Ао логос обратилось в краевой суд с иском о возмещении вреда

Обновлено: 02.10.2022

Верховный суд (ВС) РФ сделал важные разъяснения для пострадавших от залива квартир: отсутствие документов, подтверждающих характер и степень причинённого ущерба, и стоимость проведённых ремонтных работ не являются основанием для отказа во взыскании компенсации. Также истцы могут ошибиться с ответчиками по делу о потопе, суд не может отказывать в их требованиях из-за этой оплошности, а должен сам устранить все препятствия для восстановления справедливости, подчеркивает высшая инстанция.

Дело о потопе

Жительница Ставропольского края подала иск к соседям и управляющей компании о возмещении вреда, причиненного заливом квартиры.

Истица просила суд взыскать солидарно стоимость восстановительного ремонта, судебные расходы на оценку ущерба и производство судебной экспертизы, а также стоимость госпошлины. Общая сумма иска составила более 370 тысяч рублей.

Согласно материалам дела причиной инцидента стал срыв трубы на разводке горячего водоснабжения в квартире сверху. В результате была испорчена потолочная плитка в жилой комнате, на кухне и в коридоре, пол в коридоре и практически весь санузел. Управляющая компания на следующий день составила об этом акт.

Причинённый ущерб и составленный акт ответчики не отрицали и не опровергали, но в удовлетворении требований просили отказать.

Тем не менее Октябрьский суд Ставрополя иск удовлетворил и даже взыскал в пользу пострадавшей дополнительные расходы на проведение судебной строительно-технической экспертизы — чуть более 21,5 тысячи рублей.

Однако Ставропольский краевой суд это решение полностью отменил и вынес постановление об отклонении иска в полном объеме. Более того, апелляция взыскала расходы на экспертизу уже с истицы.

Пострадавшая от залива квартиры с таким решением не согласилась и дошла с жалобой до Верховного суда.

Кто виновен в заливе?

Районный суд, удовлетворяя требования истицы, исходил из того, что материальный ущерб жильцу причинен и соседями, и управляющей компанией, так как они вынесли обоюдное решение о внесении изменений в систему горячего водоснабжения.

«Имеется совокупность условий для возмещения вреда, причиненного в результате залива помещения, вина собственников квартиры, которые не должны были самовольно производить врезку в общедомовую трубу горячего водоснабжения, вина ответчика ООО «Жилищная управляющая компания № 4», работник которого бесконтрольно произвел указанные работы, не согласовав с собственниками помещений многоквартирного дома и управляющей компанией, а также невыполнение управляющей компанией обязанности по проведению проверки температурно-влажного режима подвальных помещений, контролю состояния технических коммуникаций своевременному устранению выявленных нарушений», — указала первая инстанция.

Суд апелляционной инстанции посчитал, что солидарная ответственность наступить не может, так как участок инженерной системы горячего водоснабжения, врез в который привел к потопу, относится к общедомовому имуществу.

Следовательно, решил краевой суд, ответственность за такой прорыв несет управляющая компания, так как она некачественно исполняла обязанность по обеспечению технически исправного состояния общего имущества.

Доказательств же того, что жильцы квартиры сверху также несут ответственность за потоп суд не получил, указала апелляция.

Она также обратила внимание, что истица не представила в процесс доказательства, подтверждающие виды и стоимость ремонтных работ, расходы на материалы и оборудование, необходимые для устранения дефектов, возникших исключительно в результате затопления. То есть истцом не доказан размер причиненного в результате залива материального вреда, полагает краевой суд.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда сочла, что при рассмотрении дела суд апелляционной инстанции допустил существенное нарушение норм материального и процессуального права.

Ответственность управляющей компании

Верховный суд в решении подробно проанализировал обязанности управляющей компании и понятия общего имущества в доме. Он цитирует подпункт 3 пункта 1 статьи 36 Жилищного кодекса РФ, согласно которому собственникам принадлежит общее имущество в многоквартирном доме, в том числе санитарно-техническое и иное оборудование.

В соответствии с пунктом 5 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением правительства от 13 августа 2006 года No 491, в состав общего имущества включаются внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учёта холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях, напоминает суд.

«Из приведённых правовых норм следует, что внутридомовые инженерные системы горячего и холодного водоснабжения до первого отключающего устройства, а также это устройство включаются в состав общего имущества многоквартирного дома», — указывает он.

Пункт 10 правил регламентирует, что общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства (в том числе о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, техническом регулировании, защите прав потребителей) в состоянии, обеспечивающем соблюдение характеристик надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность для жизни и здоровья граждан, сохранность имущества физических или юридических лиц, государственного, муниципального и иного имущества и др.

Управляющие организации отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества — гарантируется пунктом 42 правил.

Также в соответствии с пунктом 2.1 статьи 161 Жилищного кодекса при непосредственном управлении домом ответственность перед собственниками за сохранность общего имущества и качественное выполнение работ несут лица, выполняющие услуги по содержанию и ремонту общего имущества, обеспечивающие холодное и горячее водоснабжение и осуществляющие водоотведение, электроснабжение, газоснабжение (в том числе поставки бытового газа в баллонах), отопление (теплоснабжение, в том числе поставки твердого топлива при наличии печного отопления), обращение с твердыми коммунальными отходами, напоминается в решении.

«Следовательно, обязанность по содержанию и ремонту общего имущества многоквартирного дома, включая внутридомовые инженерные системы холодного водоснабжения до первого отключающего устройства, возложена на управляющую организацию», — отмечает ВС.

Он напоминает, что в ходе процесса было установлено, что причиной залива квартиры истца явился срыв первого запорно-регулировочного крана на отводе разводки от стояка горячего водоснабжения в квартире.

«При таких обстоятельствах для правильного разрешения спора надлежало установить, относится ли участок инженерной системы горячего водоснабжения, прорыв которого послужил причиной залива квартиры, к общему имуществу многоквартирного дома и возлагается ли ответственность за такой прорыв на управляющую компанию, а также обстоятельства, связанные с возникновением причины залива — действия (бездействие) собственников квартиры сверху и управляющей компании по надлежащему содержанию и эксплуатации трубы горячего водоснабжения», — поясняет высшая инстанция.

Истец может ошибиться с ответчиком

ВС удивился позиции апелляции, отказавшей взыскать ущерб пострадавшей от залива квартиры из-за того, что истица настаивала на солидарной ответственности соседей и управляющей компании.

Краевой суд решил, что ответственность за прорыв несёт только управляющая компания, так как он произошёл на участке общего домового имущества. Но раз заявительница хотела получить компенсацию с обоих ответчиков, то суд решил ей в требованиях вовсе отказать. При этом апелляция сослалась на возможность реализации пострадавшей своего нарушенного права иными предусмотренными законом способами.

Между тем суд апелляционной инстанции не опроверг вывод суда первой инстанции о соответствии выбранного истцом способа защиты своего права и не обосновал в определении, каким именно иным способом соизмеримым нарушенному праву, возможно устранить допущенное ответчиком нарушение прав истца, указывает ВС.

Он отмечает, что «суд апелляционной инстанции не учел, что отсутствие солидарной ответственности не является основанием для освобождения от обязанности его возмещения лицом, причинившим вред, привлеченным к участию в деле в качестве ответчика».

Размер убытков

ВС РФ также не согласился с выводами об отсутствии оснований взыскивать жительнице ущерб из-за того, что не доказан размер причинённого материального вреда. Такая позиция не основана на законе, подчеркивает ВС.

Он ссылается на пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, которым предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Кроме того, в силу части 2 статьи 56 ГПК именно суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

А согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

ВС также приводит разъяснения пленума от 23 июня 2015 года, в абзаце втором пункта 12 которого указано, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

«По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению», — подчеркивает высшая инстанция.

ВС отмечает, что в таких случаях обязанностью суда является выяснение действительных обстоятельств дела: установление факта залива и виновного в произошедшем инциденте, факта причинения вреда имуществу истца и его оценки в материальном выражении. Но суд апелляционной инстанции эту обязанность не выполнил.

«При этом обязанность по возмещению причинённого вреда и случаи, в которых возможно освобождение от такой обязанности, предусмотрены законом. Недоказанность размера причинённого ущерба к основаниям, позволяющим не возлагать гражданско-правовую ответственность на причинителя вреда, действующим законодательством не отнесена», — поясняет ВС.

Он посчитал допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права существенными и непреодолимыми, в связи с чем отменил определение и отправил дело на новое рассмотрение.

Автор статьи — адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры».

Всего комментариев: 18

В 2013 вынесено решение суда о взыскании огромной суммы денег по иску микрофинансовой организации. Узнала об этом в 2020, так как истец подал заявление приставам только в 2017 путём восстановления сроков подачи. Восстановить сроки подачи апелляционной жалобы не удалось ни в городском, ни в касаци. В Верховный стоит подавать?

Доброе время Суток! Моя сестра в 15 лет родила ребенка. Мужчину отца ребенка привлекли к уголовной ответственности и дали 5 лет условно, так как было все по согласию. На суде он указал, что признает себя отцом этого ребенка и готов помогать всячески, что подтверждено записью из протокола судебного заседания. С сестрой они не жили вместе после суда, но ребенку иногда он оказывал помощь. Данный факт о передаче материальной помощи или вещи нигде не фиксировался, деньги передавались лично. Ребенок записан на маму, по документам одинокая мама, ребенок записан со слов матери, так как на момент судебного заседания ребенку уже было 3 месяца. После суда отцовство не оформляли. 2 месяца назад отец ребенка умер. Сейчас сестра хочет обратиться в суд об установлении факта признания отцовства, чтобы получать пенсию по потере кормильца. В наследство вступать не будет, так как у него очень много кредитных обязательств, имущества никакого вообще нет. Вопрос: Возможно ли обратиться в суд с таким заявлением об установлении факта признания отцовства и есть ли у нее шансы , что данные требования будут удовлетворены? Достаточно ли той записи из протокола судебного заседания, что он признал себя сам отцом ребенка в уголовном деле?

К ЗАЯВЛЕНИЮ О ПЕРЕСМОТРЕ РЕШЕНИЯ СУДА ПО ГРАЖДАНСКОМУ ДЕЛУ ПО ВНОВЬ ОТКРЫВШИМСЯ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМ ПРИЛОЖИЛИ НОТАРИАЛЬНО ЗАВЕРЕННЫЙ ПРОТОКОЛ ДОПРОСА СВИДЕТЕЛЯ. СВИДЕТЕЛЬ ЛЖЁТ — ЧТО ДЕЛАТЬ ?

Добрый день! Предоставить доказательства, опровергающие показания свидетеля

Путём мошенничества лицо завладело моей автомашиной. Через две недели от моего имени машина продана и переоформлена в МРЭО ГИБДД на третье лицо без моего ведома подделав договор купли продажи ТС, подпись в нём от моего имени и подпись от моего имени в ПТС. По факту мошенничества по моему заявлению возбуждено уголовное дело по ч.2 ст.159 УК РФ в отношении лица которое путём обмана и злоупотребления доверием завладело моим автомобилем. За две недели до переоформления автомашины на третье лицо у мошенника имеются четыре штрафа за нарушения ПДД зафиксированные камерами видеофиксации. Эти четыре нарушения ПДД совершённые им поступили как собственнику автомобиля на моё имя. По нарушениям зафиксированным камерами видеофиксации не действует презумпция невиновности. В связи с чем мне самому придётся доказывать свою невиновном. Кому и куда мне обратиться чтоб административные правонарушения которые я не совершал могли с меня снять. Каков порядок обращения о снятии с меня этих нарушений и штрафов?

Добрый день, я из Булоруси, бывший супруг должен крупную сумму денег, которую занял у моей семьи, но никаких подтверждающих документов, кроме присутствия при передаче денег нету. Как быть?

Добрый день! Данный вопрос разрешается по законодательству Республики Беларусь.

Человек занял деньги, написал расписку и скрылся. Срок возврата прошёл. Заявление в полиции приняли, сразу рекомендовали писать заявление в суд. В суде сказали, что нужно решение по заявлению от полиции. Что делать в данной ситуации?

Я гражданинка республики Казахстан.Куда и как надо писать жалобу на нотариуса.Он составил договор о купле продаже частного дома(нашего) ,и сумму писал на 18млн.тенгье(неправильную сумму),незнаем с какой целью.А самом деле мы продали за 12млн.теньге.Когда мы спросили почему такая сумма,он сказал это не имеет никакого значения.Муж подписал.Оказывается мы будем платить налоги,потому что,мы должны платить налог (1,5млн
Теньге).Это мы узнали через год.Он это знал и не предупредил.

Добрый день! Данный вопрос разрешается по законодательству Республики Казахстан, наше адвокатское бюро не уполномочено давать консультации по иностранному законодательству.

Здравствуйте. у нас были проблемы с банком по эпотеке на данный момент все наладилось было мировое соглашение через суд. в связи с такой ситуацией просим эпотечные каникулы банк не против. но нужно подать заявление в суд так как у нас с банком было мировое соглашение. мне нужен образец такого заявления.

Я, Абдуллоев Фаридун Хабибуллоевич. Гражданин Республики Таджикистан был незаконно депортирован из территории Российской Федерации 27 июля 2019 на 38 лет. Прошу разобраться в моём деле, так как считают запрет необоснованным.

нужен образец возражения на апелляционную жалобу по административному делу

Оставить комментарий Отменить ответ

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» — качественная юридическая помощь по всей России. Ваш регион не имеет значения!

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Горшкова В.В.,

судей Гетман Е.С., Киселева А.П.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Шляхова Александра Владимировича и Евсеевой Натальи Валентиновны к Обществу с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Жилкомсервис" о возмещении материального ущерба и компенсации судебных расходов,

по кассационной жалобе Шляхова Александра Владимировича на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 12 октября 2017 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Киселева А.П., выслушав представителя Шляхова А.В. и Евсеевой Н.В. - Сокрава О.В., поддержавшую доводы кассационной жалобы, представителя ООО "Управляющая компания "Жилкомсервис" - Аверину А.М., возражавшую против удовлетворения кассационной жалобы,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

Шляхов А.В. обратился в суд с иском к ООО "УК "Жилкомсервис" о возмещении материального ущерба в размере 554 600 руб. и судебных расходов в общей сумме 40 816 руб., указывая в обоснование заявленных требований на то, что 3 декабря 2016 г. в результате падения дерева, произраставшего на придворовой территории многоквартирного жилого дома по адресу: Краснодарский край, г. Туапсе, ул. К. Маркса, д. 25/15, обслуживаемого управляющей организацией ООО "УК "Жилкомсервис", был поврежден принадлежащий истцу автомобиль "LEXUS RX350", <. >года выпуска. Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства составляет 554 600 руб. По мнению истца, причинение ему имущественного ущерба связано с бездействием ответчика, который не обеспечил надлежащее содержание общего имущества многоквартирного жилого дома.

Евсеева Н.В. обратилась в суд с аналогичным иском к ООО "УК "Жилкомсервис" о возмещении материального ущерба в размере 127 600 руб. и судебных расходов в общей сумме 33 872 руб., указывая на то, что 3 декабря 2016 года при тех же обстоятельствах в результате виновного бездействия ответчика было повреждено и ее имущество - автомобиль "TOYOTA COROLLA", <. >года выпуска, стоимость восстановительного ремонта которого составляет 127 600 руб.

Определением Туапсинского городского суда Краснодарского края от 24 мая 2017 года указанные гражданские дела объединены в одно производство.

Решением Туапсинского городского суда Краснодарского края от 5 июля 2017 г. исковые требования удовлетворены частично.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 12 октября 2017 г. решение суда первой инстанции отменено. По делу постановлено новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В кассационной жалобе заявителем ставится вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 12 октября 2017 г.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Киселева А.П. от 23 июля 2018 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, и возражения на нее, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении данного дела.

Судами установлено и из материалов дела следует, что Шляхову А.В. на праве собственности принадлежит легковой автомобиль "LEXUS RX350", года выпуска, Евсеевой Н.В. - легковой автомобиль "TOYOTA COROLLA", <. >года выпуска.

Утром 3 декабря 2016 г. на вышеуказанные автомобили истцов, припаркованные ими во дворе многоквартирного жилого дома по адресу: Краснодарский край, г. Туапсе, ул. К. Маркса, д. 25/15, упали два дерева, произраставшие на земельном участке с кадастровым номером <. >.

Данный земельный участок относится к придомовой территории многоквартирного жилого дома N 25/15 по ул. К.Маркса г. Туапсе Краснодарского края, находящегося в управлении ООО "УК "Жилкомсервис".

В результате происшествия автомобилям истцов причинены механические повреждения. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля Шляхова А.В. составляет 554 600 руб., автомобиля Евсеевой Н.В. - 127 600 руб.

Разрешая заявленные требования и удовлетворяя их, суд первой инстанции исходил из того, что ООО "УК "Жилкомсервис" является обслуживающей организацией земельного участка, где произрастали упавшие деревья, и на нем лежит предусмотренная законом обязанность по контролю за состоянием зеленых насаждений на придомовой территории многоквартирного жилого дома N 25/15 по ул. К.Маркса г. Туапсе Краснодарского края, уборке деревьев, представляющих угрозу для безопасности жизни и здоровья граждан, имущества юридических и физических лиц. Ненадлежащее исполнение данных обязательств привело к падению деревьев на автомобили истцов, в связи с чем суд пришел к выводу о возложении обязанности по возмещению материального ущерба Шляхову А.В. и Евсеевой Н.В. на ООО "УК "Жилкомсервис".

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявленного иска, суд второй инстанции указал, что падение деревьев произошло вследствие непринятия истцами мер для сохранности своего имущества (парковки их в зоне зеленых насаждений), а также обстоятельств непреодолимой силы (неблагоприятных погодных условий), то есть вред имуществу истцов причинен в результате форс-мажорных обстоятельств, а не по причине ненадлежащего содержания ответчиком зеленых насаждений, в связи с чем освободил ООО "УК "Жилкомсервис" от обязанности по возмещению Шляхову А.В. и Евсеевой Н.В. причиненного материального ущерба.

Также суд апелляционной инстанции сослался на недоказанность истцами того, что обязательства по содержанию зеленых насаждений ООО "УК "Жилкомсервис" исполнялись ненадлежащим образом, что в свою очередь должно состоять в прямой причинно-следственной связи с причинением ущерба истцам от падения деревьев на принадлежащие им автомобили.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что с обжалуемым судебным постановлением согласиться нельзя по следующим основанием.

В силу пункта 6 части 2 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации апелляционное определение суда апелляционной инстанции должно отвечать требованиям законности и обоснованности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", судам необходимо учитывать, что по смыслу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств. Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (пункты 28, 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2012 г. N 13).

Статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Из изложенных норм процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что выводы суда, в том числе и апелляционной инстанции, об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также требований и возражений сторон.

Кроме того, в силу положений статей 67, 71, 327, 327.1, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. В противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства, установленные статьей 2 названного Кодекса.

Разрешая исковые требования и приходя к выводу о наличии причинно-следственной связи между бездействием управляющей организации ООО "УК "Жилкомсервис" и наступлением материального ущерба, причиненного Шляхову А.В. и Евсеевой Н.В., суд первой инстанции, принял во внимание представленные стороной истцов в дело акт комиссионного обследования упавших 3 декабря 2016 г. деревьев, произраставших на земельном участке в кадастровых границах многоквартирного жилого дома по адресу: Краснодарский край, г. Туапсе, ул. К. Маркса, д. 25/15, составленный городской санитарной комиссией от 22 декабря 2016 г., письмо администрации Туапсинского городского поселения Туапсинского района от 29 декабря 2016 г. N 1839/09.04, а также показания допрошенного в суде первой инстанции свидетеля Степаненко Е.В., согласно которым при обследовании было выявлено неудовлетворительное санитарное состояние упавших деревьев, стволы повреждены гнилью, древесина мягкая, полость деревьев гнилая, некроз ствола. Данные деревья относятся к категории аварийно-опасных, представляли угрозу жизни и здоровья граждан, имущества.

Проверяя законность постановленного решения в апелляционной порядке, суд апелляционной инстанции констатировал лишь наличие предусмотренных положениями статьи 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации обстоятельств непреодолимой силы (неблагоприятных погодных условий в день происшествия), как оснований для освобождения ООО "УК "Жилкомсервис" от ответственности за причинение вреда Шляхову А.В. и Евсеевой Н.В.

Одновременно суд второй инстанции сослался на неправомерные действия истцов, выразившееся в парковке своих автомобилей в зоне зеленых насаждений в преддверии наступления неблагоприятных метеорологических явлений.

Однако, судом апелляционной инстанции не учтено, что непреодолимую силу как чрезвычайное обстоятельство характеризует такой фактор как непредсказуемость.

В связи с этим, ветреная погода, случающаяся в том или ином месте систематически, не обладает характером чрезвычайности.

Между тем, обстоятельство того, могла ли ветреная погода, вследствие которой упали деревья в г. Туапсе, отвечать признакам чрезвычайности, судом апелляционной инстанции не устанавливалось.

Кроме того, в нарушение требований статьи 67, пункта 6 части 2 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции не указал мотивы, по которым он отверг представленные истцами в дело письменные доказательства и свидетельские показания в обоснование причин падения деревьев на автомобили истцов.

При этом, суд второй инстанции не привел в определении каких-либо доказательств наличия причинно-следственной связи между неблагоприятными погодными условиями в день происшествия, квалифицированными им как обстоятельства непреодолимой силы, и наступившими последствиями в виде повреждения имущества истцов.

Отсутствует в апелляционном определении и указание на то, какие именно положения закона или иных нормативно-правовых актов нарушили истцы, припарковав свои автомобили на придворовой территории многоквартирного жилого дома N 25/15 по ул. К.Маркса г. Туапсе Краснодарского края. Таким образом, суд второй инстанции не мотивировал, в чем состоит грубая неосторожность истцов применительно к требованиям статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем, оценка доказательств, отражение ее результатов в судебном решении и мотивировка выводов суда относительно установленных и опровергнутых по делу обстоятельств являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Ссылаясь на необоснованность выводов районного суда об аварийно-опасном состоянии упавших деревьев в отсутствие в деле заключения судебной дендрологической экспертизы, суд апелляционной инстанции в нарушение требований статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не поставил на обсуждение сторон вопрос о необходимости ее проведения, не уточнил юридически значимые обстоятельства и не определил, какой именно стороне следует доказать причины падения деревьев, произраставших на придомовой территории, относящейся к общему имуществу многоквартирного жилого дома, подтверждаемые лишь таким средством доказывания.

Кроме того, обосновывая свои выводы положениями статей 1064, 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающими общие правила презумпции вины лица, причинившего вред, суд апелляционной инстанции констатировал о недоказанности истцами факта ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по содержанию зеленых насаждений на придворовой территории многоквартирного жилого дома по адресу: Краснодарский край, г. Туапсе, ул. К. Маркса, д. 25/15.

При этом суд не привел доводов, по которым он отступил от общего правила распределения бремени доказывания по делам, возникающим их деликтных правоотношений.

При таких обстоятельствах суду следовало дать правовую оценку вопросу о виновности указанного бездействия ответчика и наличии либо отсутствии причинно-следственной связи между этим действием и убытками, причиненными истцам, с учетом всей совокупности представленных в дело доказательств, при необходимости уточнить юридически значимые обстоятельства и поставить на обсуждение сторон вопрос о представлении дополнительных доказательств в подтверждение заявленных сторонами требований и возражений.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит нужным отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 12 октября 2017 г. с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

Конституция Российской Федерации в ст. ст. 46 и 52 гарантирует охрану прав потерпевших от преступлений, обеспечение им доступа к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Требование о защите прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, включает в себя устранение преступных последствий, в том числе путем восстановления нарушенных гражданских прав потерпевших от преступлений лиц.

Согласно ст. 12 ГК РФ к числу способов защиты гражданских прав относятся возмещение убытков и компенсация морального вреда.

В уголовном судопроизводстве обязанность государства обеспечить надлежащую защиту гражданских прав потерпевших от преступлений физических и юридических лиц, сформулированная в ст. 6 УПК РФ, реализуется посредством разрешения исков о возмещении имущественного ущерба или компенсации морального вреда.

Возмещение вреда, причиненного преступлением, вопреки распространенному среди юристов мнению, не является специальным институтом возмещения вреда (например, как институты возмещения вреда – источником повышенной опасности или возмещения вреда при исполнении служебных обязанностей). Здесь действуют общие положения о возмещении вреда, предусмотренные ст. 1064 ГК РФ, такие, как: «возмещается только реально причиненный вред», «виновность причинившего», «полный размер возмещения», «наличие причинной связи» и т. п. Именно в силу этого гражданский истец по уголовному делу, при наличии одновременно специального института возмещения вреда, вправе выбирать – с кого же ему возмещать вред: с преступника или, скажем, с владельца источника повышенной опасности (если преступник причинил вред, используя такой источник)? Или: с преступника или с организации, в которой он исполнял служебные обязанности при причинении вреда? Полагаю, что нашим читателям нет необходимости подчеркивать, что автор под преступником здесь понимает то лицо, которое суд назовет преступником в приговоре суда.

Преимущества гражданского иска в уголовном процессе очевидны с точки зрения процессуальной экономии и полноты исследования доказательств. Так, подсудность и подведомственность гражданского иска определяются подсудностью уголовного дела (часть 10 ст. 31 УПК РФ). Тем самым лицо, признанное гражданским истцом по уголовному делу, освобождается от необходимости дважды участвовать в судебных разбирательствах – сначала по уголовному делу, затем по гражданскому делу. Немаловажным фактором является и то, что зачастую гражданскому истцу судиться по месту уголовного процесса попросту удобнее, нет необходимости отправлять иск по месту жительства или нахождения ответчика, а таким местом может быть совсем другой регион страны. При предъявлении гражданского иска гражданский истец освобождается от уплаты государственной пошлины (часть 2 ст. 44 УПК РФ, п. п. 4 п. 1 ст. 333.36 НК РФ).

Кроме того, уголовно-процессуальное законодательство предъявляет упрощенные требования к оформлению гражданского иска в уголовном деле.

Уголовно-процессуальный закон не обязывает, в отличие от норм ГПК РФ, гражданского истца прикладывать к исковому заявлению его копии в соответствии с количеством ответчиков. Обвиняемый о том, что к нему предъявлен гражданский иск, может узнать только при ознакомлении с материалами уголовного дела либо в судебном заседании.

Допускается произвольная форма искового заявления, отсутствие в нем сведений о лице, несущем гражданско-правовую ответственность за вред, причиненный преступлением, цене и основаниях иска. Так, в одном из сложных дел, связанных со злоупотреблением должностными полномочиями, где автору публикации довелось участвовать, его коллега, защищавший одного из привлекаемых к уголовной ответственности, активно возражал против принятия искового заявления на крупную сумму от государственной организации, гражданского истца по уголовному делу, и просил этот иск оставить без рассмотрения в связи с тем, что в заявлении не были названы основания иска. Отклоняя возражения адвоката, суд резонно указал, что в силу части 2 ст. 250 УПК РФ отсутствие оснований иска в исковом заявлении, в отличие от гражданского процесса, не является препятствием для рассмотрения иска, поскольку в качестве таковых выступает сам факт предъявления обвинения. Привлекаемые к уголовной ответственности лица уже в силу этого факта являются гражданскими ответчиками (но не всегда это так, о чем речь пойдет ниже), если вред преступлением причинен, так что за основаниями далеко ходить не нужно.

Полагаем, что по смыслу норм действующего УПК РФ, в том числе ч. 4 ст. 42, ч. 2 ст. 136, ч. 2 ст. 309 УПК РФ, гражданский иск должен предъявляться в виде письменного заявления на имя следователя (дознавателя) либо суда. Не согласимся в этой связи с бытующим мнением о том, что гражданский иск может быть предъявлен как в письменной, так и в устной форме (когда устное исковое заявление заносится в протокол). Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 31 января 2011 г. № 1-П, гражданско-правовые требования о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, вне зависимости от того, подлежат они рассмотрению в гражданском или уголовном судопроизводстве, разрешаются в соответствии с нормами гражданского законодательства. При этом в силу ч. 1 ст. 131 ГПК РФ исковое заявление подается в суд в письменной форме (подробнее см.: Гражданский иск в уголовном судопроизводстве (Сычева О. А.) («Мировой судья», 2015, № 5)).

Гражданскому истцу в уголовном процессе не очень-то трудно и с доказательствами по предъявленному иску. В их качестве выступают все материалы уголовного дела, все его тома и листы – от первого до последнего. Если факт совершения преступления привлекаемым к уголовной ответственности лицом будет доказан, если будет подтверждено, что вред причинен непосредственно преступлением – есть, как правило, все основания и для удовлетворения иска. А дальше, кто не согласен – жалуйтесь. Доказывайте свою невиновность, а значит, и отсутствие оснований для взыскания.

Вот почему, на наш взгляд, гражданскому истцу всегда легче в уголовном процессе, чем в гражданском. За него очень многое делают государственные правоохранительные органы: сбор доказательств, определение размера ущерба, обеспечение иска и т.п. Необходимо только внимательно отслеживать соблюдение своих прав, всю динамику этого процесса.

Согласно пункту 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию характер и размер вреда, причиненного преступлением. Следовательно, ключевым при решении вопроса о признании гражданина или юридического лица потерпевшим от преступления и, соответственно, гражданским истцом выступает понятие «вред».

В уголовно-процессуальном праве определение понятию «вред» не дано, что вызывает некоторые трудности при решении вопроса о признании лица гражданским истцом. Следователи порой затрудняются определить, кому именно причинен вред в результате преступления и, следовательно, – кого признавать потерпевшим и гражданским истцом (так, сейчас следствие по делу так называемой «МММ по-хабаровски» в тупике: кто является потерпевшим по делу – кредитные потребительские кооперативы (юридические лица) или граждане, доверившие кооперативам свои денежные сбережения?).

В связи с этим вполне оправданно обратиться к цивилистике, так как само понятие «вред» сформировано именно цивилистикой (см.: Гражданский иск в уголовном деле: от теории к практике (Сушина Т. Е.) («Журнал российского права», 2016, № 3).

Определение понятия «вред», сформулированное в цивилистике, представляется приемлемым и для уголовно-процессуальных отношений.

Вред, причиненный в результате преступления, подразделяется применительно к гражданам на физический, имущественный и моральный, к юридическим лицам – на имущественный вред и вред деловой репутации.

Общепринято под физическим вредом понимать вред, причиненный жизни и здоровью. Имущественный вред (ущерб) обусловлен лишением имущества, материальных благ и выражается в денежной сумме. Моральный вред определен в ст. 151 ГК РФ как физические и нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на другие принадлежащие гражданину нематериальные блага.

Разрешение гражданских исков в уголовном деле основано на установлении таких юридических фактов, как наличие преступления, причинение преступлением вреда, наличие причинной связи между преступлением и наступившим вредом. И если в установлении факта наличия преступления со стороны привлекаемых к уголовной ответственности лиц роль гражданского истца по понятным причинам невелика, то в определении размера причиненного вреда его активная позиция в уголовном процессе может сыграть ключевую роль.

При этом суд должен проявлять максимум объективности, поскольку, увлекшись задачей восстановления социальной справедливости, суд может не заметить предвзятости со стороны гражданского истца по отношению к виновному (помните знаменитое выражение пострадавшего Шпака из фильма Леонида Гайдая: «три магнитофона, три портсигара, куртка замшевая – три…»). Так, в одном из уголовных дел, связанных с похищением из предприятия импортного грузового автомобиля, районный суд в приговоре указал о взыскании с виновных более четырех миллионов рублей ущерба (то есть – полную балансовую стоимость украденного), хотя органами следствия предприятию были возвращены (и приняты последним!) запчасти с разукомплектованной похитителями машины в размере более половины ее стоимости. По апелляционной жалобе защитника краевой суд, разумеется, сумму взысканного вполовину уменьшил.

В соответствии со ст. 44 УПК РФ гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением. Приведенная здесь норма закона – это наглядная иллюстрация того, что в законе случайных слов или выражений не бывает. Мы, конечно, здесь имеем в виду слова «непосредственно преступлением». Дело в том что преступления могут иметь отдаленный, опосредованный вред, в первооснове которого лежит, между тем, вредоносность преступного деяния. Приведенная норма закона регламентирует, что гражданский иск в уголовном процессе может и должен заявляться лишь тогда, когда вред причиняется непосредственно совершенным преступлением. Только такой гражданский иск подлежит принятию и рассмотрению. Не является гражданским истцом по уголовному делу, к примеру, лицо, обратившееся с регрессным требованием. Или лицо, пострадавшее от отдаленных последствий преступления.

Между тем, судьи не всегда это учитывают. Так, в одном из уголовных дел с участием автора статьи в качестве защитника, суд взыскал с осужденного вред в пользу гражданина, лишившегося жилья по гражданскому иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Гражданин этот не был по такому иску признан добросовестным приобретателем, поскольку приобрел жилье хотя и по возмездной сделке, но жилье это ранее вышло из владения собственника помимо его воли (в результате мошеннических действий, за которые и был осужден виновник по уголовному делу). Защитник обратил внимание суда, что взыскивать ущерб в рамках уголовного дела с виновника нельзя, так как пострадавшему гражданину вред причинен не непосредственно преступлением, а порочной сделкой, которой предшествовал еще целый ряд порочных сделок. Со всеми этими сделками необходимо дополнительно разбираться и возлагать ответственность на всех виновных лиц. Суд районного звена не придал этому замечанию защитника никакого значения, но краевой суд применил положения ст. 44 УПК РФ, изменив в этой части приговор и постановив рассмотреть гражданский иск фактического приобретателя квартиры в отдельном гражданском процессе.

Поскольку к преступлению уголовный закон (ст. 14 УК РФ) относит виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное Уголовным кодексом под угрозой наказания, то теоретически любое совершенное преступление может причинить вред, подлежащий возмещению, так как это деяние – общественно опасно. На практике это не всегда так. Преступление может быть совершено, а возмещать вред в его материально-правовом смысле – некому. Например, если преступление совершено с нарушением интересов государства или прав личности, но без видимых, ощутимых материальных последствий. Кроме того, после преступления не все пострадавшие желают возмещать причиненный им вред (по самым разным, иногда глубоко личным, причинам). Так, по данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ, лишь 10% уголовных дел завершаются судами с разрешением гражданских исков. Проведенные исследования показывают, что доля фактического исполнения соответствующих судебных решений по возмещению вреда, причиненного преступлением, составляет менее 21% (см.: Стимулирование обвиняемого к возмещению причиненного преступлением вреда: проблемы и перспективы (Карабанова Е.Н., Цепелев К.В.) («Российская юстиция», 2016, №5)).

И все же можно выделить наиболее типичные, чаще всего встречающиеся примеры возмещения вреда в связи с совершенными преступлениями (и, соответственно, примеры гражданских исков в уголовных процессах):

•возмещение вреда от корыстных преступлений (кражи, грабежи, мошенничества, вымогательства и др.);

•возмещение вреда от насильственных преступлений (разбойные нападения, хулиганские действия, причинения телесных повреждений, истязания и др.);

•возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью (вследствие убийств, изнасилований, тяжких ДТП, преступлений по службе и др.);

•возмещение вреда от преступлений на транспорте, от тяжких ДТП, от аварий, взрывов, пожаров и др.;

•возмещение вреда от должностных преступлений (превышение должностных полномочий, злоупотребление должностными полномочиями, иные преступления по службе);

•возмещение вреда от преступлений против интересов коммерческих организаций;

•возмещение вреда от террористических актов;

•возмещение морального вреда;

•иные возмещения вреда.

СПОСОБЫ И РАЗМЕР ВОЗМЕЩЕНИЯ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО ПРЕСТУПЛЕНИЕМ

На практике такой способ, как возмещение вреда в натуре, по уголовным делам используется редко и выступает чаще всего в форме возвращения части похищенных вещей (иногда – с существенным дисконтом их реальной стоимости), в форме восстановительного ремонта поврежденного имущества и т. п.

Гораздо чаще речь идет о возмещении причиненных убытков. Это может быть взыскание стоимости украденного, поврежденного, причиненного, денежная компенсация морального вреда. И тут очень важно точно определить размер вреда, причиненного преступлением, в целях его полного возмещения.

Гражданско-правовые споры являются одними из самых сложных, требуют от судей глубокого знания норм материального права. Порой в рамках уголовного процесса судья-криминалист, специализирующийся в суде первой инстанции на рассмотрении уголовных дел, не всегда сразу может разобраться в том, кто является действительным собственником определенного имущества, кому причинен реальный ущерб. Немалые трудности возникают и с определением суммы ущерба, подлежащей возмещению. Особенно это касается споров, связанных с осуществлением сделок хозяйствующими субъектами (подробнее см.: Возмещение вреда, причиненного преступлением (Титова В. Н.) («Законность», 2013, № 12)).

Обращает на себя внимание и то, что стоимость имущества, являющегося предметом преступных посягательств, постоянно возрастает, причем не всегда сразу можно разобраться, какой вид стоимости (кадастровой, рыночной, балансовой) должен применяться при оценке причиненного вреда.

Безусловно, все перечисленное требует от правоохранительных органов дополнительных усилий, знаний, повышения профессионального мастерства, ведь закон гарантирует потерпевшему, как мы уже указывали, возмещение как имущественного, так и морального вреда, причиненного преступлением, путем предоставления возможности защитить свои права одновременно с рассмотрением уголовного дела.

Размер имущественного вреда, подлежащего возмещению потерпевшему, определяется, исходя из цен, сложившихся на момент вынесения решения по предъявленному иску. Из этого общего правила имеются исключения. Так, согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 (ред. от 16.05.2017) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», определяя размер похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов. В одном из уголовных дел с участием автора публикации, связанных с мошенническими действиями в отношении муниципальных квартир, например, суд справедливо не согласился со стоимостью похищенных квартир, определенной по средней величине стоимости квадратного метра жилья в Хабаровске, и назначил оценочную экспертизу. Она определила стоимость похищенного с учетом индивидуальных (а не усредненных) особенностей конкретной квартиры. В дальнейшем это повлияло не только на размер гражданского иска (в меньшую сторону), но и на квалификацию содеянного и, как следствие, – на размер определенного судом наказания.

Размер присужденной ко взысканию суммы компенсации причиненного вреда не может быть увеличен с учетом индексации в порядке исполнения приговора, поскольку такое решение не предусмотрено главой 47 УПК РФ. Заявление гражданского истца об индексации рассматривается судом в порядке гражданского судопроизводства в соответствии с частью 1 статьи 208 ГПК РФ (п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 №17 (ред. от 16.05.2017) «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве»).

Причиненный преступными действиями нескольких лиц имущественный вред может быть возмещен по принципу солидарной гражданско-правовой ответственности, тогда как моральный вред компенсируется в денежной форме по правилам долевой ответственности, исходя из характера и объема причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и степени вины каждого (см.: Гражданский иск в уголовном процессе (Бубчикова М.В.) («Российский судья», 2015, №9)).

МИХАИЛ СЛЕПЦОВ, АДВОКАТ, УПРАВЛЯЮЩИЙ ПАРТНЕР АДВОКАТСКОГО БЮРО «СЛЕПЦОВ И ПАРТНЕРЫ», КАНДИДАТ ЮРИДИЧЕСКИХ НАУК, ДОЦЕНТ, ЗАСЛУЖЕННЫЙ ЮРИСТ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Источник публикации: информационный ежемесячник «Верное решение» выпуск № 02 (184) дата выхода от 20.02.2018.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: