Что было условием получения анной иоанновной российского престола ликвидация верховного суда

Обновлено: 06.02.2023

Анна Иоанновна взошла на российский престол вследствие династического кризиса. Для аристократической элиты она оказалась удобной кандидатурой, однако не все желали отдавать ей неограниченную власть.

19 января 1730 года в Лефортовском дворце Москвы на 15-м году жизни скоропостижно скончался последний прямой наследник мужской ветви Романовых – внук Петра Великого император Пётр II. Кто теперь унаследует трон? Этот вопрос всерьез беспокоил элиту российского общества. Историческая память хранила воспоминания о страшных годах междуцарствия, наступивших после гибели последнего из сыновей Ивана Грозного – царевича Дмитрия и приведших страну к Смуте.

Первым начал действовать Алексей Григорьевич Долгорукий, накануне смерти императора составивший подложное завещание, согласно которому трон наследовала его дочь и несостоявшаяся супруга Петра II Екатерина Алексеевна Долгорукая. Однако судьбу российского престола решал не он.

В день смерти Петра II в Лефортовском дворце был собран Верховный тайный совет – высший правительственный орган. Кроме четверых членов Совета – канцлера Гаврилы Ивановича Головкина, князя Дмитрия Михайловича Голицына, князей Василия Лукича и Алексея Григорьевича Долгоруких – на совещание были приглашены два фельдмаршала – князь Михаил Михайлович Голицын и князь Василий Владимирович Долгорукий, а также губернатор Сибири Михаил Владимирович Долгорукий.

Итак, четверо из семерых представляли клан Долгоруких. Казалось, большинством голосов они смогут продавить идею возведения на престол Екатерины Долгорукой. Однако слово взял старейший и наиболее авторитетный член Совета Дмитрий Голицын. Решительно отвергнув династические претензии Долгоруких, он заявил, что «нужно выбрать из прославленной семьи Романовых и никакой другой».

Учитывая, что мужская линия Романовых пресеклась, на рассмотрение Совета были выдвинуты кандидатуры дочерей Ивана V, брата и соправителя Петра I, – Екатерины, герцогини Мекленбургской, Анны, герцогини Курляндской, и царевны Прасковьи. Голицын предложил остановить выбор на средней – Анне.

Четвертая дочь царя Ивана V и царицы Прасковьи Федоровны Анна в 1710 году была обвенчана с герцогом Курляндским Фридрихом Вильгельмом. Овдовевшая через несколько месяцев после свадьбы, герцогиня была отправлена Петром I в курляндскую вотчину почившего супруга – Митаву.

В итоге кандидатура Анны Иоанновны, засидевшейся в провинциальной Курляндии и не имевшей практически никакого влияния в России, устроила всех присутствующих, кроме Алексея Григорьевича Долгорукого, но его голос уже ничего не решал.

Дмитрий Голицын и дальше держал инициативу в своих руках. Следующее его предложение удивило членов Верховного совета своей смелостью. Он заявил, что намерен ограничить власть будущей императрицы: «набросить намордник на спящего тигра» и «воли себе прибавить». Верховники вначале выразили сомнение в успехе авантюры. «Хоть и зачнем, да не удержим?», – возразил Василий Долгорукий. «Право, удержим!», – заверил всех Голицын. Так коллективным решением были оформлены «Кондиции», ограничившие российское самодержавие.

План верховников был прост. Пригласить Анну Иоанновну на российский престол, предварительно заставив её подписать «Кондиции», а затем явить имеющий законную силу документ обществу. По сути, затеянное Верховным тайным советом являлось олигархическим переворотом, где вся полнота власти сосредотачивалась в руках двух влиятельнейших родов – Голицыных и Долгоруких.

Утром 20 января на собрании в Кремле члены Верховного совета, не упоминая о кондициях, получили общее согласие на кандидатуру Анны Иоанновны. В следующую ночь делегация в составе князя Василия Лукича Долгорукова, князя Михаила Михайловича Голицына младшего и генерал-аншефа русской армии Михаила Ивановича Леонтьева выехала в Митаву.

Несмотря на то, что Анну Иоанновну успели предупредить о «затейке верховников», само по себе предложение занять российский престол перевешивало любые возможные ограничения.

28 января Анна подписала «Кондиции», согласно которым без Верховного тайного совета она не могла объявлять войну или заключать мир, вводить новые подати и налоги, расходовать казну по своему усмотрению, производить в чины выше полковника, жаловать вотчины, без суда лишать дворянина жизни и имущества, вступать в брак и назначать наследника престола.

Инициатива Верховного совета по ограничению полномочий императрицы очень скоро стала достоянием общественности. Далеко не все влиятельные российские персоны отнеслись к ней одобрительно. В частности, богатейший человек страны князь Алексей Черкасский и фельдмаршал князь Иван Трубецкой были возмущены, что их не посвятили в дела Совета. Выжидательную позицию по этому щекотливому вопросу занял вице-канцлер барон Андрей Остерман.

Вскоре после провозглашения Анны Иоанновны императрицей значительная часть дворянства стала формировать сообщества, поддерживавшие неограниченную власть монарха. Среди них бывший генерал-прокурор Павел Ягужинский, который за участие в тайных сборищах был арестован Верховным советом. Однако инициатива уже начала уходить из рук верховников.

Как ни старался Верховный тайный совет, а изолировать Анну от влияния недовольного кондициями дворянства он не смог. Во Всехсвятском, где Анна готовилась к торжественному въезду в Москву, ее посетили сестры Екатерина и Прасковья. От них она узнала о настроении общества и желании большинства видеть в ней неограниченную никакими обязательствами самодержицу.

Через сестер Анна установила контакт с поддержавшими ее Андреем Остерманом и родственниками семейства Салтыковых, которые готовили почву для устранения влияния верховников на общественное мнение.

15 февраля 1730 года Анна Иоанновна торжественно въехала в Москву, где войска и высшие чины государства в Успенском соборе присягнули новой государыне. Члены Верховного тайного совета первое время пытались противодействовать всем «прожектам» дворянских кружков, которые ратовали за восстановления всех полномочий императрицы, однако силы сторонников абсолютной монархии только возрастали.

23 февраля в доме князя Ивана Федоровича Барятинского прошло дворянское собрание, где приверженцы самодержавия составили челобитную, в которой отмечалось, что «в некоторых обстоятельствах тех пунктов [«Кондиций»] находятся сумнительства такия, что большая часть народа состоит в страхе предбудущаго беспокойства». Абсолютистов поддержал кружок Черкасского-Татищева, в котором изначально не собирались восстанавливать самодержавие.

Челобитная императрице вызвала ярость у членов Верховного совета, однако прорваться к Анне Иоанновне они уже не смогли. Ее покои надежно охраняла императорская гвардия, которой руководил подполковник Семен Салтыков.

Испанский посол Джеймс де Лириа так описывал последующие события: «Офицеры гвардии и другие, находившиеся в большом числе, и в присутствии царицы начали кричать, что они не хотят, чтобы кто-нибудь предписывал законы их государыне, которая должна быть такою же самодержавною, как и её предшественники».

Позднее фельдмаршал князь Иван Трубецкой вручил императрице новую челобитную, подписанную 166 дворянами, в которой содержалась просьба восстановить самодержавную власть. Анна Иоанновна приказала подать «Кондиции» и на глазах у присутствующих членов Верховного тайного совета разорвала их.

1 марта 1730 года народ присягнул императрице Анне Иоанновне на условиях полного самодержавия. Так начался 10-летний период правления «царицы престрашного зраку», ставший одним из самых мрачных в российской истории.

А. Ликвидация Верховного Тайного совета, восстановление роли Сената.

Б. Сосредоточение в руках императрицы командования гвардейскими полками.

В. Совместное правление императрицы с Верховным Тайным советом.

Г. Освобождение дворян от обязательной военной службы.

Анна Иоанновна была дочерью Ивана Алексеевича - младшего сына царя Алексея Михайловича и его первой жены Марии Милославской.

В своё время Пётр Первый поспособствовал, чтобы Анну выдали замуж за герцога Курляндского (союз с Курляндией был важен для Петра). Впрочем, муж Анны вскоре умер, но ей не разрешили вернуться на родину.

Верховный тайный совет рассматривал несколько кандидатур. Вспомнили и о царице Евдокии Лопухиной, первой жене Петра Первого. Предлагали и Елизавету Петровну, младшую дочь Петра I от его второй жены.

Но всех этих кандидатов на престол отвергли. Тут и вспомнили о Анне Иоанновне.

Её кандидатура устроила всех, потому как она уже 19 лет жила в Курляндии, и за это время в Москве о ней практически забыли. Посчитали, что ей не на кого будет опереться, и у неё не хватит ни ума, ни сил поступать по своему, а потому ей легко будет управлять.

Избрать Анну на трон решили на определённых условиях, которые ей надо было подписать, если она согласна стать российской императрицей.

Одним и главным из условий было - ничего не предпринимать без согласия Верховного тайного совета.

Правильный ответ под буквой В.

Петр 1, умер не указав наследника престола. При помощи гвардии Меншиков отвоевал для Екатерины 1 Российский престол. Хитрая Екатерина Алексеевна, пленная шведка, с начала была любовницей Меншикова, а затем понравилась Петру 1 , и он взял её сначала , как любовницу, а затем женился на ней. Но Екатерина1, живя с Петром 1 не забывала и про Меншикова. Правление Екатерины1 было не долгим, всего два года. Со смертью царицы стал вопрос, о дальнейшим престолонаследии. Наследником престола стал Петр 2- внук Пера 1 от нелюбимого им сына Алексея Петровича. Тут Меншиков снова постарался , он пророчил в в жёны Петру 2 свою дочь Марию. Но Пётр 2 разгадал казнокрадство Меншикова, конечно не без помощи Долгоруких и сослал его на хутор Берёзов.

Сам Перт 2 умер от тяжёлой болезни, с его уходом не осталось ни одного претендента на Российский престол со стороны мужской линии. И сенат вынужден был вспомнить об Анне Иоановне- племяннице Петра 1, по мужской линии.

Анна Ионановна получила письмо с котором сообщалось, что она приглашена на Российский престол. Когда она приехала в Россию, то ей сенаторы предложили ей документ , по которому она должна была стать лишь номинальной правительницей. А вся власть должна была остаться в руках сенаторов. Но Анна Иоанновна была из породы Петра 1, она разорвала конвенции и стала единовластной правительницей. Её период правление в России назван Бироновщина, по имени любовника Анны Ионанновны, которого она вызвала из Курляндии в Россию, с ним появились и немцы в управлении Российской империи, русские люди, дворяне даже князья стали шутами при дворе императрицы Анна Ионанновны.

Анна Иоанновна взошла на российский престол вследствие династического кризиса. Для аристократической элиты она оказалась удобной кандидатурой, однако не все желали отдавать ей неограниченную власть.

19 января 1730 года в Лефортовском дворце Москвы на 15-м году жизни скоропостижно скончался последний прямой наследник мужской ветви Романовых – внук Петра Великого император Пётр II. Кто теперь унаследует трон? Этот вопрос всерьез беспокоил элиту российского общества. Историческая память хранила воспоминания о страшных годах междуцарствия, наступивших после гибели последнего из сыновей Ивана Грозного – царевича Дмитрия и приведших страну к Смуте.

Первым начал действовать Алексей Григорьевич Долгорукий, накануне смерти императора составивший подложное завещание, согласно которому трон наследовала его дочь и несостоявшаяся супруга Петра II Екатерина Алексеевна Долгорукая. Однако судьбу российского престола решал не он.

В день смерти Петра II в Лефортовском дворце был собран Верховный тайный совет – высший правительственный орган. Кроме четверых членов Совета – канцлера Гаврилы Ивановича Головкина, князя Дмитрия Михайловича Голицына, князей Василия Лукича и Алексея Григорьевича Долгоруких – на совещание были приглашены два фельдмаршала – князь Михаил Михайлович Голицын и князь Василий Владимирович Долгорукий, а также губернатор Сибири Михаил Владимирович Долгорукий.

Итак, четверо из семерых представляли клан Долгоруких. Казалось, большинством голосов они смогут продавить идею возведения на престол Екатерины Долгорукой. Однако слово взял старейший и наиболее авторитетный член Совета Дмитрий Голицын. Решительно отвергнув династические претензии Долгоруких, он заявил, что «нужно выбрать из прославленной семьи Романовых и никакой другой».

Учитывая, что мужская линия Романовых пресеклась, на рассмотрение Совета были выдвинуты кандидатуры дочерей Ивана V, брата и соправителя Петра I, – Екатерины, герцогини Мекленбургской, Анны, герцогини Курляндской, и царевны Прасковьи. Голицын предложил остановить выбор на средней – Анне.

Четвертая дочь царя Ивана V и царицы Прасковьи Федоровны Анна в 1710 году была обвенчана с герцогом Курляндским Фридрихом Вильгельмом. Овдовевшая через несколько месяцев после свадьбы, герцогиня была отправлена Петром I в курляндскую вотчину почившего супруга – Митаву.

В итоге кандидатура Анны Иоанновны, засидевшейся в провинциальной Курляндии и не имевшей практически никакого влияния в России, устроила всех присутствующих, кроме Алексея Григорьевича Долгорукого, но его голос уже ничего не решал.

Дмитрий Голицын и дальше держал инициативу в своих руках. Следующее его предложение удивило членов Верховного совета своей смелостью. Он заявил, что намерен ограничить власть будущей императрицы: «набросить намордник на спящего тигра» и «воли себе прибавить». Верховники вначале выразили сомнение в успехе авантюры. «Хоть и зачнем, да не удержим?», – возразил Василий Долгорукий. «Право, удержим!», – заверил всех Голицын. Так коллективным решением были оформлены «Кондиции», ограничившие российское самодержавие.

План верховников был прост. Пригласить Анну Иоанновну на российский престол, предварительно заставив её подписать «Кондиции», а затем явить имеющий законную силу документ обществу. По сути, затеянное Верховным тайным советом являлось олигархическим переворотом, где вся полнота власти сосредотачивалась в руках двух влиятельнейших родов – Голицыных и Долгоруких.

Утром 20 января на собрании в Кремле члены Верховного совета, не упоминая о кондициях, получили общее согласие на кандидатуру Анны Иоанновны. В следующую ночь делегация в составе князя Василия Лукича Долгорукова, князя Михаила Михайловича Голицына младшего и генерал-аншефа русской армии Михаила Ивановича Леонтьева выехала в Митаву.

Несмотря на то, что Анну Иоанновну успели предупредить о «затейке верховников», само по себе предложение занять российский престол перевешивало любые возможные ограничения.

28 января Анна подписала «Кондиции», согласно которым без Верховного тайного совета она не могла объявлять войну или заключать мир, вводить новые подати и налоги, расходовать казну по своему усмотрению, производить в чины выше полковника, жаловать вотчины, без суда лишать дворянина жизни и имущества, вступать в брак и назначать наследника престола.

Инициатива Верховного совета по ограничению полномочий императрицы очень скоро стала достоянием общественности. Далеко не все влиятельные российские персоны отнеслись к ней одобрительно. В частности, богатейший человек страны князь Алексей Черкасский и фельдмаршал князь Иван Трубецкой были возмущены, что их не посвятили в дела Совета. Выжидательную позицию по этому щекотливому вопросу занял вице-канцлер барон Андрей Остерман.

Вскоре после провозглашения Анны Иоанновны императрицей значительная часть дворянства стала формировать сообщества, поддерживавшие неограниченную власть монарха. Среди них бывший генерал-прокурор Павел Ягужинский, который за участие в тайных сборищах был арестован Верховным советом. Однако инициатива уже начала уходить из рук верховников.

Как ни старался Верховный тайный совет, а изолировать Анну от влияния недовольного кондициями дворянства он не смог. Во Всехсвятском, где Анна готовилась к торжественному въезду в Москву, ее посетили сестры Екатерина и Прасковья. От них она узнала о настроении общества и желании большинства видеть в ней неограниченную никакими обязательствами самодержицу.

Через сестер Анна установила контакт с поддержавшими ее Андреем Остерманом и родственниками семейства Салтыковых, которые готовили почву для устранения влияния верховников на общественное мнение.

15 февраля 1730 года Анна Иоанновна торжественно въехала в Москву, где войска и высшие чины государства в Успенском соборе присягнули новой государыне. Члены Верховного тайного совета первое время пытались противодействовать всем «прожектам» дворянских кружков, которые ратовали за восстановления всех полномочий императрицы, однако силы сторонников абсолютной монархии только возрастали.

23 февраля в доме князя Ивана Федоровича Барятинского прошло дворянское собрание, где приверженцы самодержавия составили челобитную, в которой отмечалось, что «в некоторых обстоятельствах тех пунктов [«Кондиций»] находятся сумнительства такия, что большая часть народа состоит в страхе предбудущаго беспокойства». Абсолютистов поддержал кружок Черкасского-Татищева, в котором изначально не собирались восстанавливать самодержавие.

Челобитная императрице вызвала ярость у членов Верховного совета, однако прорваться к Анне Иоанновне они уже не смогли. Ее покои надежно охраняла императорская гвардия, которой руководил подполковник Семен Салтыков.

Испанский посол Джеймс де Лириа так описывал последующие события: «Офицеры гвардии и другие, находившиеся в большом числе, и в присутствии царицы начали кричать, что они не хотят, чтобы кто-нибудь предписывал законы их государыне, которая должна быть такою же самодержавною, как и её предшественники».

Позднее фельдмаршал князь Иван Трубецкой вручил императрице новую челобитную, подписанную 166 дворянами, в которой содержалась просьба восстановить самодержавную власть. Анна Иоанновна приказала подать «Кондиции» и на глазах у присутствующих членов Верховного тайного совета разорвала их.

1 марта 1730 года народ присягнул императрице Анне Иоанновне на условиях полного самодержавия. Так начался 10-летний период правления «царицы престрашного зраку», ставший одним из самых мрачных в российской истории.

Анна Иоанновна взошла на российский престол вследствие династического кризиса. Для аристократической элиты она оказалась удобной кандидатурой, однако не все желали отдавать ей неограниченную власть.

19 января 1730 года в Лефортовском дворце Москвы на 15-м году жизни скоропостижно скончался последний прямой наследник мужской ветви Романовых – внук Петра Великого император Пётр II. Кто теперь унаследует трон? Этот вопрос всерьез беспокоил элиту российского общества. Историческая память хранила воспоминания о страшных годах междуцарствия, наступивших после гибели последнего из сыновей Ивана Грозного – царевича Дмитрия и приведших страну к Смуте.

Первым начал действовать Алексей Григорьевич Долгорукий, накануне смерти императора составивший подложное завещание, согласно которому трон наследовала его дочь и несостоявшаяся супруга Петра II Екатерина Алексеевна Долгорукая. Однако судьбу российского престола решал не он.

В день смерти Петра II в Лефортовском дворце был собран Верховный тайный совет – высший правительственный орган. Кроме четверых членов Совета – канцлера Гаврилы Ивановича Головкина, князя Дмитрия Михайловича Голицына, князей Василия Лукича и Алексея Григорьевича Долгоруких – на совещание были приглашены два фельдмаршала – князь Михаил Михайлович Голицын и князь Василий Владимирович Долгорукий, а также губернатор Сибири Михаил Владимирович Долгорукий.

Итак, четверо из семерых представляли клан Долгоруких. Казалось, большинством голосов они смогут продавить идею возведения на престол Екатерины Долгорукой. Однако слово взял старейший и наиболее авторитетный член Совета Дмитрий Голицын. Решительно отвергнув династические претензии Долгоруких, он заявил, что «нужно выбрать из прославленной семьи Романовых и никакой другой».

Учитывая, что мужская линия Романовых пресеклась, на рассмотрение Совета были выдвинуты кандидатуры дочерей Ивана V, брата и соправителя Петра I, – Екатерины, герцогини Мекленбургской, Анны, герцогини Курляндской, и царевны Прасковьи. Голицын предложил остановить выбор на средней – Анне.

Четвертая дочь царя Ивана V и царицы Прасковьи Федоровны Анна в 1710 году была обвенчана с герцогом Курляндским Фридрихом Вильгельмом. Овдовевшая через несколько месяцев после свадьбы, герцогиня была отправлена Петром I в курляндскую вотчину почившего супруга – Митаву.

В итоге кандидатура Анны Иоанновны, засидевшейся в провинциальной Курляндии и не имевшей практически никакого влияния в России, устроила всех присутствующих, кроме Алексея Григорьевича Долгорукого, но его голос уже ничего не решал.

Дмитрий Голицын и дальше держал инициативу в своих руках. Следующее его предложение удивило членов Верховного совета своей смелостью. Он заявил, что намерен ограничить власть будущей императрицы: «набросить намордник на спящего тигра» и «воли себе прибавить». Верховники вначале выразили сомнение в успехе авантюры. «Хоть и зачнем, да не удержим?», – возразил Василий Долгорукий. «Право, удержим!», – заверил всех Голицын. Так коллективным решением были оформлены «Кондиции», ограничившие российское самодержавие.

План верховников был прост. Пригласить Анну Иоанновну на российский престол, предварительно заставив её подписать «Кондиции», а затем явить имеющий законную силу документ обществу. По сути, затеянное Верховным тайным советом являлось олигархическим переворотом, где вся полнота власти сосредотачивалась в руках двух влиятельнейших родов – Голицыных и Долгоруких.

Утром 20 января на собрании в Кремле члены Верховного совета, не упоминая о кондициях, получили общее согласие на кандидатуру Анны Иоанновны. В следующую ночь делегация в составе князя Василия Лукича Долгорукова, князя Михаила Михайловича Голицына младшего и генерал-аншефа русской армии Михаила Ивановича Леонтьева выехала в Митаву.

Несмотря на то, что Анну Иоанновну успели предупредить о «затейке верховников», само по себе предложение занять российский престол перевешивало любые возможные ограничения.

28 января Анна подписала «Кондиции», согласно которым без Верховного тайного совета она не могла объявлять войну или заключать мир, вводить новые подати и налоги, расходовать казну по своему усмотрению, производить в чины выше полковника, жаловать вотчины, без суда лишать дворянина жизни и имущества, вступать в брак и назначать наследника престола.

Инициатива Верховного совета по ограничению полномочий императрицы очень скоро стала достоянием общественности. Далеко не все влиятельные российские персоны отнеслись к ней одобрительно. В частности, богатейший человек страны князь Алексей Черкасский и фельдмаршал князь Иван Трубецкой были возмущены, что их не посвятили в дела Совета. Выжидательную позицию по этому щекотливому вопросу занял вице-канцлер барон Андрей Остерман.

Вскоре после провозглашения Анны Иоанновны императрицей значительная часть дворянства стала формировать сообщества, поддерживавшие неограниченную власть монарха. Среди них бывший генерал-прокурор Павел Ягужинский, который за участие в тайных сборищах был арестован Верховным советом. Однако инициатива уже начала уходить из рук верховников.

Как ни старался Верховный тайный совет, а изолировать Анну от влияния недовольного кондициями дворянства он не смог. Во Всехсвятском, где Анна готовилась к торжественному въезду в Москву, ее посетили сестры Екатерина и Прасковья. От них она узнала о настроении общества и желании большинства видеть в ней неограниченную никакими обязательствами самодержицу.

Через сестер Анна установила контакт с поддержавшими ее Андреем Остерманом и родственниками семейства Салтыковых, которые готовили почву для устранения влияния верховников на общественное мнение.

15 февраля 1730 года Анна Иоанновна торжественно въехала в Москву, где войска и высшие чины государства в Успенском соборе присягнули новой государыне. Члены Верховного тайного совета первое время пытались противодействовать всем «прожектам» дворянских кружков, которые ратовали за восстановления всех полномочий императрицы, однако силы сторонников абсолютной монархии только возрастали.

23 февраля в доме князя Ивана Федоровича Барятинского прошло дворянское собрание, где приверженцы самодержавия составили челобитную, в которой отмечалось, что «в некоторых обстоятельствах тех пунктов [«Кондиций»] находятся сумнительства такия, что большая часть народа состоит в страхе предбудущаго беспокойства». Абсолютистов поддержал кружок Черкасского-Татищева, в котором изначально не собирались восстанавливать самодержавие.

Челобитная императрице вызвала ярость у членов Верховного совета, однако прорваться к Анне Иоанновне они уже не смогли. Ее покои надежно охраняла императорская гвардия, которой руководил подполковник Семен Салтыков.

Испанский посол Джеймс де Лириа так описывал последующие события: «Офицеры гвардии и другие, находившиеся в большом числе, и в присутствии царицы начали кричать, что они не хотят, чтобы кто-нибудь предписывал законы их государыне, которая должна быть такою же самодержавною, как и её предшественники».

Позднее фельдмаршал князь Иван Трубецкой вручил императрице новую челобитную, подписанную 166 дворянами, в которой содержалась просьба восстановить самодержавную власть. Анна Иоанновна приказала подать «Кондиции» и на глазах у присутствующих членов Верховного тайного совета разорвала их.

1 марта 1730 года народ присягнул императрице Анне Иоанновне на условиях полного самодержавия. Так начался 10-летний период правления «царицы престрашного зраку», ставший одним из самых мрачных в российской истории.


Кондиции (условия) Анны Иоанновны это требования Верховников по утверждению Анны на посту императрицы Российской Империи. Это была первая попытка ограничения самодержавия, но ограничение не законом, а волей нескольких кланов. Эта «затейка», как ее называли при дворе, не удалась. Сегодня ходит множеству слухов и легенд относительно кондиций, поэтому сегодня я хочу подробнее остановиться на этом вопросе.

Томительные заботы о благе страны

Такой круг лиц облеченный ответственными постами и высочайшими обязательствами, выпадал из-под контроля Сената. Получив, прямой выход на императрицу они в целом преодолели возникший было кризис власти конца 1725 года. Но создать стройную систему управления через департаменты не удалось в полной мере. Зато полномочия Сената существенно подрезали, при сохранении некоторых возможностей для принятия самостоятельных решений у императрицы.
Как видно, членами Верховного тайного совета, на основе собственного разумения была разработана антикризисная программа. Ее воплощение началось уже в феврале 1727 года. Были отсрочены платежи за майскую треть того же года. Принято решение по предложению Меньшикова, получившим поддержку у Макарова и Остермана о предоставлении отпусков дворянам, состоявшим на военной службе для приведения в порядок своих поместий.
Тем же указом был реорганизован ряд органов центрального управления, проведены изменения структуры местной власти. Большой задел был сделан в части оптимизации штатов уничтожением многочисленных канцелярий и контор. Одновременно реформировали и судебные присутствия, так функции надворных судов передавались в ведомства воевод.
Особенно далеко верховники зашли в реконструкции плодов петровских преобразований в системе выплат чиновника среднего и низшего звена. В указе было прямо заявлено о том чтобы жалованье выплачивалось «как это было до 1700 году». В таких решениях членов Верховного тайного совета сквозило раздражением и усталостью оттого, что они бессильны что-либо кардинально поменять в системе государственного управления.
Пытались верховники внести свою лепту и в активизацию торговли. По велению императрицы обсудили проблему открытия порта в Архангельске для активизации внешней торговли. Пробовали себя на поприще реорганизации государственных финансов. Не задалось с борьбой против злоупотреблений в нецелевых тратах, особенно в военном ведомстве, где верховодил светлейший князь Меньшиков. Несмотря на некоторые недостатки и неразрешимые проблемы, иностранцы, наблюдавшие порядки в России, весьма высоко оценивали работу совета.
Но утомительные дела государственные были не столь увлекательными как подковерные интриги. Так, граф Петр Толстой, пытавшийся инициировать ревизию в военной коллегии перестал устраивать «всесильного временщика» Александра Меньшикова. Еще при правлении Екатерины I Толстого выдавили из Верховного тайного совета.
Через короткий срок и сам «светлейший князь» лишился не только места в совете, но и всех чинов и регалий. Мало того, очутился далеко в ссылке. Граф Федор Апраксин благополучно «почил в бозе», а герцогу Голштинскому стало скучно бывать на заседаниях совета и в дальнешем он полностью самоустранился от всяких дел. Заправлять в Верховном тайном совете остались: князь Дмитрий Голицин, Гавриил Головкин, да Андрей Остерман.

Предыстория вопроса

Кондиции для Анны Иоанновны были подписаны, так называемыми, Верховниками. Это члены Верховного Тайного Совета, которые фактически руководили страной после смерти Петра 1. Это были «птенцы гнезда Петрова», которые всячески старались удержать власть.

После гибели на охоте Петра 2 нужно было избрать нового монарха. В ночь с 18 на 19 января Верховники собрались и было решено:

  1. Династия Романовых по мужской линии оборвалась.
  2. Елизавету Петровну нельзя брать в императрицы, как незаконнорожденную.
  3. Императрицей быть Анне Иоанновне (дочь Ивана 5).

Почему выбор Верховников пал именно на Анну? На то есть несколько причин: во-первых, Анна не имела детей, а значит некому было передать престол; во-вторых, ее долго не было в России, а значит она многого не знала, и ею легче было управлять. Но для нее было решено составить условий, или как модно было говорить в 18 веке Кондиций.

«Затейка верховников» и «Кондиции»


Против планов Долгоруковых, однако, выступила часть российского дворянства, а также члены Верховного Тайного Совета Остерман и Головкин.

Отвергнув замужнюю старшую дочь царя Иоанна Алексеевича, Екатерину, 8 членов Совета выбрали на царство к 8 часам утра 19 (30) января его младшую дочь Анну Иоанновну, которая уже 19 лет жила в Курляндии и не имела в России фаворитов и партий, а значит, устроила всех. Анна казалась вельможам послушной и управляемой, не склонной к деспотизму.

Пользуясь ситуацией, верховники решили ограничить самодержавную власть, потребовав от Анны подписания определённых условий, так называемых «Кондиций». Согласно «Кондициям» реальная власть в России переходила к Верховному Тайному Совету, а роль монарха впервые сводилась к представительским функциям.

28 января (8 февраля) 1730 года Анна подписала «Кондиции», согласно которым без Верховного тайного совета она не могла объявлять войну или заключать мир, вводить новые подати и налоги, расходовать казну по своему усмотрению, производить в чины выше полковника, жаловать вотчины, без суда лишать дворянина жизни и имущества, вступать в брак, назначать наследника престола.

15 (26) февраля 1730 Анна Иоанновна торжественно въехала в Москву, где войска и высшие чины государства в Успенском соборе присягнули государыне. В новой по форме присяге некоторые прежние выражения, означавшие самодержавие, были исключены, однако не было и выражений, которые бы означали новую форму правления, и, главное, не было упомянуто о правах Верховного тайного совета и о подтверждённых императрицей условиях. Перемена состояла в том, что присягали государыне и отечеству.


Анна Иоанновна разрывает кондиции

Борьба двух партий по отношению к новому государственному устройству продолжилась. Верховники стремились убедить Анну подтвердить их новые полномочия. Сторонники самодержавия (А. И. Остерман, Феофан Прокопович, П. И. Ягужинский, А. Д. Кантемир) и широкие круги дворянства желали пересмотра подписанных в Митаве «Кондиций». Брожение происходило прежде всего от недовольства усилением узкой группы членов Верховного Тайного Совета.

25 февраля (8 марта) 1730 большая группа дворянства (по разным сведениям от 150 до 800), в числе которых было много гвардейских офицеров, явилась во дворец и подала челобитную Анне Иоанновне. В челобитной выражалась просьба императрице совместно с дворянством заново рассмотреть форму правления, которая была бы угодна всему народу. Анна колебалась, но её сестра Екатерина Иоанновна решительно заставила императрицу подписать челобитную. Представители дворянства недолго совещались и в 4 часа дня подали новую челобитную, в которой просили императрицу принять полное самодержавие, а пункты «Кондиций» уничтожить.

Когда Анна спросила одобрения у растерянных верховников на новые условия, те лишь согласно кивнули головами. Как замечает современник: «Счастье их, что они тогда не двинулись с места; если б они показали хоть малейшее неодобрение приговору шляхетства, гвардейцы побросали бы их за окно».

Опираясь на поддержку гвардии, а также среднего и мелкого дворянства, Анна публично разорвала «Кондиции» и своё письмо об их принятии. Уже 1 (12) марта 1730 года народ вторично принёс присягу императрице Анне Иоанновне на условиях полного самодержавия.

Манифестом от 4 (15) марта 1730 Верховный Тайный Совет был упразднён.

Судьба членов Совета

Судьбы членов Верховного Тайного Совета сложились по-разному: Михаил Голицын был отправлен в отставку и почти сразу же умер, его брат и трое из четверых Долгоруковых были казнены в годы правления Анны Иоанновны. Репрессии пережил лишь Василий Владимирович Долгоруков, при Елизавете Петровне возвращённый из ссылки и назначенный главой военной коллегии. Головкин и Остерман в годы царствования Анны Иоанновны занимали важнейшие государственные посты. Остерман в 1740—1741 ненадолго стал фактическим правителем страны, однако после очередного дворцового переворота был сослан в Берёзов, где и умер.

Содержание и суть кондиций

Кондиции Анны Иоанновны предполагали для нее следующие ограничения:

  • Не выходить замуж.
  • Не назначать себе преемника.
  • Сохранить Верховный тайный совет.
  • Не объявлять войны и не заключать мира.
  • Не вводить новые налоги.
  • Не ведать армией и передать гвардию в полное подчинение Верховникам.
  • Не распоряжаться казной и полностью удовлетворяться тому финансовому содержанию, которое для нее определит ВТС.
  • Не лишать дворян жизни, чести и имений.

Противники

Верховники были убеждены, что действуют тайно, но о «затейке» стало известно в широких кругах и большая часть населения, в том числе и элиты, была крайне против введения каких-либо условий, ограничивающих власть монарха. Основными противниками кондиций выступали:

В целом стало понятно, что кондиции делают правителями в стране Верховный тайный совет, а император остается фигурой номинальной. В результате борьбе с Верховниками велась под лозунгами «лучше один тиран, чем группа тиранов».

После приезда Анны в Россию к ней обратилась гвардия с требование уничтожить условия и стать полноправным правителем. 25 февраля 1730 года Анна Иоанновна разорвала Кондиции, став самодержцем Российской Империи. После того как кондиции Анны Иоанновны были уничтожены, ее основной задачей стала расправа с Верховным тайным советом.В результате Долгорукие были арестованы и отправлены в ссылку, а ВТС был ликвидирован. На его месте был создан Кабинет Министров.

До момента принятия кондиций, когда Анна Совет еще не утвердил на посту императрицы, Долгорукие имели большинство и моли избрать своего императора. Обсуждалась кандидатура Екатерины Долгорукой, но внутри семье произошел раскол, и Екатерину не выбрали императрицей. В результате Анна Иоанновна расправилась с Тайным советом, а род Долгоруких прекратил существование.

Кол-во блоков: 11 | Общее кол-во символов: 14038
Количество использованных доноров: 3
Информация по каждому донору:

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: