г. по день фактического исполнения ответчиком своих обязательств, исходя из расчета 1% в день от суммы невыплаченного страхового возмещения, в размере, не превышающем 375 тыс. руб. В удовлетворении остальной части исковых требований было отказано. Апелляционный суд указал, что поскольку страховое возмещение было определено истцу в денежном эквиваленте, а не в соответствии с правилами, предусмотренными п. 15.1–15.3 ст. 12 Закона об ОСАГО, то размер расходов на запасные части должен определяться в соответствии с п. 19 ст. 12 данного Закона, то есть с учетом износа комплектующих изделий.

Апелляционная инстанция также отметила, что Закон ввел правило, в соответствии с которым страховщик при наступлении страхового случая обязуется возместить потерпевшему причиненный вред не в полном объеме, а лишь в пределах указанной в его ст. 7 страховой суммы и с учетом износа комплектующих изделий, подлежащих замене при восстановительном ремонте. Суд подчеркнул, что данное правило направлено на обеспечение баланса экономических интересов всех участвующих в страховом правоотношении лиц и на доступность цены договора ОСАГО для владельцев ТС. Суд кассационной инстанции согласился с выводами апелляции.

В кассационной жалобе в Верховный Суд Николай Дружинин обжаловал судебные постановления судов апелляционной и кассационной инстанций. После изучения материалов дела Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ со ссылкой на п. 1 ст. 15 ГК РФ напомнила, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Суд также указал на право потерпевшего самостоятельно организовать проведение восстановительного ремонта поврежденного транспорта на СТО, у которой отсутствует договор со страховщиком, при наличии согласия страховой компании в письменной форме. ВС пояснил, что п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО установлен перечень случаев, когда страховое возмещение вместо организации и оплаты восстановительного ремонта осуществляется в форме страховой выплаты, данная замена может произойти по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств. В связи с этим Суд заметил, что сам по себе отказ СТО в осуществлении восстановительного ремонта ТС потерпевшего не тождественен основаниям, предусмотренным упоминаемым перечнем, и, соответственно, не освобождает страховщика от обязательств по восстановительному ремонту. Отказ не дает права страховщику в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства по оплате ремонта в натуре с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий на выплату страхового возмещения в денежной форме, добавил Верховный Суд.

В рассматриваемом случае ремонт автомобиля на СТО, куда страховщик направил потерпевшего, произведен не был. Вины в этом самого потерпевшего не установлено, подчеркнул ВС. Впоследствии страховщик в одностороннем порядке перечислил страховое возмещение в денежной форме. При этом Суд обратил внимание, что указанных в п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО обстоятельств, дающих страховщику право на замену формы страхового возмещения, судами не установлено.

Суд указал, что при наличии вины причинителя вреда основанием для отказа в иске является умысел потерпевшего, а для уменьшения размера возмещения – грубая неосторожность потерпевшего, за исключением возмещения отдельных расходов

Таким образом, Верховный Суд заключил, что выводы судов апелляционной и кассационной инстанций о том, что страховщик правомерно произвел выплату страхового возмещения истцу в денежной форме и не должен возмещать убытки, вызванные отказом в организации и оплате ремонта ТС в натуре, противоречат приведенным выше положениям закона. В связи с выявленными нарушениями дело было направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Адвокат АП Нижегородский области Елисавета Ноянова считает, что ВС РФ в очередной раз воспроизвел позицию о применении положений п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО и о его императивном характере. По мнению адвоката, практически полезной представляется позиция о действии принципа полной компенсации причиненных убытков. Адвокат отметила, что зачастую рассматриваемая презумпция встает в противовес с принципами разумности и чрезмерности, поскольку при получении ущерба потерпевшая сторона не должна получить обогащения.

Елисавета Ноянова подчеркнула, что нередко в спорах потребителей с профессиональными участниками гражданского оборота снижаются заявленные представительские расходы, в этих случаях суды руководствуются принципами справедливости, соразмерности, а также положениями процессуального законодательства. При этом эксперт указала, что имеют место случаи необоснованно высоких гонораров представителей, которые вполне правомерно снижаются. «Однако можно ли считать выводы правоприменителей о снижении рассматриваемых расходов соответствующими положениям ст. 15 и ст. 393 ГК, в случае если они соответствуют среднерыночным по региону и подтверждена их реальность? Полагаю, что нет, поскольку в таком случае нельзя говорить о восстановлении прав потерпевшей стороны», – добавила адвокат.

Юрист практики разрешения споров Lidings Эллина Изоткина указала, что предусмотренный законом порядок выплаты страхового возмещения и оплаты ремонта транспортного средства страховыми компаниями детализирован законодателем не случайно. По ее словам, регулярность происходящих ДТП предполагает простоту и понятный для простого гражданина процесс компенсации причиненного ему вреда (возмещения убытков) страховой компанией. Нарушение такого порядка, тем более в одностороннем порядке, влечет за собой нарушение прав граждан, пояснила эксперт.

Эллина Изоткина обратила внимание на то, что фактически Суд установил, что одностороннее изменение страховой компанией формы страховой выплаты по собственному усмотрению без наличия на то оснований, в том числе в договоре страхования, является нарушением прав страхователя. «Верховный Суд в очередной раз указал на недопустимость злоупотребления доминирующим положением страховыми компаниями», – считает юрист.

По мнению эксперта, обратная ситуация позволила бы страховым компаниям не только по собственному усмотрению отказывать страхователю в компенсации стоимости ремонта транспортного средства, но и, как в рассматриваемом деле, существенно уменьшать размер страховой выплаты. «Страховые договоры должны предусматривать возможность изменений по согласованию сторон формы страхового возмещения. Между тем для ненарушения прав страхователей положения таких договоров должны предусматривать среди прочего подробный порядок установления размера денежной выплаты страховой компанией страхователю», – резюмировала Эллина Изоткина.

Статья 14. Право регрессного требования страховщика к лицу, причинившему вред

(в ред. Федерального закона от 21.07.2014 N 223-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

Перспективы и риски арбитражных споров и споров в суде общей юрисдикции. Ситуации, связанные со ст. 14

Споры в суде общей юрисдикции:

1. К страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если:

(в ред. Федерального закона от 28.03.2017 N 49-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

а) вследствие умысла указанного лица был причинен вред жизни или здоровью потерпевшего;

б) вред был причинен указанным лицом при управлении транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного) либо указанное лицо не выполнило требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения или оно не выполнило требование Правил дорожного движения Российской Федерации о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки, наркотические или психотропные вещества после дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен;

(см. текст в предыдущей редакции)

в) указанное лицо не имело права на управление транспортным средством, при использовании которого им был причинен вред;

г) указанное лицо скрылось с места дорожно-транспортного происшествия;

(в ред. Федерального закона от 02.07.2021 N 331-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

е) страховой случай наступил при использовании указанным лицом транспортного средства в период, не предусмотренный договором обязательного страхования (при заключении договора обязательного страхования с условием использования транспортного средства в период, предусмотренный договором обязательного страхования);

(см. текст в предыдущей редакции)

з) до истечения 15 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня дорожно-транспортного происшествия указанное лицо в случае оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции приступило к ремонту или утилизации транспортного средства, при использовании которого им был причинен вред, и (или) не представило по требованию страховщика данное транспортное средство для проведения осмотра и (или) независимой технической экспертизы;

и) на момент наступления страхового случая истек срок действия диагностической карты, содержащей сведения о соответствии транспортного средства обязательным требованиям безопасности транспортных средств, легкового такси, автобуса или грузового автомобиля, предназначенного и оборудованного для перевозок пассажиров, с числом мест для сидения более чем восемь (кроме места для водителя), специализированного транспортного средства, предназначенного и оборудованного для перевозок опасных грузов;

(в ред. Федеральных законов от 06.06.2019 N 122-ФЗ, от 01.04.2022 N 81-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

к) владелец транспортного средства при заключении договора обязательного страхования предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии;

(см. текст в предыдущей редакции)

л) вред был причинен указанным лицом при использовании транспортного средства с прицепом при условии, что в договоре обязательного страхования отсутствует информация о возможности управления транспортным средством с прицепом, за исключением принадлежащих гражданам прицепов к легковым автомобилям.

2. Страховщик имеет право предъявить регрессное требование в размере осуществленного страхового возмещения к оператору технического осмотра, оформившему диагностическую карту, содержащую сведения о соответствии транспортного средства обязательным требованиям безопасности транспортных средств, если страховой случай наступил вследствие неисправности транспортного средства и такая неисправность выявлена или могла быть выявлена в момент проведения технического осмотра этим оператором технического осмотра, но сведения о ней не были внесены в диагностическую карту.

(в ред. Федеральных законов от 28.03.2017 N 49-ФЗ, от 06.06.2019 N 122-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

3. Страховщик вправе требовать от лиц, указанных в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, возмещения расходов, понесенных при рассмотрении страхового случая.

4. Положения настоящей статьи распространяются на случаи возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего в результате дорожно-транспортного происшествия, страховщиком, застраховавшим его гражданскую ответственность, с учетом особенностей, установленных статьей 14.1 настоящего Федерального закона.

5. Регрессное требование о возмещении вреда, причиненного транспортному средству, не может быть предъявлено к пешеходу в случае причинения вреда его здоровью либо к его родственникам или наследникам в случае его смерти в результате дорожно-транспортного происшествия с участием этого транспортного средства.

6. К профессиональному объединению страховщиков, осуществившему компенсационную выплату лицам, указанным в пункте 2.1 статьи 18 настоящего Федерального закона, переходит право требования потерпевшего к лицам, указанным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, в размере осуществленной компенсационной выплаты.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: