Суду было предоставлено право восстановления в правах или реабилитации в каком году
Добавил пользователь Алексей Ф. Обновлено: 07.09.2024
Лишение водительского удостоверения - одно из радикальных наказаний для автомобилиста, совершившего нарушение правил дорожного движения. Такой проступок на месте фиксирует сотрудник ГИБДД, а далее дело о лишении прав рассматривается в суде. Сам же документ остается на руках у водителя, и он, фактически, имеет возможность управлять машиной до того момента, пока его делом не займется суд.
После того, как суд вынес соответствующее решение, и оно вступило в силу, водителю дается право в течение 10 дней обжаловать судебное постановление. Если за это время он никак не оспорил вынесенный вердикт, то в последующие три дня ему придется сдать свое удостоверение в отделение ГИБДД. Срок лишения водительского документа отсчитывается от дня, в который вступило в силу решение суда, о чем говорится в части 1 статьи 32.7 КоАП РФ. В течение всего срока лишения водительское удостоверение хранится в ГИБДД.
Если водитель, который был лишен по суду права управления автомобилем, не сдал свои права, то, как это указано в части 2 статьи 32.7 КоАП, срок лишения увеличивается. В этом случае он будет отсчитываться от момента добровольной сдачи документа или от момента его изъятия. И в случае уклонения от сдачи удостоверения автомобилиста ждет весьма суровое наказание - или административный штраф в размере 30 000 рублей, или административный арест на срок до 15 суток, или же обязательные работы на срок от 100 до 200 часов. Это указано в части 2 статьи 12.7 КоАП.
И, конечно, не стоит забывать о том, что, если водитель нарушит запрет суда, сядет за руль в период лишения и попадется сотруднику ГИБДД, то наказанием может стать, в зависимости от тяжести этого нарушения, или штраф солидного размера, или лишение свободы.
Если же водитель терпеливо провел весь период лишения без каких-либо нарушений, то он вправе вернуть себе документ. Для этого, однако, необходимо выполнить несколько условий.
Как говорится в части 4.1. статьи 32.6 КоАП, чтобы получить назад свои права, водитель должен пройти проверку на знание правил дорожного движения в местном МРЭО. Речь идет, конечно же, о требовании сдать теоретическую часть экзамена. И если водитель с первого раз не пройдет это испытание, то совершить вторую и третью попытки он сможет только с промежутком в семь дней, а четвертую и последующие - через месяц. Примечательно, что автомобилисту не обязательно ждать окончания срока лишения прав, чтобы пройти экзамен - сделать это можно уже на половине срока.
Обязательным требованием для возврата водительского удостоверения является отсутствие неуплаченных штрафов за нарушения ПДД, что также указано в части 4.1. статьи 32.6 КоАП. Там же говорится, что водителю необходимо также пройти медицинское освидетельствование "на наличие медицинских противопоказаний к управлению транспортным средством". Это требование распространяется на автомобилистов, лишенных прав в состоянии алкогольного опьянения.
При обращении в отдел ГИБДД за своим удостоверением автомобилист должен предоставить некоторые документы - паспорт, справку о сдаче водительского удостоверения, решение суда, медицинскую справку (если она требуется).
Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина – обязанностью государств, гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В уголовном судопроизводстве предусмотрено право граждан, ставших жертвами незаконного уголовного преследования, на реабилитацию, а порядок его реализации закреплен в главе 18 УПК РФ.
Под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.
КТО ИМЕЕТ ПРАВО НА РЕАБИЛИТАЦИЮ
В соответствии с частью 2 статьи 133 и частью 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, а также лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.
На досудебных стадиях к таким лицам относятся подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 УПК РФ (отсутствие события преступления; отсутствие в деянии состава преступления; отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению).
На стадии уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, соответственно относятся: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям; осужденный – в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 27 УПК РФ (непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления; прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 – 6 части первой статьи 24 УПК РФ).
Право на реабилитацию имеет также лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.
Обращаю внимание, что право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено в части предъявленного ему самостоятельного обвинения.
Например, лицо обвинялось по двум составам преступления, однако в ходе расследования по одному эпизоду уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления. И, как следствие, у лица возникает право на реабилитацию в связи с незаконным уголовным преследованием по прекращенному эпизоду.
Нередко в судебной практике встречаются случаи, когда по одному эпизоду лицо признано виновным, а по другому вынесен оправдательный приговор. В связи с чем, у лица возникает право на реабилитацию за незаконное уголовное преследование по эпизоду, по которому он оправдан.
Не имеют право на реабилитацию подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 УК РФ (умышленное убийство) на статью 109 (убийство по неосторожности)).
Право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.
Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично), о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.
После вступления в законную силу указанных процессуальных решений реабилитированному лицу должно быть направлено извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в котором, в частности, должно быть указано, какой вред возмещается при реабилитации, а также порядок и сроки обращения за его возмещением.
ТРЕБОВАНИЯ, РАССМАТРИВАЕМЫЕ В УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОМ ПОРЯДКЕ
В соответствии со статьями 135, 138 УПК РФ в уголовно-процессуальном порядке рассматриваются требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав, о восстановлении в воинском, специальном, почетном звании или классном чине, а также о возвращении ему государственных наград, которых он был лишен.
При этом восстановление трудовых, пенсионных и жилищных прав, возврат имущества или его стоимости, возмещение убытков, причиненных гражданину незаконным осуждением, незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу, подписки о невыезде, могут осуществляться и в порядке гражданского судопроизводства, как это предусмотрено частями пятой и шестой статьи 29 ГПК Российской Федерации. По смыслу части первой статьи 138 УПК Российской Федерации реабилитированный вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства, если требование о возмещении ему вреда суд не удовлетворил или он не согласен с принятым судебным решением, чем обеспечивается защита интересов лиц, имеющих право на реабилитацию (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 года N 16-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2013 года N 376О и от 27 сентября 2018 года N 2210-О).
Учитывая, что уголовно-процессуальным законом для реабилитированных установлен упрощенный по сравнению с исковым порядком гражданского судопроизводства режим правовой защиты, освобождающий их от бремени доказывания оснований и размера возмещения имущественного вреда, при рассмотрении требований реабилитированных о возмещении такого вреда суд в случае недостаточности данных, представленных реабилитированным в обоснование своих требований, оказывает ему содействие в собирании дополнительных доказательств, необходимых для разрешения заявленных им требований, а при необходимости и принимает меры к их собиранию.
ТРЕБОВАНИЯ, РАССМАТРИВАЕМЫЕ В ГРАЖДАНСКОМ ПРОЦЕССУАЛЬНОМ ПОРЯДКЕ
Исковое заявление о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования (как пра вило, это взыскание морального вреда в денежном выражении, а также в части требований, оставленных без рассмотрения в порядке уголовного судопроизводства).
При определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному должны учитываться степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
В соответствии с частью 6 статьи 29 ГПК РФ иск о возмещении морального вреда может быть подан реабилитированным по его выбору в суд по месту своего жительства или в суд по месту нахождения ответчика.
Если уголовное дело прекращено или приговор изменен вышестоящим судом, то с требованием о возмещении вреда реабилитированный вправе обратиться в суд, постановивший приговор, либо с учетом положений части 2 статьи 396 УПК РФ – в суд по месту своего жительства.
При обращении в суд за восстановлением нарушенных прав и возмещением вреда реабилитированный освобождается от уплаты государственной пошлины в соответствии с подпунктом 10 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.
Вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.
В качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации. Как правило, интересы Министерства финансов Российской Федерации в судах представляют по доверенности управления Федерального казначейства по субъектам Российской Федерации.
В соответствии со статьей 135 УПК РФ возмещение лицу имущественного вреда при реабилитации включает в себя возмещение заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых лицо лишилось в результате уголовного преследования; возврат имущества или возмещение ущерба, причиненного конфискацией или обращением имущества в доход государства на основании приговора или решения суда; возмещение штрафов и процессуальных издержек, взысканных с него во исполнение приговора суда; возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи защитникам, и иных расходов, понесенных реабилитированным вследствие незаконного или необоснованного уголовного преследования, подтвержденных документально либо иными доказательствами.
Неполученные заработная плата, пенсия, пособие, другие средства, которых реабилитированный лишился в результате уголовного преследования, исчисляются с момента прекращения их выплаты. Исходя из положений части 1 статьи 133 УПК РФ о полном возмещении вреда период, за который они подлежат возмещению, определяется судом с учетом конкретных обстоятельств дела.
Наиболее часто реабилитированные обращаются за возмещением расходов, понесенных за оказание юридической помощи в период уголовного преследования.
Верховный суд РФ, в Постановлении Пленума от 29.11.2011 № 17 (ред. от 02.04.2013) «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» рассматривая вопрос об определении размера сумм, подлежащих взысканию в пользу реабилитированного за оказание юридической помощи, рекомендовал судам учитывать, что положения части 1 статьи 50 УПК РФ не ограничивают количество защитников, которые могут осуществлять защиту одного обвиняемого, подсудимого или осужденного. Размер возмещения вреда за оказание юридической помощи определяется подтвержденными материалами дела фактически понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением, подтвержденные финансовыми документами.
Под иными расходами, возмещение которых реабилитированному предусмотрено пунктом 5 части 1 статьи 135 УПК РФ, понимаются как расходы, которые понесены реабилитированным лицом непосредственно в ходе уголовного преследования, так и расходы, понесенные им в целях устранения последствий незаконного или необоснованного уголовного преследования, включая затраты на возмещение расходов, связанных с рассмотрением вопросов реабилитации, восстановления здоровья и других.
Исходя из положений части 1 статьи 133 УПК РФ и части 4 статьи 135 УПК РФ о возмещении вреда реабилитированному в полном объеме и с учетом уровня инфляции размер выплат, подлежащих возмещению реабилитированному, определяется судом с учетом индекса роста потребительских цен по месту работы или жительства реабилитированного на момент начала уголовного преследования, рассчитанного государственными органами статистики Российской Федерации в субъекте Российской Федерации на момент принятия решения о возмещении вреда.
СРОКИ ОБРАЩЕНИЯ В СУД
Реабилитированный вправе обратиться в суд с требованием о возмещении имущественного вреда в течение сроков исковой давности, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, со дня получения извещения с разъяснением порядка возмещения вреда (часть 2 статьи 135 УПК РФ). Пропущенный срок исковой давности в соответствии со статьей 205 ГК РФ может быть восстановлен.
Требование реабилитированного о возмещении имущественного вреда должно быть рассмотрено судом не позднее одного месяца со дня его поступления (часть 4 статьи 135 УПК РФ). Однако анализ судебной практики свидетельствует, что установленный срок часто не соблюдается.
Право требовать возмещения имущественного вреда, причиненного реабилитированному, в случае его смерти имеют его наследники.
Из личного опыта по данной категории дел могу отметить положительную тенденцию судебной практики по делам о реабилитации, сложившуюся в последнее время, об индивидуальном подходе к каждому делу, с соблюдением прав и законных интересов лиц, пострадавших в ходе уголовного преследования.
ВИКТОРИЯ ЧЕРНИКОВА, АДВОКАТ
Источник публикации: информационный ежемесячник «Верное решение» выпуск № 12 (206) дата выхода от 20.12.2019.
1. Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
2. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:
1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор;
2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения;
3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;
4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;
5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.
2.1. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.
3. Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.
4. Правила настоящей статьи не распространяются на случаи, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, за исключением случаев вынесения судом постановления, предусмотренного пунктом 1 части третьей статьи 125.1 настоящего Кодекса.
5. В иных случаях вопросы, связанные с возмещением вреда, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства.
Судебная практика и законодательство — УПК РФ. Статья 133. Основания возникновения права на реабилитацию
Возбуждение уголовного дела и соединение уголовных дел следователем, чье участие в производстве по уголовному делу недопустимо в силу закона, влечет их незаконность. Данное обстоятельство в силу ч. 1 ст. 75 УПК РФ свидетельствует о недопустимости всех собранных по делу доказательств совершенных 06.12.2012 г., 15.12.2012 г. и 24.12.2012 г. преступлений. Поэтому приговор суда в этой части подлежит отмене, а производство по делу прекращению на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Исходя из положений п. 3 ч. 1 ст. 133, ст. 134 УПК РФ в этой части следует признать право Бекуатова на реабилитацию.
он же оправдан: по ч. 3 ст. 222 УК РФ на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, то есть в связи с непричастностью к совершению преступления, а также по ч. 1 ст. 222-1 УК РФ на основании п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, то есть в связи с неустановлением события преступления, с признанием за ним права на реабилитацию в связи с его оправданием на основании ст. ст. 133 - 134 УПК РФ;
Апелляционным постановлением Тюменского областного суда от 24 мая 2016 года приговор в отношении Семенова В.А. отменен, и уголовное дело в отношении него прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления. Исключено указание о назначении Семенову В.А. наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ. Признано за Семеновым В.А. право на реабилитацию в порядке, установленном ст. 133 УПК РФ, и на обращение в суд с требованием о возмещении имущественного и морального вреда, связанного с уголовным преследованием по указанному преступлению.
- оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 222 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. В соответствии со ст. 133 УПК РФ, ч. 1, ст. 134 УПК РФ за Логиновым В.С. признано право на реабилитацию;
В связи с этим имеются основания для признания за Дадиным И.И. в соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ права на реабилитацию.
На основании изложенного и руководствуясь ч. 5 ст. 415 УПК РФ, Президиум Верховного Суда Российской Федерации
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Республики Узбекистан А.Э. Жуманиязов просит признать не соответствующими статьям 17, 22, 45, 46, 52 и 53 Конституции Российской Федерации положения статей 91, 133 и 389.33 УПК Российской Федерации в той мере, в какой они, по мнению заявителя, позволяют согласно сложившейся правоприменительной практике:
В связи с тем, что судебные решения в части осуждения Волошина П.А. по п. "а" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ подлежат отмене, производство по делу - прекращению за отсутствием в деянии состава преступления, за ним в соответствии со ст. ст. 133, 134 УПК РФ следует признать право на реабилитацию.
Он же оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 325 УПК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его деянии состава преступления. В соответствии со ст. 133, ч. 1 ст. 134 УПК РФ признано его право на реабилитацию.
Признание содержания обвиняемого под стражей незаконным никак не влияет на соответствие назначенного по приговору суда наказания характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, а потому не может рассматриваться в качестве влекущего обязательное смягчение назначенного наказания. Восстановление же прав лица, подвергнутого незаконному применению мер процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу, может осуществляться по правилам главы 18 УПК Российской Федерации в форме возмещения имущественного и морального вреда либо в порядке гражданского судопроизводства (части третья и пятая статьи 133, статьи 135 и 136 того же Кодекса).
е) реабилитированным лицам, а с их согласия или в случае их смерти - наследникам, близким родственникам, родственникам, иждивенцам в соответствии со статьями 133, 134 УПК РФ, статьей 11 Закона Российской Федерации от 18 октября 1991 г. N 1761-1 "О реабилитации жертв политических репрессий" - документа, удостоверяющего личность и (или) полномочия, а также подтверждающего соответствующее родство (факт нахождения на иждивении).
е) реабилитированным лицам, а с их согласия или в случае их смерти - наследникам, близким родственникам, родственникам, иждивенцам в соответствии со статьями 133, 134 УПК РФ, статьей 11 Закона Российской Федерации от 18.10.1991 N 1761-1 "О реабилитации жертв политических репрессий" - документа, удостоверяющего личность и (или) полномочия, а также подтверждающего соответствующее родство (факт нахождения на иждивении).
е) реабилитированным лицам, а с их согласия или в случае их смерти - наследникам, близким родственникам, родственникам, иждивенцам в соответствии со статьями 133, 134 УПК РФ, статьей 11 Закона Российской Федерации от 18.10.1991 N 1761-1 "О реабилитации жертв политических репрессий" - документа, удостоверяющего личность и (или) полномочия, а также подтверждающего соответствующее родство (факт нахождения на иждивении).
рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности частей первой и третьей статьи 133, части первой статьи 135 и статьи 139 УПК Российской Федерации.
Согласно части первой статьи 133 УПК Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя не только право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда, но и восстановление в жилищных, трудовых, пенсионных и иных правах, а вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Вместе с тем, определив в его главе 18 основания возникновения и содержание права на реабилитацию, а также порядок возмещения имущественного и морального вреда реабилитированным, федеральный законодатель не предусмотрел ни в данном Кодексе, ни в каком-либо ином федеральном законе механизм, гарантирующий восстановление пенсионных прав лиц, незаконно и (или) необоснованно подвергшихся уголовному преследованию.
При завершении производства по делу должен быть окончательно разрешен и вопрос об отстранении от должности. В случае прекращения уголовного дела эта мера принуждения отменяется в соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 213 УПК РФ. Если дело прекращается по реабилитирующим основаниям или судом постановляется оправдательный приговор, у лица, к которому она была применена, в соответствии с ч. 3 ст. 133 УПК РФ возникает право на возмещение причиненного ему вреда, в том числе на восстановление в прежней должности и на компенсацию разницы между его заработной платой и государственным пособием, которое оно получало, будучи отстраненным от должности.
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации понимает реабилитацию как порядок восстановления прав и свобод реабилитированных лиц и возмещения вреда, причиненного в связи с таким преследованием, при безусловном признании права реабилитированных на его возмещение (пункты 34 и 35 статьи 5, статья 6), включая возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах; вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть первая статьи 133).
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации И.В. Романов оспаривает конституционность пункта 2 части второй статьи 133, части первой статьи 134 и части седьмой статьи 246 УПК Российской Федерации, Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 года "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей" (с изменениями от 29 марта 1991 года), а также утвержденного этим Указом Положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, Инструкции по применению данного Положения (утверждена 2 марта 1982 года Министерством юстиции СССР, Прокуратурой СССР и Министерством финансов СССР, согласована с Верховным Судом СССР, Министерством внутренних дел СССР, Комитетом государственной безопасности СССР) и Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 23 декабря 1988 года N 15 "О некоторых вопросах применения в судебной практике Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 года "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей".
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Н.Н. Рысева оспаривает конституционность статьи 133 "Основания возникновения права на реабилитацию" УПК Российской Федерации, как не включающей в число оснований для реабилитации прекращение уголовного преследования в связи с истечением сроков давности. По мнению заявительницы, отказ в реабилитации, в том числе в праве на возмещение вреда, причиненного в результате уголовного преследования, лицу, в отношении которого отсутствует обвинительный приговор, противоречит статье 49 Конституции Российской Федерации. Она утверждает, что прекращение уголовного дела в любом случае, т.е. вне зависимости от основания, должно влечь возмещение вреда, причиненного в результате уголовного преследования.
Родители или один из них могут быть восстановлены в родительских правах, если они изменили поведение, образ жизни и (или) отношение к воспитанию ребенка. Восстановление родительских прав происходит в судебном порядке (п. п. 1, 2 ст. 72 СК РФ).
Для этого рекомендуем придерживаться следующего алгоритма.
Шаг 2. Представьте доказательства
На рассмотрении дела в суде представьте доказательства тех обстоятельств, которые вы указали в исковом заявлении. Если речь идет о лечении от алкоголизма, наркомании, то представьте справки из лечебного учреждения, наркологического диспансера. Также представьте все положительные характеристики с места работы, учебы, с места жительства. Докажите, что изменилось и отношение к ребенку и его воспитанию. Кроме письменных доказательств в таких делах можно использовать свидетельские показания. Свидетели могут рассказать об изменении условий, обстоятельств, а также отношения к воспитанию ребенка. Свидетелями по делу могут быть как родственники, так и просто знакомые лица (п. 1 ст. 72 СК РФ; ст. 55 ГПК РФ).
Шаг 3. Дождитесь рассмотрения дела судом и получите решение суда
Восстановиться в родительских правах в отношении ребенка, достигшего возраста десяти лет, можно только с его согласия. Суд вправе отказать в удовлетворении иска о восстановлении в родительских правах, если такое восстановление противоречит интересам ребенка. Кроме того, восстановиться в родительских правах невозможно, если ребенка усыновили и усыновление не отменено (п. 4 ст. 72 СК РФ).
Одновременно с заявлением родителей (одного из них) о восстановлении в родительских правах может быть рассмотрено требование о возврате ребенка родителям (одному из них). Если суд придет к выводу о том, что возвращение ребенка родителям (одному из них) не отвечает интересам ребенка, суд вправе отказать в удовлетворении этого требования, в том числе и в случае удовлетворения иска в части восстановления в родительских правах (п. 3 ст. 72 СК РФ; п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14.11.2017 N 44).
Удовлетворяя иск о восстановлении в родительских правах и о возвращении ребенка родителям (одному из них), суд разрешает также вопрос о прекращении взыскания с родителей (одного из них) алиментов на ребенка (п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 44).
Вынесенное судом решение можно обжаловать в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. Если жалоба не подана, решение вступает в законную силу по истечении указанного срока, в случае ее подачи — после рассмотрения ее судом, если обжалуемое решение не было отменено. Если решение суда первой инстанции было отменено или изменено и принято новое решение, такое решение вступает в законную силу немедленно (ч. 1 ст. 209, ч. 2 ст. 321 ГПК РФ).
В течение трех дней со дня вступления в законную силу решения о восстановлении в родительских правах суд направляет выписку из этого решения в орган опеки и попечительства по месту вынесения решения, а также в орган ЗАГС или МФЦ (в случае регистрации рождения ребенка МФЦ) по месту регистрации рождения ребенка (п. 5 ст. 72 СК РФ).
С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры.
Остались вопросы к адвокату?
Суд не выявил неопределенности в нормах ГПК и УПК, касающихся процессуального порядка защиты права реабилитированных, отметив, что они направлены на пресечение рассмотрения судами тождественных требований
По мнению одного адвоката, рассмотренный КС пример невозможности восстановления заработка за период незаконного уголовного преследования свидетельствует о несовершенстве законодательства в этой сфере. Другая считает, что коллизия оспариваемых норм будет проявляться в различных вариациях и в дальнейшем; по ее мнению, правовой механизм реабилитации требует совершенствования.
12 октября Конституционный Суд вынес Постановление № 44-П по делу о проверке конституционности норм ГПК, регламентирующих порядок возмещения реабилитированному имущественного вреда, и норм УПК, касающихся восстановления трудовых прав реабилитированного, между которыми, по мнению заявителя, имеется несогласованность.
Суды отказывали в восстановлении трудовых прав
13 апреля 2009 г. Евгений Пермяков был осужден к лишению свободы в исправительной колонии строгого режима. После освобождения 26 марта 2012 г. он обжаловал приговор в кассационном порядке. Постановлением президиума Московского областного суда от 25 ноября 2015 г. приговор был отменен ввиду отсутствия в действиях Евгения Пермякова состава преступления. За ним в соответствии со ст. 134 УПК РФ было признано право на реабилитацию.
В сентябре 2016 г. реабилитированный обратился в суд с требованиями о компенсации имущественного вреда, о восстановлении его трудовых и пенсионных прав за весь период незаконного лишения свободы, а также о возмещении расходов на оплату услуг адвокатов. Уже 19 октября Железнодорожный городской суд Московской области отказал в удовлетворении иска. Суд указал, что Евгений Пермяков состоял в трудовых отношениях с работодателем, но в связи с тем, что 4 марта 2009 г. он был уволен по собственному желанию, у него не имеется права на удовлетворение заявленного требования. Суд добавил, что доказательств, подтверждающих уплату денежных сумм адвокатам, не имеется, как и не представлено сведений об обращении по вопросу трудоустройства.
6 декабря 2016 г. Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда отменила решение первой инстанции, направив дело на новое рассмотрение в тот же суд. Апелляция указала, что первой инстанцией не дана оценка доводам заявителя о том, что он был уволен в тот момент, когда находился под стражей, и заявления об увольнении по собственному желанию не писал. «Решение данного вопроса влияет на право заявителя получения утраченного заработка, так как необходимо установить, по какой причине заработок был утрачен», – отмечалось в апелляционном определении.
При новом рассмотрении дела Железнодорожный городской суд частично удовлетворил иск. Так, суд удовлетворил требования истца в части возмещения расходов на оплату услуг адвокатов и возмещения заработной платы с 13 февраля 2009 г. (момент задержания и избрания меры пресечения в виде заключения под стражу) по 4 марта того же года (момент увольнения по собственному желанию) в размере около 137 тыс. руб.
Евгений Пермяков, обжалуя решение суда, настаивал, чтобы ему возместили почтовые расходы и заработную плату за весь период лишения свободы, в связи с чем повторил, что трудовой договор с работодателем по своей инициативе он не расторгал. Кроме того, Евгений Пермяков просил возместить заработную плату за время поиска работы после освобождения – с 27 марта по 12 мая 2012 г.
Апелляционным постановлением Московского областного суда от 11 апреля 2017 г. решение нижестоящего суда было изменено, и в пользу заявителя взысканы почтовые расходы в размере 419 руб., в остальной части решение оставлено без изменения. Отказывая в возмещении утраченного заработка и в изменении даты и основания увольнения, суды указали, что вопрос о законности увольнения выходит за пределы рассмотрения по правилам ст. 135 УПК и подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства, а доказательств невозможности трудоустроиться Евгений Пермяков не представил.
Постановлением судьи ВС РФ от 28 сентября 2017 г. было отказано в передаче жалобы Евгения Пермякова для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, с чем 19 января 2018 г. согласился заместитель председателя ВС.
24 апреля 2018 г. Ногинский городской суд удовлетворил требование Евгения Пермякова, заявленное в рамках гражданского процесса, о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, осуждением и незаконным лишением свободы, в размере 300 тыс. руб. Производство же по делу в отношении требования о возмещении утраченного заработка было прекращено, поскольку, как указал суд, это требование идентично рассмотренному по правилам уголовного процесса и в соответствии с п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 29 ноября 2011 г. № 17 не подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства.
Данное решение первой инстанции было оставлено без изменения апелляционным определением Московского областного суда. Судья ВС РФ 23 июля 2019 г. отказала заявителю в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда. Заместитель Председателя ВС РФ согласился с этим.
Обращение в Конституционный Суд
Завтра КС рассмотрит жалобу на нормы УПК РФ, которыми, по мнению заявителя, право на реабилитацию целиком поставлено в зависимость от органа, осуществляющего уголовное преследование
В жалобе в КС Евгений Пермяков указал, что абз. 3 ст. 220 ГПК, ч. 5 ст. 135 и ч. 1 ст. 138 УПК противоречат Конституции РФ в той мере, в какой препятствуют полному возмещению заработной платы гражданину в связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности.
Заявитель указал, что ст. 138 УПК подразумевает возможность обжалования решения о восстановлении прав реабилитированного в суде в порядке гражданского судопроизводства, а ст. 220 ГПК, в свою очередь, указывает на прекращение производства по делу в случае, если имеется вступившее в законную силу и принятое по спору между тем же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда.
По мнению Евгения Пермякова, федеральный законодатель породил формальную несогласованность между положениями УПК, ГПК и ГК заведомо ведущую к невозможности реализации в полном объеме права на реабилитацию, предполагающего восстановление в трудовых и пенсионных правах лиц, незаконно или необоснованно подвергшихся уголовному преследованию. Такая неопределенность, как указал заявитель, допускает возможность неограниченного усмотрения в процессе правоприменения, что приводит к произволу, а значит, к нарушению не только принципов равенства и верховенства закона, но и установленных ст. 45 и 46 (ч. 1 и 2) Конституции РФ гарантий государственной, включая судебную, защиты прав, свобод и законных интересов граждан.
КС проанализировал оспариваемые нормы
Конституционный Суд опубликовал постановление о правах реабилитированных на возмещение вреда и на судебную защиту
КС разъяснил, что согласно ч. 2 ст. 135 УПК реабилитированный вправе обратиться в суд с требованием о возмещении имущественного вреда в течение сроков исковой давности, закрепленных ГК, со дня получения копий документов, которыми признано его право на реабилитацию. Суд отметил, что ч. 1 той же статьи позволяет реабилитированному заявить в уголовно-процессуальном порядке широкий спектр связанных с возмещением имущественного вреда требований, включая требования о возмещении заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования.
Конституционный Суд отметил, что если требование о возмещении вреда судом не удовлетворено или реабилитированный не согласен с принятым по правилам уголовного процесса судебным решением, то ч. 1 ст. 138 УПК позволяет ему обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства с тождественным требованием.
КС подтвердил, что когда лицо осуждается к лишению свободы, то трудовые отношения с ним прекращаются по п. 4 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, а в случае его реабилитации материальную компенсацию за время, в которое оно было лишено возможности трудиться и получать заработную плату, выплачивает Минфин России. При этом Суд обратил внимание, что если лицо было уволено по иному основанию, в частности если расторжение трудового договора произошло по инициативе работника (по собственному желанию), то это само по себе не лишает реабилитированного права требовать возмещения утраченного заработка, но уже не в том размере, который был предусмотрен трудовым договором.
Уточнил КС и то, что при несогласии лица с основанием увольнения оно не лишено права своевременно – в пределах установленного ТК РФ срока – обжаловать законность увольнения в суде. Кроме того, Суд пояснил, что даже в случае ликвидации (банкротства) организации-работодателя у реабилитированного имеется возможность обратиться к данным государственных и муниципальных архивов, куда в обязательном порядке передаются все документы, касающиеся финансово-экономической деятельности организации, в том числе затрагивающие права работников. Контроль за соблюдением таких правил и привлечение виновных в их нарушении к ответственности возлагаются на государство, добавил Суд.
Конституционный Суд указал, что из буквального смысла ст. 138 УПК следует, что реабилитированный после рассмотрения его требований в уголовно-процессуальном порядке (не обязательно во всех инстанциях) вправе заявить их в порядке гражданского судопроизводства. Вместе с тем абз. 3 ст. 220 ГПК относит прекращение производства по делу к процессуальным последствиям заявления в суд тех требований, которые однажды уже были рассмотрены судом в порядке гражданского судопроизводства.
КС разъяснил, что п. 2 ч. 1 ст. 134 и абз. 3 ст. 220 ГПК исключают возможность производства по делу только в случаях, когда право на судебную защиту (право на судебное рассмотрение спора) было реализовано в состоявшемся ранее на основе принципов равноправия и состязательности сторон судебном процессе. Как пояснил Суд, эти нормы направлены на пресечение рассмотрения судами тождественных требований и не содержат неопределенности, соответственно, не могут расцениваться как нарушающие конституционные права.
«Установление же в каждом конкретном случае того, имеются ли причины для прекращения производства по делу, включая вступившее в законную силу и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда, – исключительная прерогатива суда», – отмечено в постановлении.
Решение Конституционного Суда
В проекте постановления Пленума Верховный Суд ориентирует нижестоящие инстанции на искоренение практики необоснованной передачи таких исков на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства
Таким образом, Конституционный Суд заключил, что оспариваемые заявителем нормы не противоречат Конституции, поскольку в системе действующего правового регулирования они не препятствуют реабилитированному заявить требования о возмещении заработной платы, не полученной им в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, в порядке гражданского судопроизводства, если они не были разрешены по существу в порядке уголовного судопроизводства.
Суд добавил, что оспариваемые нормы не препятствуют суду, рассматривающему дело в порядке уголовного судопроизводства, принять решение об оставлении спорного требования без рассмотрения, если суд усматривает наличие спора о праве или о фактических обстоятельствах, который необходимо разрешить не в процедуре гл. 18 УПК, а в рамках гражданского процесса.
Вместе с тем КС указал, что законодатель не лишен возможности внести в правовой механизм реабилитации изменения, направленные на совершенствование процессуального порядка защиты права реабилитированных на компенсацию вреда, причиненного незаконным или необоснованным уголовным преследованием.
Относительно дела Евгения Пермякова Конституционный Суд посчитал, что невозможность реализации права на полный размер возмещения, с которой он связывает нарушение своих конституционных прав, обусловлена не столько результатами предшествующего рассмотрения его требований по правилам уголовного процесса, сколько наличием решения суда о прекращении производства по другому – гражданскому делу.
Вместе с тем КС подчеркнул, что оценка выводов судов о степени существенности тех или иных обстоятельств для разрешения заявленных в конкретном деле требований не может быть дана КС, который воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов. Так, Суд пришел к выводу, что отсутствуют основания для пересмотра правоприменительных решений, вынесенных в отношении заявителя.
Таким образом, Конституционный Суд постановил, что абз. 3 ст. 220 ГПК, ч. 5 ст. 135 и ч. 1 ст. 138 УПК не противоречат Конституции РФ, однако в правоприменительной практике применение данных норм должно обеспечиваться в соответствии с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем постановлении.
Адвокаты оценили вывода Суда
Адвокат КА «Московский юридический центр» Дмитрий Клячков считает, что проблема возмещения утраченного заработка, равно как и восстановление трудовых, пенсионных и иных прав реабилитированных в результате незаконного уголовного преследования лиц, очень актуальна, поскольку действующее законодательство не содержит понятных, четких механизмов восстановления данных прав. «Недостаточное законодательное регулирование в данном вопросе в совокупности с нежеланием судов встать на защиту реабилитированных лиц как наиболее ущемленной стороны в процессе реабилитации приводит к тому, что основная часть прав реабилитированных в судах не восстанавливается», – выразил мнение адвокат.
По мнению Дмитрия Клячкова, ситуация Евгения Пермякова, когда утраченный им заработок за период незаконного уголовного преследования так и не был восстановлен, – яркий пример несовершенства законодательства в этой сфере. Адвокат полагает, что в сложившейся ситуации Конституционный Суд мог взять на себя обязательство указать законодателю на необходимость разработки таких понятных механизмов реабилитации, которые давали бы реабилитированному повышенные социальные гарантии безусловного и скорейшего восстановления его прав и которые бы исключили ущемление прав реабилитированных. Но КС РФ в очередной раз уклонился от такого решения, указал Дмитрий Клячков. «Простой пример. В советское время период содержания под стражей в результате незаконного уголовного преследования включался в стаж из расчета три года пенсионного стажа за один год такого содержания под стражей. А в действующем законодательстве период такого содержания под стражей не влияет даже на коэффициент, влияющий на размер будущей пенсии», – поделился адвокат.
Дмитрия Клячкова насторожило мнение, которое в своем решении затронул Суд, указав, что когда трудовые отношения с лицом, осужденным к лишению свободы, прекращаются на основании п. 4 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, то в случае его реабилитации материальную компенсацию за время, в которое оно было лишено возможности трудиться и получать заработную плату, выплачивает Минфин России, а если же лицо было уволено по иному основанию, то это само по себе не лишает реабилитированного права требовать возмещения утраченного заработка, но уже не в том размере, который был предусмотрен трудовым договором. «Между тем лицо, которое было подвергнуто незаконному преследованию, утрачивает заработок, который мог бы иметь при отсутствии такого преследования, независимо от оснований увольнения и вообще наличия или отсутствия у него заработка на начало уголовного преследования», – отметил адвокат.
Адвокат КА «Конфедерация» Валентина Леонидченко указала, что положения ч. 1 ст. 138 УПК были включены законодателем в гл. 18 «Реабилитация» в качестве дополнительной гарантии для реализации реабилитированными прав, закрепленных ст. 46 и ст. 53 Конституции РФ. Однако, по мнению адвоката, на практике реабилитированные получили прямо противоположный результат.
Она пояснила, что правоприменители нередко используют данную норму как повод для волокиты и безосновательных отказов в требованиях, особенно при заявленном значительном ущербе. «Самый шокирующий эффект положения ч. 1 ст. 138 УПК РФ дают во взаимосвязи с абз. 3 ст. 220 ГПК РФ. Суды применяют этот союз таким образом, что полностью закрывают реабилитированным доступ к суду», – отметила адвокат.
Адвокат указала, что вынесенное КС постановление является значимым и актуальным, но, по ее словам, назревшую проблему оно не разрешит. Валентина Леонидченко полагает, что коллизия этих норм будет проявляться в различных вариациях и в дальнейшем, по ее мнению, правовой механизм реабилитации, установленный гл. 18 «Реабилитация» УПК, требует совершенствования. «Должны быть четкие правила, предусматривающие, что если требование по каким-то причинам не может быть рассмотрено или удовлетворено в ускоренном квазиприказном порядке УПК, то суд, не отказывая в заявлении, обязан передать это заявление для рассмотрения по правилам ГПК. Возможно, в данном случае целесообразно использовать отдельные отработанные механизмы, применимые при рассмотрении гражданских исков в уголовном судопроизводстве», – предположила она.
Автор статьи
![Куприянов Денис Юрьевич Куприянов Денис Юрьевич](/person.jpg)
Читайте также: