Независимость судебной власти как гарантия свободы массовой информации

Обновлено: 02.12.2022

Для обеспечения свободы массовой информации принципиально важно, чтобы закон­ность актов государственной администрации была в сфере контроля независимых судей. Закон о СМИ был едва ли не первым нормативным актом эпохи кардинальной реконст­рукции российской правовой системы, в котором именно суд стал конечной точкой практически всех используемых здесь юридических алгоритмов. Так, согласно ч. 1 ст. 61 в суд могут быть обжалованы: любые неправомерные дей­ствия органа, регистрирующего СМИ; решение комиссии по телерадиовещанию об аннулировании лицензии на ве­щание; нарушение порядка предоставления запрашивае­мой информации; нарушение порядка аккредитации. Ч. 3 ст. 45 Закона о СМИ дополнительно включает в этот пере­чень случаи отказа в опровержении или ответе либо нару­шение порядка их распространения.

Дела, связанные с функционированием СМИ, помимо судов общей юрисдикции рассматривает также Конститу­ционный Суд Российской Федерации, если, разумеется, спор относится к его ведению. Так, 19 мая 1993 года Конституционный Суд Российской Федерации вынес по­становление по индивидуальной жалобе членов журналист­ского коллектива редакции газеты «Известия» в связи с постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 17 июля 1992 года «О газете «Известия». Предметом рассмотрения в Конституционном Суде Российской Феде­рации было также Постановление IX Съезда народных депутатов «О мерах по обеспечению свободы слова на госу­дарственном телерадиовещании и в службах информа­ции». Среди актов Конституционного Суда Российской Федерации, имеющих отношение к статусу СМИ, отметим также решение о привлечении главного редактора «Россий­ской газеты» к ответственности за неуважение к суду.

[1] См., например: Кин Дж. Средства массовой информации и демокра­тия. М., 1994.

[2] Всемирный Доклад ЮНЕСКО по коммуникации и информации 1999-2000 гг. М., 2000. С. 39.

[3] Мильтон Дж. О свободе печати. М., 1907. С. 46-47.

[4] Робеспьер М. Речь о свободе печати. М., 1806. С. 8.

[5] Миллъ Дж. Ст. О свободе. Лейпциг, 1861. С. 15.

[6] Цит. по: Сиберт Ф.С., Шрамм У., Пшперсон Т. Четыре теории прессы. М., 1998. С. 112.

[7] Цит. по: Сиберт Ф.С., Шрамм У., Питерсон Т. Указ. соч. С. 127.

[8] Прайс М. Телевидение, телекоммуникации и переходный период: право, общество и национальная идентичность. М., 2000. С. 45.

[9] Ориу М. Основы публичного права. М., 1929. С. 679.

[10] См.:Бабаев В.К. Презумпции в российском праве и юридической практике // Проблемы юридической техники. 2000. С. 323-330.

[11] См.: Recommendations and Resolutions adopted by the Parliamentary Assembly of the Council of Europe in the media field. Strasbourg, 1997; Recommendations and Declarations adopted by the Committee of Ministers of the Council of Europe in the media field. Strasbourg, 1998.

Для обеспечения свободы массовой информации принципиально важно, чтобы закон­ность актов государственной администрации была в сфере контроля независимых судей. Закон о СМИ был едва ли не первым нормативным актом эпохи кардинальной реконст­рукции российской правовой системы, в котором именно суд стал конечной точкой практически всех используемых здесь юридических алгоритмов.

Так, согласно ч. 1 ст. 61 в суд могут быть обжалованы: любые неправомерные дей­ствия органа, регистрирующего СМИ; решение комиссии по телерадиовещанию об аннулировании лицензии на ве­щание; нарушение порядка предоставления запрашивае­мой информации; нарушение порядка аккредитации. Ч. 3 ст. 45 Закона о СМИ дополнительно включает в этот пере­чень случаи отказа в опровержении или ответе либо нару­шение порядка их распространения.

Кроме того, суд и только суд полномочен решать вопро­сы о признании недействительным свидетельства о регист­рации СМИ (ч. 1 ст. 15), о прекращении и приостановлении деятельности СМИ (ст. 16), о прекращении распространения продукции СМИ (ч. 5 ст. 25), о возложении ответственности за нарушения законодательства о СМИ (ст.ст. 58—60), о компенсации морального вреда (ст. 62).

Дела, связанные с функционированием СМИ, помимо судов общей юрисдикции рассматривает также Конститу­ционный Суд Российской Федерации, если, разумеется, спор относится к его ведению. Так, 19 мая 1993 года Конституционный Суд Российской Федерации вынес по­становление по индивидуальной жалобе членов журналист­ского коллектива редакции газеты «Известия» в связи с постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 17 июля 1992 года «О газете «Известия». Предметом рассмотрения в Конституционном Суде Российской Феде­рации было также Постановление IX Съезда народных депутатов «О мерах по обеспечению свободы слова на госу­дарственном телерадиовещании и в службах информа­ции». Среди актов Конституционного Суда Российской Федерации, имеющих отношение к статусу СМИ, отметим также решение о привлечении главного редактора «Россий­ской газеты» к ответственности за неуважение к суду.

[1] См., например: Кин Дж. Средства массовой информации и демокра­тия. М., 1994.

[2] Всемирный Доклад ЮНЕСКО по коммуникации и информации 1999—2000 гг. М., 2000. С. 39.

[3] Мильтон Дж. О свободе печати. М., 1907. С. 46—47.

[4] Робеспьер М. Речь о свободе печати. М., 1806. С. 8.

[5] Миллъ Дж. Ст. О свободе. Лейпциг, 1861. С. 15.

[6] Цит. по: Сиберт Ф.С., Шрамм У., Пшперсон Т. Четыре теории прессы. М., 1998. С. 112.

[7] Цит. по: Сиберт Ф.С., Шрамм У., Питерсон Т. Указ. соч. С. 127.

[8] Прайс М. Телевидение, телекоммуникации и переходный период: право, общество и национальная идентичность. М., 2000. С. 45.

[9] Ориу М. Основы публичного права. М., 1929. С. 679.

[10] См.:Бабаев В.К. Презумпции в российском праве и юридической практике // Проблемы юридической техники. 2000. С. 323—330.

[11] См.: Recommendations and Resolutions adopted by the Parliamentary Assembly of the Council of Europe in the media field. Strasbourg, 1997; Recommendations and Declarations adopted by the Committee of Ministers of the Council of Europe in the media field. Strasbourg, 1998.

Институт массовой информации — важнейший институт информационного права. Этим институтом регулируются информационные отношения, возникающие при производстве и распространении массовой информации.

Свобода массовой информации гарантируется Конституцией РФ.

Институт массовой информации, как и институт интеллектуальной собственности, базируется как на правовом фундаменте на основной информационной конституционной норме.

«Статья 29 4. Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным законом».

Это означает, что производство массовой информации, как и любых других видов информации, открыто. Ограничения в распространении информации ограниченного доступа могут вводиться только федеральным законом.

Гарантия свободы производства, передачи и распространения массовой информации закрепляются ст. 29.

«Статья 29 5. Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается».Конституция РФ вводит следующие ограничения при распространении массовой информации.

«Статья 29 2. Не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства».

Норма устанавливает конкретные виды информации, распространение которой нарушает интересы личности, общества и государства. Распространение такой информации не допускается.

Эти ограничения на распространение информации, «опасной» для личности, общества, государства, основаны на предписании, содержащемся в следующей статье Конституции РФ.

«Статья 55 3. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».

Конституционный Суд РФ рассматривает это предписание в качестве принципа «соразмерного конституционно значимым целям ограничения прав и свобод»[69].

Конституция РФ гарантирует также защиту каждого от принуждения в выражении собственных мнений и убеждений.

3. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них».

Эта норма, в частности, устанавливает недопустимость насильственного получения журналистами сведений от их источников и запрещает распространять такую информацию.

Важнейшими для развития института массовой информации являются также следующие нормы Конституции РФ.

«Статья 15 3. Законы подлежат официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются.Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения».

Это означает необходимость официального опубликования законов, в том числе и средствами массовой информации на всех уровнях их принятия. Неопубликованный официально закон не действует и его нормы не могут применяться для разрешения споров.

«Статья 41 3. Сокрытие должностными лицами фактов и обстоятельств, создающих угрозу для жизни и здоровья людей, влечет за собой ответственность в соответствии с федеральным законом».

Данная норма обязывает должностных лиц передавать информацию об угрозе для жизни и здоровья людей, в том числе и для распространения средствами массовой информации.

«Статья 42 «Каждый имеет право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением».

Эта норма является веским основанием (если не обязанностью) для СМИ получать такую информацию от всех возможных источников и доводить ее до всеобщего сведения с целью вынуждения соответствующих субъектов к принятию мер, направленных на недопустимость экологических правонарушений.

Основным, системообразующим актом, регулирующим информационные отношения, является Закон РФ от 27 декабря 1991 г. «О средствах массовой информации». Нормы этого Закона применяются в отношении средств массовой информации, учреждаемых в РФ, а для создаваемых за ее пределами — лишь в части, касающейся распространения их продукции в Российской Федерации. Юридические лица и граждане других государств, лица без гражданства пользуются правами и исполняют обязанности, предусмотренные настоящим Законом, наравне с организациями и гражданами Российской Федерации, если иное не установлено законом.

А. С. Безнасюк,
председатель Московского окружного военного суда,
член Высшей квалификационной коллегии судей РФ,
заслуженный юрист РФ,
доктор юридических наук,
профессор.

Взаимоотношения судебной власти и СМИ в целом можно назвать проблемными, поскольку, как мы знаем, оценка деятельности судебных органов далеко не всегда объективна. Пример - освещение в прессе практически всех «громких» дел, рассмотренных судами в последнее время.


Анализ публикаций показывает, что, при освещении хода судебного разбирательства СМИ, как правило, формируют свое решение. При этом журналисты дают оценку показаниям свидетелей, иным доказательствам по делу, после чего делают вывод о виновности или невиновности подсудимых еще задолго до окончания судебного разбирательства, формируя, таким образом, в общественном мнении свой вариант судебного решения.

Некомпетентные либо откровенно заданные выступления отдельных СМИ наносят значительный ущерб авторитету судебной власти.

Кроме откровенно заказных скандальных «разоблачений» отдельные именитые журналисты, аналитики на страницах солидных изданий могут излагать свое видение судебной реформы, подвергать критике судебную систему. В действительности вследствие незначительного запаса юридических знаний из-под пера «хозяина газетной колонки» нередко выходит не аналитическая статья, а опус на «около юридическую» тему. СМИ могут не замечать судебную власть, умалять ее значение в сравнении с законодательной и исполнительной, оспаривать принцип независимости и критиковать каждое конкретное судебное решение и судью, его вынесшего.

Конечно, такие публикации бросают тень на авторитет судебной власти и порождают сомнения относительно чистоты кадров судейского корпуса, формируют мнение о «тотальной коррупции судебной системы», ее прямой зависимости от преступных сообществ, других ветвей власти, а также ее несамостоятельности.

Что может противопоставить судебная власть в ответ? Она вправе признать сведения, распространяемые СМИ, не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, привлечь журналиста к ответственности за клевету или оскорбление. Важно одно, - это будет очередное судебное решение, которое вновь получит свою оценку СМИ.

Тем не менее большинство СМИ заинтересованы в деловых дружественных отношениях с судами, поскольку каждый суд – источник интересных событий, новостей, информационных поводов.

СМИ – это часть объективной реальности, которая существует и действует независимо от того, что мы о них думаем и говорим. С этим нельзя не считаться.

Во взаимоотношениях с прессой можно выделить два ключевых подхода. Суть первого - отрицание всяческого сотрудничества и максимум усилий для того, чтобы отказать журналистам в общении, в каких-либо комментариях и разъяснениях. Суть второго, - предоставить СМИ максимум информации не только по наиболее актуальным судебным делам, имеющим общественный резонанс, а также по другим сторонам деятельности судов: различные статистические сведения, кадровые назначения и т.д.

Первый подход к общению со СМИ сам по себе создает проблемы, поскольку при отсутствии комментариев суда по интересующим журналистов делам всегда появляются разного рода «независимые эксперты» в области права, адвокаты или представители государственного обвинения, которые заполняют нишу судейского молчания и формулируют свое, «более законное и обоснованное судебное решение».

Президент России В.Путин, выступая на VI Всероссийском съезде судей, отметил, что «излишняя закрытость вредна», поскольку это «создает информационный вакуум, который и порождает ложные стереотипы в отношении работы судов».

Одна из главных задач, которую надо решать на пути сближения судебной власти и СМИ – сломать старую психологию отношений, как справедливо отметил председатель Верховного Суда РФ В.Лебедев: «Мы не должны обижаться на средства массовой информации, это не наши оппоненты, это наши союзники. Только через них… есть одна единственная возможность донести до общества, до граждан правду о работе российского правосудия…»

Выстраивая взаимоотношения со СМИ, руководитель суда должен принимать во внимание их интересы, круг их читателей, а главное, - цели и задачи, которые преследуют журналисты в поисках интересующей информации.

Пристальное внимание прессы надо рассматривать не как форму скрытого давления на суд, а как проявление неподдельного интереса. Если есть интерес, то появятся и взаимоотношения. И от суда зависит, какими они будут. Суд является органом государственной власти, а не местом для информационных баталий и киносъемок, именно поэтому суд должен выработать некие правила взаимоотношений со СМИ и убедить их эти правила выполнять.

Безусловно, ни руководитель суда, ни судья не должны повседневно

отстаивать интересы суда в СМИ. Эти задачи должны решать пресс-служба суда, и, в конкретном случае, сотрудник аппарата суда, отвечающий за общение не только с прессой, но и любыми иными общественными организациями.

Опыт такой работы у нас есть. В свое время именно в связи с тем, что в производстве Московского окружного военного суда постоянно находятся «громкие» дела, имеющие широкий общественный резонанс, было принято решение о создании пресс-службы, положение о которой утверждено постановлением президиума суда. Цель создания пресс-службы суда – формирование объективного общественного мнения, повышение авторитета судебной власти и престижа профессии судьи, а также оперативное информирование общественности о деятельности суда.

При разработке положения о пресс-службе было тщательно проанализировано законодательство о средствах массовой информации, соответствующие положения УПК РФ и ГПК РФ, нормы и практика применения международного права. Главная цель разработки подобного документа заключается в том, чтобы упорядочить деятельность самой пресс-службы, и журналистов, обращающихся в суд.

Поскольку взаимоотношения со СМИ должны носить системный характер, в основу их организации были положены следующие принципы.

ПРИНЦИП ПРОЗРАЧНОСТИ.
Судебные решения и прочие сведения, касающиеся деятельности судов (если речь не идет о делах, доступ к которым ограничен законом), должны быть доступны широкой обще­ственности.

ПРИНЦИП СОГЛАСОВАННОСТИ.
Судебные решения должны опера­тивно и точно передаваться СМИ. В свою очередь, пресса обязана информировать о любых ссылках и цитировании информации, исходящей из судебных органов. Этот «джентльменский» принцип свидетельствует о взаимном уважении и гарантирует кор­ректность передачи информации.

ПРИНЦИП ОБЪЕКТИВНОСТИ.
СМИ должны стремиться к макси­мально достоверному освещению деятельности судебной системы и в своих комментариях и анализе не переходить этическую и професси­ональную грани допустимого.

ПРИНЦИП ТЕХНОЛОГИЧНОСТИ.
Пресс-службы судов различных уровней должны обладать достаточной технологической и кадровой базой для удовлетворения потребности журналистов в информации по судебной проблематике.

Успешная работа пресс-службы является залогом эффективности взаимодействия со СМИ. Основной целью ее деятельности является формирование имиджа судебного органа. При решении вопроса о предельной открытости судопроизводства в конкретном суде надо помнить о ее пределах. Только закон может ограничить доступ к информации из зала суда. Поэтому задача пресс-службы суда обеспечить баланс интересов, чтобы открытость не была реализована в ущерб другим правам, свободам и законным интересам граждан, общества и государства.

Пресс-служба Московского окружного военного суда является структурным подразделением Аппарата суда и в своей деятельности подчиняется председателю. Поскольку имидж руководства связан с представлением суда в СМИ, влияние иных должностных лиц суда на деятельность пресс-секретаря полностью исключается.

Конечно, деятельность пресс-службы должна быть построена на основе плана работы. Сложность при планировании может вызвать то обстоятельство, что заранее не известно, какие дела будут иметь общественную значимость. Эту проблему необходимо решать, во-первых, тщательным мониторингом публикаций СМИ, касающихся криминальных тем, деятельности силовых ведомств и правоохранительных органов для получения сведений о фактах преступлений, уголовных делах, которые в дальнейшем могут быть подсудны окружному военному суду, а во-вторых, сотрудничеством с территориальными органами МВД и прокуратуры.

Другой немаловажный аспект в деятельности пресс-службы – создание журналистского пула, т.е. группы журналистов, представляющих различные издания, телекомпании, информационные агентства и т.д., который формируется, как правило, на базе соглашений между судом и руководством соответствующего СМИ. Особенность специализации журналиста – освещение тем, касающихся деятельности судебных органов, а основа соглашения о работе в пуле – объективное освещение работы конкретного суда.

Основа объективного освещения деятельности суда в прессе – наличие у журналистов элементарных знаний в области юриспруденции, о судебной системе, о судопроизводстве. Поэтому после формирования пула необходимо проводить занятия с журналистами, разъяснять им положения законодательства, особенности квалификации отдельных видов преступлений и т.д. Игнорирование этого требования часто приводит к искажению информации.

Кроме того, для построения нормальных взаимоотношений с прессой необходима соответствующая подготовка и пресс-секретарей. Как показывает практика, в редких случаях пресс-секретарь, кроме юридического образования имеет филологическое, журналистское. В сущности, пресс-секретарь – это лицо суда, это человек, способный доходчиво и понятно объяснить журналистам происходящее в суде, не используя сложные юридические термины и понятия.

Именно на его плечи ложится организация постоянного взаимодействия со структурными подразделениями Московского окружного военного суда по вопросам информационного освещения его деятельности, а также оказание помощи военным судьям, их помощникам, работникам аппарата суда по вопросам, отнесенным к сфере ведения пресс-службы. При этом каждый сотрудник суда четко знает, что с журналистами работает только пресс-секретарь, поэтому все обращения журналистов за комментариями должны переадресовываться в пресс-службу.

Пресс-служба организует и самостоятельно проводит брифинги и пресс-конференции, в том числе, закрытые, с журналистами российских и зарубежных СМИ, в ходе которых даются комментарии по наиболее значимым уголовным и гражданским делам, рассмотренным Московским окружным военным судом.

Неоднократно организовывалась и проводилась съемка судебных заседаний различными телекомпаниями. В большинстве случаев используется протокольная видеосъемка и фотосессия судебных заседаний продолжительностью не более 5 минут.

Ежеквартально проводились занятия с журналистским пулом, аккредитованным при суде, по вопросам организации судебной власти, военного, уголовного, уголовно-процессуального, гражданского и гражданско-процессуального законодательства.

По результатам ежедневного мониторинга публикаций СМИ за 2004 год подготовлено 48 еженедельных обзоров публикаций СМИ по материалам 35 печатных и электронных изданий. Подготовлен и распространен по гарнизонным военным судам информационно-аналитический бюллетень Московского окружного военного суда.

В соответствии с положением об аккредитации СМИ при МОВС в 2004 году проведен конкурс, по результатам которого аккредитованы 20 СМИ.

Кроме того, решение об однократной аккредитации на конкретное судебное дело принималось в отношении 25 печатных и электронных СМИ.

Пресс-служба необходима в каждом суде. Сегодня это одно из важных направлений организационного и информационного обеспечения деятельности судов, без которого нельзя утверждать авторитет судебной власти. Убежден, открытость правосудия прежде всего на пользу ему самому.

menu

English français русский Српски

  • Diminuer la taille du texte
  • Augmenter la taille du texte
  • Imprimer la page
  • Imprimer en PDF

Независимость судей и судебной власти под угрозой

Независимость судебной власти, лежащая в основе принципа верховенства права, имеет важнейшее значение для функционирования демократии и соблюдения прав человека. Основное право на «справедливое судебное разбирательство» «независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона», закреплено в Европейской конвенции о правах человека, в Хартии основных прав Евросоюза, а также в многочисленных национальных и международных правовых документах. Мы уже давно и свободно пользуемся этим правом, и такое положение сохраняется в большом числе стран-членов Совета Европы. Однако в настоящее время мы наблюдаем все более активные и вызывающие обеспокоенность попытки исполнительной и законодательной власти использовать те или иные рычаги воздействия на судебную систему, давать ей указания, подрывая тем самым ее независимость.

Вопросами верховенства права и независимости судебных органов я занимаюсь с момента вступления в свою должность. Я поднимала эти темы в четырех из девяти стран, которые посетила. В докладе по Венгрии, который я подготовила после визита в эту страну в феврале нынешнего года, я выразила обеспокоенность по поводу того,как принятые в 2010-х годах законодательные меры отразились на полномочиях и независимости судебной власти в стране. В своем докладе я подчеркивала необходимость сохранения системы сдержек и противовесов в управлении судебной системой и предостерегала от опасности ее политизации. Моя главная рекомендация заключалась в необходимости укрепления системы коллективного судейского самоуправления.

В марте я подняла вопрос о судебной реформе в Польше, которая сопровождалась финансируемой государством кампанией по дискредитации судей, а также негативными заявлениями в их адрес со стороны должностных лиц. Я пришла к выводу, что эта реформа имела серьезные негативные последствия для функционирования и независимости судебной системы страны, включая ее Конституционный суд и Совет по делам правосудия. Я также критиковала увольнение, замену и понижение в должности сотен председателей судов и прокуроров, использование дисциплинарных мер в отношении судей и прокуроров, высказывавших критику в адрес системы, а также объединение полномочий Министра юстиции и Генерального прокурора в руках одного действующего политика.

В своем опубликованном в феврале докладе по Румынии, в котором, среди прочего, я затронула вопрос о непродуманности реформы судебной системы, я подчеркивала важность сохранения независимости судебной системы и настоятельно призывала власти выполнить рекомендации Венецианской комиссии и Группы государств по борьбе с коррупцией (ГРЕКО). Среди ряда вызывающих озабоченность вопросов я обратила внимание на создание в рамках Генеральной прокуратуры Румынии отдела по расследованиям преступлений, совершаемых в судейском корпусе, а также на ограничения свободы выражения судьями своих мнений.

Независимость и беспристрастность судебной системы были одной из тем, которые я затронула во время моего недавнего визита в Турцию. Я выразила обеспокоенность тем фактом, что независимость судебной системы Турции была серьезно подорвана во время режима чрезвычайного положения, а также и после его прекращения. В частности, я отметила конституционные изменения, касающиеся Совета судей и прокуроров, которые явно входят в противоречие со стандартами Совета Европы, также как и приостановление на период двухлетнего чрезвычайного положения действия обычных гарантий и процедур увольнения, найма и назначения судей и прокуроров.

Вместо того чтобы поддерживать и укреплять независимость, беспристрастность и эффективность судебной системы, некоторые правительства и политики вмешиваются в работу судебной системы и даже прибегают к угрозам в адрес судей.

Совсем недавно Министр внутренних дел Италии допустил в одной из социальных сетей оскорбления в адрес трех судей в связи с вынесенными ими решениями, которые, по его мнению, шли в разрез со все более ограничительной политикой правительства в сфере иммиграции. СМИ сообщили об угрозах убийством, направленных против этих судей, которые появились в социальных сетях после этих резких выпадов со тороны министра. Еще одно словесное оскорбление судьи тем же министром, но уже по другой причине вынудило власти, как сообщается, предоставить этому судье полицейскую защиту в связи с последовавшими угрозами убийства.

В мае прошлого года в ходе парламентских дебатов в Сербии по вопросу введения пожизненного заключения без возможности условно-досрочного освобождения за некоторые наиболее тяжкие уголовные преступления, спикер парламента, ряд депутатов и министр юстиции подвергли критике судью Апелляционного суда Белграда Миодрага Майича за его предупреждение о том, что это законодательное предложение входит в противоречие с практикой Европейского суда по правам человека. После этого данный судья подвергся личным нападкам, в ходе прений его профессиональная квалификация и качество его работы были поставлены под сомнение лишь по той причине, что он воспользовался своим правом на свободу выражения мнения по вопросу, представляющему общественный интерес и относящемуся к сфере правосудия. Я также критиковала вышеупомянутое законодательное предложение за его несовместимость с практикой Европейского суда по статье 3 Европейской конвенции о правах человека в письме, которое я направила властям Сербии еще до вышеупомянутых парламентских дебатов.

Основные принципы Совета Европы в отношении независимости судебной власти

Наиболее актуальный документ, касающийся независимости судебных органов ― это Рекомендация комитета министров Совета Европы (2010)12 государствам-членам по вопросу о судьях: независимость, эффективность и ответственность.

Я бы хотела сослаться на некоторые из основных изложенных в ней принципов.

Независимость отдельных судей обеспечивается независимостью судебной системы в целом. Это один из основополагающих компонентов принципа верховенства права.

Независимость судей должна рассматриваться как одна из гарантий свободы, уважения прав человека и беспристрастного применения закона. Беспристрастность и независимость судей имеют важнейшее значение для обеспечения равенства сторон перед судом.

Независимость судей и судебных органов должна быть закреплена в Конституции или же на другом, как можно более высоком правовом уровне. Структурные механизмы, предусмотренные этими нормами, должны определять четкое разделение полномочий между исполнительной, законодательной и судебной властью.

Процедуры назначения и повышения в должности судей имеют ключевое значение для защиты независимости судебных органов. Стандарты Совета Европы требуют, чтобы не менее половины членов советов по делам правосудия (которые должны создаваться в соответствии с законом или Конституцией) были судьями, представляющими все уровни судебной системы, которых избирают их коллеги с соблюдением принципа плюрализма внутри судебной системы. Решения о назначениях и продвижении по службе должны основываться на объективных критериях профессиональных качеств и квалификации, а не на политических соображениях правительства.

Еще один важный принцип заключается в том, что судьи должны иметь гарантию пребывания в должности до достижения ими возраста обязательного выхода на пенсию и, что еще более важно, они не должны опасаться увольнения за решения, которые могут не понравиться тем, кто находится у власти.

Каждый судья обязан поощрять и защищать независимость судебной системы. Необходимо проводить консультации с судьями и судебными органами и обеспечивать их участие в подготовке законодательства, касающегося их статуса и, в более общем плане, функционирования судебной системы.

Комментируя решения судей, представители исполнительной и законодательной власти должны избегать как критики, подрывающей независимость судебной системы или доверие общества к ней, так и действий, которые могут поставить под сомнение готовность представителей органов государственной власти выполнять судебные решения (за исключением заявления о намерении обжаловать их).

Предпринимаемые на европейском уровне усилия по защите верховенства права и независимости судебной системы

На европейском уровне в последние годы в ряде стран-членов предпринимаются усилия для более систематического противодействия недопустимым посягательствам на независимость судебных органов.

В 2016 году Европейский суд вынес решение по делу Бака против Венгрии, связанное с преждевременным отстранением заявителя от должности председателя Верховного суда Венгрии и Национального совета юстиции по причине того, что в своем профессиональном качестве он критиковал законодательную реформу в Венгрии, которая затрагивала судебную систему. Суд установил, среди прочего, нарушение права заявителя на свободу выражения мнения, подчеркнув, что каждый судья обязан поощрять и защищать независимость судебных органов, и что необходимо проводить консультации с судьями и судебными органами и обеспечивать их участие в подготовке законодательства, касающегося их статуса и функционирования судебной системы.

Парламентская ассамблея Совета Европы (ПАСЕ) в своих резолюциях также обращалась к вопросам верховенства права, включая вопрос независимости судебной системы. В частности, в Резолюции от 2017 года «О новых угрозах верховенству права в государствах-членах Совета Европы» ПАСЕ обратила особое внимание на проблемы верховенства права в Болгарии, Республике Молдова, Польше, Румынии и Турции. В 2019 году, в совсем недавней резолюции, касающейся убийства Дафны Каруаны Галиции и проблем верховенства права на Мальте, Ассамблея выразила обеспокоенность, среди прочего, тем, что судьи и мировые судьи назначаются премьер-министром этой страны, и призвала к реформе системы правосудия в целях укрепления независимости судебной власти.

В ряде своих заключений Венецианская комиссия давала оценку соответствия законодательства стран-членов соответствующим стандартам в области верховенства права и независимости судебной системы. Начиная с 2011 года, только в отношении Венгрии Венецианская комиссия приняла семь Заключений, касающихся вопросов верховенства права, включая независимость судебных органов. Она также касалась этих вопросов в своих Заключениях по Болгарии (2016 г.), Польше (два в 2016 и два в 2017 гг.), Турции (два в 2017 г.), Румынии (в 2018 и 2019 гг.), Мальте (в 2018 г.) и Сербии (в 2018 г.). Заключения Венецианской комиссии и составленный ею Контрольный перечень вопросов верховенства права широко использовались и упоминались в ходе разбирательств по нарушениям, инициированных Европейской комиссией ЕС в отношении ряда стран-членов, упомянутых ниже.

ГРЕКО также озабочена тем, что существующие угрозы независимости судебных органов оказывают негативное воздействие на антикоррупционные стандарты Совета Европы. Так, в отношении Румынии ГРЕКО выразила серьезную обеспокоенность новым законодательством, включающим в себя поправки, «касающиеся назначения и увольнения старших прокуроров, функциональной независимости прокуроров, личной ответственности судей и прокуроров, что в совокупности представляет собой серьезную угрозу независимости судебной власти». К аналогичным выводам ГРЕКО пришла в отношении Польши, установив, что совокупный эффект различных элементов реформы значительно ослабил независимость судебной системы страны, а также выразив мнение в отношении Турции о том, что проведенные фундаментальные структурные изменения ослабили независимость судебной системы и привели к тому, что судебная система стала еще более зависимой от исполнительной власти и политического влияния.

Различные институты Европейского Союза также рассматривали эти вопросы и предприняли ряд беспрецедентных шагов по защите верховенства права, демократии и основных прав. В 2018 году Европейский парламент впервые в своей истории призвал Совет ЕС дать оценку явному риску серьезного нарушения Венгрией основополагающих ценностей Европейского Союза. Среди основных проблем, вызвавших озабоченность Европейского парламента, были угрозы независимости судебной системы. В своей Резолюции о положении в области верховенства права в Румынии, принятой в ноябре 2018 года, Европарламент также выразил обеспокоенность положением в области верховенства права и независимости судебной власти в этой стране. Европейская комиссия инициировала процедуры разбора допущенных Венгрией и Польшей нарушений в связи с принятием в этих странах законодательства, подрывающего независимость судебной власти.

Что следует предпринять

Вышеперечисленные усилия показывают, что европейские институты не бездействовали в отношении указанных проблем, однако некоторые из предпринятых шагов необходимо было сделать гораздо раньше.

Нам следует тверже и решительнее отстаивать принципы верховенства права и независимости судебной власти. Защищая эти принципы, мы защищаем права человека. Как отмечала Венецианская комиссия, «без доступа к правам человека верховенство права было бы пустым звуком».

Странам-членам Совета Европы следует в полной мере соблюдать европейские стандарты в этой области и поддерживать независимость судебной системы.

В странах-членах Совета Европы необходимо чаще проводить проверки ситуации в сфере верховенства права на соответствие стандартам Совета Европы.

Следует обеспечить участие судей и консультации с ними при подготовке законодательства, затрагивающего их деятельность и функционирование судебной системы в целом.

Судьям должно гарантироваться пребывание их в должностях и защита от необоснованного досрочного отстранения от должности или принудительного перевода.

Следует гарантировать право судей на выражение мнения по вопросам, представляющим общественный интерес.

Граждане стран Европы должны призывать к ответственности свои правительства в случаях, когда действия их правительств идут вразрез с принципами верховенства права, демократии и прав человека.

Нарушение принципов верховенства права и независимости судей ставит под угрозу права человека.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: