Что считается надлежащим уведомлением адвоката

Обновлено: 10.08.2022

Порядок направления надлежащего извещения адвокату, участвующему в уголовном, гражданском, арбитражном, административном судопроизводстве определяется соответствующим процессуальным законодательством, а также ст. 165.1 Гражданского кодекса РФ, с учетом позиции Верховного Суда Российской Федерации о ее применении к процессуальным извещениям и вызовам.

Вместе с тем, учитывая появление новых средств связи, а также принимая во внимание заинтересованность адвокатов при оказании юридической помощи в заблаговременном получении извещений для формирования графика занятости, с целью необходимости формирования удобной и приемлемой для всех участников соответствующего судопроизводства практики извещения адвокатов, Совет Адвокатской палаты Удмуртской Республики полагает необходимым дать следующие рекомендации.

1. Исходя из положений действующего законодательства, а также Федерального закона от 31 мая 2002 года №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», по общему правилу извещение о времени и месте судебного заседания, следственного (процессуального) действия (далее – «Извещение») в адрес адвоката направляется по адресу нахождения адвокатского образования, избранного адвокатом для осуществления адвокатской деятельности. При этом адрес адвокатского образования в обязательном порядке подлежит указанию в ордере адвоката (Приказ Минюста России от 10.04.2013 №47 «Об утверждении формы ордера»).

В связи с изложенным, руководителям коллективных адвокатских образований, а также адвокатам, избравшим в качестве формы осуществления деятельности адвокатский кабинет следует обеспечить возможность получения почтовых отправлений, направляемых в адрес соответствующих адвокатских образований, а руководителям коллективных адвокатских образований организовать своевременное уведомление о поступивших Извещениях адвокатов – членов адвокатского образования.

2. Принимая на себя поручение об оказании юридической помощи, адвокат вправе указать иной адрес для направления ему Извещений, например, адрес фактического нахождения своего офиса, домашний адрес. Такой адрес может быть указан в ордере или в соответствующем заявлении, направляемом в орган дознания, следствия, суда.

В этом случае Извещение, направленное по указанному адресу, по мнению Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики, будет считаться надлежащим уведомлением в адрес адвоката.

3. В соответствии со статьей 29 Федерального закона от 31 мая 2002 года №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» Адвокатская палата Удмуртской Республики не наделена полномочиями уведомлять адвокатов о времени и месте следственных (процессуальных) действий и судебных заседаний, а также направлять им соответствующие Извещения. Данный вопрос находится в исключительной компетенции органов дознания, следствия, суда.

При этом по смыслу действующего законодательства Извещение, направленное в адрес адвокатской палаты, не является надлежащим уведомлением адвоката о времени и месте проведения судебного заседания, следственного (процессуального) действия.

4. Принимая на себя поручение об оказании юридической помощи, адвокат вправе согласовать с органами дознания, следствия, суда иные способы направления Извещений (путем направления телефонограммы, электронного письма, факсимильного, смс-извещения и.т.д.)

Такой способ направления Извещения может быть указан в соответствующем заявлении, направляемом в орган дознания следствия, суда.

В этом случае Извещение, направленное таким способом, по мнению Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики, будет считаться надлежащим уведомлением в адрес адвоката.

Вместе с тем, учитывая, что органы дознания, следствия и суды на практике используют направление уведомления указанным способом и при отсутствии указанного в пункте 4 настоящих Рекомендаций согласования, Совет Адвокатской палаты Удмуртской Республики полагает необходимым в подобных случаях руководствоваться следующим:

5.1. Отказ адвоката во взаимодействии с представителями указанных органов посредством телефонной связи в подобных случаях формально соответствует требованиям закона. Вместе с тем следует учитывать, что такие действия могут быть признаны приемлемыми лишь в случаях, когда они осуществляются с целью защиты прав и интересов доверителя и с учетом имеющих значение обстоятельств дела. В подобных случаях адвокату рекомендуется четко выразить свою позицию звонившему и предложить ему воспользоваться предусмотренными законом способами извещения.

5.2. В тех случаях, когда адвокатом принято решение о взаимодействии со звонившим, адвокату рекомендуется руководствоваться следующими правилами:

5.2.1. При согласии адвоката участвовать в судебном заседании, следственном (процессуальном) действии в указанное в телефонограмме время, такая телефонограмма является надлежащим способом уведомления и адвокату необходимо учитывать согласованную дату и время при формировании графика занятости;

5.2.2. При невозможности участвовать в судебном заседании, следственном (процессуальном) действии в предложенное в ходе телефонного разговора время, адвокату необходимо довести эту информацию до звонившего.

6. Совет Адвокатской палаты Удмуртской Республики полагает, что адвокат не вправе отказаться от получения вручаемого ему в установленном законом порядке Извещения, даже при отказе органов дознания, следствия, суда согласовать дату процессуального действия с учетом занятости адвоката и отмечает, что такой отказ может быть расценен как злоупотребление адвокатом своими правами.

7. Совет Адвокатской палаты Удмуртской Республики считает необходимым при осуществлении адвокатом своей деятельности учитывать, что в случае неполучения адвокатом надлежащим образом направленного Извещения, фактически риск неблагоприятных последствий такого неполучения несет не только адвокат, но и доверитель, чьи права могут быть нарушены неявкой адвоката.

8. В случае невозможности явки по уважительным причинам в судебное заседание или на следственное (процессуальное) действие, о времени и месте проведения которого получено извещение, адвокату надлежит руководствоваться Решением Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики от 16 октября 2003 года (протокол №13) «Об организации работы при осуществлении адвокатам профессиональной деятельности».

Суд отметил, что если извещение вернулось в суд без уведомления о вручении или отметки отделения почтовой связи о причинах возврата, то нельзя считать ответчика извещенным о начале судебного разбирательства


По мнению одного из экспертов, Верховный Суд подошел к вопросу извещения менее формально, чем нижестоящие инстанции, и отметил, что суд должен располагать информацией о том, что лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о начавшемся процессе. Второй посчитал, что определение Суда демонстрирует, что в судебной системе сохраняется устойчивая тенденция к упрощению судебных процедур, в том числе за счет снижения уровня процессуальных гарантий доступа к суду.

ВС вынес Определение № 305-ЭС19-14303, в котором указал, что возврат судебного извещения без отметки отделения почтовой связи о причинах возврата не подтверждает информирование стороны о начале судопроизводства.

В октябре 2018 г. АО «Распорядительная дирекция Минкультуры России» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ЗАО «Историко-архитектурный комплекс “Никольское-Урюпино”» о взыскании более 223 млн руб. задолженности по договору аренды земельного участка. Уже 24 декабря 2018 г. иск был удовлетворен, при этом представители ответчика в заседании не участвовали.

11 февраля 2019 г. общество обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой и ходатайством о восстановлении пропущенного срока на ее подачу, который истек 25 января. В жалобе, в частности, отмечалось, что ответчик не был уведомлен о судебном процессе.

Апелляционный суд, руководствуясь ст. 54, 165.1 ГК, ч. 4 и 6 ст. 121, ч. 1 ст. 259 АПК, разъяснениями п. 17 Постановления Пленума ВАС от 28 мая 2009 г. № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в Арбитражном суде апелляционной инстанции», прекратил производство по жалобе в связи с отказом в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока на ее подачу. Апелляция отметила, что полный мотивированный текст решения суда первой инстанции был изготовлен 24 декабря 2018 г. и размещен на информационном портале «Картотека арбитражных дел» 25 декабря 2018 г. «В соответствии с ч. 6 ст. 121 АПК РФ заявитель самостоятельно обязан был принять меры по получению информации о судебном акте», – указал суд.

Суд апелляционной инстанции также отметил, что согласно материалам дела ответчик был извещен о принятии искового заявления к производству и о назначении дела к судебному разбирательству, поскольку судебное извещение направлено в соответствии с ч. 4 ст. 121 АПК по месту нахождения юридического лица. Таким образом, ответчик несет риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела. АС Московского округа оставил определение апелляции без изменения.

Не согласившись с постановлением кассационной инстанции, общество обратилось в Верховный Суд.

Изучив материалы дела № А40-238644/2018, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ отметила, что в соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК информация о принятии искового заявления или заявления к производству, о времени и месте судебного заседания размещается арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в интернете не позднее чем за 15 дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено данным Кодексом. Документы, подтверждающие размещение арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в интернете указанных сведений, включая дату их размещения, приобщаются к материалам дела.

Пленум ВС РФ принял постановление по вопросам применения законодательства об электронном документообороте в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов

ВС сослался на п. 15 Постановления Пленума ВС от 26 декабря 2017 г. № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», в соответствии с которым по смыслу ч. 1 и 6 ст. 121 АПК РФ под получением первого судебного акта лицом, участвующим в деле, иным участником процесса следует понимать получение, в том числе по электронной почте, копии определения по делу.

Высшая инстанция отметила, что из ч. 1 ст. 122 АПК следует, что копия судебного акта направляется по почте заказным письмом с уведомлением о вручении либо путем вручения адресату под расписку непосредственно в арбитражном суде или по месту нахождения адресата, а в случаях, не терпящих отлагательства, путем направления телефонограммы, телеграммы, по факсимильной связи или электронной почте либо с использованием иных средств связи. Согласно ч. 6 ст. 122 АПК в случае, если место нахождения или место жительства адресата неизвестно, об этом делается отметка на подлежащем вручению уведомлении с указанием даты и времени совершенного действия, а также источника информации.

Суд напомнил, что согласно ч. 1, 3 ст. 123 АПК, лица, участвующие в деле, считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания арбитражный суд располагает сведениями о получении ими копии определения о принятии искового заявления к производству и возбуждении производства по делу или иными доказательствами получения информации о начавшемся судебном процессе. Судебное извещение, адресованное юридическому лицу, вручается лицу, уполномоченному на получение корреспонденции. Абзацем 3 ч. 4 ст. 123 АПК предусмотрено, что лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом, если копия судебного акта не вручена в связи с отсутствием адресата по указанному адресу, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд с указанием источника данной информации.

ВС отметил, что согласно п. 34 Правил оказания услуг почтовой связи почтовые отправления разряда «судебное» и разряда «административное» при невозможности их вручения хранятся в отделениях почтовой связи в течение 7 дней. В соответствии с п. 35 Правил почтовое отправление или почтовый перевод возвращается по обратному адресу, помимо прочего, при обстоятельствах, исключающих возможность доставки, в том числе из-за отсутствия указанного на отправлении адреса адресата.

Верховный Суд указал, что первым судебным актом по данному делу является определение АС г. Москвы от 15 октября 2018 г. о принятии искового заявления к производству и о назначении предварительного судебного заседания на 9 ноября 2018 г. Ответчик в предварительном судебном заседании не участвовал. В протоколе имеется запись о том, что ответчик, извещенный о времени и месте заседания, в суд не явился.

«Между тем документы, подтверждающие направление ответчику судом первой инстанции почтового отправления разряда “судебное” с уведомлением о вручении или отметкой отделения почтовой связи о причинах возврата отправления, в материалах дела отсутствуют. Суд апелляционной инстанции и суд округа на такое почтовое отправление также не ссылались», – подчеркнул ВС.

Таким образом, отметил он, в нарушение приведенных норм права первый судебный акт – определение о принятии искового заявления к производству – суд первой инстанции ответчику не направил, ответчик о начавшемся против него судебном процессе извещен не был.

Кроме того, Судебная коллегия указала, что по результатам предварительного судебного заседания судом первой инстанции вынесено определение о назначении дела к судебному разбирательству по существу на 17 декабря 2018 г. Данное определение было направлено ответчику по адресу его места нахождения. При этом в материалах дела имеется конверт почтового отправления с уведомлением о вручении, на котором содержится штамп «в обслуживании не значится».

«При таких обстоятельствах не имеется оснований, предусмотренных ч. 4 ст. 123 АПК РФ, которые позволяли бы считать ответчика извещенным надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела также и в судебном заседании 17 декабря 2018 г., где без участия ответчика был вынесен судебный акт по существу спора. Порядок размещения информации на официальном сайте суда в сети “Интернет” судом также не соблюден, поскольку к материалам дела не приобщены доказательства такого размещения», – подчеркнул Суд.

По его мнению, ответчик был лишен возможности участвовать в судебном заседании суда первой инстанции и защищать свои права и законные интересы, представлять свои возражения и доказательства относительно заявленных истцом требований, в результате чего были допущены нарушения таких принципов арбитражного процесса, как обеспечение равной судебной защиты прав и законных интересов всех лиц, участвующих деле, равноправие сторон и состязательность.

«Поэтому Верховный Суд указал нижестоящим судам на то, что вопросы извещения сторон для целей соблюдения их процессуальных прав должны регулироваться исключительно нормами АПК РФ, и привел конкретные ссылки на подлежащие применению нормы права», – указал Василий Котлов.

Адвокат полагает, что ВС принял во внимание и обстоятельства конкретного дела, а именно сумму иска, превышающую 200 млн руб., а также незначительный период пропуска срока на подачу апелляционной жалобы, хотя прямо об этом и не указал. «Важный вывод касается значения информационного ресурса, в котором размещаются тексту судебных актов. ВС РФ подчеркнул, что непринятие мер по получению информации о движении дела имеет значение только в случае, если суд располагает информацией о надлежащем извещении о начавшемся процессе», – отметил он.

По мнению Василия Котлова, соблюдение процедуры извещения лица, участвующего в деле, имеет большое значение и в том контексте, что является необходимым условием для признания и приведения в исполнение судебного решения в иностранной юрисдикции.

По мнению Ольги Дученко, ВС подошел к вопросу извещения менее формально, чем нижестоящие инстанции, и отметил, что суд должен располагать информацией о том, что лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о начавшемся процессе. «Такой подход, безусловно, выгоден лицам, участвующим в деле, поскольку позволяет им реализовывать свои процессуальные права. Главное, чтобы они этими правами не злоупотребляли», – заключила она.


Вице-президент АП г. Москвы Вадим Клювгант посчитал, что направление представления в данной ситуации – это попытка сделать адвокатов более послушными, сговорчивыми и лояльными, которую Совет поддерживать не может. Адвокаты согласились с выводами решения, отметив правильность применения по аналогии постановления Пленума ВС.

Совет АП г. Москвы прекратил производство по дисциплинарному делу в отношении адвоката А., который не явился на следственные действия, о которых он был уведомлен через WhatsApp.

В производстве старшего следователя ОРП в сфере экономики СУ УМВД России находилось уголовное дело в отношении Р., обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных четырьмя эпизодами ч. 3 ст. 160 и ч. 4 ст. 160 УК, защиту которой осуществлял адвокат А.

4 сентября 2020 г. следователь К. направила в WhatsApp адвокату уведомление на номер, указанный в ордере, о необходимости явки 10 сентября 2020 г. для участия в производстве следственных действий. В назначенное время адвокат не явился. В связи с этим следователь направила представление в ГУ Министерства юстиции по г. Москве, в котором указала, что адвокат нарушил п. 1 ст. 8, подп. 5 п. 1 ст. 9, п. 1 ст. 12, п. 1 ст. 14, подп. 6 п. 4 ст. 6 КПЭА и подп. 6 п. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре. Управление Минюста внесло представление в АП г. Москвы.

Кроме того, А. указывал, что 10 сентября 2020 г. он принимал участие в судебном заседании районного суда в качестве представителя административного истца Я. по административному иску к Межведомственной комиссии г. Москвы по делам несовершеннолетних и защите их прав.

Адвокат посчитал, что действия следователя в виде ненадлежащего уведомления его и подзащитной, а также направление представления в адрес ГУ Минюста по Москве продиктованы желанием устранить его от защиты Р., поскольку предварительное расследование продолжается уже около трех лет и уголовное дело возвращалось следователю семь раз. Адвокат пояснил, что защиту Р. вместе с ним осуществляли еще два адвоката, которые также не явились 10 сентября 2020 г. для участия в производстве следственных действий, поскольку не были уведомлены следователем.

3 февраля 2021 г. Квалификационная комиссия пришла к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства. 25 февраля Совет АП г. Москвы поддержал ее выводы.

Совет АП г. Москвы признал, что извещение адвоката посредством WhatsApp также требовало согласия, подтвержденного распиской адвоката А., в которой должен быть указан номер мобильного телефона, на который направляются извещения. В материалах дисциплинарного производства такая расписка отсутствует, в связи с этим Совет прекратил его

На вопрос «АГ» о том, почему следователи направляют в таких ситуациях представления в Минюст, вице-президент АП г. Москвы Вадим Клювгант заметил, что, вероятно, принципиальное поведение адвокатов причиняет им неудобства. «У следователей могут возникнуть проблемы, например “гореть” процессуальный срок, и они почему-то считают, что адвокат должен действовать не в интересах своего подзащитного, а помогать им с соблюдением сроков или ретушированием нарушений, которые они допускают. А если адвокат занимает принципиальную позицию, им это зачастую не нравится», – указал он.

По мнению Вадима Клювганта, в данном случае нет других объективных причин, по которым могло возникнуть представление: «Это попытка сделать адвокатов более послушными, сговорчивыми и лояльными. Мы не можем поддерживать такие стремления и оцениваем поведение адвоката по тем критериям, которые предусмотрены Законом об адвокатской деятельности и КПЭА».

Адвокат Санкт-Петербургской городской коллегии адвокатов Алексей Добродеев указал, что иногда сотрудники следственных органов, не имея возможности правовыми средствами противостоять грамотной и профессиональной деятельности защитника, прибегают к применению не предусмотренных законом способов, направленных на отстранение адвоката от участия в деле.

Он посчитал, что Совет АП г. Москвы, прекратив дисциплинарное производство, указал следователю на необходимость действовать в соответствии с требованиями закона, а не по его собственному усмотрению. Алексей Добродеев отметил, что, поскольку порядок уведомления адвоката о производстве следственных действий не регламентирован, применение по аналогии порядка, рекомендованного Верховным Судом для извещения участников процесса в судебном производстве, представляется весьма убедительным.

Адвокат АБ г. Москвы «Патронъ» Лидия Шевцова заметила, что в последнее время во многих субъектах РФ участилась практика оповещения следователем адвоката о предстоящих процессуальных действиях по уголовному делу с помощью мессенджеров. По ее мнению, сложившаяся практика является порочной, так как УПК не предусматривает такого формата оповещения участников процесса. Более того, даже если ссылаться на Постановление Пленума ВС № 3, где в качестве дополнительных средств оповещения сторон может применяться СМС-оповещение, должно быть письменное согласие.

Лидия Шевцова поддержала решение Совета АП г. Москвы о том, что в действиях защитника отсутствует состав дисциплинарного проступка, так как оно отвечает принципам системности, соблюдения требований отраслевого законодательства и защищает от возможных злоупотреблений. Она заметила, что подобная практика уже формируется и в других адвокатских палатах, например в АП Ростовской области.

«Иными словами, само по себе использование СМС-оповещений, мессенджеров не запрещается для переговоров со следователем по конкретному делу – важно, чтобы была соблюдена процессуальная форма такого взаимодействия», – подчеркнула адвокат.

Заведующая Адвокатской конторой № 44 Свердловской областной коллегии адвокатов Елена Макарова указала, что во избежание нарушения права подозреваемого или обвиняемого на защиту о времени и месте участия в следственных действиях адвокат обязательно должен извещаться надлежащим образом и заблаговременно, т.е. в разумный срок.

Она отметила, что исходя из теории гражданского права разумный срок определяется семидневным промежутком. «Это не означает, что разумный срок должен определяться конкретными временными промежутками, поскольку таковых не существует, а зависит от конкретной ситуации. Например, следователь мне из другого города направил в 17:00 уведомление на электронную почту о планирующихся следственных действиях на следующий день в 09:00 утра за 300 км от города моего проживания. Конечно, это ненадлежащее уведомление и неразумный срок», – указала адвокат. В таких ситуациях, посчитала она, рекомендуется уведомлять адвокатскую палату о действиях следователя.

Елена Макарова обратила внимание, что адвокат и следователь выполняют разные задачи в уголовном процессе и на практике проблемы с уведомлениями возникают, как правило, в случае явного конфликта: «Неоднократно сталкивалась с ситуациями, когда мне следователь пытался вручить уведомления на каждый день недели, в количестве 7 штук». Она указала, что в этом случае действия следователя адвокату необходимо обжаловать, поскольку такие злоупотребления недопустимы и ставят стороны в неравное положение.

Таким образом, адвокату, приступившему к защите, необходимо обозначить следователю способ своего уведомления о следственных действиях, а при необходимости обжаловать незаконные действия в порядке ст. 124 и 125 УПК, заключила Елена Макарова


В ходе вебинара лектор рассмотрел различные вопросы участия адвоката-защитника в отдельных следственных и процессуальных действиях. В частности, об отсутствии обязанности подписывать протокол следственного действия, об использовании технических средств, о возможности покинуть место проведения следственного действия, если оно не началось своевременно.

22 января советник Федеральной палаты адвокатов, член Совета АП г. Москвы, к.ю.н. Евгений Рубинштейн прочитал очередную лекцию по программе курса «Практические аспекты реализации Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве». Лекция была посвящена вопросам участия адвоката-защитника в отдельных следственных и процессуальных действиях, пишет пресс-служба ФПА.

В своем выступлении Евгений Рубинштейн затронул проблему, которая до сих пор возникает среди адвокатов и слабо осознается в среде правоприменителей: определение процессуального статуса лица. Традиционно для уголовного процесса в России было привычным, что процессуальный статус формируется должностным лицом посредством вынесения процессуального решения, однако Конституционный Суд РФ иначе посмотрел на этот вопрос, рассказал он.

Спикер напомнил о позиции КС, изложенной в Постановлении от 27 июня 2000 г. № 11-П. В ней указано, что процессуальный статус в уголовном процессе формируется не посредством вынесения процессуального решения уполномоченным должностным лицом, а исходя из фактических обстоятельств, в которых оказалось это лицо. И если лицу, которое допрашивается (неважно, в каком статусе), задаются вопросы, направленные на изобличение его в совершении преступления, или внешние факторы такой меры принуждения свидетельствуют о том, что он не просто человек, который не заинтересован в деле, не имеет в деле собственного интереса, а также свидетель, то такое лицо с точки зрения Конституции именуется обвиняемым. Как только лицо находится в таких условиях, пояснил Евгений Рубинштейн, адвокат имеет право говорить следователю, что с момента начала осуществления мер, направленных на изобличение его доверителя в совершении преступления, такое лицо фактически приобретает процессуальный статус обвиняемого и, соответственно, обладает всем комплексом полномочий в соответствии со ст. 47 УПК РФ.

Советник ФПА упомянул еще об Определении КС РФ от 21 января 2004 г. № 119-О, в котором Суд повторил свою позицию: «обеспечение гарантированных Конституцией прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве обусловлено не формальным признанием лица тем или иным участником производства по уголовному делу, а наличием определенных сущностных признаков, характеризующих фактическое положение этого лица как нуждающегося в обеспечении соответствующего права».

Евгений Рубинштейн рекомендовал коллегам, когда те представляют интересы потерпевшего или свидетеля (когда стоит вопрос об изобличении в совершении преступления), при необходимости из тактических соображений использовать позиции Конституционного Суда и не позволять следствию манипулировать процессуальным статусом и отсутствием какого-то формального процессуального решения.

Суд удовлетворил жалобу председателя Комиссии по защите прав адвокатов АП Красноярского края и группы адвокатов, представляющих интересы юрлица и его директора

Говоря об участии адвоката в обыске, лектор обратил внимание на важные правовые позиции КС РФ, высказанные в Определении от 14 января 2020 г. № 4-О. В данном случае следователь отказал адвокату и не допустил его к участию в обыске юридического лица, аргументировав тем, что он сам определяет, кого допускать, а кого нет. Более того, закон не предусматривает допуск адвоката к участию в обыске после его начала.

Конституционный Суд указал, что лица, чьи права затрагиваются (ограничиваются) следственными действиями и процессуальными решениями, не могут быть ограничены в праве на оказание им юридической помощи адвокатом. Евгений Рубинштейн процитировал одну из очень важных позиций КС: «производство этого следственного действия затрагивает интересы как лиц, которые гипотетически могут стать обвиняемыми по уголовному делу, так и учредителей или участников юридического лица, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми. Следовательно, обеспечение их права на квалифицированную юридическую помощь применительно к взаимоотношениям с государством, связанным (обусловленным) с производством по уголовному делу, выступает важнейшей гарантией защиты прав указанных лиц при проведении обыска в помещении юридического лица». Кроме того, КС РФ указал, что необязательно заранее уведомлять адвоката о производстве обыска.

В контексте вопроса, имеет ли право адвокат сфотографировать на свой мобильный телефон, фотоаппарат протокол процессуального действия, в котором он участвует со своим доверителем, Евгений Рубинштейн также сослался на ряд решений Конституционного Суда.

В частности, в Определении от 6 июля 2000 г. № 191-О указан способ толкования уголовно-процессуального закона, связанного с вопросом о доступе любого участника процесса к информации. КС сказал, что, если в УПК РФ прямо указывается на ограничение доступа к информации, тогда лицо не имеет права знакомиться с ней до определенного момента. В ином случае лицо может знакомиться с материалами дела вне зависимости от стадии. Это общий подход законодателя.

Далее Евгений Рубинштейн вновь вернулся к вопросу об отсутствии у адвоката обязанности подписывать протокол следственного действия. Учитывая решение КС РФ о том, что ст. 167 УПК РФ не предусматривает отказа от подписания протокола, надо в то же время иметь в виду, что защитник может пользоваться всеми возможностями, которые предоставляет УПК РФ. А в нем нет прямого запрета на такое действие, более того, ст. 167 содержит алгоритм процессуальных действий при отказе одного из участников следственных действий поставить свою подпись на протоколе. Однако в разных регионах позиция адвокатских палат по этому вопросу различается, поэтому лектор рекомендовал адвокатам действовать так, как предписано региональной адвокатской палатой. К тому же реализация права не подписывать протокол порой может оказать «медвежью услугу» подзащитному. Поэтому адвокату следует просчитать все последствия неподписания протокола.

В последующем суд узаконил отказ адвокату в применении аудиозаписи со ссылками на положения УПК, регулирующие применение технических средств самим следователем

Затем советник ФПА коснулся очень спорного вопроса, который долго обсуждался юридической наукой, а именно – об использовании технических средств при проведении следственных действий. Он привел пример, когда следователь не записывал все свои вопросы и ответы подследственного. Адвокат осуществил аудиозапись очной ставки, о чем предупредил следователя. Следователь посчитал это ходатайством и запретил запись, но адвокат решил, что такой запрет незаконен. Возник личностный конфликт, после чего следователь обратился в Минюст, чтобы адвоката привлекли к дисциплинарной ответственности.

Вопрос такой аудиозаписи не урегулирован законом, пояснил лектор. Раньше технические средства использовал только следователь. Считалось, что необходимо изменить закон, чтобы предоставить такое право защитнику. Однако практика богаче, чем идеи законодателя, и адвокатскому сообществу пришлось толковать положения действующего закона.

Как отметил Евгений Рубинштейн, анализ нормативных положений органами адвокатского самоуправления г. Москвы показал, что применение технических средств зависит не только от усмотрения следователя. Они могут применяться и другими участниками процесса, более того, те вправе даже пригласить специалиста, умеющего применять технические средства. Пункт 6 ст. 164 УПК РФ обязывает следователя предупредить о применении технических средств иных участников следственных действий. В протоколе должно быть указано применение таких средств. То есть в целом закон позволяет следователю применять технические средства, но не запрещает делать то же самое адвокату-защитнику. Как не запрещает ему использовать карандаш или ручку для фиксации хода следственных действий.

Совет АП г. Москвы отказался привлекать к дисциплинарной ответственности адвоката, который осуществлял аудиозапись очных ставок с его подзащитным

«Разрешено все, что прямо не запрещено», – этот принцип позволяет защите использовать все «иные средства защиты», которые не запрещены, к такому выводу пришли органы адвокатского самоуправления. Но нужно ли предупреждать следователя об использовании средств аудиозаписи?

По словам Евгения Рубинштейна, такая запись может способствовать объективности следственных действий, фиксации неправомерных действий сотрудников следственных органов, повышению качества защиты и даже стать средством самозащиты адвоката. Поэтому сделать заявление об аудиозаписи адвокат вправе. Если следователь даст согласие, то аудиозапись может быть приложена к протоколу допроса. Но даже если адвокат не предупредил следователя о производстве записи, то никакой тайны должностного лица это не нарушит. Однако существует еще и тайна следствия, о чем напоминают процессуальные оппоненты. Тем не менее, даже если адвокат осуществил тайную запись, но не был предупрежден о том, что в деле имеются закрытые материалы, обнародование такой записи не является нарушением. Если же адвокат был предупрежден, то распространять такую информацию он не имеет права.

Лектор считает, что аналогичные правила распространяются и на производство видеозаписи. Однако необходимости в ней в большинстве случаев нет, за исключением фиксации отдельных процессуальных действий, тем более совершаемых с нарушениями, которые устанавливаются только визуально.

Еще один глобальная проблема – неявка адвоката для реализации процессуальных полномочий. Например, он имеет право на ознакомление с материалами уголовного дела, с решением о назначении экспертизы и с ее результатами. Но как быть, если адвокат не приходит для ознакомления? На протяжении более 10 лет АП г. Москвы отстаивает позицию, что это право защитника, а не его обязанность. И потому Минюст не вправе требовать наказания такого адвоката. «Никто не может быть принужден к реализации своего права», – напомнил Евгений Рубинштейн.

Но если жалобу на адвоката написал доверитель, то такое поведение защитника может быть расценено как нарушение нормы об оказании квалифицированной юридической помощи. Потому что ознакомление с документами является важнейшей составляющей частью оказания такой помощи.

Покинуть место производства процессуального действия можно и в других случаях, на которые спикер также обратил внимание. При этом он предупредил, что деятельность адвоката не регламентируется «рабочим временем для лиц, работающих по найму». Однако адвокат может сослаться на иные причины ухода, не позволяющие ему реализовать свое право на жизнь и здоровье.

Неявка адвоката для участия в следственных действиях возможна при условии надлежащего уведомления должностного лица, ведущего производство по уголовному делу, и наличии доступного средства связи с защитником. Если же у лица имеется несколько адвокатов и хотя бы один из них явился, то присутствие других защитников не препятствует проведению следственных действий, сообщил Евгений Рубинштейн.

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с АО "Сбербанк-АСТ". Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.


Программа разработана совместно с АО "Сбербанк-АСТ". Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Продукты и услуги Информационно-правовое обеспечение ПРАЙМ Документы ленты ПРАЙМ Разъяснение Комиссии по этике и стандартам Федеральной палаты адвокатов от 25 декабря 2020 г. "О порядке уведомления адвокатов о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела"


Обзор документа

Разъяснение Комиссии по этике и стандартам Федеральной палаты адвокатов от 25 декабря 2020 г. "О порядке уведомления адвокатов о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела"

В связи с запросом Совета Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа в порядке пункта 5 статьи 18.2 Кодекса профессиональной этики адвоката Комиссия Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации по этике и стандартам дает следующее разъяснение о порядке уведомления адвокатов о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела.

Абзац второй пункта 1 статьи 21 Кодекса профессиональной этики адвоката определяет, что извещения и иные документы, направляемые адвокату в соответствии с Кодексом профессиональной этики адвоката, направляются по адресу адвоката.

В силу пункта 5 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвоката при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан обеспечивать адвокатскую палату субъекта Российской Федерации актуальной информацией об адресе адвоката, в том числе электронном, для уведомлений и извещений.

Из указанных положений следует, что извещение по адресу адвоката может осуществляться как посредством услуг почтовой связи, так и посредством направления извещений и иных документов по адресу электронной почты адвоката. Поскольку Кодекс профессиональной этики адвоката не содержит каких-либо ограничений, связанных с таким извещением, то любой из указанных способов является надлежащим уведомлением.

При этом в случае, если адвокат исполнил обязанность, предусмотренную пунктом 5 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, и сообщил адвокатской палате субъекта Российской Федерации свой адрес, в том числе электронный, для осуществления связи, то для извещения адвоката должен использоваться указанный им адрес.

В том случае, если адвокат не исполнил данную обязанность, он может быть извещен о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела любым из следующих способов:

1) извещение направляется по месту жительства адвоката;

2) извещение направляется по месту осуществления адвокатской деятельности.

Согласно пункту 2 статьи 20 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокат вправе самостоятельно избирать форму адвокатского образования и место осуществления адвокатской деятельности. Об избранных форме адвокатского образования и месте осуществления адвокатской деятельности адвокат обязан уведомить Совет адвокатской палаты. Извещение адвоката по месту осуществления адвокатской деятельности является надлежащим, если направлено по адресу избранного им адвокатского образования.

Кроме того, в случае принятия уполномоченным органом адвокатской палаты субъекта Российской Федерации решения о порядке информационного обмена между адвокатской палатой, адвокатскими образованиями и адвокатами данной адвокатской палаты, в рамках которого адвокатской палатой присваивается каждому адвокату конкретный адрес электронной почты (как правило, содержащий номер адвоката в реестре адвокатов) с указанием на дальнейшее использование данного адреса электронной почты в целях направления адвокату извещений и иных документов, уведомление адвоката по присвоенному ему адресу электронной почты является надлежащим извещением адвоката, в том числе о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела.

При этом необходимо учитывать, что адвокат несет риск последствий неполучения извещения, доставленного по любому из адресов, указанных в настоящем Разъяснении.

Адвокат считается извещенным о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела, если извещение поступило адвокату, но не было ему вручено или адвокат не ознакомился с ним, например, если адвокат уклонился от получения корреспонденции в отделении почтовой связи, в связи с чем извещение было возвращено по истечении срока хранения.

Аналогично адвокат несет риск последствий неполучения извещения, доставленного по адресу избранного им адвокатского образования, а также риск отсутствия по такому адресу соответствующего адвокатского образования.

Настоящее Разъяснение вступает в силу и становится обязательным для всех адвокатских палат и адвокатов после утверждения Советом Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации и опубликования на официальном сайте Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации в сети "Интернет".

После вступления в силу настоящее Разъяснение подлежит опубликованию в издании "Вестник Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации" и в издании "Адвокатская газета".

Обзор документа

Комиссия Федеральной палаты адвокатов по этике и стандартам разъяснила порядок уведомления адвокатов о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела.

Указано, в каких случаях адвокат считается извещенным о месте и времени рассмотрения дела.

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: