Последствия несоблюдения правил подведомственности гражданских дел суду общей юрисдикции

Обновлено: 06.02.2023

В статье 22 ГПК содержатся положения о подведомственности гражданских дел судам.

Общее правило – судебная подведомственность судам общей юрисдикции. Закреплено в части 1 пункте 1 статьи 22 ГПК.

Критерии подведомственности судам общей юрисдикции, следующие из ч. 1 п. 1 ст. 22 ГПК:

1) Наличие спора должно быть обязательным. Наличие спора о праве. Если нет спора… Ну, на нет и суда нет. Скажем, если между наследниками спора нет – они идут к нотариусу, а не в суд. Или если между супругами спора нет, то они за расторжением брака пойдут в загс, а не в суд.

2) Характер спорного правоотношения. По общему правилу судам общим юрисдикции подведомственны дела, которые вытекают из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений. Здесь частноправовые споры, это отношения равноправных субъектов.

По этому критерию следует отграничивать подведомственность судам общей юрисдикции от арбитражных судов: если спор является экономическим, связанным с предпринимательской деятельностью – то в арбитражный суд идём.

Оспаривание нормативно-правовых актов. Если налоговый акт касается в сфере налогообложения, регулирования страховой, оценочной деятельности, долевого строительства многоквартирных домов и т.д. Тогда оспаривать в арбитражный суд. Причём независимо от субъектного состава – если права не-предпринимателей нарушаются.

3) Субъектный состав. Он всегда выделялся как необходимый критерий между судами общей юрисдикции и арбитражных судов. Если спор с участием граждан – то общей юрисдикции. Если с предприниматели или юридические лица – то в арбитражный суд. НО. На сегодняшний день этот критерий во многом утратил силу, ибо в арбитражном суде расширена компетенция – теперь и граждане могут оспаривать в арбитражный суд. То есть роль играет этот фактор, но не решающий.

Два основных: наличие спора о праве и характер правоотношения.

Но есть и исключения. Статья 22, часть 1, пункты 2-6. Скажем, дела приказного производства – они без спора, но рассматриваются судом общей юрисдикции. И дела особого производства – туда же. И дела, возникающие из публичных правоотношений.

Разъяснения ВАС и ВС – если граждан осуществляет предпринимательскую деятельность без регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, и возникли споры – то оспаривать в суд общей юрисдикции.

Если гражданин хочет стать индивидуальным предпринимателем, обращается за регистрацией, но ему в ней отказывают – тогда он обращается в арбитражный суд.

Закон устанавливает определённые процессуальные последствия несоблюдения подведомственности.

Если в суд общей юрисдикции поступает заявление, которое не подведомственно суду общей юрисдикции и это очевидно, то судья отказывает в принятии искового заявления на основании статьи 134 части 1 пункта 1 ГПК РФ.

Но бывает так, что трудно сразу определить подведомственность спора, и судья принял исковое заявление, а в последствие выяснилось, что оно не подведомственно. В этом случае нельзя рассматривать. Европейский суд сказал, что это фундаментальная, серьёзнейшая ошибка, ибо нарушается право на законный суд. Производство по делу если допущена ошибка в определении подведомственности то производство по делу прекращается – это статья 220 абзац 2 ГПК.

Вывод: неподведомственное дело не может рассматриваться этим судом. Иначе - серьёзная ошибка, серьёзное нарушение.

Спор может быть сложным, и одни требования подведомственны судам общей юрисдикции, а другие – арбитражным. В этом случае – статья 22. Тут два варианта: если разделить эти требования возможно без ущерба, то они разделяются и рассматриваются в соответствии с компетенции. Если такое разделение невозможно, то всё дело, всё требование подлежит рассмотрению в суде общей юрисдикции. Здесь реализуется принцип универсальной подведомственности суда общей юрисдикции.

Законодатель наконец-то отказался от подведомственности. Причем не только от использования термина, но и в целом от института как предпосылки права на обращение в суд (см.: п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ в новой редакции). С 01.10.2019, т.е. с даты вступления в силу закона, новеллизирующего процессуальные кодексы, термин "подведомственность" заменяется термином "компетенция", а сам институт трансформируется в подсудность с присущими ей последствиями нарушения: обращение в суд общей юрисдикции, в то время как дело подлежит рассмотрению в арбитражном суде, будет влечь возвращение искового заявления в стадии возбуждения (п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ в новой редакции), либо, если дело было ошибочно возбуждено, его передачу по подсудности в арбитражный суд (ч. 2.1 ст. 33 ГПК РФ в новой редакции), и наоборот (п. 1 ч. 1 ст. 129 АПК РФ, ч. 4 ст. 39 АПК РФ в новой редакции).

Еще в момент обсуждения законопроекта, а потом и после его принятия многие поспешили заявить, что, мол, нового ничего не произошло, один термин заменили другим ("подведомственность" на "компетенцию"), что делает данные поправки не более, чем техническими.

Это, конечно, не так. Основной смысл поправок - не в изменении терминологии, а в качественном реформировании механизма реализации права на обращение в суд. Напомню, что в доктрине цивилистического процесса право на обращение в суд мыслится как право процессуальное, для реализации которого важны предпосылки, нарушение которых свидетельствует об отсутствии у лица права на обращение в суд и влечет в стадии возбуждения производства по делу отказ в принятии заявления, а после возбуждения - прекращение ошибочно возбужденного производства по делу, и условия реализации. Последние влекут наступление иных последствий: в стадии возбуждения - возвращение заявления либо оставление его без движения, а после возбуждения - оставление без рассмотрения либо передачу по подсудности.

Нетрудно догадаться, что подведомственность классически понималась законодателем как предпосылка права на обращение в суд, последствия нарушения которой весьма жесткие для стороны. Обсуждаемые новеллы - это не борьба за терминологическую чистоту; их глубинный смысл - ликвидация одной из предпосылок права на обращение в суд (подведомственности) и, соответственно, расширение перечня условий его реализации (подсудности).

Нисколько не сомневаюсь, что это решение ожидаемое и правильное. Практика давно показала, что судебная защита стремится к единству, и юрисдикционные органы, осуществляющие эту защиту, не могут и не должны быть отгорожены друг от друга "китайской стеной". Иное приводит к тому, что в ряде случаев все негативные последствия "споров о подведомственности" ложатся на стороны. Банально - отказ в принятии со стороны обеих судебных подсистем по мотиву неподведомственности. Ситуация настолько тупиковая, что России пришлось проиграть дело в ЕСПЧ (Безымянная против РФ, жалоба № 21851/03), а ВАС РФ - запрещать судам прекращать производство по делу [читай: в т.ч. отказывать в принятии], если ранее уже был отказ в принятии от суда общей юрисдикции (постановления от 21.10.2008 № 7131/08; от 06.10.2009 № 7029/09 и 7440/09).

Есть и еще одна проблема, порождаемая существованием подведомственности в статусе предпосылки права на обращение в суд. Яркий пример - ситуация, обсуждаемая в определении Верховного Суда РФ от 13.04.2016 № 306-ЭС15-14024. Суть дела в двух словах такова:

  1. муниципалитетом предъявлен иск к физическому лицу без статуса ИП о сносе самовольной постройки;
  2. судебные акты неоднократно отменялись в апелляционных и кассационных инстанциях по различным основаниям, не связанным с неподведомственностью;
  3. о неподведомственности истец не заявлял, хотя ответчица указывала на свой статус;
  4. дело стало многотомным с большим количеством доказательств, в т.ч. судебных экспертиз;
  5. на третьем или четвертом круге обжалования суд округа отменяет судебные акты и прекращает производство по делу в связи с неподведомственностью спора.

Так сказать, решение смешное, а ситуация страшная: ответчик затратил колоссальные финансовые и человеческие ресурсы на ведение дела в арбитражных судах, а в итоге может оказаться в ситуации, когда придется начинать все с начала в суде общей юрисдикции.

Верховный Суд РФ это понимал и предложил следующее решение:

Хотя ответчик-гражданин заявлял о неподведомственности дела арбитражному суду, истец об этом не просил, против рассмотрения дела не возражал, фактически признав гражданина ответчиком по делу, рассматриваемому в арбитражном суде. В таком случае истец утрачивает право на возражение (эстоппель) в отношении процессуального статуса ответчика и компетенции суда, рассматривающего спор. Суд не должен был отменять решение и прекращать производство по делу только в целях соблюдения правила о подведомственности (правовой пуризм), а не для устранения существенной судебной ошибки, поскольку дело рассматривалась несколько лет в арбитражных судах трех инстанций по существу спора, в которое стороны представили множество доказательств, касающихся возведения спорных построек, их расположения, на основании одного из судебных актов по которому были снесены постройки, а затем заявлено требование о взыскании убытков в связи с их сносом и проведена экспертиза по размеру убытков.

Судебный акт вызывает смешанные чувства. С одной стороны, бесспорно, решение крайне позитивное, направленное на защиту интересов стороны в процессе. Высший суд ориентирует на то, что "чистота" права не может быть самоцелью для судебных инстанций, особенно в ситуациях, когда это приводит к явному ущемлению прав одной из сторон в споре. Кроме того, применение в данном деле доктрины эстоппель фактически демонстрирует тенденцию на слияние подведомственности с подсудностью задолго до "революционного" 451-ФЗ (эстоппель применяется к нарушению подсудности еще с 2011 года. См.: п. 6.2 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36).

Однако есть серьезное но. Появление п. 6.2 Постановления Пленума ВАС РФ № 36 стало возможным, поскольку рассмотрение дела с нарушением подсудности с точки зрения оснований к отмене судебного акта есть нарушение нормы процессуального права, влекущее отмену только в случае, если оно привело или могло привести к принятию неправильного судебного решения (ч. 3 ст. 270 АПК РФ, ч. 3 ст. 330 ГПК РФ, п. 37 Постановления Пленума ВС РФ от 19.06.2012 № 13). Другими словами, это т.н. "условное" нарушение закона, порочащее судебный акт лишь при наличии неблагоприятных последствий в виде принятия неправильного решения. Оставим в стороне дискуссию о том, правильно ли это (ВС РФ демонстрирует иной подход в абз. 2 п. 37 Постановления Пленума ВС РФ от 19.06.2012 № 13).

С подведомственностью же в рамках действующего нормативного материала ситуация иная. Рассмотрение судом неподведомственного ему дела расценивается как такое нарушение нормы процессуального права, которое влечет безусловную отмену судебного акта по п. 1 ч. 4 ст. 270 АПК РФ, п. 1 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ. А это означает лишь одно - эти нормы процессуального права самим законодателем квалифицированы как особо важные, соблюдение которых есть непременное условие именно правосудной деятельности. Верно и обратное -действия вопреки этим правилам сущностно порочит правосудие как особую форму судебной защиты.

Верховный Суд в приведенном определении делает совершенно противоположный вывод, который, по сути, позволяет в определенных ситуациях оставлять в силе судебный акт даже при наличии безусловных нарушений норм процессуального права. Но последние на то и "безусловные", что их применение не зависит от поведения сторон, возникших правовых последствий и даже усмотрения апелляционного или кассационного суда, для которого в этих ситуациях предусмотрено исключение их общих пределов проверки: суд не связан доводами жалобы и обязан реагировать на эти нарушения по своей инициативе.

В сухом остатке получаем следующее: подведомственность уходит в историю, но оставляет после себя весьма спорные и противоречивые подходы, потенциально применимые и к вполне "чистым" процессуальным институтам.


Условием передачи кассационных жалоб, представлений в Судебную коллегию Верховного Суда РФ являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявшие на исход судебного разбирательства и приведшие к нарушению прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 1 статьи 291.1 АПК РФ).

«Довод заявителя о неподведомственности настоящего спора арбитражному суду отклоняется, поскольку проверялся судами трех инстанций и отклонен с указанием мотивов отклонения, [И, ВНИМАНИЕ, ДАЛЕЕ ФРАЗА!] указанный довод, сам по себе, не свидетельствует о наличии существенной судебной ошибки, которая может быть предметом исправления высшей судебной инстанции государства».

Это, что получается, возможная ошибка в вопросе подведомственности спора (не берем во внимание конкретное дело) НЕ ЯВЛЯЕТСЯ СУЩЕСТВЕННОЙ, и «высшая судебная инстанция государства», коим, по-видимому, является Верховный Суд РФ, даже если ее установит, не сможет ничего поделать?

Корректна ли указанная фраза при абстрактном толковании?

По моему мнению, вопрос о подведомственности в любом случае является существенным, т.к. косвенно вытекает из ст. 47 (ч. 1) Конституции РФ (хотя там о подсудности, но эти категории взаимосвязаны). Поэтому и ошибки с подведомственностью тоже являются существенными. Это подтверждается и правовыми позициями Конституционного Суда РФ, на которые содержатся ссылки во многих актах Верховного Суда РФ: «Разрешение дела с нарушением правил подсудности (подведомственности) не отвечает и требованию справедливого правосудия, поскольку суд, не уполномоченный на рассмотрение того или иного конкретного дела, не является по смыслу ч. 1 ст. 46 и ч. 1 ст. 47 Конституции Российской Федерации законным судом, а принятые в результате такого рассмотрения судебные акты не обеспечивают гарантии прав и свобод в сфере правосудия» (см., например, постановления Верховного Суда РФ от 13.02.2017 № 41-АД17-1, от 21.06.2017 № 31-АД17-6, от 08.12.2017 № 74-АД17-14).

Другой разговор, что в любом случае при итоговом оспаривании дело попадет в Верховный Суд РФ, неважно арбитражный суд или суд общей юрисдикции его рассматривал. Но, все равно, если судья Верховного Суда РФ увидела б нарушение правил подведомственности, то это, полагаю, повод передать дело в коллегию, если указанное нарушение, по мнению судьи, привело к нарушению прав и законных интересов заявителя.

Подсудность – важнейший институт процессуального права, позволяющий определить относимость подведомственной категории дела к ведению того или иного суда. Правовое регулирование института подсудности в процессуальном законодательстве направлено на реализацию конституционного принципа, закрепленного в ч. 1 ст. 47 Конституции РФ, согласно которому никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

В гражданском и арбитражном процессе существуют общие правила подсудности дел, а так же исключения из данных правил. Например, альтернативная подсудность (по выбору истца), подсудность по связи дел, договорная подсудность (подсудность устанавливается самостоятельно сторонами гражданско-правового договора), исключительная подсудность. Из всех перечисленных специальных видов подсудности в рассматриваемой теме нас интересует именно исключительная подсудность применительно к гражданским спорам, вытекающим из семейных правоотношений, а именно споры по разделу имущества супругов.

Институт исключительной подсудности в российском законодательстве закреплен в целях того, что бы облегчить работу суда при собирании и исследовании доказательств, а так же последующим исполнении постановленного судебного акта.

При этом, законодательство и судебная практика правоприменения однозначно не отвечает на вопрос: применяется ли исключительная подсудность при предъявлении иска о разделе недвижимого имущества супругов.

Из содержания нормы ст. 30 ГПК РФ следует, что по спорам «о правах на недвижимое имущество» такая подсудность должна применяться. При этом возникает вопрос, а является ли требование о разделе имущества супругов (общей совместной собственности) иском «о праве на недвижимое имущество»? Исходя из буквального толкования не однозначно, является ли раздел имущества супругов (по общему правилу это ½ каждому из супругов) именно «правовым спором» по поводу недвижимого имущества. Ведь семейное законодательство устанавливает правила раздела имущества, момент возникновения права собственности на недвижимость, в силу принципа внесения, возникает с момента внесения о ней записи в государственный реестр, что позволяет установить момент его приобретения (в браке или до брака). В случае, если имеет место дарение, приобретение недвижимости по наследству, то это в силу норм семейного законодательства не попадает в имущественную массу подлежащую разделу между супругами. Из такого примитивного рассуждения можно сделать достаточно простой вывод, что «спор о правах» отсутствует, а значит «правильно» большинство судов общей юрисдикции отказывают применять в исках о разделе недвижимого имущества супругов правила об исключительной подсудности и советуют истцам обращаться в суд по правилам ст. 28 ГПК РФ (по месту жительства ответчика).

Схожий подход находит массовое отражение и в судебной практике. Так, например Мосгорсуд в апелляционном определении от 18.02.2020 по делу N 33-7530/2020, М-6228/2019 указал: «В силу положений ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно ч. 3 ст. 38 СК РФ, при разделе общего имущества супругов, суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

В соответствии с ч. 1 ст. 30 ГПК РФ иски о правах на недвижимое имущество рассматриваются в суде по месту нахождения этого имущества (исключительная подсудность).

К искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, о признании права, об установлении сервитута, об установлении границ земельного участка, об освобождении имущества от ареста (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Следовательно, иски о разделе имущества, нажитого в период брака, между супругами не являются исками о правах на недвижимое имущество, поскольку они не направлены на установление или признание права собственности супругов на нажитое ими в период брака имущество, так как законом установлено право совместной собственности на нажитое в период брака имущество, в том числе недвижимое.

Указанные иски направлены на изменение режима собственности нажитого в период брака имущества, а именно: с совместной собственности на долевую. Таким образом, названные требования не являются исками о правах, а, следовательно, должны рассматриваться судом, исходя из общих правил подсудности, предусмотренных ст. 28 ГПК РФ, то есть по месту жительства ответчика, даже тогда, когда истец просит разделить недвижимое имущество, нажитое в период брака».

На мой взгляд, данный подход при всей своей дискуссионности является в корне не правильным с точки зрения процессуального права. Для начала необходимо разобраться в дефиниции, что такое «спор о правах». Существует множество научных публикаций, фундаментальных исследований, которые профессионально разбираются в сущности данного понятия. Мне, в публицистических целях достаточно представить свое (более общее видение) рассматриваемого термина. Спор о праве применительно к имущественным искам – это конфликт интересов участников правоотношения (в данном случае семейного правоотношения) по поводу принадлежности недвижимого (либо движимого) имущества тому или иному участнику. И такой конфликт имеет место быть, так как, говоря о разделе имущества супругов презюмируется судебный спор (конфликт интересов, который супруги пытаются урегулировать в судебном порядке). В ином случае, если бы отсутствовал материально-правовой спор, то не имел бы места предмет иска.

К сказанному тезису следует добавить дополнительный аргумент. Представим ситуацию, что один из супругов при предъявлении иска заявляет требования об отступлении от равенства долей, о признании права на объект недвижимости за собой (путём исключения имущества из режима общей совместной), предъявляя при этом доказательства того, что например, денежные средства на приобретение объекта недвижимости являлись личными одного из супругов. Проверяет ли судья данные обстоятельства в исковом заявлении одного из супругов при принятии искового заявления к производству? Практика показывает, что не всегда.

Например, Мособлсуд в апелляционном определении от 23.12.2020 по делу N 33-34368/2020, М-10216/2020 закрепил интересную правовую позицию: «из иска усматривается, что между сторонами возник спор не только по разделу совместно нажитого имущества, но и относительно принадлежности недвижимого имущества, по сути, спор о праве, поскольку истец полагала о том, что недвижимое имущество, находящееся на территории, подсудной Одинцовскому городскому суду Московской области, является не супружеским, а ее личным».

Судебная практика говорит об обратном, так как судьи судов общей юрисдикции, в своем большинстве, не находят оснований в подобных делах для применения исключительной подсудности.

Наиболее странной является ситуация «региональной практики», когда в одних регионах иски о разделах имущества супругов – исключительная подсудность, а в других регионах не суды не усматривают оснований для её применения. В сложившейся правовой неопределенности имеет место более огорчительная ситуация, когда судьи одного и того же суда по аналогичным делам принимают разные процессуальные решения, то признавая исключительную подсудность, то отвергая возможность её применения.

Общее правило в теории гражданского процесса относительно исключительной подсудности гласит, что при конкуренции данного вида подсудности, с иными видами территориальной подсудности предпочтение всегда отдается подсудности исключительной.

Верховный суд Российской Федерации неоднократно высказывал позицию, о том, что иски о любых правах на недвижимое имущество (в том числе, вытекающих из семейных правоотношений) подлежат разрешению в соответствии с правилом об исключительной подсудности.

Согласно разъяснениям, данным в «Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за четвертый квартал 2003 года» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ от 07 апреля 2004 года), часть 1 ст. 30 ГПК РФ устанавливает исключительную подсудность исков о правах на земельные участки, в том числе жилые и нежилые помещения, строения, сооружения, другие объекты, прочно связанные с землей. Такие иски предъявляются в суд по месту нахождения этих объектов. Исключительная подсудность установлена для исков о любых правах на недвижимое имущество (земельные участки, жилье и нежилые помещения, здания, строения и т.д.), в том числе о праве владения и пользования им, о разделе недвижимого имущества, находящегося в долевой или совместной собственности, и выделе из него доли, о праве пользования недвижимым имуществом (включая определение порядка пользования им), не связанным с правом собственности на него (например, о правах, возникших из договоров найма жилого помещения, аренды, купли-продажи и т.п.).

В соответствии с п. 5 «Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.12.2013), иски о правах на объекты долевого строительства, включая объекты незавершенного строительства, предъявляются в соответствии со статьей 30 ГПК РФ по месту нахождения объекта долевого строительства. Из буквального толкования приведенной правовой позиции ВС РФ следует, что к искам о разделе имущества супругов, предметом которого является объект незавершенного строительства – многоквартирный дом, который был приобретен в браке, должны применяться правила исключительной подсудности.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12 октября 2006 г. N 54 «О некоторых вопросах подсудности дел по искам о правах на недвижимое имущество» к искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, об установлении сервитута, о разделе имущества, находящегося в общей собственности, о признании права, об установлении границ земельного участка, об освобождении имущества от ареста.

Исходя из приведенных правовых позиций высших судов (в том числе применяя аналогию) следует, что при разделе недвижимого имущества супругов правила об исключительной подсудности применяются, а иной подход судов, на мой взгляд, является ошибочным и не основан на правильном понимании и применении норм процессуального права.

В заключении приведу судебную практику относительно данной позиции.

Например, Мосгорсуд в ряде определений соглашается с тем, что раздел недвижимого имущества супругов является исключительной подсудностью (Апелляционное определение Московского городского суда от 18.12.2019 N 33-56376/2019; Апелляционное определение Московского городского суда от 28.02.2020 по делу N 33-7601/2020; Апелляционное определение Московского городского суда от 01 апреля 2021 г. по делу N 33-13575/2021; ), а в ряде определений данную позицию опровергает (Апелляционное определение Московского городского суда от 04.10.2019 по делу N 33-43964/2019; Апелляционное определение Московского городского суда от 26.09.2019 по делу N 33-36562/2019; Апелляционное определение Московского городского суда от 26.06.2020 по делу N 33-22829/2020).

Московский областной суд в большинстве случаев склонен придерживаться позиции отрицания в рассматриваемой категории дел возможности применения исключительной подсудности, а ВС Удмуртской республики наоборот активно продвигает позицию необходимости применения исключительной подсудности (апелляционное определение СК по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 18 мая 2015 г. по делу N 33-1732/2015).

При детальном изучении региональной практики судов общей юрисдикции наиболее очевиден «разнобой» правовых позиций судов. На мой взгляд, назрела необходимость вмешательства ВС РФ в разрешение подобных споров о подсудности и в целях единообразия правоприменительной практики разъяснить спорное положение в постановлении пленума.

Пишите в комментариях, как вы считаете, при предъявлении иска о разделе недвижимого имущества находящегося в общей совместной собственности супругов, применяется исключительная подсудность?

В 46 статье Конституции закреплено право каждого на защиту своих прав и интересов в суде. В ГК в статье 11 сказано, что нарушенные гражданские права могут защищаться в суде или в административном порядке.

Подведомственность есть категория, которая применяется для разграничения споров по разрешению споров и защите прав между различными судебными и несудебными органами.

Понятие подведомственности даётся в наших учебниках:

Подведомственность – это круг дел, отнесённых законом к компетенции того или иного судебного или несудебного органа.

Правила подведомственности устанавливаются как виды подведомственности, то есть правила = виды подведомственности.

Можно выделить общее правило и специальное правило подведомственности.

Общее правило – это правило, которое формулируется в самом общем виде в законе применительно ко всем делам, которые подведомственны тому или иному органы.

Скажем, статья 1 ФКЗ «О конституционном суде» написано, что «Конституционный суд разрешает дела о соответствии Конституции: ФЗ, указов президента…».

Статья 29 АПК – там тоже общее правило, в соответствие с которым «арбитражный суд рассматривает дела по экономическим спорам, предпринимательской деятельности…».

Статья 22 ГПК – там тоже сформулировано общее правило. Самое общее правило – часть 1 пункт 1 статьи 22 ГПК: судам общей юрисдикции подведомственны споры, возникающие из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, экологических или иных правоотношений.

Второй вид подведомственности – в законе содержатся специальные правила.

Специальные правила устанавливаются либо как конкретизация общего правила, или как исключение из общего правила.

Специальная подведомственность очень разнообразно, её можно разделить на виды.

Виды специальной подведомственности:

Единичная (или исключительная) подведомственность – это подведомственность, которая определяет подведомственность конкретных категорий дел исключительно одному органы. Например, дела о банкротстве рассматривают исключительно арбитражные суды. «Корпоративные споры» тоже только арбитражные суды рассматриваются. Дела о восстановлении уволенного работника – только суды общей юрисдикции. Дела о лишении родительских прав – только суды общей юрисдикции. Множественная подведомственность означает, что один и тот же спор, одно и то же дело может рассматриваться одними и теми же органами. 1) Альтернативная подведомственность, которая допускает возможность рассмотрения спора в одном из органов, указанных в законе, по выбору заинтересованного лица. Например, НК предусматривает, что обжалование действий и решений налоговых органов возможно либо в вышестоящие налоговые органы, либо в суд. В проекте закона о полиции: либо в вышестоящий орган, либо в прокуратуру, либо в суд. Комиссия по трудовым спорам – это тоже альтернативный вариант. 2) Договорная подведомственность – это подведомственность, которая допускает возможность рассмотрения дела в одном из указанных в законе органов по соглашению сторон. Например, расторжение брака между супругами, у которых нет несовершеннолетних детей, по соглашению между собой они могут пойти не в суд, а в органы загса. Например, по взысканию алиментов на несовершеннолетних детей, если родители сами договорились о алиментах, то они идут с этим соглашением к нотариусу. Эмансипация – органами опеки и попечительства, если законные представители согласны. 3) Условная подведомственность – это подведомственность, допускающая обращении в суд только после соблюдения предварительного порядка урегулирования споров самими сторонами. То есть когда стороны, прежде чем обратиться в суд, должны обязательно попробовать договориться сами. Например, расторжение и изменение договора – сторона может обратиться в суд, если другая сторона отказалась от расторжения или изменения договора либо не ответила на запрос. Предъявление претензий в случае транспортных услуг и т.д.

Принципы института подведомственности.

Подведомственность – межотраслевой институт и он основан на принципах:

1. Закон устанавливает преобладающую подведомственность дел судебным органам. Компетенция по разрешению спорных моментов компетенция судов значительно шире, нежели административных органов и т.д.

2. Принцип преобладающей подведомственности дел судам общей юрисдикции. Имеется ввиду, что большинство дел подведомственно судам общей юрисдикции, это, можно сказать, универсальная подведомственность. Если мы не знаем, куда обратиться, так как закон не очень чётко формулирует или вообще не формулирует, то надо обращаться в суды общей юрисдикции.

3. Принцип определения подведомственности в зависимости от характера спорного правоотношения. Скажем, если связано с экономическими – арбитражными, если публично-правовые отношения – по большей части административными органами…

4. Принцип предоставления заинтересованным лицам права использования альтернативных процедур. То есть не всегда следует обращаться в суд, а можно в другие – это могут быть и третейский суд, и посредничество (медиация), в загс, в нотариат…

Это касалось о подведомственности вообще как о межотраслевом институте.

В статье 22 ГПК содержатся положения о подведомственности гражданских дел судам.

Общее правило – судебная подведомственность судам общей юрисдикции. Закреплено в части 1 пункте 1 статьи 22 ГПК.

Критерии подведомственности судам общей юрисдикции, следующие из ч. 1 п. 1 ст. 22 ГПК:

1) Наличие спора должно быть обязательным. Наличие спора о праве. Если нет спора… Ну, на нет и суда нет. Скажем, если между наследниками спора нет – они идут к нотариусу, а не в суд. Или если между супругами спора нет, то они за расторжением брака пойдут в загс, а не в суд.

2) Характер спорного правоотношения. По общему правилу судам общим юрисдикции подведомственны дела, которые вытекают из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений. Здесь частноправовые споры, это отношения равноправных субъектов.

По этому критерию следует отграничивать подведомственность судам общей юрисдикции от арбитражных судов: если спор является экономическим, связанным с предпринимательской деятельностью – то в арбитражный суд идём.

Оспаривание нормативно-правовых актов. Если налоговый акт касается в сфере налогообложения, регулирования страховой, оценочной деятельности, долевого строительства многоквартирных домов и т.д. Тогда оспаривать в арбитражный суд. Причём независимо от субъектного состава – если права не-предпринимателей нарушаются.

3) Субъектный состав. Он всегда выделялся как необходимый критерий между судами общей юрисдикции и арбитражных судов. Если спор с участием граждан – то общей юрисдикции. Если с предприниматели или юридические лица – то в арбитражный суд. НО. На сегодняшний день этот критерий во многом утратил силу, ибо в арбитражном суде расширена компетенция – теперь и граждане могут оспаривать в арбитражный суд. То есть роль играет этот фактор, но не решающий.

Два основных: наличие спора о праве и характер правоотношения.

Но есть и исключения. Статья 22, часть 1, пункты 2-6. Скажем, дела приказного производства – они без спора, но рассматриваются судом общей юрисдикции. И дела особого производства – туда же. И дела, возникающие из публичных правоотношений.

Разъяснения ВАС и ВС – если граждан осуществляет предпринимательскую деятельность без регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, и возникли споры – то оспаривать в суд общей юрисдикции.

Если гражданин хочет стать индивидуальным предпринимателем, обращается за регистрацией, но ему в ней отказывают – тогда он обращается в арбитражный суд.

Закон устанавливает определённые процессуальные последствия несоблюдения подведомственности.

Если в суд общей юрисдикции поступает заявление, которое не подведомственно суду общей юрисдикции и это очевидно, то судья отказывает в принятии искового заявления на основании статьи 134 части 1 пункта 1 ГПК РФ.

Но бывает так, что трудно сразу определить подведомственность спора, и судья принял исковое заявление, а в последствие выяснилось, что оно не подведомственно. В этом случае нельзя рассматривать. Европейский суд сказал, что это фундаментальная, серьёзнейшая ошибка, ибо нарушается право на законный суд. Производство по делу если допущена ошибка в определении подведомственности то производство по делу прекращается – это статья 220 абзац 2 ГПК.

Вывод: неподведомственное дело не может рассматриваться этим судом. Иначе - серьёзная ошибка, серьёзное нарушение.

Спор может быть сложным, и одни требования подведомственны судам общей юрисдикции, а другие – арбитражным. В этом случае – статья 22. Тут два варианта: если разделить эти требования возможно без ущерба, то они разделяются и рассматриваются в соответствии с компетенции. Если такое разделение невозможно, то всё дело, всё требование подлежит рассмотрению в суде общей юрисдикции. Здесь реализуется принцип универсальной подведомственности суда общей юрисдикции.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: