Почему суд в гааге судит россию

Обновлено: 23.07.2024

Генеральный прокурор МУС заявила о преступлениях, которые совершили все стороны конфликта на Донбассе.

Международный уголовный суд (МУС) в Гааге принял к рассмотрению дело о Крыме и самопровозглашенных республиках на Украине, сообщили на сайте суда. Предварительная экспертиза даёт основания полагать, что в стране совершали преступления против человечности, в том числе военные, считает генеральный прокурор МУС Фату Бенсуда.

Предварительное рассмотрение ситуации на Украине МУС начал в апреле 2014 года на основании специального заявления правительства страны о признании его юрисдикции. В 2015-м украинские власти подали второе заявление, в котором просили расширить экспертизу.

Речь идёт о предполагаемых преступлениях во время арестов, боевых действий на территории самопровозглашённых ДНР и ЛНР, а также на территории Крыма, который МУС рассматривает как оккупированную территорию Украины. Бенсуда отметила, что её канцелярия выявила признаки серьёзных преступлений, которые совершили «разные стороны конфликта».

Генпрокурор МУС также опубликовала отчёт о действиях по предварительному изучению ситуаций в 2020 году. В нём речь идёт о насилии на Майдане с ноября 2013 по февраля 2014 годов, как со стороны силовиков, так и протестующих, а также о вооружённом конфликте в донецкой и Луганской областях. Кроме того, в отчёте указано, что по данным предварительной проверки накануне или в контексте «оккупации Крыма» там имели место убийства, пытки, незаконные аресты, перемещение части населения оккупированной территории за её пределы и другие преступления. Канцелярия генпрокуора отмечает, что «если бы конфликт носил международный характер», были бы основания говорить о таких военных преступлениях, как причинение явно несопоставимого с ожидаемым военным превосходством вреда гражданским лицам и незаконное лишение свободы.

Украина до сих пор не ратифицировала Римский статут, но своими заявлениями частично признала юрисдикцию МУС. Россия вышла из Римского статута в 2016 году.

Решение Апелляционного суда в Гааге стало окончательным в споре российского государства с бывшими владельцами ЮКОСа. Один из акционеров нефтяной компании уже заявил о возобновлении кампании по аресту имущества России за рубежом

Фото: Алексей Мякишев / Global Look Press

Стойкое ощущение дежавю сопровождало прочтение почти 90 страниц текста решения Апелляционного суда Гааги. Уже третий суд разбирал все те же доводы Российской Федерации: нарушено правило «чистых рук» (акционеры ЮКОСа приобрели компанию с нарушением закона), Россия не ратифицировала Договор к Энергетической хартии (ДЭХ), на котором был основан иск; не давала согласия на разрешение спора в арбитраже; спор является неарбитрабельным; иностранные инвесторы, чьи права якобы нарушило российское государство, на самом деле не являются иностранными, и т.д.

Однако вывод суда был категоричен: он поддержал решение Международного арбитража от 18 июля 2014 года, в 2016 году отмененное государственным судом Гааги, которое обязывало Россию выплатить бывшим акционерам ЮКОСа компенсацию в $50 млрд.

Не вовремя вышли

Апелляционный суд поставил точку в вопросе временного применения Россией подписанных ею международных договоров. ДЭХ был подписан Россией 17 декабря 1994 года. Венская конвенция 1969 года о праве международных договоров (ВКМД) требует от нежелающего становиться участником договора государства уведомить иных его участников. Однако Россия окончательно вышла из договора уже после первого дела ЮКОСа — 19 октября 2009 года, когда депозитарий договора получил соответствующее уведомление из Москвы. Другим сторонам ДЭХ Россия такого уведомления до 2009 года не направляла. Кроме того, временное применение международного договора прямо допускает статья 23-я российского федерального закона № 101-ФЗ. Еще во время рассмотрения дела в Гаагском арбитраже эксперт акционеров ЮКОСа приводил список из 45 временно применяемых Россией международных договоров, например соглашения Бейкера — Шеварднадзе 1990 года о линии разграничения морских пространств.

Вывод суда: если государство не ратифицировало подписанный международный договор, однако не делает ничего для отзыва подписи под ним, такой договор считается временно применяемым. Основаниями правомерного отказа от временного применения могли бы быть противоречие Конституции, законодательству и иным нормативным актам государства. Однако всего этого апелляционный суд не усмотрел, а ст. 27 Венской конвенции не позволяет государствам ссылаться на положения внутреннего права для оправдания невыполнения международного договора.

Шансы на обжалование

Российский Минюст заявил об обжаловании решения апелляционного суда в Верховном суде Нидерландов. Появились комментарии о сохранении интриги и возможности нового поворота в деле. Но это заблуждение. Дела об отмене решений третейских судов в абсолютном большинстве мировых юрисдикций рассматриваются в двух инстанциях и вступают в силу после прохождения второй из них. В России по коммерческим спорам это арбитражный суд округа, в Нидерландах — апелляционный суд. Апелляционный суд Гааги объявил решения Международного арбитража 2014 года подлежащими исполнению, и они вступили в силу. Обращение в Верховный суд осуществляется в разрешительном порядке, и далеко не каждое дело может быть передано на его рассмотрение.

Фото: Astrid Stawiarz / Getty Images for LinkedIn

«Я как ниндзя в уличном бою»: Рэй Далио — о влиянии медитации

Фото: Kevin Dietsch / Getty Images

Фастфуд и зарядка для мозга: как держит себя в форме Уоррен Баффетт

Движение назад: почему Netflix переходит к бизнес-модели кабельного ТВ

Фото: Drew Angerer / Getty Images

Что происходит с фондовым рынком после резких обвалов: история вопроса

Фото: Shutterstock

Энергокризис поднял цены на уголь. Как на этом заработать

Фото: Shutterstock

«На дне». Какие российские активы способны на рост несмотря на санкции

Капитализм участия. Глобальная экономика, которая работает на прогресс, людей и планету

Фото: Sean Gallup / Getty Images

В России новые требования к кибербезопасности компаний. Как их выполнить

Согласно ст. 80а закона Нидерландов «Об организации судебной власти», без объяснения причин и составления мотивировочного решения отклоняются кассационные жалобы, рассмотрение которых не отвечает интересам сохранения единообразия судебной практики или развития права. Россия заявляет одни и те же доводы на протяжении всех трех процессов. Апелляционный суд признал решения арбитража от 18 июля 2014 года законными и обоснованными. Важно, что эти решения были приняты единогласно, в пользу акционеров ЮКОСа голосовал даже назначенный Россией арбитр Стивен Швебель. Крайне маловероятно, что Верховный суд Нидерландов в такой ситуации увидит угрозу единообразию судебной практики и согласится, чтобы Россия в четвертый раз пришла в суд с теми же аргументами.

Правовые последствия

Один из бывших акционеров ЮКОСа Леонид Невзлин уже заявил о возобновлении кампании по аресту имущества Российской Федерации за рубежом. Успешные апеллянты должны будут написать письмо в российский Минфин с формальным требованием выплат по арбитражным решениям. После ожидаемого отказа экс-акционеры ЮКОСа будут обращаться в суды конкретных государств, где обнаружат имущество России, за экзекватурой, то есть процедурой признания и принудительного исполнения арбитражного решения.

Активы Российской Федерации за рубежом условно можно разделить на две группы: подпадающие и не подпадающие под суверенный иммунитет. К первой категории относятся помещения дипломатических представительств и некоторые виды имущества, отдельно перечисленные в международных договорах, например заходящие в иностранные порты военные корабли. Ко второй категории относится остальное госимущество, в том числе используемое в коммерческих целях. Сюда можно отнести и военную технику, направляемую на оружейные выставки и шоу, и коллекции картин из государственных музеев. Если принимающее государство не дало специальных гарантий иммунитета от принудительного исполнения иностранного судебного или арбитражного решения, такое имущество может быть арестовано.

Точно указать, какие активы находятся в зоне риска, нельзя. Например, российские госкомпании и госкорпорации не выступали ответчиками в Гаагском арбитраже и формально не должны быть вовлечены в спор. Но ничто не мешает экс-акционерам ЮКОСа просить суды той или иной страны наложить арест и на имущество подобных структур, ссылаясь на то, что государство является для них акционером или учредителем. Не исключено, что в некоторых случаях местные суды могут согласиться с такой логикой.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.

Суд Гааги, встав на сторону экс-владельцев ЮКОСа в споре с Россией, как аргумент использовал договор о присоединении Крыма. Юристы, защищающие интересы России, в целом называют трактовку суда ошибочной и «из ряда вон выходящей»

Фото: Василий Смирнов / Global Look Press

Апелляционный суд Гааги, который 18 февраля вынес решение против России по жалобе бывших мажоритарных акционеров ЮКОСа, опирался в том числе на Договор о принятии Крыма в состав Российской Федерации 2014 года как на свидетельство того, что Россия пользуется механизмом временного применения международных договоров во всей их целостности. Это следует из полного текста решения суда, изученного РБК. Фактически суд заявил, что та позиция, на которой настаивает Россия в споре с экс-акционерами ЮКОСа, не поддерживается в других примерах ее международных договоров.

Россия доказывала на суде, что Договор к Энергетической хартии (ДЭХ), на основании которого судились экс-акционеры ЮКОСа, применялся временно, за исключением тех положений, которые противоречили российским законам, и среди этих неприменяемых положений была статья о разрешении споров с инвесторами в международном арбитраже.

Толкование нескольких слов

Ключевым вопросом спора на протяжении более десяти лет является интерпретация ст. 45 Договора к Энергетической хартии (ДЭХ) — эта статья определяет порядок временного применения договора до его вступления в силу. Россия подписала этот договор в 1994 году, но не ратифицировала, применяя на временной основе (в 2009 году формально отказалась от временного применения и ратификации).

Логика бывших акционеров ЮКОСа была такой: в 1994 году Россия согласилась применять ДЭХ временно целиком, а значит, в том числе согласилась применять ст. 26 о порядке разрешения споров с инвесторами.

Россия возражала: согласно ее интерпретации ст. 45 говорит, что договор применялся временно только в отношении тех его положений, которые не противоречили действующему российскому законодательству (в конечном счете принципиальная разница толкований упирается в лингвистическую интерпретацию конструкции to the extent that such [provisional application]… — «в той степени, в которой такое [временное применение]»…). Соответственно, если какая-то статья договора вступала в противоречие с российскими законами, она не должна была применяться. Россия утверждала, что именно такой статьей являлась ст. 26, которая определяет «безусловное согласие» сторон на передачу спора в международный арбитраж. Это потому, аргументировала Россия, что по российским законам споры в области публичного права (проистекающие из действий государства, например в области налогообложения) не арбитрабельны и могут быть рассмотрены только в российских судах.

Договор либо применяется целиком, либо не применяется

Фото: Kevin Frayer / Getty Images

Как технологический сектор Китая потерял $2 трлн капитализации

Фото: Unsplash

Китайские электрокары вытесняют лидеров автопрома. Как на этом заработать

Фото: Christian Burri / Unsplash

Восемь способов загубить отпуск и как этого не допустить

Фото: Shutterstock

Рынок США падает. Пора «выкупать дно» или оно впереди — мнения экспертов

Фото: Shutterstock

Как торговаться с китайцами — секреты переговоров

Что надо учесть компании, создавая корпоративный суперапп для сотрудников

На рынке PR — деформация: специалисты просят миллионы ни за что

Фото: Shutterstock

Инфляция по всему миру выходит из-под контроля. К чему это приведет

Апелляционный суд Гааги, разбиравший спор 3,5 года, в конечном счете не поддержал российскую трактовку и заключил, что ст. 45 подразумевает, что Договор к Энергетической хартии после его подписания, но до ратификации либо применяется временно целиком, либо не применяется временно целиком. В последнем случае государство должно сделать специальное заявление о том, что оно не может согласиться с временным применением — такую опцию ДЭХ предоставляет. Россия в свое время не сделала такого заявления. «Когда Российская Федерация подписала ДЭХ, она согласилась временно применять его, если только договор в целом не противоречит российскому законодательству. Апелляционный суд придерживается мнения, что ДЭХ в целом не противоречит российскому законодательству», — заявила пресс-служба суда.

Таким образом, апелляционный суд посчитал ошибочной позицию Окружного суда Гааги, который в 2016 году постановил, во-первых, что ДЭХ должен применяться временно только в отношении тех его частей, которые не противоречат национальному законодательству, а во-вторых, что временное применение не распространялось на статью о разрешении споров с инвесторами в международных арбитражах. Фактически апелляционный суд вернулся к исходной интерпретации международного арбитражного суда в Гааге.

«Апелляционный суд чрезмерно уважительно отнесся к решению арбитража от 2014 года», — сказал РБК гендиректор Международного центра правовой защиты (МЦПЗ, координирует работу юристов в международных делах против акционеров ЮКОСа) Андрей Кондаков. По его словам, апелляционный суд ошибся в трактовке ст. 45, предложив «из ряда вон выходящее» прочтение, согласно которому временное применение ДЭХ, допускающее арбитражное разбирательство спора из области публичного права, не противоречит российскому законодательству. Кондаков надеется, что Верховный суд Нидерландов исправит эту ошибку.

«Крымский» аргумент

Апелляционный суд Гааги считает, что на практике Россия в целом ряде случаев соглашалась на временное применение международных договоров целиком, даже если их отдельные положения противоречили российскому законодательству. То есть ее юридическая позиция по вопросу временного применения ДЭХ не подтверждается другими примерами временного применения договоров. Один из таких примеров, на который ссылается суд, — международный договор о принятии Республики Крым в состав России.

Договор о принятии Крыма был подписан 18 марта 2014 года и применялся временно до его ратификации, которая состоялась несколько дней спустя. Конституционный суд, срочно рассмотрев запрос президента Владимира Путина о проверке конституционности данного соглашения, 19 марта писал, что «фактически принятие Республики Крым в состав Российской Федерации предусматривается как элемент применения рассматриваемого договора до его ратификации». Это означало, что Крым и Севастополь находятся в составе РФ с момента подписания договора, а не с момента его вступления в силу, объяснял Конституционный суд. Однако, посчитал суд Гааги, положения договора о принятии Крыма отклонялись от действующего российского законодательства, потому что этот договор, в частности, устанавливал новые государственные границы.

Председатель Конституционного суда Валерий Зорькин позже объяснял, что в условиях, когда к отправке в Крым готовился «вооруженный майданный десант», времени для «строгого юридического крючкотворчества» не было.

Фото:Алексей Мякишев / Global Look Press

В том же постановлении о проверке конституционности договора о присоединении Крыма Конституционный суд ссылается на другое свое постановление от марта 2012 года, в котором подчеркивалось, что «согласие на временное применение международного договора означает, что он становится частью правовой системы Российской Федерации и подлежит применению наравне со вступившими в силу международными договорами (если иное специально не было оговорено Российской Федерацией), поскольку в противном случае временное применение лишалось бы смысла». Правила временно применяемого международного договора «становятся частью правовой системы Российской Федерации и имеют, как и вступившие в силу международные договоры Российской Федерации, приоритет перед российскими законами», отмечал Конституционный суд.

Позиция России и трактовки Конституционного суда

Подход Российской Федерации и ее экспертов в деле ЮКОСа противоречит позиции Конституционного суда, считает апелляционный суд Гааги. «В тех случаях, где они утверждают, что временно применяемые соглашения не обладают приоритетом над российскими федеральными законами, эта позиция опровергается сложившейся практикой Конституционного суда», — пишет суд.

«Крымский» аргумент адвокаты бывших акционеров ЮКОСа предложили суду в 2017 году: с их точки зрения, российский Конституционный суд в 2014 году подтвердил, что временно применяемое соглашение имеет обязательную силу для России до ратификации и несмотря на расхождения между таким договором и существующими нормами российского права.

Апелляционный суд Гааги приводит примеры и других международных договоров России, в которых, как он считает, временно применяемые соглашения содержат положения, расходившиеся с законодательством России. В частности, Соглашение между СССР и США о линии разграничения морских пространств 1990 года (в Беринговом море) — оно стало исполняться на временной основе, хотя так и не вступило в силу в порядке ратификации. А также Соглашение об учреждении международного научно-технического центра, заключенное в 1992 году Россией, США, Евросоюзом и Японией. Суд считает, что иммунитеты, которые российское правительство предоставляло сотрудникам центра в Москве, расходились с российским законодательством, несмотря на временное применение этого договора.

Бывшие акционеры ЮКОСа взяли реванш в споре с Россией и теперь могут рассчитывать на компенсацию более чем в $50 млрд, выиграв дело в Апелляционном суде Гааги. Они намерены взыскивать госактивы России на Западе

Фото: Сергей Карпухин / Reuters

Апелляционный суд Гааги удовлетворил жалобу бывших акционеров нефтяной компании ЮКОС, требовавших восстановить их право на компенсацию за ее предполагаемую экспроприацию. Это означает, что решение Международного арбитражного трибунала, который в июле 2014 года присудил им рекордную компенсацию на сумму более чем $50 млрд, снова в силе, говорится в пресс-релизе нидерландского суда.

Таким образом, в споре, который длится уже 15 лет, произошел очередной поворот: стороны снова поменялись местами, Россия опять оказалась в положении защищающегося. Бывшие мажоритарные владельцы ЮКОСа вернутся к попыткам признать в западных странах решение арбитража и будут пытаться взыскать российские суверенные активы в этих странах. Тем временем Россия собирается юридически нейтрализовать решение о компенсациях бывшим акционерам ЮКОСа — через обжалование в Верховном суде Нидерландов.

Поскольку арбитражный трибунал заседал в Гааге под эгидой Постоянной палаты Третейского суда, дальнейшие оспаривания этого решения Российской Федерацией проходили в национальной судебной системе Нидерландов. Арбитражное решение 2014 года уже имело статус окончательного и юридически обязывающего, но на практике большинство стран мира отказывается признавать такое решение, если оно отменено по месту арбитражного разбирательства.

10 лет на аресты и взыскание

«Кремль проиграл Гаагу акционерам ЮКОСа. <. >Проиграл именно Кремль, а не Россия», — написал на своей странице в Twitter бывший основной владелец ЮКОСа Михаил Ходорковский. В 2005 году, находясь под арестом, он передал свои доли в крупнейшем акционере нефтяной компании GML Леониду Невзлину, поэтому, по официальным данным, Ходорковский не имеет никакой материальной заинтересованности в судебных вердиктах по делу ЮКОСа.

Невзлин сказал РБК 18 февраля, что бывшие акционеры ЮКОСа намерены возобновить кампанию по аресту российских государственных активов. «Мы теперь намерены заниматься имплементацией этого решения [Апелляционного суда Гааги] в разных странах, где есть активы российского государства, и арестом и изъятием этих активов на сумму уже больше $50 млрд», — заявил Невзлин.

Директор по коммуникациям GML Джонатан Хилл указал, что холдинг «определенно намерен приводить в исполнение арбитражные решения».

Невзлин, проживающий в Израиле (в России он заочно приговорен к пожизненному сроку), отметил, что реальная сумма компенсации, причитающаяся экс-акционерам, может доходить до $55 млрд с учетом процентов, накопившихся с 2014 года. «$50 млрд (или $55 млрд с учетом процентов и штрафов) — большие деньги, поэтому мы будем использовать все доступные юрисдикции для признания этого решения, чтобы арестовать и взыскать средства и имущество Российской Федерации за рубежом», — сказал он.

Арбитражный трибунал в Гааге в июле 2014 года постановил, что до тех пор, пока Россия не исполнит решение о выплате экс-акционерам суммарной компенсации на $50,086 млрд, на нее должны начисляться сложные проценты по ставке 1,77% годовых (доходность десятилетних казначейских облигаций США по состоянию на начало 2015 года) начиная с 2015 года. С 2015 года по 18 февраля 2020 года суммарный штрафной процент достиг более $4,6 млрд, подсчитал РБК. Таким образом, общая сумма с учетом процентов приближается к $55 млрд.

Бенефициар GML признал, что на территории России нельзя будет исполнить решение гаагского суда, но бывшие акционеры будут добиваться его признания на территории других стран — участниц Энергетической хартии.

Шансы на отмену решения

Сегодняшнее постановление, по сути, окончательное, говорит РБК управляющий партнер московского офиса коллегии адвокатов Pen & Paper Антон Именнов. Право Нидерландов допускает лишь незначительное число процедурных оснований для оспаривания в Верховном суде, отмечает он. «При отказе платить мы, видимо, станем свидетелями ареста государственного имущества за рубежом. Такое уже было в практике в связи с претензиями швейцарской фирмы Noga в 1990-е», — прогнозирует Именнов.

Гендиректор Международного центра правовой защиты (координирует защиту России в международных делах по ЮКОСу) Андрей Кондаков признал, что экс-акционеры ЮКОСа могут автоматически возобновить процессы признания и исполнения решения гаагского арбитража в нескольких западных странах. «Процессы в Америке и Великобритании приостановлены, и, с их точки зрения, было бы логично попытаться эти процессы восстановить», — сказал он РБК.

«Будут ли они что-то делать в других странах, мне трудно сказать. С большой долей вероятности, соответствующие процессы о признании этого решения в Штатах и Великобритании (а там нужно сначала признать решение, прежде чем что-то пытаться взыскать) будут возобновлены», — подтвердил Кондаков. Однако он считает, что у России есть шансы успешно оспорить решение Апелляционного суда Гааги в Верховном суде Нидерландов: последний может отменить вердикт, если обнаружит, в частности, «нарушение и неправильное применение норм материального и процессуального права».

Доводы России не встретили понимания в суде

По мнению Кондакова, Апелляционный суд допустил серьезные ошибки, и главная из них — он не учел, что Россия никогда не давала ясного и недвусмысленного согласия на арбитраж. Фундаментальный спор заключался в том, распространялась ли юрисдикция многостороннего Договора к Энергетической хартии на спор с инвесторами ЮКОСа. Дело в том, что Россия подписала этот договор в 1994 году, но не ратифицировала. На суде российская защита утверждала, что договор применялся временно только в отношении тех его положений, которые не противоречат российскому законодательству. Статья 26 этого договора гласит, что споры в области публичного права (такие как спор с бывшими акционерами ЮКОСа) не могут быть переданы в международный арбитраж — они подлежат рассмотрению в российских судах. Но Апелляционный суд Гааги посчитал, что во временном применении Договора к Энергетической хартии Россией не было конфликта с российским правом.

Юристы ведомства подчеркивают, что это решение не соответствует позиции Европейского суда по правам человека, который еще в сентябре 2011 года при рассмотрении иска ЮКОСа отказал в признании нарушения ст. 18 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и полностью отверг обвинения в адрес России в «политической мотивации» и «репрессивном характере» преследования компании ЮКОС, а также о якобы имевшей место дискриминации в отношении нее со стороны российских властей.

«Естественно, Россия имеет право на обжалование этого решения в Верховном суде Нидерландов», — признает Невзлин. Но он выразил сомнение, что Верховный суд королевства может отменить решение апелляционной инстанции, которая «реально занималась процессом». «Более глубокого изучения материалов уже не предвидится», — заключил бизнесмен.

У России есть три месяца на то, чтобы оспорить решение Апелляционного суда Гааги в Верховном суде. По статистике в среднем разбирательство в Верховном суде Нидерландов длится полтора года, но ввиду сложности и уникальности дела ЮКОСа в данном случае процесс может занять больше среднего времени, считает Кондаков.

«Апелляционный суд признал, что Энергетическая хартия стала обязательным договором для Российской Федерации. Полагаю, что Верховный суд Нидерландов оставит в силе решение Апелляционного суда, поскольку вмешательство государственного суда в юрисдикцию международного арбитража недопустимо», — считает адвокат Forward Legal Станислав Бородаев.

Кампания по поиску имущества России на Западе

В 2015 году GML уже пыталась арестовать российские государственные активы для исполнения решения арбитражного трибунала в Гааге. Дальше всего она продвинулась во Франции, где сумела временно наложить аресты на активы России и ее госструктур на сумму €1 млрд. Однако затем бывшие акционеры ЮКОСа свернули или приостановили все процессы после решения Окружного суда Гааги 2016 года. В частности, были приостановлены соответствующие процессы по ходатайствам GML в Великобритании и США.

Американский суд отложил рассмотрение дела до вынесения решения по апелляции бывших акционеров ЮКОСа в Гааге и теперь сможет возобновить слушания.

На фоне попыток бывших акционеров ЮКОСа арестовать суверенные активы российские чиновники разработали стратегию по защите госсобственности от таких притязаний. Например, в некоторых случаях на зарубежное имущество России целенаправленно ставились дипломатические пломбы, чтобы защитить ее дипломатическим иммунитетом.

Во Франции и Бельгии местные депутаты приняли «законы имени ЮКОСа», которые существенно затрудняют аресты суверенных активов. Сведения о зарубежном имуществе России были засекречены Росимуществом. На фоне западных санкций, которые вводятся против России после присоединения Крыма в 2014 году, была дополнительно усилена защита российских госактивов.

Частным сторонам обратить взыскание на суверенные активы трудно, поскольку в большинстве юрисдикций подобные меры против других государств невозможны, за исключением взыскания активов, используемых в коммерческих целях. Поэтому бывшим акционерам ЮКОСа придется в каждом случае потенциального взыскания доказывать, что актив используется «в коммерческих целях», что затруднительно. Российская защита в свое время указывала, что компенсация на $50 млрд является «существенным условным обязательством» России, которое ограничивает суверенный кредитный рейтинг и потенциально делает международные заимствования России более дорогими. Экс-акционеры ЮКОСа на это заявляли, что компенсация нужна им в том числе для того, чтобы выполнить обязательства перед бывшими российскими акционерами ЮКОСа и перед российскими пенсионерами, в 1990-х годах находившимися в системе пенсионного фонда ЮКОСа.

Международный уголовный суд: как работает и может ли повлиять на Россию

Международный уголовный суд расследует действия России на Украине. Но официально его юрисдикция не распространяется ни на ту ни на другую страну. Разбираемся, как по закону возможно такое расследование и будут ли государства выполнять решение суда.

По состоянию на 28 марта 42 страны-участницы обратились в Международный уголовный суд (МУС) по поводу событий на Украине. А месяцем назад он объявил, что будет расследовать ситуацию. Прокурор Карим Хан посчитал, что на Украине совершены «военные преступления и преступления против человечности». Он пообещал расследовать их и другие незаконные действия сторон спецоперации.

Обращение стран необходимо, потому что по закону МУС не может расследовать преступления на Украине: страна не ратифицировала основной документ суда — Римский статут. На текущий момент в международном договоре участвуют 123 страны, в том числе Греция, Португалия, Швейцария и даже Афганистан. США в список не входит.

Теперь, если прокурор найдет доказательства преступлений, начнется суд. И в случае обвинительного приговора виновным назначат тюремный срок. Но будет ли исполняться решение суда, неясно. Ведь ни Россия, ни Украина не являются участниками МУС.

Как работает Международный уголовный суд

МУС работает с 1 июля 2002 года. Согласно ст. 5 Римского статута, он расследует:

  • геноцид (попытки уничтожить национальную, этническую, расовую или религиозную группу);
  • военные преступления (любые нарушения Женевских конвенций, в том числе пытки и бесчеловечное обращение, умышленные убийства, взятие заложников);
  • преступления против человечности (нападения на гражданское население, в том числе убийства, изнасилования, пытки);
  • преступления агрессии (применение вооруженной силы государством против суверенитета, целостности или независимости другого государства).

Учреждение состоит из трех органов:

  • Ассамблеи государств-участников (избирает судей и прокурора, утверждает бюджет);
  • Международного уголовного суда (состоит из президиума, палаты судей, канцелярии прокурора и секретариата);
  • Целевого фонда для жертв (помогает жертвам осужденных МУС преступников).

МУС рассматривает уголовные дела в отношении людей. В качестве наказания за любое из преступлений он может назначить лишение свободы до 30 лет, пожизненное лишение свободы (если речь об особо тяжком преступлении), штраф (размер не уточняется) и конфискацию доходов, имущества и активов, полученных в результате преступления (ст. 77 Римского статута).

Судебное разбирательство в МУС проходит только с участием обвиняемого, в зале суда присутствуют прокурор и защитник (ч. 6 Римского статута). Здесь, как и везде, действует презумпция невиновности, бремя доказывания лежит на прокуроре, а свидетели обязаны давать правдивые показания. Решение по делу принимают судьи, государства — участники МУС в этом не участвуют. В МУС работают 18 судей, они избираются государствами-участниками на девять лет и представляют региональные группы (Африку, Восточную Европу, Азию, Латинскую Америку, Западную Европу).

Международный суд находится в Гааге (Нидерланды), но у него есть отделения, которые проводят расследования преступлений на местах. Они расположены, в частности, в Кении и Уганде.

Что касается статистики работы, то пока обвинитель начинал расследование в 14 случаях. В основном расследовались и расследуются преступления на территории африканских государств, совершенные в ходе гражданских войн, переворотов и межэтнических конфликтов. Часть подозреваемых скрывается от правосудия, в ряде случаев обвинения были сняты. Но некоторые были осуждены. Например, главу восстания в Конго Боско Нтаганда в 2019 году приговорили по 18 составам, включая убийства, изнасилования, сексуальное рабство и использование детей в качестве солдат.


  • на территории страны, которая ратифицировала Римский статут, всего их 123;
  • если его совершил гражданин страны, которая ратифицировала Римский статут;
  • если с просьбой о расследовании обратилась страна, которая не ратифицировала Римский статут, но признает юрисдикцию МУС в отношении конкретного преступления;
  • если о расследовании просит Совет Безопасности ООН;
  • по инициативе прокурора.

Получается, что МУС может расследовать преступления в любой стране мира. Подписание и ратификация Римского статута необязательное условие.

Исполнение решений суда

С исполнением решений МУС сложнее. У суда нет собственных полицейских сил или исполнительного органа. Поэтому в части исполнения приговоров суд полагается на сотрудничество со странами, которые ратифицировали Римский статут. Они проводят аресты, доставляют подозреваемых в суд, замораживают их активы и заключают осужденных в тюрьмы своих стран.

Загайнов добавляет, что МУС не проводит судебные заседания без присутствия обвиняемых. Суд выдает ордер на арест стране, в которой находится предполагаемый преступник. Но если местные правоохранительные органы не привезут человека, то заседание не состоится, приговора не будет и нечего будет исполнять. Отсюда можно сделать вывод, что если подозревать в преступлениях будут гражданина России, привлечь к ответственности его не получится. Россия не признает юрисдикцию МУС и вряд ли повезет кого-то в Гаагу.

Украина тоже подписала документ в 2000-м. Но ратификация и подписание Римского статута — это не одно и то же. На территории стран, которые только подписали международный договор, МУС юридически бессилен. С другой стороны, страна может признать юрисдикцию МУС по конкретному делу и тогда будет обязана исполнить решение суда. Украина так уже делала. В 2013 году правительство страны попросило МУС расследовать преступления, совершенные на территории Украины с 21 ноября 2013 года по 22 февраля 2014 года. Позже Украина написала еще одно обращение в МУС и бессрочно признала юрисдикцию суда. Выходит, что решения МУС для Украины будут обязательными.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: