Что позволяет определить индивидуальность иска

Обновлено: 02.12.2022

Настоящее информационно-тематическое собрание правовых позиций подготовлено Секретариатом Конституционного Суда Российской Федерации и не является исчерпывающим. Решения КС РФ, в которых содержатся правовые позиции, даны в хронологическом порядке.

по состоянию на июль 2020 года

Определение от 21 октября 2008 года N 655-О-О/2008

Установленное статьей 186 ГПК Российской Федерации право, а не обязанность суда для проверки заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; при поступлении такого заявления суд оценивает его в совокупности с другими доказательствами и обстоятельствами дела, исходя из лежащей на нем ответственности за вынесение законного и обоснованного решения. Кроме того, наделение суда названным правом не предполагает произвольного его применения, поскольку при наличии у суда обоснованных сомнений в подлинности и достоверности доказательства он обязан принять меры, предусмотренные указанной статьей.

Определение от 16 декабря 2010 года N 1642-О-О/2010

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий; при этом суд, являющийся субъектом гражданского судопроизводства, активность которого в собирании доказательств ограничена, обязан создавать сторонам такие условия, которые обеспечили бы возможность реализации ими процессуальных прав и обязанностей, а при необходимости, в установленных законом случаях, использовать свои полномочия по применению соответствующих мер.

Часть третья статьи 79 ГПК Российской Федерации предусматривает возможность применения судом в случае уклонения стороны от участия в экспертизе правовой презумпции, заключающейся в признании факта, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым. Данная норма, таким образом, определяет полномочия суда по установлению обстоятельств, имеющих значение для дела, в случаях уклонения одной из сторон от выполнения процессуальных обязанностей и требований суда. Поскольку она направлена на пресечение препятствующих осуществлению правосудия действий (бездействия) недобросовестной стороны и обеспечение дальнейших судебных процедур, ее применение обусловлено установлением и исследованием фактических обстоятельств конкретного дела [. ].

Постановление от 21 декабря 2011 года N 30-П/2011

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Определение от 21 декабря 2011 года N 1836-О-О/2011

Поскольку в соответствии с частью второй статьи 45 и абзацем четвертым статьи 220 ГПК Российской Федерации отказ прокурора от иска, предъявленного в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц, при принятии его судом влечет прекращение производства по делу на тех же основаниях, что и отказ истца от иска (часть вторая статьи 39, часть вторая статьи 45 ГПК Российской Федерации), а распределение судебных расходов между сторонами при прекращении производства по делу ввиду отказа истца от иска осуществляется судом по той же причине, по которой суд распределяет судебные расходы между сторонами при принятии решения по делу - в связи с выявлением правомерности или неправомерности заявленных истцом требований [. ], постольку в силу части четвертой статьи 1, части первой статьи 101, части первой статьи 102 ГПК Российской Федерации при отказе прокурора от иска, предъявленного в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц, ответчику возмещаются за счет средств соответствующего бюджета понесенные им издержки, связанные с рассмотрением дела, если отказ прокурора от иска не вызван добровольным удовлетворением заявленных требований ответчиком после предъявления иска.

Определение от 21 декабря 2011 года N 1837-О-О/2011

Пункт 2, абз. 4, 5:

Часть третья статьи 69 ГПК Российской Федерации определяет перечень лиц, которые не могут быть подвергнуты допросу в качестве свидетелей, а также категории сведений, которые не подлежат разглашению ни при каких условиях. Критерием отнесения лиц к числу упомянутых в части третьей статьи 69 ГПК Российской Федерации служит осуществление ими такой специфической деятельности, в рамках которой названным лицам становятся известны сведения, составляющие в силу прямого указания федерального закона [. ] тайну, которая не может быть разглашена даже в суде в связи с тем, что разглашение такого рода тайны уже само по себе неминуемо влечет умаление таких конституционных ценностей, приоритет защиты которых в соответствии со статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации по отношению ко всем другим не подвергается никакому сомнению.

Этому критерию не отвечают должностные лица организации, с которой гражданин состоит в трудовых отношениях, в связи с чем ни один федеральный закон безусловно не запрещает допрос в качестве свидетелей этих должностных лиц, осуществивших в рамках трудовых отношений применительно к заявителю действия, правомерность которых оспаривается в суде. [. ]

Определение от 28 мая 2013 года N 752-О/2013

Предоставление суду [. ] полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. При этом доказательства по делу оцениваются судом не произвольно, а исходя из конституционного принципа подчинения судей только Конституции Российской Федерации и федеральному закону (статья 120, часть 1 Конституции Российской Федерации), получившего свое развитие в пункте 1 статьи 3 Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 года N 3132-I "О статусе судей в Российской Федерации" и части первой статьи 11 ГПК Российской Федерации, согласно которым судья обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы и иные нормативные правовые акты и только на их основе разрешать гражданские дела. Гарантией же соблюдения судом указанных требований являются установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации процедуры проверки судебных решений судами вышестоящих инстанций и основания для отмены или изменения судебных решений.

Определение от 24 сентября 2013 года N 1461-О/2013

Суд в силу части второй статьи 10 ГПК Российской Федерации, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств при рассмотрении и разрешении гражданских дел, а в случае возникновения в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу (часть первая статьи 79 ГПК Российской Федерации), что является необходимым для достижения задачи гражданского судопроизводства по правильному разрешению гражданских дел (статья 2 ГПК Российской Федерации). Предусмотренное статьей 79 ГПК Российской Федерации полномочие суда по назначению экспертизы вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. [. ]

Определение от 24 октября 2013 года N 1639-О/2013

[. ] подача лицом, участвующим в деле, ходатайства о вызове в суд свидетеля не предполагает обязанность суда, рассматривающего данное дело, во всех случаях удовлетворять такое заявление. Вопрос о вызове в суд свидетеля разрешается судом в каждом конкретном деле исходя из его фактических обстоятельств и сведений, которые он может сообщить суду. [. ]

Определение от 25 сентября 2014 года N 2141-О/2014

Учитывая, что часть третья статьи 167 ГПК Российской Федерации предоставляет суду право рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными, и такое право обусловлено тем, что лишение суда данного полномочия приводило бы к невозможности выполнения стоящих перед ним задач по руководству процессом, назначение экспертизы также может быть осуществлено судом в отсутствие лиц, участвующих в деле, в том числе истца.

Определение от 17 июля 2014 года N 1585-О/2014

Правомочие суда назначить повторную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного экспертного заключения как особый способ его проверки вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение. В случае несогласия лица, участвующего в деле, с отказом суда в назначении повторной экспертизы по его ходатайству оно не лишено права изложить свои возражения в апелляционной жалобе на решение суда, вынесенное по существу спора.

Определение от 16 июля 2015 года N 1727-О/2015

Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о подложности доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности. Запрет заявлять о подложности доказательств в судебном заседании суда апелляционной инстанции вызван невозможностью, по общему правилу, наступления последствий такого заявления непосредственно при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, поскольку доказательство уже подверглось оценке в решении суда первой инстанции и теперь его уже нельзя исключить из материалов дела.

Определение от 25 октября 2016 года N 2282-О/2016

[. ] Во взаимосвязи со статьей 166 и пунктом 5 части первой статьи 225 ГПК Российской Федерации [часть первая статьи 79 ГПК Российской Федерации] не предполагает произвольного отказа в удовлетворении заявленного ходатайства о назначении экспертизы, если обстоятельства, об установлении которых просит лицо, участвующее в деле, имеют значение для разрешения гражданского дела. Право суда удовлетворить либо, напротив, отклонить заявленное ходатайство обусловлено его обязанностью указать мотивы, по которым он пришел к тому или иному выводу. [. ]

Определение от 7 декабря 2017 года N 2795-О/2017

[. ] статья 60 ГПК Российской Федерации не наделяет суды полномочиями, порождающими возможность их произвольного усмотрения при решении вопроса о допустимости доказательств, и не препятствует участникам гражданского процесса прибегать к любым средствам доказывания, включая показания свидетелей, при установлении в порядке особого производства факта участия в боевых действиях [. ].

Определение от 27 февраля 2018 года N 520-О/2018

[. ] в случае признания иска ответчиком суд освобождается от необходимости обоснования решения, которым иск удовлетворяется, - он не устанавливает фактических обстоятельств, не исследует доказательства и не приводит иные данные, которые должны содержаться в мотивированном судебном акте в соответствии с положениями статьи 170 АПК Российской Федерации. Такое правовое регулирование не исключает для лица возможность при предъявлении исковых требований о возмещении убытков представить арбитражному суду в соответствии с общими правилами доказывания (статья 65 АПК Российской Федерации) доказательства, подтверждающие нарушение его прав и законных интересов ответчиком и обстоятельства, на которых основаны исковые требования (часть 1 статьи 4, пункт 5 части 2 статьи 125 АПК Российской Федерации).

Определение от 27 марта 2018 года N 721-О/2018

[. ] предусмотренная частями первой и второй статьи 79 ГПК Российской Федерации обязанность суда по определению того, в каком конкретно судебно-экспертном учреждении или каким конкретно экспертом должна быть проведена экспертиза, а также круга вопросов, по которым требуется заключение эксперта, будучи следствием принципа судейского руководства процессом, с учетом прямого указания в статье на право каждой из сторон и других лиц, участвующих в деле, представить суду вопросы, подлежащие разрешению при проведении экспертизы, и обязанности суда мотивировать отклонение предложенных вопросов (часть вторая), является процессуальной гарантией закрепленного в статье 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации права граждан на судебную защиту.

Определение 28 июня 2018 года N 1587-О/2018

Положения части первой статьи 57 ГПК Российской Федерации, предоставляющие суду полномочие оказывать содействие сторонам и другим лицам, участвующим в деле, в собирании и истребовании доказательств в случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, направлены на полное и всестороннее изучение обстоятельств конкретного дела и вынесение законного и обоснованного судебного решения. Решение вопроса о необходимости удовлетворения ходатайства участвующего в деле лица об истребовании доказательств осуществляется судом в каждом конкретном деле исходя из его фактических обстоятельств, что является проявлением его дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия. При этом суд, реализуя предоставленные ему [этой] нормой дискреционные полномочия, связан требованиями законности, обоснованности и мотивированности своих постановлений (статьи 195 и 198 ГПК Российской Федерации).

Определение от 25 июня 2019 года N 1675-О/2019

[. ] положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предписывающие суду, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, в частности, осуществлять руководство процессом, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть вторая статьи 12) и предоставляющие суду полномочия в случае невыполнения его требования о представлении доказательства по причинам, признанным судом неуважительными, привлекать виновных должностных лиц или граждан, не являющихся лицами, участвующими в деле, к ответственности (часть третья статьи 57), не препятствуют сторонам доказывать обстоятельства в обоснование своей позиции по делу с использованием всех доступных средств доказывания (часть первая статьи 56), а суду - в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, обосновать свои выводы объяснениями другой стороны (часть первая статьи 68).

Мало кто при изучении темы "Индивидуализация иска" действительно понимает всю ее важность. Особенно возмущаются обычно практики: теория не дает практических решений действительно важных проблем; любое научное изыскание есть напрасное крючкотворство и бумагомарание. Однако, при скрупулезном изучении именно теория индивидуализации проливает свет на многие проблемы отечественного судопроизводства. И не только обнажает все пороки, но и дает решение

Для начала, немного фактов. Напомню, что толкового определения индивидуализация иска нет, однако интуитивно ясно, что это есть то, чем один иск отличается от другого. Иск индивидуализируют его элементы, следовательно, иски различаются по предмету и основанию. Здесь с дефинициями тоже туго: кодексы не раскрывают сущность данных понятий. При отсутствии единообразного понимания элементов иска среди ученых-процессуалистов большое значение имеют разъяснения высших судебных органов. Позиция ВАС была изложена еще в п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ №13 от 31.10.1996: «Изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику». Применительно к рассмотрению дел в судах общей юрисдикции аналогичное разъяснение было дано в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2008 №11. Как отметила М.А. Егорова, подобное понимание предмета и основания иска характерно для непрофессионального гражданского процесса[1].

Налицо противоречие: в гражданском (непрофессиональном) процессе истец должен сформулировать свое требование простым неюридическим языком, но в арбитражном (профессиональном) - наоборот, сухо, точно, емко, с полным обоснованием, иначе - отказ в удовлетворении иска на основании, что истцом был ошибочно избран ненадлежащий способ защиты. Видимо законодатель счел разницу в субъектах процесса весьма существенной: кто идет в суд общей юрисдикции - бабушки, малограмотные истцы с чаще всего небольшими требованиями; наоборот, в арбитраже "крутятся" настоящие деньги, спорят чаще всего юрлица, а значит и подход необходим иной. Ну не учли еще видимо последних изменений закона о банкротстве в части физлиц.

При всем при этом, правовое обоснование иска, даваемое истцом в исковом заявлении, не является обязательным для суда при вынесении решения (см. п. 6 ПП ВС РФ №11): «Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела». Налицо понимание высшим судом правового обоснования иска как "всего лишь" реквизит искового заявления. Сумятицу внес п. 3 Постановления Пленума ВС и ВАС №10/22 от 2010 г.: "если на стадии принятия иска суд придет к выводу о том, что избранный способ защиты права собственности или другого вещного права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения".

Следовательно, и арбитражный суд не связан правовым основанием, указанным истцом. Выбор нормы права остается прерогативой арбитражного суда, т. е. согласно действующему закону и в арбитражном процессе основанием иска следует признавать только лишь «фактические обстоятельства». Налицо противостояние между законодателем, стремящимся сделать процесс профессиональным, и высшими судебными органами, которые стремятся расширить компетенцию судов и сформировать "удобное" толкование.

Что мы имеем на практике? Во первых, превращение и так местами фиктивного состязательного гражданского процесса в разыскной или следственный (аналогичные тенденции, однако более ярко выраженные, наблюдаются в уголовном процессе, в результате чего он у нас "смешанный", а скоро, с введением "следственных судей" станет и инквизиционным). Напомню, что данный принцип нашел свое отражение в ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ. Однако, следование позиции отрицания правового обоснования иска в качестве необходимого элемента иска, рушит все предпосылки к следованию данному принципу. Суд становится самостоятельным актором, не зависящим подчас от воли сторон, а значит процесс не равноправный и не состязательный - следственный. Такой подход в теории получил название "теории фактической индивидуализации". Согласно данной теории иск индивидуализируется фактом, что не требует правовой квалификации.

Согласно теории юридической индивидуализации иск индивидуализируется правоотношением: необходима совокупность факта (фактических обстоятельств) и его понимания сквозь призму норм права. Именно от того, на какую норму ссылается истец будет зависеть весь процесс. Налицо особенности данной правовой конструкции: необходима грамотное оформление во избежание множества процессуальных рисков, что требует понимания всех нюансов права. Следовательно, формируется профессиональная монополия - юристы получают "карт-бланш", выступая в качестве единственных представителей сторон в суде. немало и плюсов: формируется единообразие правоприменительной практики, что одновременно формирует стимулы создания устойчивого и непротиворечивого законодательства. Именно этого видимо и желал добиться законодатель в арбитражном процессе, следуя пути таких стран, как Англия, США и Германия. Но, как мы видим, неудачно.

Действительно ли проблема, поднятая в данной статье, так важна, и претендует на формирование нового мышления? Возможно, нет. Однако, на практике вопросы, связанные с юридической индивидуализацией иска первостепенны, поскольку от того или иного подхода зависит положение основных игроков процесса - истца и ответчика. Поскольку теория фактической индивидуализации позволяет истцу максимально обще и широко заявлять свои требования, она дает ему значительную "фору", более весомое положение в процессе. На ответчика ложится бремя доказывания: необходимо предусмотреть все варианты защиты от иска, поскольку ему не известны нормы, на которые ссылается ответчик, а это заведомо слабая позиция. К тому же и следственному суду необходимо разобраться в деле, а ведь все это только затягивает процесс, снижая его эффективность. Теория юридической индивидуализации, напротив, преимущественно выгодна ответчику. Она же фактически обеспечивает возможность существования состязательного процесса, снижая нагрузку на судей и заставляя их заниматься действительно нужными вещами - правосудием и справедливостью (но как отмечал профессор С.А. Пашин, это одно и то же).

К чему мы идем - очевидно без комментариев. Более того, последние проекты изменений в ГПК и ГК РФ устанавливают, что суд может по своей инициативе сможет устанавливать злоупотребление правом и признавать лицо недобросовестным. И на этом законодатель не остановится: роль суда явно будет только шире. Можно ли это изменить? Безусловно да; такое небольшое изменение станет огромным шагом в развитии всего гражданского процесса, вставшего не "неправильные рельсы". И не все зависит от законодателя и судейского сообщества, как многие не приминут отметить. К счастью, юридическое сообщество в целом может не только формировать свою позицию по любому важному вопросу, но и реально влиять на законотворчество и практику посредством различных механизмов. Следовательно, все зависит только от того, захотят ли сами юристы реанимировать состязательный процесс по аналогии с передовыми странами мира, а также сформировать профессиональную монополию. Это чревато серьезными изменениями в юридическом сообществе: произойдет грандиозный отсев неграмотных юристов и паралигалов. Напоследок, пусть каждый задаст известный вопрос самому себе: "Оно мне надо?"

ГПК РФ Статья 131. Форма и содержание искового заявления

Перспективы и риски споров в суде общей юрисдикции. Ситуации, связанные со ст. 131 ГПК РФ

1. Исковое заявление подается в суд на бумажном носителе или в электронном виде, в том числе в форме электронного документа.

(часть 1 в ред. Федерального закона от 30.12.2021 N 440-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

2. В исковом заявлении должны быть указаны:

1) наименование суда, в который подается заявление;

2) сведения об истце: для гражданина - фамилия, имя, отчество (при наличии), дата и место рождения, место жительства или место пребывания, один из идентификаторов (страховой номер индивидуального лицевого счета, идентификационный номер налогоплательщика, серия и номер документа, удостоверяющего личность, серия и номер водительского удостоверения); для организации - наименование, адрес, идентификационный номер налогоплательщика; если заявление подается представителем, - также фамилия, имя, отчество (при наличии) или наименование представителя, адрес для направления судебных повесток и иных судебных извещений, один из идентификаторов представителя (для гражданина);

(п. 2 в ред. Федерального закона от 21.12.2021 N 417-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

3) сведения об ответчике: для гражданина - фамилия, имя, отчество (при наличии), дата и место рождения, место жительства или место пребывания, место работы (если известно), один из идентификаторов (страховой номер индивидуального лицевого счета, идентификационный номер налогоплательщика, серия и номер документа, удостоверяющего личность, основной государственный регистрационный номер индивидуального предпринимателя, серия и номер водительского удостоверения); для организации - наименование, адрес, идентификационный номер налогоплательщика и основной государственный регистрационный номер. В случае, если истцу неизвестны дата и место рождения ответчика, один из идентификаторов ответчика, об этом указывается в исковом заявлении и такая информация по запросу суда предоставляется органами Пенсионного фонда Российской Федерации, и (или) налоговыми органами, и (или) органами внутренних дел. В этом случае срок принятия искового заявления к производству суда, предусмотренный частью первой статьи 133 настоящего Кодекса, исчисляется со дня получения судом такой информации;

(п. 3 в ред. Федерального закона от 21.12.2021 N 417-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

4) в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца и его требования;

5) обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства;

6) цена иска, если он подлежит оценке, а также расчет взыскиваемых или оспариваемых денежных сумм;

7) сведения о соблюдении досудебного порядка обращения к ответчику, если это установлено федеральным законом;

(в ред. Федерального закона от 28.11.2018 N 451-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

7.1) сведения о предпринятых стороной (сторонами) действиях, направленных на примирение, если такие действия предпринимались;

(п. 7.1 введен Федеральным законом от 26.07.2019 N 197-ФЗ)

8) перечень прилагаемых к заявлению документов.

В заявлении могут быть указаны номера телефонов, факсов, адреса электронной почты истца, его представителя, ответчика, иные сведения, имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела, а также изложены ходатайства истца.

3. В исковом заявлении, предъявляемом прокурором в защиту интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований или в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц, должно быть указано, в чем конкретно заключаются их интересы, какое право нарушено, а также должна содержаться ссылка на закон или иной нормативный правовой акт, предусматривающие способы защиты этих интересов.

В случае обращения прокурора в защиту законных интересов гражданина в заявлении должно содержаться обоснование невозможности предъявления иска самим гражданином либо указание на обращение гражданина к прокурору.

(в ред. Федерального закона от 05.04.2009 N 43-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

4. Исковое заявление подписывается истцом или его представителем при наличии у него полномочий на подписание заявления и предъявление его в суд.

Исковое заявление, подаваемое в электронном виде, содержащее ходатайство об обеспечении иска, должно быть подписано усиленной квалифицированной электронной подписью.

Одну из недавних статей в Журнале РШЧП я начинал с мысли о том, как много интересных вопросов в праве обязано своим появлением глупости или наглости. Хотя, конечно, наверное, это одно и тоже. И к этому надо относиться совершенно спокойно и с юмором, как и ко всем несерьёзным вещам. В противном случае рискуешь пропустить действительное важное.

Последующая дискуссия на конференции по частному праву и процессу привела меня к выводу о том, что некоторые, совсем необязательные, проблемы процесса обязаны своим существованием влиянию цивилистов, оперирующих понятиями материального права в споре по поводу толкования процессуальных норм. Повесим это ружье пока здесь. Выстрелит оно по ходу заметки (возможно, в меня).

Постановка проблемы на примере реального дела с комичной завязкой

Компания обратилась с иском о взыскании задолженности по договору и неустойки за период с момента начала просрочки денежного обязательства до (практически) даты вынесения решения. Суд вынес Решение, требования удовлетворил частично, снизил размер подлежащей уплате неустойки до соразмерного (статья 333 ГК РФ).

Прошел год, и в отношении ответчика вводится наблюдение. Суд включил в реестр требований кредиторов взысканную сумму, в том числе неустойку. Затем суд принял к производству заявление этой же Компании о включении в РТК неустойки, рассчитанной в соответствии с тем же договором за период с момента (практически) вынесения Решения суда и до даты введения наблюдения за ответчиком. Суд удовлетворил заявление Компании, включив требования в полном объеме соответствующим образом.

Так совпало, что Компания являлась еще и заявителем в деле о банкротстве ответчика и именно она предложила кандидатуру управляющего (точнее СРО). Этот управляющий не заявил о несоразмерности неустойки в первой инстанции, а в апелляционном суде отстаивал обратное, несмотря на Решение. Первый и апелляционный суд посчитали, что ответчик такого заявления тоже не делал. Так совпало, что заявление о снижении неустойки оказалось не в соответствующем заявлению кредитора томе материалов дела, а в другом томе, но по требованиям того же заявителя.

Ответчик идет в кассационный суд, а по пути размышляет о важном

Мы четко понимаем разницу между изменением предмета иска и увеличением или уменьшением исковых требований. Если я в иске попросил взыскать 100 рублей, а потом, например, пересчитал проценты до даты вынесения решения и попросил 150 рублей, то я увеличил исковые требования. Если я вместо передачи имущества попросил взыскания его стоимости, то я изменил предмет иска. Предмет иска – это материально-правовое притязание истца, как считают вышестоящие суды, и размер здесь не имеет значения.

При этом мы не видим противоречия между сказанным выше и возможностью до-взыскания процентов за периоды после вынесения решения суда. Если, в худшем случае, еще до постановления Пленума Верховного Суда РФ № 7 мы могли задаться вопросом: «как тогда должен отвечать ответчик за просрочку исполнения после вынесения решения, если истец будет лишен права на еще один иск?», то сегодня ответ на вопрос есть в пункте 65 упомянутого выше постановления - истец имеет право заявить о взыскании неустойки до момента фактического исполнения судебного акта.

Действительно, в данном деле с ответчика в пользу Компании неустойка взыскана за период предшествующий вынесению Решения, а нижестоящие суды включили в РТК неустойку по тому же договору за период после вынесения Решения и до введения наблюдения. Тем не менее, Компания не воспользовалась правом заявить о взыскании неустойки до момента фактического исполнения судебного акта.

Я слышал совершенно искренние аргументы юристов о том, что нельзя лишать истца процентов только лишь потому, что истец позабыл заявить о взыскании процентов до момента фактического исполнения. Однако, по-моему, совершенно справедливо, что исходя из принципов состязательности арбитражного процесса и автономии воли в материальных отношениях истец может и должен нести соответствующие последствия не совершения данных действий. Мы здесь все профессионалы, с 1 октября по крайнем мере. Бывает и такое, что ответчик не заявил о снижении неустойки, которая в сотни раз превышает все приличные ставки, и такому ответчику совершенно справедливо скажут, что это его проблемы.

В целом, если смотреть со стороны, то процесс о до-взыскании процентов выглядит странно. Истец ничего не должен доказывать, ответчик ничего не может доказывать. Все уже установлено решением суда по первому делу, но дело рассматривается в порядке искового производства. То есть задача суда в виде полного и окончательного разрешения спора не выполнена. С.В. Сарбаш в таких случаях говорит: «Правосудие не состоялось». А сейчас вроде как и спора нет, но дело есть.

Первое, что скажут оппоненты: истец распоряжается своими правами как хочет!

Предлагаю обратить внимание на определение ВАС РФ от 31.10.2011 №ВАС-11738/11о передаче дела в Президиум.

Кассационный суд прекратил производство по делу, указав, что заявлено требование о взыскании задолженности за период с 01.06.2006 по 12.09.2006, а в предшествующем деле - за период с мая по сентябрь 2006 года. Таким образом, период, за который истец взыскивает задолженность, является частью того периода, за который она уже взыскана по другому делу. То обстоятельство, что истец заявил о взыскании большей суммы, чем в первом деле, не является основанием для вывода об изменении предмета спора. Поскольку по первому делу имеется вступившее в законную силу решение по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям, суд кассационной инстанции посчитал, что производство по делу подлежало прекращению.

Судья ВАС РФ, передавая дело на рассмотрение в Президиум, не согласилась с кассационным судом. Мотивы были следующие.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 27.07.2004 № 2353/04 указано на то, что предметом иска является материально-правовое требование истца к ответчику о совершении определенных действий, воздержании от них, признании наличия или отсутствия правоотношения, изменении или прекращении его. Изменение предмета иска - это изменение материально-правового требования истца к ответчику. Основание иска - это обстоятельства, на которые ссылается истец в подтверждение исковых требований к ответчику. Изменение основания иска - изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Судья ВАС РФ посчитала, что поскольку исковые требования были увеличены, то основание иска по настоящему делу осталось таким же, а предмет же изменился. Также судья ВАС РФ указала, что обращаясь с иском по первому делу, истец распорядился принадлежащим ему процессуальным правом на предъявление иска и определил для себя объем испрашиваемой у суда защиты.

Но Президиум ВАС РФ с судьей не согласился и оставил в силе постановление кассационного суда о прекращении производства по делу (постановление Президиума ВАС РФ № 11738/11 от 24.01.2012).

Президиум ВАС РФ подтвердил, что увеличение исковых требований – не есть изменение предмета. Статья 49 АПК РФ не даром разделяет эти процессуальные действия. При увеличении размера исковых требований предмет иска всегда остается прежним (например, взыскание денежных средств).

«То обстоятельство, что общество в настоящем деле заявило о взыскании большей суммы, чем в деле № А14-10301/2009/342/6, не является основанием для вывода об изменении предмета спора…. Следовательно, по настоящему делу остались без изменения основание иска – пользование ответчиком нежилыми помещениями, принадлежащими истцу, и предмет иска – требование общества о взыскании с предпринимателя долга»(стр.2 и 5 постановления Президиума ВАС РФ).

Из этого постановления следует: аргумент о том, что истец может распоряжаться процессуальным правом как угодно, во-первых, вступает в противоречие со статьей 150 АПК РФ, поскольку предмет иска остается прежним, а во-вторых, процессуальным правом можно распоряжаться, но нельзя им злоупотреблять.

Доктрина злоупотребления процессом имеет тесную связь со статьей 150 АПК РФ и закрепленным там принципом res judicata.

Этот правовой принцип закреплен не только в российском, но и в международном праве, а также кодексах других стран (см., например, ст. 59(2)(е) Швейцарского ГПК, т. 1355 французского ГК, ст. 480 французского ГПК и др.).[1]

Недопустимость злоупотребления процессом и его повторения – одна из функций принципа res judicata, наряду с необходимостью правовой определенности и авторитета судебного решения.

Это метко иллюстрируют даже наименования доктрины в США и Англии: Claim preclusion(preclusion - пресечение действий), или Collateral estoppel estoppel– (лишение или утра возможности утверждать свое).

«[C]уд требует, чтобы участники процесса презентовали своё дело целиком, и не допускает, чтобы те же самые участники ставили в дальнейшем перед судом вопрос, который мог бы быть выдвинут для обсуждения в рамках разрешённого дела, но не был выдвинут, поскольку участники по небрежности, ошибке или чистой случайности просто отбросили часть своего дела. Заявление о применении Res judicata возможно не только в отношении вопросов, которые стороны требуют от суда разрешить, но в отношении любых вопросов, связанных с предметом спора, которые стороны при должном усердии должны были вовремя поднять» (Henderson v Henderson (1843) 3 Hare 100, 67 ER 313)[2].

В обсуждаемом деле суды, по моему убеждению, позволили истцу добиться цели повторения процесса, а именно – пересмотреть выводы суда.

В этот момент на гору Блаженства восходит цивилист и начинает объяснять. Вы, Павел, учились в РШЧП зря, не уяснили прописных истин. Во-первых, не противься злому. Во-вторых, новый период просрочки всегда есть новое обязательство, а значит новое основание, а значит условия для применения статьи 150 АПК РФ не соблюдаются, несмотря на тождество предмета иска.

Это по существу те же аргументы, с которыми я столкнулся, рассказывая о допустимости замены материально-правового предмета исполнения по правилам статьи 324 АПК РФ, которая, действительно, говорит о замене способа и порядка исполнения судебного акта.

Цивилист оперирует понятиями материального права. Однако статья 324 АПК РФ процессуальная. Ее функционал не ограничен изменениями модальности исполнения конкретной обязанности, но шире – охватывает вопросы конкурирующих способов восстановления нарушенного права (статья 4 АПК РФ). Способ исполнения судебного акта – это способ восстановления нарушенного права (процессуальный термин), а не способ исполнения обязательства (материальный термин). В противном случае при невозможности исполнения присужденной обязанности ответчиком истец оставался бы с неисполнимым судебным актом, что противоречит задачам правосудия. Истец был бы вынужден обращаться в суд вновь, повторяя весь первоначальный процесс.

Основание иска не идентично основаниям возникновения обязательства.

Основанием иска являются фактические обстоятельства. Основанием возникновения обязательства является юридический факт, который может быть как фактом реальным так и идеальным (сделка). Иногда основание иска составляет совокупность фактических обстоятельств, включающих юридические факты или обязательства ими порождаемые.

Продемонстрирую это на примере правил, по которым исчисляется давность по неустойке. Мы знаем, что по повременным платежам давность исчисляется отдельно по каждому платежу, что казалось бы укладывается в материально-правовую логику, но совершенно не укладывается в процессуальную(пункты 24, 25постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности"). В связи с этим исковая давность по требованию об уплате процентов за пользование чужими денежными средствами или неустойки по общему правилу может считаться истекшим лишь за период, превышающий три года до даты обращения в суд(см: определениеВС РФ от 18.05.2016 № 305-ЭС15-19057, постановление Президиума ВАС РФ от 05.03.2013 № 13374/12).

Совершенно реальный пример: решение суда о взыскании долга и процентов в 2012 году. Кредитор идет с новым иском в 2019 о взыскании процентов за 2012-2019 год, а суд применяет давность в отношении периодов с 2012 по 2016, но взыскивает с 2016 по 2019! За просрочку, которая началась в 2012 году. В чем суть давности, если не в том чтобы лишать исковой защиты требования по задавненным фактам? Истец мог сидеть и 30 лет, не подавая иск, а потом обратиться в суд. Следуя такому подходу суд должен был бы отказать во взыскании за период 27 лет, но взыскать за последние три года с ответчика, которые уже и думать забыл про это. Возражение об объективной давности принимаются только от тех, кто сначала мотивирует разницу в цели субъективной и объективной давности.

Следовательно, обозначенное в начале заметке противоречие должно, на мой взгляд, разрешаться путем признания принципов состязательности процесса, автономии воли сторон и res judicata: производство по этому делу и в тысячах подобных дел подлежало прекращению.

Вместо выводов: чем закончился рассмотрение кассационной жалобы и какие еще были аргументы.

Ответчик в суде ссылался на то, что о несоразмерности неустойки было заявлено в суде первой инстанции, но суд ему не поверил. Проверил, но не поверил.

Не убедили суд и рассуждения о том, что даже если бы ответчик о давности и не заявлял, а производство по делу не подлежало прекращению, то неустойка все равно подлежала снижению судом.

Логика ответчика примерно следующая. Неустойка является упрощенным способом возмещения убытков кредитора. По этой причине истец не доказывает состав и размер убытков (статья 330 ГК РФ)[3]. Но данная роль неустойки в то же время предполагает возможность ее снижения, чтобы не допустить обогащения истца, когда размер неустойки превышает размер предполагаемых убытков. Данный институт выполняет аналогичные функции не только в российском, но и в европейских правопорядках и воспринят таким образом в международных унификациях частного права[4].

В этой связи первоначальный подход ВАС РФ состоял в уменьшении размера неустойки независимо от заявления ответчика (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 № 17).

Подход поменялся в постановление Президиума ВАС РФ от 13.01.2011 № 11680/10 ипостановлени Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81:

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика (пункт 1 постановления Пленума ВАС РФ № 81).

Актуальный разъяснения все знают, с 1 октября точно.

Причина изменений в практике ВАС РФ кроется в ссылках на статью 1 ГК РФ, которая закрепляет принципы равенства, имущественной самостоятельности и автономии воли. Заявление должника требуется постольку, поскольку обратный подход – снижение неустойки судом ex officio являлось бы нарушением принципа автономии воли и принципа равенства, вмешательством суда в условия договора между сторонами.

Исходя из этого, в подобных делах, наверное, заявление о снижении неустойки не требовалось, поскольку ответчик уже выразил свою волю не ее снижение, и вмешательство со стороны суда не произойдет. Обратный же подход не учитывал бы волю ответчика и приводил к неосновательном обогащению кредитора.

Естественно, что все рассуждения выше о повторении процесса, тождестве предмета и оснований, функциях статьи 333 ГК РФ, недопустимости неосновательного обогащения были для кассационных судей рассуждением не возымели успеха.

Смотрела тройка судей на представителя ответчика как на князя Мышкина. Но, по причине озвученной в самом начале, возможно это и неплохо. Возможно, даже справедливо и у сказанного выше есть серьезные контраргументы, которые, например я, не учитываю. Все будет зависеть от того, что скажет Верховный суд в этом деле или в аналогичном, но в будущем.

[3]М.А. Ерохова. Комментарий к постановлению Пленума ВАС РФ от 22 декабря 2011 г. № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации // Вестник ВАС. 2012. № 3

[4]См. Договорное и обязательственное право (общая часть): постатейный комментарий к статьям 307–453 Гражданского кодекса Российской Федерации [Электронное издание. Редакция 1.0] / Отв. ред. А.Г. Карапетов. М.: М-Логос, 2017 (автор комментария к ст. 333 – Карапетов А.Г., Бевзенко Р.С.); Principles, Definitions and Model Rules of European Private Law. Draft Common Frame of reference (DCFR). Full Edition / Chr. von Bar, E. Clive, H. Schulte-Nölke (eds.). Comments to Art. III.–3:712. Р. 977

Суд редко полагается на слова – он верит только документам. Нельзя просто так взять и устно заявить о требованиях. Если вы намереваетесь обратиться в суд, то будьте готовы предварительно составить исковое заявление.

Что такое исковое заявление?

Суд разрешает споры – в этом весь смысл. В любом конфликте есть претензии к нарушителям, конкурентам и другим лицам.

Но мало знать, чего вы хотите добиться – нужно еще облачить свои конкретные требования в нужную форму. Судебное разбирательство может быть возбуждено только на основании искового заявления. Это ключевой документ, в котором вы письменно фиксируете ваши требования. Обязательная письменная форма закреплена на законодательном уровне – в ст.131 ГПК РФ и ст.125 АПК РФ (если имеет место предпринимательский спор).

Структура искового заявления

Условно можно разделить исковое заявление на следующие части:

  • вводную;
  • описательную;
  • мотивировочную;
  • резолютивную.

Каждая часть обязательна. Если отсутствует хотя бы один из вышеуказанных блоков, то суд не примет ваше заявление.

Содержание искового заявления

Вводная часть документа включает реквизиты – обязательные сведения об участниках спора. Необходимо указать:

  • сведения об истце (ФИО, контактные данные);
  • информацию об ответчике (ФИО, контактные данные);
  • данные о суде, в котором будет проводиться разбирательство (наименование, контактные данные).

После заполнения реквизитов нужно прописать название документа, которое характеризует суть спора. К примеру, это может быть «исковое заявление о взыскании убытков».

Далее – описательная часть, которая содержит обстоятельства дела. Вы должны изложить в хронологическом порядке суть конфликта. Важно как можно детальнее описать ситуацию, чтобы у суда не возникло лишних вопросов.

В мотивировочной части указываются ссылки на нормы закона, которые предположительно нарушил ответчик. Кроме того, вы должны прописать основания для выставления ему требований.

Резолютивная часть выражает главную суть иска – именно здесь прописываются ваши требования к ответчику. К примеру, «прошу суд взыскать убытки в размере 500 тысяч рублей».

Финальная часть документа – это дата составления, подпись и список приложений. О последних стоит поговорить подробнее.

Приложения к иску

Исковое заявление предполагает наличие веских доказательств. Суд не будет верить исключительно одному документу – вы должны подкрепить свои слова конкретными свидетельствами. Стандартный список приложений включает:

  • квитанция об оплате госпошлины (по общему правилу, 300 рублей для граждан, 6 тысяч рублей для организаций);
  • копия доверенности на представителя (при его наличии);
  • копия паспорта;
  • доказательства вашей правоты;
  • расчет взыскиваемых сумм (если суть претензии – взыскание убытков).

В качестве доказательств могут быть любые документы, на которых вы основываете свои требования. Это различные свидетельства, показания третьи лиц, фотографии, выписки, справки и другие акты.

В какой суд обращаться?

Все зависит от ваших требований и характера спора. В общем случае возможны три варианта:

  • мировой суд;
  • суд общей юрисдикции;
  • арбитражный суд.

Мировые судьи рассматривают имущественные споры стоимостью ниже 50 тысяч рублей. Если вам необходимо взыскать с должника небольшую сумму, то нужно обращаться именно в данную инстанцию. Стоит, однако, отметить, что в случае взыскания долгов составлять нужно не исковое заявление, а заявление о выдаче судебного приказа.

Общеисковой порядок рассмотрения дела в большинстве случаев характерен именно для судов общей юрисдикции. Большая часть конфликтов разбирается в данной инстанции, к примеру:

  • раздел имущества;
  • взыскание убытков;
  • признание права собственности;
  • защита чести и достоинства;
  • расторжение договора.

В арбитражный суд, в свою очередь, обращаются индивидуальные предприниматели и организации, если их конфликт связан с предпринимательской деятельностью и деловой репутацией.

Следующий шаг – определиться с конкретным местом обращения. По общему правилу, заявитель должен обратиться с исковым заявлением в суд по месту жительства (регистрации) ответчика. Есть исключения:

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: