Как назывался церковный суд по делам о ересях

Обновлено: 24.02.2024

Церко́вный су́д — система органов, находящихся в юрисдикции той или иной Церкви, осуществляющая функции судебной власти на основании церковного законодательства (церковного права).

Содержание

В России

В Средние века

Русская Церковь восприняла основные принципы церковного устройства, в том числе устройства церковного суда, у Византии, в церковной юрисдикции которой она находилась до 1448 года.

Компетенция епископского суда, однако, на Руси была существенно шире: значительная часть судебных дел по вопросам гражданским (к примеру, по делам об умыкании невест) была отнесена к юрисдикции церковного суда, что, видимо, было обусловлено тем, что в средневековой Руси гражданское (светское) право сводилось к обычному праву. По всем без исключения подсудным делам клириков суд осуществлялся епископом. С развитием церковно-феодального землевладения к исключительной юрисдикции епископского суда были отнесены и миряне (крестьяне), жившие на церковных (монастрыских) землях. Суд по гражданским вопросам епископ отправлял опосредованно: чрез архиерейских бояр, дьяков, десятильников и иных мирских чиновников.

Апелляционный суд и суд по делам епископов принадлежали собору епископов во главе с митрополитом, как предстоятелем Русской Церкви.

В синодальный период

В синодальный период производство по делам гражданского свойства были изъяты из церковной юрисдикции; церковное судопроизводство постепенно бюрократизировалось вместе со всей системой церковного и государственного управления. На епархиальном уровне процесс бюрократизации получил завершение по издании «Устава духовных консисторий» в 1841 году. Присутствие консистории, в котором концентрировалась вся епархиальная административно-распорядительная деятельность, ведало и судебными делами в той или иной епархии; подготовленные и предрешённые консисторией дела утверждались правящим епископом, что обычно носило формальный характер. Высшая судебная власть принадлежала Святейшему Синоду.

В условиях судебной реформы при Александре II возник вопрос и о реформе суда церковного. Созданный обер-прокурором Д. А. Толстым комитет под председательством архиепископа Макария (Булгакова) подготовил соответствующий проект, который основывался на принципах гласности, состязательности и независимости судебной власти от административной, то есть, в том числе и от епархиального епископа, но сохранялся надзор светских представителей обер-прокуратуры. Такое исключение епископа из судебной системы стало предметом критики со стороны профессора Московской Духовной академии А. Ф. Лаврова; проект был отвергнут подавляющим большинством епархиальных епископов.

Новые попытки реформы начались в контексте предсоборной подготовки в 1905 году. Предварительный проект реформы, выработанный Предсоборным присутствием 1906 года, и согласный с отзывами большинства преосвященных, поступивших в Синод в 1905—1906 годы, предполагал создание четырех инстанций церковного суда: благочиннический суд, епархиальный суд, судебное отделение Синода, общее заседание Синода и его судебного отделения. Предполагалось вывести судебные дела из компетенции консистории, остававшейся таким образом лишь органом административного управления.

В РПЦ по восстановлении патриаршества

На Всероссийском Поместном Соборе 1917—1918 возобладали голоса в пользу отстранения епископа, как носителя административной власти, от участия в церковно-судебной системе, а также в пользу введения в церковные суды не только клириков, но и мирян. Предложенный в конце июля 1918 года (по ст. ст.) соборным Отделом о церковном суде (Отдел возглавлялся Сергием (Страгородским), архиепископом Владимирским и Шуйским, и начал работу 28 августа 1917 года) «Устав об устройстве церковного суда» предполагал четыре судебных инстанции (благочиннический суд, епархиальный суд, церковно-областной суд, высший церковный суд) полностью независимых от инстанций церковно-административных. В частности, «Устав» оставлял за епархиальным епископом лишь право «прокурорского надзора» над деятельностью епархиального суда, то есть право, в случае своего несогласия с его решением, направлять дело в областной суд. Ряд дел, вместе с тем, были отнесены к единоличной компетенции епархиального епископа, что сохраняло status quo ante ещё консисторской судебно-административной системы.

Принятый после жарких споров пленарным заседанием Собора, «Устав» столкнулся с вето Епископского совещания, едва ли не единственный раз за весь ход Собора воспользовавшегося правом отвергнуть постановление собора двумя третями своих голосов. Мотивируя своё решение, архипастыри указывали, прежде всего, на то, что «у епископа отнимается право ведать всеми судебными делами и решать их по закону и по совести епископоской», в чём члены Епископского совещания видели несоответствие «учению Слова Божия (Мф. 18, 15-19; 1 Тим. 5, 19-21), церковным канонам (1 Всел. Соб. 5 пр., IV, 9; VII, 4, Антиох. Соб. 4, 6, 9 пр., Карф. Соб 10, 12, 14, 15, 117 и др.) и преданию Церкви (см. Апост. Постановления кН. II, гл. 11-13, Иоанн Златоуст и др.)» [1] . Ввиду преждевременного прекращения работы Собора реформа суда осталась незавершённой.

Первый уставной документ в современной Русской Православной Церкви — «Положение об управлении Русской Православной Церкви» 1945 года только лишь упоминал о принадлежности высшей судебной власти Поместному собору.

Поместный Собор 1988 года принял «Устав об управлении Русской Православной Церкви», предполагавший четыре судебных инстанции: 1) епархиальный совет под председательством епархиального епископа, причём ряд дел относились к единоличной компетенции последнего (VIII.19 и 51 Устава 1988 г.); 2) Священный Синод (V.32); 3) Архиерейский собор (III.7); 4) Поместный собор (II.6-7).

Процессуальный аспект церковно-судебной системы «Устав» 1988 года не оговаривал, отсылая к обычном праву — к «принятой в Русской Православной Церкви процедуре церковного судопроизводства» (VIII.51 Устава 1988 г.).

В «Устав Русской Православной Церкви» 2000 года вошла отдельная глава, посвященная церковному суду и предусматривавшая три церковно-судебных инстанции:

  1. епархиальный суд;
  2. общецерковный суд;
  3. суд Архиерейского собора.

Порядок деятельности всех трёх судебных инстанций в «Уставе» подробно не описывался: предполагалось, что он будет детализирован в ещё не созданном на тот момент «Положении о церковном суде».

1 октября 2004 года Священным Синодом РПЦ было принято «Временное положение» «для руководства им епархиальными судами, а в случае их отсутствия епархиальными советами», и доведено до сведения прошедшего 3—8 октября того же года Архиерейского собора.

В РПЦ в настоящее время

Пункт 9 главы 1 Устава РПЦ от 2000 года запрещает «должностным лицам и сотрудникам канонических подразделений, а также клирикам и мирянам» «обращаться в органы государственной власти и в гражданский суд по вопросам, относящимся к внутрицерковной жизни, включая каноническое управление, церковное устройство, богослужебную и пастырскую деятельность.» [2]

26 июня 2008 года Архиерейский Собор РПЦ утвердил «Положение о церковном суде Русской Православной Церкви» [3] и предложенные изменения в Уставе Русской Православной Церкви от 2000 года, согласно которым судебная система РПЦ включает 3 инстанции: епархиальные суды, Общецерковный суд и Суд Архиерейского Собора, а также высшие церковно-судебные инстанции Русской Православной Церкви Заграницей и Самоуправляемых Церквей.

Положение предусматривает делегированный характер церковного судопроизводства (Статья 3 Положения) [3] : «Осуществляемая Общецерковным Судом судебная власть проистекает из канонической власти Священного Синода и Патриарха Московского и всея Руси, которая делегируется Общецерковному суду» (Пункт 1); «Осуществляемая в данном случае [если епархиальный епископ передаёт дело, требующее исследования, в епархиальный суд] епархиальным судом судебная власть проистекает из канонической власти епархиального епископ, которую епархиальный епископ делегирует епархиальному суду» (Пункт 2). «Рассмотрение дел в церковном суде является закрытым» (Пункт 2 статьи 5). Заявление о церковном правонарушении оставляется без рассмотрения и производство по делу прекращается, в частности, если предполагаемое церковное правонарушение (возникновение спора или разногласия) было совершено до вступления в силу Положения (Статья 36), исключая дела по церковным правонарушениям, являющимся каноническим препятствием к пребыванию в клире (Пункт 1 статьи 62).

По представлению Президиума Архиерейского Собора (2008), были избраны в состав Общецерковного суда сроком на четыре года следующие лица [4] : митрополит Екатеринодарский и Кубанский Исидор (Кириченко) (председатель), митрополит Черновицкий и Буковинский Онуфрий (заместитель председателя), архиепископ Владимирский и Суздальский Евлогий (Смирнов); архиепископ Полоцкий и Глубокский Феодосий; епископ Дмитровский Александр (секретарь).

По мнению протоиерея Павла Адельгейма (РПЦ) и других [5] [6] , неясен публично-правовой статус учреждённого суда РПЦ, существование и функционирование которого в предложенном виде противоречит как действующему российскому законодательству, так и церковному праву.

17 мая 2010 года в трапезных палатах Храма Христа Спасителя состоялось первое заседание Общецерковного суда Московского Патриархата [7] [8] ; решения были утверждены Патриархом 16 июня того же года [9] .

17 мая 2010 года в трапезных палатах Храма Христа Спасителя прошло первое в новейшей истории Русской Православной Церкви заседание Общецерковного Суда. Что такое Общецерковный суд? Из кого состоит Общецерковный суд? Как осуществляется работа Общецерковного суда? Как и когда решения Общецерковного суда вступают в законную силу?

17 мая 2010 года в трапезных палатах Храма Христа Спасителя прошло первое в новейшей истории Русской Православной Церкви заседание Общецерковного Суда. Что такое Общецерковный суд? Из кого состоит Общецерковный суд? Как осуществляется работа Общецерковного суда? Как и когда решения Общецерковного суда вступают в законную силу?

«Сотворити в них суд написан» (Пс., 149, 9)

17 мая 2010 года в трапезных палатах Храма Христа Спасителя прошло первое в новейшей истории Русской Православной Церкви заседание Общецерковного Суда. На судебном заседании были рассмотрены дела и иски четырех клириков различных епархий Русской Православной Церкви. По всем делам были вынесены решения, которые утвердил Святейший Патриарх Московский и всея Руси.

Что такое Общецерковный суд?

В действующем сейчас Уставе Русской Православной Церкви так говорится о церковной судебной системе:

« Судебная власть в Русской Православной Церкви осуществляется церковными судами посредством церковного судопроизводства. Никакие другие церковные органы и лица не вправе принимать на себя осуществление функций церковного суда» ( статья 1 главы VII Устава РПЦ ).

Сегодня в нашей Церкви существует трехступенчатая судебная система.

«Суд в Русской Православной Церкви осуществляется церковными судами трех инстанций:

а) епархиальными судами, имеющими юрисдикцию в пределах своих епархий;

б) общецерковным судом, с юрисдикцией в пределах Русской Православной Церкви;

в) высшим судом — судом Архиерейского Собора, с юрисдикцией в пределах Русской Православной Церкви.» (статья 4 главы VII Устава РПЦ).

В этой системе Общецерковный Суд по сути занимает основополагающую роль, поскольку он рассматривает как дела первой, так и второй инстанции.

Что такое судебные инстанции?

Все суды, как в светском, так и в церковному судопроизводстве, в четком соответствии со своими функциями делятся на инстанции. Так в светском уголовном и гражданском процессе различают суды первой, второй и надзорной инстанций. Суды первой инстанции принимают решения по существу рассматриваемого дела. Суды второй инстанции рассматривают кассационные или апелляционные жалобы на решения судов первой инстанции. В надзорную же инстанцию входят суды, обладающие правом проверять законность и обоснованность решений и приговоров суда, уже вступивших в законную силу. И если, в церковном судопроизводстве, Епархиальный суд обладает правами только первой инстанции, то Общецерковный суд может рассматривать дела как в первой, так и во второй инстанции. В первой инстанции он рассматривает дела (см. пункт 1 статьи 28 Положения о церковном суде):

  • в отношении архиереев (за исключением Патриарха Московского и всея Руси — дела касающиеся его может рассматривать только суд Архиерейского Собора);
  • в отношении клириков, назначенных на должность руководителей Синодальных и иных общецерковных учреждений;
  • в отношении иных лиц, назначенных на должность руководителей Синодальных и иных общецерковных учреждений;
  • иные дела в отношении вышеуказанных лиц, переданные Патриархом Московским и всея Руси или Священным Синодом в Общецерковный суд первой инстанции, включая дела по наиболее существенным спорам и разногласиям спорам между архиереями;

Во второй же инстанции Общецерковный суд рассматривает дела (см. пункт 2 статьи 28 Положения о церковном суде):

  • рассмотренные епархиальными судами и направленные епархиальными архиереями в Общецерковный суд для окончательного разрешения;
  • по апелляционным жалобам сторон на решения епархиальных судов;
  • рассмотренные высшими церковно-судебными инстанциями Русской Православной Церкви Заграницей или Самоуправляемых Церквей и переданные предстоятелями соответствующих Церквей в Общецерковный суд;
  • по апелляционным жалобам сторон на решения высших церковно-судебных инстанций Русской Православной Церкви Заграницей или Самоуправляемых Церквей (при наличии в данных Церках высших церковно-судебных инстанций).

Наконец, по поручению Патриарха Московского и всея Руси или Священного Синода, Общецерковный суд вправе пересмотреть в порядке надзора вступившие в законную силу решения епархиальных судов (см. пункт 3 статьи 28 Положения о церковном суде).
Суд Архиерейского Собора рассматривает в первой инстанции только дела по догматическим и каноническим отступлениям в деятельности Патриарха Московского и всея Руси (пункт 1 статьи 31 Положения о церковном суде). Также суд Архиерейского Собора рассматривает во второй инстанции дела в отношении архиереев и руководителей Синодальных и иных общецерковных учреждений (пункт 2 статьи 31 Положения церковном суде):

  • рассмотренные Общецерковным судом первой инстанции и направленные Патриархом Московским и всея Руси или Священным Синодом на рассмотрение Архиерейского Собора для вынесения окончательного решения;
  • по апелляционным жалобам архиереев или руководителей Синодальных и иных общецерковных учреждений на вступившие в законную силу решения Общецерковного Суда первой инстанции.

Суд Архиерейского Собора может, по представлению Священного Синода или Патриарха Московского и всея Руси, рассмотреть иные дела, подсудные нижестоящим церковным судам, в случае, если данные дела требуют авторитетного судебно-соборного решения, а также, пересмотреть в порядке надзора вступившие в законную силу решения Общецерковного суда или, опять же по представлению Патриарха Московского и всея Руси или Священного Синода рассмотреть вопрос об облегчении либо отмене канонического наказания в отношении лица, осужденного предыдущим Архиерейским Собором (см. пункт 4 статьи 31 Положения о церковном суде).
Также следует помнить, что согласно статье 2 главы III Устава РПЦ, Архиерейский Собор созывается не реже одного раза в четыре года и, что для осуществления своих судебных полномочий, Архиерейский Собор должен еще сформировать соответствующую Судебную комиссию, которая может действовать только в период соответствующего Архиерейского Собора. В то же время, как Общецерковный суд осуществляет свою деятельность на постоянной основе и по сути на его плечи ложится основной груз церковного судопроизводства.

Из кого состоит Общецерковный суд?

Общецерковный суд состоит из председателя и четырех членов в архиерейском сане, которые избираются Архиерейским Собором по представлению Президиума Архиерейского Собора сроком на четыре года (см. пункт 1 статьи 29 Положения о церковном суде). Председатель Общецерковного суда также назначается Архиерейским Собором. А Святейший Патриарх Московский и всея Руси назначает из числа избранных членов суда его заместителя председателя и секретаря Общецерковного суда. Дела по обвинению архиереев в совершении церковных правонарушений Общецерковный суд рассматривает в полном составе, остальные же дела могут быть рассмотрены в составе не менее трех судей во главе с председателем Общецерковного суда или его заместителем.
26 июня 2008 года Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, одновременно с принятием Положения о церковном суде, избрал и его членов. Ими стали:

  • митрополит Екатеринодарский и Кубанский Исидор, назначенный также председателем Общецерковного суда;
  • митрополит Черновицкий и Буковинский Онуфрий (Украинская Православная Церковь), назначенный заместителем председателя Общецерковного суда;
  • архиепископ Владимирский и Суздальский Евлогий;
  • архиепископ Полоцкий и Глубокский Феодосий (Белорусская Православная Церковь);
  • епископ Дмитровский Александр, викарий Московской епархии, назначенный секретарем Общецерковного суда.

Для обеспечения деятельности Общецерковного суда создается аппарат Общецерковного суда. Сейчас, временно, функции аппарата Общецерковного суда возложены на Управление делами Московской Патриархии.

Как осуществляется работа Общецерковного суда?


Общецерковный суд принимает к рассмотрению дела только на основании распоряжения Патриарха Московского и всея Руси или Священного Синода Русской Православной Церкви. Можно сказать, что сама работа Общецерковного суда состоит из двух этапов. Первый этап заключается в подготовке конкретных дел к рассмотрению на заседаниях Общецерковного суда. Этот этап осуществляется аппаратом суда, а как упомянуто выше, сейчас функции аппарата осуществляются Управлением делами Московской Патриархии. Подготовленные дела, в свою очередь, поступают к рассмотрению на заседаниях самого суда. Эти заседания, согласно Положению о церковном суде, проводятся в г. Москве. Также, в особых случаях и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Общецерковный суд может провести свое выездное заседание на территории любой епархии Русской Православной Церкви.

Как и когда решения Общецерковного суда вступают в законную силу?

После того, как Общецерковный суд провел заседание и принял на нем судебное решение по рассматриваемому делу, это решение, вместе с другими документами, передается председателем Общецерковного суда на рассмотрение Святейшего Патриарха Московского и всея Руси. Только после утверждения такого решения Патриархом оно вступает в законную силу. Естественно, что на это может уйти определенное время, зависящее от массы факторов.

Так, в случае с первым заседанием Общецерковного суда, на период рассмотрения его решений Святейшим Патриархом Московским и вся Руси Кириллом пришлись: визит в Россию Патриарха Константинопольского Варфоломея, переговоры делегаций Русской и Константинопольской Православных Церквей , мероприятия празднований Дней славянской письменности и культуры, посещение Патриархом Кириллом Казанской Свято-Амвросиевской женской пустыни в Шамордино и Свято-Введенской Оптиной Пустыни, посещение Святейшим Патриархом Кириллом Санкт-Петербурга, очередное заседание Священного Синода, визит Патриарха в Тульскую, Петрозаводскую и Смоленскую епархии, масса богослужений, встреч и выступлений в Москве. Вполне естественно, что при таком напряженном графике служения Святейшего Патриарха, а также при очень внимательном отношении Его Святейшества к принимаемым Общецерковным судом решениям, утверждение этих решений не произошло одномоментно. И было очень грустно наблюдать, как этим пробовали воспользоваться некоторые нечистоплотные средства массовой информации, устраивая форменную истерику вокруг еще не вступивших в законную силу и не опубликованных решений, выдавая за них всевозможные выдумки так называемых экспертов и аналитиков.

Какие дела были рассмотрены Общецерковным судом в этот раз?

Итак, 17 мая 2010 года в трапезных палатах Храма Христа Спасителя прошло первое заседание Общецерковного Суда Русской Православной Церкви. В ходе этого заседания Общецерковный суд Русской Православной Церкви рассмотрел четыре дела:

  • апелляционную жалобу запрещенного клирика Воронежской епархии священника Андрея Васильевича Шереметова на решение епархиального суда Воронежской епархии о его извержении из сана;
  • дело о запрещении в священнослужении клирика Хабаровской епархии священника Валерия Владимировича Паташенко, переданное в Общецерковный суд для окончательного решения архиепископом Хабаровским и Приамурским Марком;
  • в порядке надзора решение епархиального церковного суда Ростовской-на-Дону епархии о признании клирика епархии протоиерея Александра Владимировича Тимченко виновным в нарушении правила святых Апостолов 27-го в ходе инцидента 22.05.2009 г. на территории Введенского прихода г. Ростова-на-Дону;
  • в первой инстанции заявление клирика Псковской епархии протоиерея П.А. Адельгейма о церковных правонарушениях настоятеля храма святых Жен-мироносиц Псковской епархии священника С.И. Иванова — в виде составления и подписания недействительного протокола Приходского собрания от 14.03.2008 г., а также незаконного исключения из состава приходского собрания храма святых Жен-мироносиц Псковской епархии ряда членов, в том числе протоиерея П.А. Адельгейма; и управляющего Псковской епархией митрополита Псковского и Великолукского Евсевия в виде утверждения упомянутого недействительного протокола;

Таким образом на первом заседании Общецерковного суда были по сути исполнены все из возможных функций этой церковной судебной инстанции. В первом случае была рассмотрена апелляционная жалоба на решение суда первой инстанции, во втором дело переданное епархиальным архиереем для окончательного решения, в третьем осуществлено надзорное производство и, наконец, в четвертом дело в первой инстанции с обвинением в церковном правонарушении архиерея и клирика его епархии.

Игумен Савва (Тутунов)

Вот как, специально для портала «Православие и мир«, прокомментировал рассмотренные дела секретарь Управления делами Московской Патриархии игумен Савва (Тутунов):

«Наибольшего внимания судей потребовало дело, касающееся дисциплинарного взыскания в отношении одного из клириков Ростовской-на-Дону епархии. Оно было наиболее насыщенным и, можно сказать, сложным. Внимательное изучения дела позволило судьям Общецерковного суда придти к выводу о неправомерности решения епархиального суда.

Что касается дела, связанного с обращением клирика Псковской епархии протоиерея Павла Адельгейма, то сложности в нем особой не было, тем более, что факты уже были установлены светским следствием. Особо упомянуть о нем есть смысл лишь потому, что заявитель публикует в «Живом Журнале» пространные комментарии относительно состоявшегося решения Общецерковного суда. Полагаю, что публикация решения суда все расставит на свои места«.

Судебная система Русской Православной Церкви. Инфографика журнала Встреча

Судебная система Русской Православной Церкви. Инфографика журнала Встреча

Текст присяги церковного судьи:

Я, нижепоименованный, вступая в должность церковного судьи, обещаюсь Всемогущему Богу пред Святым Крестом и Евангелием в том, что при помощи Божией буду стремиться проходить предстоящее мне служение судьи церковного суда во всем согласно со Словом Божиим, с канонами Святых Апостолов, Вселенских и поместных соборов и святых отцов, и со всеми церковными правилами, законоположениями и установлениями.

Обещаюсь также, что при рассмотрении всякого дела в церковном суде буду стремиться действовать по совести, справедливо, подражая Праведному и Милосердному Вселенскому Судии Господу нашему Иисусу Христу, с тем, чтобы решения, выносимые церковным судом с моим участием, ограждали паству Церкви Божией от ересей, расколов, нестроений и бесчиния и помогали преступившим заповеди Божий придти к познанию Истины, к покаянию, исправлению и конечному спасению.

Участвуя в принятии судебных решений, обещаюсь иметь в мыслях не свою честь, интерес и выгоду, но славу Божию, благо Святой Русской Православной Церкви и спасение ближних, в чем да поможет мне Господь благодатию Своею, молитв ради Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии и всех святых. В заключение сего обещания целую Святое Евангелие и Крест Спасителя моего. Аминь.

Церковньй cуд как уже отмечлось, появился на Руси после при­нятия христианства и сразу приоб­рел широкую юрисдикцию. Его деятельность регламентировалась княжескими уставами и уставными грамотами: Уставом князя Вла­димира Святославовича «О десятинах, судах и людях церковных», Уставом князя Ярослава Мудрого «О церковных судах», Смолен­ским уставом, а также нормами византийского канонического пра­ва.

По византийской традиции под церковной юрисдикцией находились все церковнослужители (белое и черное духовенство) и члены их семей, и так называемые «церковные люди» — т.е. все служилые и дворовые люди архиереев, а также все лица, жившие на землях, принадлежащих архиерейской кафедре или находившиеся под защитой церкви. Они судились церковным судом по делам ду­ховным, гражданским и уголовным, за исключением татьбы с по­личным, убийства и разбоя.

Судебная власть церкви распространялась на все преступ­ления, совершенные «мирянами» против веры, нравственности, а также на их брачные и наследственные дела. Компетенция церков­ного суда в Древней Руси была невероятно обширна. В исключи­тельном ведении церкви находились все дела, вплоть до уголовных, связанные с семейными отношениями (убийство, совершенное в кругу семьи; прерывание беременности; жестокое обращение мужа с женой, родителей с детьми и др.). Следует подчеркнуть, что при­надлежность дел о наследстве к ведомству церковного суда станет на Руси вовсе не уникальным, а обычным явлением. В научной ли­тературе до сих пор нет единого мнения по поводу возникновения этой традиции. На наш взгляд, наиболее обоснованной можно счи­тать точку зрения К.А. Неволина. Ученый подчеркивал, что раз церковь решала вопрос о законности самого брака, следовательно, она же должна была определять и круг законных наследников умершего[394].

На Руси сложилась совершенно иная, чем в Византии, ситуа­ция, где допускалось участие епископов в светских судах.

Предостав­ление права светского суда епископам в Византии вытекало из уваже­ния к их высокому нравственному авторитету и по сути своей возлага­ло на церковных иерархов дополнительные пастырские обязанности. Уставы князей Владимира и Ярослава создали особый круг дел, под­судных исключительно церковному суду, полностью исключив тем самым духовенство из сферы светской юрисдикции. А поскольку в Киевской Руси отправление правосудия было одной из важнейших статей дохода, образование церковного суда — это, прежде всего, за­бота о материальном обеспечении епископов.

Первоначально церковные суды не имели постоянно дейст­вующего состава и собирались по мере необходимости. Судебными полномочиями обладали все иерархи русской православной церк­ви, в источниках все они обозначены термином «владыка», а цер­ковный суд назывался «владычным» судом.

Судьями также могли быть и другие, назначаемые владыкой церковнослужители. Пока епархии были небольшими, а дела по епархиальному управлению не отличались особой сложностью, вся административная и судебная власть находилась в руках епархи­альных архиереев и церковных клириков. Последние всегда нахо­дились при архиереях в качестве их помощников по епархиальному управлению.

Со временем, по мере укрупнения епархий и образования новых, наметилось разделение всех дел на две категории. К первой относились дела духовные — преступления духовных лиц против сана и своих обязанностей, преступления против веры — наруше­ния различных церковных правил и постановлений. Ко второй — все дела гражданские и уголовные, которые были отнесены к ар­хиерейской юрисдикции.

В связи с указанным разделением, архиереи и клир оставили за собой только первую категорию дел, а вторую передали в руки светских архиерейских чиновников: наместников, десятильников, тиунов и прочих. Однако последние не могли самостоятельно при­нимать решение по делу без предварительного доклада архиерею. Вынесение окончательного приговора по всем судебным делам все­гда оставалось за архиереем, который только тогда утверждал под­готовленный чиновниками текст, когда получал подтверждение тяжущихся сторон, что все происходило именно так как записано в судных списках.

Церковный суд в период раздробленности. Значительно возросли в указанную эпоху земельные владения православных церквей и монастырей. По сравнению с Киевским периодом, рас­ширилась компетенция церковного суда. В юрисдикцию церковно­го суда вошли: дела кабальные и жалобы холопов на своих хозяев, жалобы на нарушение семейных устоев, дела, касающиеся институ­та усыновления.

Из текста Уставной грамоты смоленского князя Ростислава Мстиславовича новоучрежденной Смоленской епископии видно, что в начале XII в. церковному суду, и отчасти смешанному суду епископа и князя, подлежали дела: о самовольном разводе; о двоеженстве, о браках в недозволенной степени родства; о похищении невесты; о колдовстве; о драках между женщинами; об оскорблении женщин словом или действием; тяжбы между церковнослужителями[395].

В том случае, если стороны подпадали под юрисдикцию различных судов, например, истец был церковным человеком, а ответчик проживал на княжеской земле, учреждались «смесные», т.е. смешанные суды, в состав которых входили представители как княжеской, так и церковной администрации. После определения и осуждения виновного, наказание приводилось в исполнение по подсудности. А судебные пошлины делились поровну между кня­зем и церковью[396]. Если же иск предъявлялся самому архимандриту, то дело рассматривалось великокняжеским судом.

Ярлыки, данные монгольскими ханами русским митропо­литам в XIII—XIV вв., не только подтверждали все привилегии православного духовенства, которые существовали до завоевания Руси, но и значительно их расширили. В частности, церковь полу­чила право судить своих людей во всех делах гражданских, уголов­ных, и даже, чего раньше не было, в разбое и душегубстве.

Однако к концу удельного периода в Северо-Восточных землях церковная юрисдикция начала заметно уменьшаться. Наи­более явной эта тенденция стала в период образования централизо­ванного государства. Уже в XV в. жалованные грамоты князей изъ­яли из юрисдикции церковных судов дела о наиболее тяжких уго­ловных преступлениях: разбое, душегубстве, «татьбе с поличным»[397].

В Новгороде церковный суд назывался владычным. В нем председательствовал наместник архиепископа, а членами были 8 заседателей, которые избирались сторонами вышеуказанным по­рядком. Существовали также суды монастырские и суды поповских старост. Суду церковному подлежали лица духовного звания по всем категориям дел уголовных и гражданским спорам. Крестьяне, проживавшие на церковных землях, входили в юрисдикцию цер­ковного суда на основании вотчинного права.

В ханском ярлыке, данном московскому митрополиту Петру, сказано: «а знает Петр митрополит в правду и правосудит и управля­ет люди своя в правду: и в чем ни буди, в разбои, или в поличном и в татьбе и во всех делах, ведает Петр митрополит един, или кому при­кажет, да вся покорится и повинуются митрополиту, вся его церков- ныя причты по первым из начала законам их, и по первым грамотам нашим, первых царей великих грамотам и дефтерем и проч.». Теми же судебными правами обладали и архиепископы.

Следует отметить, что до XVI в. Русская Православная Цер­ковь была одной из метрополий Константинопольского патриарха­та. Следовательно, она руководствовалась теми же нормами кано­нического права, что и Византийская Церковь. Каноническое право применялось на всей территории Руси. Духовенство старалось в точности сохранять уставы Греческой церкви.

В Новгородской Судной грамоте читаем: «Нареченному на архиеписковство Великого Новгорода и Пскова священноиноку Феофилу судити суд свой, суд святительский по Св. Отец правилу, и по Номоканону; а судити ему всех равно, как боярина так и жить- его, так молодшаго человека»[398].

О том, что Уставы князей Владимира и Ярослава активно применялись в судебной практике церковных судов, говорит тот факт, что на протяжении многих веков тексты этих источников пе­реписывались, исправлялись переписчиками. Древние термины, не понятные уже, заменялись новыми, устаревшие и потерявшие силу нормы дополнялись или заменялись.

Миряне судились церковным судом по делам касающимся ереси, колдовства и чародейства, святотатства, осквернения церк­вей, разорения могил, семейно-брачные дела, нарушения детьми родительской власти, рассмотрения и утверждения духовных заве­щаний, решения тяжебных дел о наследстве, похищения женщин, блуда, прелюбодеяния.

Все эти категории дел должны были рассматриваться и ре­шаться по правилам Номоканона. Архиепископ обязан был оказы­вать равное правосудие всем гражданам — от боярина, до просто­людина. Отдельные дела[399] рассматривались общими судами с уча­стием представителей княжеской и церковной власти.

Довольно сложно ответить на вопрос: кем приводились в исполнение приговоры церковного суда? Судя по всему церковные наказания (епетимьи) налагались духовными лицами, а штрафы взимали архиереские чиновники. Исполнением приговоров, выне­сенных церковным судом, занималась и светская власть. . «Били в торгу попов новгородских, что поругались иконами пьяни, а при­слал их архиепископ Геннадий и бив отослали их опять к влады­ке»[400].

Архиепископы подлежали суду митрополита. Митрополит же приезжал в епархии для отправления суда по делам духовным лично. В некоторых случаях он вызвал на суд церковных иерархов. Пребывание митрополита в епархии называлось «подъездом».

Итак, имеющиеся в нашем распоряжении источники свиде­тельствуют о существовании на Руси различных судов со своей подсудностью. Характерной чертой организации судебной системы киевского периода было существование «суда равных», т.е. участие представителей той корпорации (общины), к которой относились тяжущиеся. В древнерусских источниках нет сведений о составе княжеского, наместнического или тиунского суда. Древнейшие ли­товско-русские акты требуют участия в суде княжеских админист­раторов представителей общины. Ф.И. Леонтович считает, что «присяжные земяне» — выборные представители общины, установ­ленные первым Статутом, были лишь развитием древнеславянского института «помочников»[401].

К концу периода раздробленности основными судебными учреждениями становятся суды: княжеский, владельческий и цер­ковный. Общинные и вечевые суды постепенно утрачивают свою былую самостоятельность. Можно предположить, что общинными судами разбиралась теперь незначительная категория имуществен­ных исков и поземельных споров. После того как в Киевском госу­дарстве судопроизводство становиться одной из главных статей княжеских и церковных доходов, князь и владыка начинают дейст­вовать в качестве общественных обвинителей. Однако общинные начала судоустройства надолго сохранят свое значение. В законода­тельных актах Московского государства им лишь будет придано несколько иное направление.

Собственные суды имеют многие религиозные конфессии, действующие на территории России, в том числе и Русская православная церковь. Такие суды относятся к категории третейских судов, рассматривающих дела, связанные с внутрицерковной деятельностью и взаимоотношениями, как правило, на основании норм канонического права. Причем, рассматриваются только дела, не относящиеся к юрисдикции уголовного и гражданского судов. Но так было не всегда.

Полномочия церковного суда в Древней Руси были необычайно обширны. По уставам о церковных судах великих князей Владимира и его сына Ярослава, все взаимоотношения в обыденной жизни, которые касались религии, семейных отношений и нравственности, были отданы на рассмотрение церковных судов. Князья установили, что не будут вмешивается в дела, переданные на рассмотрение церкви, введя тем самым разделение церковной и светской судебных систем. По существу, до петровского времени, когда произошло глубокое реформирование всей государственной структуры, судебная власть церкви сохранялась в пределах, определенных еще великим князем Владимиром.

В первую очередь церковь отстаивала свое исключительное право на преследование преступлений против веры, к которым относились:
— совершение языческих обрядов;
— пребывание в ереси и расколе;
— склонение православного к переходу в другую веру;
— осквернение храмов и святынь;
— богохульство, святотатство и поругание православной веры;
— непосещение богослужений, несоблюдение религиозных обрядов и постов;
— занятия волшебством, волхованием, ведовством и др.

Перов В.Г. Спор о вере

Церковь традиционно рассматривала все дела, связанные с браками, супружескими отношениями, взаимоотношениями родителей и детей. Причем она защищала не только права родителей, но и детей. Уже в «Уставе» Ярослава было установлено: «Аще девка не выходит замуж, а отец и мати силою отдадут, а что сотворит над собою, отец и мати епископу в вине, такожде и отрок».

К середине XVII века, когда высшей церковной судебной инстанцией стал Патриарший разряд, в его производстве находились гражданско-правовые дела следующих категорий:
— споры по действительности духовных завещаний;
— тяжбы о разделе наследства, оставленного без завещания;
— тяжбы о неустойках по брачным сговорам;
— споры между женой и мужем о приданом;
— споры о рождении детей от законного брака;
— дела об усыновлениях и о праве наследования усыновленных;
— дела о душеприказчиках, которые женились на вдовах умерших;
— дела по челобитьям господ на беглых холопов, принявших постриг или женившихся на свободных.

Особо рассматривались вопросы, связанные с незаконными браками, разводами и повторными женитьбами. Так, причинами, позволяющими совершить официальный развод, считались: доказанные прелюбодеяния, неспособность к брачному сожитию в дееспособном возрасте, невозможность мужа содержать (прокормить) жену и растрата её приданого. Независимо от воли супругов расторгались незаконные браки, особенно при недозволенных степенях родства и двоеженстве. Вступать в брак позволялось только трижды, при этом, получить разрешения на второй и третий браки было непросто. Регулировалась и половая жизнь супругов, которая категорически запрещалась во время постов. В то же время, обладая деньгами или властью, все эти проблемы можно было легко решить, что и продемонстрировал Иван Грозный.

Репин И.Е. Инок Филарет в заточении в Антониево-Сийском монастыре

Естественно, что рассмотрению церковными судами подлежали все внерелигиозные (гражданские) дела, связанные с духовенством. Любопытно, что духовенство чаще стремилось судиться не епископским судом, а светским (княжеским). Митрополиты вынуждены были издавать специальные «запрещающие» грамоты, грозя клирикам отлучением от церкви за обращения с тяжбами в светские суды. Князья и первые цари зачастую поддерживали духовенство своих вотчин и отдельных монастырей, давая «несудимые» грамоты, выводившие их обладателей из-под епископского суда. Конец такой практике положил царь Михаил Романов в 1625 году, дав патриарху Филарету жалованную грамоту, по которой духовенство в тяжбах и между собой, и с мирянами должно было судиться только в Патриаршем разряде. Даже уголовные преступления духовенства, кроме «смертоубийства, разбоя и татьбы с поличным», рассматривались церковными судами.

Петр I существенно урезал юрисдикцию церковных судов, оставив им только дела бракоразводные и о признании браков недействительными. Была значительно сокращена и компетенция церковных судов по гражданским делам духовенства. Преступления против веры, нравственности и в сфере брачных отношений стали подлежать двойственной подсудности. Церковь обычно возбуждала дела по этим преступлениям и определяла церковные наказания за них. А светские структуры проводили расследования, по результатам которых гражданские суды назначали наказания в соответствии с уголовными законами. Для преступивших закон появилась определенная «лазейка». При незначительности преступления можно было отделаться только церковным покаянием, избежав уголовной ответственности.

В 1918 году, после издания декрета об отделении церкви от государства, церковные суды стали рассматривать только преступления, связанные с внутрицерковными отношениями.

В настоящее время деятельность судов в Русской православной церкви регулируется двумя основными документами: «Уставом Русской Православной Церкви», принятом Архиерейским Собором в 2000 г., в нем церковному суду посвящена 7-я глава, и «Временным положением о церковном судопроизводстве для епархиальных судов и епархиальных советов, выполняющих функции епархиальных судов», которое было принято на заседании Священного Синода в 2004 году.

Рассмотрение дел в епархиальных судах является закрытым, допускается присутствие только лиц, участвующих в деле. Теперь суды рассматривают всего 4 категории дел.
По отношению к клирикам (священнослужителям) — дела по обвинению в совершении деяний, влекущих за собой канонические прещения в виде временного или пожизненного запрещения в священнослужении, извержения из сана, отлучения от Церкви.
По отношению к монашествующим, а также послушникам и послушницам — дела по обвинению в совершении деяний, влекущих за собой временное отлучение от церковного общения или отлучение от Церкви.
По отношению к мирянам, относящимся к разряду церковно-должностных лиц, — дела по обвинению в совершении деяний, влекущих за собой временное отлучение от церковного общения или отлучение от Церкви.
Иные дела, которые по усмотрению епархиального архиерея требуют исследования в суде.

Судебная система, хотя и утратила значительную часть своих полномочий, существует в Русской православной церкви уже более тысячи лет. Завидное постоянство.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: