Доказательством в судебном процессе признавалось поле судебный поединок

Обновлено: 06.02.2023

Смирнов Александр Михайлович, старший научный сотрудник Научно-исследовательского института Федеральной службы исполнения наказаний России, кандидат юридических наук, доцент.

Излагается социально-правовая природа и механизм реализации судебных поединков во времена Древней Руси, в эпоху зарождения ее судебной системы, рассматривается эволюция государственного реагирования на совершение данных поединков, содержащих в себе элементы самосуда.

Ключевые слова: судебный поединок, самосуд.

Judicial duel in Ancient Russia as a type of extra judicial dispute

Describes the social and legal nature and mechanism of implementation of court fights in Ancient Russia, in the era of the birth of its judicial system, the evolution of the state to respond to the commission of these fights, which contain elements of lynching.

Key words: court fights, lynching.

Защита прав, свобод и законных интересов личности от различных посягательств не всегда была в России прерогативой государства.

Древнее судопроизводство, находясь на начальном этапе своего развития, в сравнении с современным было несовершенно (хотя, конечно, и эффективность современного суда вызывает сомнения). Полученных доказательств порой не хватало или было недостаточно, чтобы с уверенностью говорить, какая из сторон (обвинения или защиты) более права. Процедура обнаружения и сбора необходимых доказательств была неразвита.

Поэтому древние славяне разработали своеобразный институт, способный, по их мнению, поставить точку в затяжных, непонятных или дискуссионных судебных разбирательствах, коим стал так называемый судебный поединок - своеобразный способ отстаивания своих прав, разрешения имущественных и иных споров во внесудебном порядке.

Победитель указанного поединка считался выигравшим судебное разбирательство, и все обвинения с него снимались, поскольку согласно поверьям древних славян, правду всегда поддерживают высшие силы и помогают ей одержать вверх над реальным причинителем вреда, стремящимся утаить от суда свою вину.

Можно с уверенностью говорить, что судебные поединки были проявлениями самосудных расправ над обидчиком, допускаемых в то время государством.

Согласно представлениям славян, исход всякой битвы решался высшим божеством. Народ смотрел на поединки как на божью правду: "Дай, господине нам с ними (соперниками) божью правду, - говорили судье истцы или ответчики. - Да лезем с ними на поле биться".

Поэтому в любых раздорах и конфликтах считалось, что, даже если обиженный восставал с оружием на обидчика, божество должно было помогать правому и карать нарушителя священных законов.

Таким образом, судебные поединки имели большое значение для более честного и справедливого суда, поскольку допустимость их назначения оказывала сильное психологическое воздействие на каждую из состязающихся сторон, заставляя их подумать, прежде чем говорить неправду или оклеветать невиновного.

Древние славяне были уверены, что именно невиновный склонен возмутиться на суде настолько, чтобы забыть о риске для жизни и души (известно, что убийство, кроме как на войне, считалось смертным грехом, не отпускаемым Церковью).

Судебный поединок мог назначаться как царем (князем), так и по требованию спорящих сторон.

В первом случае это было связано, во-первых, с тем, что в то время государство на Руси еще не было сильно развито и не делегировало себе полное право на насилие, а во-вторых, в ходе судебного разбирательства иногда было невозможно решить, кто прав, а кто виноват, в третьих, причиной могла быть обычная лень или нежелание представителей знати разбираться в многочисленных спорах мирян.

Арабский писатель Мукаддези, занимавшийся исследованием традиций русских людей, пишет: "Когда царь решит спор между двумя тяжущимися, и они решением его останутся недовольны, тогда он говорит им: Разбирайтесь мечами своими - чей острее, того и победа".

Во втором случае спорщики выступали перед князем с ходатайством о назначении поединка в связи с невыносимой для них судебной волокитой и нежеланием (или неготовностью) платить взятки участникам судебного процесса. Поединок, таким образом, был своеобразным средством ухода простого народа от коррумпированности князей и церковников, окончательное решение которых зависело от того, какая сторона сколько и чем заплатит.

В подобных условиях, по мнению славян, рассматриваемый поединок был более скорым, дешевым способом разрешения спора и помогал избежать неправосудия, поскольку являлся абсолютно справедливым, т.к. его исход решался не усмотрением князя или представителя церкви, а беспристрастными высшими силами, Богом.

Поэтому не случайно право требовать от суда назначения судебного поединка в Древней Руси приобрело у обычных граждан большую популярность.

Распространенность данных поединков и решение споров самочинно на Руси было связано с тем, что сборник руководящих начал и правил, регламентирующих все стороны жизни славян, коим являлся "Домострой" попа Сильвестра, еще в XVI в. настоятельно рекомендовал согражданам не выносить споры на уровень государственных, общественных и церковных институтов .

Судебный поединок настолько укоренился в славянском обществе, что уничтожить его в то время было невозможно. Князьям и священникам ничего не оставалось, как признать его своеобразной альтернативой судебной системы.

У славян судебный поединок получил название "поле". Последующие законы определяли случаи, в которых оно дозволялось, определяли вид оружия, с которым обязаны были сражаться бойцы, и самый ход борьбы.

В частности, Псковская судная грамота (1467 г.) в ст. ст. 10 - 28 строго регламентировала основания назначения судебного поединка и правила его проведения.

Псковская судная грамота / Пер. Л.В. Черепнина и А.И. Яковлева // Исторические записки. М., 1940. Т. 6.

Традиционно в судебном поединке сражались мужчины. Однако Псковская Судная грамота постановляла, что на "поле" могли выходить не только мужчины, но и женщины.

По общему правилу бой должен быть равный, и потому дозволялось сражаться бойцу с бойцом, а небойцу с небойцом. "Небойцами" считались малолетние, престарелые, больные, увечные и женщины, а по Судебнику 1497 г. - и священник против взрослого и здорового мужчины.

Российское законодательство X - XX веков. М., 1985. Т. 2.

"Небойцам" давалось право нанимать и ставить вместо себя бойцов, т.н. "наймитов".

Так, например, согласно ст. 21 Псковской судной грамоты, если ответчиком, которому придется состязаться на поединке с послухом, окажется человек престарелый, или малолетний, или с каким-нибудь увечьем, или поп, или монах, то он имеет право выставить за себя наемного бойца, послух же не может заменять себя наемным бойцом.

Сиротское право в судебном поединке возникало, когда обвинителем выступал малолетний сирота. За него на поединок выходил один из представителей рода; заступая на место сироты, он от него получал щит и меч.

Однако если иск вела женщина против женщины, то наймиты запрещались. Допускался также поединок между ответчиком и свидетелем, когда последний показывал против первого, но показания многих свидетелей составляли полное доказательство и делали поединок ненужным.

Те же положения развиты и в Судебнике Ивана Грозного (1550 г.) : у "поля", кроме окольничего, дьяка и иных чинов от правительства, присутствовали еще стряпчие и поручники со стороны тяжущихся; те, которые ставили за себя наймитов, должны были присягать и целовать крест сами; "поле" допускалось и между свидетелями, которые разноречили между собою; бойцы одевались в панцири, латы, имели в руках щиты и дрались дубинками.

Памятники русского права / Сост. А.А. Зимин. М., 1953. Выпуск 2. Памятники права феодально-раздробленной Руси XII - XV вв.

Не в силах отменить "поле", власти по настоятельным требованиям Русской Православной Церкви предпринимали попытки снизить опасность поединка. Например, в г. Пскове бой проходил в полном вооружении в присутствии судебных приставов, которые могли его остановить в случае явной победы одной из сторон, не доводя дело до смертоубийства (человеколюбивое узаконение, спасающее сразу две души).

В Великом Новгороде (согласно Новгородской судной грамоте ) власти пошли еще дальше. Они постановили, что тяжущиеся должны биться в доспехах, но. дубинами. За "полем" наблюдал лично посадник - глава выборной администрации Новгородской республики и ее наиболее авторитетное светское лицо (архиепископа тоже выбирали, но он, естественно, не мог участвовать в этом кровавом деле) .

Отношение Русской Православной Церкви к рассматриваемым поединкам с точки зрения исследователей данного вопроса выглядит неоднозначным. Одни авторы свидетельствуют об отрицательной позиции священнослужителей по отношению к данному жестокому средству восстановления справедливости, другие, наоборот, говорят о том, что Церковь в основном оправдывала и допускала судебные поединки, поскольку они в определенной степени пропагандировали православие на Руси.

В истории России известен только один официальный протест против судебных поединков, поступивший со стороны церкви, - это протест митрополита Фотия, который он послал в г. Новгород в 1410 г.

То обстоятельство, что Стоглав 1551 г. допускал биться на "поле" монахам и священникам, говорит о том, что судебный поединок дозволялся Церковью. Однако согласно данному документу представители духовенства были ограничены в своих правах на "поле". Так, например, он запрещал присуждать "поле" для иноческого и священнического чина во всех делах, кроме душегубства и с поличным.

Стоглав. Казань: Тип. Губерн. правления, 1862.

Негативную реакцию у духовенства на Руси судебные поединки вызывали только тем, что их участники зачастую прибегали к языческой магии, колдовству и чарам. М. Грек жаловался, что судьи, вопреки очевидности свидетельских показаний, изобличающих виновного, присуждают "поле", а обидчики на то и рассчитывают, т.к. у них всегда есть "чародей и ворожея, иж возможетъ действом сатанинским пособити своему полевщику". В частности, в старинных русских лечебниках встречаются указания на те волшебные средства, обладая которыми можно смело выходить на поединок.

К судебным поединкам на древнерусской земле прибегали не только славяне. Он был характерен в то время и для судебных процессов, например, немцев. Поэтому, чтобы не обострить политические отношения с данным народом, древнерусское право содержало соглашения о взаимном невмешательстве русских и немцев в проводимые каждой из сторон указанные поединки.

Например, в договоре смоленского князя Мстислава с Ригою и Готским берегом (1229 г.) сказано: "Русину не звати латина на поле биться у руской земли, а латинину не звати русина на поле биться у Ризе и на Готском березе. Аже латинески гость битеся межю собою у руской земли любо мечем, а любо деревем - князю то не надобе, мьжю собою соудити; тако аже рускии гость биеться у Ризе или на Гочкоме березе - латине то не надобе, а те промьжю собою урядятеся". Смысл статьи: русский не может вызывать немца на поединок в русскую землю, а немец русского - в Ригу и на Готский берег.

Таким образом, князь не должен был вмешиваться в поединки иноземцев на русской земле (т.е. "не мает с них судебных пошлин"), а немцы - в поединки русских людей в Риге и на Готском береге: "то им не надобе". Иными словами, русскому князю нет дела до "поля" на его земле, так же как и до него не было дела тамошним католическим властям. Вышеуказанный договор запрещал лишь специально вызывать человека за границу, чтобы сражаться там на поединке .

Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу: опыт сравн. изучения славян. преданий и верований в связи с миф. сказаниями др. родств. народов. М., 1995.

Начиная с Ярослава Мудрого, великие русские князья предпринимали попытки ликвидировать увлечение славян самосудными расправами, в т.ч. и судебными поединками.

В "Правде" Ярослава (1016 г.) уже была предпринята попытка ограничить обычай кровной мести, но признавалось, что большую часть споров дружинники и нарочитые мужи решали между собой с оружием в руках.

Смолiй В.А., Степанков В.С. Iсторiя . : Генеза, 2007. Укр. яз.

С точки зрения великого князя Ярослава Мудрого, картина в русском городе выглядела неутешительно. Все свободные горожане, имевшие собственное ремесло (в т.ч. военное) и хозяйство, носили оружие и, судя по всему, не выходили без него из дому (так же, как и без шапки).

Поскольку Правда была подарена Ярославом Мудрым великому Новгороду и распространялась только на его жителей, следует вывод, что жители сельской местности были свободны от княжеских ограничений на судебные поединки и самосуды вообще .

Богданов А. Указ. соч.

Обычай решать спорные дела судебным поединком продолжал существовать на Руси в течение всего XVI в. и исчез в XVII в., когда окончательно потерял свою социально-уравнительную функцию. Процессы расслоения российского общества, выделения дворянства и светской знати обусловили отдельные процедуры судопроизводства для различных слоев населения. Судебный же поединок не предполагал сословного деления.

Так, например, начиная с Соборного уложения 1649 г. упоминание о "поле" перестало существовать. Его место заняла присяга.

Маньков А.Г. Уложение 1649 года - Кодекс феодального права России. М.: Наука, 1980.

Список литературы

Мы используем файлы Cookie. Просматривая сайт, Вы принимаете Пользовательское соглашение и Политику конфиденциальности.

Сайт является сборником научных статей и книг по истории Московского государства в XV-XVII веках.

Автор: Хащина Э.Э.
Журнал: Auditorium.2014

На сегодняшний день в процессуальной науке сложилось несколько подходов к типологии судопроизводства, среди которых традиционно выделяются идеальный, морфологический (национальный) и исторический. Если два последних подхода вычленяют из всей совокупности порядков судебного производства определенные типы, основываясь на исторически сложившихся особенностях разбирательства, либо национальных характеристиках судопроизводства, то первый подход предполагает определенную степень логической абстракции. По словам А.В. Смирнова, «метод идеальных типов, изначально основанный на методологических представлениях Макса Вебера, – это создание абстрактных конструкций, предельных логических понятий, не имеющих прямого аналога в реальности и используемых для исследования причин и характера отклонений исторической действительности от идеальной модели [Смирнов 2001: 43]. Применительно к юридической науке модель понимается как система представлений о познаваемом объекте – оригинале, по отношению к которому модель есть лишь инструмент познания, с помощью которого «знания, полученные при исследовании модели, переносятся на оригинал на основании аналогии» [Новейший философский словарь 1999: 65].

Таким образом, идеальная типология – это в первую очередь инструмент научного познания, позволяющий создать идеальную модель явления, в нашем случае судебного процесса, отражающая качественные характеристики реально существующих видов процесса, но в чистом виде не встречающаяся. Модель (или же тип процесса) позволяет прийти от общего – понятия идеальных типов и их видов – к особенному и отдельному, от внутреннего – к внешнему, то есть, мы получаем понятие форм процесса.

Традиционно в результате идеальной типологии выделяются два типа процесса: состязательный и розыскной, различающиеся наличием или отсутствием спора, положением сторон в процессе, ролью судьи и т.д. Однако существуют и другие наименования. Так, О.Б. Семухина, исследуя типологию уголовного процесса, говорит об обвинительном и состязательном типах [Семухина 2002], фактически вкладывая в понятие обвинительного типа содержание, аналогичное тому, которое свойственно определению розыска у большинства авторов. В связи с этим, чтобы избежать терминологической неопределенности, мы будем придерживаться первого варианта.

Розыскные начала в процессе увеличиваются по мере увеличения степени вмешательства государства в частные дела, однако, насколько бы она ни была велика, в чистом виде розыскной процесс не встречается ни в одном государстве, ни в одном из исторических периодов. Период с 1550 по 1649 г. представляет собой пик централизации русских земель вокруг Москвы, в связи с чем в это время становится особенно острой необходимость издания нового Судебника, нормы которого распространялись бы на всю территорию государства. Взяв за основу судебник Ивана III, составители нового Судебника внесли в него изменения, связанные с усилением центральной власти. Эти тенденции не могли не сказаться на формах судебного процесса того периода. Так, все большее развитие получила розыскная форма процесса. Розыск стал результатом губной реформы Ивана IV Грозного, представлял собой особый вид процесса, применявшийся по делам о тяжких преступлениях, в том числе государственных, и имел целью расправу с профессиональными преступниками. Однако состязательные начала судебного процесса не могли быть вытеснены полностью – их можно пронаблюдать в порядке судопроизводства по большинству гражданских дел и некоторых уголовных дел исследуемого периода, не представлявших опасности для молодого государства. А.В. Смирнов таких состязательных начал выделяет три: наличие сторон (обвинение и защита), их процессуальное равенство и независимость отделенного от сторон суда. Это наиболее общие характеристики [Смирнов 2001: 44].

Однако в процессе исторического развития государства идеальный состязательный тип процесса приобретал характерные той или иной эпохе формы, отражающие реалии своего времени. В науке в разное время появилось несколько концепций исторических форм судебного процесса. Дореволюционные ученые, такие как И.Я. Фойницкий, Д.Г. Тальберг полагали, в процессе исторического развития частно-исковой процесс сменился розыскным, который затем уступил место публично-исковому процессу [Фойницкий 1996]. А.В. Смирнов, рассуждая об исторических формах процесса, дифференцировал их в зависимости от идеального типа процесса – розыскного или состязательного. В частности, он рассматривает такие исторические формы состязательного процесса, как обвинительный (аккузационный), частно-исковой и публично-исковой процесс [Смирнов 2001: 44].

Обвинительный процесс, будучи самой ранней формой состязательного типа, делает акцент на положении обвинителя в процессе – именно по его воле возбуждалось и прекращалось судебное дело. Еще одной характерной чертой данной формы является направленность процесса на получение истины путем использования специфических доказательств. Как отмечает К.Ф. Гуценко, «система доказательств, сложившаяся под большим влиянием широко распространенных в те времена суеверий, предрассудков и религиозных воззрений, включала в себя клятвы, поединки и различного рода испытания (огнем, водой, раскаленным железом и т. д.). Суду была нужна не истина, не правда, не достоверное установление фактов, а подтверждение того, что обвиняемый способен выдержать испытание, поединок, дать клятву так, как это было положено, и т.д.» [Уголовный процесс 2005].

Судебный процесс второй половины XVI века, ознаменовав новый этап в развитии процессуального права, тем не менее, сохранил многие особенности доказывания, присущие обвинительной форме процесса. Рассмотрим подробнее процесс доказывания данного периода.

Производство в суде представляло собой судоговорение, то есть носило устный характер. Все доказательства заслушивались устно. Процесс начинался после прибытия истца и ответчика на место суда. Его первым этапом являлось изложение истцом перед судьями сути жалобы, заявленной им ранее в челобитной. Выслушав истца, судья предлагал ответчику представить свою позицию и произносил «Отвечайте». Если ответчик сознавался, то он, как правило, произносил фразу «грех мой ко мне пришел», а если не сознавался, то должен был предоставить доказательства своей вины или же просить «поля» – судебного поединка.

Далее суд вновь предоставлял слово истцу, который должен был в свою очередь представить доказательства, подтверждающие вину ответчика. Истец мог сослаться на свидетелей и обыск или, не имея таковых доказательств, потребовать поля. В этом случае он произносил: «дай нам, господине, с ним Божию правду, целовав крест, полезу с ним на поле битись», или: «уличаю, господине, такого-то в татьбе Божьею правдой, целовав крест, да лезу с ним на поле битись и наймита против него шлю» [Ланге 1884: 191]

Таким образом, при судоговорении доказательствами вины являлись собственное признание, показание обыскных людей и свидетелей, поле и заменившее его впоследствии крестное целование.

Собственное признание в обвинительном судопроизводстве являлось бесспорным доказательством вины подсудимого и дальнейшего доказывания не требовало, в отличие от производства по сыскным делам, где признание должно было быть подтверждено под пыткой.

Обыск являлся одним из основных способов доказывания в рамках розыскного процесса, однако в обвинительном процессе обыск также широко распространен. В рамках обыска жители участка местности опрашивались на предмет наличия сведений об обвиняемом специально уполномоченными людьми. Изначально этим занимались губные старосты и целовальники, а в случае их отсутствия – местные власти -излюбленные головы, а позднее воеводы. В целом, процедура проведения обыска как в первом, так и во втором случае схожа, однако его значение в обвинительном процессе было гораздо выше. Обыски производились местными старостами или целовальниками как по уголовным, так и по гражданским делам, при этом предписывалось допрашивать только «лучших людей» – очевидно, под такими подразумевались лица, обладающие хорошей репутацией, поскольку «лучшими людьми» могли считаться представители любых сословий. Закон запрещает производить обыск заочно: «за очи обыскных людей запрещается писать» [Там же: 199]. Уполномоченному лицу полагалось допрашивать обыскиваемого «с лица на лицо», при этом грамотные люди должны были записывать свои показания сами, а за неграмотных «к их речам прикладывали руки их духовные отцы» [Акты исторические: 3] Запрещалось допрашивать в качестве обыскных людей родственников истца и ответчика: «роды и зазоворы», а также лиц, каким либо образом зависящих от них или находящихся с ними в обязательственных правоотношениях [Акты исторические: 2].

По поводу необходимого количества людей для подтверждения того или иного факта в Судебнике Ивана IV устанавливались следующие правила: количество обыскиваемых по татебным делам – 10-15 боярских детей или же 15-20 черных людей-целовальников [Акты исторические: 55]. Эти положения распространялись как на розыск, так и на суд.

Такой способ выяснения истины в процессе, как «поле», является древнейшей исторической традицией русского судопроизводства, известной со времен Русской правды. В Московском государстве поле проводилось по следующим правилам. Выходившие биться на поле могли выбрать любой вид оружия кроме пищалей и луков. Бившиеся были одеты в доспехи, состоявшие из панциря, лат и шлема. За проведением боя наблюдали окольничий и дьяк, обязанностью которых было следить за соблюдением правил поединка. Первым делом, прибыв на место, где совершался поединок, они выясняли у бившихся, кто их «поручники и стряпчие». Только стряпчим и поручникам дозволялось остаться вблизи от места поединка, остальных зрителей просили удалиться. Поручие и стряпчие должны были сдать оружие, однако, как видно из источников, это правило ими не всегда соблюдалось.

Гербрштейн в своих «Записках о Московии» отмечал, что друзья и доброжелатели обеих бившихся сторон нередко оставались при поединке, вопреки запрету, с дубинами, которыми иногда и пользовались. Если поручникам и стряпчим одного из бойцов казалось, что в отношении него нарушались правила боя, то они подбегали к нему для отражения такой обиды; тоже самое делали стряпчие и поручники другой стороны, в связи с чем между стряпчими и поручниками обеих сторон весьма часто возникали потасовки [Герберштейн 2008: 261]. Присутствовавшие на поле окольничие и дьяки должны были предпринимать меры для прекращения таких беспорядков, поскольку важнейшей их обязанностью было наблюдать, чтобы «бой польщиков» был равный [Акты исторические: 13].

Ни истец, ни ответчик не могли быть принуждены к полю: оно назначалось только по взаимному согласию сторон, после высказанной ими на суде просьбе. При этом истец и ответчик могли биться сами или же их интересы могли защищать «наймиты». Общим правилом было следующее: «битися на поле бойцу с бойцом, или небойцу с небойцом; а бойцу с небойцом не битися, а пожелает небоец с бойцом биться можно им на поле битись» [Акты исторические: 14]. «Небойцами» считались женщины, дети, старики, «немощные и увечные», а также духовенство.

Поле могло происходить как между истцом и ответчиком, так и между ответчиком и давшим против него показания свидетелем – «послухом» истца. Кроме того, судебный поединок мог проводиться между послухами истца и ответчика. И в первом и во втором случае действовали те же правила проведения поля, как и для сторон.

Будучи одним из судебных доказательств, поле, в то же время, считалось Божьим судом. Выходившие на судебный поединок перед началом поля обязаны были целовать крест, при этом, в случае если интересы сторон представляли «наймиты», крест перед началом поединка все равно целовали истец и ответчик. Побежденный или убитый на поле считались виновными, и дело разрешалось в пользу победителя.

Начиная с XV в. власти неоднократно предпринимались попытки запретить поле. Первым актом здесь стал запрет принуждать к полю духовенство. И наконец в 1556 г. Иван IV повелел «судити и сыскивати во всяких делах и управу чинить без поля» [Ланге 1884: 206]. С этого времени значение поля как судебного доказательства начинает снижаться и постепенно заменяется крестным целованием. Однако искоренить этот обычай было нелегко: в 1572 г. Иван Грозный вынужден был разрешить в Нижнем Новгороде «спускать поля по старине» [Там же: 206]. Тем не менее к началу XVII в. поле как доказательство употребляется все реже и на смену ему приходит присяга – «крестное целование».

Таким образом, несмотря на стремление государства взять судебный процесс под свой контроль, тщательно регламентируя процедуру, вводя элементы розыскного процесса, такие черты обвинительного процесса, как сакральность доказательств, направленность на получение истины, использование Божьего суда продолжали применяться вплоть до XIX века. Это позволяет говорить о существовании в Московском государстве во второй половине XVI века обвинительной формы состязательного типа судебного процесса.

Смирнов А.В. Типология уголовного судопроизводства: дис… докт. юрид. наук. М., 2001. 345 с.

Новейший философский словарь / сост. А.А. Грицанов. Мн., 1999. С. 165.

Семухина О.Б. Типология уголовного процесса и деятельность суда в рамках обвинительного и состязательного типов уголовного процесса: дис. … канд. юрид. наук. М., 2002.

Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1996.

Уголовный процесс: учеб. / под ред. К.Ф. Гуценко. М.: Зерцало, 2005.

Ланге Н. Древнее русское уголовное судопроизводство (XIV, XV, XVI и половины XVII в.). СПб.: Тип. и хромолитография А. Траншеля, 1884. 248 с.

Акты исторические (собранные и изданные Археографическою Комиссией)

Герберштейн Сигизмунд. Записки о Московии: в 2 т. Т. 1 / под ред. А. Л. Хорошкевич. М.: Памятники исторической мысли, 2008, 776 с,

Запись опубликована автором Threerome в рубрике XVI век, Научные статьи. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Судебный поединок — один из способов разрешения споров в средневековой Европе, при котором исход спора решало единоборство сторон: победитель провозглашался выигравшим спор. Обычно использовался в случаях, когда установить истину путём допроса свидетелей было невозможно, но ни одна из сторон не признавала своей неправоты. По сути судебный поединок представляет собой санкционированную правом дуэль.

Содержание

Происхождение

Судебный поединок, в отличие от ордалий и других форм «Божьего суда», известных повсеместно, как способ разрешения споров предусматривался прежде всего Варварскими правдами и применялся в основном германскими народами (ср. хольмганг). Однако особая форма судебного поединка существовала также в Древней Руси, она получила название «поле». Судебный поединок не предусмотрен такими древнейшими правовыми источниками как Тора и Законы Хаммурапи, не известен римскому праву.

Согласно верованиям древних славян битва была спором, отданным на решение божества. «То уже Богови судити» — обыкновенная формула, какую произносили князья перед началом военных действий. Поэтому и в частных раздорах, если обиженный восставал с оружием на обидчика, божество должно было помогать правому и карать нарушителя священных законов.

Судебный поединок на Руси («поле»)

Судебные поединки на Руси известны с давнего времени. По словам арабских писателей X века Амина Рази и Мукаддези, описывавших традиции русов, «когда царь решит спор между двумя тяжущимися, и они решением его останутся недовольны, тогда он говорит им: разбирайтесь мечами своими — чей острее, того и победа». У славян поединок получил название «поле». Поле являлось по сути аналогом существовавшей в Европе ордалии, но несколько отличалось по форме.

Первые упоминания поля в русских источниках относятся к XI—XII веку. По одной из версий из летописных свидетельств, войны также иногда решались единоборством двух избранных от разных сторон. Состязание это происходило на виду обеих неприятельских армий. Исход его принимался за непреложный приговор божественной воли, которой равно подчинялись и те, на чью долю оставалась победа, и те, которые должны были признать себя осужденными [1] . Как, например, традиционный богатырский поединок в начале битвы для поднятия боевого духа Пересвета и Челубея, сразу за которым произошла Куликовская битва.

В договоре смоленского князя Мстислава с Ригою и Готским берегом (1229 год) сказано: «русину не звати латина на поле биться у руской земли, а латинину не звати русина на поле биться у Ризе и на Готском березе. Аще латинески гость битеся межю собою у руской земли любо мечем, а любо деревем — князю то не надобе, мѣжю собою соудити; тако аще рускии гость биеться у Ризе или на Гочкоме березе — латине то не надобе, а те промѣжю собою урядятеся». Смысл этой статьи заключается в том, что русский не может вызывать немца на поединок в русскую землю, а немец русского в Ригу и на Готский берег. Князь не должен вмешиваться в поединки иноземцев на русской земле (не брать с них судебных пошлин), а немцы — в поединки русских людей.

Последующие законы определяют случаи, когда дозволялось поле, оружие, с которым обязаны были сражаться бойцы, и сам ход поединка.

Псковская Судная грамота постановляет, что выходить на поле могли не только мужчины, но и женщины. По общему правилу бой должен был быть равный, и поэтому малолетние, престарелые, больные, священнослужители, инвалиды и женщины могли нанимать и ставить вместо себя наёмных бойцов. Если иск подавала женщина против женщины, то наймиты запрещались.

Допускался также поединок между ответчиком и свидетелем, когда последний показывал против первого. Показания нескольких свидетелей сами по себе являлись доказательством и их наличие делало поединок ненужным.

Бой происходил под наблюдением приставов. Вероятно, при битве присутствовал посадник (об этом упоминается в Новогородской Судной грамоте).

Во Пскове стороны выходили на битву в доспехах. В Новгороде оружием были ослопы (дубинки, рогатины) и палки, а доспехами шишаки и железные латы. Побежденный признавался неправым.

Те же положения развиты и в Судебнике Ивана IV. На «поле», кроме представителей власти, присутствовали еще стряпчие и поручители со стороны тяжущихся. «Поле» допускалось и между свидетелями, показания которых противоречили друг другу. Бойцы одевались в латы, имели в руках щиты и дрались дубинками.

Обычай решать спорные дела «полем» продолжал существовать в течение всего XVI века и исчез в XVII веке. Соборное уложение 1649 года ничего не упоминает о «поле», заменяя его присягой.

Православная церковь и судебные поединки

Церковь протестовала против проведения судебных поединков. До нас дошёл протест митрополита Фотия (1410 год):

еще же и сему наказаю: аще который человекъ позовется на поле да приидетъ к которому попу причаститись, ино ему святого причастья нет, ни целования крестнаго; а который поп дастъ ему святое причастие, тот поповства лишен. А кто утепет (убьёт), лезши на поле, (и) погубить душу — по великаго Василия слову душегубец именуется, в церковь не входит, ни дары не приемлет, ни богородицина хлеба причащениа-ж святаго не прииметъ осмнадцать лѣтъ; а убитого не хороните, а который поп того похоронит, тот поповства лишен

Главным образом духовенство восставало против колдовства и чар, к которым прибегали бойцы. Максим Грек жаловался, что судьи, вопреки очевидности свидетельских показаний, изобличающих виновного, присуждают «поле», а обидчики на то и рассчитывают: у них всегда есть «чародей и ворожея, иж возможетъ дѣйством сатанинским пособити своему полевщику».

В старинных лечебниках встречаются указания на те волшебные средства, обладая которыми можно смело выходить на поединок:

«если хочешь быть страшен, убей змею черную, а убей ее саблею или ножемъ, да вынь изъ нея языкъ, да и въ тафту зеленую и в черную да положи в сапогъ в левой, а обуй на том же месте. Идя прочь, назад не оглядывайся. Пришедши домой, положи (змеиный языкъ) под ворота в землю; а кто тебя спросить: где былъ? и ты с им ничего не говори. А когда надобно, и ты въ тотъ же сапогъ положи три зубчика чесноковые, да под правую пазуху привяжи себе утиральник и бери с собою, когда пойдешь на суд или на поле биться».

«С ветлы или березы надобно взять зеленый кустецъ… по нашему вихорево гнездо, и взять тот кустец, как потянет ветер-вихорь в зиме или летом, да середнее деревцо держать у себя — на суд ходить, или к великимъ людям, или на поли биться, и как бороться — держать тайно в сапоге в одном на правой ноге. А кто держитъ то деревцо у себя, тот человек не боится никого».

Судебный поединок в Чехии

Порядок судебного поединка в Чехии регламентировался «Рядом земского права» [1]. Согласно ему, суд об убийстве родственника кончался поединком. Противники перед битвою присягали, вооружение состояло из меча и щита. Состязание происходило в специальном месте, огражденном перилами.

Утомленный боец мог просить отдыха до трех раз. На время отдыха между соперниками клали бревно, через которое они не имели права переступать. Победитель отрубал своему врагу голову. Люди низкого звания должны были биться палками.

За малолетнего сироту выходил на поединок один из родственников. Если в суд за убийство мужа или родственника подавала вдова, и доходило до поединка, то ответчик должен был стать по пояс в яму и оттуда сражаться с ней. Той же льготой пользовались незамужние женщины, если они того желали, в противном случае им предоставлялось сиротское право.

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК
СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК - способ разрешения споров путем вооруженной борьбы сторон, применявшийся в средневековом судебном процессе. В русских юридических источниках XIII-XVI вв. носит название "поле". С.п. назначался не только между спорящими сторонами, но и между другими участниками процесса: спорящей стороной и свидетелем, чьи показания она считает ложными: спорящей стороной и судьей, который, по мнению первой, вынес несправедливый приговор. Сословные различия определяли выбор оружия:знатные сражались на мечах, простолюдины- на дубинках/Проигравшим процессетитался тот, кто первыи\'ронял.ору-жие, чья кровь пролилась раньше и т.п. Пережитки С.п. существовали в Европе вплоть до XVII в.

Энциклопедия юриста . 2005 .

Смотреть что такое "СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК" в других словарях:

Судебный поединок — Судебный поединок один из способов разрешения споров в средневековой Европе, при котором исход спора решало единоборство сторон: победитель провозглашался выигравшим спор. Обычно использовался в случаях, когда установить истину путём… … Википедия

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — в Средние века в Европе один из способов разрешения споров (доказывания обвинения); состоял в вооруженном единоборстве сторон или их представителей перед судом. Вид суда божьего . В русском праве назывался поле … Юридический словарь

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — в средневековом уголовном процессе способ доказывания обвинения, состоявший в вооруженном единоборстве сторон или их представителей перед судом … Большой Энциклопедический словарь

Судебный поединок — (англ. juridical duel) способ решения судебных споров путем вооруженной борьбы сторон, происходящей перед лицом суда. Впервые упоминается в бургундской грамоте 501 г.; регламентировался Бургундской правдой, Рипуарской правдой … Энциклопедия права

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — способ разрешения споров путем вооруженной борьбы сторон, применявшийся в средневековом судебном процессе. Регламентирован Бургундской и Рипуарской правдами (ВАРВАРСКИЕ ПРАВДЫ), Саксонским зерцалом, подробно описан «Кутюмами Бовуази», известен… … Юридическая энциклопедия

судебный поединок — в средневековом уголовном процессе способ доказывания обвинения, состоявший в вооруженном единоборстве сторон или их представителей перед судом. * * * СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК, в средневековом уголовном процессе способ доказывания… … Энциклопедический словарь

Судебный поединок — (preuve par gages de bataille, поле) является одним из судебных доказательств древнего права, как вид суда Божьего. Очистительная присяга, занявшая с эпохи введения христианства одно из главных мест между ордалиями, весьма скоро утратила свое… … Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

Судебный поединок — способ разрешения споров путём вооружённой борьбы сторон, применявшийся в средневековом судебном процессе. Регламентирован Бургундской и Рипуарской правдами (см. Варварские правды). Саксонским зерцалом (См. Саксонское зерцало), подробно… … Большая советская энциклопедия

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — способ разрешения споров путем вооруженной борьбы сторон, применявшийся в средневековом судебном процессе. Регламентирован Бургундской и Рипуарской правдами (см. ВАРВАРСКИЕ ПРАВДЫ), Саксонски. зерцалам, подробно описан Кутюмами Бовуази , известен … Энциклопедический словарь экономики и права

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — способ разрешения суд. споров путем вооруж. борьбы сторон, происходящей перед лицом суда. Впервые упоминается бургундской грамотой 501, регламентируется Бургундской и Рипуарской правдами, Саксонским зерцалом, подробно описывается Обычаями Бовези… … Советская историческая энциклопедия

(preuve par gages de bataille, поле) — является одним из судебных доказательств древнего права, как вид суда Божьего. Очистительная присяга, занявшая с эпохи введения христианства одно из главных мест между ордалиями, весьма скоро утратила свое доказательное значение; учреждение соприсяжников, появившееся повсюду как дополнение присяги, оказалось также несостоятельным; нужна была новая гарантия справедливости показаний тяжущихся — и такою гарантиею являлась личная сила, подкрепляемая Божеством, защитником невинного. Необходимо различать юридическую природу судебного поединка и поединка в делах чести (дуэли). В судебном поединке шла речь о виновности сомнительной, доказательство которой приходилось предоставить всеведущему суду Божию; в дуэли нет и речи о каком-либо сомнении, неизвестности. С. поединок есть доказательство, на основании которого постановляется решение; дуэль есть самое решение дела. С. поединок есть акт правомерный, входящий в состав судебного расследования спора; дуэль есть акт самовольного захвата судебной власти. С. поединком как особым видом доказательств мог воспользоваться всякий тяжущийся или обвиняемый; дуэль составляла привилегию высшего сословия, исключительно имевшего право носить орудие. Германскому праву С. поединок был известен с самых древних времен, но в законодательных памятниках впервые упоминается о нем в начале VI ст., когда был издан бургундским королем Гундобальдом закон (так назыв. loi Gombette, 501 г.), предоставивший тяжущимся сторонам с целью избежания злоупотреблений присягою разрешать спор поединком и распространившийся затем и на другие германские племена. В IX и Х ст. С. поединок получил полное господство в сфере судебных доказательств и применялся как при разрешении спорных случаев по гражданским и уголовным делам, так и при разрешении на суде вопросов, касавшихся толкования законов. Он вызвал сильные нападки со стороны церковной власти: архиепископ Венский Авит восставал против него уже в эпоху Гундобальда; архиеп. Лионский Агобард пытался в 831 г. побудить Людовика Благочестивого к отмене С. поединка; собор в Валенсии 855 г. угрожал отлучением тому, кто законно данную перед судом присягу будет опровергать своей присягой, так как такое злоупотребление ведет к поединку, и постановил просить у короля издания закона против С. поединка; целый ряд пап запрещали С. поединок. Несмотря на это и на стремление Карла Великого ограничить применение С. поединка, этот вид судебного доказательства получал все большее распространение. Со времени Оттона II право председательства и руководства при судебных поединках было отнесено к прерогативам короны. В них принимали участие не только светские, но и духовные лица при судебной защите имущественных прав церкви. Для калек, старцев, священников и женщин допускалось заместительство на судебном поединке. Самый поединок, по саксонским и швабским законодательствам, происходил следующим образом: если нельзя было неопровержимо доказать свидетельскими показаниями виновность обвиняемого, то судья при основательном подозрении и по требованию сторон мог постановить о разрешении дела поединком. Поединок происходил в присутствии судей; противники являлись на арену в сопровождении друзей, духовника и свидетелей; оба противника приносили присягу: обвинитель — в справедливости своего обвинения, обвиняемый — в своей невиновности. Строго наблюдалось со стороны суда равенство шансов боя. Вооружение противников обыкновенно состояло из щита и палицы (Kolben). После причащения духовником сперва обвинитель, потом обвиняемый вступали в огороженное пространство, сопровождаемые посредниками (Kreiswärtern) с длинными шестами; назначение посредников состояло в том, чтобы разделять противников, когда судья найдет возможным прервать поединок по требованию упавшего на землю или раненого противника. Перед началом боя судья требовал от зрителей под угрозой смертной казни полнейшего молчания и воздержания от каких-либо знаков и указаний противникам. Побежденным считался тот, кто, отступая, переступит усыпанный песком или соломой круг; кто настолько утомится, что не будет в состоянии продолжать бой; кто выронит оружие; кто в третий раз потребует перерыва поединка; чья кровь раньше окрасит землю; кто сам признает себя побежденным. Если побежденным оказывался обвиняемый, то он приговаривался к наказанию за то преступление, в котором он обвинялся или подозревался; если же он побеждал, то тотчас же торжественно провозглашалось его оправдание. Допускался также поединок мужчины с женщиной, но для уравнения шансов первый обыкновенно ставился по пояс в яму. В Германии поединок в качестве судебного доказательства вымирал постепенно и окончательно исчез в половине XVII ст.; императоры ограничивались только тем, что давали городам или отдельным лицам привилегии, избавлявшие их от обязанности выходить на С. поединок. Во Франции закон Гундобальда о С. поединке действовал со времен Дагоберта (630). Лотарь II запретил поединок; Генрих I опять дозволил его, но только от понедельника до среды; Людовик VII ограничил С. поединок в гражданских делах определенной суммой иска. В 1260 г. Людовик IX воспретил всякие поединки в своих доменах. Филипп IV Красивый, в 1303 г. временно воспретивший С. поединки во всей Франции, в 1306 г. снял это запрещение и разрешил поединок в тех случаях, когда виновность подозреваемого в совершении преступления, влекущего за собою смертную казнь, не может быть доказана свидетелями или другими средствами. С конца XIV ст. во Франции исчезает С. поединок в качестве общего доказательства по уголовным делам. В Англии С. поединок впервые появился при Вильгельме Завоевателе; в XIII ст. он получил полное распространение, но относительно вызова на поединок можно было апеллировать в ассизы. В 1571 г. королева Елизавета воспретила С. поединок в гражданских делах. В уголовных делах С. поединок исчез из английского законодательства только в 1811 г. вследствие постановления парламента по делу Торнтона, который обвинялся в убийстве и хотел доказать свою невиновность С. поединком, но не нашел себе противника. Что касается русского права, то "Русская Правда" не дает никаких указаний относительно С. поединка, или "поля". Впервые о нем упоминается в первой четверти XIII ст., в договоре смоленского князя Мстислава с немцами, запрещающем С. поединок между русскими и немцами. Ввиду этого некоторые исследователи нашего права (Каченовский, Калайдович, Погодин) приходят к заключению, что поединок не есть исконное, национальное явление нашего процесса, а заимствован у других народов и сравнительно поздно; другие же исследователи (Пахман, Дмитриев, Сергеевич, Беляев) полагают, что поединок, несмотря на молчание "Русской Правды", есть древнейший способ доказательства и у нас. В эпоху Судебников закон предоставлял решать поединком всякие дела, как уголовные, так и гражданские. На практике, по мнению проф. Сергеевича, поединок имел, однако, весьма ограниченное применение. Если обе стороны ссылались на поединок, то, обыкновенно, дело вершилось на основании других доказательств. Ссылка на поединок имела решающее значение только в том случае, когда одна из сторон отказывалась от поединка; тогда отказавшаяся сторона проигрывала дело. Принимать предложенное "поле" обязаны были все без исключения; никакие соображения не избавляли тяжущихся от этой обязанности. Так, в одном судном деле времен Василия Иоанновича, когда боярские дети отказались драться с крестьянами и требовали, чтобы ответчики выставили против них боярских же детей, судьи не уважили этого предрассудка и обвинили истца. Старым людям, малолетним, увечным, женщинам и духовенству было дозволено ставить за себя на поединок "наймитов"; ответчик также имел право ставить за себя наймита, когда истец его ставил, но послух — только в том случае, когда подходил под условия, при которых наем дозволялся. Силы обеих сторон на поединке должны были быть равными, вследствие чего в Царском Судебнике было постановлено, что небоец бьется с бойцом только по собственному желанию. "Польщики" приводили с собою стряпчих и поручников; обязанность последних заключалась в том, чтобы ставить тяжущегося к полю. Для поединка назначался особый срок, до которого истец и ответчик отпускались на поруки. Для наблюдения за правильностью поединка предписывалось присутствовать при нем окольничему и дьяку. Полю всегда предшествовало крестное целование с обеих сторон; тяжущиеся присягали лично и в том случае, когда высылали за себя наймитов. Цель этой обоюдной присяги, по мнению проф. Дмитриева, состояла в том, чтобы устранить употребление волшебных средств для успешного окончания поединка. Побежденная на поединке сторона приговаривалась к уплате иска и судных и полевых пошлин. Такому же взысканию подвергались и те, которые или не явились к поединку, или сбежали с поля; достаточно было неявки хотя бы одного из представителей тяжущейся стороны, чтобы вся сторона подверглась обвинению. Для уравнения шансов боя судьи имели право некоторых из тяжущихся отставить от поля, а другим приказать биться. На случай, если побежденный будет убит, "Псковская судная грамота" постановляла "на трупу кун не имати"; убившему предоставлялось только "доспех сняти, или иное што, в чем на поле лезет". По Судебнику, доспех побежденного, вероятно, выкупался у окольничего ("окольничему на убитом полевые пошлина, да за доспех три рубли"). Дело, решенное судебным поединком, не подлежало ни пересмотру, ни перевершению. Несмотря на распространенность С. поединка в Древней Руси, духовенство давно уже требовало его искоренения. Еще в 1410 г. митрополит Фотий писал новгородскому духовенству, чтобы священники не причащали идущих на поле и не хоронили убитых; убивший своего противника, как душегубец, "в церковь не входит, ни дары не приемлет, ни Богородицына хлеба, причащения ж святого не приимет осмнадцать лет"; священник, причастивший или отпевший польщика, лишается священства. Такого строгого взгляда на поединок наше духовенство держалось, однако, не всегда, и Стоглав требовал изгнания поединка из суда духовного. По определению этого собора, "а крестного целования и поль священничьскому и иночьскому чину не присужати, по священным правилом, кроме душегубства и разбоя с поличным; в таких винах градцкие судьи да судят, по царьскым законам". С. поединок у нас окончательно вымирает в конце XVI в. Указом 1556 г. предписывалось: если стороны досудятся до поля, то присуждать им не поле, а крестное целование. В последующих актах о поединке нигде не упоминается, кроме монастырских имений. По мнению проф. Пахмана, С. поединки продолжались до уложения 1649 г. См. Пахман, "О судебных доказательствах"; Дмитриев, "История судебных инстанций"; Сергеевич, "Лекции и исследования по древней истории русского права"; "Объяснения к проекту уголовного уложения редакционной комиссии", т. VI, стр. 294.

Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. — С.-Пб.: Брокгауз-Ефрон . 1890—1907 .

Полезное

Смотреть что такое "Судебный поединок" в других словарях:

Судебный поединок — Судебный поединок один из способов разрешения споров в средневековой Европе, при котором исход спора решало единоборство сторон: победитель провозглашался выигравшим спор. Обычно использовался в случаях, когда установить истину путём… … Википедия

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — в Средние века в Европе один из способов разрешения споров (доказывания обвинения); состоял в вооруженном единоборстве сторон или их представителей перед судом. Вид суда божьего . В русском праве назывался поле … Юридический словарь

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — в средневековом уголовном процессе способ доказывания обвинения, состоявший в вооруженном единоборстве сторон или их представителей перед судом … Большой Энциклопедический словарь

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — способ разрешения споров путем вооруженной борьбы сторон, применявшийся в средневековом судебном процессе. В русских юридических источниках XIII XVI вв. носит название поле . С.п. назначался не только между спорящими сторонами, но и между другими … Энциклопедия юриста

Судебный поединок — (англ. juridical duel) способ решения судебных споров путем вооруженной борьбы сторон, происходящей перед лицом суда. Впервые упоминается в бургундской грамоте 501 г.; регламентировался Бургундской правдой, Рипуарской правдой … Энциклопедия права

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — способ разрешения споров путем вооруженной борьбы сторон, применявшийся в средневековом судебном процессе. Регламентирован Бургундской и Рипуарской правдами (ВАРВАРСКИЕ ПРАВДЫ), Саксонским зерцалом, подробно описан «Кутюмами Бовуази», известен… … Юридическая энциклопедия

судебный поединок — в средневековом уголовном процессе способ доказывания обвинения, состоявший в вооруженном единоборстве сторон или их представителей перед судом. * * * СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК, в средневековом уголовном процессе способ доказывания… … Энциклопедический словарь

Судебный поединок — способ разрешения споров путём вооружённой борьбы сторон, применявшийся в средневековом судебном процессе. Регламентирован Бургундской и Рипуарской правдами (см. Варварские правды). Саксонским зерцалом (См. Саксонское зерцало), подробно… … Большая советская энциклопедия

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — способ разрешения споров путем вооруженной борьбы сторон, применявшийся в средневековом судебном процессе. Регламентирован Бургундской и Рипуарской правдами (см. ВАРВАРСКИЕ ПРАВДЫ), Саксонски. зерцалам, подробно описан Кутюмами Бовуази , известен … Энциклопедический словарь экономики и права

СУДЕБНЫЙ ПОЕДИНОК — способ разрешения суд. споров путем вооруж. борьбы сторон, происходящей перед лицом суда. Впервые упоминается бургундской грамотой 501, регламентируется Бургундской и Рипуарской правдами, Саксонским зерцалом, подробно описывается Обычаями Бовези… … Советская историческая энциклопедия

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: