Государство обеспечивая приоритет семейного воспитания берет на себя обязанности родителей

Обновлено: 29.01.2023

В Российской Федерации права детей регулируются:

· ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации»;

· ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»;

· ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации»;

· ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей»;

· другими нормативно-правовыми актами.

В мае 2017 года Президент РФ Владимир Путин подписал Указ об объявлении 2018–2027 годов в России Десятилетием детства, целью которого является совершенствование госполитики в сфере защиты детей.

Дети — приоритет по Конституции

В поправках к Конституции РФ подчеркивается, что «дети являются важнейшим приоритетом государственной политики России. Государство создает условия, способствующие всестороннему духовному, нравственному, интеллектуальному и физическому развитию детей, воспитанию в них патриотизма, гражданственности и уважения к старшим. Государство, обеспечивая приоритет семейного воспитания, берет на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения».

Основные права в Семейном кодексе

В Семейном кодексе зафиксированы такие права ребенка, как:

· право ребенка жить и воспитываться в семье;

· право ребенка на общение с родителями и другими родственниками;

· право ребенка на защиту;

· право ребенка выражать свое мнение;

· право ребенка на имя, отчество и фамилию и на изменение имени и фамилии;

· имущественные права ребенка.

Защищать интересы ребенка могут не только родители, но и органы опеки и попечительства, прокуратура или суд. Также по Семейному кодексу у ребенка есть право выражать свое мнение при решении в семье вопросов, затрагивающих его интересы.

В свою очередь, имущественные права ребенка также урегулированы в Гражданском кодексе.

Защита информационной безопасности детей

Отдельный закон регулирует безопасность детей при обращении с информацией, в том числе в интернете. В нем, в частности, введена классификация информационной продукции по возрастным категориям, а также прописано, что нарушение законодательства о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию, влечет за собой ответственность.

Штрафы за нарушение закона о детской безопасности

В 2019 году было ужесточено наказание за распространение в интернете информации, которая может принести вред здоровью или развитию ребенка.

Для должностных лиц наказание составляет до 20 тысяч рублей; для предпринимателей без образования юридического лица — до 20 тысяч рублей с конфискацией или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток; для юридических лиц штраф составляет до 100 тысяч рублей с конфискацией или административное приостановление на аналогичный период.

Также увеличен штраф за неприменение «административных и организационных мер, технических, программно-аппаратных средств защиты детей» от опасной информации для лиц, организующих распространение этой информации. Исключение — операторы связи. Были установлены санкции за размещение в информационной продукции для детей, в том числе в интернет-публикациях, данных о «привлечении детей к участию в создании информационной продукции, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию». Для граждан штраф составляет до трех тысяч рублей, для должностных лиц — до 20 тысяч рублей, для юридических лиц — до 60 тысяч рублей.

Запрет на высадку детей из транспорта

Запрещается принудительная высадка из общественного транспорта детей, не достигших шестнадцатилетнего возраста, которые едут без сопровождения взрослых.

Председатель ГД Вячеслав Володин подчеркнул, что «оставлять ребенка из‑за неоплаченного проезда одного на дороге – недопустимо, это создает угрозу его жизни и здоровью».

Право школьников на здоровое питание

По закону дети, обучающиеся по образовательным программам начального общего образования в государственных и муниципальных образовательных организациях, должны быть не менее одного раза в день обеспечены бесплатным горячим блюдом и горячим напитком. Обеспечение питанием будет осуществляться за бюджетные средства, регионы смогут получить на эти цели субсидии из федерального бюджета.

Защита прав детей на жилье при разводе родителей

Закон обеспечивает защиту жилищных прав несовершеннолетнего ребенка при разводе родителей, в том числе путем привлечения родителя, проживающего отдельно от ребенка, к участию в дополнительных обязательствах, связанных с обеспечением несовершеннолетнего жилым помещением.

Повышение безопасности детского отдыха

С 1 июня минувшего года компании, не включенные в соответствующий реестр, не смогут оказывать услуги по организации отдыха и оздоровления детей. За нарушение законодательства в этой сфере вводятся административные штрафы от 500 тыс. до 1 млн рублей.

Также был принят закон, по которому на сайтах всех региональных правительств размещается список организаций, имеющих допуск к обеспечению летнего отдыха детей. Родители смогут ознакомиться с ним и выбрать правильный вариант отдыха для ребенка.

Ужесточение наказания за склонение детей к самоубийству

Были приняты поправки в Уголовный кодекс, в соответствии с которыми за склонение к самоубийству максимальное наказание было увеличено с 6 до 10 лет лишения свободы. Повышенная ответственность также установлена за склонение и содействие совершению самоубийства, повлекшее смерть двух и более несовершеннолетних — от 8 до 15 лет лишения свободы.

Защита детей от «колумбайн-сообществ»

Законом разрешается оперативная блокировка так называемых колумбайн-сообществ в соцсетях. Блокировке подлежит не только информация, которая направлена на вовлечение несовершеннолетних в совершение противоправных действий, представляющих угрозу для их жизни или здоровья, но и контент, склоняющий к действиям, опасным для несовершеннолетних. Контент будет блокироваться немедленно. Также вводится процедура незамедлительного информирования правоохранительных органов, что дает возможность оперативного выявления лиц, совершающих преступления.

Упрощение поиска пропавших детей

В случае пропажи ребенка родители (или один из них, или законные представители) могут обратиться с письменным заявлением в полицию, где незамедлительно, в течение 24 часов должны начать поиски, в том числе с получением доступа к данным геолокации мобильных устройств ребенка.

1 июля состоится общероссийское голосование по внесению поправок в Конституцию России. О сути поправок, направленных на защиту семьи и детей, корреспонденту "Российской газеты" рассказал председатель Комитета Госдумы по госстроительству и законодательству, сопредседатель Рабочей группы по подготовке предложений о внесении поправок в Конституцию, доктор юридических наук, профессор Павел Крашенинников.

Сергей Куксин/РГ

Павел Владимирович, у нас принят Семейный кодекс, другие законодательные акты, охраняющие интересы семьи и детей. Зачем нужна еще и поправка в Основной Закон?

Павел Крашенинников: Конституция - это не только Основной Закон, который является ядром правовой системы государства. На ее основе и в соответствии с ней принимаются другие законодательные акты. Важно, чтобы при этом Конституция определяла и основные ценности нашего общества.

Безусловно, семья была и остается одной из главных ценностей. Благодаря ей воспроизводится и совершенствуется общество, идет накопление и передача будущим поколениям опыта, традиций и базовых устоев. Она - основа общества и государства. Именно поэтому институт семьи должен быть закреплен в Конституции как предмет особой поддержки.

Разве так было не всегда?

Павел Крашенинников: С советским опытом все было непросто. Первые советские Конституции не затрагивали семейные отношения. Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве 1918 г. прежде всего был направлен на уничтожение т.н. "буржуазной" семьи - запрещение церковной процедуры заключения брака и полное исключение частноправового аспекта из семейных отношений. Провозглашалось полное невмешательство властей в "сексуально-революционные" отношения семейных пар, а воспитание детей предполагалось передать в руки государства.

Однако по мере укрепления советской власти левацкие заскоки первых послереволюционных лет уступили место пониманию семьи как краеугольного камня общества и государства. В Конституции СССР 1936 г. уже упоминается о государственной охране интересов матери и ребенка, помощи многодетным и одиноким матерям, предоставлении женщине при беременности отпусков с сохранением содержания, о широкой сети родильных домов, детских яслей и садов. Эти нормы были усилены в Конституции СССР 1977 г.

Стало быть, Конституция РФ рождалась не на пустом месте?

Павел Крашенинников: Конечно же нет, готов обсудить подробно и вопрос подготовки Основного Закона России, но, наверное, это можно сделать отдельно. В нашем случае важно, что российская Конституция 1993 г. провозгласила принцип социального государства и установила, что семья находится под защитой государства, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства. За прошедший период создана база правового регулирования семейных отношений. Наряду с Семейным кодексом принят ряд федеральных законов, в частности, о социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, о гарантиях прав ребенка, об опеке и попечительстве. Проведена ревизия форм устройства детей в семью, приемная и патронатная семьи отнесены к разновидностям "платной" опеки и попечительства.

В 2019 г. в Гражданский кодекс внесены нормы о совместном завещании и наследственном договоре, они позволяют заранее договориться в семье, как будет наследоваться имущество, а также о содержании отдельных членов семьи. Я бы выделил также недавний закон об образовании. Дети, проживающие вместе в одной семье, теперь имеют право преимущественного приема на обучение по основным общеобразовательным программам дошкольного образования и начального общего образования в государственные и муниципальные образовательные организации, в которых обучаются их братья и (или) сестры.

Какие заботы теперь волнуют законодателей?

Павел Крашенинников: Конституция 1993 г. работает уже 26 лет. Можно говорить о постепенном изменении жизни государства и общества. Действующий Семейный кодекс - добротный и рабочий законодательный акт. Его коренные изменения не требуются, более того, вреда могут нанести намного больше. Тем не менее корректировки возможны: например, детализация имущественных отношений.

И конечно же, происходящие в обществе изменения требуют целостной, системной реакции законодателя. Закон Российской Федерации о поправке к Конституции РФ от 14 марта 2020 г. № 1-ФКЗ "О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти" большое внимание уделил вопросам семейной политики, исходя из того, что центральная ценность для семейного законодательства - интересы несовершеннолетних детей. При этом законодатель считает, что благополучие ребенка неразрывно связано с благополучием семьи и им определяется.

Что конкретно будет изменено после принятия поправок?

Павел Крашенинников: Во-первых, Законом о поправке к Конституции РФ устанавливается, что дети являются важнейшим приоритетом государственной политики России. Государство создает условия, способствующие всестороннему духовному, нравственному, интеллектуальному и физическому развитию детей, воспитанию в них патриотизма, гражданственности и уважения к старшим. Государство, обеспечивая приоритет семейного воспитания, берет на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения.

Во-вторых, к полномочиям правительства отнесено обеспечение проведения единой социально ориентированной государственной политики в области культуры, науки, образования, здравоохранения, социального обеспечения, поддержки, укрепления и защиты семьи, сохранения традиционных семейных ценностей.

В-третьих, корректировке подверглись статьи 71 и 72 Конституции. В числе вопросов исключительного ведения России названо установление единых правовых основ систем здравоохранения, воспитания и образования, в том числе непрерывного.

Конкретизированы вопросы совместного ведения России и ее субъектов в части защиты семьи. К ним дополнительно отнесены: защита института брака как союза мужчины и женщины; создание условий для достойного воспитания детей в семье, а также для осуществления совершеннолетними детьми обязанности заботиться о родителях.

Государство старается сделать все, чтобы в жизни брали верх крепкая семья и любимые дети?

Павел Крашенинников: Точно. Государственная семейная политика предполагает сохранение традиционных семейных ценностей и повышение роли семьи в жизни общества. А традиционные семейные ценности это, по существу, и есть семья, материнство, отцовство, детство. К слову, Конституционный суд РФ в своем постановлении от 23 сентября 2014 г. отметил, что семья, материнство и детство представляют собой те ценности, которые обеспечивают непрерывную смену поколений, выступают условием сохранения и развития многонационального народа. Защита семейных ценностей имеет комплексный характер, осуществляется государством, субъектами РФ, муниципальными образованиями, путем воздействия на общественные отношения норм различных отраслей права (семейного, трудового и т.д.). На основе конституционных норм должно развиваться отраслевое федеральное и региональное законодательство.

Мы говорим: "Семья". А что такое семья?

Павел Крашенинников: В законодательстве нет определения семьи. Ведь понятие "семья" и не может иметь четкого и незыблемого содержания. Правовое содержание понятия "семья" наполняется, в зависимости от целей регулирования, различным юридическим содержанием. Прежде всего - через толкование понятия "члены семьи".

В Семейном кодексе к членам семьи отнесены супруги, их родители и дети (усыновители и усыновленные). Одновременно указывается, что семейное законодательство в случаях и пределах, предусмотренных законодательством, регулирует и отношения между другими родственниками и иными лицами и, кроме того, определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Для целей жилищного законодательства в первую очередь важен факт совместного проживания. Поэтому беспочвенны опасения, что если мать воспитывает ребенка одна, это уже не традиционная семья и она не будет находиться под защитой государства. В Законе о поправке к Конституции нет никаких дискриминаций в части понятия семьи.

Будут ли одинаково защищены не только мать-одиночка, но и ее ребенок?

Павел Крашенинников: Адекватный правовой механизм защиты детства - это залог будущего государства. Конвенция о правах ребенка 1989 г., признавая, что ребенку для полного и гармоничного развития его личности нужно расти в семейном окружении, в атмосфере любви и понимания, обязывает подписавшие ее государства обеспечивать детям необходимые для их благополучия защиту и заботу.

При подготовке Закона о поправке к Конституции созданная президентом Рабочая группа долго искала самую подходящую формулировку. Сначала хотели указать, что дети - это важнейшая ценность России. После дискуссий остановились на варианте: дети - это достояние Российской Федерации, но в итоге приняли формулировку, гласящую, что дети являются приоритетом государственной политики России. Это в определенном смысле развитие положений Федерального закона "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации", по которому государственная политика в интересах детей является приоритетной.

Как защищать детей, оставшихся без попечения родителей?

Павел Крашенинников: Изначально в Рабочей группе были предложения указать, что государство берет на себя обязанности родителей в отношении таких детей. Но в ходе дискуссии к этим словам добавили: государство в первую очередь обеспечивает приоритет семейного воспитания. Этот постулат относится к основным началам семейного законодательства и развит в ст. 123 СК. Дети, оставшиеся без попечения родителей, подлежат передаче в семью на воспитание, а при отсутствии такой возможности временно, на период до их устройства на воспитание в семью, передаются в организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, всех типов.

Из конституционных поправок следует, что государство берет на себя повышенные обязательства в семейной сфере, в вопросах создания условий для достойного воспитания детей в семье, в отношении детей, оставшихся без попечения. Дальнейшей задачей должно стать законодательное укрепление и развитие существующих гарантий. Речь идет о процедурах передачи на усыновление (удочерение), под опеку (попечительство, патронат) детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, включая осуществление последующих мер государственной поддержки.

Поддержка должна будет наполняться конкретным содержанием?

Павел Крашенинников: Сегодня уже существует определенный механизм государственных гарантий в этой сфере. Из новых мер назову, что с 1 февраля 2020 г. при передаче одного ребенка на воспитание в семью размер пособия составляет 18 004,12 руб., а при усыновлении ребенка-инвалида, ребенка старше семи лет, а также детей, которые являются братьями и (или) сестрами, - 137 566,14 руб.


Многие регионы живут на дотации и там обратившимся за помощью часто отвечают: "Денег нет. "

Павел Крашенинников: Гарантии прав на образование, на медицинское обеспечение, на жилище в отношении детей, оставшихся без попечения, не должны ущемляться. При этом можно использовать опыт отдельных регионов. Например, в Ульяновской области в таких случаях компенсируется часть взносов на капитальный ремонт. В Нижегородской области предусмотрено первоочередное обеспечение детей местами в дошкольных образовательных организациях, организациях, осуществляющих лечение, оздоровление, отдых детей; один день в месяц бесплатное посещение государственных музеев. Приемной семье предоставляется ежемесячная денежная компенсация в размере 100 процентов платы за жилое помещение и коммунальные услуги в части, приходящейся на приемного ребенка (детей) доли оплаты данных услуг.

Нужно говорить как о системных, так и о точечных изменениях. В настоящее время до 1 января 2021 г. предусмотрено право детей, оставшихся без попечения, на прием на обучение по программам бакалавриата и программам специалитета в пределах установленной квоты. Полагаем, что это право должно быть бессрочным.

Часто люди просто не знают о принятых нужных решениях.

Павел Крашенинников: Согласен, нужно рассмотреть вопрос упрощения порядка получения государственной поддержки приемными семьями. Сейчас она носит заявительный характер, то есть денежные средства перечисляются после обращения приемных родителей. Передача данных для оказания поддержки таким родителям должна проходить в порядке межведомственного информационного взаимодействия с тем, чтобы избавить граждан от бумажной волокиты.

На смену детдомам приходят приемные семьи. Но и там нередко возникают скандалы.

Павел Крашенинников: Новые конституционные положения должны показывать необходимость совершенствования правил о приемной и патронатной семье. Полагаю, что патронат необходимо рассматривать наравне с приемной семьей как полноценную разновидность платной опеки (попечительства).

Индивидуальные требования к патронатному воспитанию устанавливаются договором и актом о назначении опекуна (патронатного воспитателя). В отдельных случаях в регионах срок действия договора весьма краток, что не вполне отвечает интересам детей.

Как научиться не ошибаться при опеке?

Павел Крашенинников: Нравственное воспитание ребенка наиболее эффективно именно в рамках семьи. В этой связи необходимо активное развитие и использование социально ориентированных организаций, которые могли бы осуществлять социальное, психологическое консультирование с целью адаптации семьи к новому члену.

Здесь стоит отметить, что прорабатываются отдельные предложения вводить обязательное социально-психологическое обследование лиц, желающих принять на воспитание ребенка, ограничение численности передаваемых в семью детей. Сейчас этого предела нет. На уровне правительства предусмотрено, что количество детей в приемной семье, включая родных и усыновленных, не превышает обычно 8 человек. Но к изменениям в этой сфере нужно подходить крайне осторожно, чтобы не нарушить права детей, возможность близких родственников принять детей в семью.

Порой и в родной семье ребенку живется как пасынку.

Павел Крашенинников: Конечно, поддержка института семьи не исчерпывается только защитой прав детей, оставшихся без попечения. Важным элементом в преодолении сложных семейных ситуаций является реализация мер, направленных на профилактику семейного неблагополучия. Следует согласиться с высказанным в науке мнением о целесообразности рассмотрения вопросов участия психолога, например, при рассмотрении судами споров, связанных с местом жительства детей или с определением порядка общения с детьми.

Необходимо развивать законодательство в сфере репродуктивных технологий, принимая во внимание обеспечение интересов всех участников этих правоотношений, в том числе и ребенка.

Одним из актуальных вопросов в жизнеобеспечении любой семьи является приобретение собственного жилья, поэтому важной гарантией является сохранение и совершенствование механизмов использования средств материнского (семейного) капитала.

На Западе распространена ювенальная юстиция. А нам нужна реформа семейного законодательства?

Павел Крашенинников: Думаю, со мной многие согласятся, что коренная реформа семейно-правового регулирования опасна, а некоторые особенно радикальные предложения иногда явным образом направлены на разрушение семьи.

Предложения о введении отдельных видов мер ювенальных технологий влекут неоправданное вмешательство государства в жизнь семьи и в целом серьезно угрожают традиционным семейным ценностям. Такие, с позволения сказать, технологии нарушают принцип приоритета семейного воспитания детей.

Задачей государства в семейной политике должен стать не тотальный контроль над отношениями детей и родителей, а обеспечение возможности для воспитания детей и их развития во всех семьях, а также предоставление семьям, оказавшимся в тяжелой ситуации, моральной и материальной поддержки.

С этих позиций необходимо отдать приоритет не административному, а судебному порядку рассмотрения многих вопросов, связанных с правами ребенка, включая отобрание. Все это должно быть подробно урегулировано в законе. Кроме того, следует развивать использование институтов компенсации ущерба и морального вреда, причиненного родителям и ребенку в случае неправомерного вмешательства представителей власти в семейные отношения.

К поправкам к Конституции возникло много вопросов – и у экспертов, и у обычных граждан. Одной из самых резонансных стала поправка, которая касается всех: о детях.

Я вошла в рабочую группу по подготовке поправок в том числе в надежде на что-то повлиять в той сфере, в которой я работаю 15 лет, – сфере защиты семьи и детства. Хотя бы снизить вред. Я, конечно, рада, что дети оказались одной из трех ключевых ценностей, которые постулируются теперь в посвященной им статье Конституции, – но только не в том варианте, который был в итоге принят: если в части поправок про НКО наши предложения услышали, то про детей – нет.

Я говорю о части 4 новой статьи 67.1, которая изначально звучала так: «Дети являются важнейшим достоянием России. Государство создает условия, способствующие всестороннему духовному, нравственному, интеллектуальному и физическому развитию детей, воспитанию в них патриотизма, гражданственности и уважения к старшим. Государство, обеспечивая приоритет семейного воспитания, принимает на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения».

Не у меня одной первая фраза вызвала нарекания: не могут быть достоянием дети, ведь достояние – это имущество! И накануне второго чтения законопроекта о поправках эта фраза была, по счастью, изменена. В итоговом, одобренном парламентом варианте она звучит так: «Дети являются важнейшим приоритетом государственной политики». Это гораздо лучше – тут понятно, что государство планирует учитывать интересы детей при формировании госполитики (хотя большой вопрос, могут ли быть дети приоритетом политики – лучше было бы написать «Благополучие детей – приоритет государственной политики»).

Конституция Российской Федерации. Полный текст со всеми поправками

Но весь остальной текст этой части не изменился, остался таким же странным. Предложенная формулировка по «духовному, нравственному, интеллектуальному и физическому развитию детей, воспитанию в них патриотизма, гражданственности и уважения к старшим» сводит все многообразие человеческой личности к трем качествам. И почему забыты другие важные человеческие ценности – милосердие, справедливость, ответственность и т. п.?

Вопросы вызывает и фраза про «уважение к старшим» как цели воспитания. Кто подразумевается под «старшими», насколько старше они должны быть? Почему это ценность или цель исключительно для детей? С одной стороны, очевидно, что нужно уважать старших, с другой – такое утверждение может конфликтовать с необходимостью – в некоторых случаях – защищаться от незаконных действий «старших», например, в случае насилия с их стороны.

Но самое главное – это концовка про государство, принимающее на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения.

Эта формулировка вызывает серьезные опасения не только у меня, но у огромного количества НКО в этой сфере. Мы много лет работаем над тем, чтобы устройство ребенка в детский дом не приравнивалось к устройству в семью. Чтобы всем было очевидно, что детский дом – не аналог семьи, не родитель. А временное и очень неправильное место для пребывания детей, откуда они должны как можно скорее попасть в семью, прежде всего – вернуться в родную. В 2008 г. у нас изменился Семейный кодекс и оттуда наконец исчезла фраза, что ребенок либо устраивается в семью, либо в детский дом как альтернативные и равные виды устройства. Теперь ребенок в детском доме не считается устроенным и главная задача госорганов – вернуть его в кровную семью или устроить в приемную. В 2014 г. было принято постановление правительства о реформировании детских сиротских учреждений, где была усилена идея, что это сугубо временное место, что ребенок в детском доме по определению находится временно.

Теперь и в Конституции у нас появляется формулировка, снова уравнивающая государственную заботу и семью. Государство, согласно этой формулировке, – «такой же» родитель. А ведь когда ребенок остается без родительского попечения, то единственная существующая форма именно государственного попечения – это размещение детей в детские дома, потому что только в такой форме государство может исполнять обязанности родителя. Но это так себе родительство.

Ведь главное – в том, как именно государство будет свои обязанности «родителя» выполнять. Родитель выполняет свои обязанности непосредственно и лично, и главное, что он дает ребенку, – чувство заботы, любви, привязанности. Государство может создать детям условия для обучения и воспитания, временного проживания, может защищать их права. Но удовлетворить эмоциональные, психологические потребности ребенка государство как система не может. Установить с ребенком отношения заботы и привязанности может только человек.

Еще вопрос, что будет с детьми в семьях под опекой. Ведь когда ребенок не усыновлен, а находится под опекой или в приемной семье, у него остается статус оставшегося без попечения родителей – т. е., согласно новой поправке, у него теперь появляется «родитель» в лице государства. А как этот «родитель» будет выполнять свои родительские обязанности в отношении ребенка в семье опекунов, например бабушки? Значит ли это, что теперь государство в лице какого-нибудь специального института «государственного родительства», видимо, тех же органов опеки, будет разделять с ней воспитание и заботу о ребенке на равных, как родитель и должен?

Кроме того, родительские обязанности предполагают ответственность, включая уголовную, за ненадлежащее их исполнение. Понятно, что это невозможно распространить на действия государства, поэтому невозможно говорить об «исполнении обязанности родителей» в юридическом смысле, хотя нарушения прав детей в детских домах, особенно для детей с тяжелыми нарушениями развития, – наша ежедневная реальность. Если государство – родитель, то за такое выполнение своих родительских обязанностей его давно надо было лишить родительских прав. Но боюсь, такого инструмента у нас как раз не появится. А вот риски, что устройство в детский дом снова начнут воспринимать как аналогичное устройству в семью, – вполне.

И даже наличие в поправке оговорки про семейное воспитание (спасибо, конечно, что она хотя бы появилась, хотя и не очень понятно, что за семейное воспитание имеется в виду) не снимает всех рисков. Потому что в такой форме это предложение содержит две противоречащие друг другу идеи: о приоритете семейного воспитания и обязательство о передаче государству обязанностей родителя.

На мой взгляд, эта часть новой статьи Конституции должна была быть сформулирована так: «Государство защищает право каждого ребенка на жизнь, здоровье, развитие, образование, право жить и воспитываться в семье. Государство обеспечивает приоритет семейного жизнеустройства детей, оставшихся без попечения родителей». Эту версию мы с коллегами из московских социальных НКО из объединения «Все вместе» направили в Совет по правам человека при президенте и некоторым депутатам Госдумы.

Приоритет в такой формулировке отдается семейному воспитанию, а государство выступает в качестве защитника прав ребенка. В таком изложении было бы сохранено важнейшее право – а на самом деле витальная потребность каждого ребенка – жить и воспитываться в семье, а государство выступает не собственником, а защитником ребенка.

Что будет, если в силу вступит тот вариант, что был одобрен парламентом? Вариантов два. Или эта норма будет «мертвой» и не будет отражена в федеральном законодательстве и реальной госполитике в этой сфере (тогда вопрос: зачем такое писать в Конституции?).

Или мы начнем перестраивать и законодательство, и практику. Как? Прописывая обязанности и права государства-родителя? Разделенную опеку между государством и семьей опекуна? Меняя само понятие родительства? Слишком много вопросов и очень не хотелось бы, чтобы этой возможностью воспользовались люди, которые считают, что у государственного воспитания должен быть приоритет над семейным.

Автор – член рабочей группы по доработке Конституции, руководитель благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам»

В обновленной Конституции дети являются важнейшим приоритетом государственной политики.

Решение вопросов, связанных с демографией – одна из ключевых задач государства на ближайшие годы. Появление такой статьи в Основном законе страны – гарантия того, что все задачи по улучшению демографической ситуации будут решены. Забота о детях провозглашается важнейшей государственной задачей, значит и в дальнейшем в России будут строиться перинатальные центры, будет оказываться поддержка молодым семьям, осуществляться выплаты на первенца.

Статья 67.1. «Дети являются важнейшим приоритетом государственной политики Российской Федерации. Государство создает условия, способствующие всестороннему духовному, нравственному, интеллектуальному и физическому развитию детей, воспитанию в них патриотизма, гражданственности и уважения к старшим. Государство, обеспечивая приоритет семейного воспитания, берёт на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения»

Статья 72. «В совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации находятся: … защита семьи, материнства, отцовства и детства; защита института брака как союза мужчины и женщины; создание условий для достойного воспитания детей в семье, а также для осуществления совершеннолетними детьми обязанности заботиться о родителях…»

Статья 114. «Правительство Российской Федерации: …поддержки, укрепления и защиты семьи, сохранения традиционных семейных ценностей…»

«То, что в России немыслима ситуация, когда вместо святых слов «папа» и «мама» в семье никто не будет говорить «партнёр номер один» или «родитель номер два» и эти отражения есть в Конституции - это здорово. То, что есть приоритет национального права над международным тоже беспринципно, в первую очередь, для семейной и демографической политики. Безусловно, нам есть над чем работать. Хорошо, что базовые направления защиты семьи, материнства и детства отражены в поправках в Конституцию – это начало выстраивания принципиально новой демографической политики, – подчеркнула сопредседатель РОО «Семейная ценность Югры» Надежда Пачганова.

Елена Альшанская о «семейных» поправках к Конституции

Из финального варианта проекта обновленной Конституции исчез вызвавший критику пункт о том, что дети являются достоянием государства. Теперь дети названы приоритетом государственной политики России, а государство, «обеспечивая приоритет семейного воспитания, берет на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения». Член рабочей группы по подготовке предложений по поправкам к Конституции РФ, член Общественной палаты РФ и президент фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская объясняет “Ъ”, чем был опасен первый вариант поправки и будет ли польза от второго.

Член рабочей группы по подготовке предложений по поправкам к Конституции РФ Елена Альшанская

Член рабочей группы по подготовке предложений по поправкам к Конституции РФ Елена Альшанская

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ / купить фото

Член рабочей группы по подготовке предложений по поправкам к Конституции РФ Елена Альшанская

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ / купить фото

— Действительно ли в «старой» Конституции нужны были поправки о детях и семье?

— Получилось, что открыли такой ящик Пандоры с неограниченными предложениями в ограниченные главы. Теперь, конечно, большой вопрос, а стоило ли начинать? Если же абстрагироваться от процесса и говорить в целом, то я не совсем разделяю мнение тех, кто говорил, что никакие изменения не нужны, все и так прекрасно. Во-первых, писалась и принималась Конституция 1993 года тоже очень специфическим образом. И конечно, действительно стоило, и давно, пересмотреть вопрос распределения полномочий между органами государственной власти. Сложно не согласиться с нашим президентом, что сбалансированности между ними и правда не хватало. Появится ли она теперь — тоже вопрос.

— Ранее вы говорили, что не совсем понятно, где в Конституции должны быть прописаны семейные аспекты. В чем была проблема?

— Я говорила в самом начале работы группы, что нам не хватает приоритета государственной семейной политики, не хватает как раз таки гарантий защиты детства государством. Однако так как во вторую главу изменения нельзя было вносить, она должна была оставаться неизменной, то найти удачное место, чтобы действительно заложить туда какую-то большую поддержку для вопроса семьи и детства, как раз и не удавалось. С точки зрения юридической техники там его просто не было. Я предлагала внести в ст. 114, где описывается государственная политика в разных сферах, включая социальную, фразу о том, что правительство обязано вырабатывать политику не только в отношении социального обслуживания в целом, но и в отношении поддержки семьи, материнства, отцовства и детства. И, например, добавить ее направленность — обеспечение права ребенка на жизнь и воспитание в семье. Сначала появилась формулировка о «поддержке семьи, материнства, отцовства и детства», но потом возник альтернативный вариант, про поддержку традиционных семейных ценностей (ответственность правительства РФ за проведение политики, ориентированной на сохранение семейных ценностей, есть в финальной версии новой редакции Конституции в ст. 114.— “Ъ”), что бы ни входило в это понятие, потому что для меня до конца не понятно, что именно имеется в виду. И рабочая группа разделилась.

Поправки о русском народе, Боге и браке могут не найти единодушной поддержки

И вот в самом конце работы рабочей группы кто-то придумал сделать дополнительную статью, 67.1, которой не было раньше. И в нее как раз предложили собрать все общеценностные вещи, некие постулаты, которые, вероятно, лучше бы смотрелись в преамбуле Конституции, но и преамбулу юридическое сообщество решило не трогать, и мы тоже на рабочей подгруппе до этого тоже поддержали идею не трогать преамбулу.

Я не юрист, но мне появление такой статьи на месте, где до этого был раздел про территорию, тоже не кажется адекватным юридическим решением. Но тем не менее приняли этот вариант. И там как раз появилась вот эта формулировка о том, что дети — достояние России.

— И вы на встрече с президентом попросили ее изменить?

— Да. Потому что это абсурд, конечно. В любом словаре, от Ожегова до юридического, у слова «достояние» синонимичные значения, и все они про имущество, про общую собственность. Ребенок не может быть общей собственностью, не может быть собственностью государства. Я понимаю, имелось в виду, видимо, что-то другое, про то, что государство видит значимость и хочет показать особую заботу о детях. Но сформулировано это было очень двусмысленно. И я понимаю, что, кто бы эту поправку ни предложил (на встрече с президентом РФ все семейные поправки высказала депутат Ольга Баталина.— “Ъ”), он совершенно точно не из нашей сферы, тех, кто занимается детскими домами, помощью кровным семьям, семейным устройством.

Я тогда зачитала свою версию, несколько доработано это звучит так: «Государство защищает право каждого ребенка на жизнь, здоровье, развитие, образование, право жить и воспитываться в семье. Государство обеспечивает приоритет семейного жизнеустройства детей, оставшихся без попечения родителей». Но ко второму чтению была представлена старая версия поправки.

— Уже в ходе второго чтения поправку изменили, слово «достояние» убрали, теперь предлагается вписать в Конституцию, что дети — важнейший приоритет государственной политики России. Такая формулировка более верная? Теперь вы принимаете данную поправку?

— Это, конечно, куда более понятная и адекватная мысль — государство, строя свою политику, выделяет приоритетность детей, влияния на них этой государственной политики. Получается — во всех сферах. Это мы замахнулись думать о детях больше, чем требует Конвенция о правах ребенка. Хотя, конечно, стилистически лучше было сказать, что благополучие детства — важнейший приоритет государственной политики. Но это только начало поправки. Остальные ее части остались неизменны, а в них есть норма о государственном родительстве.

— Что с ней не так?

— Когда мы прописываем норму, что государство принимает на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения родителей, то это, с моей точки зрения, просто суперопасный принцип. Сегодня в соответствии с текущим законодательством и целями государства в отношении детей, которые потеряли родительское попечение,— это их семейное жизнеустройство. Этот термин означает, что речь идет об устройстве не только в приемную семью, замещающую семью, но в первую очередь обратно в кровную. А предлагаемая норма читается так, что именно государство в ситуации, когда дети остаются без попечения родителей, принимает на себя обязанности заботы и воспитания этих детей. Если государство исполняет аналогичную родительской роль и, более того, как там говорится, создает условия, которые всячески содействуют всем вариантам всестороннего развития ребенка, то оно же не может быть плохим родителем и само себя им признать? Так оно тогда и повода детей возвращать в семью или устраивать в другую тоже особо находить не будет. Соответственно, если мы говорим о том, что дети предаются государству, которое выполняет роль родителей, то это существенным образом подрывает задачу поиска альтернативного устройства и даже возвращения в кровную семью, потому что мы должны оспорить государственное родительство теперь. Показать, что другой родитель — лучший родитель, чем государство. При этом решение о возвращении или передаче ребенка в семью тоже будет решать государство.

То есть один родитель сам будет решать, отдаст ли он ребенка другому родителю. Причем один из этих родителей — государство. Это противоречит не только общему законодательству и государственной политике, но и здравому смыслу.

Мы прекрасно понимаем, что никакое государство не может физически выполнять роль родителей. Государство реализует свои полномочия через конкретные органы и должностных лиц. Получается, что какое-то должностное лицо должно стать родителем ребенка? Очевидно, что это не так.

И весь мир сегодня идет по пути признания того, что любые формы государственной опеки и проживания в государственных групповых учреждениях вредны для ребенка, они наносят серьезнейший урон возможности полноценного развития личности. Именно поэтому государство плохой родитель для ребенка, оно не может быть родителем для ребенка, им может быть только живой человек, который живет с этим ребенком и исполняет свои родительские обязанности. И это то, что сейчас требует наше законодательство.

И потом, у нас в Конституции теперь написано, что в брак могут вступать только мужчина и женщина, а родителем, оказывается, может быть государственная бюрократическая структура, институт, функция (и фикция, будем уж честными в качестве родителя) — мы же тем самым подрываем основы семьи, которую пытаемся вроде как защитить.

— Каких ждать последствий?

— Норма, которую пытались внести, абсолютно небезопасна, это бомба замедленного действия: в случае ее утверждения вряд ли тут же будут менять Семейный кодекс, закон об опеке, но в любой момент этим могут воспользоваться люди, которые захотят, например, сохранить государственную систему детских домов наполненной и будут, ссылаясь на необходимость приведения в соответствие с Конституцией федерального законодательства, менять законы, прописывая государственное родительство как лучшее родительство для ребенка, например. А семейным воспитанием можно и детский дом назвать, сейчас 481-е постановление правительства итак требует создать в нем условия, приближенные к семейным. Будут, например, в случае конфликта ребенка с учителем в школе признавать, что его родители не воспитали в нем достаточного уважения к старшим, и, значит, теперь лучший родитель — государство — его заберет и займется его воспитанием.

Я понимаю, что, возможно, авторы поправок хотели этим показать, что необходимо особенно заботиться о детях, которые остались без родительского попечения. Я согласна, но особая забота должна ставить задачу именно семейного устройства ребенка, его возвращения в кровную семью, в первую очередь — и наше текущее законодательство оно слабое в этом отношении, этих порядков, этих процедур четких, по реинтеграции ребенка домой,— практически нет, прописано только устройство в замещающую семью. У нас и так достаточно проблем, чтобы не создавать ситуацию, которая может их усугубить.

Ведь на самом деле самая главная функция государственной заботы — сделать так, чтобы ребенок не просиживал вне семьи, потому что никакое государство, даже самое лучшее, идеальное, в вакууме, никогда не заменит ребенку семью.

Так биологически устроено — чтобы ребенок полноценно рос и развивался как личность, у него должен быть взрослый, рядом с которым он растет и развивается и которому есть дело до этого ребенка, которому этот ребенок нужен. И тогда у ребенка будут те самые неформальные семейные отношения.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: