Особенности композиции речи прокурора в суде присяжных

Обновлено: 05.02.2023

Концептуальное и конституционное (ст. 47, 123 Конституции РФ) закрепление суда присяжных в судебной системе РФ повлекло соответствующие изменения уголовно-процессуального законодательства, регулирующего, в частности, деятельность прокурора в суде. Создание и функционирование суда присяжных в ряде регионов РФ обусловили необходимость отдельного освещения некоторых особенностей участия прокурора в рассмотрении дел судом этого вида.

Прежде всего следует отметить, что в соответствии с определенной ст. 31 УПК РФ подсудностью, суды присяжных могут рассматривать дела только о преступлениях, перечисленных в этой статье, причем только при наличии об этом ходатайства обвиняемого. Последнее заявляется обвиняемым при объявлении ему об окончании предварительного следствия и предъявлении для ознакомления всех материалов дела. Так как в последующем ходатайство обвиняемого о рассмотрении его дела в суде присяжных, как и отказ от ранее заявленного ходатайства, не принимаются, то прокурор уже на этом этапе знает, что данное дело будет рассматриваться в суде присяжных и может тщательно готовиться к участию в его рассмотрении. Определенные сложности в подготовке прокурора к участию в рассмотрении уголовного дела в суде присяжных возникают уже с момента заявления соответствующего ходатайства обвиняемым. Такая сложность возникает, когда по делу проходит несколько обвиняемых. В соответствии с п. 5 ст. 217 УПК РФ дело с несколькими обвиняемыми может быть рассмотрено только в тех случаях, когда все обвиняемые заявили такого рода ходатайства либо когда отсутствуют возражения других обвиняемых по поводу ходатайства заявленного одним или несколькими обвиняемыми. При наличии такого возражения прокурор должен выделить дело относительно возражающих, если это не отражается на всесторонности, полноте и объективности его исследования и разрешения. Удовлетворить это требование бывает нередко крайне сложно и даже невозможно в условиях стабильного роста групповых преступлений. Прокурор должен следить за тем, чтобы обвиняемый, не заявивший ходатайства о рассмотрении дела в суде присяжных, был уведомлен, что такое ходатайство о рассмотрении дела в суде присяжных было заявлено другим обвиняемым и чтобы следователь разъяснил ему его право на возражение против рассмотрения дела в суде присяжных. Прокурору также следует иметь в виду, что обвиняемый, не заявивший ходатайства о рассмотрении дела в суде присяжных, тем не менее, пользуется всеми правами, предусмотренными порядком рассмотрения дел в суде присяжных, если его дело там рассматривается.

Прокурор должен проследить и принять меры к обязательному участию защитника в судебном процессе, если защитник не был приглашен самим обвиняемым или другими лицами по его поручению. В соответствии с требованиями ст. 246 УПК РФ участие государственного обвинителя в рассмотрении дела публичного или частично-публичного обвинения, а следовательно, и дел, рассматриваемых судом присяжных, обязательно. Причем не только в непосредственном рассмотрении, но и на предварительном слушании дела судьей.

Необходимость участия прокурора в предварительном слушании дела объясняется тем, что в этой стадии окончательно решается вопрос о форме судопроизводства по делу. Судья, проводящий судебное заседание с обязательным участием прокурора, подсудимых, заявивших ходатайство о рассмотрении дела в суде присяжных, его защитника, выясняет, подтверждает ли подсудимый свое ходатайство. Если по делу проходят другие подсудимые, не заявлявшие ходатайства о рассмотрении дела в суде присяжных, то судья выясняет, есть ли у них возражения против рассмотрения дела в суде присяжных.
В случаях неподтверждения или отказа подсудимого от ранее заявленного ходатайства или при наличии возражений других обвиняемых о рассмотрении дела в суде присяжных, судья выясняет, согласны ли они на рассмотрение дела судом в составе 3 профессиональных судей. Выяснив мнение каждого из подсудимых, судья объявляет предварительное слушание дела оконченным и в дальнейшем осуществляет производство по общим правилам, предусмотренным ст. 30 УПК РФ.
При подтверждении ходатайства подсудимым о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей, суд определяет количество кандидатов в присяжные заседатели, которых должно быть не менее 20, а также вопрос о том, открытым, закрытым или частично закрытым будет судебное заседание.

Если же обвиняемый подтвердил свое ходатайство и возражений против рассмотрения дела в суде присяжных со стороны других обвиняемых нет, судья объявляет об удовлетворении ходатайства и переходит к заслушиванию ходатайств сторон. Роль прокурора на стадии предварительного слушания дела сводится к тому, что он должен проследить, имеются ли в суде указанные выше ходатайства, есть ли ходатайство подсудимого о рассмотрении дела на предварительном слушании в его отсутствие либо если он сам отказывается от участия в заседании. Без указанных документов дело в предварительном слушании рассмотрено быть не может. Прокурор на предварительном слушании оглашает резолютивную часть обвинительного заключения, высказывает свое мнение относительно ходатайств, заявленных другой стороной, сам заявляет в необходимых случаях ходатайство. Важное значение при этом имеет оценка прокурором допустимости доказательств, если этот вопрос возникает на предварительном слушании. Прокурор, участвующий в предварительном слушании дела, вправе отказаться от обвинения полностью или частично. В этом случае судья прекращает дело полностью или в соответствующей части. Так как на предварительном слушании ведется протокол заседания, то прокурор в случаях несогласия с его содержанием может дать замечания в порядке, предусмотренном ст. 260, 353 УПК РФ.

Существенной особенностью участия прокурора в разбирательстве дела судом присяжных является его активное участие в отборе присяжных заседателей. Учитывая принципиальную важность роли, играемой присяжными заседателями в судебном процессе, прокурор должен с максимальным вниманием выяснить все вопросы, касающиеся личности присяжных заседателей, могущие повлиять на объективность их решения по делу. С этой целью он может подготовить и передать в письменном виде вопросы к конкретным присяжным заседателям, с тем чтобы их выяснил председательствующий и, таким образом, решил вопрос об отводе присяжного заседателя. Прокурор сам может заявить отвод в порядке, предусмотренном ст. 328 УПК РФ. Прокурор в процессе отбора присяжных заседателей имеет право на безмотивный отвод их, но числом не более двух. С этой целью он на карточке с фамилией присяжного заседателя пишет слово: «отведен». Для выяснения личности присяжных заседателей прокурор может через председательствующего просить, чтобы интересующий его присяжный заседатель представился. После формирования председательствующим суда коллегии присяжных заседателей, но до принятия ими присяги, прокурор имеет предусмотренное ст. 330 УПК РФ право, если придет к такому выводу, заявить, что вследствие особенностей рассматриваемого дела, этот состав коллегии присяжных заседателей в целом может оказаться неспособным вынести объективный вердикт. В случае, если такое заявление председательствующим будет признано обоснованным, он может распустить коллегию присяжных заседателей. Активное использование рассмотренного выше права в отборе присяжных заседателей является существенной гарантией законности их последующего решения по делу. Центральное место в деятельности прокурора в суде присяжных имеет его участие в судебном следствии. Особенностью этой деятельности государственного обвинителя является уже то, что в соответствии с требованием закона (ст. 335 УПК РФ) прокурор сам зачитывает резолютивную часть обвинительного заключения. При этом выступлении он не имеет права упоминать о фактах судимости подсудимого и фактах признания его опасным рецидивистом в прошлом, хроническим алкоголиком или наркоманом, если эти факты не имеют значения для установления признаков состава преступления. После этого прокурор предлагает порядок исследования представленных им доказательств. Обычно исследование доказательств начинается с допроса подсудимого. Затем, по мере необходимости, прокурор допрашивает свидетелей, экспертов и других лиц, вызванных в судебное заседание.
В процессе судебного следствия прокурором (как и другими участниками процесса) исследуются только те доказательства, которые были допущены на предварительном слушании дела. В случае необходимости прокурор может ходатайствовать об исследовании доказательств, исключенных ранее судьей из разбирательства, а также высказывать свое мнение о необходимости их исследования, если об этом заявит ходатайство другая сторона. Важно подчеркнуть, что бремя доказывания вины подсудимых в суде присяжных лежит на государственном обвинителе. Поэтому исход дела, достижение цели уголовного преследования зависит от профессиональной подготовленности и активности прокурора. Допрашивая подсудимых, свидетелей, других участников процесса, исследуя доказательства по делу, прокурор постоянно имеет в виду необходимость убеждения присяжных заседателей в виновности подсудимых. При этом он учитывает их юридическую неподготовленность к восприятию доказательств, неосведомленность в правовых, процессуальных, криминалистических вопросах, хорошо известных профессиональным юристам, и с учетом этого строит тактику участия в судебном следствии.
Еще в большей степени это требование относится к выступлению государственного обвинителя в судебных прениях. Его речь должна быть не только профессиональна, убедительна логикой исследования и предъявления доказательств, анализом законодательства, но и доходчива для восприятия непрофессионалов по своей форме, эмоциональной напряженности, четкости структуры и выражения мысли. В своем выступлении прокурор не только излагает все доказательства вины подсудимых, но и убеждает присяжных заседателей в виновности подсудимых. Для этого он учитывает особенности рассматриваемого преступления, его восприятия и отношения к нему присяжных заседателей, уровень их образования, профессию, образ жизни и многие другие факторы, определяющие характер социальной психологии этой группы граждан, уровень их правосознания, а следовательно, и отношение к преступлению и лицам, его совершившим.
Конечно, если прокурор в процессе судебного следствия придет к выводу о полной или частичной невиновности подсудимых вследствие недоказанности их участия в совершении преступления либо отсутствии в их деянии состава преступления, он обязан отказаться от обвинения. В таких случаях при отсутствии возражений со стороны потерпевшего судья прекращает дело полностью или в соответствующей части.

Государственный обвинитель может на любом этапе разбирательства дела вплоть до удаления присяжных заседателей в совещательную комнату для вынесения вердикта изменить обвинение в сторону смягчения путем:

1) исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих ответственность;
2) исключения из обвинения ссылки на какую-либо норму УК РФ, если действия подсудимого полностью охватываются другой нормой УК РФ, нарушение которой вменялось в обвинительном заключении;
3) переквалификации деяния по норме УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание. В последнем случае государственный обвинитель еще на предварительном слушании должен представить суду новое обвинительное заключение, утвержденное соответствующим прокурором.

Особенностью участия прокурора в разбирательстве дел судом присяжных является его участие в постановке и формулировании вопросов, подлежащих разрешению коллегией присяжных заседателей. Согласно ст. 338 УПК РФ государственный обвинитель, как и представители другой стороны в процессе, может предложить поправки к сформулированным председательствующим вопросам, поставить дополнительные к ним вопросы.
В связи с напутственным словом председательствующего присяжным заседателям государственный обвинитель вправе заявить в судебном процессе возражения по поводу нарушения принципа объективности. Если такие возражения своевременно заявлены не были, то в последующем прокурор не имеет права ссылаться на нарушение объективности председательствующего при последующем пересмотре этого дела вышестоящим судом.
Уголовно-процессуальное законодательство (ст. 344 УПК РФ) предусматривает возможность возобновления судебного следствия по просьбе присяжных заседателей или уточнения вопросов, поставленных перед ними председательствующим. В таких случаях государственный обвинитель по тем же правилам принимает участие в судебном следствии и формулировании или уточнении поставленных вопросов.

Существенное значение имеет деятельность прокурора в суде после вынесения вердикта присяжных заседателей. Согласно ст. 347 УПК РФ государственный обвинитель с участием представителей сторон, но уже в отсутствие присяжных заседателей может исследовать доказательства, не подлежавшие исследованию с участием присяжных заседателей, выступать по вопросам, связанным с юридическими последствиями вынесенного вердикта, включая вопросы квалификации содеянного подсудимым, назначения ему наказания и разрешения гражданского иска. При этом в своих выступлениях прокурор не имеет права ставить под сомнение правильность вынесенного присяжными заседателями вердикта.
Особенность надзорной деятельности прокурора в кассационном порядке по делам, рассмотренным судом присяжных, состоит в том, что закон (п. 5 ст. 348, п. 2 ст. 352, п. 5 ст. 355 УПК РФ) четко определяет, какие из не вступивших в законную силу постановлений суда не могут быть обжалованы.

Другие постановления, вынесенные председательствующим в суде присяжных судьей, и приговор подлежат обжалованию.

Представление на указанные приговоры и постановления приносится в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ.

Основания для принесения представления на приговоры и постановления суда присяжных:
1) несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам дела;
2) нарушение уголовно-процессуального закона;

3) неправильное применение уголовного закона;

Приговоры и постановления суда присяжных, вступившие в законную силу, могут быть обжалованы в порядке надзора только при наличии оснований, предусмотренных ст. 409 УПК РФ.

Судебное следствие начинается со вступительного заявления государственного обвинителя, затем выступает защитник. На этом этапе прокурорскому работнику предстоит изложить существо предъявленного подсудимому обвинения и предложить порядок исследования представленных стороной обвинения доказательств. Государственный обвинитель во вступительной речи характеризует сущность обвиняемого (обвиняемых) с фактической и юридической стороны.

Произнесение обвинительной речи в – самый ответственный момент в деятельности государственного обвинителя. Именно здесь прокурор может объективно и компетентно, четко и ясно, используя различные методы, способы и приемы ораторского мастерства и знание психологии, а также законы логики, проявляя уважение к суду, изложить свою позицию по уголовному делу. Характеризуя общественную опасность преступления, государственному обвинителю следует точно выразить, какие нравственные, социальные, экономические и политические устои общества и государства были нарушены подсудимым. Присяжные будут формировать свое мнение, как о том, в чем обвиняется подсудимый, так и о самом государственном обвинителе, его профессионализме и его отношении к делу. В соответствии с данными, полученными в ходе анкетировании присяжных заседателей, которое было проведено НИИ при Генеральной прокуратуре РФ, 30 % опрошенных сформировали убеждение о виновности подсудимого после обвинительной речи прокурора. Высказывания прокурора должны исходить из его истинных суждений, в соответствии с законодательством, если государственный не имеет твердой убежденности в виновности обвиняемого, о которой должны свидетельствовать все представленные доказательства, то он обязан отказаться от уголовного преследования, указав мотивы своего решения. (ч.4, ст. 37 УПК РФ)

К обвинительной речи, произносимой в суде присяжных, прокурору следует тщательно готовиться, а также учесть то, что присяжные не являются лицами с юридическим образованием и не способны на слух воспринять многие юридические факты, поэтому речь должна быть, с одной стороны, официальной, как подобает представителю государственного органа, а с другой стороны – простой и понятной каждому сидящему в зале участнику судебного заседания.

Допустив ошибки в речи можно подорвать авторитет государственного обвинителя и потерять внимание и заинтересованность присяжных заседателей. В обязательном порядке прокурор должен всегда помнить, что по ст. 335 УПК РФ при присяжных заседателях категорически запрещено каким бы то ни было образом запрещено раскрывать факты прежней судимости, признания подсудимым наркотически зависимым или хроническим алкоголиком, привлечение к административной и дисциплинарной ответственности, состояние здоровья, семейного положения, места работы, а так же наличие детей. Ошибкой прокурора может воспользоваться сторона защиты, обвинив прокурора в преднамеренном нарушении требований, в целях создания отрицательного мнения о подсудимом у присяжных заседателей. Все это непременно окажет влияние на мнение присяжных, что может поспособствовать к принятию неверного решения.

А.Ф. Кони утверждал - «в речи своей он (прокурор-обвинитель) не должен ни пред­ставлять дело в одностороннем виде, извлекая из него только обстоятельства, уличающие подсудимого, ни преувеличивать значение доказательств и улик или важности престу­пления. Таким образом, в силу этих этических требований прокурор приглашается сказать свое слово и в опровержение обстоятельств, казавшихся сложившимися против подсуди­мого».[15]

Для государственного обвинителя важно, говоря о пострадавшем, полностью называть его имя и фамилию, а при упоминании о преступнике ограничиться лишь фамилией или обращением «обвиняемый». Тем самым можно заставить присяжных увидеть разницу между пострадавшим, которому нанесен ущерб, и обвиняемым, причинившим ему вред. Фразой «Вы сами сможете это оценить» удастся показать особое уважение к умению присяжных полагаться на здравый смысл. Нельзя ничего переоценивать и преувеличивать, это вызовет лишь недоверие со стороны присяжных.[16]

Прокурор должен уметь убеждать при­сутствующих в своей правоте, не нарушая законных прав и интересов граждан [9, с. 64-69], способствовать нравственному воспитанию подсудимого, потерпевшего, свидетеля, дру­гих участвующих в деле лиц, а также присут­ствующих в зале суда.

В связи с тем, что существенная часть присяжных – это люди пожилые, остановимся на некоторых психологических особенностях, присущих этому возрасту. Так, при подготовке обвинительной речи обязательно нужно учитывать, что для старого человека характерно угасание психических функций: хуже становится память, поэтому им сложно разобраться в сути вопроса. С возрастом многие люди становятся более внушаемы, у них падает самооценка, поэтому выступление перед пожилыми присяжными заседателями должно помочь им поверить в свою значимость. Государственный обвинитель должен помнить о том, что у пожилых людей в связи с прекращением профессиональной деятельности количество социальных контактов резко сокращается, а их качество становится другим. Изменяется и круг интересов, трансформируется иерархия ценностей. Полагаем, что для достижения необходимого эффекта можно использовать психотерапевтическую методику воспоминаний.







Участие в прениях сторон является такой деятельностью, которая состоит в доведении до суда окончательной правовой позиции по уголовному делу, объем оглашения, которой зависит от характера вопросов и участия в их разрешении присяжных заседателей. Особого внимания заслуживает вопрос участия прокурора в прениях сторон в суде присяжных. В ходе судебного следствия перед присяжными заседателями проходит множество разнообразных доказательств, вследствие чего может возникнуть пробел в восприятии ими доказательственной базы. Поэтому в судебном разбирательстве с участием присяжных прения сторон «проявляют» себя дважды. В первом случае непосредственно по окончании судебного следствия (ст. 336 УПК РФ). В этот момент наиболее ярко обозначаются лежащие в основе состязательности сторон разнонаправленные действия. Со стороны прокурора важно убедить присяжных заседателей, что вменяемое подсудимому деяние имело место, что это деяние совершено подсудимым и что подсудимый виновен в его совершении. Государственный обвинитель должен стре­миться к установлению психологического контакта с подсудимым, потерпевшим, адво­катом, свидетелями и использовать индиви­дуальный подход к каждому из них. Психологи рекомендуют, учитывать профес­сиональную принадлежность потерпевшего, свидетелей (врач, водитель, педагог, актер и т. п.), разрабатывать план общения, в котором должен быть предусмотрен учет их личност­ных интересов.

Следует обратить внимание на то, что установлены определенные рамки, за которые нельзя выходить в прениях сторон в суде с участием присяжных заседателей. Во-первых, по окончании судебного следствия и до вынесения вердикта прения проводятся исключительно в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, что должно быть обеспечено председательствующим. Во-вторых, недопустимо включать в прения вопросы, не имеющие отношения к фактическим обстоятельствам дела. В-третьих, в первой части прений сторонам запрещено касаться обстоятельств, которые рассматриваются после вынесения вердикта без участия присяжных заседателей. В-четвертых, недопустимо ссылаться в обоснование своей позиции на не исследованные в судебном заседании доказательства или на доказательства, признанные в установленном порядке недопустимыми, с разъяснением присяжным заседателям необходимости не учитывать данные обстоятельства при вынесении вердикта. Все эти правила должны неуклонно соблюдаться прокурором при его участии в прениях в суде присяжных.

Заключение

Подводя итоги работы, можно выделить следующие основные проблемы участия прокурора в суде с присяжными заседателями:

1. Проблема формирования коллегии присяжных заседателей. Крайне важно, в процессе формирования коллегии присяжных выяснить все обстоятельства, которые могли бы прямо или косвенно повлиять на решение присяжного заседателя. В практике известен случай, когда председательствующий судья, по ходатайству государственного обвинителя, освободил гражданина Х от выполнения обязанностей присяжного заседателя по делу об убийстве, выяснилось, что несколькими годами ранее гражданин Х в аналогичном преступлении потерял своего сына. Конечно, при должной психологической устойчивости, честности, ответственности данный кандидат в присяжные заседатели мог бы объективно воспринимать и оценивать доказательства, речь прокурора и защитительную речь адвоката. Помешало бы это осужденному подать апелляцию на отмену судебного решения? Маловероятно.

Он должен согласовать отвод присяжного заседателя с иными участниками со стороны обвинения (ч. 14 ст. 328 УПК РФ). В большинстве случаев указанные участники, прежде всего потерпевший, под впечатлением от пережитого преступления, испытывая традиционно уважительное отношение к работникам прокуратуры, под влиянием веских аргументов государственного обвинителя соглашаются с ним по отводимым кандидатурам присяжных заседателей.

А если, предположим, мнения разошлись, и согласия достичь не удается? Этот вопрос порождает еще один, пожалуй, более важный: почему в отличие от подсудимого или его защитника, государственного обвинителя (п. 2 ч. 5 ст. 327 УПК РФ) потерпевшему не предоставлено право заявлять немотивированный отвод? Ввиду отсутствия юридического образования, потерпевший может принять неверное решение, которое негативно скажется на ход дела. Ведь государственный обвинитель не только специалист в области права, но и имеет навыки в психологии, которые помогут в вынесении объективного вердикта.




2. Проблемы особенности подготовки к судебному разбирательству с участием присяжных. Изначально, сторона обвинения и сторона защиты не находятся в равных условиях. Как правило, адвокат, принимающий участие в суде с участием присяжных заседателей в качестве защитника участвует в том же качестве и на проведении предварительного расследования и очень хорошо знает обстоятельства дела, так как сам порой активно решает вопросы, связанные с формированием доказательственной базы по уголовному делу. Прокурор, участвуя в качестве обвинителя, в лучшем случае прочитал материалы уже готового дела. Спрашивается – кто лучше ориентируется в материалах дела, знает его слабые и сильные стороны. Данная проблема останется актуальной до тех пор, пока не спадет загруженность прокурорских работников, в среднем на одного работника прокуратуры приходится 30 жалоб в месяц, которые все нужно обработать. Это не говоря о надзорной деятельности и участия в суде в традиционной форме. На мой взгляд, проблема решается увеличением кадров прокуратуры, а так же выделением отдельных специалистов, которые будут участвовать в суде с присяжными заседателями, снизить их участие по другим направлениям деятельности органов прокуратуры. Но решение сей проблемы требует существенных финансовых затрат, следовательно ее целесообразность под большим вопросом.

3. Наличие специальных навыков. Практика поддержания обвинения свидетельствует, что не каждый государственный обвинитель может качественно и успешно поддержать обвинение в суде присяжных. Можно говорить о том, что прокурор в суде присяжных, помимо досконального знания материалов уголовного дела, умения вести допрос и поддерживать государственное обвинение, должен более тщательно разбираться в психологии присяжных заседателей. Очевидно также и то, что прокурор должен обладать превосходными ораторскими качествами и отличным даром убеждения. Нужно признать, что для обеспечения должной подготовки прокуроров, поддерживающих обвинение по делам с участием присяжных заседателей, необходимо введение специальных курсов для государственных обвинителей на базе институтов Генеральной прокуратуры РФ. Проведение таких курсов на систематической основе под контролем Главного уголовно-судебного управления Генеральной прокуратуры РФ, безусловно, будет востребовано в масштабах всей страны и исключительно полезно, особенно если обеспечить практический, прикладной характер такого обучения.

Исходя из вышеизложенного, можно прийти к выводу о том, что рассмотрение дела присяжными заседателями требует многочисленных доработок. Является крайне финансово затратным, как для судов, так и для подготовки государственного обвинителя. Для меня, автора данной работы, существования данного института, кажется очень спорны

Список использованной литературы

1. Бозров В.М. «Удар милосердия» по институту народных заседателей // Российская юстиция. - 2002. - № 9. - С. 46.

2. Бойков А.Д. Суд. Скорый, да не очень. Правый, да не совсем. Милостивый, равный для всех? // Российский судья. - 2002. - № 9. - С. 13.

3. Борисенко И.В. актуальные проблемы участия прокурора в рассмотрение уголовных дел судами // Вестник Псковского государственного университета. – 2016. № 4/2016. - С. 174.

4. Быков В.М. новый закон о суде с участием присяжных заседателей: критические заметки // ПРАВО: история и современность. – 2018. - № 1. – С. 109 – 111.

5. Владыкина Т.А. проблемы формирования коллегии присяжных заседателей // Журнал российского права. – 2014. - № 5. — С. 92.

6. Залесский С. Институт самоотвода в уголовном судопроизводстве: проблемы и решение // М. 2010. - С. 132-133.

7. Зюбина И.А., Кудряшева А.Н., Дзюбенко А.И. особенности обвинительной речи в суде присяжных заседателей. // Философия права. – 2016. - №2. – С. 18.

8. Кони А.Ф. Присяжные заседатели // Собрание сочинений. Из записок судебного деятеля. М.: Юрид. Литература, 1966. Т. 1. 372с.

9. А.И. Каргин Актуальные вопросы рассмотрения уголовных дел с участием присяжных заседателей // Судья. - 2016. - N 5. – С 23.

10. Рябцева Е. В. Суд присяжных в России: дискуссионные вопросы // Российская юстиция. - 2008. - № 1. - С. 58.

11. Решетова Н.Ю. Участие государственного обвинителя в формировании коллегии присяжных заседателей: метод. рекомендации // Академия ген. Прокуратуры РФ. – М. – 2014.

12. Панферова А.Н. К вопросу о значимости психологических знаний в деятельности государственного обвинителя в суде с участием присяжных заседателей // Правопорядок. – 2017. - № 4. – С. 121.

13. Хорошев Я.Е. Подготовка государственных обвинителей к введению суда присяжных в районных судах // Законность. - 2017. - № 1. - С. 3.

14. Хорошева А.Е. Новый взгляд на систему тактических приемов, используемых государственным обвинителем в судебном разбирательстве с участием присяжных заседателей по уголовным делам об убийствах // Известия Алтайского государственного университета. – 2011. - С.133-134.

[1] Зюбина И.А., Кудряшева А.Н., Дзюбенко А.И. особенности обвинительной речи в суде присяжных заседателей. // Философия права. – 2016. - №2. – С. 18.

[2] Быков В.М. новый закон о суде с участием присяжных заседателей: критические заметки // ПРАВО: история и современность. – 2018. - № 1. – С. 109 – 111.

[3] Бозров В.М. «Удар милосердия» по институту народных заседателей // Российская юстиция. - 2002. - № 9. - С. 46.

[4] Бойков А.Д. Суд. Скорый, да не очень. Правый, да не совсем. Милостивый, равный для всех? // Российский судья. - 2002. - № 9. - С. 13.

[5] Рябцева Е. В. Суд присяжных в России: дискуссионные вопросы // Российская юстиция. - 2008. - № 1. - С. 58.

[6] Залесский С. Институт самоотвода в уголовном судопроизводстве: проблемы и решение // М. 2010. - С. 132-133.

[7] определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 17 мая 2012 г. № 16-О12-20СП.

[8] Владыкина Т.А. проблемы формирования коллегии присяжных заседателей // Журнал российского права. – 2014. - № 5. — С. 92.

[9] Определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 15 октября 2003 г. № 4-КПО03-136СП-1.

[10] Борисенко И.В. актуальные проблемы участия прокурора в рассмотрение уголовных дел судами // Вестник Псковского государственного университета. – 2016. № 4/2016. - С. 174.

[12] Панферова А.Н. К вопросу о значимости психологических знаний в деятельности государственного обвинителя в суде с участием присяжных заседателей // Правопорядок. – 2017. - № 4. – С. 121.

[13] Хорошев Я.Е. Подготовка государственных обвинителей к введению суда присяжных в районных судах // Законность. - 2017. - № 1. - С. 3.

[14] Хорошева А.Е. Новый взгляд на систему тактических приемов, используемых государственным обвинителем в судебном разбирательстве с участием присяжных заседателей по уголовным делам об убийствах // Известия Алтайского государственного университета. – 2011. - С.133-134.

[15] Кони А.Ф. Присяжные заседатели // Собрание сочинений. Из записок судебного деятеля. М.: Юрид. Литература, 1966. Т. 1. 372с.

[16] Зюбина И.А., Кудряшева А.Н., Дзюбенко А.И. особенности обвинительной речи в суде присяжных заседателей. // Философия права. – 2016. - №2. – С. 18.

[18] Хорошева А.Е. Новый взгляд на систему тактических приемов, используемых государственным обвинителем в судебном разбирательстве с участием присяжных заседателей по уголовным делам об убийствах // Известия Алтайского государственного университета. – 2011. - С.133-134.




Судебная речь - разновидность публичной речи. Композици­онно она также состоит, как и любая публичная речь, из трех час­тей: вступления, основной части и заключения.

1. Вступительная часть;

2. Содержание речи:

изложение фабулы дела - фактических обстоятельств престу­пления;

анализ и оценка собранных доказательств по делу;

обоснование квалификации преступления;

характеристика личности обвиняемого и потерпевшего;

предложение о мере наказания;

рассмотрение вопросов, связанных с возмещением причи­ненного ущерба;

анализ причин и условий, способствовавших совершению преступления, и предложений по их устранению;

3. Заключительная часть.

Вступление - отправная точка речи прокурора. Оно должно быть кратким по времени, емким по содержанию и упру­гим по стилистической конструкции. Всем последующим высту­плением прокурор подготавливает подсудимых и судебную ауди­торию к мысли о необходимости наказания за содеянное и спра­ведливости предлагаемой меры наказания.

Основная часть обвинительной речи прокурора начинается, как правило, с изложения фактических об­стоятельств преступления, фабулы дела. Обвинитель указывает где, когда, каким способом, с какой целью и с помощью каких средств совершено преступление, каковы его результаты и по­следствия.

Основная часть выступления может быть изложена несколь­кими способами. Во-первых, хронологически, т. е. в той последо­вательности, как совершалось преступление. Во-вторых, ретро­спективным способом, при котором анализируется путь, по кото­рому шло расследование преступления. В-третьих, анализ и оценку доказательств целесообразно сгруппировать по эпизодам преступления. Если преступление многоэпизодное, либо приме­нительно к каждому подсудимому, если их несколько, либо, в последовательности предмета доказывания.

Центральная часть обвинительной речи - анализ и оценка собранных по делу доказательств. Все доказа­тельства подлежат про­верке со стороны про­курора. Эта проверка включает анализ и сопоставление по­лученных фактических данных с имеющимися в деле, получение новых данных из других источников. Проверка доказательств про­водится с целью выяснения противоречий между ними, установле­ния их причин и принятия мер к их устранению. При этом ни одно из доказательств не имеет заранее установленной силы. Ни одно из до­казательств не может существовать изолированно, вне системы дока­зательств, находящихся в различных связях друг с другом.

От прокурора требуется не пересказ, а отбор материала и квалифицированный его разбор. Неправильно под предлогом ясности дела и очевидности виновности обвиняемого уклоняться от разбора доказательств, заменять его банальными утверждениями, что виновность дока­зана полностью прошедшими перед судом доказательствами.

В обвинительной речи прокурор обязан проанализировать все имеющиеся доказательства в отношении каждого пункта обвине­ния, эпизода и каждого обвиняемого. Перед тем как высказывать соображения о мере наказания, прокурор обосновывает в речи правомерность квалификации преступления, т. е. проводит тщательный юридический анализ состава преступления.

Заключительный аккорд основной части обвинительной речи -изложение соображения по поводу применения уголовного зако­на, о мере наказания и разрешения вопросов, связанных с возмеще­нием причиненного ущерба Эта часть выступления провозглашается от имени государства и должна прозвучать как приговор.

Прокурор предъявляет или поддерживает предъявленный по­терпевшим гражданский иск. В обвинительной речи он утвержда­ет, установлен ли факт нанесения материального ущерба, кому этот ущерб нанесен и в каком размере, а также подлежит ли удовлетворению заявленный гражданский иск.

Заключительная часть речи - самая короткая по времени по сравнению со вступительной частью и тем более с основным содержанием. Она должна быть лаконичной, выразительной, эмоционально-возвышенной, эффектной, органически связанной со всеми предшествующими частями речи.

Заключительная часть обвинительной речи- это выводы, вытекающие из всего того, что было до этого сказано. Здесь государственный обвинитель формулирует итоги су­дебного процесса, указывает на уроки, которые должны быть сделаны, на меры, которые необходимо предпринять для устра­нения причин и условий, способствовавших совершению престу­пления, подчеркивает значение ожидаемого приговора.

  1. Особенности выступления прокурора по гражданскому делу.

Речь прокурора истца, ответчика, их представителей, высказывает мнение о применении нормы права. Критикуя неверные утверждения сторон и их представителей, прокурор должен сослаться на факты, доказательства, закон, должен обосновать, почему он не согласен с данными утверждениями и пришел к иному выводу. Прокурору надлежит помнить о той большой ответственности, которая на него возложена. Ведь именно после заключения прокурора суд удаляется в совещательную комнату для вынесения решения. Следовательно, заключение прокурора должно быть особенно убедительным, законным, обоснованным, объективным и справедливым.

Когда прокурор обращается в суд с заявлением, выступает в судебных прениях, в которых обосновывает заявление, анализирует и оценивает доказательства, приводит факты, которые, по его мнению, установлены, высказывает соображения о применении той или иной правовой нормы. Если в ходе рассмотрения дела прокурор придет к выводу о необоснованности и недоказанности своего заявления, он должен отказаться от него до судебных прений и выступить только с заключением по делу. Таким образом, когда прокурор обосновывает свое заявление. он произносит речь дважды: в судебных прениях и в заключении. В связи с этим возникает вопрос, может ли прокурор в судебных прениях лишь кратко указать на поддержание заявления, а в заключении в развернутой форме изложить свои соображения? Думается, что на этот вопрос не может быть дан положительный ответ. Если прокурор поддерживает заявление, он должен обосновать свое мнение уже в судебных прениях, чтобы противная сторона имела возможность полемизировать с ним, высказывая свои контрдоводы. Иначе другая сторона, лишенная возможности критиковать доводы прокурора, окажется в худшем положении. Подобная позиция прокурора, кроме того, будет противоречить этическим требованиям, предъявляемым к деятельности прокурора. Когда прокурор вступает в дело, он в судебных прениях не участвует; после них он дает заключение, которое подводит итог по рассматриваемому делу и по поводу того, о чем говорится в судебных прениях. Предмет заключения прокурора шире, чем речи участников судебных прений и речь самого прокурора, если он выступал в судебных прениях, ибо все эти речи также рассматриваются в заключении и им дастся определенная оценка. Речь прокурора содержит те же элементы, что и речь адвоката.

  1. Особенности выступления профессиональных участников в суде присяжных.

По П.Сергеичу !

Обращаюсь к обвинителю.

Не торопитесь начинать речь. Помолчав, начните с нескольких незначительных слов, чтобы взять естественный тон, а затем, избегая общих вступлений, идите прямо к делу. Если вступление необходимо, постарайтесь сразу овладеть вниманием присяжных. В голове присяжных крутятся самые разные мысли, иногда посторонние. При таком состоянии духа присяжных первое слово принадлежит прокурору. Стоит ему затронуть чувство, в них назревшее, или мысль, в них зарождающуюся, и они в его власти. Это важное преимущество обвинителя. Не говорить лишнего ! Скажите просто: разберем обстоятельства, установленные судебным следствием. Присяжные увидят, что надо слушать. Скажите точно, в чем обвиняете подсудимого, определите точно, о чем вам приходится спорить, установите твердо и отчетливо нужные вам факты.

Будьте разборчивы в средствах. Помните, что на высоком положении вашем требуется нечто большее, чем только законность и благопристойность; требуется некоторое великодушие, некоторое величие духа. Никогда не выказывайте личного раздражения против подсудимого. Не упоминайте о неуместности снисхождения к подсудимому. Избегайте этого, между прочим, и потому, что это верный признак слабой речи; сильное обвинение не нуждается в таком предостережении. Никогда не острите. Последнее, может быть, важнейшее из всех указаний: никогда не говорите, что вы уверены в виновности подсудимого. Присяжные могут поверить вашей убежденности, а вы можете ошибаться. Если вам кажется, что в этом случае ошибаюсь я, загляните поглубже к себе в совесть.

Как закончить обвинительную речь? Если найдется счастливый афоризм или недлинный период, удачно выражающий вашу основную мысль или общее настроение залы, тем лучше; если нет, скажите просто, как говорили древние греки: «Я сказал, что считал нужным, вы знаете дело, решайте».

Судебные прения, в которых участвуют прокурор, составляют лишь часть его деятельности по поддержанию государственного обвинения перед судом.

Прокурор, произнося обвинительную речь, выполняет функцию уголовного преследования. Он – сторона обвинения. Но в российском процессе, в отличие от некоторых зарубежных правил и практики, со времен Судебных уставов прокурор обязан выполнять свою обвинительную функцию объективно. А. Ф. Кони принадлежит характеристика прокурора в пореформенном русском процессе как публично говорящего судьи. Убедившись в виновности подсудимого, с учетом всего говорящего в его пользу, прокурор заявляет о том суду и делает это "со спокойным достоинством исполняемого долга, без пафоса, негодования и преследования какой-либо иной цели, кроме правосудия, которое достигается не непременным согласием суда с доводами обвинителя, а непременным выслушиванием их". Кони считал, что "в судебном заседании наш прокурор поставлен в такое положение, которому может завидовать всякое иностранное законодательство" (Кони А. Ф. Собр. соч. Т. 4. С. 62).

Поддерживая государственное обвинение, сформулированное на предварительном следствии, прокурор должен достаточно критично относиться к представленным в суд материалам, так как приговор суда будет основываться на данных, полученных в судебном разбирательстве.

Все выводы государственного обвинителя и его мнения, предлагаемые на рассмотрение суда, должны основываться на законе и доказанных на судебном следствии фактических обстоятельствах дела. Юридические оценки должны быть соразмерны установленным фактам и нормам применяемого закона: прокурор должен быть справедлив.

Поведение государственного обвинителя, его позиция в целом должны опираться на нравственные нормы и им соответствовать. Прокурор защищает интересы общества, выступает от имени государства, но он в то же время призван охранять и законные интересы подсудимого, его достоинство. А. Ф. Кони писал, что прокурор, "исполняя свой тяжелый долг, служит обществу. Но это служение только тогда будет полезно, когда в него будет внесена строгая нравственная дисциплина и когда интерес общества и человеческое достоинство личности будут ограждаться с одинаковой чуткостью и усердием" (Кони А; Ф. Собр. соч. Т. 4. С. 62—63).

Таким образом, главное, что определяет нравственную характеристику всей речи прокурора-обвинителя, – правильность его позиции по существу, справедливость выводов, которые он представляет на рассмотрение суда. Прокурор, настаивающий, к примеру, на осуждении человека, вина которого в преступлении не доказана, поступает безнравственно.

Обвинительную речь прокурора традиционно и в соответствии с ее логикой принято делить на ряд последовательных частей, хотя каждая конкретная речь, естественно, строится в зависимости от обстоятельств дела.

Обвинительная речь прокурора обычно начинается с характеристики особенностей рассматриваемого дела, преступления, в котором обвиняется подсудимый. До последнего времени было обязательным в обвинительной речи давать "общественно-политическую" оценку преступления. При этом считалось, что она "должна быть необходимым элементом каждой обвинительной речи". Правильнее было бы вместо этого политизированного понятия выделять в речи раздел, посвященный характеристике правовых и нравственных особенностей уголовного дела, рассматриваемого судом, оценке опасности преступления и специфике дела. Именно с характеристики особенностей преступления или участвующих в деле лиц начинал свои речи в суде А. Ф. Кони в бытность его прокурором.

Общая характеристика рассматриваемого дела, его специфических особенностей должна быть объективной, соразмерной, не содержать преувеличений. Она должна быть конкретной, основанной на существе самого дела. Не секрет, что иногда прокуроры в недавнем прошлом по аналогичным делам использовали стандартные социально-политические характеристики, получившие на профессиональном жаргоне наименование "шапок", которые можно было "примерять" без особого труда к делам по обвинению совершенно разных людей. Эта составная часть речи, которую принято было называть "политической частью", обычно предшествовала приведению доказательств. При этом возникали ситуации, когда обвинитель "клеймил позором" подсудимого за тяжкое преступление, а затем оказывалось, что обвинительные материалы, которыми он оперировал, или недоброкачественны, или недостаточны для осуждения в соответствии с обвинительной версией.

В своей речи государственный обвинитель излагает фактические обстоятельства дела в том виде, как они установлены в результате судебного следствия. Он утверждает, что подсудимый совершил определенные деяния, вмененные ему в вину, или же вносит коррективы с учетом результатов судебного следствия, а при наличии оснований заявляет об отказе от обвинения. Правовая и нравственная обязанность прокурора состоит в максимальной объективности в формулировании предлагаемых суду выводов о том, в чем, по его мнению, виновен подсудимый. Прокурор обязан отказаться от обвинения, если оно не нашло подтверждения в ходе судебного разбирательства. Прокурор уточняет обвинение в его фактической части в соответствии с тем, что доказано на суде.

На прокурора распространяется положение о толковании сомнений в пользу подсудимого, если их не удалось устранить.

В обвинительной речи центральное место занимает анализ доказательств, исследованных на суде, и обоснование вывода о доказанности или недоказанности обвинения. Нравственные аспекты использования отдельных видов доказательств и их оценки были изложены ранее. Здесь же следует подчеркнуть, что прокурор не может ограничиться в своей речи утверждением, что обвинение "нашло в суде свое подтверждение", "полностью подтвердилось", "безусловно доказано" и т. п. На нем лежит нравственная и правовая обязанность доказать обвинение, которое выдвинуто обвинительной властью. Эту обязанность он должен выполнять и во время судебных прений. Она реализуется в виде анализа доказательств, доводов по существу их содержания, достоверности, достаточности, а не путем общих утверждений и заявлений. "Обвинитель должен быть силен в доводах, а не в эпитетах", – не без доли иронии писал А. Ф. Кони (Кони А. Ф. Собр. соч. Т. 4. С. 130).

В суде присяжных обоснование обвинения тщательным, объективным и убедительным анализом доказательств приобретает повышенное значение.

Юридическая оценка деяния – следующий элемент обвинительной речи прокурора. Она должна быть аргументированной, основанной на глубоком понимании сущности применяемого материального закона и даваться без "запроса", когда обвинитель стремится ориентировать суд при возможной альтернативе на применение более строгого закона, хотя внутренне не убежден в справедливости такой оценки.

В речи прокурора дается характеристика личности подсудимого, основанная на установленных в суде фактах. Эта характеристика должна быть объективной. Прокурор не вправе умалчивать о положительном в нравственном облике подсудимого, его прежних заслугах, поведении, могущем служить смягчению ответственности. Сведения из биографии подсудимого могут использоваться лишь в той части, которая относится к преступлению и к возможному наказанию. Личная жизнь подсудимого может фигурировать в речи прокурора, если соответствующие факты относятся к предмету доказывания.

Прокурор не вправе "вменять в вину" подсудимому то, что он не раскаялся или не признал себя виновным, или не дал показаний, сославшись на нежелание отвечать на вопросы или запамятование.

В речи, естественно, недопустимы насмешки над подсудимым, грубость, оскорбительные характеристики, а также заявления по поводу наружности подсудимого, его национальности, веры, физических недостатков.

Характеризуя подсудимого, прокурор должен исходить из того, что в отношении последнего действует презумпция невиновности. Подсудимый может быть оправдан, а обвинительный приговор — отменен. Поэтому оценки качеств подсудимого как человека должны опираться на бесспорно доказанные факты и не выходить за пределы того, что имеет юридическое значение.

Обоснование меры наказания в речи государственного обвинителя требует объективности, учета последствий того или иного вида и размера наказания, обстоятельств, не только отягчающих, но и смягчающих ответственность.

Не соответствуют нравственным нормам попытки воздействовать на судей ссылками на возможное влияние вынесенного ими мягкого приговора на состояние преступности и т. п.

А. Ф. Кони, выступая против "запугивания присяжных последствиями оправдательного приговора", приводил красочные случаи из практики тех лет. Один шустрый провинциальный прокурор по делу о шайке конокрадов, возражая против защиты, добивавшейся оправдания, говорил: "Что ж! Оправдайте! Воля ваша! Только вот что я вам скажу: смотрю я в окошко и вижу на дворе ваших лошадей и брички, телеги и нетычанки, в которых вы собрались. уехать домой. Что ж! Оправдайте: — пешком уйдете. ". (Кони А, Ф. Собр. соч. В 8 т, Т. 4. М., 1967. С. 136.) Нельзя сказать, что попытки воздействовать на судей в прямой или косвенной форме ссылками на возможные негативные последствия оправдания или мягкого наказания в наше время совсем не встречаются.

Нередки случаи, когда прокурор в речи касается поведения и личных качеств потерпевшего, свидетелей и других лиц помимо подсудимого. Ему приходится давать характеристику сослуживцев подсудимого, потерпевшего, их начальников. Она может оказаться отрицательной. Если такого рода оценки рисуют того или иного человека в неприглядном виде, то они должны опираться только на достаточные и проверенные доказательства.

В речи обвинителя могут использоваться приемы иронии, однако юмору не место в зале суда, где обсуждаются слишком серьезные дела, где речь идет о горе, причиненном преступлением.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: