Что понимается под конкуренцией подсудности

Обновлено: 05.02.2023

сферу суверенной власти государства в области законодательства, суда и управления. В данном случае термин юрисдикция равнозначен термину государственная власть. В аспекте международного частного права и международного гражданского процесса понятие «юрисдикция» имеет другое содержание. Это понятие употребляется как тождественное понятию «международная подсудность», т. е. компетентности судебного аппарата и административных органов данного государства по разрешению гражданских дел с иностранным элементом. От понятия международной подсудности необходимо отличать понятие международной подведомственности – компетенции определенных звеньев судебной системы данного государства рассматривать конкретные категории гражданских дел с иностранным элементом.В национальном праве для определения компетенции судов и международной подсудности употребляются различные коллизионные критерии: закон гражданства сторон; закон места жительства ответчика; закон места нахождения спорной вещи; принцип наиболее тесной связи; личное присутствие ответчика на территории данного государства (закон суда). Пределы компетенции национальных судебных органов определяются национальным гражданско-процессуальным законодательством.Одной из самых сложных проблем международного гражданского процесса является конфликт юрисдикций. Он может проявляться в двух вариантах: отрицательный конфликт – два и более государства отвергают подсудность данного дела своим органам юстиции; положительный – два и более государства претендуют на подсудность данного дела своим национальным судам. Правила о международной подсудности представляют собой наилучший способ разрешения конфликта юрисдикций. Конфликт юрисдикций необходимо отличать от конфликта квалификаций правовых понятий. В первом случае речь идет о решении вопроса, суд какого государства компетентен рассматривать данное дело, а во втором – по праву какого государства следует толковать правовые понятия, содержащиеся в коллизионных нормах.Укажем виды международной подсудности: исключительная – спор подсуден только судам определенного государства с исключением его из подсудности судам любого другого государства; альтернативная – стороны имеют право выбора между судами своих государств, если эти суды в равной степени компетентны рассматривать данный спор; договорная – определение подсудности на основе соглашения сторон в пользу суда любого государства. Договорная подсудность представляет собой один из наиболее сложных институтов международного гражданского процесса, так как в ее основе заложена возможность изменить правила международной подсудности по соглашению сторон. Договорная подсудность оформляется в пророгационных и дерогационных соглашениях. Дерогационное соглашение – это исключение дела из компетенции суда данного государства (хотя оно подсудно именно ему по местным законам) и передача его на рассмотрение суду иностранного государства. Про ро га ци он ное соглашение – дело, неподсудное местному суду по законам данного государства (подсудное судам другого государства), в соответствии с соглашением сторон передается на рассмотрение именно данному суду. Любое пророгационное соглашение одновременно является де-рогационным. По общему правилу пророгационное соглашение не может изменить родовую (предметную) подсудность.Международная подсудность по законодательству РФ установлена в гл. 44 ГПК и гл. 32 АПК. Толкование основных принципов ГПК позволяет сделать вывод о том, что компетенция российских судов общей юрисдикции включает в себя и рассмотрение гражданских дел с иностранным элементом. Основное правило для установления подсудности – это территориальная подсудность по месту жительства ответчика (п. 2 ст. 402 ГПК). В законодательстве закреплен перечень случаев возникновения специальной подсудности дел с иностранным участием российским судам (п. 3 ст. 403 ГПК). Возможен и выбор подсудности по желанию истца. Российский законодатель определил также перечень дел с участием иностранных лиц, подсудных исключительно российским судам (ст. 403 ГПК). В российском МГП признается договорная подсудность (ст. 404 ГПК). Однако из общего принципа признания права сторон на выбор подсудности есть исключения (п. 2 ст. 404 ГПК). Специальные правила о подсудности установлены по делам о расторжении брака (ст. 16 °CК).Правила о международной подсудности ст. 247 АПК устанавливают общее правило – российские арбитражные суды компетентны рассматривать споры с иностранным участием, если ответчик находится или имеет место жительства на территории РФ. Дополнительные критерии подсудности дел российскому арбитражу: нахождение филиала или представительства иностранного юридического лица либо имущества ответчика на территории РФ; исполнение обязательства должно иметь место на территории РФ; деликтное обязательство связано с территорией РФ и др. Исключительная компетенция арбитражных судов РФ по делам с иностранным участием закреплена в ст. 248 АПК. Признается договорная арбитражная подсудность (в форме пророгации). Допускаются иностранные соглашения о компетенции российских арбитражных судов – соглашения о компетенции (ст. 249 АПК). Для соглашений о компетенции требуется обязательная письменная форма (п. 2 ст. 249 АПК).Многие международные соглашения также содержат правила установления международной подсудности. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г. стран СНГ содержит расширенный круг норм о международной подсудности (разграничении компетенции): общие положения о подсудности и специальная подсудность отдельных видов гражданских и семейных дел. Конвенция закрепляет правила об исключительной компетенции. Установлена и возможность договорной подсудности на основе письменного соглашения сторон.

В случае, когда в процессе пытается принять участие иностранное лицо, необходимо решить вопрос о том, подсудно ли дело данному суду. Такая проблема часто возникает на практике, когда встает вопрос о возможности привлечения ответчика - иностранного граж­данина в суд своего государства или предъявления иска к такому гражданину в суд иностранного государства, в котором проживает иностранный гражданин или гражданство которого он имеет, а если речь идет о привлечении к суду организации, то необходимо решить вопрос о возможности предъявления иска к такой организации по месту осуществления ею своей деятельности или по месту ее реги­страции, нахождения органов управления и т.д.

Международная подсудность. В связи с тем, что каждое государ­ство в соответствии с принципом суверенитета вправе само опре­делять пределы компетенции своих судов, в том числе по делам с участием иностранных лиц, вариантов решения вопросов между­народной подсудности в законодательной и судебной практике госу­дарств много. Однако все системы определения подсудности обычно принято сводить к следующим трем основным.

1. Подсудность по месту жительства (нахождения) ответчика (германская система): иски к иностранцам, проживающим в данном государстве, надлежит предъявлять в суды данного государства, а если ответчик находится за рубежом, то иск следует предъявлять в суд соответствующего иностранного государства. Иски к юридическим лицам предъявляются по месту нахождения административного цент­ра (правления) юридического лица. Такого принципа определения международной подсудности придерживается большинство стран континентальной Европы, в том числе Россия. В частности, россий­ские суды общей юрисдикции рассматривают дела с участием ино­странных лиц, если организация-ответчик находится на территории РФ или гражданин-ответчик имеет место жительства в РФ (ст. 402 ГПК РФ). Скажем, если место жительства иностранного граждани­на - иностранное государство, то иски к нему по общему правилу должны предъявляться в суды соответствующего иностранного госу­дарства.

2. Подсудность по признаку гражданства сторон спора (ла­тинская система): иски компетентен рассматривать суд того госу­дарства, гражданином которого является ответчик. Такого принципа определения подсудности придерживаются Франция, Италия. Так, согласно французскому законодательству французский суд компетентен рассмотреть всякое дело с участием французского гражданина (истца или ответчика), даже если обязательство возникло и испол­нялось за границей, и т.д.

3. Подсудность по признаку фактического присутствия ответ­чика, когда принимается во внимание фактическая возможность вру­чения ответчику повестки о вызове в суд. Такой системы определе­ния международной подсудности придерживаются в своей практике США, Великобритания, другие страны Британского Содружества. Своеобразие данной системы определения международной подсудно­сти основывается на коренном различии в решении процессуальных вопросов англо-американской и континентальной системами права. В частности, в отличие от стран континентальной Европы, в Велико­британии на этапе обращения в суд подсудности большого значения не придается. Истец может обратиться в любой суд Англии (чаще всего тот, который наиболее удобен для него или его адвоката). Суд, в который подан иск, сам решает, куда его передать для рассмотре­ния, при этом принимается во внимание цена иска, наличие квали­фицированных судей для разрешения данного спора и т.д.

С другой стороны, в Англии большое значение придается проце­дуре вручения ответчику повестки о вызове в суд, в то время как в государствах континентальной Европы данная процедура носит тех­нический характер. Согласно нормам общего права любое лицо на земном шаре может воспользоваться юрисдикцией британского суда при одном условии - ответчик надлежащим образом вызван в суд. Для получения повестки ответчик должен «присутствовать» на тер­ритории Англии или Уэльса (или по крайней мере объявиться там), и его последующий отъезд не лишает суд компетенции

Поскольку правила о международной подсудности носят односто­ронний характер, вполне возможны ситуации, когда правовая систе­ма одного государства отсылает рассмотрение спора к суду другого государства, а этот последний отказывается от рассмотрения спора в силу отсутствия компетенции по своему национальному законода­тельству. Иными словами, если в законодательстве одного государства записано, что споры надлежит рассматривать по месту жительства ответчика, то это вовсе не означает, что суды иностранных госу­дарств (если этот ответчик проживает за рубежом) должны непремен­но принимать данное дело к своему производству.

Возможна и другая ситуация, когда на разрешение одного и того же спора претендуют судебные учреждения двух и более государств - так называемая конкуренция юрисдикции. Для разрешения конкуренции юрисдикции существует международный обычай: компетентен суд того государства, который впервые принял к производству исковое заявление. Однако если решение иностранного суда не признается и не исполняется в соответствующей стране, то нет препятствий для одновременного рассмотрения одного и того же дела.

В частности, ст. 406 ГПК РФ устанавливает: российский суд отка­зывает в принятии искового заявления к производству или прекращает производство по делу, если имеется решение суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям, принятое иностранным судом, с которым имеется международный договор РФ, предусматривающий взаимное признание и исполнение решений суда. Суд возвращает исковое заявление или оставляет заявление без рассмот­рения, если в иностранном суде, решение которого подлежит признанию или исполнению на территории РФ, ранее было возбуждено дело по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.

Для того чтобы избежать ситуации отказа в принятии иска или ситуаций конкуренции юрисдикции, государства заключают между­народные договоры.

В 1968 г. странами Европейского Союза (ЕС) заключена Брюссель­ская конвенция о юрисдикции и приведении в исполнение судебных решений по гражданским и коммерческим делам. В 1988 г. заклю­чена также Луганская конвенция с одноименным названием, которая повторяет текст Брюссельской конвенции (Луганскую конвенцию именуют также «параллельная»). Целью принятия Луганской конвен­ции являлось принятие аналогичных (Брюссельской) правил для государств Европейской ассоциации свободной торговли (ЕАСТ), некоторые из них не участвуют в ЕС (например, Исландии, Норвегии, Швейцарии). Согласно Брюссельской и Луганской конвенциям иски должны предъявляться по месту жительства ответчика.

Вопросы международной подсудности решаются в договорах о пра­вовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам. Например, ч. I разд. II Конвенции о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам СНГ 1993 г., которая называется «Ком­петенция», содержит подробные правила разграничения юрисдикции судов государств-участников. Иски к физическим лицам предъявля­ются по месту жительства лица на территории государства-участ­ника, а иски к юридическим лицам - по месту нахождения его органа управления, представительства либо филиала. Суды государств-уча­стников компетентны также в случаях, когда на их территории: а) осуществляется хозяйственная деятельность предприятия (филиала) ответчика; б) исполнено или должно быть исполнено обязательство из договора; в) имеет постоянное местожительство или местонахож­дение истец по иску о защите чести, достоинства и деловой репутации. По искам о праве собственности на недвижимое имущество исклю­чительно компетентны суды по месту нахождения имущества, а по искам к перевозчикам - суды по месту нахождения органа управле­ния транспортной организации.

Вопросы подсудности регулируются также в ряде транспортных конвенций, например в ст. 28 Варшавской конвенции для унифика­ции некоторых правил, касающихся международных воздушных пе­ревозок, Женевской конвенции о договорах международной перевозки грузов по дорогам (ст. 31) и др.

* Статья подготовлена при информационной поддержке СПС «КонсультантПлюс».

lock

старший юрист адвокатского бюро «Егоров, Пугинский Афанасьев и партнеры», адвокат

магистр факультета права Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», юрист юридической компании «Зарцын и партнеры»

Статья посвящена вопросам forum shopping и конкуренции регулирования в сфере трансграничных банкротств и реструктуризаций с учетом влияния событий последнего времени — унификации превентивных реструктуризаций в ЕС и пандемии COVID-19. Авторы рассматривают опыт ЕС по развитию концепций злоупотребления при банкротном и предбанкротном forum shopping, анализируют модель превентивных реструктуризаций в ЕС и заложенный в ней потенциал для конкуренции регулирования. Оценивается возможное влияние пандемии COVID-19 на развитие конкуренции регулирования и forum shopping в сфере банкротств и реструктуризаций. Проводятся параллели с российской правовой действительностью.

1. Постановка проблемы

Применительно к первому ракурсу одним из главных является вопрос о пределах легитимности выбора должником той или иной юрисдикции: в каких случаях такой выбор может рассматриваться как злоупотребление, а в каких — нет? Применительно ко второму ракурсу возникают сопряженные вопросы: как государства, будучи производителями правового продукта, могут влиять на выбор такового потенциальными потребителями, что стимулирует развитие конкуренции среди правопорядков и почему одни юрисдикции востребованы, а другие — нет?

В рамках настоящей статьи мы предлагаем исследовать развитие концепций злоупотреблений при forum shopping и конкуренцию регулирования на юридическом рынке реструктуризаций и банкротств, сделав акцент на опыте Европейского союза (ЕС). Особую актуальность эти вопросы приобретают в свете нескольких событий последнего времени — унификации превентивных реструктуризаций в ЕС, а также интервенции пандемии COVID -19 во все сферы жизнедеятельности общества 4 4 В европейской литературе рассматривается еще одно значимое событие, которое может повлиять на юридические рынки банкротств и реструктуризаций, — выход В

в последние годы у нас на уровне публичной полемики, к сожалению, не подкрепленной сколько-нибудь серьезным научным (и в том числе статистическим) анализом, обсуждается вопрос об обострении конкуренции юрисдикций и катастрофическом бегстве крупных сделок из российского регуляторного режима, а крупных споров - из сфера доступа российских судов.

Эта очень острая проблема вот уже несколько десятилетий находится в фокусе внимания зарубежной науки. На эту тему написаны десятки научных статей и проведены многочисленные социологические исследования. В Европе развернулась серьезная борьба между Англией и континентальными юрисдикциями за привлечение бизнеса и капитала (модернизируют корпоративное право, отменяют уставные капиталы и т.п.). Фондовые биржи конкурируют за инвесторов, меняя правила доступа. В США Делавер бьет все рекорды по заманиванию к себе американских компаний, а в Европе все больше малых предприятий мигрирует в Англию с континента. Всеминый банк в своих докладах Doing Business пропогандирует common law как панацею для решения проблем развивающихся стран, в то время как во Франции и Германии создаются защитные ассоциации и коалициии, занимающиеся пиаром цивилистической традиции. Некоторые работы французов на эту тему даже были переведены на русский язык.

Но в каких сферах конкуренция юрисдикций существует? Где здесь правда, а где голые спекуляции?

Этой теме посвящена блестящая статья известного профессора компаративного права из Оксфорда Stefan Vogenauer - Regulatory Competition through Choice of Contract Law and Choice of Forum in Europe: Theory and Evidence'. Статья вышла в свежем номере Европейского журнала частного права ((2013) 21 European Review of Private Law, Issue 1, pp. 13–78)

Всем интересующимся настоятельно советую ее прочитать. В ней сведены вместе все последние социологические исследования и опросы, иллюстрирующие предпочтения бизнеса в области выбора применимого права и форума, а также приводится крайне интересный анализ этих данных с позиций, близкий теории публичного выбора (public choice).

1. Конкуренция юрисдикций это достаточно наглядно подтвержденная реальность в сфере корпоративного и налогового права.

2. В сфере же договорного права нет однозначных данных, указывающих на то, что у бизнеса есть отчетливый спрос в плане выбора права той или иной страны, а у национальных законодателей и судов - есть стимулы к удовлетворению этого спроса за счет предложения более комфортного регулирования договорных отношений.

Есть лишь некоторые данные о том, что данные соображения стимулируют английских регуляторов, но применительно континентальных стран значительного желания бороться за распространение своего контрактного права и судебной юрисдикции за границы страны у национальных парламентов и судов не замечено.

3. Основное объяснение в духе public choice такое: если в области корпоративного и налогового права регулятор имеет четкие финансовые стимулы (увеличение доли налогоплательщиков) и это и заставляет государственную правотворческую машину крутиться в конкурентной борьбе, то в области контрактного права и forum selection эти стимулы куда меньше, так как прирост доходов в национальную экономику крайне незначителен, а соображения престижа не являются достаточно сильным стимулом. Единственным бенефициаром оказываются в основном только национальные юридические фирмы, чьего лоббистского потенциала не хватает.

Правда, нужно учитывать, что в статье не приводятся данные о регулировании корпоративных и финансовых сделок. Думаю, что в этой сфере ситуация будет несколько иной.

Также не следует делать вывод, что оптимизация национального права вообще не актуальна. От его несовершенств страдают национальные участники рынка. Тезис автора в том, что в области договорного права и судебного процесса национальные государства не находятся в состоянии конкурентной борьбы и не ведут себя как конкуренты, пытаясь улучшить предложение в попытке ухватить большую долю "рынка права".

В статье есть множество ссылок на другие исследования на сей счет, в том числе оспаривающие выводы автора. Так что интересующиеся могут по ссылкам набрать достаточный объем литературы для того, чтобы составить объективное представление на сей счет.

Там, кстати, приводится масса интересных фактов, показывающих наличие ряда локальных исключений из его общего вывода. Например, о бегстве крупных немецких промышленных корпораций из немецкого договорного права в швейцарское в связи с более либеральным подходом швейцарского права к регулированию ответственности по договорам поставки.

И, наконец, последнее замечание: в исследовании российский материал не приводится. Так что делать поспешные выводы применительно релевантности выводов авторов к нашему национальному контексту я бы не стал. В России как стране куда менее благополучной, чем те страны, анализ по которым приводится, ситуация может быть несколько отличной.

Обычно под международной подсудностью понимается компетенция судов какого-то конкретного государства по разрешению гражданских дел с участием иностранной стороны (сторон) или с каким-либо иным "иностранным элементом". Только после того как будет установлено, в компетенцию судебной системы какого государства в целом входит рассмотрение спора, можно будет конкретно определить судебную инстанцию, правомочную рассматривать спор.

Каждое государство само определяет, какие споры относятся к компетенции его судов. Поэтому на практике возникают случаи, когда рассмотрение одного и того же спора может одновременно входить в компетенцию судов двух или даже нескольких стран. В случаях подобного рода говорят о "конфликтах юрисдикций". Такой "конфликт юрисдикции" может быть устранен лишь путем заключения многосторонних и двусторонних соглашений между государствами. Многосторонние соглашения по вопросам подсудности условно делятся на две группы. К первой группе относятся соглашения общего характера, содержащие положения о подсудности по всем категориям дел. К этой группе относится, в частности, Конвенция в Лугано о подсудности и исполнении судебных решений по гражданским и торговым делам 1988 г.

Ко второй группе относятся соглашения, касающиеся подсудности отдельных категорий споров (например, Конвенция об унификации некоторых правил, относящихся к гражданской юрисдикции по делам о столкновении судов, 1952 г.).

Системы определения подсудности

Известны три основные системы определения подсудности.

1. По франко-романской (латинской) системе подсудность определяется по признаку гражданства сторон спора. Так, суд во Франции, Италии и иной стране, в которой принята эта система, признает себя компетентным рассматривать дело, если спор касается сделки, заключенной гражданином этой страны, независимо от места ее заключения.

2. В основе германской системы лежит распространение правил внутренней территориальной подсудности на споры по делам с иностранным элементом. Эта система применяется в ФРГ, Японии, ряде стран Европы и Латинской Америки. Когда ответчиков несколько и они постоянно проживают в различных государствах, право выбора суда по месту жительства одного из них принадлежит истцу. В тех случаях, когда это прямо допускается положениями соответствующих актов национального законодательства, исковые заявления можно подавать не по месту жительства, а по месту пребывания ответчика или истца. В соответствии с германской системой международной подсудности домицилий юридического лица определяется, как правило, по месту нахождения его административного центра (правления).

3. Англо-американская система определяет подсудность по признаку "присутствия" ответчика в стране суда, которое толкуется очень широко. Даже если иностранец находится в Великобритании (в одной из стран, где применяется эта система) временно, но ему вручены лично повестки - это является достаточным основанием для признания подсудности в отношении физических лиц. В отношении юридических лиц требуется, чтобы они были учреждены в Великобритании или осуществляли свои операции на ее территории. Наряду с Великобританией эта система применяется в США и в других странах так называемого общего права (common law).

В законодательстве и практике многих государств допускается также договорная подсудность. Это значит, что стороны в споре могут договориться о том, в суде какого государства будет рассматриваться их спор.

Согласно ст. 402 ГПК РФ суды в Российской Федерации вправе также рассматривать дела с участием иностранных лиц в случае, если:

- орган управления, филиал или представительство иностранного лица находится на территории РФ;

- ответчик имеет имущество, находящееся на территории РФ;

- по делу о взыскании алиментов и об установлении отцовства истец имеет место жительства в Российской Федерации;

- по делу о возмещении вреда, причиненного увечьем, иным повреждением здоровья или смертью кормильца, вред причинен на территории РФ или истец имеет место жительства в Российской Федерации;

- по делу о возмещении вреда, причиненного имуществу, действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для предъявления требования о возмещении вреда, имело место на территории РФ;

- иск вытекает из договора, по которому полное или частичное исполнение должно иметь место или имело место на территории РФ;

- иск вытекает из неосновательного обогащения, имевшего место на территории РФ;

- по делу о расторжении брака истец имеет место жительства в Российской Федерации или хотя бы один из супругов является российским гражданином;

- по делу о защите чести, достоинства и деловой репутации истец имеет место жительства в Российской Федерации.

Кроме того, к исключительной подсудности судов в Российской Федерации относятся:

- дела о праве на недвижимое имущество, находящееся на территории РФ;

- дела по спорам, возникающим из договора перевозки, если перевозчики находятся на территории РФ;

- дела о расторжении брака российских граждан с иностранными гражданами или лицами без гражданства, если оба супруга имеют место жительства в России.

Соглашение о подсудности

В отношении споров, относящихся к сфере международного гражданского процесса, существенное значение имеет возможность заключения соглашений о подсудности. Российское законодательство допускает возможность договорной подсудности. Так, ст. 249 АПК РФ в случае, если стороны, хотя бы одна из которых является иностранным лицом, заключили соглашение, в котором определили, что арбитражный суд в Российской Федерации обладает компетенцией по рассмотрению возникшего или могущего возникнуть спора, связанного с осуществлением ими предпринимательской и иной экономической деятельности, арбитражный суд в Российской Федерации будет обладать исключительной компетенцией по рассмотрению данного спора при условии, что такое соглашение не изменяет исключительную компетенцию иностранного суда.

Соглашение об определении компетенции (подсудности) должно быть заключено в письменной форме.

В соответствии со ст. 404 ГПК РФ в случаях отнесения дел с участием иностранных лиц к исключительной компетенции суда стороны вправе договориться об изменении подсудности дела, т.е. заключить пророгационное соглашение, до принятия его судом к своему производству.

Договорная подсудность не допускается в отношении ряда дел, например в отношении гражданских дел, подсудных Верховному Суду РФ, в качестве суда первой инстанции, дел в отношении которых установлена исключительная подсудность (например, по искам о правах на земельные участки, искам к перевозчикам, вытекающим из договора перевозки).

Возможность заключения пророгационных соглашений допускается как внутренним законодательством, так и международными договорами РФ (например, Киевским соглашением 1992 г.).

К форме пророгационного соглашения применимы требования, установленные российским законодательством для формы внешнеэкономических сделок. Исключительная компетенция арбитражных судов РФ, установленная российским законом или международным договором Российской Федерации, не может быть изменена пророгационным соглашением.

Пророгационное соглашение может предусматривать передачу спора в компетентный суд иностранного государства. При наличии пророгационного соглашения о передаче спора в компетентный суд иностранного государства арбитражный суд РФ по заявлению ответчика прекращает производство по делу между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям, принятому к своему производству по правилам общей подсудности.

Пример: так, одним арбитражным судом Российской Федерации было вынесено решение по спору иранской и туркменистанской фирм, имеющих действующие представительства на российской территории. Иностранные фирмы заключили на территории России лизинговое соглашение, предусматривающее, что все споры по этому контракту будут рассматривать в арбитражном суде Москвы.

Передача оборудования в лизинг, а также частичная оплата по сделке состоялись на территории России в 1995 г. Впоследствии права лизингодателя (иранской фирмы) были нарушены, в связи с чем и был предъявлен в арбитражный суд субъекта Российской Федерации иск с целью возмещения понесенных убытков и восстановления нарушенных прав.

Решение арбитражного суда РФ, удовлетворившего исковые требования иранской фирмы, было признано соответствующим хозяйственным судом Туркменистана и передано на исполнение в порядке, установленном Киевским соглашением 1992 г.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: