Деполитизация судебной власти это

Обновлено: 26.11.2022

Эти должностные лица, которые непосредственно осуществляют судебную власть либо теснейшим образом с ней взаимодействуют, обеспечивая выполнение ею своих функций, должны отвечать целому ряду высоких специальных требований как профессионального характера (юридическое образование, стаж юридической работы), так и морального (безупречная репутация, отсутствие судимости и пр.), которые устанавливаются законом, а иногда и конституцией.

Чтобы иметь моральное право судить других, самому нужно быть на высоте. На практике, конечно, в каждой стране бывает всякое – и некомпетентность, и коррумпированность, и пристрастность, и просто глупость, и многое другое, но закон в данном случае служит необходимым ориентиром для надлежащего комплектования судебной власти и содержит требуемые средства для ее очищения в случае нужды.

В странах с романской правовой системой и некоторых других странах, воспринявших отдельные их институты, судьи, прокуроры и следователи объединяются обычно общим понятием магистратуры. Термин «магистрат» имеет много значений, но в данном случае магистратами считаются судьи, начиная с основного уровня, прокуроры и следователи.

В других странах такой обобщающей терминологии не существует, хотя, например, следователи и в немецкоязычных странах называются следственными судьями (Untersuchungsrichter); впрочем, мы можем вспомнить и дореволюционных российских судебных следователей.

Судейский корпус формируется, как правило, путем назначения, хотя и встречаются случаи выборности. Например, в большинстве штатов США судьи выбираются, причем нередко баллотируются как представители той или иной партии.

«Такая форма избрания судей, – пишет американский исследователь Лоуренс Фридмэн, – поражает европейцев как исключительно странная, столь же странная, как если бы избирали врачей, полицейских или химиков. Но принцип выборности уходит корнями в глубь истории Соединенных Штатов. Избрание должно сделать судей ответственными перед общественностью. Но выборная система на практике не работала столь успешно, как ожидалось, прежде всего потому, что лишь немногие выборы на самом деле проводились на альтернативной основе. Со временем выборы становятся все менее «жаркими», все более блеклыми и бесцветными». Впрочем, в тех же США федеральные судьи назначаются, как уже отмечалось, Президентом по совету и с согласия Сената (часть вторая разд. 2 ст. II Конституции Соединенных Штатов Америки 1787 г.).

Согласно частям второй и третьей ст. 79 Конституции Японии 1946 года назначение судей Верховного суда подлежит пересмотру народом при проведении первых после данного назначения всеобщих выборов в Палату представителей и последующим пересмотрам при проведении выборов в Палату представителей по прошествии каждых 10 лет; если большинство избирателей высказывается за смещение судьи, он подлежит смещению.

Преобладание назначаемости судей имеет серьезные резоны, несмотря на то, что этому порядку формирования судебной власти может быть брошен упрек в недемократичности. При выборах судей гражданами и даже представительными органами неизбежно действует политический фактор: выбирающие судью граждане или депутаты руководствуются не столько его личными качествами, сколько политическими убеждениями.

Это приходит в противоречие с объективным требованием максимально возможной деполитизации судебной власти. Конечно, политический момент играет роль и при назначении, и поэтому представляется предпочтительным такой порядок назначения, при котором оно не является прерогативой какой-либо одной ветви власти, а требует согласованной воли двух из них, если не всех трех.

В ряде стран (преимущественно с романской системой права) назначение, перемещение и увольнение судей входят в компетенцию высших органов судейского сообщества (высших советов магистратуры и т.п.), которые иногда должны согласовывать свои решения с министром юстиции. Впрочем, возглавляются эти органы нередко президентами.

Органы конституционной юстиции формируются в особом порядке, который будет рассмотрен ниже – п. 1 § 3 настоящей главы.

Важным принципом, гарантирующим независимость носителей судебной власти, является их несменяемость: они не могут быть смещены или перемещены без своего согласия иначе, как по решению высшей власти, причем им гарантируются особые возможности защиты. Например, в США федерального судью можно уволить досрочно только в порядке импичмента. Судьи там остаются в должности до тех пор, пока «хорошо себя ведут» («during good Behaviour»), то есть пока сами не подадут в отставку, не совершат преступления или очевидным образом не проявят своей некомпетентности.

Как отмечает Л. Фридмэн, «дряхлый или пьющий судья или даже безумный имеет теоретически право оставаться в своей должности», причем, по мнению Л. Фридмэна, обеспечиваемая таким образом независимость, беспристрастность судей, их свобода от влияния политики дороже случайных неудач и недоразумений. «Правительство каждый год проигрывает десятки важных дел, и при этом режим молча проглатывает горькую, но неизбежную пилюлю».

Впрочем, до назначения кандидаты в судьи проходят серьезную негласную проверку, включая даже изучение характера, ибо согласно Канонам судебной этики США «правосудие не должно отправляться лицами, по характеру своему несовместимыми с этой функцией».

В странах континентальной Европы обычно устанавливается верхний возрастной предел, по достижении которого судья или иной чиновник судебной власти автоматически выходит в отставку с сохранением ряда льгот и привилегий.

Законодательство, как правило, устанавливает несовместимость функции судьи (вообще магистрата) с иными занятиями, а также запрещает судьям (магистратам) участие в политических, а порой и в профсоюзных объединениях. Так, согласно ч. 1 ст. 127 Испанской конституции 1978 года судьи и магистраты, а также прокуроры, пока состоят на службе, не могут занимать другие публичные должности, принадлежать к политическим партиям или профсоюзам; система и способы их профессиональной ассоциации определяются законом (это, в частности, Органический закон № 6 о судебной власти 1985 г.).

Еще Конституция США предусмотрела в предложении втором разд. 1 ст. III, что судьи должны в установленные периоды получать за свои услуги вознаграждение, которое не может быть уменьшено во время их пребывания в должности. Подобная норма содержится и в части шестой ст. 79 Конституции Японии.

Для социалистических стран характерно избрание судей представительными органами, обычно на срок полномочий последних, с установлением подотчетности судей этим органам и даже подчас ответственности перед ними. Такая система делает судей полностью зависимыми от коммунистических партийных комитетов, прежде всего их первых секретарей, которые и решают, будет судья представлен для избрания на следующий срок (что практически равносильно избранию) или нет. От них же зависит и возможный отзыв судьи.

Например, согласно ст. 134–135 Социалистической конституции Корейской Народно-Демократической Республики 1972 года судьи и народные заседатели Центрального суда избираются Постоянным советом Верховного народного собрания, судьи и народные заседатели провинциальных (городов центрального подчинения) судов и народных судов – соответствующими Народными собраниями.

Срок полномочий судей и народных заседателей равен сроку полномочий соответствующих Народных собраний. Председатели и судьи специальных судов назначаются и освобождаются от должности Центральным судом, а народные заседатели избираются на соответствующих собраниях военнослужащих или гражданских коллективов. Судьи в социалистических странах, как правило, должны на практике состоять в коммунистических партиях и входят в «номенклатуру» соответствующих партийных комитетов, то есть подбираются их аппаратом и смещаются по решению их руководства.

В некоторых постсоциалистических странах данный подход преодолен не полностью. Интересны с этой точки зрения положения Конституции Словацкой Республики 1992 года. Согласно ее ст. 145 судей избирает Национальный совет по предложению Правительства сроком на четыре года. По истечении этого срока по предложению Правительства же Национальный совет избирает судей уже без ограничения во времени.

Председателя Верховного суда и его заместителей Национальный совет избирает на пять лет и не более чем на два срока подряд. Судья, избранный на время, должен, стало быть, заручиться доверием Правительства, чтобы быть избранным уже окончательно. А если за это время в Правительство придут партии с противоположным политическим знаком? Как в такой обстановке стремиться всегда к правосудным решениям?

В качестве яркого примера конституционно-правового регулирования порядка формирования судебной власти в демократических странах приведем положения Конституции Италии и ее же Уложения о судоустройстве 1941 года (с последующими изменениями).

Согласно ст. 104 Конституции магистратура автономна и независима от любой другой власти. В соответствии со ст. 106 и 107 магистраты назначаются по конкурсу, причем допускается назначение или избрание почетных судей (т. е. действующих на общественных началах) для выполнения функций судей, заседающих единолично. За выдающиеся заслуги Высший совет магистратуры на должности кассационных советников может призывать университетских ординарных профессоров права и адвокатов с 15-летним стажем, внесенных в специальные списки для высших судов. Магистраты несменяемы.

Их увольнение или перемещение без личного согласия возможно только решением Высшего совета магистратуры в предусмотренных законом случаях и с установленными гарантиями защиты. Различаются магистраты только по выполняемым функциям, а дисциплинарное производство против них правомочен возбуждать только министр юстиции.

Согласно Уложению о судоустройстве лицо может допускаться к осуществлению судейских функций при наличии следующих условий:

  1. итальянское гражданство;
  2. гражданская правоспособность;
  3. безукоризненное гражданское и нравственное поведение, в частности и в прошлом;
  4. физическая пригодность;
  5. соответствие профессиональным требованиям, установленным законом.

Магистраты приносят присягу. Как правило, магистрат обязан проживать в коммуне, где находится судебный орган, в котором он работает. Он освобождается от любой должности или публичной повинности, не связанной со службой, кроме военной службы и случаев, особо предусмотренных законом. Судьи имеют в установленных случаях право распоряжаться полицией.

Магистраты не могут занимать государственные или частные должности или посты, кроме постов сенатора и депутата или неоплачиваемого поста управляющего публичными благотворительными учреждениями. Им нельзя заниматься промышленной, торговой или другой свободной профессиональной деятельностью.

Не допускается занятие магистратами должностей в судебных органах, при которых их родственники до второй степени включительно или свойственники первой степени состоят в профессиональных коллегиях адвокатов или поверенных либо в которых осуществляют такие функции.

В одном судебном органе, как правило, не могут состоять магистраты, связанные отношениями родства или свойства до третьей степени включительно и в любом случае не могут быть судьями одной и той же судебной коллегии магистраты, связанные отношениями родства или свойства до четвертой степени включительно. Стало быть, нельзя работать вместе с троюродной сестрой жены. Примечательно строгие требования! Но смысл, судя по всему, имеют.

Прежде чем стать судьей или прокурором, лицо должно пройти стажировку в качестве судебного аудитора, для чего проводится конкурс по результатам трех письменных экзаменов (по гражданскому и римскому праву, по уголовному праву и по административному праву) и 8 устных (по римскому праву, по гражданскому праву, по гражданскому процессу, по уголовному праву, по уголовному процессу, по административному и конституционному праву, по трудовому праву и социальному законодательству, по церковному праву, международному праву и основам статистики). На каждом из письменных экзаменов надо получить не менее 12 баллов из 20, а на устных – не менее 6 из 10 и всего не менее 91 балла (дробление баллов не допускается).

К конкурсу допускаются лица не моложе 21 года и не старше 30 лет, имеющие диплом юридического факультета университета (очевидно, другие дипломы о высшем юридическом образовании во внимание не принимаются). Если Высший совет магистратуры считает, что лицо не отвечает требованиям высокой нравственности и безупречного поведения, оно не допускается к конкурсу и оспаривать это мнение не может. Конкурс проводится в Риме, как правило, один раз в год.

Уложение устанавливает критерии и порядок для продвижения магистратов на вышестоящие должности.

Магистрат, уволившийся из системы магистратуры по собственному желанию, восстановлению не подлежит. Это положение подчеркивает корпоративный характер магистратуры.

Частным проявлением ПН явл-ся полит.независ-ть прок-ра.Согласно п.4 ст.4 ФЗ прокур.раб-ки не м.б. членами обществ.объед-ний, преследующих полит.цели, и принимать участие вих деят-ти, что исключает возм-ть влияния со стороны этих объед-ний на прок-ра и на решения, принимаемые им в процессе осущ-ния прок.надзора.

Также не допускается создание и деят-ть в органах и учр-ниях прок-ры общ.объед-ний, пресле­д-щих полит.цели.

Прок-ры и след-ли прок-ры не связаны в своей служеб. деят-ти решениями обществ.объединений.

Ряд исследователей выделяют принцип деполитизации органов прокуратуры. Работники прокуратуры не могут быть членами объединений, преследующих политические цели. Но это охватывается принципом независимости. Впервые этот принцип был закреплен в 1991 году. Это в том числе связано с отменой действия ст. 6 Конституции СССР 1977 года.

Принцип деполитизации в организации и деятельности органов прокуратуры- принцип внепартийности прокурорских работников. В своей служебной деятельности прокуроры и следователи не связаны с решением никаких общественных объединений – не только тех, которые преследуют политические цели (партии, движения), но и прочих (профессиональные союзы и т.п.).

В ст.4 Закона «О прокуратуре» сформулирован принцип деполитизации в организации и деятельности органов прокуратуры.(внепартийность)

Прокурорские работники не могут являться членами общественных объединений, преследующих полит цели, и принимать участие в их деятельности, создание и деятельность общественных объединений, преследующих политические цели в органах и учреждениях прокуратуры не допускаются.

В своей служебной деятельности прокуроры и следователи не связаны с решением никаких общественных объединений – не только тех, которые преследуют политические цели (партии, движения), но и прочих (профессиональные союзы и т.п.).

Прокуроры и следователи не могут быть членами выборных назначаемых, создаваемых и иных органов, образуемых органами гос. Власти и органами МСУ

Участие представителей прокуратуры в различных комиссиях и др.органах означало бы разделение с ними ответственности за действия и решение и препятствовало бы или делало невозможным осуществление надзора за исполнение ими законов.

3. Органы конституционного правосудия в системе государственных органов.

КОНТРОЛЬНЫЕ ТЕСТЫ ДЛЯ САМОСТОЯТЕЛЬНОЙ РАБОТЫ

(следует выбрать один правильный ответ)

1. Носителем судебной власти является:

а) только Верховный суд

b) вся судебная система в целом

c) только конституционный суд

2. Юрисдикция – это:

а) деятельность суда по разрешению правовых конфликтов

b) предметная и пространственная сфера такой деятельности

c) вынесение судом правовых решений по разбираемым конфликтам

d) абстрактно – теоретическое понятие, используемое в научных и учебных целях и на практике не применяющееся

3. Социальная роль судебной власти (в норме) заключается:

а) в обеспечении господства права

b) в обеспечении социальной справедливости

c) в принуждении граждан к повиновению государству

d) судебная власть не имеет социальной роли

4. Влияние политического фактора на деятельность судебной власти (в норме):

а) может и должно быть полностью исключено («Да свершится правосудие, хотя бы погиб мир!»)

b) политический фактор может и должен влиять на судебную власть

c) на практике полная деполитизация судебной власти невозможна, но суд, вынося решение по делу, имеющему политическое содержание, должен применять именно право

d) влияние политики на судебную власть должно зависеть от конкретных обстоятельств разрешаемого дела

5. Принцип несменяемости носителей судебной власти означает:

а) они не могут быть смещены или перемещены без своего согласия иначе как по решению высшей власти, причем им гарантируются особые возможности защиты

b) они никогда и ни при каких обстоятельствах не могут быть отстранены от должности помимо своей воли

c) данный принцип означает лишь то, что носитель судебной власти вправе оставаться в своей должности пожизненно

d) такого принципа не существует

6. Виды судебных систем или судов, действующих в стране:

а) обычно устанавливаются в конституции

b) в конституции устанавливается лишь существование судебной власти

c) обычно вопросы судоустройства описываются в конституции лишь бланкетными нормами

d) обычно судоустройство устанавливается текущим законодательством, но не конституцией

7. Полисистемность судебной власти означает:

а) в стране создаётся несколько независимых друг от друга судебных систем общих и специализированных судов во главе с единым высшим судом

b) в стране в рамках единой судебной системы судебные органы дублируют друг друга

c) в стране создается несколько независимых друг от друга судебных систем общих и специализированных судов во главе со своими высшими судами

d) полисистемности судебной власти быть не может

8. Административная юстиция – это:

а) особая ветвь судебной власти, задача которой заключается в разрешении административных споров, т.е. конфликтов, прежде всего, между физическими и юридическими лицами, с одной стороны, и органами и должностными лицами публичной администрации – с другой. При этом в ряде стран на высшие органы административной юстиции возложена проверка конституционности нормативных актов публичной администрации

b) особая ветвь судебной власти, призванная рассматривать дела об административных правонарушениях

c) особая ветвь судебной власти, предназначенная исключительно для разрешения конфликтов между должностными лицами и органами государственной власти и проверки конституционности и законности издаваемых ими нормативных актов

а) совокупность полномочий по отправлению правосудия, т.е. полномочий по рассм. отрению и разрешению уголовных, гражданских. арбитражных, административных и конституционных дел (споров) в порядке, установленном процессуальным законодательством, а иногда также полномочий по обязательному толкованию норм права, нормотворческих полномочий (создание прецедентов судебных), контрольных полномочий (например, проверка законности ареста или задержания) и некоторых других (установление фактов, регистрация юридических лиц в ряде зарубежных стран и т.п.);

б) систему государственных органов, осуществляющих перечисленные полномочия. Соответственно выделяются Конституционный Суд РФ, Верховный Суд РФ и суды общей юрисдикции, ВАС с системой арбитражных судов. Полномочия судебной власти подразделяются на основные (исключительные) - по отправлению правосудия и вспомогательные. Основные полномочия могут осуществляться (в соответствии с Конституцией РФ) только судом. Кроме судей участвуют привлекаемые в установленном законом порядке присяжные, арбитражные и народные заседатели. Судебная власть действует независимо от законодательной и исполнительной властей (ФКЗ РФ от 31 декабря 1996г. № 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации").

Основная функция судебной власти - правоохранительная: важнейший способ ее реализации - правосудие, осуществляемое специально созданными государственными органами в строго определенной процессуальной форме. Решение органов судебной власти общеобязательны, имеют силу закона и обеспечены принудительным исполнением. Помимо отправления правосудия судебная власть может участвовать в выработке правовой политики государства, политики борьбы с преступностью. Одна из важнейших задач судебной власти - обеспечение прав человека, интересов гражданского общества и государства путем отправления правосудия и конституционного контроля.

Состав судебных органов:

Судебные учреждения могут включать различных государственных служащих: прокуроров (при судах), судебных следователей, работников канцелярии судов, секретарей судебных заседаний и т.д. Судьи, прокуроры, судебные следователи обобщенно во многих странах называются магистратами, остальные — это служащие судебных учреждений. Многие из служащих судов в том или ином качестве могут участвовать в судебном процессе (например, прокуроры, поддерживающие обвинение, секретари, ведущие протоколы заседаний), но главная роль в судебном заседании принадлежит судье (судьям), если даже народные заседатели имеют равные с судьей процессуальные права.

К судье предъявляются высокие требования, что связано с предоставленными ему полномочиями, в том числе по решению судеб людей.

Судья должен отвечать профессиональным требованиям (высшее юридическое образование и, как правило, определенный стаж работы на других юридических должностях), обладать высокими моральными качествами (не только отсутствие судимости, но и незапятнанная репутация), иметь определенный жизненный опыт

(обычно в законе предусматривается повышенный возраст для занятия должности судьи).

Число судей в тех или иных судебных учреждениях может сильно различаться. В штате районных, межмуниципальных судов, судов судебных округов, рассматривающих дела по первой инстанции, может быть до 10 и более судей, в каждом из пяти федеральных судов юстиции в Германии работает в среднем 21 судья, в Верховном суде США — 9 судей, Японии — 15, Индии — 17.

Суды формируются различными способами. Во многих штатах США судьи избираются гражданами. В странах тоталитарного социализма судьи низших судов также избираются гражданами или представительными органами, а вышестоящих — представительными органами (например, областные суды — областными советами). В большинстве стран судьи назначаются, но в высших судах обычно это происходит при участии различных ветвей власти. В США Верховный суд назначается президентом с согласия сената, в Японии — императором по представлению кабинета министров (главный судья) и кабинетом (остальные судьи). В Италии и Франции судьи назначаются по конкурсу органами судейского самоуправления — верховными советами магистратуры, в Великобритании — лордом-канцлером (по существу, министром юстиции) без конкурса, но по совету состоящей при нем комиссии (ее состав не оглашается). Судьи назначаются либо пожизненно, но практически занимают должность до достижения определенного возраста (в Великобритании они обязаны подать в отставку по достижении 72 лет, в Японии— 65), либо на определенный срок (обычно первый раз на срок в пять — десять лет, а второй раз — пожизненно). В странах тоталитарного социализма судья избирается на определенный срок, как правило, на пять лет. Судьи могут быть досрочно смещены с должности за совершение преступлений, за недостойное, порочащее поведение, но делается это в особом порядке — органами судейского самоуправления или при их участии.

Народные заседатели в социалистических странах избираются на собраниях граждан по месту работы открытым голосованием. Ассизы, шеффены, присяжные заседатели (в ряде стран не старше 70 лет) подбираются муниципальными советами из среды достойных граждан, составляется их общий список, а затем по жребию они участвуют в судебных заседаниях. Подбор присяжных для рассмотрения конкретного дела может быть осуществлен и иначе: по решению судьи, согласованному со сторонами в судебном процессе.

Прокуроры и судебные следователи в одних странах назначаются в том же порядке, что и судьи, но не пожизненно, в других странах — в порядке строгой централизации и подчиненности (в странах тоталитарного социализма и некоторых постсоциалистических странах — генеральным или главным прокурором).

К кандидатам на должности магистратов, особенно на должности судей, как отмечалось, предъявляются высокие требования. Повышенный возраст иногда определяется законом (по конституции Украины — не менее 25 лет), в отдельных случаях — обыкновениями (во Франции не принято назначать судьей лицо моложе 40 лет). В некоторых странах предусмотрена необходимость для занятия должности судьи пройти предварительные ступени. Это занимает столько времени, что судья просто не может быть молодым. В Германии после окончания юридического высшего учебного заведения и сдачи государственного (теоретического) экзамена кандидат на судейскую должность проходит длительную стажировку в суде, обычно на канцелярских должностях, на должности следователя и т.д. После этого нужно сдать практический экзамен перед судьями и другими судейскими работниками. Сдавшим экзамен присваивается звание судьи, но должность судьи не предоставляется: лицо лишь включается в список кандидатов на такую должность (списки ведутся федеральным министерством юстиции, а также министерствами юстиции земель для замещения судейских мест в судах земель) и должно находиться определенное время на другой работе в органах юстиции. Впрочем, в Италии, Швеции, некоторых других странах путь к должности судьи короче.

Статус судей. Выше уже говорилось о некоторых элементах статуса судей, в том числе о порядке их назначения и смещения. Важнейшим положением статуса судей является принцип несменяемости. Это означает, что судья не может быть смещен с должности досрочно, до наступления установленного законом предельного возраста, за исключением случаев, когда он совершил преступление или недостойно вел себя (принцип: судья остается в должности, пока хорошо себя ведет), не может уйти в отставку по собственному желанию.

Несменяемость означает также, что смена партии у власти не влияет на положение судей. В странах тоталитарного социализма судьи, как и депутаты, могут быть досрочно отозваны избирателями, их избравшими, или соответствующими представительными органами.

Судьи независимы и подчиняются только закону. Признаются принципы их деполитизации и департизации. Как правило, судьи не могу1 состоять в политических партиях, участвовать в политических акциях забастовках. На судей распространяется принцип несовместимости должностей: они не могут заниматься другой оплачиваемой работой торговой и промышленной деятельностью. В судебных учреждениях исключаются родственные связи. Закон устанавливает, что вознаграждение судей не может быть уменьшено во время пребывания их в должности.

Системы судебных органов. Системы судебных органов могут быть неодинаковы в унитарных и федеративных государствах. В унитарных государствах обычно существует единая система общих судов. В федеративном государстве может быть единая система (например, Канада), но возможна и отдельная система федеральных судов, и отдельная система судов субъектов федерации (например, в США во главе с верховными судами штатов, хотя в конечном счете, в том числе и для верховных судов штатов, окончательной инстанцией является Верховный суд США). Если существует «двойная система», то федеральные суды применяют только федеральные законы, суды же штатов — и федеральные законы, и законы субъектов федерации (разумеется, своего штата).

Во всех государствах, за исключением совсем небольших, например Науру, Тувалу, где население составляет менее 10 тыс. человек, действуют несколько различных звеньев общих судов. Сначала рассматривают дело суды первой инстанции (мировые судьи, полицейские суды, районные суды, суды судебных округов и др.). В большинстве стран второй инстанцией являются особые апелляционные или высокие суды (в странах тоталитарного социализма такого звена нет), куда можно обращаться с жалобой на решение суда первой инстанции. В апелляционном суде весь процесс повторяется аналогично процедуре первой инстанции, но возможно привлечение новых свидетелей, предъявление дополнительных доказательств. Следующая инстанция — кассационная. Это либо вышестоящий суд, либо верховные суды, иногда официально называющиеся кассационными. Они заседают только в составе профессиональных судей (без народных и присяжных заседателей), но не рассматривают факты, доказательства, а проверяют дело только с точки зрения соблюдения закона в судебном процессе (иногда и до него, например, в ходе предварительного следствия).

Описанная выше схема в ряде стран имеет свои особенности. Верховные суды могут рассматривать отдельные дела, установленные конституцией или законом, в первой инстанции, иногда даже с участием присяжных или народных заседателей (уголовные дела). Суды первой инстанции рассматривают большинство уголовных и гражданских дел, но не все: некоторые дела подсудны вышестоящим судам. Сказанное относится и к мировым судьям, которые единолично рассматривают менее значительные уголовные дела, а также гражданские дела с небольшой ценой иска.

Судейское самоуправление. Как отмечалось, судебная власть имеет специальный орган, призванный контролировать поведение судей, решать вопросы об их назначении, перемещении, повышении в должности, дисциплинарной ответственности магистратов (судей, прокуроров, судебных следователей). Этот орган инспектирует суды, представляет кандидатуры для назначения на судейские должности. Он называется по-разному. В Италии, Франции, Румынии это высший совет магистратуры, в Болгарии — Высший судебный совет, в Албании — Верховный совет правосудия, на Украине — Высший совет юстиции. Обычно в состав такого органа входит председатель верховного суда, министр юстиции, генеральный прокурор; часть его членов может быть назначена главой государства (в ряде стран по предложению палат парламента), часть избирается на общегосударственном съезде судей (особенно это практикуется в постсоциалистических странах).

Конституционные принципы правосудия и осуществления судебной власти

Судебная власть осуществляется единолично судьей или судебной коллегией, действующими в особом судебном процессе. Вне судебного процесса судья может обладать лишь другими полномочиями. В Швеции, например, судья может проводить принудительную инвентаризацию имущества, на Украине запрещать отчуждение имущества до судебного решения, в США издавать так называемые судебные, а по существу — административные приказы, являющиеся специфической формой осуществления судебной власти.

Такими приказами можно приостановить распространение газеты (но не лишить ее лицензии), приостановить забастовку (но не запретить ее вообще), временно, до решения суда, отложить публичное собрание в общественном месте и т.д.

Деятельность суда опирается на принципы, закрепленные в конституции.

Одни из них имеют общий характер, другие распространяются преимущественно на уголовный процесс, где особенно важна защита прав личности.

К числу общих конституционных принципов относятся:

1) Осуществление правосудия только судом, другие должностные лица и органы государства не вправе присваивать себе функции правосудия.

2) Независимость судей и подчинение их только закону. Ни .один государственный орган, должностное или иное лицо не вправе указывать суду, как ему следует решить то или иное дело; судьи решают дело на основе закона и личного убеждения. Если вышестоящий суд отменяет судебное решение нижестоящей инстанции, то он опять-таки не указывает, как именно следует решить дело: он направляет его в иной состав судебной коллегии, и уже она решает дело по своему убеждению. Принимая его к своему рассмотрению, вышестоящая судебная инстанция не указывает, как должно быть решено дело, она поручает его рассмотрение коллегии.

3) Свобода доступа к суду. Нельзя отказывать в приеме дела по причинам отсутствия закона или его неясности. Суд обязан принять и рассмотреть иск

(он может отклонить рассмотрение только по причинам неподведомственности или неподсудности).

4) Коллективное отправление правосудия. Мировой, полицейский, иной судья единолично может рассматривать лишь мелкие правонарушения.

5) Ведение судебного процесса на языке, понимаемом сторонами, или с обеспечением им переводчика за счет государства.

6) Гласность, т.е. открытый, публичный суд. Закрытые заседания проводятся, если в процессе затрагиваются вопросы государственной тайны, интимные отношения сторон.

7) Возможность обжалования и пересмотра судебного решения путем апелляции (повторное рассмотрение дела по существу по процедуре первой инстанции), кассации (проверка выполнения закона судом), ревизии, которая сочетает черты апелляции и кассации (при ревизии можно не только проверять законность и обоснованность решения нижестоящего суда, но и вернуть дело на новое рассмотрение, как при кассации). В англосаксонской системе применяется только апелляция, е большинстве континентальных стран Европы — и апелляция (вторая инстанция), и кассация (третья инстанция), в Австрии, Германии — апелляция и ревизия.

8) Ответственность государства за судебную ошибку. Государстве возмещает физическому или юридическому лицу ущерб, который причинен ему ошибочным судебным решением, неправильным осуществлением правосудия.

Правда, государство имеет право на регрессный иск — не возмещение виновником тех сумм, которые оно выплатило пострадавшему, или на возмещение иным образом, но только если вина судьи будет доказана.

Конституция закрепляет некоторые особые принципы в сфере уголовного процесса — гарантии правосудия, поскольку именно в уголовном процессе судебное, т.е. государственное, принуждение проявляется особенно жестко. К их числу относятся: право обвиняемого на рассмотрение дела с участием присяжных заседателей, которые решают вопрос о его виновности или невиновности; право пользоваться помощью адвоката с момента задержания или ареста (в подавляющем большинстве стран — с момента задержания); право на бесплатную юридическую помощь в установленных законом случаях; презумпция невиновности: каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда; никто не может быть осужден повторно за одно и то же преступление; при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона; закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Некоторые из названных принципов относятся прежде всего к уголовному процессу, но распространяются и на гражданские дела (например, о недопустимости доказательств, полученных с нарушением закона, о неприменимости обратной силы закона, отягчающего ответственность).

Органы, и должностные лица, содействующие осуществлению судебной власти. В актах конституционного права упоминаются различные органы и должностные лица, одна из задач которых (иногда не главная) состоит в содействии судебной власти. Это прокуроры, следователи, адвокаты, нотариусы, судебная полиция, судебные исполнители. Детально их полномочия регулируются особыми законами и изучаются в других отраслях права.

Прокуратура занимается уголовным преследованием лиц, совершивших преступления. Действуя как представитель государства, она поддерживает публичное обвинение в суде (в делах частного обвинения прокуратура не участвует), осуществляет надзор за местами заключения, в странах тоталитарного социализма осуществляет общий надзор за законностью. Иногда прокуратура существует при министерстве юстиции (например, в США обязанности генерального прокурора возложены на министра юстиции), но бывает выделена в отдельную систему, подотчетную парламенту или президенту либо обоим этим органам (Испания, Италия, Украина и др.). В некоторых странах прокуроры состоят при судах и не образуют единой иерархической системы (Франция). В ряде государств органов прокуратуры вообще не существует (Великобритания) и функции прокуроров выполняет адвокатский корпус, а в важных делах участвует директор публичных преследований.

Следователи могут быть подчинены прокурорам и входить с ними в единую систему, состоять при судах (так называемые следственные судьи) или составлять отдельную систему, возглавляемую органом типа следственного комитета.

Адвокатура — независимая и самоуправляющаяся организация. Коллегии адвокатуры состоят при окружных и высших судах. В странах тоталитарного социализма, постсоциалистических государствах это единая организация, хотя и в англосаксонских странах существуют, например, общегосударственные объединения адвокатов высшей квалификации. В некоторых западных странах адвокатура считается не организацией частного права, а публичной корпорацией и как таковая действует под контролем министерства юстиции.

Судебная полиция действует при судах. Эти полицейские обеспечивают порядок в зале заседания, охраняют обвиняемых, выполняют распоряжения судьи.

Судебные исполнители выполняют решения судов, например в части, касающейся гражданско-правовых отношений (производят опись имущества и т.д.).

Если законодательная власть и исполнительная власть возлагаются конституциями на один-два высших государственных органа (соответственно на главу государства и/или парламент, на главу государства и/или правительство), то с судебной властью дело обстоит значительно сложнее. Она возложена на всю совокупность судебных органов от самых низовых до верховных.

Каждый из судебных органов, независимо от своего места в системе, разрешает конкретные дела совершенно самостоятельно, руководствуясь исключительно законом и правосознанием. Каждый судебный орган, а не только верховный суд является самостоятельным носителем судебной власти. Этим судебная власть отличается от административной, в рамках которой вышестоящий орган руководит нижестоящими, может давать им указания по решению вопросов их компетенции. В системе судов это невозможно.

Совокупность судов (а порой их деятельность) именуется юстицией (от лат. justitia – справедливость). Деятельность суда по разрешению правовых конфликтов называется юрисдикционной, а предметная и пространственная сфера такой деятельности – юрисдикцией (лат. jurisdictio – судебное разбирательство; судебный округ). Юрисдикционная деятельность, как отмечалось, может быть в известных пределах присуща и представительным и административным органам, однако подобные случаи суть исключение из правила и, кроме того, такая деятельность административных органов в демократическом государстве всегда подконтрольна суду.

Юрисдикционная деятельность судов представляет собой правосудие, то есть вынесение подлинно правовых решений по разбираемым конфликтам. Это достигается благодаря применению специальных процессуальных форм, призванных гарантировать права человека в судебном процессе и облегчить по каждому рассматриваемому делу установление истинных его обстоятельств.

Социальная роль судебной власти в демократическом обществе заключается в том, чтобы в разного рода юридических конфликтах обеспечивать господство права, выраженного прежде всего в конституциях и других законах, международных договорах, а также в приравненных к закону или подзаконных высокого уровня актах – указах, декретах, ордонансах, внутригосударственных публично-правовых договорах и т.п.

Примечательно, что во многих странах законно изданные нормативные акты ведомственного характера, не говоря уже об актах местного значения, источниками права не признаются. Они обязательны к исполнению соответствующими субъектами, но их правовая обоснованность может быть в любое время относительно легко оспорена и проверена. В странах англосаксонской правовой системы суд в случаях пробелов в законодательстве руководствуется также упоминавшимся в гл. I и II прецедентным, или общим, правом, включая создание прецедентов высшими судами страны.

Очень ярко выразил социальную роль судебной власти.французский исследователь США Алексис де Токвиль в своей книге, увидевшей свет в 1835 году:

«Все правительства имеют всего лишь две возможности преодолеть сопротивление, оказываемое ему гражданами: материальные средства, которыми они сами располагают, и решения судов, к чьей помощи они могут прибегать.

Правительство, которое может принуждать к повиновению своим законам только силой оружия, находится на грани гибели. С ним, по всей вероятности, произойдет одно из двух: если это слабое и умеренное правительство, то оно прибегнет к силе лишь в самом крайнем случае, оставляя без внимания множество мелких случаев неповиновения, и тогда государство окажется во власти анархии.

Если же правительство сильное и решительное, то оно будет прибегать к насилию ежедневно и вскоре превратится в военно-деспотическое. Его бездействие, равно как и его деятельность окажутся одинаково гибельными для населения, которым оно управляет.

Великая цель правосудия состоит в замене идеи насилия идеей права, в установлении правовой преграды между правительством и используемой им силой».

Действительно, осуществляя правосудие, судебная власть вводит государственное насилие в цивилизованные рамки, гарантируя законопослушных граждан от опасности попасть под «колеса» государственной машины. Эта весьма важная цель правосудия не является, однако, единственной.

Если ограничиться ею, то судебная власть выступает лишь как карающая длань, пусть цивилизованно карающая. Она это делает, но К этому не может сводиться ее социальная функция. В обществе возникает много конфликтов, и постепенно конфликт между незаконопослушным индивидом и государством становится далеко не главным. Не менее важен конфликт между законопослушным индивидом и государством, возникающий в случае ошибок, а то и произвола государства.

И если в случае, о котором говорит А. де Токвиль, суд должен выступить инструментом государства против ослушников (а точнее, может быть, защитить государство от них, констатировав, что право на его стороне), то в данном случае ситуация обратная: суд должен защитить человека от государства, когда право (признанное государством) на стороне человека, чего мы уже касались в гл. III.

И конфликты между властями государства, и между государственными органами в рамках одной ветви власти, включая в обоих случаях судебную, и между государством и иными публичными корпорациями (субъектами федераций, местными самоуправляющимися сообществами и др.) также, поскольку не решены иными способами, подлежат разрешению судебной властью (в демократическом государстве, конечно).

Разумеется, суд призван разрешать на основе права конфликты и между частными субъектами, будь то индивиды или группы, поскольку самостоятельное утверждение ими своих действительных или мнимых прав породило бы в обществе хаос.

В связи с функцией судебной власти встает вопрос о влиянии политического фактора на ее деятельность. По логике такое влияние должно бы быть исключено. Если законодательная власть и исполнительная власть (в значительной своей части, по крайней мере, решающей в макромасштабе страны) не только постоянно находятся под непосредственным воздействием политических сил, но и сами представляют собой активную политическую силу, то судебная власть должна бы быть полностью деполитизирована, ибо в противном случае она не сможет быть беспристрастной (пристрастный судья – не судья), а при разрешении дел будет руководствоваться не правом, а политической целесообразностью.

Да, по идее это должно бы быть так. Известно латинское изречение: «Fiat justitia, pereat mundus!» («Да свершится правосудие, хотя бы погиб мир!»), служившее девизом германскому императору Фердинанду I (1556–1564). Оно означает, что право должно применяться судом, несмотря ни на какие политические и иные последствия. Но даже самая гениальная идея в жизни обычно не может быть реализована в голом виде, ибо попытки реализовать ее таким образом часто дают обратные результаты, в чем мы в своей истории уже неоднократно получали возможность убедиться. И кому будет нужно правосудное решение, если мир из-за него погибнет?

На практике, конечно, полная деполитизация судебной власти невозможна. Судьи, особенно при разрешении дел в сфере публичного права (его недаром называют политическим правом), не могут не предвидеть политических последствий тех или иных своих решений, а вынося решения, не могут не считаться с этими последствиями. Американский исследователь Дж. Уайт писал, исходя из этого: «В реальной жизни судьи и не призваны воздерживаться от решения политических вопросов вообще; скорее им следует при решении таких вопросов не выражать слишком открыто свои политические симпатии и партийные убеждения».

Дж. Уайт, думается, не очень точен. Разрешая дела, имеющие политическое содержание, суд должен применять к ним именно право. Политические симпатии и партийные убеждения суд вообще выражать не вправе, иначе это опять же не суд. И когда мы говорим, что необходимо предвидеть последствия, это значит, что из возможных правовых решений нужно выбрать такое, которое не нанесет социального ущерба или при котором ущерб этот будет минимальным. Границы же усмотрения суда только и исключительно правовые.

В противном случае суд утрачивает самостоятельность и превращается в простой придаток других ветвей власти, как это имеет место при авторитарных, а особенно тоталитарных режимах, когда действует хорошо нам известное «телефонное право» и суд часто выступает орудием политической расправы.

В общем судебная власть – это инструмент, посредством которого право воздействует на общественные отношения. Инструмент не единственный, но главнейший в конфликтных случаях. Однако этот инструмент оказывается подчас бесполезным, когда одна из сторон в конфликте или все они вообще не признают право как социальную ценность либо признают обязательность его норм для других, но не для себя.

Из всех властей судебная власть – слабейшая: она не опирается на волеизъявление избирателей, как законодательная власть, и не располагает силовыми структурами для принуждения, как власть исполнительная. Но сила судебной власти в уважении цивилизованного общества к праву и к суду как его профессиональному толкователю и справедливому применителю. Не случайно в западных странах юристы не сразу могут взять в толк, о чем идет речь, когда мы спрашиваем их о последствиях неисполнения судебных решений. Они не могут себе представить, как это возможно – не исполнить решения суда.

Сказанное не значит, что в демократических странах суд всегда и обязательно справедлив, что судебные решения всегда и обязательно правосудны. Есть, конечно, и противоположные случаи. Может быть, их иногда значительно больше, чем это кажется допустимым. Но все же это именно случаи, а не система; иначе никакой демократический режим, никакой конституционный строй вообще невозможен.

Суд – это последний бастион, последний рубеж демократии; если он подчинен «телефонному праву» (неважно, чьим указаниям он внимает – партийного лидера, президента страны или пахана преступного сообщества) либо если судебные решения могут безнаказанно игнорироваться, в такой стране нет конституционного строя, а конституция если и есть, то не стоит той бумаги, на которой напечатана.

Но в заключение вопроса о социальной функции суда нельзя не остановиться еще на одной проблеме, весьма прозаической. Речь идет о цене обращения в суд. Цена эта выражается как в деньгах, в которые обходится деятельность суда и которые приходится платить заявителю (это неодинаковые суммы), так и во времени, затрачиваемом для получения искомого результата.

Сама по себе судебная власть стоит очень дорого. Квалификация ее должностных лиц зачастую самая высокая во всем государственном аппарате, а к числу гарантий ее независимости, о которой речь ниже, относится и весьма высокая оплата этой квалификации и профессионального риска, производимая в различных формах (денежное вознаграждение, пенсионирование, охрана и др.).

Например, в начале 80-х годов судопроизводство в большинстве американских судов обходилось в 1,5 тыс. долларов за день, а в суде присяжных – не менее 54 тыс. долларов в месяц. Час судебного заседания стоил 250 долларов, 20-минутное заседание по оформлению признания вины – 75 долларов, по рассмотрению проступка несовершеннолетнего – не менее 50 долларов.

Отсюда, конечно, не следует, что заявитель должен авансировать или гарантировать возмещение этих расходов. В противном случае конституционный принцип права на правосудие, доступности суда, о чем шла речь в гл. III и к чему мы еще вернемся, повис бы в воздухе: суд был бы доступен только для богатых, причем очень богатых. Ни о какой демократии в этих условиях говорить было бы нельзя. С другой стороны, доступ к правосудию, свободный от какой бы то ни было материальной ответственности, может повлечь перегрузку судов вздорными претензиями склонных к сутяжничеству индивидов.

Поэтому обычно обращение в суд требует уплаты государственной или местной пошлины, которая в принципе должна быть посильна и затем относится на судебные издержки, уплачиваемые проигравшей стороной. Пошлины, хотя и не могут ставить целью обеспечить самоокупаемость судебной власти, но все же уменьшают бремя налогоплательщиков по ее содержанию. Проблема не ограничивается размером пошлины: само ведение дела, как правило, для стороны материально весьма обременительно.

Многие западные исследователи продолжают констатировать, что еще достаточно часто обращение в суд и ведение в нем дела обходятся слишком дорого и для бедных подчас оказываются недоступными.

Не менее важно и то, что судебный порядок разрешения конфликтов отнимает много времени, ибо судебная процедура не может не быть сложной. Известна американская пословица «время – деньги», но в жизни нередко время оказывается дороже денег. Пока длится судебное разбирательство конфликта, он может утратить всякий смысл, а решение суда – оказаться никому не нужным.

Такая высокая цена правосудия должна побуждать субъекты, заинтересованные в скорейшем и материально менее обременительном разрешении конфликта, обращаться к иным способам его разрешения – взаимным договоренностям, арбитражу, административным решениям и т.д. Суд должен быть действительно последним средством.

Объем конституционного регулирования судебной власти бывает различен. В качестве тенденции можно отметить увеличение места, отводимого этой ветви власти в конституциях. Однако определение ее социальной функции встречается достаточно редко в демократических конституциях, но зато весьма часто в конституциях социалистических, делающих упор на карательных, охранительных по отношению к строю, государству, правопорядку и т.п., а также, что звучит несколько комично, воспитательных задачах судов.

Так, часть вторая ст. 66 Конституции Французской Республики 1958 года характеризует судебную власть как хранительницу личной свободы. А вот как ст. 123 Конституции Республики Куба 1976 года следующим образом определяла только главные цели деятельности судов:

«а) поддерживать и укреплять социалистическую законность;

b) защищать экономический, социальный и политический строй, установленный настоящей Конституцией;

c) охранять социалистическую собственность, личную собственность граждан и другие формы собственности, признаваемые настоящей Конституцией;

ch) защищать права и законные интересы государственных учреждений, хозяйственных и массовых общественных организаций;

d) охранять жизнь, свободу, достоинство, честь, имущество, семейные отношения и другие права и законные интересы граждан;

e) предупреждать нарушения закона и антиобщественное поведение, наказывать и перевоспитывать тех, кто допускает такие нарушения, восстанавливать действие правовых норм, когда имеются заявления об их нарушении;

f) повышать общественное правосознание в целях строгого соблюдения закона, формулируя решения таким образом, чтобы они способствовали воспитанию граждан в духе сознательного и добровольного выполнения ими своих обязанностей – быть преданными Родине, делу социализма и соблюдать правила социалистического общежития».

Мы привели эту длинную цитату, чтобы показать, как тоталитарный режим понимает задачи суда. Мы не можем говорить применительно к «Острову Свободы» о судебной власти, ибо в условиях советской организации государства таковой просто не может быть: власть не разделена, а сосредоточена формально в ассамблеях народной власти (фактически в руках коммунистического диктатора). Здесь речь может идти только о системе судов.

Из приведенной цитаты вытекает, что суды являются просто звеном в системе тоталитарной власти, стремящейся контролировать не только поведение, но и мысли граждан, обязанных быть преданными делу социализма. В частности, возложение на суды задачи защищать определенный экономический, социальный и политический строй превращает их в органы открытого политического действия: если правомерная деятельность лица наносит этому строю ущерб, суд должен это лицо покарать. Не случайно в 1992 году эти одиозные положения были исключены.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: