Адвоката не пускают к задержанному

Обновлено: 16.08.2022

Заместитель президента АП Санкт-Петербурга (далее – АП СПб), председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП СПб Сергей Краузе сообщил, что всего в группу полномочных представителей палаты поступило порядка десяти обращений от адвокатов по данной ситуации. По его мнению, важно изучать каждый случай и выяснять, по какой причине защитники не были допущены к задержанным. Комиссия по защите профессиональных прав адвокатов АП СПб передаст имеющуюся информацию по недопускам в Совет АП СПб уже к ближайшему его заседанию, отметил Сергей Краузе.

Как стало известно «АГ», 2 апреля в Санкт-Петербурге адвокаты, представляющие интересы задержанных на акции против спецоперации на Украине граждан, столкнулись с нарушением их прав, равно как и прав их доверителей в связи с недопуском к ним в 16-м отделе полиции УМВД России по Василеостровскому району и 43-м отделе полиции УМВД России по Петроградскому району Санкт-Петербурга.

Адвокат КА «Gavel Legal» Екатерина Дадаева рассказала «АГ», что прибыла в 43-й отдел в 17 часов 10 минут для оказания юридической помощи административно задержанным доверителям, которые были доставлены туда за полтора часа до этого, но дежурный сообщил ей, что нужно немного подождать. «Около 18 часов я повторила просьбу допустить меня, но мне было повторно отказано со ссылкой на то, что меня допустят, когда начнут составлять протоколы об административном правонарушении. Однако когда это произойдет – дежурный пояснить не смог», – поделилась адвокат. К этому времени в отдел для оказания юридической помощи иным административно задержанным прибыли адвокаты Алексей Калугин, Сергей Подольский, Алексей Царев.

Как рассказала Екатерина Дадаева, пока они ждали, доверители смогли сообщить адвокатам, что в отношении них начинают составлять протоколы о доставлении, об административном правонарушении и отбирать письменные объяснения. Однако защитников для участия в этих действиях не позвали. Адвокат подчеркнула, что данный факт, несомненно, является нарушением права на защиту. «Стало понятно, что необходимо надлежащим образом зафиксировать недопуск адвоката для оказания юридической помощи. О ситуации я сообщила через экстренную службу 112, через дежурного ГУ МВД по СПб и ЛО, оставила письменное обращение в ГУ МВД, также зарегистрировала письменное заявление в дежурной части 43-го отдела полиции», – сообщила адвокат.

Кроме того, она и другие защитники сообщили о происходящем в адвокатскую палату, и позднее в отдел полиции прибыл полномочный представитель АП Санкт-Петербурга – Антон Меркушев, который составил акт о нарушении профессиональных прав коллег. После этого Екатерина Дадаева совместно с коллегами повторно обратилась с просьбой допустить их к доверителям, зафиксировав данное обращение на видео. «Наконец, мы оставили заявку в СПб ГКУ “ГМЦ” о сохранении видеозаписи с камеры наблюдения, находившейся в дежурной части 43-го отдела полиции», – добавила адвокат.

Екатерина Дадаева обратила внимание, что сами задержанные также указывали в составляемых процессуальных документах на необходимость получения юридической помощи от адвокатов, находящихся в помещении отдела полиции. «Только около 21 часа нас допустили к доверителям. Таким образом, почти четыре часа мы вынуждены были находиться в отделе полиции, ожидая разрешения оказать юридическую помощь административно задержанным и не имея возможности пообщаться с ними в условиях конфиденциальности перед составлением процессуальных документов», – прокомментировала она.

Екатерина Дадаева считает, что подобная ситуация является недопустимой, поскольку ст. 48 Конституции РФ гарантирует каждому право на квалифицированную юридическую помощь. Человек имеет право воспользоваться помощью защитника с момента задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения, таким правом обладают и административно задержанные в силу ч. 1 ст. 25.1 и ч. 3 ст. 28.2 КоАП РФ, подчеркнула она. Адвокат добавила, что в результате рассмотрения дел об административных правонарушениях в отношении ее доверителей Петроградский районный суд не усмотрел нарушения права на защиту при составлении протоколов об административном правонарушении, в связи с этим защита будет обжаловать постановление в Санкт-Петербургский городской суд.

Адвокат АП Ленинградской области Алексей Калугин рассказал «АГ», что с подобной ситуацией он сталкивается далеко не в первый раз. «Полагаю, на камерах СПб ГКУ “ГМЦ” указанные нарушения сотрудников полиции зафиксированы. Мы с коллегами будем доказывать, что был недопуск, и будем добиваться признания его незаконным. На мой взгляд, это беспредел, и с этим необходимо бороться. Я планирую подать административные иски по каждому случаю», – прокомментировал адвокат.

Адвокат АП Санкт-Петербурга Сергей Подольский в комментарии «АГ» добавил, что, после того как они с коллегами вызвали полномочного представителя адвокатской палаты, составили акты, пожаловались в ГУ МВД по СПб и ЛО на горячую линию, тогда оперативный дежурный прямо сообщил им, что начальство приказало не пускать адвокатов к задержанным. «После этого мы применили новую тактику: мы все вчетвером набрали ГУ МВД, линия там одна, и по очереди дозванивались до них, оставляли жалобы, только после этого нас допустили без проверки документов», – поделился адвокат. Сергей Подольский полагает, что именно это, а также звонки их доверителей на линию 112, очевидно, способствовало тому, что сотрудникам полиции дали команду впустить адвокатов к подзащитным, причем срочно.

С несколько иной ситуацией столкнулись защитники в 16-м отделе полиции. Как рассказала «АГ» адвокат АП Санкт-Петербурга Луиза Магомедова, она прибыла туда примерно в 17 часов, чтобы оказать помощь восьми доверителям. Адвокат оповестила дежурную о том, что является адвокатом, показала ордера и перечислила лиц, интересы которых она представляет. Однако на это сотрудница полиции заявила о том, что в данном отделе таких лиц в принципе нет. Луиза Магомедова настаивала, что ей достоверно известно об обратном, поскольку она, проходя к двери отдела полиции, видела через окно своих доверителей. Кроме того, она подчеркнула, что, хотя сотрудники полиции говорили о том, что ее доверителей нет в их отделе, сами они принимали подписанные фамилией пакеты от родственников для задержанных, в числе которых и были ее подзащитные. Поскольку адвоката так и не впустили, она сообщила о недопуске в ГУ МВД по СПб и ЛО, а также позвонила дежурному прокурору, который принял ее обращение.

Позднее к Луизе Магомедовой присоединилась еще одна адвокат, которую также не пускали по тем же основаниям. «Когда время было уже ближе к 21 часу, мы связались с АП Санкт-Петербурга, и к нам подъехал ее полномочный представитель, адвокат Леонид Крикун. Он тоже попытался добиться того, чтобы нас пропустили, но дежурная продолжала говорить, что ничего не знает, и вообще у нее совершенно другая работа», – рассказала адвокат.

Луиза Магомедова отметила, что если изначально причиной недопуска было якобы отсутствие задержанных в отделе, то после прибытия Леонида Крикуна сотрудница полиции сообщила о запрете пускать адвокатов. При этом попытки представителя адвокатской палаты добиться приема к кому-то из руководителей отдела не увенчались успехом – по словам дежурной, ни начальника, ни его заместителей не было на месте.

Адвокат добавила, что, после того как Леонид Крикун составил акт о нарушении профессиональных прав адвокатов, они с коллегой вновь позвонили по 112, сообщив, что уже четыре часа их не пускают к задержанным. Примерно через 5 минут после этого в отдел ворвались сотрудники полиции в полном обмундировании, сообщила она: «Они подошли к нам достаточно близко и попросили выйти. Я спрашивала, кто у нас все-таки примет жалобы, на что получила ответ, что их примут, когда план “Крепость” закончится. Мы вышли на улицу, и отдел закрыли, рядом стояли полицейские, их было достаточно много – человек 10–15. Своих доверителей я уже увидела только на следующий день в зале суда», – пояснила адвокат.

В комментарии «АГ» заместитель президента АП Санкт-Петербурга, председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП СПб Сергей Краузе сообщил, что всего в группу полномочных представителей палаты поступило порядка десяти обращений от адвокатов по данной ситуации. Он отметил, что представители палаты выезжали в отделы полиции и фиксировали имеющиеся нарушения. Сергей Краузе считает данные случаи вопиющими, по его мнению, важно расследовать каждый случай и выяснять, по какой причине был недопуск. «Комиссия по защите профессиональных прав адвокатов АП СПб передаст имеющуюся информацию по недопускам в Совет АП СПб уже к ближайшему его заседанию. Далее планируется обращение через Федеральную палату адвокатов к министру внутренних дел Владимиру Колокольцеву», – рассказал Сергей Краузе.

Как сообщает «АГ», Красногвардейский районный суд г. Санкт-Петербурга признал незаконными действия сотрудников полиции, выразившиеся в отказе допустить адвоката АП Санкт-Петербурга Сергея Подольского для оказания квалифицированной юридической помощи подзащитным. Отказ сотрудников полиции был мотивирован введением на территории ОВД плана «Крепость». Сергей Подольский поделился, что, по сути, он с поддержкой коллег из АП СПб изначально создал очень серьезную доказательственную базу, которую административному ответчику было довольно сложно оспорить. Председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП СПб Сергей Краузе отметил, что суд, удовлетворяя требования адвоката, создал очень хороший прецедент и в дальнейшем подобные нарушения не останутся без внимания и будут обжаловаться адвокатами.

Недопуск адвоката к доверителям

21 апреля 2021 г. адвокат Сергей Подольский, представляющий интересы задержанных граждан на митинге в поддержку Алексея Навального, столкнулся с нарушением своих прав, равно как и прав его доверителей в связи с недопуском к ним в 26-й отдел полиции УМВД России по Красногвардейскому району г. Санкт-Петербурга.

Сергей Подольский рассказал «АГ», что, приехав к зданию ОВД, он увидел автобус с задержанными, однако сотрудники полиции не дали к нему пройти, указав на то, что в настоящий момент идет доставление и защитник может быть допущен только после его окончания. Полицейские, стоявшие перед входом в отдел, также не пустили адвоката внутрь, ссылаясь на процедуру доставления.

После того как закончилось доставление, Сергей Подольский прошел к КПП и передал ордера и удостоверение адвоката оперативному дежурному. Как пояснил адвокат, дежурный не представился, забрал ордера и удостоверение, минуту с кем-то поговорил по телефону и попросил немного подождать. Через пять минут из двери отдела вышел полицейский в звании старшего лейтенанта, который, не представившись, сообщил, что в отделе введен план «Крепость», после чего выдворил адвоката за территорию ОВД.

После этого адвокат пожаловался на действия полицейских по телефону горячей линии УМВД России по г. Санкт-Петербургу, а также подал жалобы через интернет-приемную городской прокуратуры и УМВД России по г. Санкт-Петербургу. Сергей Подольский указал, что попытки дозвониться на горячую линию прокуратуры Санкт-Петербурга оказались неудачными ввиду того, что телефон дежурного прокурора был занят.

Кроме того, адвокат составил акт о недопуске к задержанным и сообщил о ситуации по телефону уполномоченному представителю АП Санкт-Петербурга, который также прибыл к зданию ОВД для составления акта о нарушении профессиональных прав адвоката.

На следующее утро Сергей Подольский подал заявление о совершении сотрудниками ОВД незаконных действий.

В итоге доступ к задержанным адвокат так и не получил, равно как и волонтеры и члены ОНК, прибывшие в отдел для проверки условий содержания в нем задержанных. Они, как отметил адвокат, получили доступ в отдел полиции более часа спустя, когда всех оставшихся в ОВД задержанных вывели через запасной выход и увезли в суд.

Адвокат подал административный иск

Сергей Подольский обратился с административным исковым заявлением в Красногвардейский районный суд г. Санкт-Петербурга о признании действий сотрудников УМВД незаконными.

Описав подробно произошедшую ситуацию, адвокат указал, что согласно ч. 2 ст. 48 Конституции РФ каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления, имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения. Сергей Подольский указал, что в суде его доверителей поместили в комнату, изолировав от общения с ним. В итоге консультировать задержанных он был вынужден прямо в судебном заседании, так как каждого приводили к залу судебного заседания исключительно к его началу. «Полагаю, что такие действия сотрудников полиции нарушают как права задержанных, так и права адвоката, который вместо того, чтобы оказывать профессиональную юридическую помощь своим подзащитным, вынужден был более 15 часов добиваться встречи с подзащитными и в итоге согласовывать с ними позицию только в ходе судебных заседаний», – подчеркнул Сергей Подольский.

Он указал, что ни одно из положений КоАП РФ не предусматривает возможности ограничения прав лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не только самому пользоваться предусмотренными указанным Кодексом правами, но и прибегнуть к юридической помощи защитника. Сергей Подольский напомнил, что согласно п. 3 ст. 2 Закона об адвокатуре адвокат вправе оказывать иную юридическую помощь, не запрещенную федеральным законом.

Адвокат отметил, что сотрудниками полиции была нарушена также ч. 5 ст. 5 Закона о полиции, согласно которой сотрудник полиции в случае обращения к нему гражданина обязан назвать свои должность, звание, фамилию, внимательно его выслушать, принять соответствующие меры в пределах своих полномочий либо разъяснить, в чью компетенцию входит решение поставленного вопроса.

В исковом заявлении также отмечалось, что сотрудниками ОВД были нарушены не только профессиональные права адвоката, но и базовые конституционные права, предусмотренные ст. 37 Конституции РФ, в частности право на труд в благоприятных условиях и право на отдых, поскольку из-за действий сотрудников полиции адвокат не спал более двух суток.

Таким образом, Сергей Подольский просил суд признать незаконными действия сотрудников полиции, выразившиеся в недопуске его 21 и 22 апреля 2021 г. к подзащитным, а также взыскать с РФ в лице МВД России в пользу административного истца расходы на уплату госпошлины.

Также адвокат при уточнении исковых требований в качестве заинтересованного лица указал АП Санкт-Петербурга.

Возражения административного ответчика и отзывы на них

Возражая на иск, УМВД России по Красногвардейскому району г. Санкт-Петербурга указало, что положениями ст. 25.5 КоАП РФ не предусмотрена обязанность должностного лица административного органа, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении, при применении мер обеспечения принимать меры к обеспечению участия защитника лица, привлекаемого к административной ответственности.

В возражении отмечено, что исходя из имеющихся материалов дела никаких мер по приглашению защитника административными истцами (задержанными) принято не было, о чем свидетельствует отсутствие соответствующих ходатайств в процессуальных документах. «Сам факт присутствия адвоката в отделе полиции в момент нахождения там же административных истцов не может быть расценен как желание лица воспользоваться юридической помощью защитника в данный момент», – пояснил административный ответчик.

Также в возражениях указывалось, что оснований говорить о нарушении прав задержанных на защиту не имеется, так как они были осведомлены о возбуждении в отношении них дела об административном правонарушении, не были лишены возможности знать, в чем обвиняются, давать соответствующие объяснения в ходе рассмотрения дела, знакомиться с материалами дела, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника.

В дополнение административный ответчик пояснил, что на момент обращения адвоката у сотрудников дежурной части отсутствовали данные о доставленных гражданах, установить подзащитных истца было невозможно, так как личности задержанных на тот момент не были установлены. «Также установлено, что в нарушение требований Приказа Минюста России от 10 апреля 2013 г. № 47 “Об утверждении формы ордера” в соглашении, являющемся основанием для выдачи ордера адвокату Сергею Подольскому, отсутствуют его реквизиты: дата и номер. Адвокат не вправе использовать не полностью заполненный ордер», – отмечалось в возражении.

Таким образом, представитель УМВД просил суд отказать в удовлетворении административного искового заявления Сергея Подольского.

Сергей Подольский в отзыве указал, что доводы административного ответчика голословны, не подтверждены материалами дела, не соответствуют закону и фактическим обстоятельствам дела. Адвокат пояснил, что приглашать защитника у сотрудников полиции никто не просил, так как явка адвоката для осуществления защиты задержанных была обеспечена, ордера и удостоверение адвоката были представлены и имеются в материалах дела. Обязанностью сотрудников полиции в данном случае было не мешать законной деятельности адвоката по осуществлению защиты, подчеркнул он.

Адвокат обратил внимание, что для подтверждения полномочий защитника не требуется каких-либо письменных ходатайств о его допуске, достаточно оформленного адвокатом ордера и удостоверения, которые были представлены административным истцом, копии их приобщены к материалам дела. Довод о несоответствии представленных ордеров приказу Минюста России, по мнению Сергея Подольского, является надуманным и подлежит отклонению. Он отметил, что приказ Минюста вообще не содержит каких-либо нормативных требований, о которых говорит административный ответчик, он лишь утверждает форму ордера адвоката. При этом из материалов дела следует, что он представил ордера, форма которых соответствует требованиями, в них указаны регистрационный номер в реестре адвокатов, номер удостоверения, основание выдачи ордера, дата его выдачи и лицо, интересы которого поручено защищать.

Позиция Адвокатской палаты

Представитель АП Санкт-Петербурга Владислав Лапинский также направил в адрес суда отзыв на возражения административного ответчика. Он указал, что административный ответчик производит умышленную подмену понятий с целью введения суда в заблуждение: отсутствие обязанности обеспечения адвокатом лиц, привлекаемых к административной ответственности, выдает за конституционную обязанность должностных лиц полиции обеспечить доступ к этим лицам и оказание юридической помощи со стороны выбранного ими защитника, заключившего соглашение на их защиту, обязанность, которая подчеркивается как безусловная высшими судами РФ.

Владислав Лапинский отметил, что согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2005 г. № 5, если лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, изъявит желание иметь для оказания юридической помощи защитника, то адвокат или иное лицо, приглашенное им для осуществления защиты при рассмотрении дела, должны быть допущены к участию в деле при условии соблюдения требований, перечисленных в ч. 3 ст. 25.5 КоАП РФ.

Адвокат подчеркнул: Конституционным Судом РФ неоднократно было разъяснено, что положения законодательства предоставляют право явившемуся адвокату – защитнику того лица, в отношении которого производятся процессуальные действия, в данном случае направленные на привлечение к административной ответственности (опрос, составление протокола о совершении им административного правонарушения), присутствовать при проведении данных действий, а на должностное лицо, производящее указанное действие, возлагают обязанность обеспечить безусловную возможность осуществления этого права, в данном случае – путем допуска явившегося защитника.

«Кроме того, обязанность обеспечить безусловную возможность осуществления права на защиту возложена законом и должностными инструкциями на лиц, осуществляющих руководство органом дознания, в том числе и лицами, составлявшими протоколы об административных правонарушениях, – в нашем случае на начальника 26-го отдела полиции», – пояснил Владислав Лапинский в отзыве.

Суд признал недопуск защитника незаконным

27 мая 2022 г. Красногвардейский районный суд г. Санкт-Петербурга признал незаконными действия сотрудников полиции (мотивированное решение еще не изготовлено), выразившиеся в недопуске 21–22 апреля 2021 г. адвоката для оказания квалифицированной юридической помощи подзащитным. Суд также взыскал с УМВД России по Красногвардейскому району г. Санкт-Петербурга в пользу истца расходы на уплату госпошлины.

5 июня этот же суд частично удовлетворил иск о нарушении прав семи задержанных, интересы которых представлял Сергей Подольский. Истцы просили суд признать незаконными их задержание и доставление в отдел полиции, недопуск защитника к ним. Они также указывали на отсутствие обеспечения их питанием, питьевой водой и спальным местом при нахождении в ОВД, а также принудительное дактилоскопирование и фотографирование с внесением данных задержанных в базы МВД России. Суд частично удовлетворил исковые требования, в частности, признав незаконным недопуск адвоката в отдел полиции.

Важно обжаловать каждый случай недопуска

В комментарии «АГ» Сергей Подольский поделился, что, по сути, он с поддержкой коллег из АП СПб изначально создал очень серьезную доказательственную базу, которую административному ответчику было довольно сложно оспорить.

Защитник подчеркнул, что отказ в предоставлении встречи с подзащитными подтверждался актом о недопуске, составленным самим адвокатом, в присутствии очевидцев, актом о нарушении профессиональных прав адвоката, составленным полномочным представителем адвокатской палаты, видеозаписью составления этого акта, актом членов ОНК. Недопуск подтверждался и заключением Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП СПб, биллинговыми данными сотового оператора о том, что телефон адвоката в течение всего заявленного времени находился в зоне действия одной станции, жалобами в прокуратуру и ГУ МВД России, добавил Сергей Подольский.

«По сути, другого решения по делу при таком количестве доказательств я не ожидал. Хотелось бы всем коллегам порекомендовать обжаловать каждый подобный вопиющий случай нарушения прав адвокатов. Если мы сами свои права защищать не будем – за нас это никто не сделает. Лично я сейчас обжалую каждый случай недопуска или длительного ожидания допуска в суд», – прокомментировал Сергей Подольский.

Заместитель президента АП Санкт-Петербурга, председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов палаты Сергей Краузе отметил, что недопуск адвоката был зафиксирован полномочными представителями АП Санкт-Петербурга. Он подчеркнул, что представители адвокатской палаты – член Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов Никита Тарасов и эксперт Комиссии Владислав Лапинский посещали каждое заседание с момента привлечения палаты к делу.

«Правильно, что адвокат решил не только получить заключение палаты о том, что его права были нарушены, а пошел до конца и обжаловал незаконные действия сотрудников полиции в суд, подав административный иск. На мой взгляд, адвокат совершил очень хороший процессуальный ход, указав в качестве заинтересованного лица АП Санкт-Петербурга», – прокомментировал Сергей Краузе.

Он подчеркнул, что такие решения – редкость, поскольку адвокаты нечасто обращаются в суды по подобным делам. Сергей Краузе полагает, что суд, удовлетворяя требования адвоката, создал очень хороший прецедент и в дальнейшем подобные нарушения не останутся без внимания и будут обжаловаться адвокатами. «Полагаю, что руководство органов внутренних дел должно будет в связи с положительной для адвокатского сообщества практикой задуматься о том, насколько действия нижестоящих сотрудников правомерны», – заключил он.

Федеральная палата адвокатов (ФПА) РФ запустила в регионах опросы о фактах недопуска защитников в отделы полиции к задержанным гражданам. Увеличение случаев нарушения профессиональных прав происходит в первую очередь в дни политических протестов, когда адвокаты сталкиваются с закрытыми дверями по пресловутому плану «Крепость», сообщает «Независимая газета». Причем теперь это случается в полицейских участках практически повсеместно, а в судах – все чаще. В ФПА РФ указали, что «масштабирование агрессивных действий и нарушений прав граждан вполне предсказуемо и логично сопровождается масштабированием нарушений профессиональных прав адвокатов».

Адвокаты действительно обеспокоены «участившимися случаями нарушения их профессиональных прав». Идут массовые жалобы на недопуск в ОВД, куда, скажем, свозят задержанных на протестных акциях. И настойчивость защитников часто приводит к применению силы уже к ним самим. А потом, чтобы придать видимость законности этим действиям, силовики возбуждают в отношении защитников административные или уголовные дела. Суды обычно поддерживают такую позицию правоохранителей.

Как стало известно «НГ», в неформальных беседах высокопоставленные руководители МВД объясняют ситуацию «низкой вместимостью ОВД», которые, мол, «не только режимные объекты, но и строения с ограниченной служебной площадью». То есть одновременное пребывание там десятков задержанных и их адвокатов невозможно физически. К тому же на каждого защитника с клиентом, дескать, нужно по двое-трое сотрудников полиции, причем как минимум половина должны относиться к руководящему составу.

В адвокатуре говорят о «замораживающем эффекте» для действующих процессуальных норм и попытке «указать место» чересчур активным защитникам. Все большее распространение получает пресловутый план «Крепость». В некоторых СИЗО визиты к подзащитным приравняли к свиданиям с родственниками. То есть теперь адвокаты вынуждены вставать в общую очередь в комнату для краткосрочных встреч. Растет число случаев и оснований недопуска адвокатов в суды. Кроме эпидемиологической ситуации все чаще указывают на нерабочее время, хотя это не мешает судить активистов и самым поздним вечером.

Как пояснил «НГ» статс-секретарь Федеральной палаты адвокатов РФ Константин Добрынин, анкетирование – это предметный шаг для того, чтобы разговаривать с государством «и эмоционально, и рационально одновременно». По его словам, в особенности последние события и действия правоохранительных органов показали, что «масштабирование агрессивных действий и нарушений прав граждан вполне предсказуемо и логично сопровождается масштабированием нарушений профессиональных прав адвокатов». Если до этого план «Крепость» как формальный предлог для недопуска к задержанным на массовых мероприятиях вводился только в Москве, то теперь это фактически повсеместная и уже устоявшаяся практика по всей стране.

Помимо этого возросла и агрессивность действий в отношении адвокатов, таких случаев становится все больше, включая и применение физической силы.

Правосудие, по словам Константина Добрынина, в большинстве случаев начинает носить формальный характер. Адвокатов пытаются превратить в некий обязательный атрибут без содержательного правового реагирования на их доводы. «Мы – адвокаты – в глазах государства выглядим досадной, но вынужденной помехой на пути государственной машины, выполняющей важные государственные задачи. А большинство предложений, опять же за редкими исключениями, об установлении реальных гарантий адвокатской деятельности уходят в “законодательный песок” и не реализуются, хотя декларативные обещания и даже поручения «рассмотреть» время от времени действительно даются», – посетовал эксперт. Такая судьба, например, постигла совершенно правильную идею о введении ответственности за воспрепятствование адвокатской деятельности, несмотря на анонсы о ней с высоких трибун исполнительной власти. «Хорошего во всем этом нет ничего, но это не повод опускать руки. Сама суть нашей профессии предполагает защиту при любом, даже агрессивном противодействии со стороны оппонентов, которые могут действовать незаконно и даже ущербно», – подчеркнул собеседник «НГ».

Как отметила в беседе с «НГ» адвокат АП г. Москвы Татьяна Проценко, проблема с недопусками адвокатов к задержанным возникла относительно недавно, примерно два года назад: «Теперь все чаще приходится слышать от коллег, что их просто не пускают даже войти в здание или во двор отдела полиции». Особенно остро проблема ощущается в дни проведения протестных акций.

Адвокат АП г. Москвы Александр Иноядов добавил, что сложности возникают и с информированием адвокатов о месте нахождения задержанного. Особенно в первые часы его фактического нахождения в конкретном ОВД. «Одна из причин тому – несвоевременное информирование должностных лиц оперативных дежурных по ОВД и их помощников о содержании принимаемых решений о задержании», – считает Александр Иноядов. По словам адвоката, это влечет нарушение конституционных и процессуальных прав граждан, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении (либо проводятся иные процессуальные действия).

«Самые популярные предлоги недопуска – так называемые планы “Крепость”, и недостаточность, по мнению сотрудников полиции, документов, подтверждающих полномочия защитников, – подчеркивает адвокат АП г. Москвы Илья Прокофьев. – Эти действия правоохранительных органов нарушают права не только защитников, но и лиц, чье право на получение квалифицированной юридической помощи гарантировано Конституцией РФ».

Воспрепятствование законной деятельности адвокатов со стороны сотрудников полиции стало обыденным явлением, отметил в беседе с «НГ» адвокат АП г. Москвы Алексей Гавришев. Причиной тому, по его словам, является полное ощущение безнаказанности должностных лиц. «Увы, адвокат в данной ситуации является самым незащищенным участником процесса, его процессуальная независимость из-за отсутствия регулирования превращается, по сути, в процессуальную беспомощность, чем активно пользуются полицейские», – отмечает Алексей Гавришев. Для недопуска адвоката к доверителю, по его словам, полицейские зачастую ссылаются на действующие ограничения в связи с распространением коронавирусной инфекции, что является очевидным нарушением. Нередко силовики пытаются насильно выпроводить защитника доверителя, в отношении которого проводят оперативно-розыскные мероприятия, чтобы дальше продолжать опрос без адвоката. «К сожалению, чиновники и суды априори принимают позицию полицейских, – резюмирует собеседник «НГ». – Вместе с тем такое положение дел полностью обесценивает адвоката и отдаляет наше общество от права на справедливость».

Под «надежной» защитой: как смещают невыгодных адвокатов

В 2020 году суд признал женщину виновной в распространении наркотиков. Ее адвокат не смог присутствовать на заседании, когда приговор обжаловали в кассации. В итоге дело рассмотрели без него, хотя адвокат сообщал, что не сможет участвовать. ВС разъяснил, почему нельзя проводить заседание без защитника даже при отсутствии возражений со стороны доверителя. О проблеме «вытеснения» адвокатов из процесса и поведении в такой ситуации читайте в материале.

Виновна в распространении наркотиков

Во время проверочной закупки Лидия Орехова* продала гашиш гражданину под псевдонимом Саша. Волосовский районный суд Ленобласти в марте 2020 года признал Орехову виновной в распространении наркотиков по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК (дело № 1-10/2020). Осужденная обжаловала приговор в апелляционной инстанции. Адвокат Игорь Краснов* указал в апелляционной жалобе, что мероприятие «проверочная закупка» провели с нарушениями закона. В материалах дела есть копии документов о проведении закупки. Они отличаются от копий этих же документов, которые в суд передал следователь. Ленинградский областной суд оставил приговор без изменений. Тогда адвокат подал жалобу в кассацию.

Коллегия по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции 29 июля 2021 года оставила в силе акты нижестоящих судов. По мнению адвоката, суд кассационной инстанции нарушил право осужденной на защиту. Адвокат написал заявление 28 июля 2021 года о невозможности присутствовать в судебном заседании на следующий день из-за очередного отпуска и просил отложить процесс. Он находился за пределами Ленобласти. Суд рассмотрел дело без его участия и не предоставил Ореховой возможность выбрать другого защитника. На заседании она не возражала против рассмотрения дела без адвоката. Краснов обратился с жалобой в Верховный суд.

Адвокат не пришел, а дело рассмотрели

ВС отменил решение кассации и направил дело на новое рассмотрение в эту же инстанцию (дело № 33-УД22-1-КЗ). Коллегия отметила, что защитник обязательно должен участвовать в уголовном процессе. Инициировать отказ от него может только сам подсудимый в письменной форме (ст. 52 УПК). ВС сказал, что заявление об отказе от защитника нельзя считать добровольным, когда оно составлено без адвоката. Отсутствие причины неявки не может быть основанием для рассмотрения дела без защитника и отказа от его помощи. Тройка судей отметила, что в подобном случае участие в заседании адвоката — это гарантия права на защиту.

ВС обратил внимание на желание Ореховой, чтобы Краснов защищал ее права на всех этапах производства. Коллегия отметила, что суд не исследовал реальные причины ее отказа от помощи адвоката в кассационной инстанции, хотя до заседания она говорила о ее необходимости и настаивала на кандидатуре Краснова. Еще ВС сомневается, что Орехова добровольно отказалась от защиты. Она находилась в трудном материальном положении и могла не понимать последствий неявки адвоката. Всю свою защиту на заседании она свела к согласию с доводами жалобы. ВС посчитал неадекватным ее заявление о возможности самостоятельно себя защищать.

Тройка судей обратила внимание, что вопреки положениям ч. 2 ст. 401.12 УПК Орехову известили о предстоящем заседании менее чем за 14 суток до его начала. По мнению ВС, из-за этого она могла не успеть подготовиться к рассмотрению дела и решить вопрос о помощи защитника. В итоге кассация все равно провела заседание.

Вытеснить адвоката из процесса в суде: что происходит на практике

Ситуация, когда в суде адвоката «вытесняют» из процесса, эксперты считают нетипичной. Александр Погодин, адвокат, член президиума, заместитель заведующего Бюро адвокатов «Де-юре» Бюро адвокатов «Де-юре» Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры - mid market) группа Банкротство (включая споры) (mid market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Семейное и наследственное право группа Уголовное право группа Природные ресурсы/Энергетика группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство 8 место По количеству юристов 13 место По выручке на юриста (более 30 юристов) 15 место По выручке Профайл компании × , отмечает, что суды такие случаи практически не допускают и даже борются с ними, отменяя судебные акты. Они заинтересованы в устойчивости своих приговоров. Нарушение же права на защиту влечет безусловную отмену судебного решения.

Соглашается с тем, что подобная ситуация встречается нечасто, и Роман Нефедов, адвокат Санкт-Петербургского Адвокатское бюро «Q&A» Адвокатское бюро «Q&A» Региональный рейтинг. группа Семейное и наследственное право группа Уголовное право группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры - high market) Профайл компании × Эксперт обращает внимание, что нарушение права на защиту свойственно скорее следователям, чем судам. К ним уголовные дела поступают уже в сформированном виде, когда адвокатом пройден этап борьбы за право на участие в деле. Наиболее распространены случаи недопуска приглашенного защитника в первые часы после задержания подозреваемого.


Следователь стремится «отработать» с защитником по назначению, который, к сожалению, обычно просто присутствует рядом, не занимая активную позицию по делу и предоставляя следователю полную широту действий.

Задержанный зачастую и не знает, что его родственники или знакомые пригласили адвоката по соглашению, который заинтересован в положительном для доверителя результате. Поэтому и не настаивает на его участии. Таких адвокатов под разными предлогами не допускают в следственный отдел, держат на проходной. Пропускной режим обычно предполагает, что дежурный связывается со следователем или оперативным сотрудником. Тот выходит и пропускает адвоката.

«Если следствие заинтересовано в получении удобных для себя показаний, то защитники будут «недоступны» для телефонного звонка, пока задержанный не подпишет протокол с нужными показаниями», — отмечает Нефедов.

Тем не менее, хотя ситуации «вытеснения» адвокатов из судебного процесса нечастые, они все же случаются. Защитники сталкивались с этим в своей практике.

По соглашению нельзя по назначению — где запятая?

Нефедов отмечает, что обычно суд заменяет адвоката по соглашению на защитника по назначению в двух случаях:

  • когда защитник не является на заседания;
  • когда он удален из зала суда за неподобающее поведение.

Эксперт говорит, что в целом суды предпочитают отложить судебное заседание, нежели производить замену адвоката, чтобы минимизировать риски отмены судебного акта. Нефедов обращает внимание, что отдельно взятые судьи приглашают защитника по назначению независимо от того, есть ли у подсудимого адвокат. Если последний не пришел, предлагают замену. Когда граждане плохо осведомлены о своих правах в ходе судебного процесса и на них давит авторитет судьи, боясь «разозлить», они соглашаются. По мнению адвоката, таким способом суд пытается ускорить рассмотрение дела и не заботится о праве на защиту. Определение ВС как раз предостерегает от подобных процессуальных решений.

Яков Гаджиев, партнер уголовной практики Юков и Партнеры Юков и Партнеры Федеральный рейтинг. группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры - high market) группа Банкротство (включая споры) (high market) группа Уголовное право 4 место По количеству юристов 12 место По выручке 17 место По выручке на юриста (более 30 юристов) Профайл компании × , считает, что защитника по соглашению заменяют на коллегу по назначению с целью не срывать судебные заседания. Еще одна версия — чтобы суд не подстраивался под график адвоката.


По мнению суда, привлечение адвоката по назначению должно служить стимулом не пропускать заседания, назначенные в удобное для суда время.

Точку зрения, что чаще всего адвоката по соглашению «вытесняют» в случаях его неявки, поддерживает Ксения Амдур, советник, куратор уголовно-правовой и общей практики Alliance Legal Consulting Group Alliance Legal Consulting Group Федеральный рейтинг. группа Санкционное право группа Уголовное право группа ГЧП/Инфраструктурные проекты Профайл компании × Следователь или суд не дожидаются истечения пятисуточного срока, не предлагают позвать другого защитника и обеспечивают назначение нового. Юрист отмечает, что доводы о нарушении права на защиту всегда остаются без внимания. Формально она обвиняемому или подсудимому все же обеспечена, хотя фактически этого не происходит.


Обычно замену на защитника по назначению делают для того, чтобы не переносить запланированное следственное действие или судебное заседание или убрать «неудобного» защитника.

Примером «вытеснения» из процесса и замены адвоката делится Алексей Касаткин, адвокат, старший партнер Criminal Defense Firm Criminal Defense Firm Федеральный рейтинг. группа Уголовное право × При наличии защитника по соглашению суд своим решением допустил к процессу адвоката по назначению. При этом подсудимый категорически возражал и требовал от навязанной кандидатуры покинуть судебное заседание, так как поручение на свою защиту ему не давал. Назначенный адвокат проигнорировал мнение подзащитного со ссылкой на решение суда. Впоследствии он начал откровенно вредить защите. Эксперт замечает, что пыл его коллеги удалось погасить лишь после обращения подсудимого с жалобой в адвокатскую палату.


Под лозунгом «Право на защиту не нарушено», поправ занятость адвоката по соглашению, суд спокойно проводит судебные заседания с участием адвоката по назначению. Таким способом суд искусственно обеспечивает себе комфортную бесперебойную работу. Мнение подсудимого при этом его уже не тревожит.

Касаткин отмечает, что более радикальный метод — отстранение защитника от участия в судебных заседаниях по конкретному делу. Для этого суд находит различные, порой выдуманные, предлоги. По мнению эксперта, их не всегда возможно оспорить из-за нелепости. В качестве примера адвокат приводит ситуации, когда реплики защитника председательствующий расценивает как нарушение порядка в судебном заседании. После этого он делает адвокату формальные замечания, которые заносят в протокол. Защитник недоумевает от подобной реакции суда и продолжает добросовестно отстаивать права своего доверителя. Затем его удаляют из зала заседания. Касаткин обращает внимание, что случаи успешного обжалования подобных «трюков» крайне малочисленны. «Цель таких манипуляций только одна — устранение особо настойчивого, а значит неудобного, защитника», — полагает эксперт.

Случаи «вытеснения» неудобных защитников говорят о наличии проблемы, когда фактически нарушается право обвиняемого на защиту. Эксперты выделяют некоторые рекомендации, как поступить в подобных случаях.

Что делать, когда «вытесняют» защитника

Касаткин считает, что в зависимости от конкретной ситуации самому адвокату уместно принимать меры, чтобы суд не нарушал права защиты. Это могут быть и замечания на действия председательствующего, которые вносят в протокол судебного заседания, и жалоба в ВККС, и огласка ситуации в СМИ. Еще адвокат отмечает, что уголовно преследуемые лица должны знать хотя бы минимальные гарантии прав в уголовном процессе. Им не стоит полагаться на разъяснения судов.

«Именно адвокат должен брать на себя функцию просвещения доверителей и обычных граждан в вопросах обеспечения права на защиту. Предупрежден — значит вооружен», — полагает Касаткин.

Говоря о действиях обвиняемых или подсудимых, Амдур обращает внимание, что в подобных случаях им следует ходатайствовать об отложении судебного заседания или следственного действия. В идеале стоит сделать это в письменном виде и приобщить документ к материалам дела. Поддерживает позицию коллеги и Матвей Протасов, партнер адвокатского бюро Romanov & Partners Law Firm Romanov & Partners Law Firm Федеральный рейтинг. группа Уголовное право Профайл компании ×


Подсудимым, оказавшимся в подобной ситуации, я бы советовал заявить ходатайство об отложении дела, устно и письменно сообщить о своем отказе от услуг адвоката по назначению и строго придерживаться позиции, выработанной ранее им с адвокатом по соглашению.

По мнению эксперта, важно убедиться, что все заявления о недопустимости замены адвоката правильно зафиксировали в протоколе судебного заседания или следственного действия.

Гаджиев рекомендует продолжать настаивать на явке приглашенного адвоката, не поддаваться на уговоры и высказывания в стиле «будет хуже» или «ничего не изменится». С такой точкой зрения согласен и Нефедов. При этом адвокат обращает внимание, что действовать следует в вежливой и уважительной форме.

Очереди, недопуски и угрозы: как адвокатам работается в СИЗО

Каждый третий адвокат сталкивался с тем, что его не пускали в СИЗО без причины. То не хватает кабинетов, то изолятор закрывают на санитарный день, то у защитника требуют то, чего у него быть не может. Проносить технику, будь то диктофон или ноутбук, тоже запрещено. Самостоятельно ничего передавать нельзя, даже книжечку с Уголовным кодексом, иначе адвокату грозят серьезные санкции, вплоть до лишения статуса. Адвокаты рассказали, как работают в таких условиях. Порой они сталкиваются с трудностями даже тогда, когда нужно просто пройти в ОВД к своему доверителю или в суд.

К доверителям сложно попасть

В воскресенье, 17 января, в Россию вернулся политик Алексей Навальный. С того дня задержали несколько его сторонников. На протяжении этих дней адвокатам пришлось нелегко. Под самыми разными предлогами их не пускали в отделения полиции, где находились задержанные.

21 января адвокат Мансур Гильманов приехал в московское ОВД к своему подзащитному, юристу Фонда борьбы с коррупцией Владлену Лосю. Там защитника избил полицейский, затем адвоката арестовали на пять суток.

23 января арестовали краснодарского адвоката Михаила Беньяша: полиции и суду не понравилось, что он в соцсетях призывал оказывать юридическую помощь задержанным на акциях протеста.

На фоне протестов последних дней издание «Адвокатская улица» обратило внимание и на другую тенденцию: адвокатов перестали порой пускать не только в ОВД, но и в суды. Адвокат АП Москвы Михаил Салкин не смог попасть к своему подзащитному в Зюзинский районный суд Москвы. С аналогичной проблемой столкнулся другой его коллега Максим Пашков в Таганском районном суде Москвы. Пока приставы не пускали защитника на проходной, его доверителя осудили. В подобном положении оказались и некоторые петербургские адвокаты.

Правозащитники и адвокатское руководство уже отреагировали на эту проблему: Совет по правам человека планирует обратиться в МВД из-за массовых недопусков адвокатов в ОВД, куда свозили задержанных на протестных акциях. А московская АП анонсировала «Исследование о недопуске к доверителям в отделы МВД». В МВД обратилась и ФПА: они пожаловались министру Владимиру Колокольцеву на многочисленные нарушения прав адвокатов и призвали ведомство к диалогу.

В СИЗО адвокатов не пускают и по внешне «правомерным», и по откровенно незаконным основаниям.

Трудности распорядка


Посещение подзащитного в СИЗО занимает целый рабочий день, делится заведующий адвокатской фирмой «ТонковЪ и Партнеры» Евгений Тонков: «2-3 часа ждешь снаружи, 2-3 часа ждешь внутри, 1-2 часа общаешься с подзащитным – это не считая дороги туда и обратно». Записаться по электронной очереди получается не всегда, просто не хватает мест (например, по словам адвоката Марии Эйсмонт, в период коронавирусных ограничений такая проблема была в столичном СИЗО № 2 «Бутырка»). По этой же причине зачастую не спасает и живая очередь.


Встречаются случаи, когда адвокаты с боями (в прямом смысле этого слова) прорываются в изолятор. Особенно остро эта проблема стоит в Москве, где защитники разыгрывают место в очереди в лотерею (СИЗО «Лефортово»), занимают очередь в 4-5 утра, что, к слову, не гарантирует проход в изолятор.

Артем Чекотков, адвокат МКА Князев и партнеры Князев и партнеры Федеральный рейтинг. группа Уголовное право Профайл компании ×

Причин несколько. В первую очередь не хватает следственных кабинетов. Их, по словам партнера Romanov & Partners Law Firm Romanov & Partners Law Firm Федеральный рейтинг. группа Уголовное право Профайл компании × Матвея Протасова, всегда меньше, чем желающих. В некоторых изоляторах еще хуже: комнаты для свиданий разделены на «следственные кабинеты», где нельзя увидеться без следователя, и «комнаты для свиданий с адвокатом», рассказывает Виктор Ушакевич, партнер АБ Адвокатское бюро «Q&A» Адвокатское бюро «Q&A» Региональный рейтинг. группа Семейное и наследственное право группа Уголовное право группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры - high market) Профайл компании × . «Последних, конечно же, меньше», – добавляет он.

Попасть на свидания можно только в ограниченное время – с 10 до 15 или 17 часов, с перерывом на обед. А в выходные СИЗО закрыты для посещений. Это, по словам Эйсмонт, довольно существенная проблема: «Большой помощью для адвокатов было бы открытие изоляторов в выходные – для тех, кто готов работать в эти дни».

Работу адвокатов усложняет запрет на технику (ст. 18 закона о содержании под стражей): ее нельзя использовать во время свидания с подзащитным и вообще проносить в изоляторы (в колониях подобный запрет ВС отметил в 2017-ом – дело № АКПИ17-867). В итоге адвокату приходится заранее решать, какие документы могут понадобиться ему на встрече с доверителем, и распечатывать их, рассказывает Ушакевич. Но это неудобно, потому что не все можно предусмотреть заранее.

По словам Тонкова, адвокаты с большими портфелями постоянно забывают вынуть из многочисленных карманов флэшки, провода, зарядки, наушники, айпады, запасные телефоны и так далее. За нарушение порядка, даже ненамеренное, могут ждать серьезные санкции.


Если адвокат вспомнил перед досмотром, что на первом «рубеже» он забыл сдать флэшку, ему обеспечено административное или дисциплинарное производство с возможным лишением адвокатского статуса. К активным защитникам сотрудники СИЗО относятся с повышенным вниманием и рады любой их ошибке.

Евгений Тонков, заведующий адвокатской фирмой «ТонковЪ и Партнеры»

Запрещено меняться любыми документами и вещами с подзащитными, кроме как через сотрудников СИЗО. По словам партнера Адвокатское бюро ZKS Адвокатское бюро ZKS Федеральный рейтинг. группа Уголовное право 16 место По выручке на юриста (менее 30 юристов) 41 место По выручке Профайл компании × Андрея Гривцова, такой порядок усложняет процесс согласования позиции по делу. Сдав документы в канцелярию изолятора, нельзя быть на 100% уверенным, что подзащитный получит их не через неделю или месяц, замечает Тонков. «Он может их вообще не получить, потому что их перешлют следователю или в неизвестном направлении», – делится эксперт.

Запрет на прямой обмен нередко нарушают. Санкции за это никто не отменял, только вот действуют они избирательно. Сотрудники ФСИН «сквозь пальцы» смотрят на обмен документами и вещами между следователями и арестованными, но могут возбудить административные производства в отношении адвокатов, отмечает Тонков. «Мой коллега, известный московский адвокат, долго переживал за свой адвокатский статус, потому что у его подзащитного после встречи изъяли Уголовный кодекс. Да-да, обычную типографскую книжку красно-белого цвета в мягкой обложке, которую, с точки зрения права и разума, можно и нужно передавать в СИЗО», – рассказывает адвокат.

Злоупотребления сотрудников СИЗО


Встречаются и злоупотребления со стороны сотрудников СИЗО. В основном, по словам Чекоткова, с целью склонить обвиняемого признать вину или дать показания на других лиц. Для этого в изоляторах используют разные формы давления: «наезды» со стороны сокамерников, встречи заключенных с оперативниками «без протокола» и, соответственно, без адвоката, различные поощрения и наказания (перевод в «плохие» или «хорошие» камеры), рассказывает Протасов.

Сотрудники СИЗО могут изымать ценности у обвиняемого, а следователь – отказывать ему в свидании с родными, добавляет Чекотков. В результате адвокату приходится оказывать не только юридическую, но и психологическую помощь. Кроме того, подобное давление может далеко не лучшим образом повлиять на исход дела.

По словам Чекоткова, следствие и ФСИН упорно игнорируют положения закона о том, что защитнику для свидания с доверителем не нужно получать разрешение следователя. Как правило, такое разрешение в изоляторах требуют у тех адвокатов, которые впервые приходят к доверителю, чтобы заключить соглашение. Например, в подобной ситуации в августе прошлого года оказался адвокат АП Ростовской области Магомет Аушев. Он хотел встретиться с Багаудином Евлоевым, чтобы получить его согласие на участие в качестве защитника в уголовном деле. Но сотрудники владикавказского СИЗО-6, в котором содержался Евлоев, отказались пустить адвоката без разрешения следователя.

На эту проблему обращала внимание и Федеральная палата адвокатов в своей «переписке» с ФСИН, подчеркивая, что для первого свидания защитнику достаточно предъявить лишь удостоверение и ордер. Впрочем, ничего предосудительного в такой практике сама ФСИН не увидела, сославшись в своем ответе ФПА на неопределенность в законодательстве.

А некоторые московские СИЗО требуют от адвокатов при каждом посещении предъявлять новый ордер (такая практика, в частности, имела место в СИЗО-3 «Пресня» и СИЗО-4 «Медведь»). Сама ФСИН признала это требование незаконным, пообещав провести разъяснительную работу в региональных управлениях.

Но и это еще не все. Кабинет, где проходит встреча с подзащитным, может прослушиваться, особенно если доверителя обвиняют в экономическом или должностном преступлении, терроризме, экстремизме, а также если это по другим причинам резонансное дело, отмечает Ушакевич.


Вряд ли, конечно, запись вашей беседы напрямую попадет в материалы дела, но вся нужная информация принимается к сведению, в чем и я, и коллеги многократно убеждались. Однажды я даже пробовал намеренную дезинформацию, зная, что наши разговоры слушаются с особым вниманием.

Матвей Протасов, партнер Romanov & Partners Law Firm Romanov & Partners Law Firm Федеральный рейтинг. группа Уголовное право Профайл компании ×

В пандемию проблема конфиденциальности только обострилась. По словам Чекоткова, в некоторых изоляторах приходилось общаться с доверителем не в кабинетах для следственных действий, а в помещениях для свиданий в присутствии других адвокатов и обвиняемых. Общение при этом проходило через стекло, по телефону. Ранее Тонков высказывал опасения, что такие переговоры могут записываться, а затем попадать к оперативным сотрудникам и следователям.

Как с этим бороться?

В «переписке» с Федеральной палатой адвокатов ФСИН заявила, что проблема с очередями в СИЗО находится вне ее компетенции. Долгое ожидание ведомство объяснило переполненностью изоляторов и тем, что многие из них строились еще до введения нормативов по числу кабинетов для свиданий (45 или 50 на 1000 человек). Увеличить же число комнат для встреч сейчас невозможно «из-за конструктивных особенностей зданий», пояснила ФСИН.

В свою очередь, выделение кабинетов следователям в приоритетном порядке служба объяснила требованиями ст. 28 закона о содержании под стражей, которая обязывает администрацию предоставить следователю помещение для следственных действий.

«Вмешиваться в следственные действия или препятствовать им администрация СИЗО не вправе. Это обстоятельство, в числе прочего, препятствует электронной записи адвокатов на свидания, а также предоставлению адвокату кабинета для работы с подозреваемым и обвиняемым в приоритетном порядке», – говорится в ответе ведомства («Адвокатская улица»).

Впрочем, есть пример, когда повлиять на сокращение очередей в СИЗО, вероятнее всего, помогли административный иск и внимание общественности. 27 апреля 2020-го Тонков подал иск к петербургскому СИЗО-1 «Кресты». Он пожаловался на постоянные недопуски к подзащитному, которые, в частности, объяснялись санитарным днем по пятницам и нехваткой кабинетов для адвокатов из-за приоритетной очереди для следователей. 29 апреля об иске написал «Коммерсант». В тот же день в СИЗО перенесли санитарный день на субботу и пообещали в ближайшие дни открыть сначала 11, а затем еще 12 кабинетов для встреч с адвокатами. В дальнейшем Тонков отозвал свой иск из-за угроз, которые начали поступать его подзащитному.

Если же говорить о злоупотреблениях, то способы борьбы с ними зависят от характера нарушения. «Если, к примеру, адвокат предъявил ордер на защиту и удостоверение, а ему безосновательно отказывают в свидании с доверителем – это злоупотребление явное, и да, обжаловать его, конечно же, можно и нужно», – комментирует Ушакевич.

Впрочем, практика знает и немало случаев отказа в подобных исках (например, решение Мосгорсуда по делу № 33а-2390/2018). Ждать решения по делу можно не один месяц. За это время многое может измениться, например, человека переведут в другой СИЗО. Поэтому эффективнее, конечно, постараться решить проблему с недопуском на месте. Тем более, по словам Ушакевича, нередко они возникают из-за некомпетентности рядовых сотрудников СИЗО. «Допустим, конвойный потребовал у адвоката разрешение следователя на свидание с подзащитным, тогда как по закону нужны только адвокатский ордер и удостоверение. Проблему такого рода, как правило, можно решить, если посетить начальника СИЗО или его заместителя, а то и просто дежурную часть», – делится Ушакевич.

Если же адвокат подозревает, что кабинет прослушивают, то без каких-то весомых доказательств жалоба вряд ли будет результативной, предупреждает Ушакевич. В таких случаях можно прибегнуть к «письменному разговору», советует адвокат.

В свою очередь, проблему с давлением на подзащитного и его возможными последствиями для дела лучше всего решит психологическая подготовка доверителя, уверен Протасов: «Те, кто стоек и хорошо информирован, не поддаются прессингу на уровне СИЗО». Но если такое давление угрожает жизни и здоровью подзащитного, то эффективным решением может стать административный иск. Причем вовсе не обязательно, чтобы суд его удовлетворил.


Судьи по административным делам вынуждены вызывать представителей СИЗО и управления ФСИН по субъекту, истребовать документы, допрашивать заявленных свидетелей, в том числе сотрудников изолятора. Сами процессы, длящиеся месяцами, отрезвляют администрацию, напоминают о возможности увольнения и заставляют соблюдать права людей.

Евгений Тонков, заведующий адвокатской фирмой «ТонковЪ и Партнеры»

Адвокат рассказал, что однажды его подзащитного, которого прежде не привлекали к уголовной ответственности, подселили к осужденному за убийство, хотя закон прямо запрещает содержать таких лиц в одной камере. «Опытный сиделец, вероятно, «отрабатывая свое УДО», по воле следователя и опера склонял сокамерника к признанию вины, пытал его холодом: в морозные зимние ночи открывал окно на улицу и запрещал его закрывать», – рассказывает Тонков. По словам адвоката, эта ситуация решилась после обращений к руководителю СИЗО, серии жалоб и административного иска. В итоге подзащитного перевели сначала в медицинскую часть (он простудился из-за открытого окна), а потом в другую камеру к более спокойному сокамернику, рассказывает Тонков. По его словам, от иска впоследствии пришлось отказаться, потому что доверителю начали угрожать. Но добиться своего все же удалось, резюмирует адвокат.

Автор статьи

Куприянов Денис Юрьевич

Куприянов Денис Юрьевич

Юрист частного права

Страница автора

Читайте также: