Был ли суд над берией

Обновлено: 10.08.2022

23 декабря 1953 года в 19:50 по московскому времени в бункере штаба Московского военного округа был расстрелян один из самых могущественных деятелей СССР Лаврентий Берия. Первый выстрел в некогда второго человека в советском руководстве произвел генерал-полковник Павел Батицкий. Для совершения казни он использовал табельное оружие. Существует акт, юридически подтверждающий приведение в исполнение судебного приговора.

Полтора часа спустя, в 21 час 20 минут, состоялся расстрел ближайших соратников Берии из органов безопасности.

Вслед за своим шефом отправились министр государственного контроля СССР Всеволод Меркулов, первый заместитель главы МВД Богдан Кобулов, начальник 3-го управления МВД Сергей Гоглидзе, министры внутренних дел Украинской ССР и Грузинской ССР Павел Мешик и Владимир Деканозов, а также начальник следственной части по особо важным делам МВД СССР Лев Влодзимирский. В печати того времени эту шестерку окрестили «бандой Берии». Всем перечисленным вменялись ужасные преступления — в том числе и те, к которым они не имели никакого отношения. Тем не менее, безвинными жертвами называть их, конечно, нельзя.

Дело Берии и его подручных рассматривалось Специальным судебным присутствием Верховного суда СССР под председательством маршала Ивана Конева. Этот орган квалифицировал действия Берии и его приближенных как измену Родине. Приговор суда был зачитан Коневым за несколько часов до казни. Меркулов, Деканозов, Кобулов, Гоглидзе, Мешик и Влодзимирский были названы в тексте «враждебной Советскому государству изменнической группой заговорщиков», сколоченной Берией в течение многих лет совместной преступной деятельности.

«Заговорщики ставили своей преступной целью использовать органы министерства внутренних дел против Коммунистической партии и правительства СССР,

поставить МВД над партией и правительством для захвата власти, ликвидации советского рабоче-крестьянского строя, реставрации капитализма и восстановления господства буржуазии», — огласил Конев.

С его слов выходило, что именно означенная шестерка во главе с Берией признавалась ответственной за депортации народов СССР, а также вооруженные выступления недовольных советской властью в период и после Великой Отечественной войны. В зачитанном Коневым приговоре это было сформулировано следующим образом:

«В своих антисоветских изменнических целях Берия и его соучастники предприняли ряд преступных мер для того, чтобы активизировать остатки буржуазно-националистических элементов в союзных республиках, посеять вражду и рознь между народами СССР и в первую очередь подорвать дружбу народов СССР с великим русским народом».

В четверг, 24 декабря в газете «Известия» вышла краткая заметка из восьми строк.

«Приведен в исполнение приговор в отношении осужденных к высшей мере», — сообщали власти советским гражданам.

В 2000 году Военная коллегия Верховного суда (ВКВС) России отказала членам «банды Берии» в посмертной реабилитации. Было подтверждено, что Деканозов, Мешик и Влодзимирский «выполняли распоряжения» Берии, Кобулова и Меркулова, а также «злоупотребляли властью, что выражалось в арестах невиновных людей, фальсификации материалов уголовных дел, применении пыток». Тем не менее, ВКВС частично изменила приговор 1953 года, исключив обвинение в измене Родине и назначив им наказание за должностные преступления в виде 25 лет лишения свободы. Давно казненным силовикам, впрочем, смягчение вердикта задним числом едва ли как-то помогло. Кто были эти люди, от которых зависела судьба тысяч других жителей СССР?

Всеволод Меркулов

Самый известный из «банды Берии». Меркулов работал в тесной связи со своим патроном с начала 1920-х годов, был его доверенным лицом. Сын капитана Русской императорской армии, он окончил гимназию с золотой медалью и показал себя разносторонней личностью: например, с раннего детства увлекался литературным творчеством. Впоследствии Меркулов написал две пьесы — о борьбе американских революционеров и о подвиге рабочего, ушедшего на фронт. Принимал участие в работе над сценарием документального фильма «День Батуми». Его фамилия значилась под статьей о Берии в «Малой советской энциклопедии» и под биографическим очерком о нем же с заголовком «Верный сын партии Ленина — Сталина».

Если бы не служба в органах, Меркулов имел все шансы стать писателем или драматургом.

В 1916 году он был призван в армию, но в боях Первой мировой не участвовал. В начале 1920-х, по одной из версий, его как бывшего офицера принудили стать осведомителем по деятельности белогвардейцев. Сам Меркулов всегда настаивал на добровольном вступлении в ЧК.

«Мне совершенно ясно, что Берия выдвинул меня на эту должность главным образом только потому, что я был единственным русским из его окружения, — рассказывал Меркулов. — Он понимал, что назначить первым заместителем Кобулова или Деканозова он не может. Такие кандидатуры не будут приняты. Оставалась одна моя кандидатура. Думаю, что Берия понимал, по крайней мере, внутренне, что я не был приспособлен по своему характеру для этой должности, но другого выхода, видимо, у него не было».

В 1940-м Меркулов вместе с Кобуловым руководил Катынским расстрелом в составе «тройки» НКВД,

участвовал в переговорах Вячеслава Молотова и Адольфа Гитлера в Берлине. После разделения наркомата в 1943 году Меркулов руководил всей разведывательной и контрразведывательной деятельностью и лично приносил материалы Иосифу Сталину.

Считается, что Берия всеми силами пытался избежать замены своего приближенного на Виктора Абакумова в качестве министра МГБ. Сам Меркулов, уже арестованный, отмечал:

«Берия, насколько я заметил, стал бояться Абакумова как огня».

Богдан Кобулов

В годы войны был первым замом Берии, который приметил его и взял на работу в Секретно-политический отдел ГПУ Грузии еще в 1931-м. После длительной работы в спецслужбах этой республики он отправился за своим патроном в Москву. Кобулов — один из главных организаторов депортаций,

он получил государственные награды за принудительное выселение чеченцев и ингушей, крымских татар, болгар, греков и армян, турок и курдов.

Если верить Меркулову, Кобулов был самым близким человеком Берии: «именно с ним часто по окончании ночной работы уезжал домой или на дачу».

С 1946 года Кобулов трудился начальником Главного управления советским имуществом за границей, а в марте 1953-го, после смерти Сталина, вновь получил назначение первым заместителем министра внутренних дел — то есть Берии.

Сергей Гоглидзе

В любом справочнике напротив этой фамилии будет стоять клеймо, развеивающее любые иллюзии, — «один из активных организаторов Большого террора». Оказывать помощь советским властям Гоглидзе начал с поступления в Красную армию в 1918 году. Позднее заседал в ревтрибунале Туркестанского фронта, боровшегося с басмачами. Судьбоносное знакомство этого человека с Берией состоялось в 1923 году. Под его присмотром Гоглидзе бодро шагал по служебной лестнице в органах ВЧК — ОГПУ — НКВД Грузии. После загадочной смерти председателя Совнаркома Абхазии Нестора Лакобы он жестоко пытал его охранника Давлета Кандалию, которого шеф перед смертью якобы попросил ликвидировать своего убийцу — Берию. Заслуги Гоглидзе, видимо, были оценены по достоинству.

В 34 года он стал самым молодым в стране комиссаром госбезопасности 2-го ранга.

В 1937 году Гоглидзе поднялся до наркома внутренних дел Грузии, в следующем — переехал чистить аппарат управления НКВД по Ленинградской области от людей Ежова. После присоединения к СССР Бессарабии именно Гоглидзе поручили организовать депортацию «антисоветских элементов». В военное время работал на Дальнем Востоке. В 1951-м недолго пробыл заместителем министра госбезопасности.

Владимир Деканозов

Сын служащего нефтяной компании, позднее возглавлявшего партию социал-федералистов в дореволюционной Грузии, участвовал в сталинских репрессиях. «Прославился» как один из главных организаторов чисток командного состава РККА. В 1939-м стал заместителем наркома иностранных дел СССР, а в следующем году — советским послом в нацистской Германии. Деканозов находился в Берлине в момент нападения вермахта на Советский Союз. В период войны не занимал важных должностей, но вновь был извлечен Берией из «колоды» в ходе дележки постов ввиду кончины Сталина. Весной и летом 1953 года Деканозов успел побыть главой МВД Грузии.

Павел Мешик

Еще один активный организатор Большого террора, сам в итоге ставший жертвой репрессий. Мешик был прилично младше остальных членов «банды Берии», застал Гражданскую войну только ребенком, а серьезную деятельность начал лишь в 1930-х, когда был принят в ОГПУ. В 1943-1945 годах являлся заместителем начальника «Смерш» Абакумова.

После войны обеспечивал секретность работ по созданию ядерного оружия, организовывал закрытые зоны, города и поселки с особым режимом.

Лев Влодзимирский

В ранней юности служил помощником шофера в автопарке советских армий, действовавших против Вооруженных сил Юга России (ВСЮР) под командованием генерала Антона Деникина. В 1927-м году был приглашен в ОГПУ. С конца 1930-х по вторую половину 1940-х работал следователем на различных должностях. В 1939-м принимал непосредственное участие в убийстве полпреда СССР в Китае Ивана Бовкуна.

Влодзимирский занимался группой «Четвертый рейх», которую организовали дети высокопоставленных чиновников. А в 1953-м подписал постановление об аресте Василия Сталина.

Сегодня даже многие историки считают, что Лаврентий Берия был осужден необоснованно, причем даже в соответствии с советским кодексом. Не верил в виновность Берии и его сын Серго. До самой смерти Серго Лаврентьевич пытался добиться того, чтобы его отца реабилитировали, но все его усилия оказались тщетными.

Выдвинутые обвинения

Лаврентий Павлович Берия, занимавший высокие посты в советском правительстве, был арестован и расстрелян в 1953 году. Именно такой приговор Лаврентию Павловичу вынесло Специальное судебное присутствие Верховного суда СССР под председательством маршала Ивана Конева. Вместе с экс-министром были умерщвлены и многие его соратники. Средства массовой информации в то время ликовали: мол, наконец-то разоблачены и наказаны «враги народа».

Действительно, если обратиться к архивным документам, в которых перечислены статьи обвинения, то выходит, что Лаврентий Берия и в самом деле был «врагом народа». А. В. Наумов в своей монографии «Преступление и наказание в истории России» упоминает, что Берии вменялись: измена Родине (самая тяжкая по наказанию), совершение терактов, контрреволюционная деятельность, борьба против рабочего класса при царском строе или в период Гражданской войны.

Решение прокуратуры

Однако члены семьи Лаврентия Берии, а в частности супруга Нина Теймуразовна и сын Серго, были категорически не согласны с выдвинутыми против него обвинениями. Жена Лаврентия Павловича умерла в 1991 году, а Берия-младший, который, к слову, как его отец и мать, тоже был арестован, спустя 7 лет после смерти Нины Теймуразовны обратился в Военную коллегию Верховного суда и потребовал пересмотра дела. Такие же ходатайства поступили и от родственников осужденных вместе с министром лиц.

Как утверждает Николай Зенькович, автор издания «Покушения и инсценировки: от Ленина до Ельцина», в марте 1999 года Главной военной прокуратурой было вынесено решение о том, что Лаврентий Берия и представители его ближайшего окружения не могут быть реабилитированы, так как для этого нет никаких оснований. По мнению прокуратуры, вина осужденных была доказана, а смертные приговоры им вынесены верно, поскольку их преступления носили общественно опасный характер.

Судебное заключение

Но последнее слово все-таки оставалось за судом. В мае 2000 года Военная коллегия дала заключение о том, что Лаврентий Берия был виновен в упомянутых в документах 1953 года преступлениях и оставила в силе расстрельный приговор.

Примечательно, что некоторым «подельникам» Лаврентия Павловича, оказавшимся вместе с ним на скамье подсудимых, смертная казнь была заменена 25 годами заключения. То есть приговоры соратников министра были пересмотрены.

Понятно, что Серго Берия, который скончался в том же 2000 году, был раздосадован таким решением коллегии. Сегодня аналогичного мнения придерживаются и многие историки. Так, Борис Соколов, автор книги «Двуликий Берия», называет обвинения, выдвинутые против Лаврентия Павловича, фантастическими. Мало того, Соколов считает, что суд, проходивший над Берией, был неправым, потому что дело рассматривалось так называемым Специальным присутствием и без адвокатов.


«Дело Берии» — уголовное дело, возбуждённое в 1953 году в СССР против Лаврентия Павловича Берии после смещения его со всех партийных и государственных постов. В результате этого дела он был расстрелян в декабре 1953 года по приговору суда и до настоящего времени не реабилитирован, хотя большая часть обвинений историками и юристами оспаривается. Сами материалы уголовного дела Берии засекречены, но, несмотря на это, значительные фрагменты этого дела были опубликованы в российской и зарубежной печати.

Содержание

В 1953 году после смерти Сталина Л. П. Берия стал одним из основных претендентов на власть в стране. Фактически страну возглавил тандем Маленков—Берия: при этом первое лицо, председатель Совета Министров Маленков, как отмечают многие исследователи, например, Рой и Жорес Медведевы, не обладал в нужной степени качествами лидера (и вскоре был оттеснён от власти Хрущёвым).

Амбициозный Берия, возглавив МВД СССР, затеял целый ряд реформ. В их числе получившие в дальнейшем успешное продолжение:

  • прекращение дела врачей и мингрельского дела;
  • массовая амнистия заключённых;
  • запрет «мер физического воздействия» (пыток) при допросах (4 апреля 1953 года);
  • первые реабилитации незаконно репрессированных при Сталине;
  • ограничение прав Особого совещания при МВД СССР (окончательно оно было упразднено 1 сентября 1953 года);
  • передача из МВД в другие министерства строительных главков;
  • прекращение ряда масштабных строек, в том числе гидротехнических.

Слишком радикальными для соратников по Президиуму ЦК КПСС показались предложения Берии:

  • по свёртыванию строительства социализма в ГДР и объединению Германии;
  • о ликвидации контроля партии над хозяйственной деятельностью;
  • о назначении на посты руководителей советских республик представителей коренной национальности;
  • о создании национальных армейских частей;
  • о запрете демонстрантам носить портреты руководителей партии и правительства (соответствующее постановление вышло 9 мая 1953);
  • об упразднении паспортных ограничений.

Всё это привело к заговору против Берии и отстранению его от власти.

26 июня 1953 года предполагалось обсудить на заседании Президиума ЦК КПСС дело бывшего министра госбезопасности С. Игнатьева. Однако, стало известно, что накануне он заболел и не может присутствовать на совещании. Заседание было посвящено критике Берии, о чём члены Президиума договорились заранее. По воспоминаниям Молотова, обсуждение шло два с половиной часа. После заседания раскритикованный Берия был арестован. По версии Хрущёва, Берию арестовал Жуков, однако сам Жуков эту версию не подтверждает. Арестован он был, по-видимому, генералом Москаленко и сопровождавшими его людьми, которых комендант Кремля пропустил, имея указание от Маленкова и Хрущёва. Затем Берия был перевезён на московскую гарнизонную гауптвахту «Алешинские казармы». Арест Берии сопровождался армейским прикрытием: по тревоге были подняты и введены в Москву Кантемировская и Таманская дивизии. 27 июня Берия был перевезён в бункер штаба Московского военного округа, где и содержался до суда.

В день ареста Берии 26 июня был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР «О преступных антигосударственных действиях Берия» за подписями Ворошилова и секретаря Пегова. В указе констатировались «преступные антигосударственные действия Л. П. Берия, направленные на подрыв Советского государства в интересах иностранного капитала». Этим указом Берия был лишён полномочий депутата Верховного Совета СССР, снят с постов заместителя Председателя Совета Министров СССР и с поста министра внутренних дел СССР, а также лишён всех званий и наград. Последним пунктом указа постановлялось сразу передать дело Берии на рассмотрение Верховного Суда СССР (то есть ещё до проведения следствия).

2 июля 1953 года на Пленуме ЦК КПСС Берия был формально выведен из состава Президиума и ЦК и исключён из КПСС. Главным обвинением было то, что Берия якобы пытался поставить органы МВД над партией. Выступления сопровождались эпитетами «буржуазный перерожденец», «мразь», «авантюрист», «подлец», «негодяй», «продажная шкура», «фашистский заговорщик» (Каганович), «пигмей, клоп» (Маленков) и др. Только тогда информация об аресте и смещении Берии появилась в советских газетах и вызвала большой общественный резонанс.

Портреты Берии отовсюду убрали, а подписчики Большой Советской Энциклопедии получили рекомендацию удалить из 2 тома страницы 22 и 23, на которых излагалась биография Берии.

Вместе с Берией были арестованы и обвинены как соучастники люди из его ближайшего окружения: В. Меркулов (министр Госконтроля СССР), Б. Кобулов (первый заместитель Берии в МВД), С. Гоглидзе (начальник военной контрразведки), В. Деканозов (министр внутренних дел Грузии), П. Мешик (министр внутренних дел Украины) и Л. Влодзимирский (начальник следственной части по особо важным делам).

Арестованы и обвинены по 58 статье были также сын и жена Берии (в 1954 году они были отпущены).

Параллельно с делом Берии велось множество других дел против сотрудников МВД, сотни людей были уволены.

Следствие было поручено вести вновь назначенному генеральному прокурору Руденко.

На первом же допросе 8 июля Берия был обвинен в антисоветской заговорщицкой деятельности, своей вины он не признал. Опытные следователи, как считает юрист Андрей Сухомлинов, автор книги о деле Берии, понимали, что главным обвинением будет не мифическая антисоветская деятельность, а конкретные должностные преступления, и поэтому старались доказать как можно больше фактов, характеризующих таковые.

Важным фактом в деле Берии явилось существование токсикологической лаборатории профессора Майрановского, где яды испытывались на людях (сам Майрановский был арестован ещё в 1951 по делу ЕАК).

Много внимания следователи уделили периоду деятельности Берии на руководящих постах в Грузии и Закавказье. В вину Берии поставили репрессии, проводившиеся там в 1937 году, одним из организаторов которых был Берия.

Также Берии и его окружению инкриминировалось убийство полпреда СССР в Китае И. Т. Бовкун-Луганца с женой в 1939 году, расстрел без суда и следствия в 1940 году жены маршала Г. И. Кулика — Симонич-Кулик К. И., расстрел группы из 25 человек заключённых в 1941 году в Куйбышеве, Саратове и Тамбове.

Вопреки слухам о массовых изнасилованиях Берии, в деле содержится только одно заявление об изнасиловании, которое Берия якобы осуществил в 1949 году. Заявление поступило от постоянной любовницы Берии Дроздовой, от которой у него был внебрачный ребёнок. По-видимому, это заявление было написано под давлением следствия.

Берию и его сподвижников судили в декабре 1953 года специальным судебным присутствием. Суд проходил без участия прокурора и адвокатов, по особой процедуре, разработанной ещё в 1934 году в связи с убийством Кирова. В соответствие с этой процедурой, кассационное обжалование и подача прошений о помиловании не допускалось, приговор к высшей мере наказания исполнялся немедленно.

Вопреки правилам, в составе судебного присутствия участвовало сразу восемь человек, а не три. Причем из восьми судей профессиональными судьями были только двое: Е. Л. Зейдин и Л. А. Громов, остальные в некотором смысле представляли общественность: армию представляли полководцы И. С. Конев и К. С. Москаленко, партию — Н. А. Михайлов, профсоюзы — Н. М. Шверник, МВД — К. Ф. Лунев, Грузию — М. И. Кучава.

Суд начался 18 декабря. Было зачитано обвинительное заключение, заслушаны обвиняемые, затем свидетели.

Последним из обвиняемых был допрошен Берия. Виновным он себя не признал. По поводу репрессий 1937 года он заявил, что тогда в стране прошла волна борьбы с «право-троцкистским подпольем», а это повлекло «большие перегибы, извращения и прямые преступления».

Изменником и заговорщиком по словам Берии он не был, захватывать власть не собирался. По поводу убийств, в частности Бовкун-Луганца и его жены, Берия сказал, что на то было «указание инстанции» (кто имеется в виду — Сталин, Молотов, правительство или Политбюро — не ясно).

В своём последнем слове Берия признал себя виновным, что он скрывал службу в мусаватистской контрразведке, но заявил, что находясь там на службе, ничего вредного не совершал. Берия признал также «морально-бытовое разложение» и свою связь с Дроздовой, но факт изнасилования не признал. Берия подтвердил свою ответственность за «перегибы» в 1937—1938 гг., объяснив их обстановкой того времени. Контрреволюционные обвинения Берия не признал. Он также отверг обвинение о попытке дезорганизовать оборону Кавказа во время войны.

23 декабря 1953 года был зачитан обвинительный приговор.

Все обвиняемые были признаны виновными в многочисленных преступлениях и названы «группой заговорщиков», планировавших захватить власть, ликвидировать советский строй и провести реставрацию капитализма.

Из конкретных обвинений в приговоре отмечены:

  • убийство старого большевика М. С. Кедрова;
  • вымогательство из арестованных ложных показаний под пытками по делам Белахова, Слезберга и других;
  • расстрел 25 заключённых в 1941 году;
  • бесчеловечные испытания ядов на осуждённых к высшей мере наказания заключённых;
  • арест, обвинение в преступлениях и расстрел родственников Серго Орджоникидзе.

Целый ряд эпизодов ставится в вину Берии и квалифицируется как измена родине:

  • служба Берии в мусаватистской контрразведке в Азербайджане в 1919 году;
  • связь в 1920 году с охранкой меньшевистского грузинского правительства;
  • попытка установить в 1941 году связь с Гитлером через болгарского посла Стаменова и уступить Германии значительную часть территории СССР в целях заключения мирного соглашения;
  • попытка открыть врагу перевалы через Главный Кавказский хребет в 1942 году;
  • попытка в мае—июне 1953 года установить личную тайную связь с Тито-Ранковичем в Югославии.

В вину Берии поставлено «сожительство с многочисленными женщинами, в том числе, связанными с иностранными разведками», а также изнасилование 7 мая 1949 года 16-летней школьницы Дроздовой В. С.

Эпизоды с убийством Бовкун-Луганца и его жены, а также с похищением и расстрелом жены маршала Кулика почему-то в приговор не вошли.

За рубежом в 1979 году вышла небольшая книга «Памятка Русскому Человеку», автор которой генерал Ю. М. Лариков (под псевдонимом В. Ушкуйник), среди прочего, приветствовал казнь Берии, позиционируя его как иудейского заговорщика. В России книга впервые была опубликована в 1993 году. [2]

Оппозиционный политик и публицист Юрий Мухин в своей дискуссионной книге «Убийство Сталина и Берия» оценивает смещение и уничтожение Берии как победу партийного аппарата, возглавляемого Хрущёвым, в борьбе за власть. Согласно трактовке Мухина, поздний Сталин, а также Берия в 1953 году пытались ограничить власть партаппарата и КПСС в стране (активным сторонником ограничения власти партии был по мнению историка Юрия Жукова и ПредСовмина СССР Маленков, возглавлявший страну сразу после смерти Сталина), но эта линия в итоге потерпела крах.

Рассмотрение уголовного дела Берия и других проводилось 29 мая 2000 года в Военной коллегии Верховного суда РФ в открытом судебном заседании. Действия «соучастников Берии» — Деканозова, Мешика и Влодзимирского были переквалифицированы и расценены как «злоупотребление властью при наличии особо отягчающих обстоятельств», а приговор был заменён на 25 лет лишения свободы каждому. Приговор в отношении Берия, Меркулова, Гоглидзе и Кобулова оставлен без изменения, и они не были признаны жертвами политических репрессий, так что все они по-прежнему формально считаются шпионами и изменниками родины.

Предполагается, что отказ в реабилитации Берии, Меркулова и Кобулова связан с тем, что они официально считаются одними из виновников расстрела польских офицеров в Катыни.

С другой стороны, свершившаяся полная реабилитация привлечённых по делу Берии Павла Судоплатова, Наума Эйтингона и других высокопоставленных работников МВД указывает на отсутствие доказательств существования «заговора Берии».

Материалы уголовного дела до сих пор засекречены и не доступны исследователям, хотя согласно Указу президента Российской Федерации от 23 июня 1992 года с материалов, непосредственно связанных с политическими репрессиями, ограничительные грифы должны быть сняты.

В российской прессе появилась информация о краже из архивов Главной военной прокуратуры части материалов 47-томного уголовного дела Лаврентия Берии [3] Копии документов по делу Берии стали появляться в 1990-е годы на Западе, предположительно эти копии были сделаны ещё во время Перестройки. Ряд материалов дел, хранившихся в Главной военной прокуратуре, похитила архивариус Особого архива ГВП Елена Амирова, но утверждается, что все тома дела Берии остались целы.

В 2012 году в России был издан сборник «Политбюро и дело Берия», содержащий ряд документов из РГАСПИ, в том числе и стенограммы некоторых допросов Берии. Это небольшая часть дела Берии — сборник содержит около 1000 страниц, а само следственное дело составляет 39 томов и 10 пакетов приложений. [4]

Список из 100 мифов о расстрелянном за измену родине советском политике Лаврентии Берии, который составил писатель Арсен Мартиросян, возглавляет именно заблуждение о его якобы антигосударственной деятельности. Пожалуй, это обстоятельство наиболее ярко демонстрирует противоречивость обвинений и, главное, имеющихся доказательств в деле главы НКВД/МВД СССР.

Именно в ходе заседания 26 июня Никита Хрущёв, бывший тогда хоть и влиятельным, но всё же рядовым членом президиума ЦК КПСС, поставил вопрос о соответствии Берии его должности. Поводом для этого послужили массовые забастовки под лозунгами повышения зарплаты и воссоединения Германии в западной её части. Но вместе с тем прозвучали обвинения в антисоциалистическом подходе, реставрации капитализма, моральном разложении и, наконец, шпионаже в пользу Великобритании в далёких и, казалось бы, уже не имеющих значения к тому времени 1919-1920-х годах.

На удивление о подробностях того заседания практически ничего неизвестно, показания участников события попросту оказались весьма запутанными. Зато установлено, что Берию расстреляли сразу же после вынесения приговора Специального судебного присутствия ВС СССР – за несколько часов до казни остальных. Впрочем, и этот факт, хоть не очень успешно, но оспаривается. Например, в документальном фильме журналиста Сергея Медведева представлена версия, что политика на самом деле убили 26 июня при аресте.

Ключевым в обвинении против Берии оказался пятый пункт постановления генпрокурора СССР Романа Руденко об аресте главы МВД – о службе в 1919 году в мусаватистской контрразведке в Азербайджане. Это обстоятельство было квалифицировано как измена родине в форме шпионажа.

К «проступкам» Берии был причислен и тот факт, что в 1920 году, уже работая в Грузии, он якобы установил связь, естественно тайную, с «охранкой грузинского меньшевистского правительства», которое советские власти также считали «филиалом» английской разведки. Обвинители были уверены, что с тех времён и впредь Берия поддерживал и даже активизировал своё взаимодействие с иностранными спецслужбами.

Сам же глава МВД во время последнего слова признал себя виновным, но не во вредительстве, а в морально-бытовом разложении из-за многочисленных связей с женщинами. О службе же в мусаватистской контрреволюционной разведке Берия заявил, что «долго скрывал её, но не совершил там ничего вредного».

Несмотря на все попытки, отстоять свою честь Берии так и не удалось. Казалось, уверенность обвинителей в его преступлении была непоколебима. Однако это опровергает размытость формулировок, которые политики использовались в рассказах об этом деле.

Так, зампред Совета министров Анастас Микоян как-то констатировал, что у государства не было «прямых данных», получал ли Берия задания от иностранных властей и выполнял ли он их. А член президиума ЦК КПСС Лазарь Каганович, в свою очередь, отмечал, что никаких документов о связи главы МВД и зарубежными правительствами ни ему, ни министру иностранных дел Вячеславу Молотову предоставлено не было.

К слову, сам факт работы Берии в контрразведке был известен ещё задолго до начала событий 1953 года. Например, за 20 лет до этого он в письме члену политбюро ЦК ВКП(б) Григорию Орджоникидзе подробно рассказал о работе в Азербайджане. В частности, глава МВД писал, что к мусаватистам он был послан партией и что вопрос этот уже детально разбирался ещё в 1920 году. Впрочем, Серго знал всё это и ранее и, что более значимо, лично говорил об этом Иосифу Сталину.

Последний, по версии Хрущёва, к информации отнёсся спокойно: дескать, он доверял Берии. Однако на деле Сталин всё же поручал изучить «шпионское прошлое» руководителя НКВД в 1937 году. По итогам анализа был сделан вывод, что Берия работал в мусаватистской разведке как минимум с ведома высокопоставленных коммунистов на Кавказе, а следовательно, не являлся изменником.

Но и понять логику обвинителей, по приговору которых Берия в итоге был расстрелян, в принципе несложно. Она становится очевидной даже при первом взгляде на протокол допроса подозреваемого. По их мнению, работа в органе, который подчиняется приказам иностранных спецслужб, была тождественна работе на другие государства. Хотя по факту такая связь – не самая очевидная. Мог ли быть Берия шпионом? Да, мог. Однако был ли он им на самом деле? Итоги двух разбирательств, проведённых по этому поводу, как мы видим, оказались противоречивыми.

Вопрос, мог ли Берия быть английским агентом, всегда будет вызывать споры в обществе. И достоверный ответ на него, скорее всего, найти уже не удастся – слишком запутанной получается история и слишком мало документальных доказательств можно задействовать в споре. Так что всегда сторонники той или иной точки зрения смогут подобрать аргументы за и против.

18 декабря 1953 года в Специальном судебном присутствии Верховного суда СССР начался закрытый процесс над Лаврентием Берией, бывшим членом Президиума ЦК КПСС, первым заместителем председателя Совета Министров СССР, министром внутренних дел СССР. Вместе с ним по этому делу проходили ещё несколько человек. Впрочем, судебного процесса как такового – с заседаниями, представлением доказательств, допросами подсудимых, речами адвокатов – не было. Да и не предусматривалось.

Постановление Президиума ЦК КПСС П43/I под грифом «строго секретно» от 10 декабря 1953 года «Вопросы Генерального прокурора СССР» (находится на хранении в Архиве Президента РФ) гласило: «Принять предложение Генерального прокурора СССР о рассмотрении дела по обвинению Берия и его соучастников в закрытом судебном заседании без участия сторон в порядке, предусмотренном Законом от 1 декабря 1934 года».

Закон от 1 декабря 1934 года – печально знаменитое постановление ЦИК СССР, предусматривавшее особый порядок расследования и рассмотрения дел «о террористических организациях или террористических актах против работников советской власти». В частности, такие дела слушались без участия сторон – без присутствия обвиняемого, а наличие защитника и вовсе не предусматривалось. Не допускалось кассационного обжалования приговоров и подачи ходатайств о помиловании, а сам приговор к высшей мере наказания предписано было «приводить в исполнение немедленно по вынесении приговора».

Стилистика обвинительного заключения, утверждённого Президиумом ЦК КПСС, один в один походила на бериевскую же стилистику обвинений эпохи Большого террора. Берия, цитирую документ, «сколотил враждебную советскому государству изменническую группу заговорщиков, ставившую своей преступной целью использовать органы Министерства внутренних дел […] против Коммунистической партии и правительства СССР в интересах иностранного капитала […] для захвата власти и ликвидации советского рабоче-крестьянского строя в целях реставрации капитализма и восстановления господства буржуазии», принимал меры, «чтобы оживить остатки буржуазно-националистических элементов в союзных республиках, посеять вражду и рознь между народами СССР».

По версии обвинителей, «Берия завязал связи с иностранными разведками ещё в период Гражданской войны», сотрудничал с английской разведкой, «поддерживал и расширял свои тайные преступные связи с иностранными разведками через засылаемых ими шпионов», Берия и его сообщники «учиняли расправу с неугодными для них людьми», «совершали террористические убийства лиц, со стороны которых опасались разоблачений», «совершили ряд изменнических актов», «действовали как агентура международного империализма, как злейшие враги советского народа».

Всё было кончено уже 23 декабря 1953 года: приговор – высшая мера наказания – расстрел. Как гласит акт о приведении приговора в исполнение, опубликованный в 1999 году в сборнике документов «Лаврентий Берия. 1953. Стенограмма июльского пленума ЦК КПСС и другие документы», «сего числа, в 19 часов 50 минут, на основании предписания Председателя Специального Судебного Присутствия Верховного суда СССР от 23 декабря 1953 года за № 003, мною, комендантом Специального Судебного Присутствия генерал-полковником Батицким П.Ф. в присутствии Генерального Прокурора СССР действительного государственного советника юстиции Руденко Р.А. и генерала армии Москаленко К.С. приведён в исполнение приговор Специального Судебного Присутствия по отношению к осуждённому к высшей мере уголовного наказания – расстрелу – Берия Лаврентию Павловичу».

Обвинение выглядит совершенно абсурдно: ни Берия, ни его подельники, конечно, не были изменниками, шпионами и «восстановления господства буржуазии» не замышляли. Разумеется, все они участвовали в организации массовых репрессий, но как раз в этом их не обвиняли, да и вообще дело Берии в смысле юридической процедуры провели весьма топорно. Что вполне понятно: какая там процедура, если речь шла лишь о борьбе за власть и сведении счётов?

Архивное следственное дело Берии в полном объёме всё ещё недоступно исследователям. Правда, в 2012 году вышел сборник «Политбюро и дело Берия», составленный из документов, хранящихся в Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ), в котором опубликованы копии некоторых допросов Берии. Однако даже по объёму назвать этот сборник полноценным и всеобъемлющим изданием «дела Берии» невозможно: в нём лишь чуть больше 1000 страниц, в то время как следственное дело – это 39 томов и ещё 10 объёмных пакетов приложений.

В издании представлены выдержки из протоколов допросов, но подлинники этих документов находятся в Архиве Президента РФ, и сторонние исследователи к ним доступа не имеют. Именно вся эта секретность и породила слухи, что Берия был застрелен группой захвата ещё 26 июня 1953 года, что никакого суда над ним вообще не было, а все опубликованные материалы – подделка.

С такой постановкой вопроса категорически не согласен историк Никита Петров, один из тех немногих исследователей, действительно державший в руках материалы «дела Берии»:

«Для меня нет никаких сомнений: Берия действительно дожил до суда, осуждён и расстрелян. Властям незачем было подделывать документы для хранения их в архивах – писать рукой Берии письма из заключения, подписывать за него протоколы допросов, ставить следствию неудобные вопросы – а их Берия ставил! Опять же его письма, где он молит своих бывших коллег о пощаде, нельзя читать без некоторой жалости к писавшему их – я сам их видел, они реально существуют. Между прочим, на следствии Берия вёл себя достаточно грамотно, очень активно вступал в полемику со следствием, он же опытный человек. Например, он доказывал, что вступил в мусаватистскую контрразведку по заданию партийных органов.

Сначала он отрицал всё, но, когда ему предъявили факты расстрелов 1941 года, он признал, что это было грубым нарушением советских законов. Когда ему предъявили материалы о лаборатории Майрановского по испытанию ядов на людях, он тоже не смог отрицать, что это является прямым преступлением. Но его ответ на всё был один: это были указания Сталина. Нужно ли было хрущёвцам всё это придумывать? Для чего? Ведь это абсолютно секретные материалы, которые никто не собирался обнародовать ни при Хрущёве, ни после его смещения. Есть акты о приведении приговора в отношении Берии – их-то для чего понадобилось бы подделывать, если никто и ничего никогда публиковать не собирался? Любая экспертиза докажет, что эта бумага составлена в то время и теми людьми, исполнена по правилам делопроизводства того времени, подписана необходимыми подписями».

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: